Апелляционное постановление № 22-1792/2024 от 1 апреля 2024 г. по делу № 1-130/2023

Судья Коротков А.Ю. Дело <данные изъяты>

<данные изъяты>


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Красногорск Московской области 2 апреля 2024 г.

Московский областной суд в составе председательствующего судьи Ляхович М.Б., при помощнике судьи Харченко С.С.,

с участием прокурора апелляционного отдела прокуратуры <данные изъяты> Фоменко Ю.В.,

лица, в отношении которого ведется производство о применении принудительных мер медицинского характера, ФИО1,

его законного представителя ФИО2,

защитника-адвоката Мартыненко Т.Б.,

рассмотрел в закрытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Мартыненко Т.Б. на постановление Дубненского городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты>, которым в отношении

ФИО1, родившегося <данные изъяты> в <данные изъяты>, гражданина Российской Федерации, со средним образованием, холостого, имеющего на иждивении двух несовершеннолетних детей, не работающего, не судимого, зарегистрированного по адресу: <данные изъяты>,

- совершившего деяния, запрещённые уголовным законом, подпадающие под признаки преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 228 УК РФ, ч. 1 ст. 318 УК РФ, применена принудительная мера медицинского характера в виде принудительного лечения в медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь в стационарных условиях, общего типа, и ФИО1 освобожден от уголовной ответственности в соответствии со статьёй 443 УПК РФ.

Мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении в отношении ФИО1 сохранена до его прибытия в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях, общего типа.

По прибытии ФИО1 в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях, общего типа, постановлено меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить.

Постановлением разрешена судьба вещественных доказательств.

Выслушав пояснения лица, в отношении которого применены принудительные меры медицинского характера, - ФИО1, его законного представителя ФИО2 и защитника - адвоката Мартыненко Т.Б., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Фоменко Ю.В. об оставлении постановление суда без изменения, суд апелляционной инстанции

установил:

ФИО1 признан совершившим <данные изъяты> в состоянии невменяемости запрещенное уголовным законом деяние, подпадающее под признаки преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228 УК РФ, - незаконное приобретение, хранение психотропных веществ,

а также признан совершившим <данные изъяты> в состоянии невменяемости запрещенное уголовным законом деяние, подпадающее под признаки преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, - применение насилия, не опасного для жизни или здоровья, либо угроза применения насилия в отношении представителя власти или его близких в связи с исполнением им своих должностных обязанностей, при обстоятельствах, изложенных в постановлении суда.

В судебном заседании лицо, в отношении которого ведётся производство о применении принудительной меры медицинского характера, ФИО1 вину в совершении деяния, запрещённого уголовным законом, подпадающего под признаки преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 228 УК РФ признал в полном объеме, однако, отрицал совершение деяния, запрещённого уголовным законом, подпадающего под признаки преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ.

В апелляционной жалобе адвокат Мартыненко Т.Б. указывает о том, что суд в нарушение ч. 2 ст. 241 УПК РФ рассмотрел дело в закрытом судебном заседании, не вынося мотивированного постановления об этом и не уведомляя стороны.

Дело рассмотрено формально, не учтены обстоятельства, которые могли повлиять на принятое решение, а именно:

- наличие противоречий в показаниях сотрудников ФИО3 и Свидетель №1, как между собой, так и с показаниями, данными ими в ходе предварительного следствия,

- не установлено, когда ФИО1, оторвал шеврон,

- не проверена правдивость показаний понятых.

Полагает, что факт сопротивления ФИО1 сотрудникам Росгвардии выдуман или спровоцирован ими, и не доказан.

Оспаривает допустимость и обоснованность заключения психиатрической экспертизы, с учетом представленной защитой рецензии, считает его, не отвечающим принципам полноты, всесторонности, объективности и научности исследования. Экспертиза проведена с искажением экспертного методологического подхода к проведению экспертиз, основано на неадекватной методологической базе при использовании несоответствующих современному уровню развития науки методов исследования, с субъективной интерпретацией полученных результатов, что не дает возможности получения валидной, надежной и научно-обоснованной выводной информации о психическом статусе ФИО1 на момент проведения обследования и необходимости применения к нему мер принудительного лечения в медицинской организации. Приводит доводы о неправильном указании шифра МКБ10. Утверждает, что при проведении экспертизы не было проведено ни одного личностного теста, а также исследований для вывода по критерию «агрессивность», в связи с которым сделан вывод о его опасности для общества.

Полагает, что шизотипическое расстройство относится к заболеваниям декомпенсации, когда при ухудшении состояния человек неспособен понимать значение своих действий и руководить ими, а в стадии компенсации человек способен понимать и руководить своими действиями.

Перечисляя случаи, при которых заключение эксперта признается необоснованным, ссылаясь на выводы специалиста, считает, что у суда имелись основания для назначения повторной экспертизы, но в соответствующем ходатайстве защиты было необоснованно отказано.

Ссылаясь на ПП ВС РФ <данные изъяты> от <данные изъяты>, обращает внимание на то, что заключение экспертов не имеет заранее установленной силы и подлежит оценке в совокупности с иными доказательствами по делу.

Просит постановление суда отменить и направить уголовное дело на новое рассмотрение.

Выслушав мнения сторон, проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, апелляционная инстанция находит постановление суда в отношении ФИО1 законным, обоснованным и подлежащим оставлению без изменения.

Изучение материалов дела показало, что оно рассмотрено судом первой инстанции с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства РФ, в соответствии с принципами состязательности и равноправия сторон, на основании собранных по уголовному делу доказательств. Нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законодательства РФ, влекущих отмену либо изменение постановления, в ходе производства по делу предварительного расследования и его рассмотрения судом первой инстанции допущено не было.

Проверив доводы защитника о нарушении принципа гласности, в связи с рассмотрением уголовного дела в закрытом судебном заседании без вынесения мотивированного постановления об этом, суд апелляционной инстанции таких нарушений не установил.

В соответствии с чч. 1, 2, 2.1 ст. 241 УПК РФ разбирательство уголовных дел во всех судах открытое, за исключением случаев, предусмотренных настоящей статьей.

Закрытое судебное разбирательство допускается на основании определения или постановления суда в случаях, когда: разбирательство уголовного дела в суде может привести к разглашению государственной или иной охраняемой федеральным законом тайны; рассматриваются уголовные дела о преступлениях, совершенных лицами, не достигшими возраста шестнадцати лет; рассмотрение уголовных дел о преступлениях против половой неприкосновенности и половой свободы личности и других преступлениях может привести к разглашению сведений об интимных сторонах жизни участников уголовного судопроизводства либо сведений, унижающих их честь и достоинство; этого требуют интересы обеспечения безопасности участников судебного разбирательства, их близких родственников, родственников или близких лиц.

Как следует из материалов уголовного дела, протокола судебного заседания суда первой инстанции, и ответа суда, рассмотрение уголовного дела в отношении ФИО1 происходило в открытом судебном заседании. Письмо, направленное адвокату Мартыненко Т.Б., содержало неверную информацию, о чем ему направлено соответствующее разъяснение.

При этом удостоверена правильность замечаний прокурора на протокол судебного заседания от <данные изъяты>, от <данные изъяты> и от <данные изъяты> о неверном указании в них о проведении закрытого судебного заседания.

Причины невозможности предоставления защитнику аудиозаписи судебного заседания отражены в акте, подписанном судьей, секретарем судебного заседания и лицом, ответственным за техническое обеспечение аудиопротоколирования.

Изложенные сведения, не свидетельствуют о проведении закрытого судебного разбирательства, а также не являются основаниями для вывода о несоблюдение судом процедуры судебного разбирательства и не свидетельствует о наличии существенного нарушения уголовно-процессуального закона, влекущего отмену принятого судом решения.

Суд первой инстанции, рассмотрев дело в строгом соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства РФ, пришел к обоснованному выводу о доказанности совершения ФИО1 инкриминируемых ему общественно опасных деяний.

Выводы суда основаны на исследованных в судебном заседании материалах уголовного дела, подтверждены изложенными в постановлении доказательствами, содержание которых достаточно раскрыто в постановлении.

Делая вывод о доказанности совершения ФИО1.Н. общественно - опасных деяний суд обоснованно сослался на показаниями потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей Свидетель №1, Свидетель №7, Свидетель №3, Свидетель №2, Свидетель №4, Свидетель №5, С., и письменные материалы уголовного дела: протокол проверки показаний на месте потерпевшего Потерпевший №1, протокол проверки показаний на месте свидетеля Свидетель №3, протокол проверки показаний на месте свидетеля Свидетель №2, протокол осмотра места происшествия от <данные изъяты>, протоколы выемки от <данные изъяты>, от <данные изъяты>, от <данные изъяты>, протоколы осмотра предметов от <данные изъяты>, от <данные изъяты>, от <данные изъяты>, заключение эксперта <данные изъяты> от <данные изъяты>, вещественные доказательства: DVD-диск с видеозаписями (том <данные изъяты> л.д. 143), DVD-диск с видеозаписью опроса ФИО1– хранятся в материалах уголовного дела (том <данные изъяты> л.д. 166), зип-пакет с порошкообразным веществом – хранится в камере хранения ОМВД России по г.о. Дубна, акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения <данные изъяты> от <данные изъяты>, справка о результатах химико-токсикологических исследований <данные изъяты>ж, выписка из приказа ФГКУ «УВО ВНГ России по <данные изъяты>» <данные изъяты> л/с от <данные изъяты>, должностной регламент старшего полицейского взвода <данные изъяты> роты полиции Дубненского отдела вневедомственной охраны – филиала федерального государственного казенного учреждения «Управления вневедомственной охраны войск национальной гвардии Российской Федерации по <данные изъяты>» прапорщика полиции Потерпевший №1, постовая ведомость от <данные изъяты>.

В соответствии с положениями ч. 1 ст. 88 УПК РФ суд оценил каждое доказательство с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, и пришел к выводу, что все собранные доказательства в их совокупности являются достаточными для принятия решения по делу.

Оснований не доверять показаниям указанных выше лиц у суда не имелось, поскольку они логичны, последовательны, согласуются между собой и подтверждаются письменными документами.

Изложенные в постановлении доказательства, в том числе и показания потерпевшего и свидетелей, не противоречат материалам уголовного дела и протоколу судебного заседания.

Вопреки утверждениям защиты противоречий в исследованных доказательствах обвинения, показаниях потерпевшего и свидетелей, которые ставили бы под сомнение выводы суда о виновности ФИО1 апелляционной инстанцией не выявлено.

Оснований для исключения положенных в основу постановления доказательств, не установлено, поскольку они собраны с соблюдением требований закона, а также взаимно подтверждают и дополняют друг друга.

Оснований для переоценки исследованных судом доказательств, отмены постановление по доводам апелляционной жалобы адвоката в защиту ФИО1 апелляционная инстанция не находит.

Оснований не согласиться с приведенной в постановлении оценкой доказательств у суда второй инстанции не имеется, поскольку она аргументирована и соответствует требованиям закона.

Проверив доводы ФИО1, отрицающего событие деяния, подпадающего под признаки преступления, предусмотренного ч.1 ст. 318 УК РФ, суд апелляционной инстанции признает их несостоятельными и опровергающимися собранными по делу доказательствами, исследованными в суде. Тогда как из показаний потерпевшего Потерпевший №1 и свидетеля Свидетель №1-очевидца произошедших событий следует, что после их просьбы предоставить документы, ФИО1 стал вести себя агрессивно, грубо выражаясь и отказываясь предоставлять документы. На предложение проследовать с ними в служебный автомобиль для доставления в ОМВД по г.о. Дубна, он не реагировал, выражал в грубой форме отказался подчиняться законным требованиям сотрудников полиции, пытался уйти, а затем нанёс Потерпевший №1 несколько ударов кулаком руки в область туловища, затем вырвался и попытался скрыться с места правонарушения, выбрасывая из карманов своей куртки содержимое, после чего упал и был задержан. После применения к нему специальных средств ФИО1 продолжил вести себя агрессивно, вырывался из захвата, хватал и дергал сотрудников полиции за руки, а затем надорвал нарукавный знак различия (шеврон) на куртке Потерпевший №1

Таким образом, вопреки утверждениям защиты, представленные обвинением доказательства подтверждают обстоятельства, при которых ФИО1 оторвал шеврон с куртки потерпевшего Потерпевший №1

Суд обоснованно пришел к выводу о том, что общественно-опасные деяния, совершенные ФИО1, содержат признаки преступлений, предусмотренных ст. 228 ч. 1 УК РФ и ч. 1 ст. 318 УК РФ.

Решение об освобождении ФИО1 от уголовной ответственности принято судом в соответствии со ст. 21 УК РФ, поскольку во время совершения общественно-опасного деяния он находился в состоянии невменяемости.

Согласно выводам заключения комиссионной судебно-психиатрической экспертизы <данные изъяты> от <данные изъяты>, ФИО1 страдает хроническим психическим расстройством в форме шизотипического расстройства (шифр F 21 по МКБ-10). Данное хроническое психическое расстройство лишало ФИО1 в период времени, относящийся к совершению инкриминируемых ему деяний, способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими. Экспертизой установлено, в настоящее время ФИО1 также не может осознавать фактический характер своих действий и руководить ими, правильно, воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, и давать о них показания, а также предстать перед следствием и судом и нести ответственность за содеянное, не может защищать свои права и законные интересы в уголовном судопроизводстве. (ст. ст. 97,99,101 УК РФ).

Тип медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь, в которой ФИО1 надлежит проходить лечение, определен судом в соответствии с рекомендациями, содержащимися в заключение комиссии экспертов <данные изъяты> от <данные изъяты>.

Оснований сомневаться в обоснованности выводов комиссии экспертов у суда не имелось, заключение основано на данных освидетельствования ФИО1 и представленной экспертам медицинской документации, противоречий в выводах членов комиссии не имеется. Рекомендуя направить ФИО1 в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях общего типа, эксперты указали, что ФИО1 представляет опасность для общества, связанную с возможностью причинения иного существенного вреда, опасностью для себя и других лиц, и по своему психическому состоянию требует постоянного наблюдения.

Доводы защиты, а также представленное заключение специалиста, не опровергают выводы комиссии экспертов о необходимости лечения ФИО1 в стационарных условиях с общим типом наблюдения и не ставят их под сомнение. Оснований для проведения дополнительной экспертизы не установлено, поскольку допустимость, достоверность и научная обоснованность проведенной по делу комиссионной судебно-психиатрической экспертизы сомнений не вызывает. Заявленное стороной защиты ходатайство о назначении по делу дополнительной экспертизы судом разрешено в соответствии с требованиями ст. 121-122, 271 УПК РФ.

Доводы законного представителя и ФИО1 о том, что в настоящее время отношения в семье улучшились, состояние здоровья стабилизировалось, он участвует в воспитании своих детей, у него имеются кредитные обязательства, не опровергают выводов суда, изложенных в обжалованном постановлении и не влекут его отмену или изменение, поскольку не указаны в качестве оснований, перечисленных в ст. 389.15 УПК РФ.

Обстоятельства, предусмотренные ст. 434 УПК РФ, по делу установлены, постановление суда содержит все данные, перечисленные в ст.442 УПК РФ, нарушений уголовно-процессуального закона при рассмотрении дела судом не допущено.

Вопреки доводам апелляционных жалоб и объяснениям законного представителя и самого ФИО1, экспертным заключением установлено, что в настоящее время существует опасность для ФИО1 и других лиц, с возможностью причинения им иного существенного вреда.

Вопросы о продолжительности лечения и объеме медицинской помощи могут быть рассмотрены в установленном законом порядке после поступления ФИО1 в медицинскую организацию на принудительное лечение.

Постановление суда отвечает разъяснениям, содержащимся в п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от <данные изъяты> N 6 (ред. от <данные изъяты>) "О практике применения судами принудительных мер медицинского характера" и основания для его отмены или изменения, в том числе, по доводам апелляционной жалобы, отсутствуют.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

Постановление Дубненского городского суда <данные изъяты> от <данные изъяты> в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы адвоката - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационную инстанцию в порядке, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, через суд первой инстанции в течение 6 месяцев со дня вступления постановления в законную силу.

Судья М.Б. Ляхович