Апелляционное постановление № 22-1971/2019 от 17 марта 2019 г. по делу № 22-1971/2019

Мотивированное
апелляционное постановление вынесено 18 марта 2019 года.

Председательствующий: судья Белых А.С. дело № 22-1971/2019

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

14 марта 2019 года город Екатеринбург

Судебная коллегия по уголовным делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего Александровой В.В.,

судей Медведевой Е.И., Пугачева А.В.

при секретаре Марковой Е.В.

с участием:

прокурора отдела прокуратуры Свердловской области Бажукова М.С.,

осужденного ФИО1 посредством видеоконференц-связи,

защитника – адвоката Лучининой Т.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1, его защитника адвоката Лучининой Т.В. на приговор Ленинского районного суда г. Екатеринбурга Свердловской области от 26 ноября 2018 года, которым

ФИО1,

родившийся ( / / ), несудимый,

осужден по ч. 3 ст. 162 УК РФ к 7 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, оправдан по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 159 УК РФ, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ в связи с отсутствием состава преступления.

Постановлено срок наказания исчислять с 26 ноября 2018 года, зачесть на основании ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей с 18 марта 2018 года по день вступления приговора суда в законную силу в срок отбывания наказания из расчета один день содержания под стражей за один день лишения свободы.

До вступления приговора суда в законную силу ФИО1 оставлена мера пресечения в виде заключения под стражу.

Разрешен вопрос о процессуальных издержках и вещественных доказательствах.

Заслушав участников процесса, судебная коллегия

установила:

приговором суда ФИО1 признан виновным в совершение разбоя, то есть нападения в целях хищения имущества, с применением насилия, опасного для жизни и здоровья, с применением предметов, используемых в качестве оружия, в крупном размере (304320 рублей).

Преступление совершено около 18:31 15 января 2016 года в комиссионном магазине ИП ФИО2, расположенном по адресу: г. Екатеринбург, ..., при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В судебном заседании осужденный ФИО1 вину в совершении преступления не признал, отрицая свою причастность к преступлению.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 просит приговор суда отменить, уголовное дело в отношении него прекратить в связи с недоказанностью его вины и непричастностью к преступлению. Считает, что потерпевший К. и свидетель М. его оговаривают. Анализируя первоначальные показания этих лиц в 2016 году и показания, данные ими в 2018 году, отмечает наличие противоречий в описании лица, совершившего преступление. Указывает, что свидетель М. опознал его спустя 2 года после происшедших событий, при этом не мог вспомнить, как проходило его опознание в марте 2018 года; на очной ставке М. пояснил, что периодически смотрел запись с камеры видеонаблюдения от 15 января 2016 года, поэтому, увидев его в феврале 2018 года, узнал его, как лицо, совершившее преступление, однако из заключения экспертизы № 270 изображение мужчины на видеозаписи не пригодно для идентификации личности. При просмотре данной видеозаписи в судебном заседании также невозможно было распознать черты лица мужчины, совершившего преступление, и наличие (или отсутствие) у него очков. Полагает, что его непричастность к преступлению подтверждается детализацией его телефонных соединений, но суд дал этой детализации неверную оценку. Указывает на то, что суд в приговоре сделал вывод о совершении нападавшим действий левой рукой, тогда как на видеозаписи видно, что тот действует правой рукой, тогда как он является левшой. Обращает внимание на допущенные нарушения уголовно-процессуального закона при проведении его опознания. Кроме того, он слышал, как следователь сообщил К. и М., кого они должны опознать, в связи с чем считает, что протоколы его опознания являются недопустимыми доказательствами. Поскольку обвинение не доказало его причастность к совершенному преступлению, то все сомнения и неясности должны толковаться в его пользу.

В апелляционной жалобе адвокат Лучинина Т.В. просит приговор суда в отношении осужденного ФИО1 изменить, оправдать его за непричастностью к инкриминируемому преступлению по ч. 3 ст. 162 УК РФ. Кроме доводов, аналогичных доводам осужденного, полагает верной первоначальную квалификацию действий лица, совершившего преступление, по ч. 2 ст. 161 УК РФ. Обращает внимание, что в постановлении следователя от 18 марта 2018 года о передаче дела другому следователю имеется упоминание о вынесении постановления о переквалификации действий на ч. 3 ст.162 УК РФ, но самого постановления материалы уголовного дела не содержат, поэтому все последующие действия и предъявление обвинения ФИО1 по ч. 3 ст. 162 УК РФ являются незаконными. Обращает внимание, что содержание баллона, изъятого, якобы, на месте преступления, экспертным путем не исследовалось, потерпевший в больницу не обращался, никаких последствий для его здоровья от применения к нему содержимого этого баллона не наступило. В связи с чем полагает, что в действиях нападавшего, безотносительно к ФИО1, нет состава преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 162 УК РФ, поскольку отсутствует признак применения насилия, опасного для жизни и здоровья потерпевшего. Что касается вменения использования биты, то она не обнаружена и не осмотрена, использовалась нападавшим только для разбития витрины, а не в качестве предмета для нападения. Подробно приводит анализ показаний потерпевшего К. и свидетеля М., отмечая противоречия в них относительно внешности нападавшего. Анализирует видеозапись с камеры видеонаблюдения и делает вывод, что преступление совершено правшой, а ФИО1 – левша. Отмечает, что следов рук ФИО1 на месте преступления не обнаружено, как не обнаружены похищенное имущество, предмет, которым разбита витрина, одежда, в которой был нападавший. Кроме того обращает внимание на то, что ФИО1 неоднократно после событий 15 января 2016 года приходил в тот же магазин, при этом не был опознан потерпевшим и свидетелем. Считает, что свидетель М. оговаривает ФИО1.

В возражении государственный обвинитель Зуев А.В. просит приговор суда оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного и его защитника - без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражений прокурора, заслушав участников процесса, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Исследовав и оценив показания представителя потерпевшего А., потерпевшего К., свидетелей М., Г., И., Н., а также письменные доказательства по делу, в том числе: протокол осмотра места происшествия от 15 января 2016 года, протокол осмотра предмета – баллона с надписью «Перцовый струй стандарт Средство для самообороны», протокол выемки видеозаписи с камер видеонаблюдения, протоколы осмотра этих видеозаписей, протокол осмотра СД-диска с файлами, скопированными из социальной сети «В контакте», залоговый билет от 22 февраля 2018 года, протокол осмотра предметов - детализации телефонных соединений ФИО1, инвентаризационную ведомость, подтверждающую сумму недостачи в магазине материальных ценностей, и иные доказательства, изложенные в приговоре, суд пришел к выводу о виновности ФИО1 в совершении 15 января 2016 года хищения имущества, принадлежащего ИП ФИО2.

Все доказательства полно и правильно изложены в приговоре, суд дал им оценку в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ.

Суд установил, что около 18:31 15 января 2016 года ФИО1, реализуя умысел, направленный на хищение имущества из комиссионного магазина ИП ФИО2, заранее приискав баллон с надписью «Перцовый струй стандарт Средство для самообороны» и неустановленный твердый предмет, зашел в магазин, подошел к сотруднику магазина К., в его лицо распылил содержимое из вышеуказанного баллона, разбил неустановленным твердым предметом витрину с ювелирными украшениями, откуда похитил две цепи из золота весом 52,68 граммов и 99,48 граммов стоимостью 105 360 и 198 960 рублей. В момент разбития витрины в торговый зал выбежал сотрудник магазина М., который кинул в Ситникова ведро, принтер, а К. – стул, ФИО1 побежал, оба сотрудника побежали за ним, но догнать не смогли. ФИО1 скрылся с места преступления, распорядившись похищенным по своему усмотрению. 22 февраля 2018 года М., принимая в магазине у мужчины сотовый телефон, узнал его как лицо, совершившее преступление 15 января 2016 года, о чем сообщил в полицию.

Доводы жалоб о непричастности ФИО1 к преступлению были предметом исследования в суде первой инстанции и обоснованно признаны несостоятельными, поскольку опровергаются показаниями потерпевшего К. и свидетеля М., которые последовательны, непротиворечивы, неоднократно подтверждены ими на следствии, в том числе в ходе очных ставок с С-вым. О своей уверенности в том, что именно ФИО1 совершил преступление, данные лица сообщили и в судебном заседании суда первой инстанции.

Оснований не доверять показаниям потерпевшего К. и свидетеля М., сомневаться в беспристрастности следователя, у суда не имелось, поскольку никакой личной заинтересованности в исходе дела у них не усматривается. Защитник и осужденный, ссылаясь на оговор последнего этими лицами, каких–либо причин для оговора не сообщили, доказательств, свидетельствующих об оговоре, не представили и не заявляли ходатайство об истребовании таких доказательств. Версия о наличии между М. и С-вым конфликта, возникшего в 2014- 2015 годах, доказательствами не подтверждается, в связи с чем является несостоятельной.

То, что потерпевший К. и свидетель М. в каждых последующих показаниях указывали на большее количество портретных сведений о лице, совершившем преступление, не свидетельствует о порочности их показаний и невиновности осужденного. В целом их показания в части описания лица, совершившего преступление, соответствуют его портрету, составленному ими 16 января 2016 года. Добавление деталей в описании виновного связано со свойством человеческой памяти, способной восстанавливать происшедшие события, действия его участников и личностных их примет, при этом образ совершившего хищение складывается не только запоминанием конкретных черт лица, но и восприятием человека в целом. Невозможность идентифицировать личность, зафиксированную на видеозаписи, на что указано в заключении эксперта № 270, также не опровергает показания потерпевшего и свидетеля, поскольку они видели ФИО1 непосредственно и с близкого расстояния. В связи с чем сомнений в том, что М. спустя два года после события преступления, принимая на комиссию сотовый телефон у ФИО1, узнал того как лицо, совершившее преступление, у суда первой инстанции не возникло. Не имеется таких сомнений и у судебной коллегии.

Ссылка осужденного и защитника на то, что после 15 января 2016 года ФИО1 неоднократно приходил в магазин, но не был до 22 февраля 2018 года опознан М., материалами дела не подтверждается. В материалах дела имеется единственная квитанция от 31 января 2016 года о сдаче С-вым в магазин сотового телефона, однако сведений о сотруднике, который принял на комиссию телефон, квитанция не содержит. Как пояснил свидетель М., в указанный в квитанции день он не работал, следовательно, и не мог увидеть и узнать ФИО1. Иных доказательств, подтверждающих посещение С-вым этого магазина в присутствии М., материалы дела не содержат.

Вопреки мнению осужденного и защитника о том, что протоколы опознания ФИО1 потерпевшим и свидетелем должны быть признаны недопустимыми доказательствами, оснований для этого не имеется, поскольку никаких нарушений уголовно-процессуального закона в ходе проведения данных следственных действий не усматривается. Протоколы опознания подписаны всеми участниками этого следственного действия, в том числе и С-вым, который никаких замечаний по проведению опознания не указывал.

Не может согласиться судебная коллегия и с тем, что на видеозаписи с камер видеонаблюдения, установленных в магазине, мужчина совершает действия исключительно правой рукой, тогда как ФИО1 является левшой, и это обстоятельство, по мнению авторов жалоб, свидетельствует о незаконности его осуждения. Из видеозаписи невозможно установить, является лицо, совершившее преступление, левшой или правшой, поскольку это лицо в момент совершения преступления одинаково пользуется как правой, так и левой рукой, в связи с чем причастность ФИО1 к преступлению не исключается.

Ношение осужденным очков в темной оправе подтверждается не только фотографиями ФИО1, имеющимся в социальной сети «В контакте» и представленными свидетелем М., но и показаниями свидетелей Г. и И., которые видели его в очках в оправе черного цвета.

Ссылка защитника на отсутствие в материалах дела постановления следователя о переквалификации действий ФИО1 с п. «д» ч. 2 ст. 161 УК РФ на ч. 3 ст. 163 УК РФ и, как следствие, незаконности предъявления обвинения по ч. 3 ст.162 УК РФ опровергается наличием такого постановления в отношении подозреваемого ФИО1 (т. 2 л.д. 183).

Из детализации соединений сотового телефона ФИО1 следует, что незадолго до события преступления имелось соединение, и находился он в момент этого соединения недалеко от комиссионного магазина, из которого совершено хищение.

Таким образом, сопоставив все доказательства между собой, оценив каждое их них в отдельности, а также всю совокупность доказательств, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении хищения чужого имущества. Судебная коллегия считает правильными и выводы суда о том, что преступлением С-вым совершено с применением предметов – газового баллона, содержимое которого он разбрызгал в лицо потерпевшему К., и неустановленного предмета, используемого им для разбития витрины.

Вместе с тем, судебная коллегия не может согласиться с юридической оценкой действий осужденного, поскольку она не соответствует установленным фактическим обстоятельствам, что повлияло на назначение осужденному справедливого наказания.

Из показаний потерпевшего К. и свидетеля М., видеозаписи с камеры видеонаблюдения, протокола осмотра места происшествия, в ходе которого обнаружен, а затем осмотрен предмет – баллон с надписью «Перцовый струй стандарт Средство для самообороны», осужденный брызнул в лицо потерпевшего содержимым этого баллона. Вещество из данного баллона экспертами не исследовалось, а исходя из названия, является перцовой жидкостью, используемой для самообороны с целью отпугивания животных и агрессивных людей, ее применение не опасно для жизни и здоровья человека, поскольку вызывает лишь жжение, чихание, сопровождающееся прерывистостью дыхания, слезовыделение. Как пояснил потерпевшей, именно эти последствия он и испытал, но никаких иных последствий, вредных для его здоровья и представляющих угрозу его жизни, не наступило.

Суждение суда первой инстанции о возможных негативных последствиях для здоровья и жизни людей, страдающих аллергическими заболеваниями или заболеваниями дыхательных путей, не относимы к конкретному потерпевшему. Неустановленный твердый предмет не демонстрировался потерпевшему и свидетелю в качестве орудия для насилия над ними, а использовался лишь как средство для разбития витрины. Таким образом, наличие у осужденного умысла на завладение чужим имуществом с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, с применением указанных предметов, используемых в качестве оружия, опровергается исследованными доказательствами.

Как следует из установленных обстоятельств, осужденный с целью открытого хищения имущества брызнул содержимое баллона в лицо потерпевшего для того, чтобы лишить его физической способности оказать ему сопротивление при совершении им изъятия имущества, тем самым, используя данный баллон, он применил в отношении потерпевшего насилие, не опасное для жизни или здоровья.

Довод осужденного о том, что в протоколе суда первой инстанции неправильно изложены показания представителя потерпевшего А., несостоятелен. В протоколе, как и указывает осужденный, выражая несогласие с протоколом, зафиксированы ее показания о том, что ФИО1 она не знает, о происшедшем ей известно только со слов К. и М., а также из материалов дела.

Исходя из вышеизложенного, судебная коллегия приходит к выводу о том, что действия осужденного ФИО1 подлежат квалификации по пп. «г», «д» ч. 2 ст.161 УК РФ, как грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, с применением насилия, не опасного для жизни и здоровья, в крупном размере, поскольку стоимость похищенного превышает 250000 рублей (п. 4 Примечания к ст.158 УК РФ).

Назначая осужденному ФИО1 наказание по пп. «г», «д» ч. 2 ст. 161 УКРФ судебная коллегия учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, относящегося к категории тяжких, сведения о личности осужденного, установленные и признанные судом первой инстанции обстоятельства, смягчающие наказание, а также отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание.

Иных обстоятельств, кроме указанных в приговоре, которые должны быть признаны смягчающими наказание в силу чч. 1 и 2 ст. 61 УК РФ, судебная коллегия не усматривает.

В приговоре мотивирован вывод суда о том, что исправление осужденного возможно только в условиях изоляции от общества, оснований не согласиться с которым судебная коллегия не усматривает. С учетом фактических обстоятельств, характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, а также личности осужденного судебная коллегия соглашается и с выводом суда об отсутствии оснований для применения положений ст. 73 и ст. 64 УК РФ, а также ч. 6 ст. 15 УК РФ.

В соответствии с п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ осужденному, совершившему тяжкое преступление, и ранее не отбывавшему наказание в виде лишения свободы, надлежит отбывать наказание в исправительной колонии общего режима.

На основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей с 18 марта 2018 года по день вступления приговора суда в законную силу подлежит зачету в срок наказания из расчета один день содержания под стражей за полтора дня лишения свободы.

В остальной части постановленный приговор в отношении ФИО1 судебная коллегия признает законным, мотивированным и справедливым. Оснований для удовлетворения апелляционных жалоб защитника Лучининой Т.В. и осужденного ФИО1 об отмене обвинительного приговора и оправдании последнего не имеется.Руководствуясь ст. 389.13, п. 9 ч. 1 ст. 389.20, ст. ст. 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Ленинского районного суда г. Екатеринбурга Свердловской области от 26 ноября 2018 года в отношении ФИО1 изменить.

Переквалифицировать действия ФИО1 с ч. 3 ст. 162 УК РФ на пп. «г», «д» ч. 2 ст.161 УК РФ, по которой назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 4 года 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

На основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания ФИО1 под стражей с 18 марта 2018 года по день вступления приговора суда в законную силу зачесть в срок наказания из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

В остальном приговор суда оставить без изменения, апелляционные жалобы осужденного ФИО1 (с дополнениями) и защитника- адвоката Лучининой Т.В. – без удовлетворения

Апелляционное определение вступает в законную силу с момента его оглашения и может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в президиум Свердловского областного суда.

Председательствующий

Судьи:

Председательствующий: судья Белых А.С. дело № 22-1971/2019