Апелляционное определение № 33-18185/2025 33-421/2026 от 14 января 2026 г.

Судья Федосеева В.П. УИД 61RS0060-01-2025-000426-80

Дело № 33-421/2026 (33-18185/2025)

Дело № 2-294/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

15 января 2026 года г. Ростов-на-Дону

Судебная коллегия по гражданским делам Ростовского областного суда в составе:

председательствующего Панченко Ю.В.,

судей Глебкина П.С., Бородинова В.В.,

при секретаре Иванче Р.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к администрации муниципального образования «Чертковское сельское поселение» Чертковского района Ростовской области о признании права собственности в силу приобретательной давности на объект недвижимости, по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Чертковского районного суда Ростовской области от 30 сентября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Панченко Ю.В., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к администрации муниципального образования «Чертковское сельское поселение» Чертковского района Ростовской области о признании права собственности в силу приобретательной давности на жилой дом, в обоснование требований указала, что в 1985 году ФИО2 приобрел у ФИО3 домовладение, расположенное по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН. Договор купли-продажи домовладения не сохранился. ФИО2 умер ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА, не успев оформить право собственности на указанный дом.

Истец, являясь супругой ФИО6, после его смерти на протяжении сорока лет фактически пользуется данным объектом недвижимости, несет бремя его содержания.

Как указала истец, после произведенного строительства спорного объекта, 27.06.2025 проведено техническое обследование, согласно выводам которого жилой дом, общей площадью 83,6 кв.м, в том числе жилой - 52,0 кв.м, строительство жилого дома выполнено с соблюдением СНиП 2.08.01-89 «Жилые здания», СНиП 2.07.01-89. «Планировка и застройка территорий малоэтажного жилищного строительства» в соответствии с п.5.3 «Планировка и застройка приквартирных участков», эксплуатация жилого дома возможна и его сохранение не нарушает права и охраняемые законом интересы других лиц, не создаёт угрозу жизни и здоровью граждан.

На основании изложенного, истец просила суд признать за ФИО1 право собственности в силу приобретательной давности на объект недвижимости - жилой дом, общей площадью 83,6 кв.м, в т.ч. жилой - 52,0 кв.м, с кадастровым номером НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, расположенный по адресу АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН

Решением Чертковского районного суда Ростовской области от 30 сентября 2025 года в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит об отмене данного решения суда и о принятии нового об удовлетворении ее исковых требований. По мнению апеллянта, выводы суда об отсутствии признаков добросовестного владения являются ошибочными.

Истец утверждает о добросовестности своего владения, ссылаясь на то, что не знала об отсутствии надлежащего оформления, поскольку муж приобрел дом примерно в 1985 году. Ссылается на открытость владения, утверждая, что соседи знают о ее проживании, что подтверждается свидетельскими показаниями. Настаивает на непрерывности владения, утверждая, что проживала в доме примерно 30 лет, несмотря на отсутствие регистрации в похозяйственных книгах в период с 1997 по 2001 год. Ссылается на допустимость технического обследования от 27 июня 2025 года, по мнению истца подтверждающего надлежащее качество строительства. Указывает на отсутствие претензий от каких-либо лиц в течение 30 лет, следовательно, по ее мнению, владение является добросовестным.

Также истец указывает на имевшую по ее мнению ошибку суда в оценке похозяйственных книг как неполного доказательства. Истец полагает, что похозяйственные книги ведутся на основании добровольной информации от граждан и являются субъективным источником. Истец утверждает, что она имела право не предоставлять информацию о месте проживания, и отсутствие регистрации в похозяйственных книгах не означает отсутствие фактического проживания. Кроме того, истец критикует суд за то, что он не направил запрос в отдел Министерства внутренних дел России по Чертковскому району для установления личных данных ФИО3 и определения сроков начала приобретательной давности.

Представитель истца, адвокат Донцов Н.И. подал письменный отзыв, в котором просит удовлетворить апелляционную жалобу ФИО1

В судебное заседание суда апелляционной инстанции участвующие в деле лица не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом применительно к положениям ст.ст. 113, 167 ГПК РФ и ст. 165.1 ГК РФ, а также путем публикации сведений о движении дела на официальном сайте Ростовского областного суда, сведений о причинах неявки не сообщили, каких-либо доказательств наличия уважительных причин неявки в судебное заседание не представили, своих представителей в судебное заседание не направили.

Судебная коллегия признает возможным рассмотрение настоящего дела в отсутствие не явившихся участвующих в деле лиц и их представителей в соответствии с положениями ст.ст. 167, 327 ГПК РФ и ст. 165.1 ГК РФ.

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, отзыва судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Разрешая исковые требования, суд руководствовался ст.ст. 8, 218, 234 ГК РФ, разъяснениями, содержащимися в п.15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда № 22 от 29.04.2010 г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», и исходил из того, что истцом не доказана добросовестность владения в смысле п.1 ст.234 ГК РФ, поскольку истице было изначально известно о наличии собственника домовладения – ФИО3, право собственности которой подтверждалось техническим паспортом от 03.10.1989; в похозяйственных книгах за период 1997-2001 гг. значатся ФИО3, ФИО4, ФИО5, что опровергает непрерывность владения.

Суд указал, что ссылка ФИО1 на оплату коммунальных услуг, иных расходов по содержанию имущества на протяжении длительного времени, отсутствие споров в отношении владения и пользования имуществом, не является достаточным и безусловным основанием для признания права собственности на имущество в порядке приобретательной давности, при том, что произведенная пристройка (увеличение площади с 24,9 до 83,6 кв.м) является самовольной постройкой, поскольку земельный участок истцу не принадлежит.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела, истец ФИО1, обратилась в суд с указанными требованиями ссылаясь, что в 1985 году ее муж - ФИО2 приобрел у ФИО3 домовладение, расположенное по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН. Договор купли-продажи домовладения не сохранился. ФИО2 умер ДАТА ОБЕЗЛИЧЕНА, не успев оформить право собственности на указанный дом.

Согласно уведомлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии за №НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН от 05.08.2025 г. следует, что сведения о правах ФИО1 на какие-либо объекты недвижимости в ЕГРН отсутствуют.

В соответствии со статьей 234 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество. Данное основание возникновения права собственности именуется приобретательной давностью.

Согласно пункту 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года номер 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности. Владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. По этой причине статья 234 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств.

Давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества. Давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности.

Из указанных выше положений закона и разъяснений пленумов следует, что приобретательная давность является самостоятельным законным основанием возникновения права собственности на вещь при условии добросовестности, открытости, непрерывности и установленной законом длительности такого владения. Недоказанность одного из указанных обстоятельств влечет за собой невозможность признания права собственности на спорное имущество в силу приобретательной давности.

Разрешая настоящий спор, судебная коллегия находит, что суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства дела, дал им надлежащую правовую оценку и пришел к обоснованному выводу об отказе в удовлетворении исковых требований. Доводы апелляционной жалобы не содержат оснований для отмены решения суда.

Прежде всего, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о недоказанности добросовестности владения истца спорным имуществом. Из материалов дела и апелляционной жалобы самой истца следует, что она прямо указывает на обстоятельства приобретения домовладения. Истец утверждает, что в 1985 году ее муж ФИО2 приобрел у гражданки ФИО3 домовладение по договору купли-продажи. Следовательно, истец признает совершение договора купли-продажи с собственницей ФИО3. Истец не оспаривает факт существования ФИО3 как собственницы домовладения. Истец знала, что муж получал имущество именно от собственницы, а не из других источников. Таким образом, истец заведомо знала о наличии собственника.

Давностное владение является добросовестным только тогда, когда лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности. Однако истица на протяжении всего периода владения знала, что собственником не является, пользуется домом и земельным участком на основании договора, который не был оформлен надлежащим образом в установленном законом порядке. Более того, совершив с ФИО3 сделку купли-продажи спорного дома и не оформив сделку в соответствии с требованиями закона, истица не может быть признана добросовестным владельцем спорного объекта недвижимости, поскольку она знала и должна была знать об отсутствии у нее основания возникновения права собственности на такой объект недвижимости.

Из апелляционной жалобы истца следует, что право собственности на дом муж истца в силу недостаточности денежных средств не успел оформить. Это означает, что истец понимала необходимость оформления права собственности в установленном законом порядке, но такое оформление произведено не было. Такое поведение не является добросовестным в смысле статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации. Добросовестность предполагает, что лицо не знало и не должно было знать о препятствиях к возникновению права собственности. В данном случае истец осознанно не оформила сделку надлежащим образом, что исключает добросовестность владения.

Кроме того, владение имуществом как своим собственным по смыслу пункта 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года номер 10/22 означает владение не по договору. В данном случае истец вступила в договор купли-продажи с собственницей ФИО3 Это не простое владение, а владение, основанное на договорных отношениях. Закон специально исключает из приобретательной давности владение по договору. Истец не может одновременно ссылаться на договор купли-продажи как на основание иска и требовать признания приобретательной давности, которая предполагает отсутствие договорного основания. Это является логическим противоречием, которое разрешается в пользу вывода суда об отказе в удовлетворении исковых требований.

Судебная коллегия также соглашается с выводом суда первой инстанции о недоказанности непрерывности владения истца спорным имуществом. Согласно статье 8 Федерального закона от 7 июля 2003 года номер 112-ФЗ «О личном подсобном хозяйстве» похозяйственная книга ведется органами местного самоуправления поселений на основании сведений, предоставляемых гражданами, ведущими личное подсобное хозяйство. В похозяйственную книгу записываются все личные подсобные хозяйства, в которых проживают лица, зарегистрированные по месту жительства постоянно, временно проживающие на территории поселений или осуществляющие ведение личного подсобного хозяйства. Похозяйственные книги являются официальным документом первичного учета, ведущимся органами местного самоуправления.

Из полученной по запросу суда первой инстанции информации администрации муниципального образования «Чертковское сельское поселение» Чертковского района Ростовской области от 10 сентября 2025 года за номером НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН следует, что в похозяйственных книгах данного сельского поселения о хозяйстве по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, имеются данные о его членах ФИО2 и ФИО1 только за период с 1993 года по 1996 год. При этом за период с 1997 года по 2001 год имеются записи о проживающих в домовладении членах хозяйства ФИО3, являющейся собственником домовладения, ФИО4 и ФИО5, которые проживали там после семьи ФИО16. В другие периоды времени сведения об истце ФИО1 в похозяйственных книгах отсутствуют.

Данное обстоятельство опровергает факт проживания семьи ФИО1 в спорном доме в указанный в иске давностный период, то есть факт ее добросовестного, открытого и непрерывного владения данным жилым домом как своим собственным. Открытое владение предполагает, что факт владения известен третьим лицам, в том числе органам местного самоуправления. Регистрация в похозяйственной книге является именно тем способом, которым владение становится открытым для третьих лиц. Отсутствие регистрации в похозяйственной книге в период с 1997 по 2001 год означает, что владение не было открытым в этот период, либо владение было прервано.

Довод истца о том, что похозяйственные книги являются неполным доказательством, поскольку ведутся на основании добровольной информации от граждан, не может быть принят судебной коллегией. Похозяйственные книги ведутся органами местного самоуправления и являются официальным документом. Истец была зарегистрирована в похозяйственных книгах в период с 1993 по 1996 год, что свидетельствует о том, что система учета функционировала надлежащим образом. Отсутствие истца в похозяйственных книгах в период с 1997 по 2001 год при одновременном наличии записей о собственнице ФИО3 и других лицах свидетельствует о том, что истец в этот период в домовладении не проживала либо ее проживание не было открытым и непрерывным. Данные похозяйственных книг согласуются с данными регистрационного учета органов Федеральной миграционной службы, что подтверждает их достоверность и объективность.

Истец в апелляционной жалобе критикует суд первой инстанции за то, что он не направил запрос в отдел Министерства внутренних дел России по Чертковскому району для установления личных данных ФИО3. Данный довод не может служить основанием для отмены решения суда. Согласно статье 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Согласно статье 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд вправе, но не обязан истребовать доказательства по ходатайству сторон. Истец, как заинтересованная сторона, могла самостоятельно подать ходатайство об истребовании таких сведений либо направить соответствующий запрос самостоятельно. Истец этого не сделала. Отсутствие сведений о личных данных ФИО3 не препятствует установлению факта ее существования как собственницы домовладения, что подтверждается архивными документами бюро технической инвентаризации.

Кроме того, судебная коллегия отмечает, что из архивного дела инвентарный номер НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН, содержащего технический паспорт и карточку на домовладение, расположенное по адресу: АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, следует, что по договору НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН от 12 ноября 1952 года застройщику ФИО17 был выделен в бессрочное пользование земельный участок под строительство индивидуального жилого дома на праве личной собственности по указанному адресу. Следовательно, она является собственником данного имущества. Технический паспорт вышеуказанного домовладения на праве собственности ФИО3 составлен по состоянию на 3 октября 1989 года, имеются записи, датированные 23 января 1990 года. Эти архивные документы являются объективными доказательствами наличия собственника домовладения и опровергают довод истца о том, что она не знала и не должна была знать о наличии собственника.

Судебная коллегия находит необходимым обратить особое внимание на критическое препятствие для удовлетворения исковых требований, которое заключается в отсутствии надлежащего доказательства в виде заключения государственной судебной экспертизы из учреждения Министерства юстиции Российской Федерации. Истец представила техническое обследование от 27 июня 2025 года, проведенное частной организацией. Однако такое техническое обследование не может служить надлежащим доказательством для целей судебного разбирательства о приобретательной давности недвижимости, качество и надежность которой не подтверждена надлежащими доказательствами, при том, что эта недвижимость возведена самовольно.

Согласно Распоряжению Правительства Российской Федерации от 31 октября 2023 года НОМЕР ОБЕЗЛИЧЕН-р, судебная строительно-техническая экспертиза по гражданским делам, связанным с самовольным строительством, проводится исключительно государственными судебно-экспертными организациями. Техническое обследование, проведенное частной организацией, не является надлежащей заменой государственной судебной экспертизы и не может рассматриваться судом как достаточное доказательство для установления юридических фактов, необходимых для признания права собственности в силу приобретательной давности.

Судом апелляционной инстанции в судебном заседании 15 декабря 2025 года стороне истца было предложено рассмотреть вопрос о заявлении ходатайства о проведении судебной строительной экспертизы в экспертном учреждении Министерства юстиции РФ. В судебное заседание отложенное на 15 января 2026 года поступило заявление представителя истца об отказе заявлять указанное ходатайство в связи с тяжелым материальным положением истца. Доказательств тяжелого материального положения не представлено.

Более того, техническое обследование касается только технического состояния строения и не может опровергнуть юридические факты о добросовестности, непрерывности и открытости владения. Это различные предметы доказывания. Техническое обследование может подтвердить, что дом находится в хорошем состоянии и соответствует строительным нормам и правилам, однако оно не может подтвердить, что истец добросовестно, открыто и непрерывно владела домом как своим собственным в течение пятнадцати лет. Для установления этих обстоятельств необходимы иные доказательства, в том числе заключение государственной судебной экспертизы, которая могла бы установить сроки и периоды строительства пристройки, фактический период нахождения дома в надлежащем состоянии и соответствие этого периода заявленному периоду давности, а также наличие признаков добросовестного владения.

Отсутствие государственной судебной экспертизы из учреждения Министерства юстиции Российской Федерации является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований, поскольку истец не представила надлежащих доказательств, требуемых для установления юридических фактов, необходимых для установления соответствия самовольной постройки СНиП и безопасности. Даже если бы остальные условия приобретательной давности были установлены, отсутствие государственной судебной экспертизы препятствует полному и надлежащему судебному разбирательству по существу заявленных требований.

Учитывая положения п. 25, п. 29 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 44 от 12 декабря 2023 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при применении норм о самовольной постройке», судебная коллегия отмечает, что при установлении нарушений градостроительных и строительных норм, допущенных при возведении постройки, суд должен оценить их существенность. Вместе с тем, в данном случае истец не представила доказательств, необходимых для оценки существенности нарушений, в виде заключения государственной судебной экспертизы. При таких обстоятельствах невозможно установить, соответствует ли спорная постройка требованиям безопасности и не создает ли угрозу жизни и здоровью граждан. Данное обстоятельство является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Судебная коллегия также отмечает, что из материалов дела следует, что спорный жилой дом состоит на кадастровом учете с площадью 24,9 кв.м. Из технического обследования от 27 июня 2025 года данного объекта капитального строительства следует, что общая площадь жилого дома увеличилась на 58,7 кв.м. за счет строительства пристройки и уточнения площадей и составила 83,6 кв.м., в том числе жилая площадь 52,0 кв.м. Документов, подтверждающих то, что выдавалось разрешение на строительство пристройки по указанному адресу, равно как и на реконструкцию дома, суду не представлено. Земельный участок, на котором расположен жилой дом, на каком-либо праве истцу ФИО1 или ее мужу не принадлежит.

Согласно пункту 1 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации самовольной постройкой является здание, сооружение или другое строение, возведенные или созданные на земельном участке, не предоставленном в установленном порядке, или на земельном участке, разрешенное использование которого не допускает строительства на нем данного объекта, либо возведенные или созданные без получения на это необходимых в силу закона согласований, разрешений или с нарушением градостроительных и строительных норм и правил, если разрешенное использование земельного участка, требование о получении соответствующих согласований, разрешений и (или) указанные градостроительные и строительные нормы и правила установлены на дату начала возведения или создания самовольной постройки и являются действующими на дату выявления самовольной постройки. Лицо, осуществившее самовольную постройку, не приобретает на нее право собственности.

Земельный участок, на котором расположен жилой дом, истцу ФИО1 не принадлежит на каком-либо праве. Пристройка была возведена без разрешения собственника земельного участка и без получения необходимых разрешений, что делает ее самовольной постройкой в смысле статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации. Самовольное строительство не может быть основанием для приобретения права собственности в порядке приобретательной давности. Напротив, собственник земельного участка имеет право требовать сноса самовольной постройки. Суд первой инстанции правильно указал на это препятствие для удовлетворения исковых требований.

Показания опрошенных в судебном заседании суда первой инстанции свидетелей ФИО15 и ФИО14 оценены судом в совокупности с другими доказательствами по делу. Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что эти показания не могут подтвердить в полном объеме обстоятельства, указанные истцом.

В частности, свидетель ФИО15 пояснила, что она проживает в поселке АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН ухаживала за своей бабушкой, которая проживала в АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, и которая умерла в 1993 году. ФИО1 она знает с 1990 года, семья которой зашла в пустой дом по переулку Северному, АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, и стала там жить, сделали пристройку к дому. Свидетель ФИО14 пояснила, что знает семью ФИО1 с 2000 года, которая проживала в поселке АДРЕС ОБЕЗЛИЧЕН, дружила с ее дочерью. Она предполагала, что ФИО16 купили этот дом, никуда не уезжали.

Свидетельские показания имеют подчиненное значение по сравнению с официальными письменными документами. Документы, такие как похозяйственные книги, регистрация в органах Федеральной миграционной службы, архивные документы бюро технической инвентаризации, являются объективными доказательствами, фиксирующими состояние на определенный момент времени. Показания свидетелей о предположении, что ФИО16 купили дом, не являются доказательством совершения сделки в установленном законом порядке. Свидетельские показания не согласуются с официальной регистрацией истца в органах Федеральной миграционной службы по другому адресу в период с 1997 по 2018 год. Суд первой инстанции справедливо оценил эти показания как недостаточные для опровержения объективных письменных доказательств.

Довод истца о том, что отсутствие претензий от каких-либо лиц в течение тридцати лет свидетельствует о добросовестности владения, также не может быть принят судебной коллегией. Отсутствие претензий может быть объяснено различными обстоятельствами. Собственница ФИО3 могла не знать о присвоении имущества, если она уехала из поселения. Собственница могла умереть, и ее наследники не знают о существовании домовладения. Собственница могла быть в местах лишения свободы или за границей и не иметь возможности защищать свои права. Молчание заинтересованного лица не означает согласие с присвоением имущества. По смыслу закона добросовестность должна быть активно подтверждена позитивными доказательствами, а не просто предполагаться из отсутствия возражений третьих лиц. Отсутствие претензий не является доказательством добросовестности владения в смысле статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Довод истца о том, что уход за домом и оплата расходов на содержание жилья свидетельствуют о добросовестности владения, также не может служить основанием для удовлетворения исковых требований. Суд первой инстанции обоснованно указал, что уход за домом и оплата коммунальных услуг являются естественными действиями любого проживающего в доме лица, вне зависимости от наличия права собственности. Арендатор также ухаживает за домом и оплачивает коммунальные услуги, однако это не означает, что он добросовестно владеет домом как собственник. Уход за имуществом не является доказательством добросовестности владения в смысле статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, это просто необходимое условие пользования имуществом.

Судебная коллегия находит, что установленные судом первой инстанции обстоятельства и представленные стороной истца доказательства в их совокупности не подтверждают доводы истца ФИО1 о том, что она является давностным владельцем, открыто и непрерывно владеет с 1985 года и по настоящее время вышеуказанным жилым домом как своим собственным имуществом. Совокупность доказательств, имеющихся в деле, включая похозяйственные книги, архивные документы бюро технической инвентаризации, документы органов регистрационного учета, выписки из Единого государственного реестра недвижимости, свидетельствует о недоказанности условий приобретательной давности. В связи с этим решение суда первой инстанции об отказе в удовлетворении исковых требований является законным и обоснованным.

Судебная коллегия считает необходимым отметить, что решение суда первой инстанции вынесено на основе полного, всестороннего и объективного исследования обстоятельств дела. Суд первой инстанции правильно применил нормы материального права, включая статью 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, статью 222 Гражданского кодекса Российской Федерации и Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года номер 10/22. Суд объективно оценил доказательства, основываясь на похозяйственных книгах, архивных документах бюро технической инвентаризации и документах органов регистрационного учета. Суд справедливо обнаружил и указал на препятствия к удовлетворению иска, включая отсутствие государственной судебной экспертизы. Суд дал логичное и юридически обоснованное обоснование отказа в удовлетворении требований.

Доводы апелляционной жалобы не содержат ссылок на обстоятельства, которые не были бы предметом исследования суда первой инстанции, либо которые опровергали бы выводы судебного решения. Доводы апелляционной жалобы по существу сводятся к несогласию с оценкой доказательств, данной судом первой инстанции, и направлены на переоценку доказательств и установленных судом обстоятельств. Однако иная оценка доказательств и иное толкование норм материального права не свидетельствуют о неправильности решения суда.

Нарушений норм процессуального права, которые могли бы служить основанием для отмены решения суда в соответствии со статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебной коллегией не установлено. Решение суда первой инстанции отвечает требованиям статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, является законным и обоснованным и отмене не подлежит.

Руководствуясь статьями 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Чертковского районного суда Ростовской области от 30 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 19 января 2026 года.