Апелляционное определение № 11-13559/2025 от 16 декабря 2025 г.

74RS0015-01-2025-000530-82

Судья Лоскутова Н.С.

дело № 2-449/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



№11-13559/2025
17 декабря 2025 года
г. Челябинск
Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Белых А.А.,

судей Бромберг Ю.В., Булавинцева С.И.,

при секретаре судебного заседания Ревякиной Е.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Еманжелинского городского суда Челябинской области от 01 сентября 2025 года по исковому заявлению страхового публичного акционерного общества «Ингосстрах» к ФИО1 о взыскании ущерба в порядке регресса, судебных расходов.

Заслушав доклад судьи Бромберг Ю.В. об обстоятельствах дела и доводах апелляционной жалобы, судебная коллегия,

УСТАНОВИЛА:

Страховое публичное акционерное общество «Ингосстрах» (далее – СПАО «Ингосстрах») обратилось в суд с иском к ФИО1 о возмещении ущерба в порядке регресса в размере 400 000 руб., о возмещении расходов по оплате государственной пошлины в размере 12500 руб.

В обоснование исковых требований указано, что 09 марта 2024 года имело место дорожно-транспортное происшествие (далее – ДТП) с участием автомобиля Kaiyi E5, под управлением ФИО2, принадлежащего ФИО1 и автомобиля Baic EU5, под управлением ФИО3 В результате ДТП автомобилям были причинены механические повреждения. Виновным в ДТП был признан водитель ФИО2 Гражданская ответственность автомобиля Kaiyi E5 была застрахована в СПАО «Ингосстрах», гражданская ответственность автомобиля Baic EU5 была застрахована в АО «АльфаСтрахование». Потерпевший обратился в АО «АльфаСтрахование» с заявлением о выплате страхового возмещения, которым случай был признан страховым и произведено возмещение в размере 400 000 руб., которое в свою очередь возмещено СПАО «Ингосстрах». В заявлении о заключении договора ОСАГО транспортное средство Kaiyi E5, должно использоваться в личных целях. Истцом установлено, что в отношении автомобиля Kaiyi E5 действует лицензия на осуществление деятельности такси. Таким образом, страхователем предоставлена недостоверная информация, в связи, с чем у страховщика возникло право регрессного требования

Решением суда исковые требования удовлетворены. С ФИО1 в пользу СПАО «Ингосстрах» взыскан ущерб в размере 400 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 12 500 руб.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение. Указывает, что при заключении договора ОСАГО он указал достоверные сведения, поскольку намеревался использовать данный автомобиль для личных целей, в дальнейшем в полис ОСАГО был включен водитель ФИО2, которому автомобиль был передан ФИО1 по договору аренды и данный водитель с 15 января 2024 г. получил лицензию на работу в такси, что гораздо позднее, чем был заключен договор ОСАГО. Кроме того указывает, что согласно договору аренды в дальнейшем именно водитель и законный владелец ФИО2 должен был все изменения вносить в полис ОСАГО и доплачивать страховую премию при необходимости. Считает, что надлежащим ответчиком является ФИО2, который управлял автомобилем на законных основаниях по договору аренды.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции извещены, в суд не явились, в связи, с чем судебная коллегия на основании статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации признала возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

В соответствии с пунктом 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, между СПАО «Ингосстрах» и ФИО1 был заключен договор обязательного страхования автомобиля Kaiyi E5, государственный регистрационный знак № (страховой полис серия № № от 17 января 2024 года (л.д. 8-9, 10 т.1).

09 марта 2024 года произошло ДТП с участием автомобиля Kaiyi E5, государственный регистрационный знак №, под управлением водителя ФИО2 и автомобиля Baic EU5, государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО3 (л.д. 154-167 т.1).

Согласно карточке учета транспортного средства собственником автомобиля Kaiyi E5 является ФИО1, собственником автомобиля Baic EU5 - ООО «Практика ЛК» (л.д. 119, 119об. т.1).

Виновным в ДТП был признан водитель ФИО2, нарушивший требований п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации).

В связи с повреждением транспортного средства Baic EU5 19 марта 2024г. АО «АльфаСтрахование» произвело выплату страхового возмещения в размере 400000 руб. (л.д. 76,100-102,103 т.1).

04 декабря 2024 года СПАО «Ингосстрах», являясь страховщиком гражданской ответственности владельца автомобиля Kaiyi E5, возместило АО «АльфаСтрахование» денежную сумму в размере 400 000 руб. (л.д. 105).

СПАО «Ингосстрах» установив, что автомобиль Kaiyi E5, фактически использовался в качестве такси, обратился с регрессными требованиями к ФИО1 на основании подпункта «к» пункта 1 статьи 14 Федерального закона от 25 апреля 2002 года №40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО) о взыскании убытков.

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции пришел к выводу о наличии совокупности условий для привлечения ответчика ФИО1 к гражданско-правовой ответственности в порядке регресса по основаниям сокрытия ответчиком, являющимся владельцем транспортного средства Kaiyi E5 и страхователем по договору, обстоятельств относительно цели использования транспортного средства, имеющих существенное значение для определения вероятности наступления страхового случая и размера возможных убытков от его наступления.

С данными выводами суда судебная коллегия полагает возможным согласиться на основании следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п. 2 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором, в пределах, установленных гражданским законодательством.

Таким образом, причинение имущественного вреда порождает обязательство между причинителем вреда и потерпевшим, вследствие которого на основании статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно п. 1 ст. 965 Гражданского кодекса Российской Федерации к страховщику, выплатившему страховое возмещение, переходит в пределах выплаченной суммы право требования, которое страхователь (выгодоприобретатель) имеет к лицу, ответственному за убытки, возмещенные в результате страхования.

Применительно к договору ОСАГО право страховщика на регрессное взыскание ограничено случаями, прямо указанными в законе.

Одним из таких случаев согласно подпункту «к» пункта 1 статьи 14 Закона об ОСАГО является предоставление страховщику владельцем транспортного средства при заключении договора обязательного страхования недостоверных сведений, что привело к необоснованному уменьшению размера страховой премии.

В соответствии с п. 1.6 Правил ОСАГО ответственность за полноту и достоверность сведений, предоставляемых страховщику, несет владелец транспортного средства. Страхователь обязан отметить соответствующее значение, сообщив страховщику достоверные сведения о цели использования страхуемого транспортного средства.

Из системного толкования подпункта «к» пункта 1 статьи 14 Закона об ОСАГО следует, что право регресса у страховщика к причинителю вреда, каковым по смыслу ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации и ст. 1 Закона об ОСАГО является владелец транспортного средства как источника повышенной опасности, при использовании которого причинен вред, возникает в случае осуществления страхового возмещения по договору ОСАГО, при заключении которого страхователем (владельцем транспортного средства) представлены недостоверные данные, которые привели к уменьшению размера страховой премии.

Согласно п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В силу абз. 3 п. 1 ст. 1 Закона об ОСАГО владелец транспортного средства - собственник транспортного средства, а также лицо, владеющее транспортным средством на праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (право аренды, доверенность на право управления транспортным средством, распоряжение соответствующего органа о передаче этому лицу транспортного средства и тому подобное). Не является владельцем транспортного средства лицо, управляющее транспортным средством в силу исполнения своих служебных или трудовых обязанностей, в том числе на основании трудового или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем транспортного средства.

Таким образом, по общему правилу лицом, отвечающим перед страховщиком в порядке регресса при наличии обстоятельств, перечисленных в подпункте «к» пункта 1 статьи 14 Закона об ОСАГО, является владелец источника повышенной опасности - лицо, владеющее источником повышенной опасности на праве собственности либо ином законном основании.

На момент ДТП ФИО1 являлся законным владельцем транспортного средства Kaiyi E5, государственный регистрационный знак №, по смыслу статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, именно на ФИО1 (фактического владельца транспортного средства на момент заключения договора ОСАГО и на момент ДТП) была возложена обязанность предоставить достоверные сведения при заключении договора обязательного страхования о цели использования транспортных средств.

Из материалов дела следует, что автомобиль фактически использовался в качестве такси в период действия договора ОСАГО, а ФИО1, являясь владельцем автомобиля и страхователем по договору ОСАГО, несет ответственность за полноту и достоверность сведений и документов, представляемых страховщику, однако о том, что автомобиль будет использоваться в качестве такси он в нарушение требований закона страховщику не сообщил (л.д. 10).

Отклоняя довод ФИО1 о том, что в полис ОСАГО был включен водитель ФИО2, которому автомобиль был передан ФИО1 по договору аренды, согласно которому именно водитель должен был вносить изменения в полис ОСАГО, судебной коллегией не принимается во внимание, поскольку сам факт того, что ответчик передал транспортное средство в аренду, уже противоречит цели использования транспортного средства, указанной в договоре страхования – «личная».

В данном случае ответственность наступает за предоставление страховщику недостоверных сведений при заключении договора страхования, поскольку договор аренды является действующим и у его владельцев имеется возможность использовать автомобиль в указанных целях в любое время в период действия данного договора.

Учитывая изложенное, исследованные судом первой инстанции доказательства в своей совокупности с достоверностью подтверждают доводы истца о том, что при заключении договора ОСАГО ответчик как страхователь указал сведения, не соответствующие действительности относительно цели использования транспортного средства, которые привели к необоснованному снижению страховой премии, в связи с чем суд правомерно удовлетворил исковые требования.

Транспортное средство после заключения договора ОСАГО использовалось в качестве такси, о чем свидетельствуют материалы дела.

Доводы апелляционной жалобы не содержат каких-либо новых обстоятельств, которые не были бы предметом исследования суда первой инстанции или опровергали выводы судебного решения, основаны на ошибочном толковании норм материального права, в связи с чем, не влияют на правильность принятого судом решения и не могут служить основанием к отмене решения суда.

Выводы суда подробно со ссылками на нормы материального права, регулирующие спорные правоотношения, приведены в мотивировочной части решения и судебная коллегия с ними соглашается, не усматривая оснований для их переоценки. Нормы материального права при рассмотрении дела применены правильно. Нарушений норм процессуального права, влекущих отмену решения, судом не допущено. Судебная коллегия полагает, что решение суда первой инстанции является законным и обоснованным и отмене по доводам апелляционной жалобы не подлежит.

Руководствуясь ст. 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Еманжелинского городского суда Челябинской области от 01 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 22 декабря 2025 года.