Апелляционное определение № 33-3774/2025 от 16 декабря 2025 г.

Судья Бектемирова С.Ш. гражд. дело № 2-3034/2024

№33-3774/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Астрахань 17 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Астраханского областного суда в составе:

председательствующего Метелевой А.М.,

судей областного суда Лапшиной Л.Б.,Алтаяковой А.М.,

при секретаре Барковой Е.В.,

заслушала в открытом судебном заседании по докладу судьи Лапшиной Л.Б. дело по апелляционным жалобам ФИО7, директора Государственного автономного учреждения культуры <адрес> «Астраханская государственная филармония» ФИО8 на решение Кировского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по иску ФИО7 к ФИО34 <адрес> ФИО35 <адрес> «Астраханская государственная филармония» ФИО8, ФИО10, ФИО11, ФИО1, ФИО13, ФИО18, министерству культуры <адрес>, министру культуры <адрес> ФИО9, ФИО12, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 о признании действий незаконными, признании незаконными и отмене приказов, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда, возложении обязанности выдать средства индивидуальной защиты,

УСТАНОВИЛА:

ФИО7 обратился в суд с иском, в обоснование указав, что ДД.ММ.ГГГГ был принят на работу в ФИО36 <адрес> «Астраханская государственная филармония» (далее - ФИО37 на должность машиниста сцены на 1/2 ставки. Приказом работодателя от ДД.ММ.ГГГГ к нему применено дисциплинарное взыскание, и приказом от ДД.ММ.ГГГГ №-кл он был уволен по пункту 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации. С указанными приказами не согласен, поскольку нарушений трудовой дисциплины он не совершал. Указал, что ответчик ФИО11, не имея высшего образования в области культуры и искусства, обманным путем устроилась на работу в ФИО38 на должность режиссера-постановщика, присвоила себе полномочия вышестоящего должностного лица, и должна быть привлечена к уголовной ответственности по статье 288 Уголовного кодекса Российской Федерации. ФИО10 по приказу ФИО8 удерживал его в кабинете заместителя директора учреждения ФИО13, и требовал от него написания доноса самого на себя. По факту преступной деятельности ФИО8 и ФИО10 он обратился в министерство культуры <адрес>, однако министр ФИО9 не только покрыла преступление, но и не сообщила о нем в правоохранительные органы. Полагает, что ФИО8 совершила должностное преступление, уволив его как лица предпенсионного возраста с занимаемой должности. Кроме того указал, что начальник отдела кадров ФИО39 ФИО12 сфабриковала акты о не предоставлении работником объяснений от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ; специалист по охране труда ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ подписал акт о несуществующей ситуации; администраторы ФИО41 ФИО3 и ФИО4 подписали акт от ДД.ММ.ГГГГ якобы об отказе от предоставления объяснений; машинисты сцены ФИО5 и ФИО6 подписали сфабрикованные ФИО29 акты от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ об отсутствии работника на рабочем месте. С учетом измененных исковых требований истец ФИО7 просил признать действия директора ФИО40 ФИО8, работников ФИО10, ФИО13, ФИО11, ФИО18, ФИО1, ФИО12, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, министерства культуры <адрес> и министра культуры <адрес> ФИО9 незаконными, признать незаконными и отменить приказы ФИО44 от ДД.ММ.ГГГГ «О применении дисциплинарного взыскания к работнику» и от ДД.ММ.ГГГГ №-кл об увольнении работника, восстановить его на работе в должности машиниста сцены, взыскать с ФИО43 в его пользу заработную плату за время вынужденного прогула, и компенсацию морального вреда в сумме 12000000 руб.

Также ФИО7 обратился в суд с иском к ФИО42 ФИО8, ФИО10, ФИО13, министерству культуры <адрес> и министру культуры <адрес> ФИО9, указав на то, что в период работы ему была выдана лишь часть средств индивидуальной защиты – халат, рукавицы, перчатки, при этом в обеспечении теплой спецодеждой, теплой обувью, теплыми средства защиты для рук, теплым помещением, защитной каской, страховочными средствами индивидуальной защиты и моющими средствами было отказано. В ФИО45 отсутствовала личная карточка учета выдачи средств индивидуальной защиты, журнал учета выдачи и приказ о выдаче таких средств. Полагает, что в действиях ответчиков усматриваются признаки состава административного правонарушения, предусмотренного частями 1 и 4 статьи 5.27.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях. При изложенных обстоятельствах просил признать действия ответчиков незаконными и необоснованными, возложить на ФИО46 обязанность выдать ему в полном объеме средства индивидуальной защиты (защитной каской, страховочным оборудованием, защитными очками), обеспечить теплым помещением, отвечающим санитарным нормам и требованиям для хранения средств индивидуальной защиты, приема пищи с мебелью, индивидуальным шкафом с замком и моющими средства, взыскать в его пользу компенсацию морального вреда в сумме 1000000 руб.

Гражданские дела по указанным исковым заявлениям ФИО7 определением Кировского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ объединены в одно производство с присвоением делу номера 2-3034/2024.

В судебном заседании истец ФИО7 исковые требования поддержал, просил удовлетворить.

Ответчики ФИО48 директор ФИО47 ФИО8, ФИО10 ФИО11, ФИО1, ФИО13, ФИО18, ФИО12, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, представитель министерства культуры <адрес>, министр культуры <адрес> ФИО9 и представитель третьего лица Государственной инспекции труда в <адрес> участия в судебном заседании не принимали, извещены надлежащим образом.

Решением Кировского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ исковые требования ФИО7 удовлетворены частично. Приказы ФИО49 от ДД.ММ.ГГГГ «О применении дисциплинарного взыскания к работнику» и от ДД.ММ.ГГГГ №-кл об увольнении работника признаны незаконными и отменены. ФИО7 восстановлен на работе в должности машиниста сцены, с ФИО50 в его пользу взыскана заработная плата за время вынужденного прогула в сумме 64893,81 руб., компенсация морального вреда в размере 10000 руб., в остальной части исковые требования оставлены без удовлетворения. С ФИО51 в доход бюджета МО «<адрес>» взыскана государственная пошлина в сумме 400 руб.

В апелляционной жалобе ФИО7 ставит вопрос об отмене решения в части отказа в удовлетворении заявленных им требований, в части размера присужденной судом суммы компенсации морального вреда и взыскании в его пользу указанной компенсации в сумме 100 000 руб. Считает незаконным объединение двух дел в одно производство, поскольку таким образом суд лишил его права на возмещение морального вреда за два нарушения. При рассмотрении иска суд не установил все юридически значимые обстоятельства, что привело к принятию незаконного решения. Акт от ДД.ММ.ГГГГ об отказе в получении средств индивидуальной защиты сфабрикован, свидетель ФИО10 дал в суде ложные показания. Суд не истребовал, а ответчик не представил личную карточку учета выдачи средств индивидуальной защиты, журнал учета выдачи средств индивидуальной защиты, приказ о выдаче средств индивидуальной защиты, что указывает на нарушения со стороны работодателя. Суд неправильно рассчитал заработок за время вынужденного прогула. Не согласен с выводами суда, что руководитель ФИО52 ФИО8, начальник монтировочного цеха ФИО10, режиссер-постановщик ФИО11, работники филармонии ФИО6, ФИО19, ФИО1, ФИО13, ФИО3, ФИО2, ФИО4, ФИО12 не являются надлежащими ответчиками по делу. В решении суда не нашло отражение то, что он является лицом предпенсионного возраста, а также работником инвалидом. Не согласен с выводами суда о том, что факты, изложенные в докладных записках, нашли свое подтверждение. Полагает, что эти факты опровергаются табелем учета рабочего времени, расчетными листками, аудиозаписью, фотографиями, трудовым договором, должностной инструкцией, индивидуальной программой реабилитации инвалида. Суд не дал оценки тому, что в деле отсутствуют докладные записки, служебная записка от ДД.ММ.ГГГГ расценена как акт об отсутствии работника на рабочем месте. Аудиозаписи его диалога с ФИО10, согласно которой последний отпустил работника на ДД.ММ.ГГГГ, суд также оценки не дал. В назначении по делу фоноскопической экспертизы необоснованно отказано. Работодателем не издан приказ о проведении служебного расследования, не создана комиссия, отсутствует ее заключение, что свидетельствует о том, что не установлена степень вины работника в совершенном дисциплинарном проступке. Судом не разрешен вопрос о возмещении истцу судебных расходов, связанных с отправкой корреспонденции, не решен вопрос о привлечении руководителя филармонии к уголовной ответственности по факту незаконного увольнения работника. Также указал, что его индивидуальная программа реабилитации инвалида не адаптирована к его должностной инструкции, что свидетельствует о том, что работнику не созданы условия для работы. Суд этому оценки в решении не дал. Кроме того, считает участие представителя ФИО53 ФИО20 незаконным ввиду наличия у него судимости.

В апелляционной жалобе директор ФИО54 ФИО8 ставит вопрос об отмене решения в части удовлетворенных исковых требований ФИО7 Не согласна с выводами суда о нарушении работодателем процедуры привлечения работника к дисциплинарной ответственности. Несмотря на то, что акт об отказе в даче объяснений составлен в день отказа, однако дисциплинарные взыскания на истца наложены по истечении установленного законом двухдневного срока, что свидетельствует о том, что у работника имелся срок для предоставления объяснений до принятия работодателем решения о привлечении его к дисциплинарной ответственности, следовательно, требования статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации работодателем не нарушены.

Также на решение суда заместителем прокурора <адрес> ФИО21 внесено апелляционное представление, в котором ставится вопрос об отмене решения и принятии по делу нового решения.

В ходе рассмотрения дела в апелляционном порядке заместитель прокурора <адрес> ФИО21 отказалась от апелляционного представления на решение суда, в связи с чем апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Астраханского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ производство по указанному апелляционному представлению прекращено.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Астраханского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ решение районного суда в части признания незаконными и отмене приказов ФИО58 <адрес> ФИО57 от ДД.ММ.ГГГГ №-кл о применении дисциплинарного взыскания и от ДД.ММ.ГГГГ №-кл об увольнении работника, восстановления ФИО7 на работе в Государственном автономном учреждении культуры <адрес> «Астраханская государственная филармония» в должности машиниста, сцены, взыскания с ФИО55 <адрес> «Астраханская государственная филармония» в пользу ФИО7 заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда отменено, принято в указанной части новое решение об отказе в иске. Решение в части взыскания с Государственного автономного учреждения культуры <адрес> ФИО56<адрес>» государственной пошлины в размере 400 (четыреста) рублей отменено. В остальной части решение районного суда оставлено без изменения.

Определением судебной коллегии по гражданским делам Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Астраханского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Астраханского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ постановлено: решение Кировского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в части признания незаконными и отмене приказов Государственного автономного учреждения культуры <адрес> ФИО60 от ДД.ММ.ГГГГ №-кл о применении дисциплинарного взыскания и от ДД.ММ.ГГГГ №-кл об увольнении работника, восстановления ФИО7 на работе в ФИО61 <адрес> ФИО63 в должности машиниста сцены, взыскания с Государственного автономного учреждения культуры <адрес> ФИО59 в пользу ФИО7 заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда отменить, принять в указанной части новое решение об отказе в иске.

Решение Кировского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в части взыскания с ФИО64 <адрес> ФИО62 «<адрес>» государственной пошлины в размере 400 рублей отменено.

В остальной части решение Кировского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО7 - без удовлетворения.

Кассационным определением Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от ДД.ММ.ГГГГ Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Астраханского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ отменено, дело направлено на новое апелляционное рассмотрение.

Истец ФИО7, ответчики ФИО8 ФИО5.ФИО22, ФИО3, ФИО11, ФИО6, ФИО2 направили в судебную коллегию заявление о рассмотрении дела в свое отсутствие.

На заседание судебной коллегии ФИО4, ФИО18, ФИО12, представитель министерства культуры <адрес>, министр культуры <адрес> ФИО9 и представитель третьего лица Государственной инспекции труда в <адрес>, будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте судебного заседания, не явились, о причинах неявки не уведомили, о рассмотрении дела в свое отсутствие не просили, в связи с чем на основании положений статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия считает возможным рассмотреть апелляционные жалобы в отсутствие указанных лиц.

Заслушав докладчика, объяснения ФИО65 по доверенности ФИО32, ФИО10, поддержавших доводы жалобы ФИО67 и возражавшего по доводам жалобы ФИО7, заключение прокурора ФИО23, о законности вынесенного решения, проверив материалы дела, обсудив доводы жалоб, изучив приобщенные к материалам дела дополнительные доказательства в соответствии с положениями статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований к отмене решения районного суда, исходя из следующего.

Из материалов дела следует, что ФИО7 приказом от ДД.ММ.ГГГГ №-кл (л.д. 60 тома 1) принят на работу в ФИО66 в монтировочный цех на должность машиниста сцены на неполный рабочий день (не более 4 часов в день) с должностным окла<адрес> руб.

Из условий заключенного между сторонами трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ (л. 28-31 дела №) усматривается, что работник осуществляет работу в монтировочном цехе и подчиняется непосредственно начальнику монтировочного цеха (пункт 1.2).

ДД.ММ.ГГГГ режиссер-постановщик ФИО69 ФИО11 обратилась в директору ФИО68 со служебной запиской, указав на то, что за ФИО7 неоднократно наблюдается некорректное поведение во время концертов в филармонии. ДД.ММ.ГГГГ в 12.00 часов во время концерта <данные изъяты> сотрудник после третьего звонка в концертном зале, в рабочей форме, прошел через сцену в зал и остался смотреть концерт, при этом его работа необходима была за кулисами. Просила принять меры по данному случаю (л.д. 32 тома 1).

Начальник монтировочного цеха ФИО10 ДД.ММ.ГГГГ также обратился к директору ФИО70 со служебными записками, в которых указал, что ФИО7 явился на рабочее место с опозданием более чем на два часа, отсутствовал на рабочем месте без уважительной причины с 09.00 до 11.00 часов (л.д. 33, 35 тома 1). На его вопросы ФИО7 ответил, что нигде не указано, что его рабочий день начинается в 09.00 часов и что у него с директором учреждения согласовано время явки на работу согласно графику репетиций и концертов. Также ФИО10 указал, что задал ФИО7 вопрос о том, что он сделал согласно должностным инструкциям для того, чтобы джазовый оркестр зашел в репетицию в 13.00 часов, но что ФИО7 ответил: «Разговор окончен, пошел вон!». При изложенных обстоятельствах ФИО10 просил принять меры дисциплинарного характера.

Ввиду отсутствия ФИО7 на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ в течение двух часов, начальником монтировочного цеха ФИО10 в присутствии машинистов сцены ФИО5, ФИО6 и заместителя директора ФИО13 составлен акт об отсутствии на рабочем месте (л.д. 36 тома 1).

ДД.ММ.ГГГГ начальник монтировочного цеха ФИО10 вновь составил служебную записку об отсутствии ФИО7 на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ с 09.00 часов по настоящее время (11.30 часов) без уважительной причины (л.д. 37 тома 1) и в присутствии машинистов сцены ФИО5, ФИО6 и заместителя директора ФИО13 составил акт об отсутствии на рабочем месте ФИО7 (л.д. 38 тома 1).

Также ДД.ММ.ГГГГ начальник монтировочного цеха ФИО10 подал директору ФИО71 служебные записки (л.д. 39-40 тома 1), в которых указал, что ДД.ММ.ГГГГ машинист сцены ФИО7 покинул рабочее место в 13.00 часов и до конца рабочего дня отсутствовал на работе, однако со слов сотрудника службы охраны ему стало известно, что ФИО7 явился на работу, произвел отметку своего выхода из здания через систему электронного контроля с помощью пластиковой карты, после чего ушел. Также ФИО10 указал, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 отсутствовал на работе. Просил считать данный факт нарушением трудовой дисциплины и принять соответствующие меры в отношении данного сотрудника.

ДД.ММ.ГГГГ в 13.20 часов в кабинете отдела кадров ФИО72 ФИО7 было предложено предоставить письменное объяснение по факту совершенных им дисциплинарных проступков, выразившихся в отсутствии на рабочем месте без уважительных причин ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ.

От предоставления объяснений ФИО7 отказался, в связи с чем начальником отдела кадров ФИО12 в присутствии специалиста по кадрам ФИО24 и начальника планово-экономического отдела ФИО25 ДД.ММ.ГГГГ был составлен соответствующий акт (л.д. 41 тома 1).

На основании заявления ФИО7 от ДД.ММ.ГГГГ году ему приказом директора ФИО73 от ДД.ММ.ГГГГ №-ко предоставлен ежегодный основной оплачиваемый отпуск с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 42 тома 1).

В связи с опозданиями на работу ДД.ММ.ГГГГ без уважительной причины и не подготовки к репетиции (начало репетиции в 13.00 часов) эстрадно-джазового оркестра согласно части 7 пункта 2 должностной инструкции, ДД.ММ.ГГГГ без уважительной причины и не подготовки к репетиции (начало репетиции в 09.30 часов) оркестра русских народных инструментов согласно части 7 пункт 2 должностной инструкции, а также отсутствием на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ без уважительной причины и некорректном и грубом поведении с должностным лицом и непосредственным руководителем, ФИО7 приказом директора ФИО74 от ДД.ММ.ГГГГ №-кл объявлен выговор (л.д. 43 тома 1).

Указанный приказ издан с согласия председателя представительного органа работников ФИО75 ФИО1, работник ФИО7 ознакомлен с приказом под подпись ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ начальник монтировочного цеха ФИО10 обратился к директору ФИО76 со служебной запиской (л.д. 44 тома 1), указав на то, что ДД.ММ.ГГГГ в 09.00 часов им как непосредственным руководителем производилась постановка задач по уборке территорий и помещений в рамках парко-хозяйственного дня. Машинист сцены ФИО7 отказался выполнять поставленную задачу по уборке территории колосникового хозяйства и галерей сцены, сославшись на отсутствие у него допуска к работе на высоте. В присутствии специалиста по охране труда ФИО2 и заместителя директора ФИО13, ФИО7 сообщено, что для передвижения по галереям допуск к работе на высоте не нужен. Однако ФИО7 молча вышел из учреждения и покинул рабочее место без объяснения причин. На телефонные звонки не отвечает, сообщение о требовании вернуться на работу игнорирует.

Ввиду отсутствия ФИО7 на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ в период с 9.20 часов до 14.55 часов начальником монтировочного цеха ФИО10 в присутствии заместителя директора ФИО13, специалиста по охране труда ФИО2 и машиниста сцены ФИО5 составлен акт об отсутствии работника на рабочем месте (л.д. 45 тома 1).

ДД.ММ.ГГГГ начальник монтировочного цеха ФИО10 обратился к директору ФИО77 со служебной запиской (л.д. 46 тома 1), указав на то, что машинист сцены ФИО7 систематически после появления на рабочем месте проходит турникет с использованием электронной карты контроля, тем самым делая отметку о своем прибытии на работу. Затем, пробыв некоторое время в зрительном зале, покидает учреждение, и уже вечером в разное время приезжает и проходит электронный контроль, чтобы оставить отметку о своем убытии, и тем самым мошенническим способом создает себе переработку, на которую потом пишет жалобы. Непосредственно сегодня ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 явился в 09.00 часов, около полутора часов просидел в зрительном зале, в то время, когда работники выполняли текущие обязанности, затем исчез, после чего приехал на велосипеде в 17.01 часов, отметил уход и уехал, что было зафиксировано им и сотрудником охраны.

Ввиду отсутствия ФИО7 на рабочем месте ДД.ММ.ГГГГ в период с 11.00 часов до 17.01 часов начальником монтировочного цеха ФИО10 в присутствии машиниста сцены ФИО6 и охранника ФИО26 составлен акт об отсутствии работника на рабочем месте (л.д. 47 тома 1).

ДД.ММ.ГГГГ в 10.45 часов в кабинете отдела кадров ФИО78 ФИО7 было предложено предоставить письменное объяснение по фактам невыполнения должностных обязанностей и систематического отсутствия на рабочем месте, изложенным в служебных записках начальника монтировочного цеха ФИО10

От предоставления объяснений ФИО7 отказался, в связи с чем начальником отдела кадров ФИО12 в присутствии главного бухгалтера ФИО27 и ведущего документоведа ФИО28 ДД.ММ.ГГГГ был составлен соответствующий акт (л.д. 48 тома 1).

Также ДД.ММ.ГГГГ от режиссера мероприятия <данные изъяты> ФИО18 поступила докладная записка, в которой она указала, что ДД.ММ.ГГГГ в филармонии с 08.30 часов проходила репетиция к мероприятию «Астраханский региональный этап Всероссийской студенческой весны, направление ФИО81 Во время репетиции на сцену вышел и сидел на стуле в центре авансцены работник филармонии, мешал проведению репетиции. На замечания и просьбу покинуть сцену не реагировал. Позднее выяснилось, что это был машинист сцены ФИО7 (л.д. 49 тома 1).

В тот же день у ФИО7 затребованы письменные объяснения по фактам, изложенным в докладной записке режиссера мероприятия <данные изъяты> ФИО18 От дачи объяснений ФИО7 отказался, в связи с чем начальником монтировочного цеха ФИО29 в присутствии администраторов ФИО4 и ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ был составлен соответствующий акт (л.д. 50 тома 1).

Приказом ФИО80 от ДД.ММ.ГГГГ №-кл ФИО7 уволен ДД.ММ.ГГГГ по пункту 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации в связи с неоднократным неисполнением без уважительной причины трудовых обязанностей (л.д. 51 тома 1).

Указанный приказ издан с согласия председателя представительного органа работников ФИО79 ФИО1

Истец ФИО7 ознакомлен с приказом об увольнении под подпись ДД.ММ.ГГГГ, в тот же день ему выдана трудовая книжка, что в ходе рассмотрения дела не оспаривалось.

Разрешая спор в части признания приказов о привлечении истца к дисциплинарной ответственности незаконными, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что факты, отраженные в служебных и докладных записках от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, нашли свое подтверждение.

При этом суд первой инстанции указал, что в силу Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину.

Положениями статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено право работодателя на привлечение работников к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором (статья 189 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 части первой статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание в виде объявления замечания, выговора.

Порядок применения дисциплинарных взысканий установлен статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации.

В пункте 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №) разъяснено, что при оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

Из системного толкования указанных правовых норм следует, что дисциплинарное взыскание может быть наложено на работника только в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения возложенных на него должностных обязанностей, при наличии вины последнего.

Таким образом, необходимость установления вины работника в совершении конкретного дисциплинарного проступка при привлечении его к дисциплинарной ответственности является обязательным условием наступления таковой.

Согласно условиям трудового договора (пункт 2.2) и разделу 2 должностной инструкции машиниста сцены, утвержденной ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 61-62 тома 1) работник ФИО7 обязан, в том числе добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него настоящим трудовым договором; исполнять свои обязанности на стационаре, на площадке перед учреждением, на гастролях н выездах; управлять механизмами при монтировке сцены из мягких и объемно-жестких декораций для проведения концертных и других мероприятий и репетиций; выполнять погрузо-разгрузочные работы сценического оборудования и имущества, музыкальных инструментов и костюмов в условиях стационара, на концертных площадках вне учреждения, на выездных мероприятиях, гастролях; участвовать в разработке конструкций сценического оформления, профилактическом ремонте сценического имущества и оборудования; оформлять сцены в концертном зале, в Арт-кафе, в музыкальной гостиной, на площадках вне учреждения при проведении очередных концертных мероприятий и репетиций, в том числе устанавливать пюпитры, стулья, громоздкие музыкальные инструменты (согласно плану расстановки оркестра) в соответствии с указаниями начальника монтировочного цеха; в репетиционных классах устанавливать пюпитры, стулья, громоздкие музыкальные инструменты (согласно плану расстановки оркестра); устанавливать декорации на сцене, подвешивать мягкие декорации, перестанавливать декорации во время антрактов и частых перемен в соответствии с указаниями начальника монтировочного цеха; осведомляться о графике работы и возможных изменениях; выполнять служебные приказы и иные обязанности, предусмотренные трудовым законодательством Российской Федерации и настоящим трудовым договором.

Порядок приема и увольнения работников, основные права, обязанности и ответственность сторон трудовых отношений, режим рабочего времени, времени отдыха, а также применяемые к работникам меры поощрения за успехи в работе, ответственность за нарушение трудовой дисциплины, и иные вопросы, связанные с регулированием трудовых отношений регламентированы Правилами внутреннего трудового распорядка (далее - Правила ВТР), утвержденными директором ГАУК АО «Астраханская государственная филармония» ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 143-153 тома 1).

Надлежащее исполнение указанных Правил является обязательным для всех работников (пункт 1.5 Правил ВТР).

Согласно пункту 3.2 Правил ВТР работник обязан добросовестно и в полном объеме исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, должностной инструкцией, иными локальными нормативными актами работодателя; проявлять взаимную вежливость, уважение, терпимость к коллегам, (работникам учреждения, работодателю, посетителям учреждения), соблюдать трудовую дисциплину, профессиональную этику.

Пунктом 6.4 Правил ВТР предусмотрено, что шестидневная рабочая неделя с одним выходным днем (понедельник) с продолжительностью рабочего времени не более 40 часов в неделю устанавливается работникам структурных подразделений, осуществляющих организацию, обслуживание, проведение и техническое обеспечение концертных и иных мероприятий работодателя. К числу таких структурных подразделений отнесен и монтировочный цех, в котором ФИО7 осуществлял трудовую деятельность в должности машиниста сцены.

Время начала и окончания работы, перерыва для отдыха и питания устанавливается для работников структурных подразделений в соответствии с графиками проведения концертных и иных мероприятий, репетиций и самостоятельных занятий.

Аналогичные условия содержатся и в трудовом договоре (раздел 4), заключенном с ФИО7

В материалы дела представлены графики проведения репетиций, концертных и иных мероприятий на февраль-апрель 2024 года (л.д. 161-165 тома 1).

При этом, согласно материалам дела ДД.ММ.ГГГГ работник ФИО7 отказался от подписания в ознакомлении с графиком работы для машиниста сцены, указав на то, что ничего подписывать он не станет и будет разбираться в суде. О данном обстоятельстве свидетельствует акт об отказе от подписи от ДД.ММ.ГГГГ, составленный начальником монтировочного цеха ФИО29 в присутствии заместителя директора ФИО13, специалиста по охране труда ФИО2 и машиниста сцены ФИО5 (л.д. 77 тома 1).

Из указанных графиков проведения репетиций, концертных и иных мероприятий (л.д. 161-165 тома 1) усматривается, что на ДД.ММ.ГГГГ в 12.00 часов запланировано мероприятие «Воскресные концерты», репетиция назначена на 10.30 часов.

При этом, ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ в 12.00 часов во время указанного концерта после третьего звонка в концертном зале, в рабочей форме, прошел через сцену в зал и остался смотреть концерт.

Указанные обстоятельства нашли свое подтверждение в служебной записке режиссера-постановщика <данные изъяты> ФИО11

Учитывая, что репетиция указанного концерта согласно графику была назначена на 10.30 часов, и, принимая во внимание длительность рабочего времени работника ФИО7 (4 часа в день), то по состоянию на 12.00 часов ФИО7 должен был находиться при исполнении трудовых обязанностей.

Согласно графику проведения репетиций на ДД.ММ.ГГГГ запланированы репетиции в арт-кафе с 09.00 часов до 12.00 часов и в концертном зале с 13.00 часов до 15.00 часов

При этом, ФИО7 явился на рабочее место с опозданием более чем на два часа, отсутствовал на рабочем месте без уважительной причины с 09.00 до 11.00 часов, а также допустил грубые и резкие высказывания в адрес своего непосредственного руководителя, что нашло отражение в служебной записке ФИО29

На ДД.ММ.ГГГГ согласно графику в концертном зале назначена репетиция с 09.30 часов до 12.30 часов и в арт-кафе с 12.00 часов до 15.00 часов.

Между тем, ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ в период с 09.00 часов по 11.30 часов отсутствовал на работе без уважительной причины, а также ДД.ММ.ГГГГ, о чем начальник монтировочного цеха ФИО10 изложил в своих служебных записках.

ДД.ММ.ГГГГ в 09.00 часов начальником монтировочного цеха ФИО10 производилась постановка задач по уборке территорий и помещений в рамках парко-хозяйственного дня, в ходе которой ФИО7 отказался выполнять поставленную задачу по уборке территории колосникового хозяйства и галерей сцены, покинул рабочее место, в связи с чем был составлен акт об отсутствии работника на рабочем месте.

Из должностной инструкции (л.д. 70-71 тома 1) усматривается, что начальник монтировочного цеха осуществляет руководство деятельностью монтировочного цеха, обеспечивает выполнение им задач, определенных подразделению. Организует планирование деятельности подразделения, учет и своевременное представление необходимой отчетности, внедрение прогрессивных форм по организации труда. Обеспечивает технически правильную эксплуатацию оборудования, находящегося в ведении подразделения, своевременно подает заявки на ремонт и пополнение оборудования и инвентаря. Осуществляет расстановку кадров подразделения и их целесообразное использование. Осуществляет управление механизмами при монтировке сцены из мягких декораций с применением отдельных элементов жестких декораций для проведения концертов, спектаклей и репетиций. Участвует в разработке конструкций сценического оформления, профилактическом ремонте сценического имущества и оборудования. Участвует в погрузочно-разгрузочных работах сценического оборудования и имущества в условиях стационара, при выездных спектаклях, гастролях. Контролирует правильное хранение и эксплуатацию сценического имущества и оборудования, и их сохранность. Контролирует соблюдение работниками подразделения правил по охране труда, пожарной безопасности, производственной и трудовой дисциплины, правил внутреннего трудового распорядка. Организует учет рабочего времени работников подразделения.

Начальник монтировочного цеха имеет право отдавать распоряжения, обязательные для исполнения подчинёнными ему работниками (пункт 3.1).

Как указывалось выше, ФИО7 осуществляет работу в монтировочном цехе и подчиняется непосредственно начальнику монтировочного цеха, то есть ФИО29

Неисполнение работником ФИО7 распоряжений непосредственного руководителя, оставление рабочего места без уважительной причины в рабочее время не могут свидетельствовать о надлежащем исполнении работником возложенных на него трудовых обязанностей.

Также установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 явился на работу в 09.00 часов, около полутора часов просидел в зрительном зале, затем ушел, после чего приехал на велосипеде в 17.01 часов, отметил уход и уехал, что было зафиксировано начальником монтировочного цеха ФИО29 и сотрудником охраны, после чего был составлен акт об отсутствии работника на рабочем месте.

Согласно графику проведения репетиций и мероприятий на ДД.ММ.ГГГГ запланировано мероприятие «Студенческая весна», в связи с чем с 08.30 часов проходила репетиция, во время которой ФИО7 вышел на сцену, сидел на стуле в центре авансцены, мешал проведению репетиции, на замечания и просьбу покинуть сцену не реагировал.

Указанные обстоятельства нашли свое отражение в служебной записке начальника монтировочного цеха ФИО29 от ДД.ММ.ГГГГ и докладной записке режиссера мероприятия «Студенческая весна» ФИО18 от ДД.ММ.ГГГГ.

По мнению суда первой инстанции, совокупность приведенных обстоятельств свидетельствует о ненадлежащем исполнении ФИО7 трудовых обязанностей и наличии у работодателя оснований для привлечения работника к дисциплинарной ответственности.

Между тем, разрешая спор, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что работодателем нарушена процедура привлечения работника к дисциплинарной ответственности, поскольку работнику не представлено двух рабочих дней для дачи письменного объяснения, в связи с чем признал незаконным и отменил приказ от ДД.ММ.ГГГГ №-кл о применении дисциплинарного взыскания к работнику в виде выговора.

В связи с признанием незаконным и отменой приказа о применении дисциплинарного взыскания в виде выговора от ДД.ММ.ГГГГ №-кл, который также явился основанием для увольнения истца по пункту 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, районный суд пришел к выводу об отмене приказа об увольнении от ДД.ММ.ГГГГ №-кл, в связи с отсутствием признака неоднократного неисполнения истцом трудовых обязанностей, наличие которого является обязательным условием для привлечения работника к дисциплинарной ответственности в виде увольнения по данному основанию, и восстановлении истца на работе в прежней должности.

Порядок привлечения работника к дисциплинарной ответственности установлен статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации и предусматривает соблюдение работодателем сроков и порядка привлечения работника к дисциплинарной ответственности.

Частью 1 статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника объяснение в письменной форме. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Не предоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания (часть 2 статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из буквального толкования части 1 статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что на работодателя императивно возложена обязанность по истребованию от работника письменного объяснения по факту совершения дисциплинарного проступка. Поэтому дисциплинарное взыскание, может быть применено к работнику только после получения от него объяснения в письменной форме либо после непредставления работником такого объяснения (отказа предоставить объяснение) по истечении двух рабочих дней со дня затребования объяснения.

Пунктом 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях неоднократного неисполнения работником без уважительных причин трудовых обязанностей, если он имеет дисциплинарное взыскание.

Частью 5 статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

В пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № разъяснено, что при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, трудовой договор с которым расторгнут по инициативе работодателя, обязанность доказать наличие законного основания увольнения и соблюдение установленного порядка увольнения возлагается на работодателя.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 33 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, при разрешении споров лиц, уволенных по пункту 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации за неоднократное неисполнение без уважительных причин трудовых обязанностей, следует учитывать, что работодатель вправе расторгнуть трудовой договор по данному основанию при условии, что к работнику ранее было применено дисциплинарное взыскание и на момент повторного неисполнения им без уважительных причин трудовых обязанностей оно не снято и не погашено. Применение к работнику нового дисциплинарного взыскания, в том числе и увольнения по пункту 5 части 1 статьи 81 Кодекса, допустимо также, если неисполнение или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей продолжалось, несмотря на наложение дисциплинарного взыскания.

По делам о восстановлении на работе лиц, уволенных по пункту 5 части 1статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации, на ответчике лежит обязанность представить доказательства, свидетельствующие о том, что: 1) совершенное работником нарушение, явившееся поводом к увольнению, в действительности имело место и могло являться основанием для расторжения трудового договора; 2) работодателем были соблюдены предусмотренные частями третьей и четвертой статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации сроки для применения дисциплинарного взыскания. При этом следует иметь в виду, что: а) месячный срок для наложения дисциплинарного взыскания необходимо исчислять со дня обнаружения проступка; б) днем обнаружения проступка, с которого начинается течение месячного срока, считается день, когда лицу, которому по работе (службе) подчинен работник, стало известно о совершении проступка, независимо от того, наделено ли оно правом наложения дисциплинарных взысканий; в) в месячный срок для применения дисциплинарного взыскания не засчитывается время болезни работника, пребывания его в отпуске, а также время, необходимое на соблюдение процедуры учета мнения представительного органа работников (часть третья статьи 193 Трудового кодекса Российской Федерации) (пункт 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №).

Из приведенных норм Трудового кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что работодатель может применить к работнику дисциплинарное взыскание только в случае совершения работником дисциплинарного проступка. Дисциплинарным проступком является виновное, противоправное неисполнение или ненадлежащее исполнение работником возложенных на него трудовых обязанностей, выразившееся в нарушении требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.<адрес> этом бремя доказывания совершения работником дисциплинарного проступка, явившегося поводом к привлечению его к дисциплинарной ответственности, лежит на работодателе. Работник может быть уволен на основании пункта 5 части 1 статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации только при условии неоднократного нарушения работником трудовых обязанностей без уважительных причин. Нарушение трудовых обязанностей признается неоднократным, если, несмотря на дисциплинарное взыскание, которое не снято и не погашено, со стороны работника продолжается или вновь допускается виновное неисполнение или ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей. В этом случае к работнику возможно применение нового дисциплинарного взыскания, в том числе увольнения.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с выводами районного суда о том, что факт совершения истцом дисциплинарных проступков нашел свое подтверждение в ходе судебного разбирательства, так как согласно графику проведения репетиций на ДД.ММ.ГГГГ запланированы репетиции в арт-кафе с 09.00 часов до 12,00 часов и в концертном зале с 13.00 часов до 15.00 часов, на ДД.ММ.ГГГГ согласно графику в концертном зале назначена репетиция с 09.30 часов до 12.30 часов и в арт-кафе с 12.00 часов до 15.00 часов. Между тем, сведения о том, что ФИО7 должен был явиться на рабочее место в указанное время, а также о том, что он был ознакомлен с графиком проведения репетиций, концертных мероприятий в материалах дела отсутствуют.

При этом график работы ФИО7 представлен работодателем для согласования режима работы и подписания лишь ДД.ММ.ГГГГ, то есть после привлечения к дисциплинарной ответственности по приказу от ДД.ММ.ГГГГ, приказом №-кл. Таким образом, выводы районного суда о нарушении ФИО7 трудовой дисциплины в виде опозданий и отсутствия на рабочем месте не основаны на материалах дела. Режим рабочего времени, а также иные вопросы, связанные с регулированием трудовых отношений ФИО7 - инвалида 3 группы, работающего в условиях неполного рабочего времени (не более 4-х часов в день), ни на момент заключения трудового договора, ни на момент привлечения к дисциплинарной ответственности ДД.ММ.ГГГГ не были определены.

Судебная коллегия считает необходимым указать, что поскольку работнику ФИО7 режим работы не определен, его вина в совершении проступков (опоздание, неподготовка к репетиции, отсутствие на рабочем месте) вопреки выводам районного суда, не установлена. Доказательств обратного в соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах исключается возможность привлечения истца к дисциплинарной ответственности, так как согласно трудовому законодательству Российской Федерации дисциплинарным проступком является лишь виновное противоправное неисполнение работником трудовых обязанностей. Поскольку в данном случае установлено, что до работника не был доведен в письменном виде график репетиций, и ему не было известно о том времени, когда он должен был явиться на рабочее место, в том числе с работой в режиме неполного рабочего дня, то оснований для совершения истцом дисциплинарного проступка не имеется. Приказ о наложении на истца дисциплинарного взыскания в виде выговора нельзя признать законным, он подлежит отмене как незаконный и необоснованный.

Кроме того, суд апелляционной инстанции считает необходимым указать, что ответчиком также не представлено в материалы дела доказательств тому, что при наложении на ФИО7 дисциплинарного взыскания в виде увольнения работодателем учитывалась тяжесть вменяемого ему в вину дисциплинарного проступка и обстоятельства, при которых он был совершён, а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду. Однако представленные в материалы дела докладные записки сотрудников филармонии указывают на неоднократное ненадлежащее выполнение ФИО7 должностных обязанностей, то есть дисциплинарные проступки, вина в совершении которых не установлена. По фактам, изложенным в служебных записках проверки, согласно требований статей 192, 193 Трудового кодекса Российской Федерации не проводились, письменные объяснений у истца не отбирались, поэтому доводы ответчика о неоднократном совершении истцом дисциплинарных проступков являются голословными и материалами дела в установленном законом порядке не подтверждены.

Согласно представленным в материалы дела сведениям СФР по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 13 тома 1) подтверждают, что ФИО7 с ДД.ММ.ГГГГ отнесен к категории граждан предпенсионного возраста.

Согласно справке сер. МСЭ-2001 № (л.д. 132 тома 1) ФИО7 бессрочно установлена третья группа инвалидности, причине инвалидности – инвалид с детства, ограничение трудовой деятельности I степени. В данной справке дано заключение об условиях и характере работы – противопоказан тяжелый физический труд, длительное пребывание на ногах. Может выполнять административно-хозяйственные работы небольшого объема, сборщиком нетяжелых деталей.

Доказательства, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этих проступков и обстоятельства, при которых они были совершены, а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду, не представлены. Кроме того, работодателем не учтено, что ФИО7 является инвали<адрес> группы, находится в предпенсионном возрасте.

При таких обстоятельствах увольнение ФИО7 по указанному выше основанию нельзя признать законным, судебная коллегия соглашается с выводами районного суда о необходимости восстановления ФИО7 на работе.

Поэтому судебная коллегия считает доводы ответчика о незаконности решения районного суда в части восстановления ФИО7 на работе несостоятельными и отклоняет как не нашедшие подтверждения в ходе судебного разбирательства.

В порядке статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в целях проверки доводов жалоб и установления юридически значимых обстоятельств по делу, судебной коллегией были истребованы у ответчика и приобщены к материалам дела следующие документы: расчет заработка за время вынужденного прогула, приказ <данные изъяты> №-кл от ДД.ММ.ГГГГ о восстановлении ФИО7 на работе, приказ <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ №-кл об увольнении ФИО7 по основанию, предусмотренному п. 11 статьи 83 Трудового кодекса Российской Федерации (отмена решения суда или отмена (признание незаконным) решения государственной инспекции труда о восстановлении работника на работе), личная карточка учета СИЗ, приказ <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении Порядка обеспечения работников СИЗ и норм бесплатной выдачи СИЗ и смывающих средств» с приложениями.

В соответствии со статьей 394 Трудового кодекса Российской Федерации в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

Судебной коллегией у ответчика был истребован расчет заработной платы за вынужденный прогул.

Согласно представленному расчету, размер среднего заработка за вынужденный прогул за период с ДД.ММ.ГГГГ (момента издания приказа от ДД.ММ.ГГГГ №-кл) по день рассмотрения дела судом апелляционной инстанции ДД.ММ.ГГГГ составит 138683 рубля 79 копеек (18029 рублей НДФЛ) к выдаче 120654 рубля 79 копеек.

Судебная коллегия, проверив расчет, признает его верным, в полном объеме соответствующим требованиям действующего трудового законодательства Российской Федерации, и полагает необходимым решение районного суда в части взыскания с ответчика в пользу истца заработной платы за вынужденный прогул изменить, увеличив размер взыскания до 138683 рубля 79 копеек (18029 рублей НДФЛ), определив к выдаче 120654 рубля 79 копеек за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Установив нарушение трудовых прав истца, суд первой инстанции правомерно взыскал с ответчика <данные изъяты> в пользу ФИО7 компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей на основании положений статьи 327 Трудового кодекса Российской Федерации, с чем соглашается судебная коллегия, а доводы апелляционной жалобы <данные изъяты> о незаконности решения суда в данной части также отклоняет как несостоятельные.

Доводы жалобы истца о том, что суд первой инстанции объединил гражданские делам по искам ФИО7 в одно производство и тем самым лишил истца права на возмещение морального вреда за два нарушения, также не влекут отмену решения суда в части отказа в удовлетворении исковых требований, поскольку в силу положений статьи 151 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вопрос о соединении дел в одно производство отнесен к компетенции суда. Кроме того, в удовлетворении исковых требований об обязании выдать средства индивидуальной защиты и производного требования о компенсации морального вреда судом было отказано, что также не свидетельствует о нарушении права истца на возмещение морального вреда по заявленному иску.

Доводы апелляционной жалобы ФИО7 о том, что его должностная инструкция не адаптирована к его программе индивидуальной реабилитации как инвалида, судебная коллегия отклоняет как несостоятельные, так как материалами дела подтверждается, что для ФИО7 бессрочно разработана ИПРА (л.д. 133-135 тома 1), в которой отражены рекомендации о противопоказанных и доступных условиях и видах труда. В частности, ФИО7 противопоказаны вредные или опасные условия труда по тяжести 3 класс, по напряженности 3 класс, по вредности 3 класс и с длительным пребыванием на ногах. Доступны комфортные и благоприятные условия труда по тяжести 2 класс и по вредности 2 класс.

Согласно условиям трудового договора, заключенного между <данные изъяты> и ФИО7, условия труда на рабочем месте по степени вредности и (или) опасности являются допустимыми (2 класс).

Поскольку для ФИО7 как лица предпенсионного возраста и инвалида созданы надлежащие условия труда, то приведенные доводы жалобы нельзя признать состоятельными.

То обстоятельство, что суд отказал в назначении фоноскопической экспертизы, при том, что согласно аудиозаписи диалога ФИО7 с ФИО10 последний отпустил работника на ДД.ММ.ГГГГ, правового значения для дела не имеет, поскольку суд первой инстанции удовлетворил исковые требования ФИО7 о признании незаконными и отмене приказов, восстановлении на работе, взыскании заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.

Ссылка в жалобе ФИО7 на то, что судом первой инстанции не разрешен вопрос о возмещении истцу судебных расходов, связанных с отправкой корреспонденции, является несостоятельной, поскольку таких требований ФИО7 не заявлялось.

Доводы жалобы со ссылкой на то, что участие представителя <данные изъяты> ФИО20 является незаконным, правового значения для дела не имеют, поскольку директор <данные изъяты> ФИО8, выдав доверенность ФИО20, уполномочила его на представление интересов учреждения, в том числе в судах общей юрисдикции, что не противоречит действующему законодательству.

Обращаясь в суд с иском, истец ФИО7 просил признать действия директора <данные изъяты> ФИО8, работников ФИО10, ФИО13, ФИО11, ФИО18, ФИО1, ФИО12, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, министерства культуры <адрес> и министра культуры <адрес> ФИО9 незаконными.

Рассматривая указанные исковые требования ФИО7, суд первой инстанции не усмотрел правовых оснований для их удовлетворения, с чем соглашается судебная коллегия.

Основные права и обязанности работодателя предусмотрены в статье 22 Трудового кодекса Российской Федерации. К числу основных прав работодателя относится право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей.

Директор <данные изъяты> ФИО8 в целях выяснения обстоятельств совершения истцом дисциплинарных проступков, была вправе давать указания об истребовании у работника письменных объяснений и принимать в отношении него иных распорядительные решения, касающиеся его трудовой деятельности.

Суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что директор <данные изъяты> ФИО8, работники данного учреждения ФИО10, ФИО13, ФИО11, ФИО18, ФИО1, ФИО12, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 не являются надлежащими ответчиками по делу, поскольку непосредственно с ними работник ФИО7 в трудовых отношениях не состоял.

Судебная коллегия считает выводы суда в указанной части неправильными.

Согласно исковому заявлению ФИО7 просил признать действия данных лиц незаконными, при этом требований о признании приказов незаконными, восстановлении на работе, взыскании заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда и о возложении обязанности выдать средства индивидуальной защиты, к данным лицам он не заявлял.

Между тем, неправильные выводы суда в указанной части отмену судебного решения повлечь не могут.

Необходимо отметить, что ФИО10, ФИО13, ФИО11, ФИО18, ФИО1, ФИО12, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 лишь констатировали факты нарушений ФИО7 трудовых обязанностей, что не может повлечь признание их действий незаконными.

В исковом заявлении ФИО7 указал, что по факту неправомерных действий директора <данные изъяты> ФИО8 и начальника монтировочного цеха ФИО10 он обращался в министерство культуры <адрес>, однако министр ФИО9 не только покрыла преступление, но и не сообщила о нем в правоохранительные органы.

Из ответа министра культуры <адрес> ФИО9 от ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что в целях всестороннего и объективного рассмотрения обращения министерством культуры <адрес> был направлен запрос в <данные изъяты> о предоставлении объяснения с представлением подтверждающих документов (далее-материалы). Министерство культуры <адрес> сообщило, что назначение на должность начальника монтировочного цеха ФИО10 осуществлено в соответствии с действующим законодательством. По вопросу работы работников монтировочного цеха в условиях, не отвечающих санитарным нормам, министерство сообщило, что в соответствии с требованиями Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № ФЗ «О специальной оценке условий труда» филармонией была организована и проведена специальная оценка условий труда. По итогам специальной оценки труда, утвержденным приказом <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ № условия работы работников монтировочного цеха соответствуют санитарно-эпидемиологическим требованиям к условиям труда. Также работникам выдаются средства индивидуальной защиты (хлопчатобумажный халат, рукавицы брезентовые, перчатки хлопчатобумажные, мыло). Для отдыха и приема пищи, работникам монтировочного цеха предоставляется помещение, которое соответствует санитарным нормам и укомплектовано необходимой мебелью и оборудованием. Работникам монтировочного цеха, в соответствии с действующим трудовым законодательством, установлен режим гибкого рабочего времени. При работе в режиме гибкого рабочего времени начало, окончание или общая продолжительность рабочего дня (смены) определяется в соответствии с графиками проведения репетиций, концертных и иных мероприятий. Начальник монтировочного цеха устанавливает для работников цеха порядок работы и отдыха в начале каждой недели и координирует их работу в соответствии с должностными инструкциями. График (план) мероприятий (репетиций) составляется заведующим художественно-постановочной части и вывешивается в общем доступе на стенде учреждения. Относительно требований ФИО7 о проведении проверок в отношении заместителя директора ФИО13 и начальника монтировочного цеха ФИО10 и принятия в отношении них мер дисциплинарного реагирования министерство сообщило, что в соответствии с трудовым законодательством Российской Федерации проверки в отношении работников могут проводиться работодателем. Вышеуказанные лица не являются работниками министерства. В связи с чем министерством запрошена информация о проведении по обращению ФИО7 служебной проверки у директора <данные изъяты> По результатам служебной проверки представлена информация и объяснительные записки от заместителя директора ФИО13 и начальника монтировочного цеха ФИО10 Фактов противоправных действий в отношении ФИО7 министерством не установлено.

Обстоятельства, изложенные в данном письме, вопреки доводам ФИО7 не могут свидетельствовать о наличии оснований для признаний действий министерства культуры <адрес> и министра культуры <адрес> ФИО9 незаконными, в том числе оснований для привлечения их в уголовной или административной ответственности в рамках рассматриваемого гражданского дела.

При таких обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований ФИО7 о признании незаконными действий директора <данные изъяты> ФИО8, работников ФИО10, ФИО13, ФИО11, ФИО18, ФИО1, ФИО12, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, министерства культуры <адрес> и министра культуры <адрес> ФИО9

Обращаясь в суд с иском к <данные изъяты> директору <данные изъяты> ФИО8, ФИО10, ФИО13, министерству культуры <адрес> и министру культуры <адрес> ФИО9, ФИО30 также просил признать действия ответчиков незаконными и необоснованными, возложить на <данные изъяты> обязанность выдать ему в полном объеме средства индивидуальной защиты (защитную каску, страховочное оборудование, защитные очки), обеспечить теплым помещением, отвечающим санитарным нормам и требованиям для хранения средств индивидуальной защиты, приема пищи с мебелью, с индивидуальным шкафом с замком и моющими средства, взыскать в его пользу компенсацию морального вреда в сумме 1000000 руб.

Разрешая указанные исковые требования, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что права истца на обеспечение его средствами индивидуальной защиты работодателем не нарушены, в связи с чем отказал в их удовлетворении.

Судебная коллегия с приведенными выводами суда соглашается.

Как предусмотрено пунктом 4 части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации (работодатель обязан обеспечивать работников оборудованием, инструментами, технической документацией и иными средствами, необходимыми для исполнения ими трудовых обязанностей.

В силу статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан создать безопасные условия труда, исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников.

Работодатель обязан обеспечить приобретение за счет собственных средств и выдачу средств индивидуальной защиты и смывающих средств, прошедших подтверждение соответствия в установленном законодательством Российской Федерации о техническом регулировании порядке, в соответствии с требованиями охраны труда и установленными нормами работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, а также на работах, выполняемых в особых температурных условиях или связанных с загрязнением.

Положениями статьи 221 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что для защиты от воздействия вредных и (или) опасных факторов производственной среды и (или) загрязнения, а также на работах, выполняемых в особых температурных условиях, работникам бесплатно выдаются средства индивидуальной защиты и смывающие средства, прошедшие подтверждение соответствия в порядке, установленном законодательством Российской Федерации о техническом регулировании.

Средства индивидуальной защиты включают в себя специальную одежду, специальную обувь, дерматологические средства защиты, средства защиты органов дыхания, рук, головы, лица, органа слуха, глаз, средства защиты от падения с высоты и другие средства индивидуальной защиты, требования к которым определяются в соответствии с законодательством Российской Федерации о техническом регулировании.

Правила обеспечения работников средствами индивидуальной защиты и смывающими средствами, а также единые Типовые нормы выдачи средств индивидуальной защиты и смывающих средств устанавливаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере труда, с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.

Нормы бесплатной выдачи средств индивидуальной защиты и смывающих средств работникам устанавливаются работодателем на основании единых Типовых норм выдачи средств индивидуальной защиты и смывающих средств с учетом результатов специальной оценки условий труда, результатов оценки профессиональных рисков, мнения выборного органа первичной профсоюзной организации или иного уполномоченного представительного органа работников (при наличии такого представительного органа).

Работодатель за счет своих средств обязан в соответствии с установленными нормами обеспечивать своевременную выдачу средств индивидуальной защиты, их хранение, а также стирку, химическую чистку, сушку, ремонт и замену средств индивидуальной защиты.

Согласно условиям трудового договора, заключенного между <данные изъяты> и ФИО7, работодатель обязан обеспечивать работника оборудованием, инструментами, технической документацией и иными средствами, необходимыми для исполнения им трудовых обязанностей (пункт 3.2).

В частности, обязан обеспечить работника (на месяц) следующими средствами индивидуальной защиты - х/б костюм или халат или комбинезон 1 шт. до износа, рукавицы брезентовые 1 пара на год, перчатки х/б 4 пары на год, каска защитная 1 шт. до износа.

На работах, связанных с легкосмываемыми загрязнениями, работодатель имеет право не выдавать непосредственно работнику смывающие средства, а обеспечивает постоянное наличие в санитарно-бытовых помещениях мыла или дозаторов с жидким смывающим веществом (пункт 20 приложения № к приказу Минздравсоцразвития России от ДД.ММ.ГГГГ №).

Установлено, что ФИО7 выданы следующие средства индивидуальной защиты: халат х/б 1шт., перчатки х/б 2 пары и рукавицы брезентовые 1 пара (л. 14 дела №).

Согласно акту, составленному начальником монтировочного цеха ФИО29 в присутствии заместителя директора ФИО13, и машиниста сцены ФИО5 (л. 27 дела №) ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 отказался от получения средства индивидуальной защиты (каски) и предоставления размеров одежды и обуви, мотивируя это нежеланием получать каску, нежеланием предоставлять биометрические данные и что-либо подписывать.

Указание в жалобе на сфабрикованность указанного акта является несостоятельным, поскольку доказательств в обоснование приведенного довода не представлено.

В жалобе ФИО7 также указал, что суд не истребовал, и ответчик не представил личную карточку учета выдачи средств индивидуальной защиты, журнал учета выдачи и приказ о выдаче средств индивидуальной защиты, что указывает на нарушения со стороны работодателя. В этих целях судебной коллегией у работодателя затребованы указанные документы.

Из ответа <данные изъяты> следует, что личная карточка учета выдачи и журнал выдачи средств индивидуальной защиты за период с января по апрель 2024 года были утрачены в связи с техногенными причинами, ФИО7 заведена новая карточка учета средств индивидуальной защиты в августе 2024 года.

Так, ДД.ММ.ГГГГ, то есть после восстановления ФИО7 на работе на основании обжалуемого решения суда, ему выданы следующие средства индивидуальной защиты: халат 1 шт., средства защиты ног – полуботинки 1 пара, средство защиты головы – шапка вязаная 1 шт., средства защиты рук – рукавицы и перчатки по 4 пары.

Указанные документы были также представлены и истцом ФИО7 при рассмотрении дела в апелляционной инстанции.

Также к ответу на запрос суда работодателем представлен приказ от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении Порядка обеспечения работников средствами индивидуальной защиты и Норм бесплатной выдачи средств индивидуальной защиты и смывающих средств работникам».

Указанный приказ издан в соответствии с требованиями статей 214, 216, 221 Трудового кодекса Российской Федерации, приказов Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ №н и №н в целях улучшения защиты работников от воздействия вредных и (или) опасных факторов производственной среды и (или) загрязнения, а также на работах, выполняемых в особых температурных условиях.

То обстоятельство, что наименования средств индивидуальной защиты, изложенные в трудовом договоре и выданные ФИО7 при устройстве на работу, отличаются от наименования средств индивидуальной защиты, изложенных в личной карточке работника от ДД.ММ.ГГГГ, не свидетельствует о незаконности действий работодателя в силу следующего.

Приказом Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ №н утверждены Правила обеспечения работников средствами индивидуальной защиты и смывающими средствами (далее Правила), приказом Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ №н утверждены Единые типовые нормы выдачи средств индивидуальной защиты и смывающих средств.

Согласно пункту 4 Правил работодатель обязан обеспечить бесплатную выдачу средств индивидуальной защиты, прошедших подтверждение соответствия в установленном законодательством Российской Федерации порядке, работникам для защиты от воздействия вредных и (или) опасных факторов производственной среды и (или) загрязнения, а также на работах, выполняемых в особых температурных условиях.

Обеспечение средствами индивидуальной защиты и смывающими средствами осуществляется в соответствии с Правилами, на основании единых Типовых норм выдачи средств индивидуальной защиты и смывающих средств (далее - Единые типовые нормы), с учетом результатов специальной оценки условий труда, результатов оценки профессиональных рисков, мнения выборного органа первичной профсоюзной организации или иного уполномоченного представительного органа работников (при наличии).

В период до ДД.ММ.ГГГГ работодатель вправе осуществлять обеспечение средствами индивидуальной защиты и смывающими средствами в соответствии с Правилами, на основании типовых норм бесплатной выдачи специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты с учетом результатов СОУТ, результатов ОПР, мнения выборного органа первичной профсоюзной организации или иного уполномоченного представительного органа работников (при наличии).

Указанные приказы вступили в силу с ДД.ММ.ГГГГ.

В приложении № приказом Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ №н отражены Единые типовые нормы выдачи средств индивидуальной защиты по профессиям (должностям).

Согласно данным Единым типовым нормам машинисту сцены подлежат выдаче следующие средства индивидуальной защиты: одежда специальная защитная - костюм для защиты от механических воздействий (истирания) 1 шт., средства защиты ног – обувь специальная для защиты от механических воздействий (ударов) 1 пара, средства защиты рук – перчатки для защиты от механических воздействий (истирания) 12 пар; средства защиты головы – головной убор для защиты от общих производственных загрязнений 1шт.

Между тем, в целях обеспечения работников средствами индивидуальной защиты и смывающими средствами работодатель вправе до ДД.ММ.ГГГГ использовать типовые нормы, изданные до ДД.ММ.ГГГГ.

До ДД.ММ.ГГГГ были изданы Типовые нормы бесплатной выдачи специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты работникам, классифицированные по видам экономической деятельности.

К их числу относилась и деятельность организаций культуры согласно разделу 14 «Образование. Наука. Культура. Здравоохранение. Физическая культура и спор».

Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № утверждены Типовые отраслевые нормы бесплатной выдачи специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты работникам организаций культуры (Приложение №), согласно которым машинисту сцены полагались выдаче средства индивидуальной защиты - полукомбинезон хлопчатобумажный 1 шт. в год, рукавицы комбинированные 4 пары в год пункт 15).

Таким образом установлено, что при устройстве ФИО7 в январе 2024 года на работу в <данные изъяты> ему были выданы средства индивидуальной защиты на основании типовых норм, изданных до ДД.ММ.ГГГГ, что не противоречит закону, поскольку работодатель в целях обеспечения работников средствами индивидуальной защиты и смывающими средствами вправе использовать такие типовые нормы до ДД.ММ.ГГГГ.

После отмены приказов <данные изъяты> и восстановлении ФИО7 на работе обеспечение его средствами индивидуальной защиты произведено работодателем уже в соответствии с Едиными типовыми нормами выдачи средств индивидуальной защиты по профессиям (должностям), введенными в действие с ДД.ММ.ГГГГ на основании приказа Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ №н, что также не противоречит действующему законодательству.

В данном случае материалами дела подтверждено и не оспаривалось истцом ФИО7, что ему при устройстве на работу в <данные изъяты> были выданы халат х/б 1шт., перчатки х/б 2 пары и рукавицы брезентовые 1 пара.

При обращении в суд с иском, ФИО7 просил обеспечить его защитной каской, однако как указывалось выше, от получения каски и представления размеров ФИО7 отказался, что подтверждено представленным в материалы дела актом.

Выводы суда об отказе в удовлетворении требований ФИО7 об обеспечении его страховочным оборудованием и защитными очками судебная коллегия признает законными, поскольку обеспечение указанными средствами индивидуальной защиты не предусмотрено ни типовыми нормами, изданными до ДД.ММ.ГГГГ, ни типовыми нормами, утвержденными приказом Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ №н.

Относительно требований истца ФИО7 об обеспечении его теплым помещением, отвечающим санитарным нормам и требованиям для хранения средств индивидуальной защиты, приема пищи с мебелью, с индивидуальным шкафом с замком и моющими средства, судебная коллегия также считает, что выводы суда об отказе в удовлетворении требований в указанной части являются правильными.

Из акта проверки соблюдения трудового законодательства в подведомственной организации от ДД.ММ.ГГГГ № (л.д. 158-160 тома 1), проведенной министерством культуры <адрес>, усматривается, что условия работников монтировочного цеха соответствуют санитарно-эпидемиологическим требованиям к условиям труда. Для отдыха и приема пищи работникам монтировочного цеха предоставляется помещение, которое соответствует санитарным нормам и укомплектовано необходимой мебелью и оборудованием. На момент проверки фактов отсутствия отопления во всех помещениях филармонии не установлено.

Доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Поскольку ответчики в лице <данные изъяты> директора <данные изъяты> ФИО8, министерства культуры <адрес> и министра культуры <адрес> ФИО9 доказали факты обеспечения работника ФИО7 в полном объеме необходимыми средствами индивидуальной защиты, и предоставления ему теплого помещения, отвечающего санитарным нормам и требованиям, суд правильно пришел к выводу об отказе ФИО7 в удовлетворении требований о признании из действий незаконными.

Ответчики ФИО10 и ФИО13, являясь работниками <данные изъяты> лишь констатировали факт отказа ФИО7 от получения средства индивидуальной защиты (каски) и предоставления размеров одежды и обуви, что не может повлечь признание их действий незаконными.

Не установив нарушений трудовых прав истца ФИО7, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу об отказе ФИО7 в удовлетворении требований о взыскании компенсации морального вреда в связи с данными исковыми требованиями.

При таких обстоятельствах судебная коллегия не усматривает оснований для отмены решения суда в части отказа ФИО7 в удовлетворении требований

На основании изложенного и руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Астраханского областного суда,

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Кировского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в части взыскания с <данные изъяты><адрес><данные изъяты> в пользу ФИО7 заработной платы за вынужденный прогул изменить, увеличив размер средней заработной платы за вынужденный прогул, подлежащей взысканию <данные изъяты><адрес><данные изъяты> (ИНН №) в пользу ФИО7, паспорт № №, выдан <данные изъяты><адрес> в <адрес>, ДД.ММ.ГГГГ, до 138683 рублей 79 копеек, за вычетом налога на доходы физических лиц в размере 18029 рублей, к выдаче 120654 рубля 79 копеек.

В остальной части решение районного суда оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО7, <адрес><адрес><данные изъяты> – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 22 декабря 2025 года.

Председательствующий

Судьи областного суда