Апелляционное определение № 11-7233/2026 от 13 мая 2026 г.

УИД 74RS0026-01-2025-000925-60

Судья Дунаева Е.В.

Дело № 2-65/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



дело №11-7233/2026
14 мая 2026 года
город Челябинск
Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Чертовиковой Н.Я.,

судей Гончаровой А.В., Чернышовой С.С.,

при секретаре Белобородовой И.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе М.Е.В. на решение Кунашакского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ по делу по иску прокурора <адрес> в интересах муниципального образования «Кунашакский муниципальный район» к М.Е.В. о взыскании материального ущерба.

Заслушав доклад судьи Чертовиковой Н.Я. об обстоятельствах дела и доводах апелляционной жалобы, пояснения ответчика М.Е.В., поддержавшей доводы апелляционной жалобы, представителя истца прокурора Г.Д.З., возражавшего против доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия

установила:

прокурор Кунашакского района, действуя в интересах муниципального образования - Кунашакского муниципального района Челябинской области (после преобразования - Кунашакский муниципальный округ Челябинской области), обратился в суд с иском к М.Е.В. о взыскании в пользу муниципального образования в счет возмещения ущерба, причиненного преступлением, денежных средств в размере 834306,63 рублей (т. 1 л.д. 3-15).

В обоснование требований указано на то, что приговором Кунашакского районного суда Челябинской области от 26 марта 2025 года М.Е.В. признана виновной в совершении преступления, <данные изъяты>. Данным судебным актом установлено, что М.Е.В., являясь <данные изъяты>, используя бюджетные средства, умышленно злоупотребила своими должностными полномочиями, без проведения проверки жилого помещения на соответствие требованиям строительно-технических норм и правил, иным требованиям законодательства, для последующего обеспечения жильем детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, лиц, из числа детей детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, приобрела в собственность муниципального образования непригодное для проживания жилое помещение. Согласно муниципальному контракту стоимость квартиры составила в размере 834306,63 рублей, поскольку использование жилого помещения по назначению невозможно, муниципальному образованию причинен ущерб на указанную сумму.

М.Е.В. обратилась со встречным иском к муниципальному образованию Кунашакский муниципальный округ Челябинской области о признании права собственности на жилое помещение и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес> (л.д.119-121).

В обосновании встречных требований указано на то, что в настоящее время собственником жилого помещения и земельного участка по адресу: <адрес>, является Кунашакский муниципальный район Челябинской области. Взыскание стоимости данного имущества приведет к неосновательному обогащению на стороне муниципального образования, поскольку в таком случае муниципальное образование останется собственником имущества и одновременно получит его полную стоимость (т. 1 л.д. 119-121).

Определением суда к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление имущественных и земельных отношений администрации Кунашакского муниципального округа Челябинской области (т. 1 л.д. 113).

В судебном заседании суда первой инстанции прокурор С.Д.Д., представитель истца муниципального образования Кунашакский муниципальный округ Челябинской области Х.В.Р. поддержали исковые требования, в удовлетворении встречного иска просили отказать. Ответчик М.Е.В., её представитель Н.Д.И. требования не признали. Просили о применении срока исковой давности по иску прокурора, в случае удовлетворения требований прокурора - об удовлетворении встречного иска.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Управления имущественных и земельных отношений администрации Кунашакского муниципального округа участия в судебном заседании суда первой инстанции не принял.

Суд постановил решение, которым иск прокурора удовлетворил. Взыскал с М.Е.В. в пользу Кунашакского муниципального округа Челябинской области ущерб, причиненный преступлением, в размере 834306,63 рублей. Также взыскал с М.Е.В. в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 21686 рублей. В удовлетворении встречного искового заявления М.Е.В. отказал в полном объеме.

В апелляционной жалобе ответчик М.Е.В. просит решение суда отменить в части удовлетворения иска прокурора, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении данных требований. Полагает, что поскольку имущество приобретено в собственность муниципального образования в 2017 году, с этого момента истец знал или должен был знать о ненадлежащем состоянии жилого помещения, а потому по делу пропущен срок исковой давности. Считает, что суд необоснованно не учел тот факт, что она является членом семьи участника Специальной военной операции, а потому находится под особой защитой государства, соблюдение ее законных прав и интересов признается безусловным государственным приоритетом (т. 1 л.д. 148-153).

В возражениях на апелляционную жалобу прокурор Кунашакского района, действующий в интересах муниципального образования - Кунашакского муниципального округа Челябинской области, просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения (т. 1 л.д.196-199).

В судебное заседание суда апелляционной инстанции представитель истца муниципального образования Кунашакского муниципального округа Челябинской области, третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Управления имущественных и земельных отношений администрации Кунашакского муниципального округа Челябинской области не явились, извещены, об уважительных причинах неявки не сообщили, в связи с чем судебная коллегия на основании статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации признала возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Изучив материалы дела и доводы апелляционной жалобы, заслушав ответчика, прокурора, представляющего интересы истца, судебная коллегия полагает, что решение суда в части удовлетворения иска прокурора подлежит отмене ввиду неправильного применения материального права.

Судом первой инстанции установлено, что вступившим в законную силу приговором Кунашакского районного суда Челябинской области от 26 марта 2025 года, постановленным по уголовному делу №, М.Е.В. признана виновной и осуждена по <данные изъяты>, ей назначено наказание в виде лишения свободы на срок 2 года условно с испытательным сроком в 2 года с лишением права занимать должности, связанные с осуществлением функций представителя власти, а также выполнением организационно-распорядительных и административно-хозяйственных функций в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях на срок 1 год 6 месяцев (т. 1 л.д.16-26).

Данным судебным актом и из представленных в дело доказательств установлено, что решением Кунашакского районного суда Челябинской области от 4 февраля 2016 года удовлетворен иск прокурора Кунашакского района, на администрацию Кунашакского муниципального района Челябинской области возложена обязанность предоставить А.Р.К. по договору найма специализированных жилых помещений благоустроенное жилое помещение специализированного жилищного фонда, расположенное на территории Кунашакского муниципального района Челябинской области, общей площадью не менее 12 кв.м., отвечающее санитарным и техническим требованиям, за счет средств бюджета Челябинской области (т. 2 л.д. 108-110).

Во исполнение данного судебного акта М.Е.В., являясь <данные изъяты>, организовала и приобрела в собственность Кунашакского муниципального района Челябинской области жилое помещение по адресу: <адрес> (т. 1 л.д. 20-104).

Пунктом 2.1. муниципального контракта от 22 марта 2017 года о приобретении в собственность Кунашакского муниципального района Челябинской области указанной квартиры, заключенного со стороны муниципального образования (покупателя) <данные изъяты> М.Е.В., установлено, что ее стоимость составила в размере 834306,63 рублей (т. 1 л.д. 95).

Перечисление денежных средств в размере 834306,63 рублей продавцу квартиры по указанному контракту подтверждено платежным поручением № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 105).

Также установлено и не оспаривалось, что указанное жилое помещение принято в муниципальную собственность 26 апреля 2017 года (т. 1 л.д. 57).

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости переход права собственности на квартиру к Кунашакскому муниципальному району Челябинской области зарегистрирован ДД.ММ.ГГГГ (т. 2 л.д. 194, 195).

Во исполнение решения Кунашакского районного суда Челябинской области от 4 февраля 2016 года постановлением администрации Кунашаксого муниципального района Челябинской области № от ДД.ММ.ГГГГ, подписанным Главой района, указанная квартира предоставлена А.Р.К. (т. 1 л.д. 48).

ДД.ММ.ГГГГ с А.Р.К. заключен договор найма специализированных жилых помещений в отношении указанной квартиры (т. 1 л.д. 49-57).

В рамках уголовного дела установлено и объяснениями А.Р.К., копией его обращения подтверждено, что в квартире по адресу: <адрес>, А.Р.К. фактически проживал, с жалобой на ненадлежащее техническое состояние жилого помещения впервые обратился в администрацию 7 июля 2022 года (т. 2 л.д. 2-5, 6).

Стороны не оспаривали то обстоятельство, что по обращению А.Р.К. в 2022 году был проведен ремонт квартиры, впоследствии А.Р.К. было предоставлено другое жилое помещение.

Также приговором Кунашакского районного суда Челябинской области от 26 марта 2025 года установлено и материалами уголовного дела № подтверждено, что в соответствии с заключением экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, жилое помещение по адресу: <адрес>, непригодно для круглогодичного проживания, поскольку не соответствует установленным нормам и правилам. Все имеющиеся недостатки (дефекты), за исключением частичной неисправности электропроводки и электроустановочных устройств, имелись на момент приобретения квартиры (т. 2 л.д. 7-49).

Приговором Кунашакского районного суда Челябинской области от 26 марта 2025 года установлено, что при приобретении в собственность муниципального образования указанной квартиры М.Е.В. умышленно не организовала:

привлечение квалифицированных специалистов в области строительных норм и правил для квалифицированного осмотра жилого помещения,

проведение надлежащей экспертизы,

привлечение квалифицированных специалистов администрации Кунашакского муниципального района Челябинской области для реализации права заказчика на осмотр приобретаемого жилого помещения,

проверку достоверности сведений о функциональных и качественных характеристиках приобретаемой квартиры,

проведение межведомственной комиссией по признанию жилых помещений пригодными (непригодными) для постоянного проживания обследований жилого помещения.

Поскольку М.Е.В. не удостоверилась надлежащим образом в фактической пригодности для проживания квартиры, приобрела данное жилое помещение в муниципальную собственность за счет бюджетных средств, при рассмотрении уголовного дела суд пришел к выводу о том, что умышленные преступные действия М.Е.В. повлекли тяжкие последствия в виде значительного материального ущерба.

Установив приведенные обстоятельства, руководствуясь статьями 1064, 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд пришел к выводу о том, что в результате преступных действий М.Е.В. муниципальному образованию причинен ущерб в размере стоимости непригодного для проживания жилого помещения.

Срок исковой давности по делу суд исчислил с момента вступления приговора в законную силу, а именно с 3 июня 2025 года, в связи с чем отклонил доводы ответчика о пропуске срока исковой давности.

С решением суда в части исчисления срока исковой давности судебная коллегия не может согласиться ввиду следующего.

Согласно пункту 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 этого кодекса.

Пунктом 2 статьи 199 данного кодекса предусмотрено, что истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В силу пункта 1 статьи 200 названного кодекса, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В пунктах 4 и 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что в силу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям публично-правовых образований в лице уполномоченных органов исчисляется со дня, когда публично-правовое образование в лице таких органов узнало или должно было узнать о нарушении его прав, в частности, о передаче имущества другому лицу, совершении действий, свидетельствующих об использовании другим лицом спорного имущества, например, земельного участка, и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

По смыслу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации при обращении в суд органов государственной власти, органов местного самоуправления, организаций или граждан с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц в случаях, когда такое право им предоставлено законом (часть 1 статьи 45 и часть 1 статьи 46 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 1 статьи 52 и части 1 и 2 статьи 53, статья 53.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), начало течения срока исковой давности определяется исходя из того, когда о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, узнало или должно было узнать лицо, в интересах которого подано такое заявление.

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что срок исковой давности надлежит исчислять с того момента, когда не прокурор, а соответствующее публично-правовое образование, в интересах которого обращается прокурор, в лице уполномоченных органов этого публично-правового образования узнало или должно было узнать о нарушении права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Изложенная правовая позиция приведена в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 15 июля 2025 года № 127-КГ25-17-К4.

Из материалов дела следует, что не соответствующее техническим нормам и правилам жилое помещение принято в муниципальную собственность в 2017 году, 10 апреля 2017 года на основании муниципального контракта, подписанного от имени органа местного самоуправления М.Е.В., зарегистрировано право муниципальной собственности на данное жилое помещение, в этом же году оно Главой района предоставлено А.Р.К., в связи с чем судебная коллегия приходит к выводу о том, что не позднее 10 апреля 2017 года публично-правовое образование в лице своих органов, в том числе Главы, как собственник имущества, должно было узнать о нарушении его прав приобретением непригодного для проживания жилого помещения, включая такое нарушение как причинение ущерба этим обстоятельством, а также о том, что лицом, приобретшим непригодное жилое помещение, соответственно, причинившим ущерб, являлась М.Е.В.

Поскольку иск подан в суд 20 октября 2025 года, трехлетний срок исковой давности, исчисляемый с апреля 2017 года, пропущен.

Вместе с тем, первое обращение к публично-правовому образованию в лице его органов (Главы), от А.Р.К., проживающего в квартире, поступило 7 июля 2022 года, с данного момента собственник жилого помещения фактически был поставлен в известность о непригодном техническом состоянии квартиры, однако в течение трех лет – по июль 2025 года, не предъявил требования к М.Е.В. о возмещении ущерба, причиненного приобретением непригодного жилого помещения.

Судебная коллегия отмечает, что по смыслу Федерального закона от 17 января 1992 года № 2202-I «О прокуратуре Российской Федерации», прокурор, обратившийся с иском в порядке гражданского судопроизводства в защиту прав и охраняемых законом интересов лица, которое не может лично отстаивать в суде свои права и свободы, обязан контролировать надлежащее исполнение постановленных по таким искам решений.

Поскольку жилое помещение было предоставлено А.Р.К. во исполнение судебного акта, постановленного по иску прокурора Кунашакского района, с момента исполнения данного судебного акта, а именно с момента заключения ДД.ММ.ГГГГ договора найма специализированного жилого помещения в отношении указанной квартиры, прокурор должен был знать о техническом состоянии жилого помещения и, как следствие, о нарушении прав публично-правового образования приобретением в его собственность непригодного для проживания жилого помещения.

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу о том, что срок исковой давности по делу пропущен, что является основанием для отказа в иске в силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Помимо указанного основания для отказа в иске, судебная коллегия учитывает следующее.

Ответчиком М.Е.В. в материалы дела представлена справка установленного образца № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой ее супруг является участником специальной военной операции (т. 1 л.д.155).

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 14 декабря 2021 года № 52-П «По делу о проверке конституционности пункта 1.1 статьи 15.1 Федерального закона «О статусе военнослужащих» в связи с запросом 1-го Восточного окружного военного суда» указал, что имея в виду конституционную значимость обязанностей, возложенных на военнослужащих, повышенный риск, которому они подвергаются при исполнении данных обязанностей, и основываясь на принципе государственной поддержки и защиты семьи, материнства, отцовства и детства, закрепленном в статьях 7 (часть 2), 38 (часть 1) и 72 (пункт «ж» части 1) Конституции Российской Федерации, законодатель предусматривает социальные гарантии и для членов их семей, которые, пребывая с военнослужащими в личных (брачных, родственных) отношениях, разделяют с ними ограничения и трудности, связанные с прохождением военной службы. Эти гарантии вводятся в том числе в интересах семьи как социального института, обеспечивающего преемственность поколений, приоритет семейного воспитания детей и взаимную поддержку детей и родителей. Причем, выстраивая систему поддержки для членов семьи военнослужащего, законодатель, действуя в рамках дискреционных полномочий, исходит из того, что их правовой статус производен от статуса самого военнослужащего и обусловлен характером его служебной деятельности.

Учитывая конституционную значимость обязанностей, возложенных на военнослужащих, повышенный риск, которому они подвергаются при исполнении данных обязанностей, то обстоятельство, что пребывая с военнослужащим в личных (брачных) отношениях, М.Е.В. разделяет с ним ограничения и трудности, связанные с прохождением военной службы, судебная коллегия не находит оснований для иной оценки фактических обстоятельств по делу относительно срока исковой давности.

Руководствуясь статьями 328, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Кунашакского районного суда Челябинской области от 10 марта 2026 года отменить в части удовлетворения иска прокурора Кунашакского района в интересах муниципального образования «Кунашакский муниципальный район» к М.Е.В. о взыскании материального ущерба. В отмененной части принять по делу новое решение, которым в удовлетворении иска прокурора Кунашакского района в интересах муниципального образования «Кунашакский муниципальный район» к М.Е.В. о взыскании материального ущерба в размере 834306 рублей 63 копеек отказать в полном объеме.

То же решение суда в остальной части оставить без изменения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 28 мая 2026 года.