Решение № 2-4955/2017 2-4955/2017~М-4433/2017 М-4433/2017 от 2 ноября 2017 г. по делу № 2-4955/2017

дело № 2-4955/17


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

город Ставрополь 03 ноября 2017 года

Промышленный районный суд г. Ставрополя в составе:

председательствующего судьи Пшеничной Ж.А.,

при секретаре Переверзевой А.Д.,

с участием: истца ФИО1; представителя истца ФИО1 - адвоката Соболевой Т.И., предоставившей ордер № 17с 039551 от дата;

представителей ответчика АО «НК «Роснефть-Ставрополье» - ФИО2 по доверенности от 04.09.2017, ФИО3 по доверенности от дата; помощника прокурора Промышленного района г. Ставрополя Рябоконовой А.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Промышленного районного суда г. Ставрополя гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к АО «НК «Роснефть-Ставрополье» о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к АО «НК «Роснефть-Ставрополье» о восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, указав в обоснование иска, что 06.11.2015 приказом генерального директора АО «НК «Роснефть - Ставрополье» она была принята на работу в отдел продаж сопутствующих товаров и услуг на должность специалиста по рекламе. В соответствии с трудовым договором № 221 от 06.11.2015, успешно прошла испытательный срок 3 месяца со дня фактического начала работы, по результатам которого прошла проверку на соответствие получаемой должности. В ходе дальнейшей трудовой деятельности, продолжавшейся более полутора лет, каких-либо выговоров и замечаний со стороны руководства АО «НК «Роснефть - Ставрополье», а так же непосредственного руководства отдела, в котором работала, не получала. Каждый месяц руководством утверждалось ее премирование по результатам работы. 10.07.2017 она была вызвана в кабинет заместителя генерального директора по розничным продажам и развитию АО «НК «Роснефть - Ставрополье» ФИО4, который в приказном порядке без пояснения и разъяснения каких-либо причин сказал ей писать заявление об увольнении по собственному желанию в этот же день. Но, подумав, сказал написать заявление на отпуск с последующим увольнением с 17.07.2017. Поскольку данное указание Свидетель №1 для нее было полной неожиданностью, и повергло ее в шоковое состояние, она, подчинившись, написала требуемое заявление. На следующий день доложила об этом ведущему специалисту по рекламе своего отдела, которая посоветовала ей сходить к руководителю АО «НК «Роснефть - Ставрополье» с целью прояснения ситуации. Однако сделать это не представилось возможным, поскольку ей необходимо было передавать свои дела, подписать обходной лист, у генерального директора были совещания, а, через 4 дня, утром пятницы 14.07.2017 ее ознакомили с приказом об увольнении, выдали на руки трудовую книжку и сделали полный расчет. О том, что она имела возможность отозвать свое заявление в части увольнения по собственному желанию, в соответствии с требованиями Трудового кодекса РФ, до начала отпуска, ей было неизвестно, в связи с чем сделано не было. С увольнением была не согласна, увольняться не хотела, как и не планировала уходить в отпуск не по графику отпусков работников организации на 2017 год, согласно которому, ее отпуск должен был состояться в августе 2017 года. Лишь по выходу в отпуск, осознав до конца случившееся, и после консультации с адвокатами, 27.07.2017 ей было написано заявление на имя генерального директора АО «НК «Роснефть - Ставрополье» ФИО5 с просьбой отозвать ее заявление от 10.07.2017 в части увольнения по собственному желанию и восстановить ее на прежней должности. 31.07.2017 по окончанию отпуска, в соответствии с внутренним распорядком организации, она вышла на работу, где ей вручили письменный отказ в удовлетворении заявления на основании истечения срока возможности подачи такового. Считает свое увольнение незаконным, поскольку написать заявление на увольнение по собственному желанию ее принудил против воли, оказывая психологическое воздействие и руководствуясь своими личными, неизвестными мотивами, заместитель генерального директора по розничным продажам и развитию АО «НК «Роснефть - Ставрополье» Свидетель №1, чем нарушил ст. 3 Трудового кодекса РФ. В настоящее время она осталась без работы и без каких - либо средств к существованию, не получив объяснений причин ее принудительного увольнения, чем, полагает, были существенно нарушены ее права, в частности право на труд, как добросовестного работника, так и гражданина РФ, гарантированные Конституцией Российской Федерации. В целях досудебного урегулирования возникшей конфликтной ситуации 31.07.2017 в прокуратуру Промышленного района г. Ставрополя и Государственную инспекцию труда в Ставропольском крае ей были направлены жалобы по факту незаконного увольнения. На день подачи настоящего иска ответы из указанных организаций не получены. Незаконными действиями работодателя - руководства АО «НК «Роснефть - Ставрополье», ей причинен моральный вред, который выразился в стрессовом состоянии, перешедшем в депрессию, из-за страха за свое будущее и невозможности оказывать материальную помощь своей семье, денежную компенсацию которого оценивает в 150 000 рублей. В связи с незаконным увольнением, в соответствии со ст. 234 Трудового кодекса РФ, ответчик обязан выплатить ей средний заработок за время вынужденного прогула со дня, следующего за увольнением, до восстановления на работе, который по состоянию на день обращения в суд составляет 13 041 рубль. Просит восстановить ее на работе в АО «НК «Роснефть - Ставрополье» в должности специалиста по рекламе отдела продаж сопутствующих товаров и услуг; взыскать с АО «НК «Роснефть - Ставрополье» в ее пользу средний заработок за время вынужденного прогула по день восстановления на работе, компенсацию морального вреда 150 000 рублей.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержала по основаниям, указанным в иске, просила заявленные требования удовлетворить. Пояснила, что в настоящее время не работает. У нее имеется характеристика с места работы, подписанная ФИО4. Когда получила характеристику, не помнит. В ходе беседы с ФИО4 она поняла, что дело может пойти выше, и все будет решаться хуже. Они могут придумать различные причины для увольнения. От руководителей к ней претензии не поступали. Конфликтов не было. К генеральному директору не записывалась по данному вопросу, попыток к этому не предпринимала. С ФИО4 в процессе деятельности встречалась не часто.

Представитель истца ФИО1 – адвокат Соболева Н.И. в судебном заседании заявленные требования поддержала, просила их удовлетворить. Пояснила, что к самой процедуре увольнения никаких претензий нет. Стоит вопрос только о психологическом давлении. Ее доверитель была в подчинении ФИО4, опыта оказать сопротивление руководству столь высокого уровня у нее не было. Каким либо образом сопротивляться она не могла. ФИО1 боялась, что ее уволят в дальнейшем по статье. Была вынуждена написать в присутствии ФИО4 заявление на увольнение, чтобы не иметь последствия. Не знала, что может отозвать свое заявление до обращения к адвокатам. ФИО1 была предпринята попытка после пропуска отозвать заявление. Прямых доказательств нет. Косвенными доказательствами считает, что незадолго до увольнения ФИО1 подала заявление в Сбербанк о выдаче ипотеки. Она бы не стала брать ипотеку, если бы хотела уволиться.

Представитель ответчика АО «НК «Роснефть»-Ставрополье» ФИО2 в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных ФИО1 требований. Представил письменные возражения на иск, которые поддержал в ходе судебного разбирательства. Согласно письменным возражениям, 06.11.2015 между АО «НК «Роснефть»-Ставрополье» и ФИО1 был заключен трудовой договор № 221, а также издан приказ № 221-п от 06.11.2015 о приеме на работу, на должность специалиста по рекламе в отдел сопутствующих товаров и услуг. 10.07.2017 истец обратилась с заявлением о предоставлении ей отпуска с 17.07.2017 с последующим увольнением. На основании данного заявления ответчиком были изданы: приказ о предоставлении ФИО1 отпуска № 1668-0 от 10.07.2017 с 17.07.2017; приказ о прекращении трудового договора с ФИО1 № 178-у от 10.07.2017 с 30.07.2017. С данными приказами истец лично ознакомилась под роспись. Какие-либо замечания по форме и содержанию приказа об увольнении, а также предложения относительно отказа от расторжения трудового договора, истцом в момент ознакомления с приказом, в письменной форме высказаны не были. Довод истца в исковом заявлении о том, что: «с увольнением я была не согласна, увольняться не хотела» не может быть принят во внимание, так как в момент ознакомления с приказом, истец вправе была указать в форме приказа данную фразу, тем самым реализовать свое конституционное право на свободу выбора труда. Изъявив желание получить отпуск с последующим увольнением, истец тем самым выразил желание прекратить трудовое отношение с ответчиком по собственному желанию. 28.07.2017 ответчику от истца поступило заявление об отзыве заявления об увольнении с занимаемой должности. На данное заявление АО «НК «Роснефть» - Ставрополье» 28.07.2017 № 2816 был предоставлен письменный мотивированный ответ о том, что отозвать заявление об увольнении по собственному желанию истец вправе только до начала отпуска, то есть до 17.07.2017. Данное письмо ФИО1 получила лично 31.07.2017, о чем свидетельствует ее роспись на втором экземпляре письма. Полагает, что с момента начала отпуска ответчик не несет каких-либо обязательств перед истцом, получившим отпуск с последующим увольнением, в том числе и рассмотрению его заявления о продолжении трудовой деятельности в АО «НК «Роснефть» - Ставрополье». Законность произведенного увольнения ФИО1 явилось предметом внеплановой документарной проверки Государственной инспекции труда в Ставропольском крае, в ходе которой нарушений требований Трудового кодекса РФ при процедуре увольнения ФИО1 установлено не было. Истец утверждает, что 10.07.2017 была вызвана в кабинет заместителя генерального директора по розничным продажам и развитию АО «НК «Роснефть» - Ставрополье» Свидетель №1, который в «приказном порядке сказал написать заявление на отпуск с последующим увольнением с 17.07.2017». Данное утверждение не может быть принято судом, в силу того, что истцом не представлены в материалы дела документальные и иные доказательства данного факта. Кроме того, заместитель генерального директора по розничным продажам и развитию АО «НК «Роснефть»-Ставрополье» Свидетель №1 не наделен полномочиями по принятию решений о заключении или прекращении трудовых правоотношений с работниками. Такими полномочиями, в соответствии с уставом АО «НК «Роснефть» - Ставрополье», наделен только генеральный директор. За время трудовых отношений ФИО1 дисциплинарных взысканий не имела, надлежащим образом исполняла должностные обязанности и правила внутреннего трудового распорядка общества. Перед увольнением ФИО1 была выдана положительная характеристика, за подписью заместителя генерального директора по розничным продажам и развитию АО «НК «Роснефть» - Ставрополье» Свидетель №1, что также подтверждает факт отсутствия со стороны данного должностного лица действий, направленных на принуждение к увольнению ФИО1, а равно какого-либо предвзятого отношения к ней как в плане исполнения должностных обязанностей, так и в личностных взаимоотношениях. Расторжение трудового договора было инициировано лично истцом, о чем свидетельствуют ее заявление об увольнении, роспись об ознакомлении с приказом о расторжении трудового договора, а также роспись в журнале учета трудовых книжек в получении трудовой книжки. Требования истца о компенсации морального вреда считает необоснованными, поскольку ее трудовые права не были нарушены в ходе процедуры расторжения трудового договора. Просит в иске отказать в полном объеме. Полный текст письменных возражений приобщен к материалам дела.

Представитель ответчика АО «НК «Роснефть»-Ставрополье» ФИО3 в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований. Поддержал пояснения представителя ФИО6 Добавил, что ФИО4 один из самых демократичных руководителей. Истец пришла в АО «НК «Роснефть»-Ставрополье» с ФИО7 Заикиной, которая привела ее на работу. ФИО8 уволилась, после чего заявление об уходе написала истец. Считает, что причина увольнения – солидарность со своим товарищем.

Помощник прокурора Промышленного района г. Ставрополя Рябоконова А.И. в судебном заседании дала заключение о том, что увольнение ФИО1 произведено законно и оснований для удовлетворения иска не имеется. Истец надлежащим образом ознакомлена с приказом о расторжении трудового договора. Замечаний по форме приказа не поступили. Увольнение работника произведено в соответствии с действующим законодательством. Доказательств незаконного увольнения истца, также как и нарушение ее прав при увольнении не представлено. В связи с тем, что доказательств нарушения прав истца не установлено, требование о компенсации морального вреда удовлетворению также не подлежит.

Суд, выслушав лиц, свидетелей, участвующих при рассмотрении спора, заслушав заключение прокурора, исследовав материалы дела, оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, находит исковые требования не подлежащими удовлетворению, по следующим основаниям.

В соответствии со ст.352 Трудового кодекса РФ, каждый имеет право защищать свои трудовые права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. Одним из основных способов защиты трудовых прав и свобод являются судебная защита.

Исходя из положений ст. 15 Трудового кодекса РФ трудовые отношения - отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации, конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

В силу ст. 16 Трудового кодекса РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

В соответствии с положениями ст.22 Трудового кодекса РФ, работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров.

Положениями ст.56 Трудового кодекса РФ определено понятие трудового договора, согласно которому трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Согласно ст. 67 Трудового кодекса РФ трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами. В трудовом договоре обязательно указываются место работы, в том числе место работы с указанием обособленного структурного подразделения и его местонахождение; трудовая функция (работа по должности в соответствии со штатным расписанием; условия оплаты труда (в том числе размер тарифной ставки или оклада (должностного оклада) работника, доплаты, надбавки и поощрительные выплаты); условия об обязательном социальном страховании и другие условия, предусмотренные трудовым законодательством.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, 06.11.2015 между АО «НК «Роснефть»-Ставрополье» и ФИО1 был заключен трудовой договор № 221, по условиям которого ФИО1 принимается на работу АО «НК «Роснефть»-Ставрополье» и принимает на себя осуществление функций специалиста по рекламе отдела продаж сопутствующих товаров и услуг с испытательным сроком 3 месяца. Срок договора - бессрочный. Работник был обязан приступить к работе с 06.11.2015. По условиям оплаты труда работнику был установлен должностной оклад в размере 28439 рублей. При условии качественного и добросовестного исполнения трудовых обязанностей предусмотрена дополнительная выплата в виде премии в порядке и на условиях, предусмотренных локальными нормативными актами, регулирующими оплату труда работников. Работнику была установлена 40-часовая рабочая неделя с двумя выходными днями в субботу и воскресенье. Заработная плата выплачивается работникам 30 числа текущего месяца и 15 числа следующего месяца в соответствии с «Правилами Внутреннего трудового распорядка для работников Общества».

Данный договор явился основанием для издания приказа АО «НК «Роснефть»-Ставрополье» № 221-п от 06.11.2015 о приеме работника на работу, с которым истец был ознакомлен лично под роспись, получив второй экземпляр на руки.

10.07.2017 истец обратился на имя генерального директора АО «НК «Роснефть»-Ставрополье» с заявлением о предоставлении очередного отпуска с последующим увольнением с 17.07.2017 на 14 календарных дней.

На основании данного заявления АО «НК «Роснефть»-Ставрополье» были изданы: приказ № 1668-0 от 10.07.2017 о предоставлении ФИО1 отпуска с 17.07.2017 и приказ № 178-у от 10.07.2017 о расторжении трудового договора с ФИО1 по собственному желанию (п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ) с 30.07.2017. С данными приказами истец лично ознакомилась под роспись 17.07.2017.

12.07.2017 АО «НК «Роснефть»-Ставрополье» перечислило ФИО1 отпускные за июль 2017, 17.07.2017 произведен расчет при увольнении.

Факт получения трудовой книжки истцом не оспаривается.

Среди основных принципов правового регулирования трудовых отношений Конституцией Российской Федерации установлено, что труд свободен; каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду (часть первая статьи 37 Конституции Российской Федерации).

Как предусмотрено п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ, одним из оснований прекращения трудового договора является расторжение трудового договора по инициативе работника.

Данное основание прекращения трудового договора конкретизировано законодателем в ст. 80 Трудового кодекса РФ, в соответствии с которой работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении. По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пп. «а» п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении споров о расторжении по инициативе работника трудового договора, заключенного на неопределенный срок, а также срочного трудового договора (пункт 3 части 1 статьи 77, статья 80 Трудового кодекса РФ) судам необходимо иметь в виду, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

27.07.2017 ФИО1 на имя генерального директора АО «НК «Роснефть - Ставрополье» было написано заявление с просьбой отозвать ее заявление от 10.07.2017 в части увольнения по собственному желанию и восстановить ее на прежней должности.

На данное заявление АО «НК «Роснефть» - Ставрополье» 28.07.2017 № 2816 был предоставлен письменный мотивированный ответ о том, что отозвать заявление об увольнении по собственному желанию истец вправе только до начала отпуска, то есть до 17.07.2017.

Исходя из содержания ч. 4 ст. 80, ч. 4 ст. 127 Трудового кодекса Российской Федерации, пп. «в» п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» работник, предупредивший работодателя о расторжении трудового договора, вправе до истечения срока предупреждения (а при предоставлении отпуска с последующим увольнением - до дня начала отпуска) отозвать свое заявление, и увольнение в этом случае не производится при условии, что на его место в письменной форме не приглашен другой работник, которому в соответствии с Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора.

С учетом изложенного, юридически значимыми обстоятельствами при разрешении настоящего спора являются обстоятельства, подтверждающие факт наличия или отсутствия волеизъявления ФИО1 на увольнение по собственному желанию и принуждения его к увольнению со стороны работодателя. При этом процессуальное бремя доказывания наличия принуждения к увольнению возлагается на истца.

Обратившись к работодателю с собственноручным заявлением об увольнении, истец выразил свое волеизъявление на прекращение трудовых отношений, тем самым реализовав право свободно распоряжаться способностями к труду. Из содержания текста данного заявления работника явно следует, что он намеревался расторгнуть трудовой договор именно по собственному желанию.

После написания заявления истец своего решения расторгнуть трудовой договор не изменяла, правом отозвать заявление об увольнении не воспользовалась. Возражений и замечаний при ознакомлении с приказом об увольнении ей не выражено. Допустимые, достоверные и достаточные доказательства оказания на истца со стороны работодателя давления в какой-либо форме при написании или подаче заявления об увольнении, свидетельствующие о пороке ее воли, отсутствии у нее при написании и подаче заявления желания прекращать трудовые отношения с ответчиком, в соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ суду не представлены.

В обоснование доводов о вынужденном характере написания заявления об увольнении как истец, так и представитель истца в судебном заседании ссылались на то, что к увольнению ФИО1 принуждал заместитель генерального директора по розничным продажам и развитию АО «НК «Роснефть»-Ставрополье» Свидетель №1

Опрошенный в ходе судебного разбирательства свидетель Свидетель №1 пояснил, что работает в компании АО «НК «Роснефть»-Ставрополье» с 2001 года, с 2016 года в г. Ставрополе. В настоящее время занимает должность заместителя генерального директора по розничным продажам и развитию АО НК «Роснефть». ФИО1 являлась сотрудником АО НК «Роснефть», была специалистом. За время работы ФИО1 в компании конфликтов не было. Замечаний никаких не было. Каждую неделю он проводит планерки с начальниками отделов, также с сотрудниками, в том числе и по повышению эффективности, качества, добросовестности, эффективности на рабочем месте. Поскольку человек, который курировал ФИО1, ушел, на нее легло больше ответственности. На совещании, где присутствовала ФИО1, ей были заданы определенные вопросы по поводу эффективности и нахождения на рабочем месте, они обговаривали рабочие моменты. По журналу не было отметок о том, что человек присутствовал или отсутствовал на рабочем месте. В присутствии начальника отдела ей задавали вопросы. Разговор с ФИО1 проходил в спокойной обстановке, голос никто не повышел. Говорили на общепринятые темы, никакого спора не было, никаких дебатов, ставились определенные цели. ФИО1 было написано заявление об уходе. Как ФИО1 написала заявление об уходе, не помнит. Это было личное волеизъявление ФИО1. Бумагу ей для заявления не давал, так как под рукой бумаги не было. Почему ФИО1 уволилась, не знает. Он не понуждал ФИО1 писать заявление об уходе. Напрямую ему редко приходилось общаться с ФИО1. Заявление на увольнение адресуются не на его имя. Почему ФИО1 принесла ему заявление, не знает. К нему приходят с подобными заявлениями. Бывшего сотрудника может охарактеризовать резюме, которое он подписал. Может охарактеризовать ФИО1 как дисциплинированного, ответственного работника. После написания заявления от ФИО1 были телефонные звонки по поводу того, чтобы дать номера контрагентов, поставщиков.

Свидетель Свидетель №2 в судебном заседании пояснила, что с 2015 года работает в компании АО «НК «Роснефть»-Ставрополье», в настоящее время занимает должность начальник отдела товаров и сопутствующих услуг. ФИО1 знает, работала с ней в отделе. Конфликтов не возникало. ФИО1 работала в подчинении у ведущего специалиста по рекламе, к ней отношения не имела, пока работал ведущий специалист. Рабочие отношения в рамках должностных обязанностей. В связи с увольнением ведущего специалиста по рекламе, ФИО1 перешла в ее подчинение. ФИО1 может охарактеризовать как довольно исполнительную. Вопросы лишние не задавала. Иногда несвоевременно отчитывалась по рабочим моментам. Она присутствовала в момент написания ФИО1 заявления об уходе. Был понедельник - первый рабочий день после отпуска. В кабинете был заместитель, она и ФИО1. Проводили беседу по поводу изменения обязанностей, подчинения, рассказали обязанности. Она поняла, что ФИО1, в связи с изменением обязанностей, не готова работать. ФИО1 написала заявление в ее присутствии в кабинете. ФИО4 не предлагал ей писать заявление на увольнение. ФИО1 говорили, что ведущий специалист – это другие обязанности. Ее вызывали, спрашивали, с чем она знакома. Рассказывали, что есть карьерный рост. Увольнять никто не собирался. Приказного тона не было. Она присутствовала при разговорах с другими сотрудниками отдела. Всех по очереди вызывали. Никто не уволился. Чтобы сотрудники поняли, что контроль усилился. Она не спрашивала, почему ФИО1 решила уволиться. Обязанности, которые должна была выполнять ФИО1, до сих пор не исполняются. Принят человек на должность ведущего специалиста, который до сих пор находится на испытательном сроке. Перевели сотрудника, который выполняет поручения.

Таким образом, показания свидетелей опровергают факт принуждения ФИО1 к подаче заявления об увольнении по собственному желанию.

В данной ситуации какие-либо действия ответчика не могут быть квалифицированы как принуждение истца к увольнению, поскольку доказательства того, что они были направлены на то, чтобы работник по своей инициативе расторг трудовые отношения с работодателем, отсутствуют.

Суд также принимает во внимание, что законность произведенного увольнения ФИО1 явилось предметом внеплановой документарной проверки Государственной инспекции труда в <адрес>. В результате данной проверки органом государственного контроля (надзора) были исследованы документы и опрошен представитель АО «НК «Роснефть» - Ставрополье», по вопросу расторжения трудового договора с ФИО1, составлен акт от 18.08.2017, согласно которому основания для выдачи предписания отсутствуют. То есть, государственным органом нарушений требований Трудового кодекса РФ при процедуре увольнения ФИО1 установлено не было.

Пояснения представителя истца в суде о том, что истец опасалась последующего увольнения по «статье», которое явилась поводом к увольнению ФИО1, не ведут к признанию увольнения вынужденным и основаны на субъективной оценке происходящего. Учитывая, что оказания на истца давления при написании заявления об увольнении, либо ухудшение условий труда с целью вынудить работника написать заявление об увольнении по собственному желанию, причинно-следственная связь между конкретными неправомерными действиями работодателя и написанием истцом заявления об увольнении не нашли своего подтверждения, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 в указанной части.

Указание истца на то, что она не планировала уходить в отпуск не по графику и была вынуждена уйти в отпуск по принуждению, на принятие решения повлиять не могут, поскольку в ходе судебного разбирательства факт каких-либо нарушений прав истца со стороны ответчика установлено не было.

Поскольку в основанном требовании ФИО1 о восстановлении на работе отказано, производное требования о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, как и требование о компенсация морального вреда, удовлетворению не подлежат.

Таким образом, суд отказывает ФИО1 в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ,

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к АО «НК «Роснефть-Ставрополье» о восстановлении на работе в АО «НК «Роснефть-Ставрополье» в должности специалиста по рекламе отдела продаж сопутствующих товаров и услуг, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда в размере 150000 рублей – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ставропольский краевой суд через Промышленный районный суд г. Ставрополя в течение месяца со дня вынесения в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено 08.11.2017.

Судья <данные изъяты> Ж.А. Пшеничная

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>