Апелляционное определение № 11-2479/2026 от 16 февраля 2026 г.

Судья Бородулина Н.Ю.

УИД №

дело №2-1683/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



№11-2479/2026
17 февраля 2026 года
г. Челябинск
Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Бромберг Ю.В.,

судей Чекина А.В., Волуйских И.И.,

при секретаре Щегольковой Н.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО3 на решение Калининского районного суда г.Челябинска от 25 августа 2025 года по исковому заявлению ФИО4 к АО «ГСК «Югория», ФИО5, ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, судебных расходов.

Заслушав доклад судьи Чекина А.В. по обстоятельствам дела и доводам апелляционной жалобы, объяснения ФИО3, поддержавшего доводы жалобы, представителя ответчика ФИО5 ФИО6, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО4 обратилась в суд с иском к АО «ГСК «Югория», ФИО5, ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 1 032 612 руб., взыскании суммы утраты товарной стоимости 178 800 руб., расходов по оплате оценки 10 000 руб., расходов по оплате госпошлины 27 114 руб., расходов по оплате юридических услуг 25 000 руб., расходов оп оплате услуг эвакуатора 26 500 руб., потовых расходов 1274,08 руб., в обоснование требований указав, что 07 апреля 2024 года произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортных средств «Шевроле Нива», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО3, «Фольксваген Тайрон», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО4, «Хундай ix35», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО5 В связи с причинением ущерба автомобилю ФИО7 обратилась в АО «ГСК «Югория» с заявлением о выплате страхового возмещения, страховщик произвел выплату страхового возмещения в общей сумме 800 000 руб. В соответствии с заключением эксперта величина расходов на восстановительный ремонт транспортного средства составит 1 832 612 руб., величина утраты товарной стоимости равна 178 800 руб.

Решением суда первой инстанции с учетом определения об исправлении описки исковые требования удовлетворены частично. Суд взыскал с ФИО3 в пользу ФИО4 сумму ущерба, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия, в размере 1 032 612 руб., утрату товарной стоимости 178 800 руб., расходы по оплате услуг оценки 10 000 руб., расходы по оплате услуг представителя 25 000 руб., расходы по оплате услуг эвакуатора 26 500 руб., почтовые расходы 1274,08 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины 27 114 руб.

В апелляционной жалобе ФИО3 просит решение суда первой инстанции отменить, в удовлетворении исковых требований отказать. По существу жалобы оспаривает вину в произошедшем дорожно-транспортном происшествии, выражает несогласие с проведенной по делу судебной экспертизой. Судом неверно установлен механизм развития дорожно-транспортной ситуации. Не согласен с досудебной оценкой, результат которой полагает явно завышенным.

Письменных возражений на апелляционную жалобу не поступило.

В соответствии с п. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.

Обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность принятого решения в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

В силу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно п. 3 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях, т.е. на основании ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В силу пункта 4 статьи 931 ГК РФ в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Согласно пункту 63 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 08 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072, пункт 1 статьи 1079, статья 1083 ГК РФ).

Судом первой инстанции установлено, что 07 апреля 2024 года возле дома №26 по пр. Мира в г. Златоусте Челябинской области произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортных средств «Шевроле Нива», государственный регистрационный знак №, под управлением водителя ФИО3, «Фольксваген Тайрон», государственный регистрационный знак №, принадлежащего на праве собственности ФИО4 и под её управлением, «Хундай ix35», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО5 Водитель ФИО3, управляя автомобилем «Шевроле Нива», государственный регистрационный знак №, совершил столкновение с автомобилем «Фольксваген Тайрон», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО4

В результате указанного дорожно-транспортного происшествия автомобиль «Фольксваген Тайрон», государственный регистрационный знак №, принадлежащий истцу, получил повреждения.

В связи с данным дорожно-транспортным происшествием ФИО7 обратилась в АО «ГСК «Югория» с заявлением о выплате страхового возмещения, 23 апреля 2024 года АО «ГСК «Югория» произвело выплату страхового возмещения в размере 400 000 руб., 06 июня 2024 года - в размере 400 000 руб.

В подтверждение размера ущерба истец представил заключение специалиста ФИО1 № от 06 июня 2024 года, согласно которому стоимость восстановительного ремонта транспортного средства истца составит 1 832 612 руб., величина утраты товарной стоимости равна 178 800 руб.

Из составленной сотрудниками полиции схемы места совершения административного правонарушения следует, что водитель транспортного средства «Шевроле Нива», государственный регистрационный знак №, ФИО3 совершил наезд на стоящее транспортное средство «Фольксваген Тайрон», государственный регистрационный знак №. Величина тормозного пути автомобиля ответчика до столкновения составила 22,3 метра. Ширина проезжей части в месте ДТП составляет 12,8 метра.

Из объяснений ответчика ФИО3, данных сотрудникам полиции, следует, что 7 апреля 2024 года он управлял автомобилем «Шевроле Нива», государственный регистрационный знак №, двигался по проспекту Мира со скоростью 45-50 км.ч. по правой полосе дороги. Внезапно для него справа с парковки начал движение задним ходом автомобиль «Хундай ix35», государственный регистрационный знак №, совершил столкновение с его автомобилем. ФИО3 нажал на педаль тормоза, но его автомобиль занесло влево и он совершил наезд на стоящий автомобиль «Фольксваген Тайрон», государственный регистрационный знак №.

Из объяснений ответчика ФИО5, данных сотрудникам полиции, следует, что 7 апреля 2024 года она управляла автомобилем «Хундай ix35», государственный регистрационный знак №, выезжала задним ходом с автостоянки напротив дома №26 по пр. Мира в г.Златоусте, двигалась медленно, в зеркало заднего вида увидела, что приближается автомобиль, и сразу остановилась. Услышала удар справа от ее автомобиля. Выйдя из салона, увидела, что повреждений на ее транспортном средстве не имеется.

С целью установления механизма ДТП и по ходатайству представителя ответчика ФИО5 по делу назначено проведение судебной автотехнической и трасологической экспертизы, ее проведение поручено эксперту ФИО2

Согласно экспертному заключению №, у водителя транспортного средства «Нива-Шевроле», государственный регистрационный знак №, имелась возможность выполнить требования п. 10.1 Правил дорожного движения РФ при движении со скоростью 40 км/ч. При этом фактическая скорость движения автомобиля была выше заявленной водителем ФИО3 в своём объяснении (45-50 км/ч). Избранная им скорость не позволила водителю данного автомобиля выполнить требования п. 10.1 Правил дорожного движения. С технической точки зрения, в данной дорожно-транспортной ситуации манёвр водителя автомобиля «Нива-Шевроле», государственный регистрационный знак, №, в виде объезда выезжающего с парковки автомобиля «Хундай ix35», государственный регистрационный знак №, был не оправдан. При этом эксперт в заключении отметил следующее: водитель автомобиля «Нива-Шевроле» увидел выезжающий задним ходом с парковки автомобиль «Хундай ix35» и стал воспринимать данный автомобиль как опасность для движения, принял меры к предотвращению столкновения путем торможения. Водитель автомобиля «Нива-Шевроле» смог избежать столкновения с автомобилем «Хундай ix35», однако затем совершил наезд на припаркованный автомобиль «Фольксваген Тайрон», государственный регистрационный знак №.

Разрешая требования иска, суд первой инстанции исходил из того, что причиной дорожно-транспортного происшествия, столкновения автомобилей повлекшего причинение ущерба, стали неправомерные действия водителя ФИО3, в то время как действия водителя ФИО5 не состоят в причинно-следственной связи с причинением вреда.

С таким выводом суда у судебной коллегии нет оснований не соглашаться, так как он основан на правильно установленных обстоятельствах, а также собранных по делу доказательствах, которым дана правильная и надлежащая оценка в соответствии с положениями ст. ст. 12, 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, правильном применении норм материального и процессуального права.

Вопреки суждениям заявителя апелляционной жалобы, выводы суда первой инстанции о вине ответчика ФИО3 в причинении вреда соответствуют установленным обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Согласно ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований так и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.В силу ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Судебная коллегия при установлении обстоятельств дорожно-транспортного происшествия, в частности, не исполнения водителем ФИО3 требований пункта 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации и нарушения им скоростного режима, руководствуется судебным экспертным заключением ФИО2

Заключение эксперта № в полном объеме отвечает требованиям ст.86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в их результате выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы. В обоснование сделанных выводов эксперт приводит соответствующие данные из представленных в распоряжение эксперта материалов, указывает на применение методов исследований, основывается на исходных объективных данных. Достоверных, объективных доказательств, опровергающих выводы вышеназванного экспертного заключения, участвующими в деле лицами в процессе рассмотрения дела представлено не было.

Каких-либо объективных доказательств, дающих основание сомневаться в правильности и обоснованности заключения судебного эксперта ФИО2 предупрежденного об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, имеющего соответствующее образование и квалификацию подателем жалобы не представлено. Выводы эксперта, изложенные в заключении, судебная коллегия находит мотивированными, соответствующими требованиям Федерального закона от 31 мая 2001 года №73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

В силу пункта 1.3 Правил дорожного движения Российской Федерации участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил.

Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда (пункт 1.5 Правил дорожного движения Российской Федерации).

Согласно пункту 9.10 Правил дорожного движения Российской Федерации, водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения.

Под опасностью для движения, согласно п. 1.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, понимается ситуация, возникшая в процессе дорожного движения, при которой продолжение движения в том же направлении и с той же скоростью создает угрозу возникновения дорожно-транспортного происшествия.

Перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения (пункт 8.1 Правил).

Согласно п. 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Положения абз. 2 п. 10.1 Правила дорожного движения Российской Федерации конкретизируют действия водителя при возникновении опасности для движения, которую он в состоянии обнаружить. При этом водитель должен, не меняя направления, принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства. Моментом возникновения опасности для движения следует считать момент, когда водитель ее обнаружил, либо момент, когда он должен был и мог предвидеть ее возникновение.

Как верно установлено судом, совокупностью представленных в материалы дела доказательств подтверждается, что скорость «Нива-Шевроле», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО3, в момент возникновения опасности превышала предельно допустимое значение - 40 км/ч.

Вопреки доводам подателя жалобы, из представленной в дело видеозаписи следует, что на участке дороги, где произошло ДТП, установлено дорожный знак, ограничивающий скорость движения – 40 км.ч.

Проанализировав обстоятельства ДТП на основе представленных доказательств, исследуя материал по делу об административном правонарушении, приняв во внимание объяснения водителей, заключение судебного эксперта, видеозапись видеорегистратора, судебная коллегия приходит к выводу о том, что ФИО3, двигаясь по дороге с превышением разрешенной скорости, имея при этом возможность своевременно оценить дорожную обстановку, наличие на проезжей части по ходу своего движения препятствия в виде завершающего маневр выезда с парковки автомобиля «Хундай ix35», обязан был незамедлительно принять возможные меры к снижению скорости, вплоть до полной остановки транспортного средства, как предписывают требования п.10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации. Указанные требования им выполнены не были. Вместо этого, указанный водитель осуществил маневр объезда препятствия путем перестроения в левую по ходу движения полосу, в результате чего потерял управление и произвел столкновение со стоящим транспортным средством «Фольксваген Тайрон».

Как установлено судебным экспертом, дорожная ситуация, с учетом характеристик автомобиля «Нива-Шевроле», позволила бы водителю ФИО3 при соблюдении установленной скорости продолжить движение в прямом направлении, избежав столкновения с автомобилем «Хундай ix35» посредством применения торможения.

По смыслу нормы пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации в системном толковании со статьей 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении вреда в результате столкновения автомобилей каждый из участников дорожно-транспортного происшествия (владельцев транспортных средств) несет бремя доказывания отсутствия своей вины в причинении ущерба.

Каких-либо доказательств наличия обстоятельств, объективно препятствующих ФИО3 в сложившейся дорожной ситуации выполнить требования пункта 10.1 Правил, материалы гражданского дела не содержат.

Вопреки доводам ответчика в апелляционной жалобе, выводы эксперта ФИО1 изложенные в заключении № от 06 июня 2024 года, судебная коллегия также находит мотивированными. Доказательств, опровергающих выводы данного заключения, ответчиком не представлено ни суду первой, ни суду апелляционной инстанции. Следовательно, оснований не согласиться с установленным судом размером причиненного имуществу истца ущерба на основании заключения у судебной коллегии не имеется.

Принцип полного возмещения убытков применительно к случаю повреждения транспортного средства предполагает, что в результате возмещения убытков в полном размере потерпевший должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы его право собственности не было нарушено.

На ответчика возлагается бремя доказывания существования иного более разумного и распространенного в обороте способа исправления повреждений соответствующего имущества.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июля 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ» установлено, что, применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.

Если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то, что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения. Размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества (абзац 2 пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 25).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2017 года № 6-П при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, т.е. необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты).

В состав реального ущерба входят не только фактически понесенные соответствующим лицом расходы, но и расходы, которые это лицо должно будет произвести для восстановления нарушенного права (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Судом первой инстанции при определении размера ущерба, подлежащего взысканию с причинителя вреда, в полной мере была учтена приведенная выше правовая позиция, размер определен, исходя из рыночной стоимости восстановительного ремонта автомобиля и величины утраты товарной стоимости.

Таким образом, предмет и основания иска, мотивы, по которым суд пришел к выводу о вине ответчика ФИО3 в причинении вреда имуществу истца в заявленном в иске размере и наличии оснований для удовлетворения исковых требований к данном ответчику, а также оценка доказательств, подтверждающих эти выводы, приведены в мотивировочной части решения суда, и считать их неправильными у судебной коллегии не имеется оснований.

При разрешении спора, судом первой инстанции верно определены юридически значимые обстоятельства дела, правильно применены нормы материального и процессуального права, собранным по делу доказательствам дана надлежащая правовая оценка, выводы суда в полной мере соответствуют обстоятельствам дела.

Иных доводов апелляционная жалоба не содержит, иными лицами решение суда не обжалуется.

Каких-либо нарушений норм процессуального права, влекущих отмену решения суда первой инстанции в соответствии со ст. 330 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия не усматривает.

Руководствуясь ст. 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Калининского районного суда г.Челябинска от 25 августа 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО3 – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 4 марта 2026 года.