Апелляционное постановление № 22-962/2023 от 29 октября 2023 г. по делу № 1-35/2023

Судья Макматов А.А. Дело № 22-962/2023


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Йошкар-Ола 30 октября 2023 года

Верховный Суд Республики Марий Эл в составе:

председательствующего судьи Демина Ю.И.,

при секретаре Суворовой К.А.,

с участием прокурора – прокурора уголовно-судебного отдела прокуратуры Республики Марий Эл Николаева А.М.,

осужденного ФИО1,

защитника – адвоката Громовой Е.А., представившей удостоверение <№> и ордер <№>,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО1, адвоката Громовой Е.А. на приговор Сернурского районного суда Республики Марий Эл от 5 сентября 2023 года, которым

ФИО1, <...> не судимый,

осужден по:

- ст. 319 УК РФ к 250 часам обязательных работ;

- ч. 1 ст. 318 УК к лишению свободы на срок 1 год 6 месяцев с отбыванием в колонии-поселении.

На основании ч. 2 ст. 53.1 УК РФ наказание по ч. 1 ст. 318 УК РФ в виде лишения свободы заменено на наказание в виде принудительных работ на срок 1 год 6 месяцев с удержанием в доход государства 10% из его заработной платы.

В соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем поглощения менее строгого наказания более строгим наказанием окончательно назначено ФИО1 наказание в виде принудительных работ на срок 1 год 6 месяцев с удержанием в доход государства 10% из его заработной платы.

В соответствии с ч. 1 ст. 60.2 УИК РФ к месту отбывания наказания ФИО1 направлен за счет государства в порядке самостоятельного следования.

До вступления приговора в законную силу мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ФИО1 оставлена без изменения.

По приговору разрешены вопросы о вещественных доказательствах.

Проверив материалы дела, заслушав выступления участников процесса, изучив доводы апелляционной жалобы и возражений, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

По приговору суда ФИО1 признан судом виновным и осужден за публичное оскорбление представителя власти при выполнении им своих должностных обязанностей, а также за угрозу применения насилия в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.

Согласно приговору преступления совершены 7 июля 2022 года в период с 18 часов 30 минут по 19 часов 10 минут у дома <адрес> Республики Марий Эл.

В судебном заседании суда первой инстанции ФИО1 виновным себя не признал.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 и адвокат Громова Е.А. выражают несогласие с приговором, считают его незаконным и необоснованным. Оспаривают назначение ФИО1 наказания в виде принудительных работ, ссылаясь при этом на то, что санкция ст. 319 УК РФ не предусматривает данный вид наказания. Также полагают, что суд необоснованно не признал в качестве обстоятельств, смягчающих наказание, наличие у ФИО1 <...>, состояние здоровья осужденного, его <...> возраст. По мнению осужденного и его защитника, суд не мотивировал необходимость назначения ФИО1 самого строгого вида наказания по ч. 1 ст. 318 УК РФ и невозможность назначения ему другого более мягкого вида наказания, при этом отмечают, что назначенное осужденному наказание в виде принудительных работ фактически оставляет семью осужденного без источника материального дохода, поскольку П.Г.В., являющаяся <...> ФИО1, будет вынуждена <...> и не сможет работать. Судом проигнорированы показания П.Г.В. о том, что она и ФИО1 поочередно ездили на заработки. Указанное, по мнению стороны защиты, свидетельствует о том, что при назначении наказания ФИО1 суд не принял во внимание влияние назначенного осужденному наказания на условия жизни его семьи. Также в жалобе приводятся доводы о несогласии с выводом суда об отсутствии оснований для применения положений ст. 73 УК РФ, который, как полагают осужденный и его защитник, судом не мотивирован. При этом обращается внимание на то, что фактического насилия в отношении потерпевшего ФИО1 не применял и такого намерения не имел, что существенно снижает степень общественной опасности преступления. В ходе судебного разбирательства до возвращения уголовного дела прокурору государственный обвинитель в прениях сторон просил суд назначить ФИО1 наказание с применением ст. 73 УК РФ, однако при новом рассмотрении уголовного дела государственный обвинитель уже просил назначить наказание ФИО1 без применения положений ст. 73 УК РФ, что, по мнению осужденного и его защитника, свидетельствует о мести государственного обвинителя за возврат уголовного дела прокурору. Кроме того, осужденный ФИО1 и адвокат Громова Е.А. полагают, что суд необоснованно оставил без внимания доводы осужденного об отсутствии с его стороны оскорблений в адрес потерпевшего Ш.С.М., который, по их мнению, не предъявил свое служебное удостоверение, чем далее провоцировал конфликт, при этом отмечают, что нецензурные выражения ФИО1 употреблялись в ходе разговора для связки слов о чем свидетельствуют исследованные судом видеозаписи, сделанные свидетелем П.В.А. Потерпевший Ш.С.М. в судебном заседании не смог пояснить, по какой причине им было принято решение доставить ФИО1 в отдел полиции, несмотря на то, что участниками конфликта являлись <...> П.. Анализируя содержание лингвистической экспертизы, осужденный ФИО1 и защитник Громова Е.А. утверждают, что суду не были представлены бесспорные и убедительные доказательства, которые бы свидетельствовали об употреблении ФИО1 нецензурных слов, адресованных в качестве знаменательной части речи для характеристики Ш.С.М. Допрошенные в ходе судебного разбирательства свидетели не пояснили, какие именно <...> слова ФИО1 употреблял в разговоре с Ш.С.М. следовательно, не пояснили, каким образом слова осужденного унизили сотрудника полиции. Судом оставлено без внимания, что у ФИО1 отсутствовал умысел на публичное оскорбление сотрудника полиции, так как он на просьбы потерпевшего Ш.С.М. повторить ранее сказанные слова, не реагировал и ничего не отвечал. Данное обстоятельство подтверждается исследованными судом видеозаписями. Проигнорированы судом и пояснения свидетеля П.А.В. данные в судебном заседании 6 октября 2022 года, о наличии неприязненных отношений к ФИО1, а также показания последнего о том, что П.А.В. постоянно угрожала ему привлечением к ответственности. Кроме того, как указано в апелляционной жалобе, суд не дал оценку показаниям ФИО1 в части отсутствия у него умысла на применение насилия в отношении потерпевшего Ш.С.М., так как косу он взял с целью запереть калитку, при том, что во дворе в свободном доступе находились иные предметы, которыми можно было угрожать потерпевшему при наличии на то умысла. Приводятся доводы о том, что ФИО1 на протяжении всего конфликта наоборот пытался избежать негативных последствий, в том числе прятался за П.Г.В., уходил домой. При этом обращается внимание на противоречия в показаниях потерпевшего Ш.С.М. и свидетеля П.А.В. относительно их взаимного расположения в момент, когда в руках ФИО1 находилась коса. Ссылаясь на исследованные в суде видеозаписи конфликта, в жалобе ставятся под сомнение показания потерпевшего относительно очередности применения им спецсредства «Шок» в отношении ФИО1 и П.Г.В. В жалобе также указывается, что применение насилия в отношении потерпевшего Ш.С.М. фактически имело место со стороны П.Г.В., однако в отношении нее в возбуждении уголовного дела отказано. Судом данное обстоятельство оставлено без внимания. При указанных обстоятельствах осужденный и его защитник приходят к выводу об отсутствии в деле доказательств, подтверждающих вину ФИО1 в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 318, ст. 319 УК РФ. Просят приговор отменить, ФИО1 по предъявленному ему обвинению оправдать.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Морозов В.М. указывает о несостоятельности доводов жалобы. Считает, что вина осужденного подтверждается исследованными судом доказательствами, которые являются допустимыми, действия ФИО1 судом квалифицированы правильно, а назначенное ему наказание является справедливым. Просит апелляционную жалобу оставить без удовлетворения.

Потерпевший Ш.С.М. в возражениях на апелляционную жалобу также не соглашается с приведенными в ней доводами, просит жалобу оставить без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции осужденный ФИО1, защитник Громова Е.А. доводы апелляционной жалобы поддержали в полном объеме, просили жалобу удовлетворить.

Прокурор Николаев А.М. считает, что основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют, просил приговор суда оставить без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, выслушав мнения участников процесса, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Уголовное дело в отношении ФИО1 органом следствия расследовано, а судом рассмотрено полно, всесторонне и объективно, в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, в том числе с соблюдением принципов презумпции невиновности, равноправия и состязательности сторон, права ФИО1 на защиту, пределов предъявленного обвинения.

Вывод суда о виновности ФИО1 в совершении преступлений, за которые он осужден, соответствует фактическим обстоятельствам дела и основан на совокупности тех доказательств, которые непосредственно были исследованы судом. Судом первой инстанции установлены все обстоятельства, предусмотренные ст. 73 УПК РФ, подлежащие доказыванию по уголовному делу. Приведенные судом в приговоре доказательства вины ФИО1 в совершении преступления получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, являются допустимыми и получили надлежащую оценку со стороны суда первой инстанции. Каждое доказательство, взятое в основу приговора, оценено судом с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а все доказательства в совокупности - достаточности для разрешения уголовного дела. В приговоре, который соответствует требованиям ст. 303, 304, 307, 308, 309 УПК РФ, указаны мотивы, по которым суд принимает одни доказательства и отвергает другие. Неустранимые существенные противоречия в доказательствах, требующие их толкования в пользу осужденного, по делу отсутствуют. Предположений в выводах суда не содержится.

Судом первой инстанции тщательно проверялись доводы осужденного и его защитника о невиновности ФИО1 в совершении преступлений, однако своего подтверждения они не нашли.

Вина ФИО1 в совершении преступлений подтверждается взятыми в основу приговора показаниями потерпевшего Ш.С.М., свидетелей П.А.В., П.Г.В., П.И.В., Р.А.С., протоколами: осмотра места происшествия, осмотра предметов, экспертным заключением <№> (<№>) от 16 августа 2022 года, выпиской из приказа <...> МВД <...><№> от <дата>, постовой ведомостью расстановки нарядов по обеспечению правопорядка в общественных местах <...> МВД <...> на 7 июля 2022 года, графиком несения службы указанного отдела полиции на июль 2022 года, приказом начальника <...> МВД <...><№> от 23 мая 2022 года о закреплении за <...> Ш.С.М. административного участка <№>, куда входит, в том числе, <адрес> Республики Марий Эл, а также иными исследованными судом первой инстанции доказательствами, содержание которых подробно изложено в приговоре.

Оснований подвергать сомнению правильность изложенного в приговоре вывода суда о виновности ФИО1 в совершении преступлении, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Всем исследованным доказательствам, в том числе показаниям осужденного ФИО1, потерпевшего Ш.С.М., всех свидетелей по делу, видеозаписям судом дана правильная оценка, с которой суд апелляционной инстанции соглашается.

С доводами стороны защиты о том, что каких-либо противоправных действий по отношению к участковому уполномоченному полиции Ш.С.М. осужденный ФИО1 не совершал, суд апелляционной инстанции также согласиться не может.

Согласно показаниям потерпевшего Ш.С.М., являющегося <...>, 7 июля 2022 года он, находясь на службе, будучи в форменном обмундировании, выехал в <адрес> Республики Марий Эл для проверки сообщений ФИО1 и П.А.В. Около 18 часов 30 минут по завершении опроса П.А.В. в дом последней зашел ФИО1, находящийся в состоянии <...>, который стал скандалить. Он (Ш.С.М.) представился ФИО1, но тот продолжал скандалить, оскорблял его. Затем он предложил ФИО1 проехать в отдел полиции для дачи объяснений. Находясь на улице, ФИО1 в присутствии П.А.В., П.Г.В. и <...> стал оскорблять его (Ш.С.М.), в том числе нецензурной бранью. В последующем, когда он применил физическую силу и спецсредство – газовый баллончик в отношении П.Г.В., которая препятствовала действиям по доставлению ФИО1 в отдел полиции, ФИО1 зашел во двор своего дома, взял со стены сарая косу и, подняв ее острием вверх, направив острие косы в его (Ш.С.М.) сторону, начал быстро приближаться к нему с криком в его адрес: «зарежу». Реально опасаясь за свою жизнь и здоровье, так как ФИО1 находился в состоянии <...>, вел себя неадекватно, он (Ш.С.М.) достал из кобуры табельный пистолет, и направил его на ФИО1, после чего тот остановился.

Из приведенных показаний потерпевшего следует, что необходимость доставления ФИО1 в отдел полиции имелась для получения с него объяснений, возможность получения которых на месте отсутствовала по причине агрессивного поведения ФИО1 в отношении Ш.С.М. При этом все действия потерпевшего Ш.С.М., совершенные им при исполнении своих должностных обязанностей на месте происшествия, являлись законными, что подтверждается постановлением следователя от <дата>, которым в возбуждении уголовного дела в отношении Ш.С.М. по признакам преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 285, п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ отказано на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления.

Аналогичные показания об обстоятельствах произошедшего даны свидетелями П.А.В., П.И.В., Р.А.С., которые указали на высказывание ФИО1 оскорбительных слов, в том числе нецензурных, в адрес <...> Ш.С.М., который находился в форменном обмундировании. Кроме того, свидетели П.А.В., П.И.В. подтвердили, что ФИО1 с косой в руках двигался в сторону Ш.С.М., при этом остановился только в тот момент, когда сотрудник полиции направил в сторону ФИО1 пистолет. Из показаний П.А.В. также следует, что, направляясь с косой в руках, приподняв ее над собой, в сторону Ш.С.М., осужденный кричал в адрес <...> слово «зарежу». Кроме того, согласно показаниям потерпевшего и указанных свидетелей, газовый баллончик в отношении ФИО1 со стороны потерпевшего был применен после совершения преступлений осужденным, то есть в заключительной фазе происходивших событий, что опровергает доводы апелляционной жалобы об обратном.

Суд апелляционной инстанции отвергает доводы апелляционной жалобы об оговоре осужденного ФИО1 со стороны потерпевшего и свидетелей П.А.В., П.И.В., Р.А.С., наличие которого судом первой инстанции также не установлено. При этом суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что показания потерпевшего и указанных свидетелей получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, согласуются как между собой, так и с другими исследованными судом доказательствами, в том числе с показаниями свидетеля П.Г.В., являющейся <...> осужденного, согласно которым в доме П.А.В. осужденный ФИО1, увидев сотрудника полиции, стал возмущаться, кричать на повышенных тонах, на что сотрудник полиции представился, сообщил цель прибытия и попросил вести себя спокойно, однако ФИО1 не успокаивался. В последующем, находясь на улице, Ш.С.М. стал настаивать, что ФИО1 необходимо проехать в отдел полиции, в связи с чем ФИО1 стал еще более агрессивным, выражался нецензурной бранью, в том числе в присутствии ее (П.Г.В.), П.А.В. оскорблял сотрудника полиции нецензурными словами, продолжил это делать и после предупреждения Ш.С.М. о том, что он является сотрудником полиции, о необходимости прекращения таких действий. Последующие действия она не видела и не слышала, так как сотрудник полиции применил в отношении нее газовый баллончик, поскольку она препятствовала Ш.С.М. в доставлении ФИО1 в отдел полиции.

Также следует отметить, что при рассмотрении уголовного дела после его возвращения прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, свидетель П.А.В. перед допросом пояснила об отсутствии у нее неприязненных отношений к осужденному. Наличие у нее таких отношений к ФИО1 ранее, не свидетельствует о недостоверности показаний П.А.В., взятых судом в основу обжалуемого приговора, которые подтверждены совокупностью иных доказательств.

Кроме того, в суде первой инстанции ФИО1 не отрицал факт того, что в ходе рассматриваемых событий он употреблял нецензурные (матерные) выражения, брал в руки косу, при этом утверждал, что нецензурные выражения употреблял для связки слов, а косу брал с целью закрыть дверь калитки. Утверждал осужденный об этом и в апелляционной жалобе и судебном заседании суда апелляционной инстанции.

Между тем, показания ФИО1 в указанной части (о смысле употребления нецензурных выражений и цели использования косы) опровергаются совокупностью иных доказательств, а именно показаниями потерпевшего Ш.С.М., свидетелей П.А.В., П.И.В., П.Г.В., Р.А.С., из которых следует, что нецензурные выражения ФИО1 произносил именно в адрес сотрудника полиции Ш.С.М. в связи с исполнением им своих должностных обязанностей. Кроме того, согласно показаниям потерпевшего и свидетелей П.А.В., П.И.В., косу ФИО1 взял в тот момент, когда увидел применение сотрудником полиции газового баллончика в отношении <...> П.Г.В., препятствующей потерпевшему исполнению своих должностных обязанностей, при этом ФИО1 направлялся в сторону Ш.С.М. со словами «зарежу», и прекратил свои действия, лишь испугавшись возможного ответного применения в отношении него Ш.С.М. табельного оружия.

Противоречия в показаниях потерпевшего Ш.С.М. и свидетеля П.А.В. относительно их взаимного расположения в момент угрозы применения насилия в отношении потерпевшего со стороны ФИО1, существенными не являются и на вывод суда о виновности осужденного в совершении преступлений не влияют.

Высказывание ФИО1 оскорбительных выражений объективно подтверждается содержанием исследованной в ходе судебного заседания видеозаписи, протоколом осмотра предметов.

Кроме того, согласно заключению эксперта <№> (<№>) от 16 августа 2022 года в высказываниях ФИО1 в адрес участкового уполномоченного полиции <...> Ш.С.М. содержится значение унизительной оценки лица (Ш.С.М.).

Суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить, что приведенное экспертное заключение согласуется с видеозаписями, исследованными судом первой инстанции, согласно которым ФИО1, обращаясь к Ш.С.М., произносил некоторые слова, отраженные в заключении лингвистической экспертизы. Кроме того, суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что согласно исследованным судом доказательствам видеозапись происходивших событий свидетелем П.В.А., являющимся <...> осужденного ФИО1 и свидетеля П.Г.В., велась не на протяжении всего времени происходивших событий, а с перерывами (на улице до момента применения Ш.С.М. физической силы в отношении П.Г.В., а в последующем была возобновлена в доме, где Ш.С.М. уже не присутствовал). С учетом изложенного, отсутствие на видеозаписях некоторых нецензурных выражений ФИО1 в адрес Ш.С.М., о которых в своих показаниях, в том числе на предварительном следствии, указывал потерпевший, а также отсутствие на видеозаписи сведений о том, что осужденный ФИО1 брал в руки косу и угрожал ее применением в отношении потерпевшего, наличие в поле зрения осужденного иных предметов, которыми можно было угрожать применением насилия, на вывод суда о виновности ФИО1 в совершении преступлений не влияет, так как его вина в совершении преступлений, за которые он осужден, подтверждается совокупностью иных доказательств, подробно приведенных в приговоре. Не влияет на вывод суда о виновности ФИО1 в совершении публичного оскорбления потерпевшего Ш.С.М. и отказ осужденного на просьбы потерпевшего повторить ранее сказанные в адрес потерпевшего слова оскорбительного характера.

Верно установив обстоятельства совершения преступлений, дав надлежащую оценку собранным доказательствам, суд первой инстанции правильно квалифицировал действия ФИО1 по: ст. 319 УК РФ, как публичное оскорбление представителя власти при исполнении им своих должностных обязанностей, ч. 1 ст. 318 УК РФ, как угроза применения насилия в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей.

Оснований для иной оценки доказательств и квалификации действий ФИО1, либо его оправдания, как об этом ставится вопрос в жалобе, суд апелляционной инстанции не находит.

При назначении наказания суд в соответствии с требованиями закона учел характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, относящихся к категории преступлений небольшой (ст. 319 УК РФ) и средней (ч. 1 ст. 318 УК РФ) тяжести, данные о личности ФИО1, обстоятельство, смягчающее наказание, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

В качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО1, по каждому преступлению судом признано наличие <...>.

Судом первой инстанции исследовались сведения о наличии у осужденного <...> (о чем указано в <...> ФИО1), <...> осужденного, его состояние здоровья. Вместе с тем, указанные обстоятельства обоснованно не признаны в качестве смягчающих наказание, поскольку они не предусмотрены ч. 1 ст. 61 УК РФ в качестве обязательных смягчающих обстоятельств. В то же время, суд апелляционной инстанции, принимая наличие указанных обстоятельств во внимание как данные о личности осужденного, не усматривает оснований для признания их в качестве смягчающих в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ и смягчения наказания. Суд апелляционной инстанции отмечает, что наказание осужденному ФИО1 судом первой инстанции назначено с учетом его возраста и состояния здоровья. В суде апелляционной инстанции осужденный подтвердил, что заболеваний, <...> препятствующих осуществлению им трудовой деятельности, он не имеет.

Обстоятельств, отягчающих наказание, судом не установлено.

Выводы суда о назначении ФИО1 наказания в виде обязательных работ (по ст. 319 УК РФ) и в виде лишения свободы (по ч. 1 ст. 318 УК РФ) суд первой инстанции подробно привел в приговоре. Суд апелляционной инстанции с данными выводами соглашается.

При этом суд первой инстанции тщательно обсуждал вопрос о возможности назначения ФИО1 наказания с применением положений ст. 64, 73 УК РФ, возможности изменения категории преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, на менее тяжкую, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, но оснований для этого не установил, что, вопреки утверждению осужденного и его защитника об обратном, надлежащим образом мотивировано в приговоре. Не усматривает оснований для применения указанных норм уголовного закона и суд апелляционной инстанции, так как не установил исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время и после совершения преступлений, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности преступлений. Кроме того, учитывая характер и степень общественной опасности совершенных ФИО1 преступлений, обстоятельства преступлений, принимая при этом во внимание данные о личности осужденного, смягчающее наказание обстоятельство, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для применения положений ч. 6 ст. 15 УК РФ (по преступлению, предусмотренному ч. 1 ст. 318 УК РФ), а также к выводу о том, что условное осуждение не обеспечит исправление ФИО1 и восстановление социальной справедливости.

В то же время, учитывая фактические обстоятельства, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновного, смягчающее наказание обстоятельство, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, суд первой инстанции правильно пришел к выводу о возможности исправления ФИО1 без реального отбывания наказания в местах лишения свободы, в связи с чем обоснованно на основании ст. 53.1 УК РФ заменил назначенное осужденному наказание (по ч. 1 ст. 318 УК РФ) в виде лишения свободы принудительными работами, при этом данный вид наказания не является самым строгим в санкции ч. 1 ст. 318 УК РФ.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, наказание, назначенное ФИО1 как за каждое из совершенных преступлений в отдельности, так и наказание, назначенное по совокупности преступлений (с применением ч. 2 ст. 69 УК РФ), соответствует положениям ст. 6, 43, 60 УК РФ, оно соразмерно содеянному, и чрезмерно суровым не является. Основания для смягчения наказания отсутствуют.

Отсутствие в санкции ст. 319 УК РФ такого вида наказания, как принудительные работы, на что обращено внимание в апелляционной жалобе, не препятствовало назначению ФИО1 наказания в виде принудительных работ по совокупности преступлений в соответствии с ч. 2 ст. 69 УК РФ, путем поглощения менее строгого наказания более строгим наказанием.

Каких-либо обстоятельств, влияющих на назначение ФИО1 наказания, которые бы не были учтены при постановлении приговора, не имеется.

Позиция государственного обвинителя о возможности назначения наказания ФИО1 с применением ст. 73 УК РФ (при рассмотрении уголовного дела до его возвращения прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ), о чем также указано в апелляционной жалобе, не является безусловным основанием для применения указанной нормы уголовного закона, поскольку наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями закона, с учетом принципа индивидуализации наказания, всех установленных обстоятельств дела и данных о личности осужденного. Кроме того, в соответствии с положениями ч. 1 ст. 29 УПК РФ, ст. 60 УК РФ вопросы назначения наказания отнесены к исключительной компетенции суда, и их разрешение судом не связано с мнением государственного обвинителя.

С доводами апелляционной жалобы о том, что назначенное ФИО1 наказание в виде принудительных работ негативным образом отразится на его семье, которая будет лишена источника дохода<...> суд апелляционной инстанции согласится не может, поскольку наказание в виде принудительных работ предусматривает необходимость осуществления оплачиваемой трудовой деятельности, при этом в случае отсутствия нарушений правил внутреннего распорядка исправительных центров, отбытия одной трети назначенного наказания не исключается возможность проживать с семьей <...> (ст. 60.4 УИК РФ).

Таким образом, основания для удовлетворения апелляционной жалобы защитника отсутствуют.

В то же время, суд апелляционной инстанции считает необходимым приговор суда в отношении ФИО1 изменить, исключив из него указание об отбывании наказания в виде лишения свободы в колонии-поселении, о чем в приговоре указано в описательно-мотивировочной и резолютивной частях. При этом суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что наказание в виде лишения свободы ФИО1 было назначено по одному из двух эпизодов преступления (по ч. 1 ст. 318 УК РФ), которое затем было заменено наказанием в виде принудительных работ (в соответствии с ч. 2 ст. 53.1 УК РФ). Кроме того, при наличии совокупности преступлений вид исправительного учреждения назначается осужденному после определения окончательной меры наказания, в то время как по данному уголовному делу по совокупности преступлений (ч. 2 ст. 69 УК РФ) ФИО1 назначено наказание в виде принудительных работ, которое, в свою очередь, не предусматривает необходимость назначения вида исправительного учреждения.

В остальной части приговор отмене или изменению не подлежит, так как внесение в приговор указанного изменения на вывод суда о виновности ФИО1 в совершении преступлений, вид и размер назначенного ему наказания не влияет.

Существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Сернурского районного суда Республики Марий Эл от 5 сентября 2023 года в отношении ФИО1 изменить, исключить из приговора указание об отбывании наказания в виде лишения свободы в колонии-поселении.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного ФИО1, адвоката Громовой Е.А. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном ч. 2 ст. 401.3 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции (г. Самара) в течение 6 месяцев со дня его вынесения через суд первой инстанции, вынесший итоговое судебное решение.

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьей суда первой инстанции, вынесшего итоговое судебное решение, по ходатайству лица, подавшего кассационную жалобу (представление).

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба (представление) может быть подана в порядке, предусмотренном ч. 3 ст. 401.3 УПК РФ непосредственно в суд кассационной инстанции - в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Ю.И. Демин