Апелляционное определение № 33-2613/2025 от 8 декабря 2025 г.

Судья Цветков А.Н. Дело № 33-2613/2025

№ 2-17/2025

67RS0010-01-2024-000400-23


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

9 декабря 2025 г. г. Смоленск

Судебная коллегия по гражданским делам Смоленского областного суда в составе:

председательствующего (судьи) - Алексеевой О.Б.,

судей: - Фоминой Л.А., Галинской С.Е.,

при помощнике судьи - Потапченко С.И.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании права собственности на недвижимое имущество,

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Демидовского районного суда Смоленской области от 30 сентября 2025 г.

Заслушав доклад судьи Фоминой Л.А., объяснения представителя ФИО1 - ФИО3, представителя ответчика ФИО2 - ФИО4,

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании права собственности на жилой дом с кадастровым номером № и земельный участок с кадастровым номером №, расположенные по адресу: <адрес>

В обоснование заявленных требований истец указала, что с 30 декабря 2017 г. состояла в зарегистрированном браке с ФИО19 проживали они по адресу: <адрес> Жилой дом и земельный участок по указанному адресу принадлежали на праве собственности ФИО20 В начале 2023 г. супруги решили продать жилой дом и земельный участок в связи с переездом. 6 сентября 2024 г. ФИО1 и ФИО21 заключили договор дарения жилого дома и земельного участка, зарегистрировать который в установленном законом порядке не смогли, по причине рабочего графика мужа (водитель-дальнобойщик), договорились оформить сделку в удобное для обоих время. 17 сентября 2024 г. ФИО5 погиб в результате дорожно-транспортного происшествия. Наследниками после его смерти являются истец и ответчик (мать) (т. 1 л.д. 5-6).

Определением суда от 31 марта 2025 г. к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика, привлечен ФИО6

Истец ФИО1 и ее представитель ФИО3 в судебное заседание по вторичному вызову не явились, извещены надлежащим образом, о рассмотрении дела без своего участия не просили, как и об отложении судебного заседания.

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, извещалась надлежащим образом, обеспечила явку своего представителя ФИО4, который требования не признал, указав на то, что договор дарения жилого дома и земельного участка от 6 сентября 2024 г. ФИО23 не заключался, подписи в указанных документах выполнены не ФИО22 Просил в удовлетворении иска отказать. Несмотря на неявку истца и ее представителя в суд по вторичному вызову, представитель ответчика настаивал на рассмотрении дела по существу.

Третье лицо ФИО6 полагал, что исковые требования удовлетворению не подлежат.

В соответствии с положениями статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие не явившихся участников процесса.

Решением Демидовского районного суда Смоленской области от 30 сентября 2025 г. исковые требования ФИО1 оставлены без удовлетворения (т. 2 л.д. 32-35).

Не согласившись с принятым решением, ФИО1 подала апелляционную жалобу, в которой просит вышеуказанное решение суда отменить, исковые требования удовлетворить в полном объеме. Судом первой инстанции не дана оценка фактам ранее сложившихся отношений, при которых спорное имущество также переходило по договору дарения от одного члена семьи к другому (т. 2 л.д. 43).

В письменных возражениях на апелляционную жалобу ФИО2 просит решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу истца без удовлетворения (т. 2 л.д. 55-56).

Истец ФИО1, ответчик ФИО2, третье лицо ФИО6 в суд апелляционной инстанции не явились, извещены надлежаще, заблаговременно, заказными письмами с уведомлением о вручении, а также путем размещения соответствующей информации в сети «Интернет» на сайте суда.

Представитель ФИО1 - ФИО3 в судебном заседании апелляционную жалобу поддержал, просил решение суда отменить по изложенным в жалобе основаниям.

Представитель ФИО2 - ФИО4 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, ссылаясь на то, что ФИО24 договор дарения не подписывал, исковые требования направлены на исключение имущества из состава наследства, открывшегося после смерти ФИО25 Дополнительно указал, что в настоящее время право собственности на спорное имущество перешло к ответчику в порядке наследования. Истец с заявлением о принятии наследства к нотариусу не обращался.

В соответствии с частями 3, 4 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебной коллегией определено рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав объяснения представителей сторон, исследовав письменные материалы дела, проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующим убеждениям.

Как установлено судом первой инстанции и следует из письменных материалов дела, ФИО26 <дата> года рождения, на основании договора дарения на праве собственности принадлежал жилой дом с кадастровым номером №, площадью 35,1 кв.м, а также земельный участок с кадастровым номером №, площадью 607 кв.м, категория земель - земли населенных пунктов, вид разрешенного использования - для ведения личного подсобного хозяйства, расположенные по адресу: <адрес> Право собственности зарегистрировано в ЕГРН 28 декабря 2010 г. (т. 1 л.д. 12-13, 144).

30 декабря 2017 г. ФИО5 вступил в брак с ФИО1 (т. 1 л.д. 9).

Согласно представленному в обоснование исковых требований письменному договору дарения жилого дома и земельного участка от 6 сентября 2024 г., ФИО27 (даритель) безвозмездно передал в собственность ФИО1 (одаряемый) жилой дом, площадью 35,10 кв.м с кадастровым номером № и земельный участок площадью 607 кв.м, с кадастровым номером №, расположенные по адресу: <адрес> Одаряемый в дар от дарителя указанное имущество принимает, право собственности переходит в момент подписания договора. Передача дарителем объектов недвижимости и их принятие одаряемым осуществляются на основании передаточного акта. После подписания передаточного акта обязательства сторон по настоящему договору считаются выполненными полностью, при этом регистрация и право проживания в жилом доме за дарителем сохраняется. Переход права собственности по настоящему договору подлежит государственной регистрации в Управлении Федеральной службы Росреестра по Смоленской области. Стороны обязаны подготовить и подать документы на государственную регистрацию перехода права собственности в срок не более двух месяцев с даты подписания договора. Договор подписан сторонами (т. 1 л.д. 16).

Из акта приема-передачи к договору дарения от 6 сентября 2024 г. следует, что даритель безвозмездно передал в собственность одаряемого жилой дом площадью 35,10 кв.м, кадастровый номер № и земельный участок площадью 607 кв.м с кадастровым номером №, расположенные по адресу: <адрес> Одаряемый принял объекты недвижимости в том состоянии, в котором они есть на день подписания настоящего акта. Акт приема-передачи подписан сторонами (т. 1 л.д. 17).

<дата> ФИО28 умер (т. 1 л.д. 11). Согласно пояснениям сторон смерть ФИО29 наступила в результате дорожно-транспортного происшествия.

С заявлением о принятии наследства после смерти ФИО30 обратилась его мать - ФИО2 Кроме того, в наследственном деле имеются сведения о наследнике - жене наследодателя ФИО1 Заявлений о выдаче свидетельств о праве на наследство не поступало (т. 1 л.д. 34).

Определением суда от 13 февраля 2025 г. по ходатайству представителя ответчика ФИО2 - ФИО4 по делу назначалась судебная почерковедческая экспертиза для разрешения вопроса о подлинности подписей ФИО31 в договоре дарения жилого дома и земельного участка от 6 сентября 2024 г. и в акте приема-передачи, производство экспертизы поручено эксперту ФИО32 (т. 1 л.д. 160-161).

Согласно выводам заключения эксперта ФИО33 № 1 от 23 марта 2025 г. подпись дарителя в договоре дарения жилого дома и земельного участка от 6 сентября 2024 г. и в акте приема-передачи к договору дарения от 6 сентября 2024 г., сравнительно с представленными на экспертизу образцами подписи ФИО34 выполнены не ФИО35., а другим лицом. Признаков выполнения подписи дарителя в исследуемых договоре дарения и в акте приема-передачи от 6 сентября 2024 г. в необычном психофизическом состоянии не обнаружено (т. 1 л.д. 172-181).

Согласно исследовательской части Заключения № 1, эксперт привел сравнение образов подписей ФИО36 в представленных стороной истца договоре дарения жилого дома и земельного участка от 6 сентября 2024 г. и в акте приема-передачи к договору дарения от 6 сентября 2024 г. с образцами подписей ФИО37 во вторых экземплярах этих договора и акта, также представленных стороной истца. Кроме того, эксперт привел сравнение образцов подписей ФИО38 в договоре дарения от 6 сентября 2024 г. и акте приема-передачи от 6 сентября 2024 г. с образцами подписей ФИО40 представленными в медицинской карте стоматологической клиники ООО «Орбит» на имя ФИО41 а именно в информированном согласии на проведение ортопедического лечения от 22 февраля 2024 г.; протоколе согласования договорной цены от 13 февраля 2024 г. Между тем, экспертом не приведено сравнение образов подписей ФИО42 представленных в других отобранных судом для исследования документах. Произвольный выбор части документов для исследования, экспертом в заключении не мотивирован. Из заключения эксперта не ясно, какой или какие именно документы для исследования им взяты за основу и почему.

В судебном заседании 14 апреля 2025 г. истец ФИО1 пояснила, что на некоторых представленных эксперту ФИО43 для исследования документах, содержащихся в медицинской карте стоматологической клиники ООО «Орбит», а именно: план работы от 14 августа 2021 г.; информационное согласие на проведение медицинского вмешательства от 13 февраля 2024 г.; протокол согласования договорной цены от 13 февраля 2024 г.; консультация врача-ортопеда от 22 февраля 2024 г., подписи от имени ФИО44. в связи с болезненным состоянием после наркоза, были проставлены ее рукой с подражанием подписи мужа.

Учитывая вышеуказанные недостатки Заключения № 1, с учетом ходатайства представителя истца, определением суда от 23 апреля 2025 г. по делу была назначена дополнительная судебная почерковедческая экспертиза (т. 1 л.д. 215-218).

Согласно выводам заключения эксперта ФИО45 от 15 мая 2025 г. исследуемые подписи от имени ФИО46 в представленных на экспертизу договоре дарения и акте к нему от 6 сентября 2024 г. выполнены, вероятно, самим ФИО47 чьи образцы подписи и почерка представлены на экспертизу. Категорическая формулировка вывода невозможна по причине ограниченной пригодности образцов для сравнительного исследования из-за отсутствия экспериментальных и условно-свободных образцов. Признаки выполнения исследуемых подписей от имени ФИО48 в представленных на экспертизу договоре дарения и акте к нему в необычном психофизическом состоянии, отсутствуют (т. 1 л.д. 222-227).

Как видно из Заключений экспертов для сравнительного исследования каждым из экспертов брались образцы подписи ФИО49 произвольно, при этом произвольный выбор части документов для исследования, экспертами в заключениях не мотивирован.

С учетом вышеуказанных противоречий в указанных заключениях, определением суда от 30 мая 2025 г. по делу была назначена повторная судебная почерковедческая экспертиза, производство которой поручено экспертам ФБУ Брянская ЛСЭ Минюста России (т. 1 л.д. 242-243).

Согласно выводам заключения эксперта от 14 июля 2025 г. подписи от имени ФИО50 в договоре дарения жилого дома и земельного участка между ФИО51 и ФИО1 от 6 сентября 2024 г. (т. 1 л.д. 16), акте приема-передачи от 6 сентября 2024 г. к договору дарения от 6 сентября 2024 г. (т. 1 л.д. 17), договоре дарения жилого дома и земельного участка между ФИО52 и ФИО1 от 6 сентября 2024 г. (т. 1 л.д. 143), акте приема-передачи от 6 сентября 2024 г. к договору дарения от 6 сентября 2024 г. (т. 1 л.д. 146), выполнены не самим ФИО53 а другим лицом с подражанием его подписям. В подписях от имени ФИО54 в указанных документах признаков, свидетельствующих о выполнении их в необычном психофизиологическом состоянии, не имеется (т. 2 л.д. 6-12).

Разрешая исковые требования, руководствуясь положениями пункта 1 статьи 131, пункта 1 статьи 164, статей 223, 432, пункта 3 статьи 574 Гражданского кодекса Российской Федерации, принимая во внимание выводы заключения ФБУ Брянская ЛСЭ Минюста России от 14 июля 2025 г., которая подтвердила отсутствие факта выполнения подписей в договоре дарения жилого дома и земельного участка от 6 сентября 2024 г. и в акте приема-передачи к договору дарения от 6 сентября 2024 г. ФИО55 суд первой инстанции пришел к выводу о том, что спорный договор дарения является незаключенным и у истца ФИО1 отсутствует право на спорное имущество.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции исходя из следующего.

В силу пункта 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В соответствии с пунктом 1 статьи 420 Гражданского кодекса Российской Федерации договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В силу пункта 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Согласно пункту 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых между сторонами должно быть достигнуто соглашение.

В силу пункта 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Положениями пунктов 1 и 3 статьи 574 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающими требования к форме договора дарения, закреплено, что договор дарения недвижимого имущества должен быть совершен в письменной форме, а также подлежит государственной регистрации.

Согласно пункту 8 статьи 2 Федерального закона от 30 декабря 2012 г. № 302-ФЗ «О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» правила о государственной регистрации сделок с недвижимым имуществом, содержащиеся в статьях 558, 560, 574, 584 Гражданского кодекса Российской Федерации, не подлежат применению к договорам, заключаемым после дня вступления в силу настоящего Федерального закона - 1 марта 2013 г.

Между тем, пунктом 1 статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации также закреплено, что государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней, подлежит право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение.

Согласно пункту 1 статьи 160 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

Судом первой инстанции с учетом выводов эксперта ФБУ Брянская ЛСЭ Минюста России от 14 июля 2025 г., изложенных в категоричной форме о том, что оспариваемый договор не был подписан дарителем, обоснованно указано, что данные обстоятельства свидетельствуют о незаключении ФИО56 договора дарения принадлежащего ему имущества.

Представителем истца в судебном заседании суда апелляционной инстанции и самим истцом в исковом заявлении не приведено обстоятельств, при которых ФИО57 было принято решение о дарении недвижимого имущества своей супруге ФИО1, указано лишь о намерении продать жилой дом и земельный участок.

Вместе с тем, при наличии намерения продать имущество заключение договора дарения являлось бы экономически нецелесообразным, поскольку на основании статьи 217.1 Налогового кодекса Российской Федерации минимальный предельный срок владения объектом недвижимого имущества, доходы от продажи которого освобождаются от налогообложения, в данном случае (при заключении договора дарения) составил бы три года.

Поскольку ФИО58 договор дарения не подписывал, в Управление Росреестра по Смоленской области для регистрации перехода права собственности не обращался, иных доказательств наличия у ФИО59 волеизъявления на заключение сделки не представлено, спорный договор является незаключенным и не порождает для сторон юридических последствий.

Довод жалобы о совершении ФИО60 ранее сделок с данным имуществом посредством дарения своей матери и возврата имущества путем заключения такой же сделки напротив свидетельствует об осведомленности ФИО61 о том, что договор дарения заключается в письменной форме, а переход права собственности подлежит государственной регистрации.

Вопреки доводам истца, выводы в заключении эксперта ФИО62 от 15 мая 2025 г. о том, что подписи от имени ФИО63 в представленных на экспертизу договоре дарения и акте к нему от 6 сентября 2024 г. выполнены, вероятно, самим ФИО64 чьи образцы подписи и почерка представлены на экспертизу, носят предположительный характер.

Кроме того, экспертом для сравнительного исследования брались образцы подписи ФИО65 произвольно и не мотивированно.

В тоже время при проведении экспертизы ФБУ Брянская ЛСЭ Минюста России от 14 июля 2025 г. первоначально было проведено сравнительное идентификационное исследование всех представленных образцов подписей ФИО66 между собой, в результате которого выявлена индивидуальная совокупность совпадающих признаков, достаточная для выводы о выполнении их одним лицом - ФИО67 В дальнейшем производилось исследование подписей, совершенных на образцах, с договором дарения и актом приема-передали имущества, по результатам которого эксперт пришел к категоричному выводу о том, что подписи от имени ФИО69 выполнена не им, а другим лицом с подражанием его подписям.

С учетом изложенного, судебная коллегия находит, что суд первой инстанции, разрешая спор, правильно установил обстоятельства, имеющие значение для дела, правомерно учел положения подлежащих применению норм закона.

Нарушений судом норм процессуального права, являющихся в соответствии положениями части 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены решения суда первой инстанции вне зависимости от доводов апелляционной жалобы, не установлено.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

определила:

решение Демидовского районного суда Смоленской области от 30 сентября 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 11 декабря 2025 г.