Решение № 0349/2025 2-1978/2025 2-1978/2025~0349/2025 от 28 января 2026 г. по делу № 0349/2025

УИД 56RS0042-01-2025-000533-62

Дело № 2-1978/2025


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 декабря 2025 года г. Оренбург

Центральный районный суд г. Оренбурга в составе председательствующего судьи Илясовой Т.В.,

при секретаре Литовченко Е.А.,

с участием истца ФИО2, представителя ответчика ФИО3 - ФИО4, действующей на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к администрации муниципального образования «город Оренбург», ФИО3, ФИО5, ФИО5 о признании неприобретшими право пользования земельным участком, признании права собственности на земельный участок, возложении обязанности устранить нарушения права собственности, взыскании неустойки,

УСТАНОВИЛ:

истец ФИО7 обратилась в суд с иском, в котором указала, что на основании договора купли-продажи от 17.05.2000 года является собственником жилого дома, литера <адрес>, с кадастровым номером № полезной площадью 41,2 кв.м., жилой площадью 34,1 кв.м, расположенного по адресу: <адрес>. В договоре купли-продажи от 17.05.2000 года указано, что жилой дом расположен на земельном участке площадью 445 кв.м.

17.08.2021 года земельный участок был поставлен ею на кадастровый учет с присвоением кадастрового номера №. Она также предпринимала попытки оформить право собственности на земельный участок, однако в предоставлении земельного участка бесплатно в ее собственность было отказано.

Согласно справкам ГУП «ФИО21» на вышеуказанном земельном участке находятся два строения: жилой дом, литера №, который на основании договора купли-продажи от 17.05.2020 года зарегистрирован за ней; жилой дом, литеры <адрес>, который возведен самовольно в 1968 - 1996 годах и записан за ФИО3

Как следует из материалов инвентарного дела, в 1924 году земля выделялась ФИО51. в аренду под строительство жилого дома, литера А, собственником которого она является в настоящее время. На плане от 08.09.1954 года на земельном участке расположен один жилой дом, литера <адрес>. На плане от 05.07.1966 года значится строение литер <адрес>, расположенное по границе земельного участка по адресу: <адрес>. В 1968 году сделана запись о возведении самовольного строения литера <адрес>, которое расположено по границе земельного участка по адресу: <адрес>. Строение, которое ранее было обозначено по границе с земельным участком № <адрес>, отсутствует. Согласно плану за 1990 год площадь строения литера <адрес> не изменилась, к этому литеру по-прежнему остается возведенным нежилое строение литер <адрес>. Исходя из плана 2000 года площадь строения литера <адрес> не изменилась, но вместо нежилого пристроя литера <адрес> возведено жилое строение литера <адрес>. 30.10.2011 года жилой дом литер <адрес> поставлен на кадастровый учет с присвоением ему кадастрового номера №.

Ответчик ФИО3 ранее обращалась в Центральный районный суд г. Оренбурга с исковыми требованиями о признании права собственности на самовольную постройку. Решением суда от 10.04.2001 года в признании права собственности на самовольную постройку было отказано.

Впоследствии ФИО3 обратилась с исковым заявлением о признании права собственности на жилой дом по приобретательной давности, однако определением суда от 19.12.2019 года исковое заявление оставлено без рассмотрения.

Также ФИО3 обращалась в суд с заявлением о пересмотре решения от 10.04.2001 года по вновь открывшимся обстоятельствам. В удовлетворении указанных требований было отказано.

С момента приобретения жилого дома она открыто владеет и пользуется земельным участком, который был передан ей продавцом в момент заключения договора, огородила его, ухаживает за ним, обустраивает двор. При этом, ответчики ни жилым домом, ни земельным участком в момент передачи ей объектов недвижимости не пользовались. С 2019 года ответчики в доме не проживают, имеют в собственности иное жилое помещение.

Однако на вышеуказанном земельном участке ответчиком ФИО3 была обустроена выгребная яма, которая не соответствует требованиям действующего законодательства, что нарушает ее права как собственника (пользователя) земельного участка.

Просила суд признать ФИО3, ФИО5, ФИО5 не приобретшими право пользования жилым домом, литера <адрес>, с кадастровым номером № и земельным участком с кадастровым номером №, расположенными по адресу: <адрес>; снять указанных лиц с регистрационного учета; признать право собственности за ней на земельный участок с кадастровым номером №, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: размещение жилых домов, площадью 475 кв.м. с местоположением: <адрес>; признать жилой дом литеры <адрес> общей площадь 40,2 кв.м. с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>, самовольной постройкой, не соответствующей требованиям жилого помещения, санитарным, противопожарным, градостроительным нормам и правилам и не пригодным для проживания, износ которого превышает допустимые показатели; обязать ответчиков ФИО3, ФИО5, ФИО5 не позднее 30 дней с момента вступления решения суда в законную силу осуществить за свой счет снос самовольной постройки, устранив препятствия в пользовании земельным участком; обязать ответчиков ФИО3, ФИО5, ФИО5 не позднее 30 дней с момента вступления решения суда в законную силу осуществить за свой счет демонтаж автомобильных покрышек, убрать их с территории земельного участка и засыпать грунтом выгребную яму, устранив препятствия в пользовании земельным участком; в случае несвоевременного исполнения решения суда взыскать в ее пользу с ФИО3, ФИО5, ФИО5 неустойку в размере 1000 рублей за каждый день просрочки исполнения судебного акта.

Определением суда от 01.04.2025 года прекращено производство по настоящему гражданскому делу в части исковых требований ФИО2 о признании ФИО3, ФИО5, ФИО5 не приобретшими право пользования жилым домом, снятии их с регистрационного учета, признании жилого дома самовольной постройкой и возложении обязанности по ее сносу.

В судебном заседании ФИО2 исковые требования поддержала, просила удовлетворить. Ссылаясь на заключение судебной экспертизы, полагала, что установлено нарушение ее прав со стороны ответчика, в связи с чем имеются основания для признания жилого дома самовольной постройкой, так как он не отвечает признакам жилого строения. Указала, что покрышки являются частью выгребной ямы. В остальной части требования поддержала по основания, указанным в исковом заявлении.

Ответчики ФИО3, ФИО5, ФИО5 в суд не явились, извещены о месте и времени судебного заседания.

Направленные по месту жительства ФИО5, ФИО5 судебные извещения возвращены в суд за истечением срока хранения.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части Гражданского кодекса Российской Федерации», следует, что по смыслу пункта 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации юридически значимое сообщение, адресованное гражданину, должно быть направлено по адресу его регистрации по месту жительства или пребывания либо по адресу, который гражданин указал сам (например, в тексте договора), либо его представителю (пункт 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Гражданин, индивидуальный предприниматель или юридическое лицо несут риск последствий неполучения юридически значимых сообщений, доставленных по адресам, перечисленным в абзацах первом и втором настоящего пункта, а также риск отсутствия по указанным адресам своего представителя. Юридически значимое сообщение считается доставленным в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено, но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним (пункт 1 статьи 165.1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Например, сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи, с чем она была возвращена по истечении срока хранения. Риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат.

Поскольку конверты с судебными извещениями, направленные в адрес ответчиков, возвращены в суд с отметкой «истек срок хранения», учитывая, что в компетенцию суда не входит обязанность по розыску лиц, участвующих в деле, и риск неполучения почтовой корреспонденции несет адресат, то суд приходит к выводу, что ответчики ФИО5, ФИО5, уклоняющиеся от получения почтовой корреспонденции, надлежаще извещены о месте и времени судебного заседания.

Представитель ответчика ФИО3 – ФИО4 возражала против удовлетворения исковых требований, ссылаясь на отсутствие нарушений со стороны ее доверителя прав истца, так как выгребная яма, в отношении которой заявлен спор, находится на удаленном расстоянии от жилого дома ФИО2 Кроме того, истцом чинятся препятствия для приведения данного сооружения в соответствии с требованиями действующего законодательства, в связи с чем просила возложить на истца обязанность такие препятствия не чинить.

Представитель ответчика администрации г. Оренбурга и департамента градостроительства и земельных отношений администрации г. Оренбурга в суд не явился, был надлежаще извещен о месте и времени рассмотрения дела. Ранее в представленном письменном отзыве против удовлетворения заявленных требований возражали, ссылаясь, что земельный участок не может быть предоставлен в единоличную собственность ФИО2, поскольку на земельном участке расположен иной объект недвижимости, собственником которого истец не является.

Представители третьих лиц Управления Росреестра по Оренбургской области, департамента имущественных и жилищных отношений администрации г. Оренбурга, отдела по вопросам миграции отдела полиции № 2 МУ МВД России «Оренбургское», извещенные о месте и времени рассмотрения дела, в суд не явились.

Прокурор, ранее привлеченный к участию в деле ввиду заявления первоначально истцом требований о прекращении ответчиками права пользования жилым помещением, в суд не явился, был извещен о месте и времени рассмотрения дела.

Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд определил рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, извещенных о месте и времени рассмотрения дела.

Выслушав пояснения истца и представителя ответчика, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО2 является собственником жилого дома литера <адрес> с кадастровым номером №, площадью 41,2 кв.м., расположенного по адресу: <адрес>, на основании договора купли-продажи от 17.05.2000 года, заключенного с ФИО30. и ФИО31.

Ответчик ФИО3 является собственником жилого дома литеры <адрес>, общей площадью 40,2 кв.м., с кадастровым номером №, по этому же адресу на основании вступившего в законную силу решения Центрального районного суда г. Оренбурга от 01.03.2023 года. В указанном жилом доме зарегистрированы его собственник и ответчики ФИО5, ФИО5 согласно представленной домовой книге.

Жилые дома расположены на земельном участке с кадастровым номером №, площадью 475 кв.м., который находится в государственной собственности и в общем пользовании сторон настоящего спора. На кадастровый учет земельный участок поставлен 17.08.2021 года. Согласно выписке из ЕГРН зарегистрированные права собственности на земельный участок отсутствуют. Указано право аренды ФИО2 на земельный участок.

Решением суда от 01.03.2023 года определен порядок пользования земельным участком с кадастровым номером №. Общая площадь совместного использования (ФИО2, ФИО3), составляет 83 кв.м., площадь, которая используется собственником жилого дома с кадастровым номером № ФИО2 – 320 кв.м., площадь, которая используется собственником жилого дома с кадастровым номером № ФИО6 – 71 кв.м.

05.11.2024 года ФИО2 обратилась с заявлением в департамент градостроительства земельных отношений Управления землепользования и развития пригородного хозяйства администрации г. Оренбурга о предоставлении земельного участка с кадастровым номером № в ее единоличную собственность бесплатно.

13.11.2024 года департаментом градостроительства земельных отношений Управления землепользования и развития пригородного хозяйства администрации г. Оренбурга в ее адрес направлено уведомление № №, согласно которому в предоставлении земельного участка в ее собственность отказано со ссылкой на отсутствие заявления второго сособственника объектов недвижимости, расположенных на земельном участке.

Обращаясь в суд с требованиями о признании за ней права собственности на земельный участок, с кадастровым номером №, ФИО2 ссылается на то обстоятельство, что право собственности на жилой дом с кадастровым номером №, было зарегистрировано ею до 30.10.2004 года, земельный участок был предоставлен на праве бессрочного пользования также до введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации, в связи с чем у нее возникло право бесплатного оформления в собственность земельного участка.

Проверяя доводы истца в указанной части, суд приходит к следующему.

Пунктом 3 статьи 6 Земельного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что земельный участок как объект права собственности и иных предусмотренных настоящим Кодексом прав на землю является недвижимой вещью, которая представляет собой часть земной поверхности и имеет характеристики, позволяющие определить ее в качестве индивидуально определенной вещи. В случаях и в порядке, которые установлены Федеральным законом, могут создаваться искусственные земельные участки.

Как следует из содержания пункта 1 статьи 25 Земельного кодекса Российской Федерации, права на земельные участки, предусмотренные главами III и IV настоящего Кодекса, возникают по основаниям, установленным гражданским законодательством, федеральными законами, и подлежат государственной регистрации в соответствии с Федеральным законом «О государственной регистрации недвижимости».

Согласно пункту 1 статьи 26 Земельного кодекса Российской Федерации права на земельные участки, предусмотренные главами III и IV настоящего Кодекса, удостоверяются документами в порядке, установленном Федеральным законом «О государственной регистрации недвижимости».

В соответствии с пунктом 9.1 статьи 3 Федерального закона от 25.10.2001 года № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» в редакции, действующей с 01.07.2022 года, если земельный участок предоставлен гражданину до дня введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации на праве пожизненного наследуемого владения или постоянного (бессрочного) пользования, такой земельный участок считается предоставленным гражданину на праве собственности, за исключением случаев, если в соответствии с Федеральным законом такой земельный участок не может предоставляться в частную собственность.

Граждане, к которым перешли в порядке наследования или по иным основаниям права собственности на здания, строения и (или) сооружения, расположенные на земельных участках, указанных в настоящем пункте и находящихся в государственной или муниципальной собственности, вправе зарегистрировать права собственности на такие земельные участки, за исключением случаев, если в соответствии с Федеральным законом такие земельные участки не могут предоставляться в частную собственность.

Государственная регистрация прав собственности на указанные в настоящем пункте земельные участки осуществляется в соответствии со статьей 49 Федерального закона от 13.07.2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости». Принятие решений о предоставлении таких земельных участков в собственность граждан не требуется.

В силу части 5 статьи 1 Федерального закона от 13.07.2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» государственная регистрация права в ЕГРН является единственным доказательством существования зарегистрированного права. Наряду с зарегистрированными в ЕГРН правами, действующее законодательство признает юридически действительными права, возникшие до дня вступления в силу Федерального закона от 21.07.1997 года № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним (статья 69 Федерального закона от 13.07.2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», пункт 9 статьи 3 Федерального закона от 25.10.2001 года № 137-ФЗ «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации». Кроме того, в некоторых случаях права на недвижимость возникают в силу закона (пункт 4 статьи 218, пункт 1 статьи 1110 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 35 Земельного кодекса Российской Федерации, пункт 11 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»).

В этой связи, в случае отсутствия в ЕГРН сведений о правах на спорный объект недвижимости, что, безусловно, должно устанавливаться судом из содержания выписки из ЕГРН, в подтверждение соответствующего юридического факта лицами участвующим в деле, может быть представлен документ, который подтверждает возникновение такого права.

К таким документам относятся: выписка из похозяйственной книги; справка БТИ; технический паспорт; ордер; договор; документ о приватизации жилья; решение суда с отметкой о вступлении в силу; регистрационное удостоверение БТИ на право собственности на строение, выдаваемое в соответствии с приказом Минкоммунхоза РСФСР от 21.02.1968 года № 83 «Об утверждении Инструкции «О порядке регистрации строений в городах, рабочих, дачных и курортных поселках РСФСР»; свидетельство о праве собственности на землю по форме, утвержденной Указом Президента Российской Федерации от 27.10.1993 года № 1767 «О регулировании земельных отношений и развитии аграрной реформы в России»; государственный акт о праве пожизненного наследуемого владения земельными участками, праве постоянного (бессрочного) пользования земельными участками по формам, утвержденным Постановлением Совета Министров РСФСР от 17.09.1991 года № 493 «Об утверждении форм государственного акта на право собственности на землю, пожизненного наследуемого владения, бессрочного (постоянного) пользования землей»; свидетельство о праве собственности на землю по форме, утвержденной Постановлением Правительства Российской Федерации от 19.03.1992 года № 177 «Об утверждении форм свидетельства о праве собственности на землю, договора аренды земель сельскохозяйственного назначения и договора временного пользования землей сельскохозяйственного назначения»; выписка из материалов инвентаризации; решение уполномоченного органа власти о предоставлении земельного участка; свидетельство о праве на наследство; справка кооператива о выплате пая.

Данный перечень не является исчерпывающим, в каждом конкретном случае допустимость и относимость доказательств оценивается судом с учетом характера спорного правоотношения и норм материального права, подлежащих применению.

Ранее при разрешении спора сторон относительно объектов недвижимости, расположенных на земельном участке с кадастровым номером №, судом было установлено, что вышеуказанный земельный участок в 1924 году был предоставлен ФИО9 в постоянное (бессрочное) пользование.

В дальнейшем наследником ФИО9 – ФИО12 на земельном участке был возведен жилой дом Литеры <адрес>, который был продан в 1989 году ФИО3

В 1996 году в связи с газификацией, проводимой по <адрес>, ФИО1 обложила шлакоблоком сени, вследствие чего указанные сени стали отапливаемыми и вошли в общую площадь спорного жилого дома и стали представлять собой пристрой Литер <адрес>. Также был осуществлен пристрой к спорному жилому дому некапитального типа (тамбур) (литер <адрес>). В связи с проведенными строительными работами технические характеристики жилого дома изменились, жилой дом стал состоять из литеров <адрес>, общей площадью 40,2 кв.м.

В свою очередь, ФИО2 жилой дом литера <адрес> также приобретен у правопреемников ФИО9 и ФИО12 – ФИО13 и ФИО10

Таким образом, судом установлено, что правопредшественнику ФИО2 и ФИО3 – ФИО9 земельный участок был предоставлен на праве постоянного (бессрочного) пользования для индивидуального жилищного строительства до введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации, такой земельный участок считается предоставленным на праве собственности.

Вместе с тем, согласно пунктам 1.2 статьи 39.20 Земельного кодекса Российской Федерации исключительное право на приобретение земельных участков в собственность или аренду имеют граждане, являющиеся собственниками зданий, сооружений, расположенных на таких земельных участках и в случае, если здание, расположенное на земельном участке, раздел которого невозможно осуществить без нарушений требований к образуемым или измененным земельным участкам, или помещения в указанных здании, сооружении принадлежат нескольким лицам на праве частной собственности либо на таком земельном участке расположены несколько зданий, сооружений, принадлежащих нескольким лицам на праве частной собственности, эти лица имеют право на приобретение земельного участка в общую долевую собственность или в аренду со множественностью лиц на стороне арендатора.

Таким образом, по смыслу указанной нормы, Земельный кодекс Российской Федерации не допускает возможности предоставления земельного участка, расположенного под объектом недвижимости и необходимого для его использования, лицу, не являющемуся собственником этого объекта. Поэтому земельный участок, на котором расположены здания, строения, сооружения нескольких собственников, не может быть предоставлен в единоличную собственность только одного из собственников таких объектов недвижимости.

Учитывая, что в ходе судебного заседания достоверно установлено, что на испрашиваемом земельном участке расположен объект недвижимости, принадлежащий ответчику ФИО3, то в силу приведенных выше норм закона последняя также имеет право на предоставление ей в собственность испрашиваемого истцом земельного участка.

В ходе судебного разбирательства истец ФИО2 заявила требование о признании за ней права собственности на весь земельный участок с кадастровым номером №, общей площадью 445 кв.м.

После разъяснения права на изменение исковых требований в соответствии со статьей 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и необходимости предоставления доказательств возможности выдела земельного участка, необходимого для пользования жилым домом с кадастровым номером №, либо о размере доли на спорный земельный участок, истец исковые требования изменять отказалась, как и предоставлять иные доказательства, ссылаясь на отсутствие у ответчика ФИО3 права собственности на объект недвижимости, расположенный на земельном участке, ввиду несоответствия его требованиям, предъявляемым к жилым помещениям, и самовольности его строительства.

Поскольку с учетом приведенных выше норм закона и установленных обстоятельств размещения на земельном участке, расположенном по адресу: <адрес>, общей площадью 475 кв.м., объектов недвижимости, принадлежащих разным лицам, земельный участок не может быть предоставлен в единоличную собственность одного из собственников жилых домов, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований ФИО2 о признании за ней права собственности на земельный участок ввиду избрания неверного способа защиты права.

При этом, отказ в удовлетворении настоящих исковых требований не лишает ФИО2 права на заявление требований о признании права долевой собственности на земельный участок или признании права на земельный участок, необходимый для пользования принадлежащим ей жилым домом, при представлении доказательств возможности выдела такого земельного участка.

Также суд не усматривает оснований для удовлетворения требований ФИО2 о прекращении права пользования земельным участком, заявленных к ответчикам ФИО3, ФИО5, ФИО5.

Так, в силу статьи 271 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник здания, сооружения или иной недвижимости, находящейся на земельном участке, принадлежащем другому лицу, имеет право пользования предоставленным таким лицом под эту недвижимость земельным участком. При переходе права собственности на недвижимость, находящуюся на чужом земельном участке, к другому лицу оно приобретает право пользования соответствующим земельным участком на тех же условиях и в том же объеме, что и прежний собственник недвижимости.

Согласно статье 292 Гражданского кодекса Российской Федерации члены семьи собственника, проживающие в принадлежащем ему жилом помещении, имеют право пользования этим помещением на условиях, предусмотренных жилищным законодательством.

Таким образом, по смыслу приведенных норм закона, собственник жилого дома и члены его семьи имеют аналогичные права пользования жилым помещением и земельным участком, на котором указанный жилой дом расположен.

Учитывая, что на момент рассмотрения настоящего спора ответчик ФИО3 является собственником жилого дома, находящегося на земельном участке по адресу: <адрес>, ее права на объект недвижимости не прекращены, то она и члены ее семьи ФИО5, ФИО5 имеют право пользования земельным участком исходя из установленного судебным актом порядка и оснований для прекращения их прав на земельный участок по доводам истца судом не установлено. В связи с чем в удовлетворении требований ФИО2 в данной части требований суд также отказывает.

Вместе с тем, разрешая требования ФИО2 об устранении нарушений ее прав при осуществлении пользования земельным участком, суд находит их обоснованными, исходя из следующего.

В силу части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданское законодательство основывается, в частности, на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, обеспечении судебной защиты нарушенных прав.

Согласно части 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации судебной защите подлежат только нарушенные либо оспариваемые права, при этом способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного или оспариваемого права и характеру нарушения, а также гарантировать восстановление нарушенных прав.

При этом, исходя из положений статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации и статей 3, 4 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, лицо обращающееся в суд с иском должно доказать нарушение его субъективного или законного интереса и возможность восстановления этого права избранным способом.

Согласно статьям 304, 305 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Права, предусмотренные статьями 301 - 304 настоящего Кодекса, принадлежат также лицу, хотя и не являющемуся собственником, но владеющему имуществом на праве пожизненного наследуемого владения, хозяйственного ведения, оперативного управления либо по иному основанию, предусмотренному законом или договором. Это лицо имеет право на защиту его владения также против собственника.

При этом, в соответствии с пунктом 1 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов, приобретается этим лицом.

Статьей 263 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что собственник земельного участка может возводить на нем здания и сооружения, осуществлять их перестройку или снос, разрешать строительство на своем участке другим лицам. Эти права осуществляются при условии соблюдения градостроительных и строительных норм и правил, а также требований о целевом назначении земельного участка (пункт 2 статьи 260 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Аналогичные положения содержаться в пункте 2 части 1 статьи 40 Земельного кодекса Российской Федерации, предусматривающем, что собственник земельного участка имеет право возводить жилые, производственные, культурно-бытовые и иные здания, строения, сооружения в соответствии с целевым назначением земельного участка и его разрешенным использованием с соблюдением требований градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил, нормативов.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО2 ссылается на обустройство на земельном участке ФИО3 накопительного колодца автономной канализации, который не соответствует требованиям действующего законодательства, что нарушает ее права как собственника (пользователя) земельного участка.

В целях проверки доводов истца судом по ходатайству последней по делу была назначена судебная строительно-техническая экспертиза, производство которой было поручено эксперту ФИО14

Согласно экспертному заключению от 14.11.2025 года № № при проведении исследования по определению соответствия элементов инженерных коммуникаций (бытовая автономная канализация домовладения <адрес>) требованиям строительных норм и правил и иным документам, определяющим требования к сооружениям данного типа, установлен ряд несоответствий по нескольким параметрам, поддающимся оценке:

- фактическое расстояние от стенок колодца до цокольной части фундамента жилого дома ответчика 1,1 м. Расстояние от стенки колодца до фундамента менее нормируемого расстояния 2 м. Сведения о выполнении мероприятий по защите фундамента не приведены (нарушение требований пункта 12.35 СП 42.13330.2016 «Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений. Актуализированная редакция СНиП 2.07.01-89*»);

- наполнение выгреба нечистотами выше нормируемой отметки (нарушение требований пунктов 21, 22 СанПиН 2.1.3684-21 «Санитарно-эпидемиологические требования к содержанию территорий городских и сельских поселений, к водным объектам, питьевой воде и питьевому водоснабжению, атмосферному воздуху, почвам, жилым помещениям, эксплуатации производственных, общественных помещений, организации и проведению санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий»);

- фактическое расстояние от стенок колодца до цокольной части жилого дома литера <адрес> (дом ответчика) составляет 1,1 м, фактическое расстояние от накопительного колодца бытовой канализации, обслуживающего жилой дом ответчиков от заднего фасада жилого дома (<адрес>), расположенного на смежном земельном участке с кадастровым номером № (дом расположен по границе земельного участка) – 7,2 м. Нормируемое расстояние 10 м от жилого дома не соблюдено (нарушение требований пункта 9 СанПиН 2.1.3684-21 «Санитарно-эпидемиологические требования к содержанию территорий городских и сельских поселений, к водным объектам, питьевой воде и питьевому водоснабжению, атмосферному воздуху, почвам, жилым помещениям, эксплуатации производственных, общественных помещений, организации и проведению санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий»).

Согласно исследовательской части заключения по второму вопросу возможно устройство накопительного колодца на расстоянии более 2 метров от фундамента/цоколя жилого дома ответчика без уменьшения расстояния до дома истца и дома смежного домовладения и на расстоянии 10 метров от фундамента/цоколя жилого дома в границах смежного домовладения с соблюдением нормируемых расстояний с другими объектами.

Поскольку существующая конструкция выгреба, подземная часть которого выполнена из покрышек, как указал эксперт, не исключает попадание нечистот на прилегающую территорию, выполнение работ по откачке не позволит исключить загрязнение прилегающей территории без полной смены конструкции выгреба на герметичную. Техническая возможность откачки ассенизаторской машины жидких бытовых отходов из накопительного канализационного колодца может быть осуществлена при использовании длины шланга увеличенной длины до 30 м. При этом, такие услуги на территории г. Оренбурга оказываются, что установлено экспертом посредством интервьюирования.

При этом, эксперт отметил, что с учетом расстояния от правого бокового фасада литера <адрес> (здание литер <адрес> (жилой дом истца) до стены жилого дома в составе смежного домовладения 3,4 м и расстояния от крыльца литера <адрес> (здание литера <адрес> (жилой дом истца) до стены жилого дома в составе смежного домовладения 1,6 м, выполнение земляных работ в непосредственной близости от объектов капитального строительства сопряжено с угрозой ухудшения их технического состояния, в связи с чем альтернативный вариант размещения накопительного колодца бытовой канализации, обслуживающего помещение ответчика, в том числе посредством технологического присоединения системы водоотведения жилого дома к системе централизованного водоотведения, не рассматривался.

Перенос же накопительного колодца к задней меже исследуемого участка приведет к отсутствию технической возможности откачки ассенизаторской машиной жидких бытовых отходов из накопительного канализационного колодца (расстояние составит более 30 м).

Сторонами каких-либо доказательств, опровергающих выводы эксперта, суду не представлено.

Согласно положениям частей 3, 4 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Суд принимает в качестве доказательства по делу заключение судебной экспертизы, выполненной экспертом ФИО14, поскольку оно составлено в соответствии с требованиями процессуального закона, эксперт был предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, заключение мотивировано, обосновано ссылками на методические руководства и специальную литературу, регламентирующую данную деятельность. Экспертом сделаны выводы на поставленные вопросы на основании проведенных исследований (визуального и инструментального осмотра объектов недвижимости, земельного участка), представленной документации. Ответы эксперта однозначны и не допускают двоякого толкования. Оснований сомневаться в правильности выводов эксперта не имеется.

Сторонами не представлено доказательств несостоятельности выводов экспертизы или некомпетентности эксперта, как и доказательств, опровергающих заключение экспертизы, или позволяющих усомниться в правильности или обоснованности данных заключений.

Согласно правовой позиции, сформулированной в пунктах 45, 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», в силу статей 304, 305 Гражданского кодекса Российской Федерации иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение.

Такой иск подлежит удовлетворению и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика.

В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Применительно к приведенным нормам материального и процессуального права собственник, заявляющий такое требование, основанием которого является факт нарушения действующих норм и правил, регламентирующих возведение строения (гаража) на земельном участке, а также нарушение прав и охраняемых законом интересов, должен доказать нарушение его права на владение и пользование участком со стороны лица, к которому заявлены эти требования.

Оценив представленные сторонами доказательства в соответствии со статьями 12, 56, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу, что при обустройстве накопительного колодца на земельном участке ответчиком ФИО3 были нарушены как строительные (пункт 12.35 СП 42.13330.2016 «Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений. Актуализированная редакция СНиП 2.07.01-89*»), так и санитарно-эпидемиологические требования (пункты 9, 21, 22 СанПиН 2.1.3684-21 «Санитарно-эпидемиологические требования к содержанию территорий городских и сельских поселений, к водным объектам, питьевой воде и питьевому водоснабжению, атмосферному воздуху, почвам, жилым помещениям, эксплуатации производственных, общественных помещений, организации и проведению санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий»), так как расстояние до фундамента/цоколя как дома ответчика и жилого дома смежного домовладения составляет менее 10 м, а конструкция накопительного колодца не обеспечивает его герметичность и возможность загрязнения территории земельного участка.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу, что в данном случае нашло свое подтверждение нарушение прав истца действиями ответчика при обустройстве накопительного колодца автономной канализации, так как имеется угроза загрязнения земельного участка, находящегося в общем пользовании ФИО2 и ФИО3 Доказательств обратного ответчиком ФИО3 не представлено.

Поскольку экспертом с учетом исторической застройки жилого квартала установлен способ устранения нарушений прав истца посредством обустройства герметичного накопительного колодца на расстоянии более 2 метров от фундамента/цоколя жилого дома с кадастровым номером № и на расстоянии 10 метров от фундамента/цоколя жилого дома с кадастровым номером №, расположенных по адресу: <адрес>, суд считает возможным возложить на ответчика ФИО3 такую обязанность.

Оснований для возложений такой обязанности на ответчиков ФИО5 и ФИО5 суд не усматривает, так как собственниками жилого дома они не являются, а следовательно, обязанность по надлежащему содержанию жилого дома, в том числе коммуникаций, необходимых для его обслуживания, лежит на ответчике ФИО3

Как неоднократно разъяснял Верховный Суд Российской Федерации (обзоры судебной практики по делам, связанным с самовольным строительством, утвержденные Президиумом 19 марта 2014 года и 16 ноября 2022 года), решение о сносе самовольного строения является крайней мерой, допускаемой только при существенном нарушении действующих норм и угрозе жизни, здоровью граждан и их имущества. Такая угроза должна быть реальной, а не абстрактной, то есть основанной не только на нарушениях при строительстве каких-либо норм и правил, но и на фактических обстоятельствах расположения спорного строения в их взаимосвязи.

Таких обстоятельств, при рассмотрении настоящего гражданского дела судом не установлено и доказательств наличия вышеуказанных оснований для ликвидации накопительного колодца, предназначенного для обслуживания жилого дома ответчика, стороной истца не представлено.

При этом, невозможность обустройства накопительного колодца без соблюдения всех нормативно установленных расстояний, не свидетельствует об обратном, поскольку предложенный экспертом вариант его размещения и обустройства фактически исключает как загрязнение земельного участка, так и обеспечивает возможность использования такого колодца по его прямому назначению ответчиком, с учетом того, что данный колодец будет находиться на нормативно установленном расстоянии от дома истца.

Исходя из характера работ, указанных экспертом в целях устранения выявленных нарушений, а также учитывая, что данные работы могут быть совершены только ответчиком, суд в соответствии со статьей 206 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации считает необходимым установить срок выполнения возложенных на ответчика обязанностей в течение месяца с момента вступления решения суда в законную силу.

В силу части 3 статьи 206 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд по требованию истца вправе присудить в его пользу денежную сумму, подлежащую взысканию с ответчика на случай неисполнения судебного акта, в размере, определяемом судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения.

Статьей 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации также предусмотрено, что в случае неисполнения должником обязательства кредитор вправе требовать по суду исполнения обязательства в натуре, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, иными законами или договором либо не вытекает из существа обязательства. Суд по требованию кредитора вправе присудить в его пользу денежную сумму (пункт 1 статьи 330) на случай неисполнения указанного судебного акта в размере, определяемом судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1) (пункт 1).

Защита кредитором своих прав в соответствии с пунктом 1 настоящей статьи не освобождает должника от ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства (глава 25) (пункт 2).

В соответствии с разъяснениями, данными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», удовлетворяя требование кредитора о понуждении к исполнению обязательства в натуре, суд обязан установить срок, в течение которого вынесенное решение должно быть исполнено (часть 2 статьи 206 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 2 статьи 174 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. При установлении указанного срока, суд учитывает возможности ответчика по его исполнению, степень затруднительности исполнения судебного акта, а также иные заслуживающие внимания обстоятельства (пункт 27).

На основании пункта 1 статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации в целях побуждения должника к своевременному исполнению обязательства в натуре, в том числе предполагающего воздержание должника от совершения определенных действий, а также к исполнению судебного акта, предусматривающего устранение нарушения права собственности, не связанного с лишением владения (статья 304 Гражданского кодекса Российской Федерации), судом могут быть присуждены денежные средства на случай неисполнения соответствующего судебного акта в пользу кредитора-взыскателя (далее - судебная неустойка).

Уплата судебной неустойки не влечет прекращения основного обязательства, не освобождает должника от исполнения его в натуре, а также от применения мер ответственности за его неисполнение или ненадлежащее исполнение (пункт 2 статьи 308.3 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Сумма судебной неустойки не учитывается при определении размера убытков, причиненных неисполнением обязательства в натуре: такие убытки подлежат возмещению сверх суммы судебной неустойки (пункт 1 статьи 330, статья 394 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суд не вправе отказать в присуждении судебной неустойки в случае удовлетворения иска о понуждении к исполнению обязательства в натуре.

Судебная неустойка может быть присуждена только по заявлению истца (взыскателя) как одновременно с вынесением судом решения о понуждении к исполнению обязательства в натуре, так и в последующем при его исполнении в рамках исполнительного производства (часть 4 статьи 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, части 1 и 2.1 статьи 324 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) (пункт 31).

Удовлетворяя требования истца о присуждении судебной неустойки, суд указывает ее размер и/или порядок определения.

Размер судебной неустойки определяется судом на основе принципов справедливости, соразмерности и недопустимости извлечения должником выгоды из незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). В результате присуждения судебной неустойки исполнение судебного акта должно оказаться для ответчика явно более выгодным, чем его неисполнение (пункт 32).

Принимая во внимание, что истцом ФИО2 заявлено требование, которое надлежит исполнять в натуральной форме, путем обустройства герметичного накопительного колодца, суд, с учетом требований разумности и справедливости, считает возможным присудить истцу к взысканию с ответчика ФИО3 судебной неустойки в размере 150 рублей за каждый день неисполнения решения суда, начиная со следующего дня с момента окончания срока для выполнения указанной обязанности.

Присуждение данной неустойки, по мнению суда, побудит ответчика к добросовестному поведению и своевременному исполнению решения суда, и соблюдению баланса интересов сторон.

В силу статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда); иска имущественного характера, не подлежащего оценке (например, о пресечении действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения).

Как указано выше, определением суда от 05.03.2025 года по настоящему гражданскому делу была назначена судебная строительно-техническая экспертиза, производство которой было поручено эксперту ФИО14

Согласно ходатайству эксперта и выставленному счету стоимость экспертизы составляет 31 500 рублей.

Истцом на счет Управления Судебного департамента в Оренбургской области внесены денежные средства в сумме 31 500 рублей, которые подлежат перечислению в пользу экспертного учреждения.

Поскольку исковые требования истца ФИО2 в части устранения нарушений ее прав ответчиком ввиду размещения на земельном участке накопительного колодца, для проверки которых назначалась судебная экспертиза, удовлетворены, то в силу приведенной выше нормы закона, суд взыскивает с ФИО1 в пользу истца в счет возмещения понесенных расходов по оплате судебной экспертизы 31500 рублей.

Поскольку истцом заявлялись требования неимущественного характера, суд в соответствии со статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации также взыскивает с ответчика ФИО3 в счет возмещения понесенных истцом расходов по уплате государственной пошлины в сумме 3000 рублей.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 198 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО2 к администрации муниципального образования «город Оренбург», ФИО3 ФИО5 ФИО5 о признании неприобретшими право пользования земельным участком, признании права собственности на земельный участок, возложении обязанности устранить нарушения права собственности, взыскании неустойки удовлетворить частично.

Возложить обязанность на ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженки <адрес>, паспорт №, в течение 1 месяца с момента вступления решения суда в законную силу обустроить герметичный накопительный колодец на расстоянии более 2 метров от фундамента/цоколя жилого дома с кадастровым номером № и на расстоянии 10 метров от фундамента/цоколя жилого дома с кадастровым номером №, расположенных по адресу: <адрес>.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт №, неустойку предусмотренную статьей 206 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае неисполнения решения суда в части обустройства герметичного накопительного колодца в размере 150 рублей за каждый день неисполнения решения суда, начиная со следующего дня с момента окончания срока для выполнения указанной обязанности.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО2 в счет возмещения расходов по уплате государственной пошлины 3000 рублей, в счет возмещения расходов по оплате судебной экспертизы 31500 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО2 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию Оренбургского областного суда через Центральный районный суд г. Оренбурга в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья подпись Т.В. Илясова

Мотивированное решение изготовлено 29 января 2026 года.

Судья подпись Т.В. Илясова