Решение № 2-1174/2018 от 29 мая 2018 г. по делу № 2-1174/2018

Дело № 2-1174/18


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

30 мая 2018 года Дмитровский городской суд Московской области в составе:

председательствующего федерального судьи Черкашиной О.А.,

при секретаре Аболениной Д.С.,

с участием прокурора Самотугиной О.Л.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ОАО Российские железные дороги» о компенсации морального вреда, возмещении расходов,

УСТАНОВИЛ:

Истцы ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском к ответчику ОАО «Российские железные дороги» (далее ОАО «РЖД») о взыскании компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> руб. в пользу каждой, расходов на погребение в размере <данные изъяты> руб., судебные расходы в сумме <данные изъяты>. в пользу истца ФИО1, мотивируя свои требования тем, что ДД.ММ.ГГГГ на железнодорожных путях платформы Катуар <адрес> была смертельно травмирована их мать ФИО, ДД.ММ.ГГГГ г.р.

Смерть близкого родственника стала для истцов сильнейшим психологическим ударом и причиной нравственных и моральных страданий.

Представитель истцов ФИО1 и ФИО2 по доверенностям № от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ ФИО в судебное заседание явилась, исковые требования поддерживает, настаивает на удовлетворении иска.

Представитель ОАО «Российские железные дороги» по доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО в судебное заседание явилась, с иском не согласилась. Кроме того, указывает на завышенный размер компенсации морального вреда, заявленной ко взысканию.

Представитель СПАО "Ингосстрах" в судебное заседание не явился, о дате и времени рассмотрения дела извещен, представлены письменные возражения на иск.

Суд, исследовав представленные доказательства, выслушав объяснения явившихся лиц, заключения прокурора, полагавшего, что требования о компенсации морального вреда и в части доказательственно подтвержденных расходов являются законными и обоснованными, и соответственно подлежащими удовлетворению, однако размер компенсации морального вреда является завышенным, приходит к следующему.

В силу п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п. 2 и 3 ст. 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В силу ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Как разъяснено в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Вместе с тем при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В абзаце втором п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" указано, что моральный вред может заключаться, в частности, в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ на железнодорожных путях платформы Катуар <адрес> была смертельно травмирована ФИО, ДД.ММ.ГГГГ г.р. что подтверждается постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ.

ФИО умерла ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о смерти серии (л.д. 9).

Истцы по настоящему делу ФИО1 и ФИО3 являются дочерьми погибшей ФИО (л.д. 10-14).

Разрешая спор, суд, учитывая фактические обстоятельства дела, приходит к следующему.

В силу п. 2, 3 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения (в том числе компенсация морального вреда) должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное.

В соответствии с п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" при разрешении спора о возмещении вреда жизни или здоровью, причиненного вследствие умысла потерпевшего, судам следует учитывать, что согласно пункту 1 статьи 1083 ГК РФ такой вред возмещению не подлежит.

Виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 ГК РФ).

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

Неосторожность выражается в отсутствии требуемой при определенных обстоятельствах внимательности, предусмотрительности, заботливости. При грубой неосторожности нарушаются обычные, очевидные для всех требования, предъявляемые к лицу, осуществляющему определенную деятельность.

Грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим большой вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчета, что они не наступят.

Таким образом, названные нормы закона предусматривают два случая уменьшения размера возмещения вреда, возникновению или увеличению которого способствовала грубая неосторожность потерпевшего.

В первом случае учитывается грубая неосторожность потерпевшего и вина причинителя вреда. Для этих случаев федеральный законодатель формулирует императивное требование уменьшить размер возмещения, поскольку при грубой неосторожности потерпевшего удовлетворение соответствующего иска в полном объеме недопустимо и применение смешанной ответственности является не правом, а обязанностью суда.

Во втором случае учитывается грубая неосторожность потерпевшего и одновременно - отсутствие вины причинителя вреда. При этом суд по своему усмотрению может применить одно из следующих негативных для потерпевшего последствий: 1) уменьшение размера возмещения, 2) полный отказ в возмещении, если законом не установлено иное.

Разъясняя данные законоположения, Конституционный Суд РФ в Определении от 19.05.2009 N 816-О-О указал, что правовой подход, в силу которого может иметь место освобождение от ответственности за вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, по усмотрению суда, соответствует закрепленному в статье 10 Конституции Российской Федерации принципу самостоятельности судебной власти, нормативное содержание которого предусматривает имманентно присущую судебной власти дискреционность при осуществлении правосудия.

Вместе с тем, Конституционный суд отметил, что закрепленное в абзаце втором пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса РФ исключение из общего порядка определения размера возмещения вреда, возникновению которого способствовала грубая неосторожность потерпевшего, предусматривающее, что при причинении вреда жизни и здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается, а также содержащееся в абзаце втором статьи 1100 Гражданского кодекса РФ положение о недопустимости отказа в компенсации морального вреда в случае, если вред причинен источником повышенной опасности жизни и здоровью гражданина, в том числе при отсутствии вины причинителя вреда, является мерой защиты признаваемых в Российской Федерации прав и свобод человека, в частности, права на жизнь, (статья 20, часть 1 Конституции РФ), права на охрану здоровья (статья 41, часть 1 Конституции РФ), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

Таким образом, указал Конституционный Суд РФ, положения абзаца второго пункта 2 статьи 1083 и абзаца второго статьи 1100 Гражданского кодекса РФ - в рамках проводимой в Российской Федерации как правовом и социальном государстве (статья 1, часть 1; статья 7, часть 1, Конституции Российской Федерации) правовой политики, - воплощают основанный на вытекающем из статьи 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации принцип пропорциональности баланса субъективных прав причинителя вреда, осуществляющего деятельность, связанную с повышенной опасностью для окружающих, с одной стороны, и потерпевшего, проявившего грубую неосторожность, - с другой.

В соответствии с постановлением старшего следователя Северного следственного отдела на транспорте Московского межрегионального следственного управления на транспорте следственного комитета Российской Федерации об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ поступил материал проверки по факту смертельного травмирования ФИО электропоез<адрес> на 36 км ПК 2 <адрес>.

Из объяснений машинистов ФИО, ФИО следует, что ДД.ММ.ГГГГ, следуя на электропоезде №, в прямом участке станции <адрес> по первому главному пути с включенными яркими прожекторами и буферными огнями в темное время суток, подавали оповестительные сигналы, подъезжая к станции <адрес>, локомотивная бригада заметила человека, который вышел на пешеходный переход в непосредственной близости от электропоезда. На подачу сигналов не реагировал.

В виду малого расстояния наезд не удалось предотвратить, несмотря на незамедлительно примененное экстренное торможение с одновременной подачей сигналов.

Из указанного постановление следует, что в ходе проверки установлено, что смертельное травмирование ФИО наступило в результате грубого нарушения последней требований безопасности при нахождении на железнодорожных путях.

Данных, указывающих на совершение в отношении ФИО действий, направленных на доведение ее до самоубийства, а именно угроз, жестокого обращения, систематического унижения человеческого достоинства, в ходе проверки не получено.

Таким образом, суд приходит к выводу, что в действиях пострадавшего имеет место нарушение раздела 3 п. 6 Правил нахождения граждан и размещения объектов в зонах повышенной опасности, выполнения в этих зонах работ, проезда и перехода через железнодорожные пути, утвержденных Приказом Министерства транспорта Российской Федерации от 08.02.2007 г. N 18, что свидетельствует о вине пострадавшей в случившемся, в части отсутствия внимания к приближающемуся подвижному составу и подаваемым сигналам приближающегося поезда.

Как отмечалось выше, истцы являются родными дочерьми погибшей ФИО, ФИО1 проживала совместно с матерью.

В результате произошедшего истцы, бесспорно, испытали глубокие моральные и нравственные переживания, связанные с гибелью близкого родственника.

Несмотря на отсутствие вины в действиях локомотивной бригады электропоезда № в смертельном травмировании ФИО, исходя из положений ст. 1100 ГК РФ, истцы вправе требовать компенсацию морального вреда.

По настоящему рассматриваемому спору на ответчика, безусловно, следует возложить обязанность по компенсации морального вреда, поскольку такой вред причинен матери истцов источником повышенной опасности, что прямо предусмотрено положениями ст. 1100 ГК РФ.

С учетом изложенного выше, оценивая представленные по делу доказательства, принимая во внимание обстоятельства, при которых истцам причинен вред, а также исходя из требований разумности и справедливости, учитывая, суд полагает взыскать в пользу истцов ФИО1 и ФИО2 компенсации морального вреда в размере <данные изъяты>.. соответственно, считая такой размере соответствующим требованиям разумности, справедливости и достаточности при имеющихся в деле доказательствах, а заявленную истцами компенсацию в размере <данные изъяты> руб. в пользу каждой, не отвечающим указанным требованиям разумности и справедливости при установленных обстоятельствах.

Ссылки сторон по настоящему делу на решения судов общей юрисдикции по аналогичным спорам судом не принимаются.

Согласно ч. 1 ст. 11 Гражданского процессуального кодекса РФ суд обязан разрешать гражданские дела на основании Конституции Российской Федерации, федеральных конституционных законов, федеральных законов, нормативных правовых актов Президента Российской Федерации, нормативных правовых актов Правительства Российской Федерации, нормативных правовых актов федеральных органов государственной власти, конституций (уставов), законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации, нормативных правовых актов органов местного самоуправления, а равно исходя из обычаев делового оборота в случаях, предусмотренных нормативными правовыми актами.

Из разъяснений, содержащихся в п. п. 2 и 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года N 23 "О судебном решении", следует, что решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (ч. I ст. 1, ч. 3 ст. 1 Гражданского процессуального кодекса РФ). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст. ст. 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Таким образом, суд обязан принимать решение исходя из установленных по делу фактов, следовательно, выводы, содержащиеся в решениях иных судов по другим делам, не могут нарушать единообразие толкования и применения норм права и вступать в противоречие с выводами судов по настоящему делу, так как законодательством Российской Федерации прецедент как источник права не предусмотрен

Также суд полагает отметить следующее.

Согласно п. 23 Постановления Пленума Суда Российской Федерации N 1 от 26 января 2010 года, владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности, если докажет, что вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла самого потерпевшего (пункт 1 статьи 1079 ГК РФ).

Под умыслом потерпевшего понимается такое его противоправное поведение, при котором потерпевший не только предвидит, но и желает либо сознательно допускает наступление вредного результата (например, суицид).

В силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности эффективность правосудия по гражданским делам обусловливается в первую очередь поведением сторон как субъектов доказательственной деятельности; наделенные равными процессуальными средствами защиты субъективных материальных прав в условиях состязательности, стороны должны доказать те обстоятельства, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений, и принять на себя все последствия совершения или несовершения процессуальных действий.

Доказательства того, что гибель ФИО произошла в результате ее умышленных действий, отсутствуют.

Поскольку истцом ФИО4 были понесены расходы на погребение, суд с учетом положений ст.ст. 1083, 1094 ГК РФ, ФЗ "О погребении похоронном деле" полагает взыскать в ее пользу с ответчика понесенные расходы по оплате ритуальных услуг в общей сумме <данные изъяты> руб.

Факт понесенных расходов подтверждается представленными в материалы дела доказательствами: наряд-заказ № ООО «Московское областное похоронное бюро» на предоставление ритуальных услуг на сумму <данные изъяты> руб., чек-квитанция на сумму <данные изъяты>., квитанция к приходному ордеру № по услугам по захоронению на сумму <данные изъяты> руб. (л.д. 16-19).

При этом суд находит необходимым отметить следующее.

Согласно ч. 1 ст. 1094 ГК РФ лица, ответственные за вред, вызванный смертью потерпевшего, обязаны возместить необходимые расходы на погребение лицу, понесшему эти расходы.

В соответствии со ст. 3 Федерального закона N 8-ФЗ от 12.01.1996 года "О погребении и похоронном деле" погребение понимается как обрядовые действия по захоронению тела (останков) человека после его смерти в соответствии с обычаями и традициями, не противоречащими санитарным и иным требованиям, которое может осуществляться путем предания тела (останков) умершего земле (захоронение в могилу, склеп), огню (кремация с последующим захоронением урны с прахом), воде (захоронение в воду в порядке, определенном нормативными правовыми актами Российской Федерации).

Названным законом установлен гарантированный перечень услуг по погребению, которые могут быть получены лицом, осуществляющим похороны, на безвозмездной основе. При этом, затраты на погребение могут возмещаться на основании документов, подтверждающих произведенные расходы на погребение, размер возмещения которых не поставлен в зависимость от стоимости гарантированного перечня услуг по погребению, установленного ст. 9 Федерального закона N 8-ФЗ от 12.01.1996 года "О погребении и похоронном деле".

Учитывая установленные по делу обстоятельства, суд находит, что истец ФИО1 имеет право на возмещение материального ущерба, связанного с организацией похорон погибшей матери, при этом расходы на погребение в заявленном размере документально подтверждены и обоснованы погребением погибшей.

Су четом положений ст. 98 ГПК РФ расходы, понесенные ФИО1 на оформление нотариальной доверенности в сумме <данные изъяты>. также подлежат удовлетворению.

Суд принимает во внимание, что ДД.ММ.ГГГГ между ответчиком и страховой компанией ПАО «Ингосстрах» заключен договор на оказание услуг по добровольному страхованию гражданской ответственности от, по условиям которого застрахован риск страхователя вследствие причинения вреда жизни или здоровью выгодоприобретателей, в том числе причинения морального вреда лицам, получившим телесные повреждения, ранения и расстройства здоровья.

В соответствии с условиями данного договора (п. 2.4) обязанность страховщика по возмещению морального вреда наступает в случае, если решением суда на страхователя возложена обязанность денежной компенсации; на основании предъявленной претензии, иных документов.

Согласно п. 8.1.1.3 договора в случае, если суд возложил на страхователя обязанность денежной компенсации морального вреда выгодоприобретателям, страховая выплата осуществляется страховщиком. Если страхователь на основании исполнения судебного решения произвел выгодоприобретателю компенсацию морального вреда до страховой выплаты по настоящему договору, то страховая выплата осуществляется страхователю в пределах, установленных настоящим договором, после представления страховщику доказательств произведенных расходов.

Согласно пунктам 1, 4 статьи 931 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору страхования риска ответственности по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу других лиц, может быть застрахован риск ответственности самого страхователя или иного лица, на которое такая ответственность может быть возложена. В случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Из буквального толкования приведенной нормы следует, что требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы выгодоприобретатель может заявить непосредственно страховщику в случае, если страхование этой ответственности является обязательным, либо в том случае, когда это предусмотрено законом или договором страхования.

Истцы обратились в суд с иском к ответчику ОАО «РЖД» как к причинителю вреда, в соответствии с п. 4 ст. 931 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Таким образом, истцы реализовали свое право на предъявление иска к непосредственному причинителю вреда.

Что касается довода стороны истца относительно невозможности рассмотрения дела без личного участия истцов со ссылкой на принцип непосредственного исследования доказательств, то суд отмечает, что участие истцов в соответствии с правилами ст. 48 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации было обеспечено посредством явки в судебное заседание представителя, которым даны подробные объяснения по характеру страданий перенесенных истцами, кроме того в исковом заявлении истцы подробно описали перенесенные ими в связи с гибелью близкого родственника страдания.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Иск ФИО1, ФИО2 к ОАО «РЖД» о компенсации морального вреда, возмещении расходов, - УДОВЛЕТВОРИТЬ ЧАСТИЧНО.

Взыскать с ОАО «РЖД» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>., в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>.

Взыскать с ОАО «РЖД» в пользу ФИО1 расходы по оплате ритуальных услуг, расходы по оформлению нотариальной доверенности в сумме <данные изъяты>.

В удовлетворении исковых требований о компенсации морального вреда в оставшейся части, - ОТКАЗАТЬ.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Московский областной суд через Дмитровский городской суд <адрес> в течение месяца.

Федеральный судья Черкашина О.А.