Приговор № 1-45/2019 от 15 августа 2019 г. по делу № 1-45/2019

Дело № 1-45\2019


Приговор

Именем Российской Федерации

15 августа 2019 года город Смоленск

Смоленский гарнизонный военный суд в составе председательствующего Ибрагимова Р.Н.,

при секретарях судебного заседания Степановой И.Н. и Хижняк О.Н.,

с участием государственного обвинителя – помощника военного прокурора Смоленского гарнизона лейтенанта юстиции ФИО1,

подсудимого ФИО2,

его защитника - адвоката Чурсина В.Г., представившего удостоверение № 4062 и ордер от 17 июля 2019 года № 00201,

рассмотрев в открытом судебном заседании, в помещении военного суда, уголовное дело в отношении военнослужащего войсковой части № майора

ФИО2

ФИО12, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, проживающего по адресу: <адрес>, с декабря 2001 года проходящего военную службу по контракту в Вооруженных Силах Российской Федерации, с ноября 2015 года - в должности начальника связи – начальника отделения связи и автоматизированных систем управления, с высшим образованием, <данные изъяты> ранее не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 5 ст. 290 УК РФ,

установил:

Стодоля, в силу ст.ст. 34, 35 и 36 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, является должностным лицом – начальником по воинскому званию и служебному положению для младшего сержанта ФИО4.

19 февраля 2019 года, реализуя свои должностные полномочия, Стодоля прибыл для проверки несения службы в помещение взвода связи войсковой части №, дислоцированной в пос. Красный Бор г. Смоленска, где выявил факт использования одним из подчиненных ФИО13 мобильного телефона с расширенными мультимедийными возможностями (смартфона), что, в соответствии с действовавшим на тот момент законодательством, являлось нарушением воинской дисциплины, требований ведомственных нормативных актов Министерства обороны Российской Федерации, а также изданных в их развитие приказов командира войсковой части №.

В тот же день, находясь в помещении узла связи войсковой части №, дислоцированной в том же населенном пункте, будучи обязанным в силу ст.ст. 79 и 114 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, а также ст. 6 Дисциплинарного устава Вооруженных Сил Российской Федерации, незамедлительно и объективно докладывать непосредственному начальнику обо всех происшествиях в подчиненном подразделении, об обнаруженных нарушениях, недостатках и мерах, принятых для их устранения, Стодоля, не сделав этого, используя свое служебное и должностное положение, потребовал от ФИО13 безвозмездную передачу ему мобильного телефона «Айфон 10» в качестве подарка за умолчание о выявленном нарушении воинской дисциплины. В противном случае Стодоля пообещал ФИО13 инициировать в отношении него служебное разбирательство с последующим привлечением к дисциплинарной ответственности, вплоть до досрочного увольнения с военной службы, вынудив последнего, тем самым, передать требуемый дорогостоящий телефон.

13 апреля 2019 года Стодоля, действуя из тех же побуждений, находясь на территории войсковой части №, потребовал от ФИО13, чтобы вместо мобильного телефона тот передал ему в качестве подарка за сокрытие выявленного ранее факта нарушения воинской дисциплины денежные средства в размере 60000 руб.

В 13-м часу 16 апреля 2019 года на территории узла связи войсковой части № Стодоля получил от ФИО13 60000 руб., которые были изъяты сотрудниками ФСБ России в рамках проведения оперативно-розыскных мероприятий.

В судебном заседании подсудимый виновным в содеянном себя не признал, пояснив, что 19 февраля 2019 года им был выявлен факт использования смартфона одним из подчиненных ФИО13 – рядовым ФИО20. По просьбе командира взвода связи войсковой части № старшего лейтенанта ФИО22 он, Стодоля, не стал докладывать об этом по команде, поскольку тот заверил его, что разбирательство по этому поводу будет им проведено собственными силами.

В марте и апреле 2019 года он, Стодоля, желая оказать соответствующую помощь, неоднократно общался с ФИО13 по вопросу его перевода из войсковой части № на иную должность. Кроме того, по его просьбе № должен был узнать среднюю стоимость мобильного телефона «Айфон 10», который он, Стодоля, намеревался приобрести для своего друга в качестве подарка.

Ни мобильный телефон, ни денежные средства от ФИО13 он никогда не требовал, равно как и то, что он никогда не угрожал последнему наступлением каких-либо негативных последствий, связанных с выявленным 19 февраля 2019 года фактом нарушения воинской дисциплины.

Несмотря на непризнание подсудимым своей вины, виновность ФИО2 в содеянном подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств.

Так, свидетель ФИО13 показал, что 19 февраля 2019 года Стодоля прибыл с проверкой во взвод связи войсковой части №, где выявил факт использования смартфона его, ФИО13, подчиненным – рядовым ФИО20. В тот же день, находясь в помещении узла связи войсковой части №, Стодоля, угрожая возможным досрочным увольнением с военной службы, потребовал от него, ФИО13, в качестве подарка за сокрытие выявленного факта нарушения воинской дисциплины мобильный телефон «Айфон 10».

Впоследствии эти свои требования Стодоля озвучивал неоднократно, а в конце марта 2019 года сообщил, чтобы вместо телефона тот передал ему денежные средства в размере его стоимости.

Опасаясь угроз со стороны ФИО2, он, ФИО13, 8 апреля 2019 года обратился в правоохранительные органы, после чего стал принимать участие в проведении оперативно-розыскных мероприятий. 13 апреля 2019 года, при встрече со Стодолей, тот конкретизировал свои требования и сообщил, что за сокрытие выявленного 19 февраля 2019 года факта нарушения воинской дисциплины он, ФИО13, должен будет передать ему 60000 руб.

16 апреля 2019 года, прибыв на узел связи войсковой части №, он, ФИО13, передал Стодоле 60000 руб., которые были ему ранее вручены в рамках проводимых оперативно-розыскных мероприятий.

Как показал свидетель ФИО20, в один из дней февраля 2019 года в обеденное время в канцелярии взвода связи войсковой части №, в присутствии младшего сержанта ФИО13, он смотрел видеофильм при помощи своего смартфона. Указанный факт обнаружил вошедший в канцелярию майор Стодоля.

Из показаний свидетеля ФИО22 следует, что в один из дней в конце февраля 2019 года ему позвонил ФИО13 и сообщил, что прибывший с проверкой майор Стодоля выявил факт использования смартфона рядовым ФИО20. Как пояснил ФИО13, за сокрытие данного нарушения воинской дисциплины Стодоля потребовал у него в подарок мобильный телефон «Айфон 10». Впоследствии ФИО13 сообщил ему, ФИО22, что вместо телефона Стодоля требует у него уже денежные средства в размере стоимости упомянутого мобильного телефона.

Кроме того, ФИО22 показал, что вечером 10 апреля 2019 года между ним и Стодолей состоялся телефонный разговор, в ходе которого последний, выражая свои опасения по поводу того, что ФИО13 обратился за помощью в правоохранительные органы, дал ему, ФИО22, указание забрать у ФИО13 денежные средства и оставить их у себя на временное хранение, а также проверить мобильный телефон ФИО13 на предмет совершения им подозрительных телефонных звонков. Этот телефонный разговор ФИО22 записал на диктофон своего мобильного телефона, а затем добровольно передал копию этой звукозаписи сотрудникам ФСБ России.

Свидетель ФИО46 показал, что 10 апреля 2019 года в рамках проведения оперативного эксперимента ФИО13 были вручены аудиозаписывающая аппаратура, а также денежные средства в размере 60000 руб., а 16 апреля 2019 года задокументирован факт получения Стодолей от ФИО13 упомянутой денежной суммы.

Из показаний свидетелей ФИО86 и ФИО87, каждого в отдельности, следует, что в апреле 2019 года они привлекались к участию в оперативно-розыскных мероприятиях, проводимых в отношении ФИО2. При этом, в их присутствии ФИО13 были выданы, в том числе, двенадцать денежных купюр номиналом по 5000 руб. каждая. 16 апреля 2019 года данные купюры были обнаружены в кармане форменной куртки ФИО2.

Эти показания ФИО46, ФИО86 и ФИО87 нашли свое подтверждение при оглашении в судебном заседании переданных органам предварительного расследования в установленном порядке материалов оперативно-розыскной деятельности: протокола осмотра и обработки денежных купюр от 10 апреля 2019 года, протокола передачи контрольных предметов и специальных технических средств, а также протокола обследования помещений и участков местности от 16 апреля 2019 года.

Показания ФИО13, касающиеся конкретизации 13 апреля 2019 года Стодолей требований о передаче ему 60000 руб. взамен мобильного телефона, а также о получении им же данных денежных средств при встрече 16 апреля 2019 года, объективно подтверждаются аудио- и видеозаписями на приобщенных к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств, оптическом диске с регистрационным № 452 от 18 апреля 2019 года и флэш-карте, приложенной к протоколу обследования помещений и участков местности от 16 апреля 2019 года.

Кроме того, в ходе осмотра признанного вещественным доказательством оптического диска с аудиозаписью телефонного разговора, состоявшегося между свидетелем ФИО22 и подсудимым вечером 10 апреля 2019 года, установлено, что Стодоля, подозревая ФИО13 в сотрудничестве с правоохранительными органами, во-первых, выражает свое недовольство тем, что тот в разговорах с ним открыто упоминает денежные средства, а, во-вторых, предлагает ФИО22 забрать денежные средства у ФИО13 и оставить у себя на хранение, проверив, одновременно, не звонил ли последний со своего мобильного телефона посторонним лицам.

Оценивая упомянутые аудиозаписи разговоров между подсудимым и свидетелями ФИО13 и ФИО22, суд принимает во внимание заключение эксперта-лингвиста от 17 июня 2019 года № 572-р, согласно которому все эти разговоры не только имеют ситуативное начало и логическое завершение, но и все реплики в них собеседников взаимообусловлены по смыслу бесед.

В этой связи, а также принимая во внимание соответствующие показания свидетелей ФИО13 и ФИО22 о достоверности содержания данных аудиозаписей, военный суд отвергает, как явно надуманные утверждения подсудимого ФИО2 об элементах их монтажа, который, якобы имел место.

Позиция защитника об отсутствии каких-либо законных оснований для проведения в отношении его подзащитного комплекса оперативно-розыскных мероприятий, поскольку информация, изначально полученная от ФИО13, носила противоречивый характер, опровергается не только содержанием заявления ФИО4 о привлечении ФИО2 к уголовной ответственности, но и совокупностью показаний данного свидетеля, а также свидетелей ФИО46, ФИО22 и ФИО20.

Доводы стороны защиты о том, что оптический диск с аудиозаписью телефонного разговора между Стодолей и свидетелем ФИО22 приобщен к материалам уголовного дела с нарушением требований УПК РФ, военный суд отвергает, поскольку в судебном заседании установлено, что данный диск с аудиозаписью получен сотрудником ФСБ России, проводившим оперативно - розыскные мероприятия в отношении подсудимого, во-первых, без нарушения требований Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», а, во-вторых, данный оптический носитель передан органам предварительного расследования вместе с иными материалами в порядке, установленном действующим законодательством.

При таких обстоятельствах, вопреки мнению защитника, дополнительное процессуальное оформление выемки данного диска с аудиозаписью в порядке, предусмотренном ст.ст. 182 и 183 УПК РФ, не требовалось.

Отличное друг от друга наименование обозначенного оптического диска в различных процессуальных документах, имеющихся в деле, по мнению суда, никоим образом не лишает этот носитель информации юридической силы, как вещественного доказательства, поскольку данный недостаток не влияет не только на содержание диска, но и не вызывает никаких сомнений в его достоверности, допустимости и относимости.

Оценивая заключение эксперта-лингвиста от 17 июня 2019 года № 572-р в части, касающейся того, что Стодоля в разговорах с ФИО13 требует денежные средства за изменение служебного положения последнего, военный суд исходит из следующего.

Так, из показаний ФИО13 следует, что подсудимый, предъявляя ему требования о передаче, первоначально, мобильного телефона «Айфон 10», а затем и денежных средств в сумме 60000 руб., за сокрытие выявленного ранее факта нарушения воинской дисциплины во взводе связи войсковой части №, в качестве дополнительного стимула к совершению указанных действий, предлагал свое содействие в назначении его на иную воинскую должность.

Эти показания ФИО13 нашли свое объективное подтверждение в ходе осмотра вещественного доказательства - оптического диска с регистрационным № 452 от 18 апреля 2019 года.

Будучи допрошенной в судебном заседании, эксперт-лингвист ФИО66. пояснила, что факт нарушения воинской дисциплины упоминается Стодолей в подвергнутых экспертному исследованию разговорах с ФИО13, однако, с точки зрения лингвистики и особенностей стиля общения указанных лиц, он был расценен ею как факультативный (опосредованный) побудительный мотив к передаче денежных средств.

Принимая во внимание вышеизложенное, военный суд признает ошибочным обозначенный выше вывод в заключении эксперта-лингвиста от 17 июня 2019 года № 572-р, касающийся повода, в связи с которым Стодоля предъявлял ФИО13 требования о передаче денежных средств.

Показания подсудимого ФИО2, отрицавшего не только получение 16 апреля 2019 года от ФИО13 взятки в виде денег, но и предшествующие этому факты предъявления ФИО13 требований о передаче, первоначально, мобильного телефона «Айфон 10», а затем и денежных средств в размере 60000 руб. за сокрытие выявленного нарушения воинской дисциплины, военный суд оценивает критически и отвергает, поскольку эти показания подсудимого противоречат не только показаниям об обратном свидетелей ФИО13 и ФИО22, а также материалам оперативно-розыскной деятельности, но и вещественным доказательствам: оптическому диску с регистрационным № 452 от 18 апреля 2019 года, а также флэш-карте, приложенной к протоколу обследования помещений и участков местности от 16 апреля 2019 года.

Противоречия в показаниях свидетеля ФИО13 на предварительном следствии и в судебном заседании, военный суд расценивает как несущественные и не влияющие на оценку содеянного подсудимым, поскольку данные противоречия в ходе судебного следствия были устранены.

Мнение стороны защиты о том, что по отношению к Стодоле имела место провокация взятки, военный суд отвергает, поскольку в судебном заседании, во-первых, не установлено никаких нарушений требований ст. 5 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», а, во-вторых, из показаний свидетеля ФИО13 и согласующихся с ними аудиозаписей на оптических дисках, а также видеозаписи на флэш-карте, признанных вещественными доказательствами, четко и недвусмысленно следует, что умысел на получение от ФИО13, первоначально, мобильного телефона, а затем и денежных средств, возник у ФИО2 без какого-либо вмешательства со стороны сотрудников ФСБ России. Более того, даже подозревая, что ФИО13 обратился за помощью в правоохранительные органы и сообщив об этом в телефонном разговоре ФИО22, Стодоля не отказался от своих противоправных намерений.

Доводы стороны защиты о недопустимости в качестве доказательств материалов оперативно-розыскной деятельности в силу того, что сотрудники ФСБ России не оформили документально факт вручения ФИО13 помимо диктофона, специальной аппаратуры для ведения скрытной аудио- и видеозаписи, военный суд отвергает, как явно надуманные, поскольку неоформление этих действий, как установлено в судебном заседании и подтверждено свидетелем ФИО46, связано с сохранением в тайне информации о средствах и методах оперативно-розыскной деятельности.

Оценивая изложенные доказательства в совокупности, суд находит их достоверными (за исключением показаний ФИО2, а также вывода эксперта-лингвиста в своем заключении от 17 июня 2019 года № 572-р о поводе, в связи с которым Стодоля предъявлял ФИО13 требования о передаче денежных средств), а виновность подсудимого в содеянном признает установленной.

Поскольку Стодоля, будучи должностным лицом, 16 апреля 2019 года лично получил от военнослужащего войсковой части № младшего сержанта ФИО13 взятку в виде денег в размере 60000 руб., то есть в значительном размере, за бездействие в пользу последнего, и это было совершено с вымогательством данной взятки, военный суд квалифицирует действия ФИО2 по п. «б» ч. 5 ст. 290 УК РФ.

При назначении наказания подсудимому военный суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, а поэтому приходит к выводу, что цели наказания, связанные с восстановлением социальной справедливости, исправлением ФИО2, а также предупреждением совершения им новых преступлений, будут достигнуты только при назначении ему наказания в виде лишения свободы, поскольку менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение целей наказания.

Одновременно суд принимает во внимание, что к уголовной ответственности Стодоля привлекается впервые, ранее ни в чем предосудительном замечен не был, командованием и сослуживцами по службе в Вооруженных Силах Российской Федерации характеризуется исключительно положительно, награжден ведомственными наградами Министерства обороны Российской Федерации, является ветераном боевых действий, имеет двоих малолетних детей.

Указанные обстоятельства военный суд признает смягчающими наказание подсудимого, а в своей совокупности – исключительными для применения ст. 64 УК РФ и назначения Стодоле наказания в виде лишения свободы, ниже низшего предела, предусмотренного санкцией п. «б» ч. 5 ст. 290 УК РФ для данного основного наказания, а также об отсутствии оснований для назначения ему дополнительных наказаний в виде штрафа и лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.

Кроме того, исходя из характера преступления и личности виновного, совокупности упомянутых выше смягчающих, а также факта отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, суд приходит к выводу об изменении в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ категории совершенного Стодолей преступления: с особо тяжкого преступления на тяжкое преступление.

В этой связи, на основании п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ подсудимый подлежит направлению для отбывания наказания в исправительную колонию общего режима.

Ввиду отсутствия необходимости для обеспечения исполнения наказания в виде штрафа, гражданского иска, равно как и для конфискации имущества, военный суд, в силу ч. 9 ст. 115 и п. 11 ч. 1 ст. 299 УПК РФ отменяет арест, наложенный на банковский счет № <***>, открытый на имя ФИО2 в дополнительном офисе № 8609\29 Смоленского отделения Сберегательного ОСБ № 8609.

Разрешая в соответствии с п. 12 ч. 1 ст. 299 УПК РФ вопрос о судьбе вещественных доказательств, военный суд учитывает их значение, а поэтому, по вступлении в законную силу данного приговора все оптические диски, а также флэш-карту – надлежит оставить на хранении при уголовном деле, а мобильный телефон «Сяоми Редми А6» и двенадцать денежных купюр достоинством 5000 руб. каждая – полагать возвращенными по принадлежности ФИО20. и ФИО13., соответственно.

Учитывая необходимость обеспечения исполнения данного приговора, принимая во внимание тяжесть совершенного преступления, военный суд, на основании ч. 2 ст. 97 и ст. 99 УПК РФ, в соответствии со ст.ст. 108 и 110 того же кодекса, изменяет меру пресечения Стодоле на более строгую – на заключение под стражу с содержанием в Следственном изоляторе № 1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Смоленской области.

Данных о необходимости передачи несовершеннолетних детей ФИО2 на попечение к родственникам или другим лицам не имеется, равно как и не имеется сведений о том, что у подсудимого остается без присмотра какое-либо имущество или жилище.

Руководствуясь ст. ст. 304, 307-309 УПК РФ, военный суд

приговорил:

Стодолю ФИО12 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 5 ст. 290 УК РФ, на основании которой, с применением ст. 64 УК РФ, назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок в 1 (один) год и 6 (шесть) месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

На основании ч. 6 ст. 15 УК РФ изменить категорию совершенного ФИО2 преступления: с особо тяжкого преступления на тяжкое преступление.

Меру пресечения осужденному ФИО2 изменить на заключение под стражу, взять его под стражу в зале суда и до вступления приговора в законную силу содержать в Следственном изоляторе № 1 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Смоленской области.

Срок отбывания наказания ФИО2 исчислять с 15 августа 2019 года.

Арест, наложенный на банковский счет № <***>, открытый на имя ФИО2 в дополнительном офисе № 8609\29 Смоленского отделения Сберегательного ОСБ № 8609, отменить.

По вступлении в законную силу данного приговора вещественные доказательства: все оптические диски, а также флэш-карту – оставить на хранении при уголовном деле, а мобильный телефон «Сяоми Редми А6» и двенадцать денежных купюр достоинством 5000 руб. каждая – полагать возвращенными по принадлежности ФИО3 и ФИО4, соответственно.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Московского окружного военного суда через Смоленский гарнизонный военный суд в течение 10 суток со дня постановления приговора, а осужденным – в тот же срок со дня вручения копии приговора. Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий (подпись).