Решение № 2-1575/2017 2-49/2018 2-49/2018(2-1575/2017;)~М-232/2017 М-232/2017 от 4 июля 2018 г. по делу № 2-1575/2017

XX.XX.XXXX года Дело № 2-XXX


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Василеостровский районный суд города Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Рябко О.А.,

при секретаре Гулиевой Н.Н.,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании завещания недействительным,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в Василеостровский районный суд города Санкт-Петербурга с иском к ФИО2, в котором просит признать недействительным завещание ФИО3, составленное 21.04.2014 и удостоверенное нотариусом ФИО4

В обоснование заявленного требования истец ссылается на то, что она и ответчик являются родными сестрами, их родители Н.В. и Л.С., оказав помощь в приобретении сестре отдельной квартиры, завещали свою квартиру по адресу: ..., истцу и дочери истца: завещание Н.В.. составлено 14.01.2003 и удостоверено нотариусом XX.XX.XXXX., завещание Л.С.. составлено 01.09.2009 и удостоверено нотариусом XX.XX.XXXX. Истец указывает на то, что после смерти матери Л.С.. оказалось, что имеется еще одно завещание, составленное от имени Л.С.. и удостоверенное нотариусом ФИО4, по которому половину принадлежавшей Л.С.. доли в праве общей собственности на квартиру по адресу: ..., она завещала сестре истца ФИО2 ФИО1 считает, что данное завещание является недействительным в связи с тем, что на момент его составления Л.С. в силу тяжелого состояния здоровья не могла понимать значения своих действий и руководить ими. Истец ссылается на то, что Л.С.. с 2011 года фактически ничего не помнила и не могла самостоятельно мыслить, что зафиксировано в медицинской карте ГБУЗ «Поликлиника № 122» и результатах обследования психиатра данной поликлиники XX.XX.XXXX Истец указывает, что Л.С.. требовался постоянный уход, ее психическое заболевание было настолько очевидным, что нотариус XX.XX.XXXX., побеседовав с ней после смерти отца Н.В.. и не получив вразумительные ответы на вопросы: «кто умер?» и «нужна ли ей доля в наследстве?», отказалась оформить ее обязательную долю в наследстве после смерти отца (наследственное дело № 396/2013 от 13.11.2013), и неспособность Л.С. понимать значение своих действий и руководить ими явились причиной того, что до настоящего времени по наследственному делу № 396/2013 нотариусом XX.XX.XXXX. не установлены доли наследников в наследстве после смерти отца и не выданы свидетельства о праве на его наследство. Кроме того, истец отмечает, что накануне составления оспариваемого завещания Л.С.. сломала руку, по месту жительства в Петергофской Николаевской больнице № 37 ей была оказана первая медицинская помощь, и, оценив сложность перелома, врачи больницы указали на необходимость проведения срочного операционного вмешательства с последующей длительной реабилитацией. Истец указывает, что, узнав об этом, ответчик ФИО2 вызвалась отвезти Л.С. в клинику № 2 ФГБУ ВЦЭРА им А.М. Никифорова МЧС России; день поездки с ответчиком в данную клинику 21.04.2014 совпал с днем составления ею завещания на имя ответчика; в больнице Л.С. провели сложную операцию – установили шрифт; вначале Л.С. была в реанимации, а потом лежала под постоянным присмотром на отделении; до госпитализации, чтобы снять сопутствующие перелому нестерпимые боли, Л.С. вынуждена была принимать сильные обезболивающие, а также нейротропные и нейролептические препараты. Ссылаясь на приведенные обстоятельства и указывая на то, что в результате оспариваемого завещания Л.С. от 21.04.2014, нарушены ее права на наследование имущества Л.С. в виде половины принадлежавшей ей ... доли в праве общей долевой собственности квартиры, ФИО1 обратилась в суд с настоящим иском (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>)

Истец ФИО1, надлежащим образом извещенная о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явилась, доверила представлять свои интересы ФИО5 и ФИО6.

Представители истца ФИО5, действующая на основании доверенности от 16.01.2017, выданной сроком на три года, и ФИО6, действующая на основании доверенности от 25.03.2017, выданной сроком на три года, в судебном заседании заявленные исковые требования поддержали, просили удовлетворить в полном объеме.

Ответчик ФИО2 и ее представители ФИО7, действующий на основании доверенности от 20.04.2018, выданной сроком на пять лет, ФИО8, действующий на основании доверенности от 20.04.2018, выданной сроком на пять лет, в судебном заседании возражали против удовлетворения заявленных требований, просили суд отказать истцу в удовлетворении иска. В ходе рассмотрения дела ответчик представила в материалы дела письменные возражения на иск, в которых сослалась на то, что в момент составления завещания Л.С. находилась в нормальном, адекватном состоянии, дееспособность ее была проверена нотариусом ФИО4 и не вызывала сомнений, в противном случае он бы не удостоверил завещание; Л.С. сама расписалась в завещании. Ответчик указала, что сведения о нарушениях памяти у матери являются клеветой, в результате подбираемого ей с 2005 года лечения было заметно улучшение памяти и мыслительной деятельности, в последние годы не отмечаюсь спутанности сознания, кратковременная память подводила еще с 90-х годов; прошли приступы немотивированной агрессии, когда мать сердилась на окружающих, в первую очередь, близких, обзывала их; в период с 2008 по 2014 год никто не обращался к матери как к психически неполноценному человеку; она вместе с отцом участвовала в праздниках. Ответчик сослалась на то, что после смерти отца мама стала малоразговорчивой, однако она все осознавала, живо интересовалась делами ответчика; сиделку наняли из-за приступов потери сознания, которые случались на протяжении последних 10-15 лет длительностью около 1 минуты (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>, том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>).

Третье лицо нотариус ФИО4 и его представитель ФИО9, действующая на основании доверенности от 10.07.2015, выданной сроком на десять лет, в судебном заседании возражали против удовлетворения заявленных требований.

На основании статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), суд полагает возможным рассмотреть настоящее дело в отсутствие истца, надлежащим образом извещенного о времени и месте судебного разбирательства.

Суд, выслушав объяснения представителей истца, мнение ответчика и его представителя, а также представителя третьего лица, изучив показания свидетелей, заключения экспертов, исследовав письменные доказательства по делу, оценив их относимость, допустимость и достаточность в совокупности и взаимосвязи, приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, родителями ФИО1 и ФИО2 являются Н.В. и Л.С. (том <данные изъяты> лист дела <данные изъяты>).

Согласно свидетельствам о смерти Н.В. умер 22 октября 2013 года, а Л.С.. умерла 15 сентября 2016 года (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>).

В ходе судебного разбирательства установлено, что Н.В. и Л.С. на праве общей совместной собственности принадлежало недвижимое имущество – квартира, расположенная по адресу: ... (том <данные изъяты> лист дела <данные изъяты>

Из материалов дела следует, что Н.В. 14.01.2003 составлено завещание, в котором он ... доли жилого помещения, расположенного по адресу: ..., завещает ФИО1 (том <данные изъяты> лист дела <данные изъяты>).

Также в материалы дела представлено завещание Л.С. от 01.09.2009, согласно которому она завещает ... долю указанного выше недвижимого имущества дочери ФИО1 и внучке XX.XX.XXXX (том <данные изъяты> лист дела <данные изъяты>).

Кроме того, в материалы дела представлено завещание от 21.04.2014, которым Л.С. принадлежащую ей ... долю квартиры по адресу: ..., завещает ФИО2 (том <данные изъяты> лист дела <данные изъяты>).

Из представленного по запросу суда нотариусом ФИО4 наследственного дела № 82/2016 следует, что с заявлениями о принятии наследства после умершей Л.С.. обратились дочери ФИО1, ФИО2 и внучка XX.XX.XXXX (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>).

Указывая на то, что в результате оспариваемого завещания Л.С. от 21.04.2014, нарушены ее права на наследование имущества Л.С. в виде половины принадлежавшей ей ... доли в праве общей долевой собственности квартиры, ФИО1 обратилась в суд с настоящим иском (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>)

В соответствии с пунктом 2 статьи 218 ГК РФ в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Согласно статье 1111 ГК РФ наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом.

В силу положений статьи 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

В силу статьи 1118 ГК РФ распорядиться имуществом на случай смерти можно только путем совершения завещания. Завещание может быть совершено гражданином, обладающим в момент его совершения дееспособностью в полном объеме. Завещание должно быть совершено лично. Совершение завещания через представителя не допускается. Завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства.

Статьей 1119 ГК РФ предусмотрено, что завещатель вправе по своему усмотрению завещать имущество любым лицам, любым образом определить доли наследников в наследстве, лишить наследства одного, нескольких или всех наследников по закону, не указывая причин такого лишения, а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, включить в завещание иные распоряжения. Завещатель вправе отменить или изменить совершенное завещание в соответствии с правилами статьи 1130 настоящего Кодекса. Свобода завещания ограничивается правилами об обязательной доле в наследстве (статья 1149). Завещатель не обязан сообщать кому-либо о содержании, совершении, об изменении или отмене завещания.

Согласно положениям статьи 160 ГК РФ, сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающим сделку или должным образом уполномоченными ими лицами (пункт 1). Если гражданин вследствие физического недостатка, болезни или неграмотности не может собственноручно подписаться, то по его просьбе сделку может подписать другой гражданин. Подпись последнего должна быть засвидетельствована нотариусом либо другим должностным лицом, имеющим право совершать такое нотариальное действие, с указанием причин, в силу которых совершающий сделку не мог подписать ее собственноручно (пункт 3).

Согласно статье 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии со статьей 168 ГК РФ (в редакции, действующей на момент составления завещания), сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Из части 1 статьи 177 ГК РФ следует, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Исходя из требований статьи 56 ГПК РФ бремя доказывания наличия обстоятельств, предусмотренных статьей 177 ГК РФ, лежит на истце.

В силу статьи 67 ГПК РФ суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

В данном случае при рассмотрении дела установлено и из материалов дела следует, что в 2005 году Л.С. осмотрел терапевт, который указал со слов дочери (истца), что больная страдает <данные изъяты>

Согласно результатам КТ от 06.09.2006 выявлена <данные изъяты> (том <данные изъяты> лист дела <данные изъяты>).

По данным ЭЭГ от 06.03.2007 <данные изъяты> (том <данные изъяты> лист дела <данные изъяты>).

В соответствии с ответом СПб ГБУЗ «Городская поликлиника № 122» от 13.03.2017 на запрос суда Л.С. обращалась в кабинет психиатрической помощи 15.11.2013 и 29.05.2014 в связи с жалобами на <данные изъяты> (том <данные изъяты> лист дела <данные изъяты>).

В ходе судебного разбирательства установлено, что Л.С. 17.04.2014 была доставлена в СПб ГБУЗ «Николаевская больница» с диагнозом: «<данные изъяты> от 17.04.2014». При поступлении жаловалась на <данные изъяты> (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>

Согласно ответу ФГБУ «ВЦЭИРМ им. А.М. Никифорова МЧС России» от 09.03.2017 Л.С. находилась на лечении в указанном медицинском учреждении в травматологическом отделении с 21.04.2014 по 30.04.2014 с диагнозом: «<данные изъяты>». При поступлении состояние <данные изъяты> (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>).

Впоследствии 29.05.2014 Л.С. осмотрена на дому психиатром; жалобы на <данные изъяты>.

В обоснование требования о признании завещания от 21.04.2014 недействительным, истец указала на то, что на момент его составления Л.С. в силу тяжелого состояния здоровья не могла понимать значения своих действий и руководить ими.

Также, истец указала, что накануне составления оспариваемого завещания Л.С. сломала руку; по месту жительства в Петергофской Николаевской больнице № 37 ей была оказана первая медицинская помощь, и, оценив сложность перелома, врачи больницы указали на необходимость проведения срочного операционного вмешательства с последующей длительной реабилитацией; впоследствии в клинике № 2 ФГБУ ВЦЭРА им А.М. Никифорова МЧС России Л.С. провели сложную операцию – установили шрифт, в связи с чем она физически не могла подписать оспариваемое завещание.

В подтверждение указанного обстоятельства истцом в материалы дела представлено заключение специалиста XX.XX.XXXX № 06/16-02-17, согласно которому рукописный текст «Л.С.» и подпись от ее имени, копия которых отображена в копии завещания серии 78 АА № 6196942 от имени Л.С. на имя ФИО2 от 21.04.2014, зарегистрировано в реестре за № С-245 от имени нотариуса ФИО4, нотариального округа Санкт-Петербурга выполнена, вероятнее всего, не самой Л.С.., а каким-то другим лицом (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>).

При этом допрошенная в ходе рассмотрения дела специалист XX.XX.XXXX пояснила, что дала указанное выше заключение, потому как на исследование был представлен спорный документ и в копиях не в полном объеме отражаются признаки почерка; при сравнительном исследовании рукописного текста и подписи в завещании было обнаружено много различий почерка, причем довольно таки устойчивые и существенные; в образцах почерка средне выработанный почерк, а спорные рукописные запись и подпись выполнены с признаками замедленности движений именно в координации движений; здесь замедленность была другая, не та, которая связана с нарушением ориентации в пространстве, при таком состоянии пишущий старается не отрывать ручку от бумаги, так как потом сложнее попасти в точку; с учетом признаков замедленности, она считает, что здесь есть признаки подражания подписи; признаки почерка должны остаться даже при сломанной руке, они никуда не денутся; специалистом был дан вероятностный вывод, в связи с тем, что нужны были оригиналы документов и дополнительные образцы почерка и подписи Л.С. (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>).

Изложенные истцовой стороной обстоятельства подтвердили также и допрошенные в ходе судебного разбирательства свидетели <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>.

Так, свидетель <данные изъяты> сообщила суду, что была медработником и председателем районного комитета красного креста в г. ..., у нее имеется «Удостоверение милосердия»; их главный врач ФИО10 рассказала ей про Л.С. и попросила поухаживать за ней, когда свидетель пришла к ней, ее супруг лежал в больнице; это было в конце 2013 года, и больше года свидетель помогала этой семье; Л.С. была беспомощна, ее надо было кормить, когда свидетель звала ее завтракать, она могла агрессивно среагировать, у нее были съемные протезы, свидетель ей помогала во всем, умываться, чистить зубы; она была тяжело и немощно больной, какой у нее был диагноз, свидетелю не говорили; Л.С. нельзя было оставлять одну, так как у нее случались приступы, она падала, а свидетель ее ловила; на улицу она не выходила, в туалет её водили; кроме Натальи Николаевны, видела ФИО11, когда только начала приходить к Л.С..; в 2015 году пришла другая сиделка, иногда свидетель ее подменяла, поскольку за Л.С. должен был быть постоянный уход; у нее был перелом правой руки, но когда свидетель пришла домой, то гипса не увидела; они разговаривали о чем-то, рассматривали фотокарточки, вместе смотрели телевизор, но интереса она не проявляла, и вопросов никаких не задавала; она долго могла лежать и не вставать, свидетель держала ее за ручки, поднимала, меняла белье, переодевала ее, и они шли завтракать; она сама не могла ничего написать; кушать сама она не могла; состояние у нее ухудшалось (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>).

Свидетель <данные изъяты> показала, что ее бабушка и Л.С. родные сестры; у них была большая семья, они общались плотно, хорошо, последние годы стали встречаться реже, но виделись по нескольку раз в год; от своей тети ей известно, что примерно с 2011 - 2012 года состояние Л.С. ухудшалось, у нее появлялась заторможенность, отрешенный взгляд; она стала не очень аккуратно выглядеть, за два года до смерти болезнь стала прогрессировать (том <данные изъяты> дела <данные изъяты>).

Свидетель <данные изъяты> пояснил, что является мужем истца; с Л.С. у него были прекрасные отношения, довольно часто общались; память у нее стала пропадать с 1973 года, потом начались приступы, и свидетель видел, как ее успокаивал муж; она перестала вести хозяйство, ухаживать за собой, с 2011 года всеми домашними делами занимался муж Л.С..; ФИО2 приезжала редко; Л.С. ничего не писала и не читала, у нее был простой образ жизни, она кушала и ложилась спать, за ней постоянно надо было следить, на вопросы она не отвечала, говорит, что не помнит, или не знает; 17 апреля 2014 года она сломала руку, свидетель, когда узнал об этом, приехал домой, вызвал скорую помощь, далее ее отвезли в ..., где наложили повязку, сделали снимок; 18.04.2014 года утром она сорвала гипс, нарушила повязку и ей потребовалась операция, в этом принимала участие ФИО11 Николаевна; после смерти мужа Л.С.. вообще не могла ничего делать сама; ее приходилось кормить, умывать; ей было тяжело подниматься на четвертый этаж; ее постоянно держали; когда Л.С. и дочь пошли к нотариусу ей в оформлении завещание было отказано, поскольку она не смогла ответить на поставленные вопросы, для этого Наташа приводила психиатра, чтобы последняя побеседовала с Л.С. (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>).

Свидетель <данные изъяты> показал, что Л.С. - его прабабушка; часто общался с ней; в 2014 году виделись не часто, наверное, два раза в месяц; помощь в уходе ей нужна была обязательно, ее нужно было поднять с кровати, помыть, постирать вещи; у нее случались приступы - она внезапно замирала, и ее начинало трясти, и ее нужно было придерживать; ухудшение состояние случилось после смерти супруга; сиделка умывала ее, готовила, поднимала с кровати, меняла белье; она не ориентировалась в пространстве, ничего не могла написать; Л.С. хотела оформить наследство, но ей было отказано, поскольку она не понимала, что принимает долю; когда она сломала руку свидетель ее забирал из клиники МЧС и вез в г. ..., она была отрешена (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>).

Свидетель <данные изъяты> пояснила суду, что Л.С. ее тетя, сестра близнец ее матери, проживает в ..., с 2000 года до этого жила в Санкт-Петербурге на улице ...; пока мама была здорова, свидетель по праздникам приезжала, но с определенного момента она стала приезжать постоянно, так как матери было плохо, в конце 2013 года забрала мать к себе в ...; при жизни Л.С. видела последний раз в 2014 году, на новый год, летом того года и осенью; мама свидетеля и Л.С. хорошо общались; Л.С. проживала с мужем до его смерти, Наталья Николаевна помогала им, после смерти мужа Л.С. она была постоянно с мамой; проявление болезни в 2011-2012 году были заметными; прогрессировала деменция или XX.XX.XXXX; она внешне изменилась, не вставала, не могла ходить, не реагировала на окружающих; у матери свидетеля такой же диагноз, поставили 5-6 лет назад; от Натальи Николаевны знает о травме 2014 года, что Л.С. сломала правую руку, её возили на операцию, вставляли штифт; написать завещание в 2014 году она не могла; когда был жив Н.В. муж Л.С., было принято решение, что Марине Николаевне были выданы деньги на покупку квартиры, а Наталье Николаевне отписали квартиру, в которой они все вместе жили (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>).

Свидетель <данные изъяты> показала, что являлась знакомой сторон по делу, была знакома с Н.В. и Л.С. по ..., впоследствии купила рядом дачу; Л.С. была радушной хозяйкой, всегда интересовалась делами свидетеля и её семьи; последний раз видела Л.С. на похоронах ее мужа; в последние годы она сильно болела, она стала реже выходить, реже сидела во дворе, обе сестры говорили об ухудшении её состояния; речь шла о психическом заболевании; свидетель видела, что она стала меньше общаться, перестала интересоваться, последние годы совсем не видела; на похоронах пришла выразить соболезнование; Л.С. была достаточно спокойна, спросила о том, когда придет Н.В.; она не верила, что рассталась с ним навсегда; в 2014 году на дачу не приезжала; в 2013 году если выходила, то не общалась, отношения у сестер с родителями были хорошие; между сестрами были дружеские отношения, обе сестры говорили, что состояние ухудшается, это связано с потерей памяти, отца расстраивают эти перспективы; если заходила в гости, она ни о чем не спрашивала, тихо сидела; свидетель здоровалась, когда она не отвечала, свидетель не продолжала, в какие-то моменты могла не заметить (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>).

Свидетель <данные изъяты> пояснила, что является участковым врачом-психиатром, работает в СПб ГБУЗ «Поликлиника 122» в г. ...; осуществляла два выхода в адрес Л.С..; с ее добровольного согласия она была осмотрена и была заведена карта; разговор длительный не получался, потому что она в ответ на все вопросы или уходила от них, или улыбалась; один или два раза видела её в состоянии, что она начинала задумываться; дочь сказала, что это у неё уже было в прошлом году; при сборе анамнеза выяснилось, что её сестра-близнец тоже страдает эпилепсией, причем с взрослого возраста; было выяснено, что когда был жив муж, он осуществлял уход за ней; после его смерти память стала разрушаться с еще большей скоростью; на момент первого прихода Л.С. принимала мемантин; было сказано, что у неё есть еще сестра, которая консультировалась у какого-то доктора, но сведений она не получила; мемантин - это препарат, назначаемый неврологами и психиатрами при болезни XX.XX.XXXX или XX.XX.XXXX; свидетель пришла к выводу, что у неё сосудистая деменция, потому что у неё была инвалидность 2 группы по XX.XX.XXXX, но по какому не знает, вывод о том, что это заболевание XX.XX.XXXX свидетель сделала на основании того, что был поставлен диагноз XX.XX.XXXX; в день прибытия пациентки в ФГБУ «Всероссийский центре экстренной и радиационной медицины им. А.М. Никифорова» МЧС России, а именно 21 апреля 2014 года её осматривал терапевт, диагноз стоит - XX.XX.XXXX; Л.С. была дезориентирована во времени, не знала, какой год, в собственной личности была ориентирована приблизительно, она не очень понимала, что случилось с мужем, периодически во время беседы спрашивала, где муж; Л.С., в связи с физической слабостью не могла сама дойти до туалета, и пользовалась абсорбирующим бельем, а именно – памперсами; она сидела у телевизора, смотрела отсутствующим взглядом передачи, она все это смотрела, никак не комментировала, и раза два за два визита свидетель видела, что у неё были отключения сознания в виде подергивания губы, какая-то улыбка, мимика отсутствующая, судорожное сведение лица, слюнотечение; свидетелем была рекомендована в качестве обследования энцефалография, но в связи со слабостью человека этого не было сделано; в мае 2014 года состояние не улучшилось, она была в том же ключе, но она уже не вставала; первый раз свидетель запомнила её сидячей, и она ее как-то до дверей проводила, а второй раз, она уже совсем не вставала с кровати, не отвечала на вопросы, не могла мыться; социальный работник жил там постоянно; главная задача свидетеля - оценить тяжесть состояния и степень беспомощности или других психиатрических состояний, если пациент представляет собой угрозу для своей жизни или жизни окружающих, то мы будем ставить вопрос о немедленной, экстренной госпитализации; Л.С. отвечала на вопросы свидетеля односложно, и чаще всего она хотела прекратить беседу, ей было непонятно, для чего свидетель пришла, у неё жалоб то особых и не было, их не могло быть, деменция этим и характеризуется, человеку, в общем-то, все равно, она также не помнила даты, не знала ни год, ни месяц; дочку не узнала, сиделку по имени не называла; сонапакс уже не принимала, видимо, спала она уже хорошо; свидетель спрашивала, что беспокоит, она отвечала, что все хорошо; депрессии не было, были расстройства памяти, эмоциональная окраска должна была быть, но у неё этого не было, она не понимала, что она похоронила мужа, считала, что муж вышел куда-то, и в первый раз 15 ноября 2013 года, и второй раз 29 мая 2014 года, уже на тот период не было сомнений в том, что человек страдает сосудистой деменцией в выраженной степени, а именно - не может осуществлять уход за собой и нуждается в уходе; сосудистое слабоумие, как и болезнь XX.XX.XXXX, имеют обыкновение в течение времени нарастать, бывают всплески, в психиатрии это называется мерцающей симптоматикой, деменция - синдромальное расстройство, при котором происходит деградация памяти, мышления, поведения и способности выполнять ежедневные действия; люди не могут выполнять сложные задания, финансовые операции, дальние поездки им недоступны (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>).

Возражая против заявленных требований, ответчик ФИО2 указала, что сведения о нарушениях памяти у матери являются клеветой, в результате подбираемого ей с 2005 года лечения было заметно улучшение памяти и мыслительной деятельности, в последние годы не отмечаюсь спутанности сознания, кратковременная память подводила еще с 90-х годов; прошли приступы немотивированной агрессии, когда мать сердилась на окружающих, в первую очередь, близких, обзывала их; в период с 2008 по 2014 год никто не обращался к матери как к психически неполноценному человеку; она вместе с отцом участвовала в праздниках. Ответчик сослалась на то, что после смерти отца мама стала малоразговорчивой, однако она все осознавала, живо интересовалась делами ответчика; сиделку наняли из-за приступов потери сознания, которые случались на протяжении последних 10-15 лет длительностью около 1 минуты.

При этом ответчик ФИО12 в ходе судебного разбирательства также указала, что ее мама <данные изъяты> была левшой и завещание подписывала левой рукой.

В обоснование изложенной позиции сторона ответчика представила в материалы дела фото- и видеоматериалы и сослалась на показания допрошенных свидетелей <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>, <данные изъяты>.

Так, свидетель <данные изъяты> пояснила, что является соседкой Л.С. по квартире на переулке ...; видела её последний раз в апреле 2014 года, при этом, обратила внимание, что у неё была перевязана рука, она сказала, что ударилась, но её ничего не беспокоит, так как она левша; она была очень ухожена, у нее были накрашены губы и аккуратная стрижка; видела ее только на улице, так как машина свидетеля и ФИО2 стоят рядом; когда видела Л.С. в апреле 2014 года, она была уравновешенным человеком, она приятная спокойная женщина, никогда не жаловалась; у нее не было проблем с памятью, она и свидетеля хорошо помнила, и ее собаку, о которой они с ней общались; в последний раз при встрече они разговаривали о ее больной руке, она сказала, что она левша и для нее нет никаких трудностей (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>).

Свидетель <данные изъяты> показала, что 17 апреля 2014 года в маршрутке сломала ногу и ее на скорой помощи увезли в больницу, куда впоследствии привезли Л.С. с переломом руки; Л.С. была адекватной, с ней было приятно и комфортно; она могла отдавать отчет своим действиям, понимала какой сегодня день, месяц, год; она самостоятельно вставала и передвигалась, кушала левой рукой; к ней приходила ФИО1, вторая дочь часто приезжала; когда выходила на улицу, её поддерживали (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>).

Свидетель <данные изъяты> сообщила суду, что знала Л.С. и её мужа 37 лет; является сестрой мужа ФИО13, часто встречались с Л.С. на празднике «Рождество», праздновали у них дома, у Л.С. была очень хорошая память, и она прекрасно танцевала; с ней всегда было весело; Л.С. была левшой, спустя время Л.С. стала выглядеть немного хуже, но все равно была адекватна, на каждом празднике у нее был свой тост «За любовь!»; в последний раз видела ее в октябре 2013 года на похоронах ее мужа Н.В., когда они туда приехали, свидетель с ней поздоровалась, и та ее узнала; она ходила, садилась, ни с кем не разговаривала; до смерти мужа Л.С. проживала в г. ...; о том, кто ухаживал за Л.С. после смерти ее мужа, свидетель не знает; от ФИО1 слышала, что у нее есть сиделка (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>).

Свидетель <данные изъяты> показал, что является зятем Л.С. - мужем ответчика; ему позвонила ФИО1 и сказала, что у Л.С. сломана рука, далее они ее отвезли в ..., ей наложили гипс, как позднее стало известно его положили неумело, на следующую ночь она его самостоятельно сняла, в связи с чем они поехали к знакомому ортопеду; ортопед осмотрела ее и назначена госпитализация, а до госпитализации Л.С. жила у свидетеля и ответчика дома; потом они купили ей все необходимое и отвезли в больницу; потом они пили чай, беседовали и вспомнили о том, что ее супруг свою долю завещал ФИО1, а свою долю в квартире она решила завещать ФИО2, попросила отвезти ее к нотариусу, далее ею было составлено завещание, потом они отвезли ее в клинику МЧС; она ощущала себя нормально, вела себя адекватно, узнавала его, за несколько дней до смерти она узнала его, еще спросила «как его дела?»; после смерти супруга она стала более замкнутой; ему ничего неизвестно о ее психических заболеваниях; знает, что она была левшой; сломана у нее была правая рука; у нотариуса она нормально себя вела никаких странностей за ней не замечал; она спокойно поднималась по лестнице на 4 этаж; к нотариусу ее возил свидетель с женой; в нотариальную контору она вошла сама; за Л.С. осуществляли уход сиделки, которые были наняты Мариной и Наташей; о завещании от 2009 года свидетель знает, в том завещании речь идет про дачу (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>).

Свидетель <данные изъяты> пояснил, что является внуком Л.С. одно время в 2010-2011 годах очень часто с ней виделся, вместе проводили лето, а в последние годы ее жизни все реже и реже встречались; после смети деда бабушку видел три раза, но с каждым годом она сильно менялась, слабела; она его узнавала всегда, один раз они отдыхали в ..., и она забыла, где они находятся, но через 5 минут все вспомнила; со временем она стала путаться в именах; в 2014 году она была радостной, ориентировалась в пространстве, была адекватна, понимала, с кем общается; после смерти деда за ней ухаживали сиделки, Наташа и родители свидетеля; она самостоятельно могла осуществлять уход за собой; долгое время не говорили ей, что дедушка умер; сообщили об этом перед похоронами, но у неё случилась серьезная реакция, тогда стали говорить, что он в больнице; возможно, у неё было плохое восприятие времени; узнал о завещании от 2009 года в 2016 году; о завещании на ФИО2 узнал в крематории (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>).

Свидетель <данные изъяты> показала, что с Л.С. не была лично знакома, но они лежали вместе в палате в больнице МЧС с травмами; дочерей Л.С. не знает, но несколько раз видела в больнице; у неё было что-то с рукой, возможно перелом, вроде бы с правой рукой; разговаривали немного про травмы и лечение, вместе смотрели телевизор; по общению Л.С. была в нормальном психическом и эмоциональном состоянии, она была адекватна в своем поведении, отдавала отчет своим поступкам, и окружающей её реальности; она вставала, ходила по палате; Л.С. сама себя обслуживала; она нормально общалась с дочерьми, фильмы какие-то обсуждали, старую жизнь обсуждали, воспоминания о папе; она адекватно отвечала на вопросы врачей, которые её осматривали (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>).

Свидетель <данные изъяты> пояснила, что больше 45 лет знакома с ФИО1 и с ФИО2; с Л.С. в молодости часто общались, уже в зрелом возрасте, последние 10 лет редко; видела Л.С. последний раз в 2014 году в больнице, поскольку она сломала руку; свидетель знает точно, что она левша, и они еще смеялись, что у неё не сломала её основная рука; она четко понимала, и четко знала, что будет операция (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>).

В ходе судебного разбирательства третье лицо нотариус ФИО4 подтвердил, что удостоверял оспариваемое завещание, пояснил, что проверил дееспособность Л.С. она была в удовлетворительном состоянии для составления завещания, ориентирована в пространстве и во времени, четко выразила свою волю и подписала завещание в его присутствии; завещание Л.С. подписывала правой рукой, которая была повреждена (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>, том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>)

Свидетель <данные изъяты> пояснила, что с июня 2014 года работает секретарем в нотариальной конторе ФИО4; фактически начала работать с 2012 года; в ее должностные обязанности входят подготовка нотариальных документов и консультации; составляла проект завещания 21.04.2014; женщине, которая приходила, было около 70 лет, и у нее была забинтована рука; она сидела рядом со свидетелем, и они обсуждали условия завещания; свидетель разговаривала с ней как с обычным клиентом; она отвечала адекватно, нормально, никаких нюансов поведения не было; как выглядела Л.С.., свидетель не помнит; личность сверял нотариус; какая рука была забинтована, не помнит (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>).

По ходатайству истца определением суда от 20 июня 2017 года по делу назначена судебная почерковедческая экспертиза (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>).

Согласно заключению эксперта XX.XX.XXXX № 395/2017-ПЧЭ

- подпись от имени Л.С.., расположенная в подлиннике завещания Л.С. от 21.04.2014 на бланке 78 АА 6196942, удостоверенный нотариусом нотариального округа Санкт-Петербурга ФИО4, на лицевой стороне графе «Завещатель» выполнена не самой Л.С..;

- краткая запись «Л.С.» расположенная в подлиннике завещания Л.С. от 21.04.2014 на бланке 78 АА 6196942, удостоверенный нотариусом нотариального округа Санкт-Петербурга ФИО4, на лицевой стороне графе «Завещатель» вероятнее выполнена не самой Л.С. (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>).

Допрошенная в судебном заседании 04.12.2017 эксперт <данные изъяты> полностью подтвердила данное ею заключение, пояснила, что к таким выводам она пришла в связи с проведенным исследованием, вывод связан с непосредственным сравнением исследуемого образца подписи, с образцами, представленными на исследование; совокупность признаков, именно индивидуальных, дал такой результат – отрицательный; материалов, предоставленных судом, было достаточно для данного исследователя (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>).

При рассмотрении дела представитель ответчика, ознакомившись с заключением судебной экспертизы и указав, что экспертиза проведена с нарушением существующих методик и требований статей 10, 16, 25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации»; сделанный экспертом категорический отрицательный вывод о выполнении подписи Л.С. другим лицом необоснован, необъективен и неубедителен, а также представив в подтверждение своей позиции в материалы дела заключение специалиста Санкт-Петербургского экспертно-правового центра «XX.XX.XXXX» <данные изъяты> от 13.11.2017 № 57/17-1, заявил ходатайство о назначении и проведении по делу дополнительной почерковедческой экспертизы (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>).

Допрошенный в ходе судебного разбирательства специалист <данные изъяты> в судебном заседании пояснил, что сделал вероятностный вывод, но он уверен, что рукописный текст и подпись выполнена одним и тем же лицом; частные совпадающие признаки почерка образуют совокупность близкую к индивидуальной, и маловероятно, что кто-то смог бы их воспроизвести; перед производством экспертизы ему было сообщено о том, что в момент подписания завещания Л.С.., она подписывала завещание правой загипсованной рукой, поскольку рука была сломана (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>).

Определением суда от 25.12.2017 по делу назначена дополнительная судебная почерковедческая экспертиза (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>).

Согласно заключению эксперта ООО «XX.XX.XXXX» № 64/01 от 26.02.2018

- рукописная запись «Л.С.» в подлиннике завещания выполнена Л.С..;

- рукописная запись «Л.С.», изображенная в нотариальной копии завещания, выполнена, вероятно, Л.С..;

- установить кем, Л.С.., или другим лицом выполнена подпись от имени Л.С.. в подлиннике завещания и его нотариальной копии, не представляется возможным из-за краткости и простоты строения исследуемой подписи, малого количества сравнительного материала и несопоставимостью предоставленных образцов с исследуемой подписью по времени выполнения (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>).

В процессе рассмотрения дела с целью подтверждения доводов, изложенных в иске о том, что на момент составления оспариваемого завещания Л.С. в силу тяжелого состояния здоровья не могла понимать значения своих действий и руководить ими, истец заявила ходатайство о назначении по делу судебной посмертной психолого-психиатрической экспертизы, на разрешение которой просила поставить следующие вопросы:

1. Страдала ли Л.С. хроническим или временным психическим расстройством (деменцией) на момент составления завещания 21.04.2014?

2. Какими заболеваниями страдала Л.С. и каково было ее физическое состояние на момент составления завещания 21.04.2014?

3. Исходя из имевшихся у Л.С. заболеваний и ее возраста, были ли у нее нарушены мыслительные и интеллектуальные способности на момент составления завещания 21.04.2014?

4. Учитывая состояние здоровья Л.С.., ее возраст, наличие заболеваний и конкретных обстоятельств дела, было ли ее волеизъявление на составление завещания 21.04.2014?

5. Могла ли Л.С. в силу своего возраста и соответственно характеру своих заболеваний отдавать отчет своим действиям и правильно руководить ими при составлении завещания? (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>).

В пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.06.2008 № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» разъяснено, что во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими (статья 177 ГК РФ).

С учетом установленных при рассмотрении дела обстоятельств, руководствуясь указанными разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, определением суда от 07 мая 2018 года по настоящему делу назначена судебная посмертная психолого-психиатрическая экспертиза состояния Л.С. на момент составления ею завещания 21.04.2014 (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>).

В соответствии с заключением комиссии экспертов СПб ГУЗ «XX.XX.XXXX» № 3411.1314.2 Л.С. страдала в момент подписания завещания 21.04.2014 психическим расстройством в форме сосудистой деменции (F 01.1) (ответ на вопрос № 1), на это указывают данные анамнеза, медицинской документации, из которых следует, что подэкспертная с 47 лет периодически получала лечение у невролога по поводу миньероподобного синдрома, острого неврита тройничного нерва, которые сопровождались интенсивными головными болями, головокружениями, эмоциональной лабильностью, астенизацией. В последующем на фоне церебрального атеросклероза, дисциркуляторной энцефалопатии у нее стали отмечаться эпилептиформные приступы по типу абсансов, описывались снижение памяти и интеллекта: при осмотре терапевтом в 2005 году зафиксированы нарастающая забывчивость, констатировано интеллектуально-мнестическое снижение. В дальнейшем прогрессировали когнитивные нарушения, достигшие к ноябрю 2013 года степени слабоумия (деменции): при осмотре психиатром описаны нарушение ориентировки во времени, снижение памяти, интеллекта, вязкость и ригидность мышления, благодушное настроение, отсутствовала критика к своему состоянию. Выявленные выраженные интеллектуально-мнестические нарушения носили стойкий и необратимый характер, что препятствовало сбору анамнеза у испытуемой при поступлении в соматические стационары, на что указывают записи врачей Николаевской больницы и ФГБУ ВЦЭРА им. А.М. Никифорова. В ежедневных обходах врачом ФГБУ ВЦЭРА им. А.М. Никифорова указано на наличие у Л.С. деменции. Анализ материалов гражданского дела, медицинской документации показал, что состояние Л.С. характеризовалось выраженным снижением памяти, интеллекта благодушным настроением, вязкостью и ригидностью мышления, снижением критических способностей, что лишало её способности понимать значение своих действий и руководить ими в момент подписания завещания 21.04.2014 (ответ на вопросы №№ 2. 3). Показания свидетелей об отсутствии выраженных психических нарушений противоречат объективной медицинской документации, закономерностям протекания психических нарушений (том <данные изъяты> листы дела <данные изъяты>).

Оспаривая вывода судебной посмертной психолого-психиатрической экспертизы, сторона ответчика указала на то, что в заключении указано: «Заключение комиссии экспертов от 19 июня 2018 года (с 14 до 16 часов) № 3411.1314.2», что означает, что экспертиза проводилась 19 июня 2018 года с 14:00 до 16:00, что явно недостаточно для проведения посмертной комиссионной комплексной психолого-психиатрической экспертизы; непонятно, когда эксперты успели ознакомиться с двумя томами материалов гражданского дела, проанализировать медицинские документы, и иные доказательства, просмотреть все видеоматериалы. Кроме того, ответчика интересовал вопрос, является ли эксперт <данные изъяты> штатным медицинским психологом ГКУ здравоохранения «Городская психиатрическая больница № 6», если нет, то почему к заключению не приложены документы, подтверждающие его профессиональную квалификацию и право на производство экспертиз.

Кроме того, ознакомившись с заключением судебной посмертной психолого-психиатрической экспертизы, сторона ответчика представила в материалы дела заключение специалиста <данные изъяты>., и указала, что при её проведении допущены существенные процессуальные, методические нарушения, в связи с чем просила назначить по делу повторную посмертную судебную комиссионную комплексную психолого-психиатрическую экспертизу с обязательным включением в состав комиссии врача невролога.

Вместе с тем, в судебном заседании 07 мая 2018 года эксперт <данные изъяты> полностью подтвердив свое заключение, пояснила, что на экспертизе на титульном листе указано время заседания комиссии, когда комиссия обсуждала результаты проведенных исследований и дала свое заключение; комиссией экспертов были полностью исследованы все предоставленные судом материалы, и дано соответствующее заключение по результатам исследования. Также, эксперт указала, что, поскольку экспертиза является посмертной, то больший акцент при проведении исследования уделяется медицинским документам, так как эксперты лишены возможности провести какие-либо иные исследования.

Эксперт <данные изъяты> пояснила, что работает в XX.XX.XXXX стационарным диспансером амбулаторное отделение судебной психиатрической экспертизы № 1; подтвердила данное ей заключение, указала, что сделала вывод на основании представленных судом документов.

В пункте 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2008 года № 13 «О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции» указано, что при возникновении сомнений в достоверности исследуемых доказательств их следует разрешать путем сопоставления с другими установленными судом доказательствами, проверки правильности содержания и оформления документа, назначения в необходимых случаях экспертизы и т.д.

В соответствии с частью 1 статьи 79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

Статьей 87 ГПК РФ предусмотрено, что в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.

Пунктом 1 Приказа Минюста России от 27.12.2012 № 237 утвержден Перечень родов (видов) судебных экспертиз, выполняемых в федеральных бюджетных судебно-экспертных учреждениях Минюста России, согласно приложению № 1.

В указанном Перечне наряду с другими видами экспертиз значится посмертная психолого-психиатрическая экспертиза, целью которой является исследование психического состояния человека.

Поскольку целью исследования назначенной в рамках настоящего гражданского дела посмертной психолого-психиатрической экспертизы являлось исследование психического состояния Л.С. на момент подписания оспариваемого завещания, оснований для назначения по делу повторной посмертной психолого-психиатрической экспертизы не имеется. Проводившие экспертизу эксперты имеют высшее образование по специальности судебно-психиатрической экспертизы. Выводы судебной посмертной психолого-психиатрической экспертизы, проведенной в ходе рассмотрения настоящего дела, не содержат противоречий. В экспертизе полно отражены результаты исследований с указанием примененных методов; дана оценка результатов исследований, обоснование и формулировка выводов по поставленным вопросам; проведенные исследования подтверждают выводы экспертизы.

Заключение судебной экспертизы СПб ГКУЗ «XX.XX.XXXX» является ясным, полным, объективным, определенным, не имеющим противоречий, содержащим подробное описание проведенного исследования. Выводы экспертов, изложенные в заключении судебной экспертизы, сомнений в их правильности у суда не вызывают. Заключение судебной экспертизы отвечает принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности доказательства, в связи с чем суд не усматривает оснований для назначения по делу повторной посмотренной судебной психолого-психиатрической экспертизы.

Достоверных, допустимых, достаточных и убедительных доказательств, опровергающих выводы, изложенные в заключении судебной экспертизы, в материалы дела не представлено и судом в ходе судебного разбирательства не добыто.

Согласно части 1 статьи 55 ГПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Оценивая доводы сторон по делу в совокупности с выводами судебных экспертиз, представленными в материалы дела письменными и иными доказательствами, а также показаниями свидетелей и сторон, суд приходит к выводу о том, что в ходе судебного разбирательства установлен факт наличия у ФИО3 на момент подписания завещания от 21.04.2014 заболевания – деменции.

Суд полагает, что в данном случае доказательств, позволяющих вынести суждение о том, что в момент составления и подписания завещания Л.С. в силу состояния здоровья была способна понимать значение своих действий или руководить ими, ответчиком в материалы дела не представлено.

Таким образом, суд исходит из того, что материалы дела содержат доказательства, бесспорно свидетельствующие о наличии оснований для признания недействительным завещания по основаниям, предусмотренным положениям статьей 177 ГК РФ.

На основании изложенного, учитывая установленные в ходе судебного разбирательства обстоятельства того, что в момент совершения сделки Л.С. находились в таком состоянии, когда она не была способна понимать значение своих действий или руководить ими; суд полагает требование истца ФИО1 о признания завещания от 21.04.2014 недействительным подлежащими удовлетворению.

С учетом изложенного, руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Удовлетворить исковое заявление ФИО1 к ФИО2 о признании завещания недействительным.

Признать недействительным завещание Л.С., составленное 21.04.2014, удостоверенное нотариусом ФИО4.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд путем подачи апелляционной жалобы через Василеостровский районный суд города Санкт-Петербурга в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Судья