Решение № 2-21/2021 2-21/2021(2-821/2020;)~М-845/2020 2-821/2020 М-845/2020 от 8 июля 2021 г. по делу № 2-21/2021

Дело УИД №42RS0018-01-2020-001790-64

Производство №2-21/2021 (2-821/2020)


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г.Новокузнецк 09 июля 2021 года

Орджоникидзевский районный суд города Новокузнецка Кемеровской области в составе председательствующего судьи Полюцкой М.О.,

при секретаре Остапко Е.И.,

с участием помощника прокурора Орджоникидзевского района г. Новокузнецка Карманова М.А.,

истца ФИО2,

представителя истца – ФИО5,

представителя ответчика ООО «АТП «Южкузбассуголь» - ФИО6,

представителя третьего лица ГУКРОФСС – ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Новокузнецке гражданское дело по иску ФИО2 к Обществу с ограниченной ответственностью «Автотранспортное предприятие «Южкузбассуголь» об оспаривании акта о несчастном случае на производстве, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО2 обратился в суд с иском к ООО «Автотранспортное предприятие «Южкузбассуголь» об спаривании акта о несчастном случае на производстве, компенсации морального вреда.

Свои требования мотивирует тем, что он работает в качестве водителя грузового автомобиля, занятого в технологическом процессе на вывозке угля, породы с 22.04.2011 г. по настоящее время. 27.04.2020 г. в 15 час. 30 мин. с ним произошел несчастный случай на производстве, о чем составлен акт о несчастном случае на производстве № 1 от 12.05.2020 г. Согласно п. 8 акта о несчастном случае на производстве, 27.04.2020 г. в первую смену ФИО2 согласно путевому листу работал по заявке АО «Разрез Распадский» на автомобиле Scania Р6Х400, г/н №..., на перевозке угля с угольного склада «Глуховский» на ОФ «Распадская». Во время четвертого рейса в 15 час. 30 мин. при движении на спуске ФИО2 не справился с управлением автомобиля, выехал на правую обочину дороги и допустил опрокидывание автомобиля на правый бок. После чего ФИО2 спрыгнул из кабины автомобиля на дорогу и во время осмотра повреждений автомобиля запнулся о камни, лежащие на дороге, упал, при этом получил травмы левой руки и головы. В п. 10 акта №... от .. .. ....г. о несчастном случае на производстве указана вина потерпевшего в несчастном случае в форме грубой неосторожности, вина пострадавшего определена 10 %. Считает данный акт незаконным в части установления вины потерпевшего в форме «грубой неосторожности», а также степени вреда здоровью, указанной как «легкая». Полагает, что избежать данного несчастного случая не было возможности. Причины опрокидывания автомобиля в рамках расследования несчастного случая не исследовались, сведения о полной исправности автомобиля, надлежащем и безопасном дорожном покрытии не имеются. Вывод о наличии грубой неосторожности в действиях истца является необоснованным, неподтвержденным материалами расследования несчастного случая на производстве. Суждение ответчика о нарушении истцом ПДД является голословным, не обоснованным и не доказанным. При работе не были созданы безопасные условия производственной деятельности. Истцу причинен моральный вред, который выражается в физических и нравственных страданиях, связанных с получением повреждения здоровью, в результате которого он потерял частичную трудоспособность. .......

Просит обязать ответчика изменить содержание Акта № 1 от 12.05.2020 года и исключить из пункта 10 акта, что «В действиях ФИО2 установлена грубая неосторожность, которая содействовала возникновению (увеличению) вреда, причиненного его здоровью. Вина пострадавшего 10 % (десять процентов)»; признать отсутствие в действиях пострадавшего грубой неосторожности в произошедшем несчастном случае на производстве; указать степень тяжести вреда здоровью как «средней тяжести»; взыскать с ответчика в качестве компенсации морального вреда, причиненного производственной травмой в его пользу 1000000 руб.

В процессе рассмотрения данного гражданского дела истцом были уточнены исковые требования. С учетом проведенной по делу экспертизы он не настаивает на указании степени тяжести вреда здоровью как «средней тяжести».

Истец ФИО2 в судебном заседании уточненные требования поддержал по изложенным в заявлении доводам, просил их удовлетворить в полном объеме. Пояснил, что 27.04.2020 г. он работал на шахте «Распадская» водителем, перевозил уголь, в момент движения на автомобиле Scania Р6Х400 по технологической дороге, перестал работать горный тормоз, отказали тормаза и не работало сцепление. Он не смог переключиться на пониженную скорость при спуске с горы, не отрицал, что скорость движения на грузовом автомобиле превышала допустимую, была около 50 км./ч. Для того чтобы обезопасить себя и не допустить других повреждений и разрушений, он принял решение опрокинуть свой автомобиль на бок, для того чтобы остановить транспортное средство. В результате его действий он съехал с дороги и «положил» грузовик на бок, автомобиль затормозил, врезавшись в насыпь. Считает, что им были предприняты все необходимые меры. Автомобиль перевернуло на правый бок. Находясь в автомобиле, он не получал никаких травм. Спрыгнув с кабины, он решил осмотреть автомобиль, стал обходить его вокруг, что предусмотрено должностной инструкцией, для того чтобы исключить возгорание автомобиля и оценить размер ущерба. Стал обходить автомобиль по обочине, запнулся о камень и упал в овраг, получил травмы головы и руки. Все произошло быстро, поэтому конкретно указать как он упал не может. Придя в себя, он сообщил диспетчеру о случившемся, его подобрал рабочий автомобиль, который также занимался перевозкой угля и довезли до травмпункта. По пути в травмпункт, он обнаружил у себя на голове кровь. Также его тошнило, он плохо себя чувствовал. Его доставили в травмпункт, осмотрели, оказали первую медицинскую помощь. Потом отвезли в больницу, наложили швы на голову и гипс на руку. Находился на лечении в стационаре несколько дней. После больничного он вернулся на работу, ему предложили работу с более легкими условиями труда, на что он согласился. Ему известно, что проводилось расследование по данному факту, с него брали объяснения. Изначально, он не оспаривал сам факт опрокидывания автомобиля, заключение относительно тех. состояния автомобиля и выводы комиссии также не оспаривал. К дисциплинарной ответственности он не привлекался, сумму ущерба, от повреждений ТС, с него не удерживалась, никаких требований работодатель к нему не предъявлял. Уже позднее ему была установлена утрата трудоспособности 30%. Заключать мировое соглашение с ответчиком он не намерен, поскольку не согласен с суммой компенсации морального вреда в размере 280000 рублей. Также не согласен с тем, что установлена в его действиях грубая неосторожность. Считает, что ответчик обязан компенсировать моральный вред, причиненный производственной травмой, в порядке Гражданского законодательства, считает сумму, указанную в мировом соглашении недостаточной, просит взыскать 1000000 рублей, считает, что данная сумма соразмерна последствиям причинения ему вреда. Он до настоящего времени испытывает боль в руке, у него немеют пальцы на руке, постоянные головные боли. Он вынужден принимать лекарственные препараты, обезболивающие. Ему назначен курс реабилитации, он направлен в санаторий на лечение от ГУ КРОФСС, ему назначены единовременные и ежемесячные выплаты Фондом. Считает, что в данном происшествии имеется вина работодателя, поскольку автомобиль находился в неисправном состоянии, перед выходом на линию автомобиль был должен пройти тех. осмотр, однако ему подписал путевой лист какой парень, фамилию которого он не знает. Напарники ему ранее жаловались, что на данном автомобиле пропадает сцепление и тормоз, но об этом он говорил руководству. Когда произошла авария, опрокидывание автомобиля, он уже несколько раз на данном автомобиле проезжал по одному и тому же маршруту, т.е. сделал несколько перевозок, после чего отказали тормоза и сцепление. Несмотря на это считает, что работодатель должен нести ответственность за причинение ему вреда, кроме того, указывает, что ответчик не обеспечил ему безопасное место работы, а именно дорога по которой осуществлялись перевозки находилась в ненадлежащем состоянии, на дороге, на обочине лежали камни, куски породы, о которые он запнулся. В момент несчастного случая он находился в СИЗ, на нем была одета спец одежда и спец. обувь - ботинки с усиленным носком. Настаивал на удовлетворении исковых требований в полном объеме.

Представитель истца ФИО8, действующий на основании доверенности от .. .. ....г., в судебном заседании поддержал уточненные исковые требования. Полагает, что грубая неосторожность в действиях истца не доказана, нарушений с его стороны не было, ФИО2 действовал в соответствии с должностной инструкцией, был одет в СИЗ, приступил к осмотру автомобиля, запнулся и упал. Считает, что в действиях работодателя имеется вина, а в действиях пострадавшего ФИО2 вина отсутствует, кроме того в виде грубой неосторожности. Усматривает в действиях ФИО2, возможно, неосмотрительность, но не более. К административной ответственности за нарушение правил дорожного движения истец не привлекался, в связи с чем комиссия не может признавать его виновным в дорожно-транспортном происшествии, что является прерогативой ОГИБДД. В данном случае причины аварии и получение травмы ФИО2 не связаны между собой.

Представитель ответчика ООО «Автотранспортное предприятие «Южкузбассуголь» - ФИО9 действующая на основании доверенности от 23.08.2018 года, в судебном заседании признала исковые требования частично. Пояснила, что требования истца об изменении степени вреда, причиненного его здоровью, не обоснованы и опровергаются проведенной по делу экспертизой. Считает, грубую неосторожность и 10 % вины истца установленной, поскольку истец допустил нарушения ПДД РФ, опрокинул автомобиль, нарушил тем самым п. 2.9 Рабочей инструкции водителя грузового автомобиля, занятого в технологическом процессе на вывозке угля, породы, вышел из автомобиля на дорогу, не предусмотренную для движения пешеходов, чем нарушил Инструкцию № 2 по охране труда для водителя грузового автомобиля автоколонн 1.2.3.6. При этом, требование о компенсации морального вреда ответчик признает. С учетом ФОС угольной промышленности полагает компенсацию морального вреда в размере 283375,65 руб. достаточной и соразмерной причиненному истцу вреда здоровью, в результате производственной травмой. Пояснила, что в ходе рассмотрения данного дела судом, от ФИО2 поступило заявление о компенсации морального вреда в соответствии с ФОС. Действительно, отраслевым соглашением предусмотрена выплата компенсации морального вреда в соответствии с предусмотренной Правилами формулой, о чем предоставила расчет. До настоящего времени денежная компенсация не выплачена, поскольку спор находится в суде, они ждут разрешение данного спора по существу. Дала пояснения аналогичные доводам письменного отзыва.

Представитель третьего лица Государственного учреждения - Кузбасское региональное отделение фонда социального страхования РФ филиал №... ул.....г..... ФИО7, действующая на основании доверенности, возражала против удовлетворения требований о внесении изменений в акт о несчастном случае, считает, что расследование проведено комиссией, члены которой имеют необходимую квалификацию, вопрос согласовывался с членами первичной профсоюзной организации, никаких возражений не поступало относительно вины пострадавшего и грубой неосторожности. В акте указана степень вреда как легкая, имеется своя градация, свои критерии по тяжести вреда при составлении актов о несчастном случае на производстве, отсутствует такое понятие как «средней тяжести», есть «легкий», «тяжелый». Считает, что в данном случае истец путает понятия. Кроме того указала, что отсутствуют дополнительные основания для возложения на ответчика вины, поскольку работодатель предоставил работнику рабочее место – исправный по тех состоянию автомобиль, технологическая дорога не является собственностью ответчика. Напротив, истец причинил материальный вред работодателю, путем совершения опрокидывания автомобиля, транспортное средство восстановлению не подлежит. ФИО2 допустил нарушение пунктов правил дорожного движения, что явилось причиной опрокидывания автомобиля. В результате чего ФИО2 на технологической дороге покинул кабину и оказался на дороге, после чего запнулся и упал, получив травмы. Считает, что в действиях ФИО2 усматривается грубая неосторожность. Кроме того, Фондом социального страхования произведен расчет выплат как единовременной, так и ежемесячной, ему назначен курс реабилитации, санкур. лечение. В случае внесения изменений в акт, встанет вопрос о перерасчете и взыскании с ФИО2 денежных средств. Однако, поскольку вред здоровью все же имеет место быть, ответчик обязан выплатить ему компенсацию морального вреда, поскольку травму он получил на производстве, в части размера компенсации морального вреда полагает на усмотрение суда, с учетом разумности и справедливости.

Выслушав объяснения сторон, заключение помощника прокурора Карманова М.А., полагавшего необходимым удовлетворить исковые требования ФИО2 частично, снизив размер компенсации морального вреда с учетом степени разумности и соразмерности, в части внесения в акт о несчастном случае изменений, полагал необходимым отказать, поскольку отсутствую законные основания для исключения вины из действий самого пострадавшего, исследовав письменные доказательства по делу, суд считает исковые требования подлежащими частичному удовлетворению.

Согласно ст. 21 ТК РФ работник имеет право на защиту своих трудовых прав, свобод и законных интересов всеми не запрещенными законом способами; возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

Работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (ст. 22 ТК РФ).

Согласно ч. 1 ст. 212 ТК РФ обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагается на работодателя.

В соответствии со ст. 1084 ГК РФ вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств, а также при исполнении обязанностей военной службы, службы в полиции и других соответствующих обязанностей возмещается по правилам, предусмотренным настоящей главой, если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности.

В силу положений ст. ст. 227 - 231 ТК РФ, связь повреждения здоровья работника с исполнением трудовых обязанностей подтверждается оформленными в установленном порядке актом о несчастном случае на производстве или актом о случае профессионального заболевания.

Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определенных соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В силу ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с п. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В силу п. п. 2, 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 г. года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага жизнь, здоровье. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Согласно разъяснениям, изложенным в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ N 10 от 20.12.1994 г. "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", суду следует устанавливать, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Судом установлено, что ФИО2 22.04.2011 г. был принят в ООО «Автотранспортное предприятие «Южкузбассуголь» в автоколонну № 1 водителем автомобиля, занятого в технологическом процессе на вывозке угля, породы. Продолжает работать на предприятии по настоящее время, что подтверждается дополнительным соглашением к трудовому договору от .. .. ....г. №..., трудовой книжкой (л.д. 12-24, 44-50).

В соответствии с актом № 1 о несчастном случае на производстве от 12.05.2020 г. (л.д. 58-61) 27.04.2020 г. в первую смену ФИО2 согласно путевому листу работал по заявке АО «Разрез Распадский» на автомобиле Scania Р6Х400, г/н №..., на перевозке угля с угольного склада «Глуховский» на ОФ «Распадская». Во время четвертого рейса в 15 час. 30 мин. при движении на спуске ФИО2 не справился с управлением автомобиля, выехал на правую обочину дороги и допустил опрокидывание автомобиля на правый бок. После чего ФИО2 спрыгнул из кабины автомобиля на дорогу и во время осмотра повреждений автомобиля запнулся о камни, лежащие на дороге, упал, при этом получил травмы левой руки и головы. Согласно схемы определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, повреждения в ....... относятся к категории «легкая».

27.04.2020 г. приказом № 80 была создана комиссия по расследованию несчастного случая на производстве (л.д.67).

Указанные в Акте № 1 о несчастном случае на производстве от 12.05.2020 г. события подтверждаются Протоколом от 12.05.2020 г. № 1 об определении вины пострадавшего от несчастного случая на производстве (л.д. 72).

В п. 10 Акта № 1 от 12.05.2020 г. установлено, что ФИО2 нарушил п. 10.1 Правил дорожного движения, что привело к выезду автомобиля в кювет и его опрокидыванию, чем нарушен п. 1.22.2.2 Инструкции № 2 по охране труда для водителя грузового автомобиля автоколонн 1.2.3.6. Ослабил внимание к окружающей обстановке при движении пешком по участку дороги рядом с находящимся в кювете автомобилем, чем нарушены пункты 3.13 Инструкции № 2 по охране труда для водителя грузового автомобиля автоколонн 1.2.3.6. и п. 2.9 Рабочей инструкции водителя грузового автомобиля, занятого в технологическом процессе на вывозке угля, породы (л.д. 60).

В действиях ФИО2 установлена грубая неосторожность, которая содействовала возникновению (увеличению) вреда, причиненного его здоровью. Вина пострадавшего 10 %, что также подтверждается заключением № 1 профсоюзного комитета о степени вины застрахованного от 12.05.2020 г. (л.д. 66).

Степени вины работодателя не установлено.

Как следует из акта № 1 от 12.05.2020 г. служебного расследования аварийного схода с линии ТС, произошедшего 27.04.2020 г. с водителем автомобиля, занятым на технологическом процессе на вывозке угля, породы ФИО2, в виду необходимости выявления причин, характера и обстоятельств съезда в кювет автомобиля Scania Р4000СВ6Х4ЕНZ, г/н №... при изучении ремонтных листов комиссией установлено, что ТО (М), ТО(S) проведены вовремя, неисправность узлов тормозной системы, трансмиссии и привода сцепления не выявлена (л.д. 55).

Согласно акту технического состояния узлов и агрегатов тормозной системы, трансмиссии и пневмосистемы автомобиля Scania, на момент возникновения ДТП по причине съезда в кювет и опрокидывания тормозная система автомобиля находилась в исправном техническом состоянии (л.д. 56).

Таким образом, исследовав предоставленные суду доказательства, установлено, что автомобиль, которым управлял ФИО2, находился в технически исправном состоянии, доказательств обратного суду не представлено, в связи с чем суд считает доводы истца в данной части необоснованными.

Пунктом 10.1. ПДД РФ установлено, что водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Согласно п. 1.22.2.2 Инструкции № 2 по охране труда для водителя грузового автомобиля автоколонн 1.2.3.6 водитель транспортного средства категории «С», «СЕ» должен соблюдать Правила дорожного движения (л.д. 109).

В п. 3.13 Инструкции № 2 по охране труда для водителя грузового автомобиля автоколонн 1.2.3.6. указано, что водитель обязан в течении всей смены следить за безопасным состоянием рабочего места, исправностью обслуживаемого автомобиля, быть внимательным при выполнении работы, соблюдать личную безопасность, не допускать действий, которые могут привести к несчастному случаю, аварии или инциденту (л.д. 115).

Согласно п. 2.9 Рабочей инструкции водителя грузового автомобиля, занятого в технологическом процессе на вывозке угля, породы, утвержденной директором ООО «АТП «Южкузбассуголь» 01.02.2020 г. водитель автомобиля должен соблюдать правила дорожного движения, инструкции и приказы по Обществу по безопасности дорожного движения (л.д. 155).

С указанными правилами ФИО2 ознакомлен, о чем в листах ознакомлений имеется его подпись (л.д. 118, 160).

Таким образом, в нарушении указанных актов, ФИО2 допустил опрокидывание автомобиля, после чего выпрыгнув из кабины, оказался на технологической дороге, в нарушении вышеуказанных пунктов Инструкций. ФИО2 должен был осознавать и предвидеть опасность нахождения на технологической дороге. После чего, в отсутствии должной осмотрительности, стал осматривать автомобиль, обходя по обочине и заходя далеко от проезжей части около кювета, что не оспаривал сам пострадавший, в ходе исследования фото материала.

Все происходило в дневное время, при естественном освещении, истец сам решил обойти автомобиль по бездорожью, после чего споткнулся о камень и упал с высоты собственного роста.

Доводы истца относительно того, что он выполнял требования должностной инструкции и был обязан осмотреть свой автомобиль при его опрокидывании, противоречат материалам дела и пояснениям представителя ответчика.

Как установлено судом, травмы истец в автомобиле – источнике повышенной опасности, при его опрокидывании не получал, указанные в материалах дела повреждения он получил при падении, уже после остановки транспортного средства, что также не оспаривается самим истцом.

При рассмотрении данного спора, суд также учитывает, что при проведении расследования данного несчастного случая, истцом не оспаривались заключение по тех.состоянию ТС, выводы комиссии, не оспаривался акт.

Частью первой статьи 227 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что расследованию и учету в соответствии с главой 36 названного Кодекса подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

Согласно части третьей указанной статьи расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат, в частности, события, в результате которых пострадавшими были получены телесные повреждения (травмы), повлекшие за собой временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли в течение рабочего времени на территории работодателя.

В п. 7 и п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 N 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" даны разъяснения, согласно которым в силу положений ст. 3 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" и ст. 227 ТК РФ несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении обязанностей по трудовому договору или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем или совершаемых в его интересах как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем (или на личном транспортном средстве в случае его использования в производственных (служебных) целях по распоряжению работодателя (его представителя) либо по соглашению сторон трудового договора), и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть. При этом, надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда.

В п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 ГК РФ).

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

По смыслу приведенных нормативных положений, понятие грубой неосторожности применимо лишь в случае возможности правильной оценки ситуации, которой потерпевший пренебрег, допустив действия либо бездействие, приведшие к неблагоприятным последствиям. Грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим большой вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчета, что они не наступят.

Акт №1 от 12.05.2020г. составлен в соответствии с действующим законодательством и локальными актами ответчика, по форме, утвержденной Постановлением Минтруда России от 24.10.2002 N 73 (ред. от 14.11.2016) "Об утверждении форм документов, необходимых для расследования и учета несчастных случаев на производстве, и положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях" (Зарегистрировано в Минюсте России 05.12.2002 N 3999), расследование проведено специально созданной на основании приказа комиссией по расследованию несчастного случая на производстве.

По результатам расследования несчастного случая, который был квалифицирован как производственный, оформляют акт (Постановление Минтруда России от 24.10.2002 N 73). Выбор формы зависит от степени тяжести несчастного случая и профессиональной принадлежности пострадавших работников.

Оформление акта о несчастном случае на производстве регулируется отдельными положениями ст. 230 ТК РФ и разд. IV Положения о расследовании несчастных случаев.

Содержание акта о несчастном случае на производстве должно соответствовать выводам комиссии, проводившей расследование несчастного случая. По несчастным случаям на производстве, указанным выше, такой акт оформляется на основании и в соответствии с заключением (актом о расследовании несчастного случая), составленным государственным инспектором труда. Данные выводы следуют из абз. 1 п. 27, п. 31 Положения о расследовании несчастных случаев.

Акт о несчастном случае на производстве, в частности, должен содержать (ч. 4 ст. 230 ТК РФ, п. 27 Положения о расследовании несчастных случаев):

- подробное описание обстоятельств и причин несчастного случая;

- информацию о лицах, допустивших нарушения требований охраны труда;

- степень вины застрахованного в процентах (в случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению или увеличению размера вреда, причиненного его здоровью).

Акт о несчастном случае на производстве подписывают все лица, которые проводили расследование (ч. 5 ст. 230 ТК РФ, абз. 4 п. 26 Положения о расследовании несчастных случаев).

Комиссией в ходе расследования учтены все обстоятельства по делу, выводы соответствуют событиям и подтверждаются письменными материалами дела.

В ходе расследования в установленном законом порядке от истца отбирались объяснения, он был ознакомлен в установленном законом порядке со всеми материалами расследования.

В соответствии с п.27 Положения об особенностях расследования несчастного случая на производстве, утвержденного Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 24 октября 2002 г. N 73, Содержание акта формы Н-1 (Н-1ПС) должно соответствовать выводам комиссии или государственного инспектора труда, проводивших расследование несчастного случая на производстве. В акте подробно излагаются обстоятельства и причины несчастного случая на производстве, а также указываются лица, допустившие нарушения установленных нормативных требований, со ссылками на нарушенные ими правовые нормы законодательных и иных нормативных правовых актов.

В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению или увеличению размера вреда, причиненного его здоровью, в пункте 10 акта формы Н-1 (пункте 9 акта формы Н-1ПС) указывается степень его вины в процентах, определенная лицами, проводившими расследование страхового случая, с учетом заключения профсоюзного или иного уполномоченного застрахованным представительного органа данной организации.

Так, при формировании выводов комиссией было направлено решение о возложении на истца вины – 10% в произошедшем несчастном случае в виде грубой неосторожности в первичную профсоюзную организацию ответчика ООО «АТП «Южкузбассуголь» для предоставления мнения, либо возражений. Однако Первичная профсоюзная организация, никаких возражений не представила, согласилась с выводами комиссии по расследованию несчастного случая на производстве, что в действиях водителя ФИО2 усматривается грубая неосторожность, и согласились с процентом вины (10%) (л.д. 66).

С данными выводами соглашается суд, при исследовании всех предоставленных доказательств.

В силу ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Истец ФИО2 не предоставил суду допустимые и относимые доказательства отсутствия своей вины в данном несчастном случае на производстве, произошедшем с ним 12.05.2020г.

При установленных судом обстоятельствах, суд не находит оснований для удовлетворения требований истца о внесении в акт №1 от 12.05.2020г. каких-либо изменений.

Доводы представителя истца ФИО5 о том, что в действиях истца имелась неосмотрительность, не могут служить основанием для удовлетворения исковых требований в части изменения акта №1.

Таким образом, судом установлено, что в результате грубой неосторожности, которая выразилась в нарушении пунктов Правил дорожного движения, превысив скорость на технологической дороге, двигаясь на груженном автомобиле на спуске, не предпринял меры для снижения скорости ТС, допустил опрокидывание ТС.

В результате чего, также, в нарушении Инструкции и техники безопасности, предвидя неблагоприятные последствия для себя, будучи в состоянии оценить обстановку, истец спрыгнул с кабины грузового автомобиля и начал обходить территорию возле транспортного средства.

при разрешении данного спора суд учитывает, что ФИО2 имеет опыт работы в данной должности, неоднократно управлял данным транспортным средством, проходил ежегодный инструктаж, и стажировался (л.д. 86-86-97 т.1).

Согласно представленным фото материалам (л.д. 84-85 т.1), в месте падения ФИО2, имеется насыпь, кучи камней, породы, неровности. ФИО2 самостоятельно принял решение пройти по указанной местности, запнулся и упал с высоты собственного роста, в результате чего получил травмы.

Таким образом, истец, при изложенных обстоятельствах, мог правильно оценить обстановку и сложившуюся ситуацию, однако пренебрег, допустив действия в виде прохода по нерасчищенной территории для изучения обстановки, приведшие к неблагоприятным для него последствиям, в виде падения. Истец видел состояние местности в светлое время суток, по которой решил сделать обход, и мог предвидеть большую вероятность наступления вредоносных последствий своего поведения, рассчитывая, что они не наступят.

Доводы истца о том, что работодатель обязан предоставить ему расчищенную, безопасную дорогу, в том числе и обочину, являются необоснованными, поскольку ответчик не является собственником технологической дороги, кроме того, падение истца произошло за несколько метров от обочины дороги, далеко от проезжей части.

При данных обстоятельствах, суд не находит оснований для дополнительного возложения вины в процентном соотношении в причинении вреда здоровью работника ФИО2 на ответчика ООО «АТП «Южкузбассуголь», поскольку в соответствии с действующим законодательством, работодатель обеспечил работника исправным транспортным средством (место работы), предоставил необходимую спец. одежду (СИЗ), выполнил все условия предусмотренные ст. 212 Трудового кодекса РФ.

Доводы истца и его представителя о внесении изменений в акт в части изменения тяжести несчастного случая, указав «Средней тяжести», основаны на неверном толковании норм права.

В ходе расследования несчастного случая на производстве, комиссия указывает в акте тяжесть повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья, которая установлена в соответствии с действующим законодательством и является Приложением к приказу Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 февраля 2005 г. N 160.

Указанная степень определяется на основании медицинского заключения о характере полученных повреждений (л.д. 62), в данном случае определена как «Легкая» ГБУЗ КО «Междуреченская городская больница» 15.05.2020г.

Оснований для указания средней тяжести повреждения в акте №1, у комиссии не было. Кроме того, в утвержденной схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, отсутствует такой вид тяжести как «Средняя».

На основании изложенного, суд отказывает в удовлетворении исковых требований ФИО2 о внесении изменений в акт №1 от 12.05.2020г., а именно в исключении сведений из п.10 акта о наличии в действиях ФИО2 грубой неосторожности и вины пострадавшего 10%, а также в признании отсутствия грубой неосторожности в действиях ФИО2 и указании средней тяжести повреждения здоровья.

Однако, несмотря на указанные обстоятельства, суд признает за истцом право требования компенсации морального вреда в связи с повреждением его здоровья на производстве, поскольку в момент получения травмы истец находился на работе, при исполнении своих трудовых обязанностей в рабочее время.

Согласно выписному эпикризу ГАУЗ КО НГКБ №... ул.....г..... травматолого-ортопедическое отделение №... ФИО2 находился на лечении с .......

Данные обстоятельства подтверждаются справкой осмотра травматолога ГБУЗ КО МГБ Травматологическое отделение поликлиники ул.....г..... (л.д. 26).

По заключению учреждения МСЭ, справка №... от .. .. ....г., ФИО1 впервые установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности сроком на 1 год, составлена программа реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания сроком на 1 год (л.д. 168-173).

По ходатайству представителя истца ФИО5 определением Орджоникидзевского районного суда г. Новокузнецка от 17.09.2020 г. по делу была назначена судебно-медицинская экспертиза.

Согласно заключению комиссии экспертов №... от 09.04.2021 г. ФИО2 27.04.2020 г. .......

.......

.......

......., квалифицируется как легкий по признаку кратковременного расстройства здоровья не свыше 3-х недель (т. 1 л.д. 220-225).

Согласно приказу №...-В от .. .. ....г. о назначении единовременной страховой выплаты в связи с несчастным случаем на производстве (т. 2 л.д. 38), ФИО1 назначена единовременная страховая выплата ГУ КРОФСС РФ Филиал №... в размере 40375,79 руб. Приказом №...-В от .. .. ....г. назначены ежемесячные страховые выплаты в размере 16501,78 руб., с .. .. ....г. до .. .. ....г. (т. 1 л.д. 238).

Обязательства ответчика ООО «Автотранспортное предприятие «Южкузбассуголь» по компенсации морального вреда, причиненного истцу вытекает из действующего законодательства и ФОС от 2019г.-2021 г. Ответчик ООО «Автотранспортное предприятие «Южкузбассуголь» признает исковые требования частично в сумме 283375,65 рублей, согласно представленного расчета суммы морального вреда ФИО2

Судом установлено, что ФИО2 причинен моральный вред, выразившийся в нравственных и физических страданиях, которые истец переносит в связи с причинением ему вреда здоровью на предприятии. .......

Согласно ст. 5 ТК РФ трудовые отношения и иные непосредственно связанные с ними отношения регулируются в том числе коллективными договорами и соглашениями, содержащими нормы трудового права.

Согласно ст. 45 ТК РФ соглашение - правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения и устанавливающий общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений, заключаемый между полномочными представителями работников и работодателей на федеральном, межрегиональном, региональном, отраслевом (межотраслевом) и территориальном уровнях социального партнерства в пределах их компетенции. Отраслевое (межотраслевое) соглашение устанавливает общие условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам отрасли (отраслей).

В силу ст. 22 ТК РФ работодатель обязан соблюдать условия коллективного договора и соглашений.

Ответчик входит в систему крупной угольной компании, на которого распространяются действия Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации.

Порядок и условия выплаты единовременной компенсации в счет морального вреда между сторонами трудовых отношений регулируются Федеральным отраслевым соглашением по угольной промышленности, действующим в период с 2019 по 2021г.

Пунктом 1.1. Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на период с 2019г. по 2021г., предусмотрено, что оно является правовым актом, регулирующим социально-трудовые отношения и устанавливающим общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений в организациях угольной промышленности и подписавших или присоединившихся к отраслевому соглашению после его заключения.

Отраслевое соглашение распространяется на работодателей, заключивших отраслевое соглашение, работодателей, присоединившихся к отраслевому соглашению после его заключения, всех работников, состоящих в трудовых отношениях с названными работодателями (п.2.1. ФОС).

Согласно п.5.4 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на 2019-2021 годы, в случае установления впервые Работнику, уполномочившему Профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, занятому в Организациях, осуществляющих добычу (переработку) угля, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания Работодатель в счет компенсации морального вреда Работнику осуществляет единовременную выплату из расчета не менее 20% среднемесячного заработка за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования Российской Федерации) в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении или локальном нормативном акте, принятом по согласованию с соответствующим органом Профсоюза.

В Организациях, кроме Организаций, осуществляющих добычу (переработку) угля, коллективными договорами предусматриваются положения о выплате Работникам, уполномочившим Профсоюз представлять его интересы в установленном порядке, компенсаций за утрату ими профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания.

В случае, когда ответственность за причинение вреда здоровью Работника в виде профессионального заболевания возложена на несколько организаций, Работодатель несет долевую ответственность, которая определяется пропорционально степени вины работодателей.

При этом в коллективных договорах (соглашениях) или локальных нормативных актах, принятых по согласованию с соответствующим органом Профсоюза, могут предусматриваться случаи, при которых Работодатель принимает на себя ответственность по выплатам за иные организации.

В случае установления вины Работника размер единовременной компенсации, выплачиваемой Работодателем, уменьшается пропорционально степени вины Работника. Степень вины Работника устанавливается комиссией, проводившей расследование несчастного случая на производстве, в процентах и указывается в акте о несчастном случае на производстве.

Согласно п.3 Положения о возмещении вреда, причиненного Работнику при исполнении трудовых обязанностей, в случае причинения Работодателем вреда своему Работнику увечьем, профессиональным заболеванием, либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением им трудовых обязанностей у Работодателя, данный Работодатель осуществляем единовременную компенсацию морального вреда (далее по тексту –компенсация), причиненного Работнику в результате несчастного случая на производстве или профессионального заболевания в следующем порядке.

За каждый процент утраты (снижения) профессиональной трудоспособности вследствие несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, Работодатель осуществляет выплату в счет компенсации морального вреда в размере двадцати процентов среднемесячного заработка Работника за последний год работы у данного Работодателя, предшествующий моменту установления впервые Работнику размера (степени) утраты (снижения) профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременного пособия, выплачиваемого из Фонда социального страхования РФ). При наличии в действиях Работника вины в произошедшем с ним несчастном случае (случае профессионального заболевания), определенной комиссией по расследованию несчастного случая (профессионального заболевания), выплата компенсации производится с учетом вины Работника.

Выплата компенсации морального вреда является единовременной и производится Работодателем один раз при обращении Работника к Работодателю в случае установления ему впервые размера (степени) утраты (снижения) профессиональной трудоспособности. Выплата компенсации осуществляется Работодателем в заявительном порядке, т.е. по письменному заявлению Работника с предоставлением им всех подтверждающих утрату (снижение) профессиональной трудоспособности документов.

Работодатель осуществляет компенсацию исходя из степени вины только данного конкретного Работодателя, осуществляющего выплаты, и только за тот период времени, когда Работник состоял в трудовых отношениях с данным Работодателем.

В целях определения размера компенсации в порядке, установленном Положением, дополнительным Соглашением, среднемесячная заработная плата Работника исчисляется исходя из фактически начисленной Работнику заработной платы и фактически отработанного им времени у данного Работодателя за 12 календарных месяцев, предшествующих моменту установления впервые Работнику размера (степени) утраты (снижения) профессиональной трудоспособности. Для расчета среднего заработка учитываются предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего Работодателя в период работы данного Работника у Работодателя.

Руководствуясь п.5.4.,5.5. ФОС Ответчик определил порядок осуществление выплаты компенсации морального вреда своим работникам в Соглашении на 2019-2021г.г.

В соответствии с Приложением №7 к Соглашению (Положение о порядке выплаты единовременной компенсации в счет возмещения морального вреда, причиненного здоровью работника в результате несчастного случая на производстве или профессионального заболевания):

«В случае установления впервые Работнику Организации, утраты профессиональной трудоспособности вследствие производственной травмы или профессионального заболевания, Работодатель в счет компенсации морального вреда Работнику осуществляет единовременную выплату из расчета 20% среднемесячного заработка Работника за каждый процент утраты профессиональной трудоспособности (с учетом суммы единовременной страховой выплаты, выплачиваемой из Фонда социального страхования РФ)».

Таким образом, стороны социального партнерства, на федеральном уровне определили размер компенсации морального вреда, а порядок этих выплат регламентируется на локальном уровне работодателем.

Таким образом, поскольку факт получения травмы на производстве ФИО2, установлен актом о несчастном случае на производстве №1 от 12.05.2020г., не оспаривается ответчиком, суд при определении размера компенсации морального вреда руководствуется в том числе положениями ФОС и предоставленным расчетом ответчика в части признания исковых требований о компенсации морального вреда.

Как следует из объяснений истца и представителя ответчика, после установления у ФИО2 степени утраты трудоспособности (30%) в результате травмы на производстве, ФИО2 обратился к ответчику с заявлением о выплате компенсации морального вреда, ответчиком было подготовлено соглашение о размере компенсации морального вреда в размере 283375,65 рублей (л.д. 4 т.2), однако соглашение подписано не было, денежные средства не перечислены истцу.

Истец возражал против заключения мирового соглашения в данной части, считает указанную в соглашении сумму незначительной и несоразмерной последствиям полученной травмы.

Таким образом, размер единовременного пособия в счет компенсации морального вреда с учетом вины самого пострадавшего ФИО2 – 10% и утраты трудоспособности – 30% на основании ФОС, с учетом Соглашения на 2019-2021г. могла составить:

59953,97 рублей (среднемесячная заработная плата) * 20% * 30% (процент утраты трудоспособности) *100 = 359723,82 рублей

359723,82 рублей * 0,9 (10% вины работника по формуле (100-вина работника/100) = 323751,43 рублей

323751,43 рублей – 40375,79 рублей (единовременная страховая выплата) = 283375,65 рублей.

Суд полагает, что сумма 283375,65 рублей - определенная по ФОС, в достаточной степени не отвечает требованиям разумности и соразмерности причиненного вреда здоровью в результате полученных истцов травм, которые до настоящего времени беспокоят истца, в результате которых истец испытывал физические и нравственные страдания, и размер компенсации подлежит определению на основании ст.151, 1101 ГК РФ.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьей 237 названного кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда".

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора, размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

Вместе с тем, данный факт не означает, что истец не вправе требовать, а суд не вправе взыскивать компенсацию морального вреда в размере большем, чем это установлено Отраслевым соглашением и коллективным договором.

В связи с несчастным случаем на производстве и повреждением здоровья, утраты трудоспособности, истцу был причинен моральный вред, который подлежит возмещению. Доказательств возмещения истцу морального вреда ответчиком суду не представлено.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает, что по смыслу закона компенсация морального вреда должна определяться однократно на момент ее выплаты и должна компенсировать обозримые длящиеся последствия причинения вреда.

Судом установлено, что ФИО2 причинен моральный вред, выразившийся в нравственных и физических страданиях, которые истец переносит в связи с полученными травмами в результате несчастного случая на производстве. .......

В соответствии с ч. 1 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является общеизвестным и не подлежащим доказыванию то обстоятельство, что сам по себе факт причинения вреда здоровью влечет физические и нравственные страдания, связанные с ухудшением самочувствия и физических возможностей человека.

Учитывая степень вины самого истца, степень вины ответчика в причинении вреда здоровью в результате несчастного случая на производстве, учитывая характер и степень физических и нравственных страданий, перенесенных истцом в результате падения и полученных травм, в связи с которыми в ом числе ФИО2 установлена ......., установленные фактические обстоятельства и индивидуальные особенности личности истца, обозримые последствия полученных травм и тяжесть вреда здоровью, определенная как «Легкий вред здоровью», требования разумности, соразмерности и справедливости, суд считает необходимым определить компенсацию морального вреда, подлежащую возмещению ответчиком ООО «АТП «Южкузбассуголь» в общем размере ( с учетом невыплаченной суммы по соглашению) в размере 300000 рублей.

Таким образом, суд взыскивает с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 300000 рублей.

В остальной части исковых требований о взыскании компенсации морального вреда суд отказывает ФИО2

Согласно ст.103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. Государственная пошлина зачисляется в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Соответственно, с ответчика ООО «АТП «Южкузбассуголь» подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст.194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Автотранспортное предприятие «Южкузбассуголь» /ИНН <***>, ОГРН <***>/ в пользу ФИО2, .. .. ....г. года рождения, уроженца ул.....г....., компенсацию морального вреда в размере 300000 (триста тысяч) рублей.

В удовлетворении исковых требований ФИО2 к Обществу с ограниченной ответственностью «Автотранспортное предприятие «Южкузбассуголь» о внесении изменений в Акта № 1 от 12.05.2020 года, компенсации морального вреда, - отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Автотранспортное предприятие «Южкузбассуголь» /ИНН <***>, ОГРН <***>/ в доход местного бюджета госпошлину в размере 300 (триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья: Полюцкая М.О.

Решение в окончательной форме принято 14.07.2021 года.

Судья: Полюцкая М.О.