Приговор № 1-5/2024 1-99/2023 от 18 февраля 2024 г. по делу № 1-5/2024

ПРИГОВОР

именем Российской Федерации



№ 1-5/2024
19 февраля 2024 года
город Томск
Томский гарнизонный военный суд в составе председательствующего Зайнулина Д.А., при ведении протокола судебного заседания ФИО1 и ФИО2, с участием государственных обвинителей – подполковника юстиции ФИО3, капитана юстиции ФИО4 и лейтенанта юстиции ФИО5, потерпевших Н. и В., подсудимого З. и защитников – адвоката Г. и Ж., рассмотрев в присутствии личного состава в открытом судебном заседании в помещении военного суда уголовное дело в отношении военнослужащего ... войсковой части 00000 <звание>

З., родившегося ... в ..., с высшим образованием, состоящего в зарегистрированном браке, несудимого, проживающего по <адрес>,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 105 и пунктом «з» части 2 статьи 112 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – УК РФ),

УСТАНОВИЛ:

З., находясь в дачном доме, расположенном <адрес>, после совместного распития алкоголя, около 4 часов 37 минут 28 мая 2023 года на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, связанных с агрессивным поведением М. и произошедшими словесным конфликтом и дракой, умышленно нанес удар ножом в жизненно важную часть тела в область шеи последнего, чем причинил ему смерть.

Он же, находясь по вышеуказанному адресу, после совместного распития алкоголя, около 4 часов 37 минут 28 мая 2023 года, умышленно нанес два удара ножом в область левой кисти Н., которая препятствовала нанесению З. удара ножом М., чем причинил ей физическую боль и телесные повреждения, которые расцениваются как причинившие вред здоровью средней тяжести по признаку длительного расстройства здоровья.

В судебном заседании З. по эпизоду преступления, предусмотренного частью 1 статьи 105 УК РФ, вину признал частично, по эпизоду преступления, предусмотренного пунктом «з» части 2 статьи 112 УК РФ, вину не признал.

В ходе судебного разбирательства З. показал, что действительно находился в гостях в дачном доме, расположенном <адрес>, и после совместного распития алкоголя, около 4 часов 37 минут 28 мая 2023 года, ранее незнакомый М., который также являлся гостем, высказал ему требование покинуть дачу якобы по причине неподобающего поведения, начал применять физическую силу, хватать за руки, высказывать угрозы убийством, а после этого наносить многочисленные удары кулаками, в том числе в жизненно важную часть тела – голову. Опасаясь за свою жизнь, он (З.) взял какой-то первый попавшийся предмет в руку и наотмашь произвел движение рукой с целью защиты от нападения М., при этом куда конкретно производил движение рукой не видел, поскольку голова была опущена вниз, а рука М., находящаяся на его (З.) плече, также перекрывала обзор. Он не хотел причинять смерть М., а лишь защищался от посягательства на свою жизнь. О том, что в его руках был кухонный нож, узнал только после случившегося. Также З. указал, что при изложенных обстоятельствах никаких ударов ножом потерпевшей Н. не наносил, предполагает, что она пыталась выбить предмет из руки, в связи с чем сама поранилась об нож. Отмечает, что сразу начал оказывать медицинскую помощь раненому М., от сотрудников правоохранительных органов не скрывался, самостоятельно сообщил об обстоятельствах конфликта. Признает факт того, что по причине его действий наступила смерть М., в связи с чем принес извинения потерпевшим В. и Н. Полагает, что оснований для квалификации его действий по части 1 статьи 105 и пункту «з» части 2 статьи 112 УК РФ, не имеется. Дополнительно заявил о желании продолжить военную службу в зоне проведения специальной военной операции, о чем представил письменное заявление в материалы дела.

Виновность подсудимого в содеянном полностью подтверждается совокупностью представленных и исследованных в суде доказательств.

Согласно показаниям потерпевшей Н., данным в ходе судебного разбирательства, находясь в дачном доме, расположенном <адрес>, после совместного распития алкоголя, около 4 часов 37 минут 28 мая 2023 года З. после обоюдной драки с ее супругом М. нанес удар ножом в шею последнего. При этом она препятствовала нанесению З. удара ножом М., однако З. также нанес ей два удара ножом в левую кисть, и только после этого один удар в шею супруга.

Согласно оглашенным в порядке части 3 статьи 281 УПК РФ показаниям Н. в протоколе допроса от <дата>, данным в ходе предварительного расследования, находясь <адрес>, около 4 часов 30 минут 28 мая 2023 года она шла из туалета к дому и увидела как открылась входная дверь в дом и оттуда упал лицом вниз ее супруг М., у которого была струя крови из шеи, а рядом стоял З. с ножом в руках, и она поняла, что это именно З. причинил телесное повреждение супругу. Она попыталась перевернуть мужа с живота на спину, и в этот момент почувствовала физическую боль в области левой кисти, как она поняла, З. пытался нанести еще один удар ножом мужу, но попал ей в левую кисть (т. 1 л.д. 182-187).

В соответствии с показаниями в протоколе допроса от <дата> потерпевшая указала, что она при изложенных обстоятельствах находилась в доме и в это время между ее супругом М. и З. произошел конфликт, муж выгонял З. из дома, поднимал последнего со стула за руку, а также супруг нанес два удара рукой З. После этого супруг повернулся спиной к З. и отошел, однако З. накинулся на мужа со спины. Она (Н.) подбежала к З. и схватила его за плечи, в этот момент почувствовала физическую боль в области левой кисти, однако удара не видела. Также не видела момент удара З. ножом в шею ее супруга, но видела нож в руках З. (т. 2 л.д. 82-86).

Согласно показаниям, изложенным в протоколе допроса от <дата>, Н. пояснила, что находилась <адрес>, после совместного распития алкоголя, около 4 часов 37 минут 28 мая 2023 года З. после обоюдной драки с ее супругом М. нанес удар ножом в шею последнего. При этом она препятствовала нанесению З. удара ножом М., однако З. также нанес ей два удара ножом в левую кисть, и только после этого один удар в шею супруга (т. 2 л.д. 232-236).

После оглашения показаний потерпевшая Н. пояснила, что действительно давала такие показания, противоречия с первоначальными показаниями связаны с шоковой ситуацией, в частности, указала, что переживала и находилась в психологическом стрессовом состоянии в связи со смертью своего супруга, в связи с чем правильными и точными показаниями полагает считать изложенные в протоколе допроса от <дата> и в ходе судебного заседания.

Согласно показаниям свидетеля Д., данным в ходе судебного разбирательства, находясь в дачном доме, расположенном <адрес>, после совместного распития алкоголя, около 4 часов 37 минут 28 мая 2023 года он стал очевидцем того, как З. после обоюдной драки с М. нанес удар ножом в шею последнего. При этом находящаяся рядом Н. препятствовала нанесению З. удара ножом М., однако З. также нанес ей два удара ножом в левую кисть, и только после этого один удар в шею М.

Согласно оглашенным в порядке части 3 статьи 281 УПК РФ показаниям свидетеля Д. в протоколе допроса от <дата>, данным в ходе предварительного расследования, находясь в дачном доме, расположенном <адрес>, около 4 часов 37 минут 28 мая 2023 года он стал очевидцем того, как З. после обоюдной драки с М. нанес удар ножом в шею последнего, находящегося на полу на животе. В этот момент Н. вошла в дом и оттащила З. от своего супруга. Позже он (Д.) увидел у Н. порезаную кисть и она пояснила, что З. нанес ей два удара ножом в тот момент, когда она его оттаскивала от мужа (т. 1 л.д. 144-148).

В соответствии с показаниями в протоколе допроса от <дата> свидетель Д. указал, что он при изложенных обстоятельствах находился в дачном доме по обозначенному адресу и около 4 часов 37 минут 28 мая 2023 года он стал очевидцем того, как З. после обоюдной драки с М. нанес удар в шею последнего, из шеи открылось обильное кровотечение, и он понял, что З. нанес удар, скорее всего, ножом, однако нож в руках З. не видел. На Н. в этот момент внимания не обращал. Также не видел момента нанесения З. телесных повреждений Н. (т. 2 л.д. 78-81).

Согласно показаниям, изложенным в протоколе допроса от <дата>, Д., находясь в дачном доме, расположенном <адрес>, после совместного распития алкоголя, около 4 часов 37 минут 28 мая 2023 года стал очевидцем того, как З. после обоюдной драки с М. нанес удар ножом в шею последнего. При этом находящаяся рядом Н. препятствовала нанесению З. удара ножом М., однако З. также нанес ей два удара ножом в левую кисть, и только после этого один удар в шею М. (т. 2 л.д. 227-230).

После оглашения показаний свидетель Д. пояснил, что действительно давал такие показания, противоречия с первоначальными показаниями связаны со стрессовой ситуацией, но после дачи первоначальных показаний более подробно восстановил в памяти обстоятельства случившегося, в том числе после просмотра видеозаписи, в связи с чем правильными и точными показаниями полагает считать изложенные в протоколе допроса от <дата> и в ходе судебного заседания.

Из протокола осмотра места происшествия от 28 мая 2023 года следует, что произведен осмотр <адрес> и помещений в зданиях, расположенных на территории данного участка, произведена фотофиксация окружающей обстановки, имеющихся предметов, а также расположение трупа М. На крыше бани напротив дома обнаружена видеокамера. В ходе осмотра изъяты предметы, в том числе, MicroSD карта памяти и нож (т. 1 л.д. 3-30).

В соответствии с заключением эксперта от 28 июня 2023 года № представленный на экспертизу изъятый нож изготовлен промышленным способом, является ножом хозяйственно-бытового назначения и к холодному оружию не относится. На указанном ноже обнаружена кровь М. (т. 1 л.д. 217-225).

Из протокола осмотра предметов от <дата> следует, что произведен осмотр изъятого ножа, на котором имеются следы вещества красно-бурого цвета. Общая длина ножа составляет 277мм, длина клинка 143мм, ширина клинка (наибольшая) 30 мм, толщина обуха 1,9мм, длина рукоятки 134мм, ширина рукоятки 22мм, толщина рукоятки 23мм (т. 2 л.д. 66-75).

Согласно заключению эксперта от <дата> № в ходе производства экспертизы трупа М. было установлено наличие следующего повреждения – колото-резаное ранение области левой боковой поверхности шеи в верхней трети с пересечением внутренней сонной артерии слева. Данное повреждение образовано по механизму прокола с последующим разрезанием кожи и подлежащих тканей при воздействии колюще-режущим предметом слева направо и сверху вниз в указанную выше область шеи, с шириной погрузившейся части клинка около 14 мм, при этом обушок клинка располагался снизу относительно М., в сроки измеряемые минутами-десятками минут до наступления его смерти, о чем свидетельствует характер повреждения и его морфологическое характеристики. Указанное колото-резанное ранение шеи состоит в прямой причинно-следственной связи со смертью и по признаку опасности для жизни в соответствии с п.п. 6.1.26 и 6.2.3 Приказа от 24 апреля 2008 г. № 194н Министерства здравоохранения и социального развития «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» квалифицируется как причинившее тяжкий вред здоровью. Причиной смерти М. является обильная кровопотеря источником кровотечения при которой является колото-резаное ранение области левой боковой поверхности шеи в верхней трети с пересечением внутренней сонной артерии слева, о чем свидетельствуют следующие признаки, установленные в ходе проведения настоящей экспертизы: наличие собственно ранения шеи, островчатый характер трупных пятен, малокровие внутренних органов, кровоизлияния под эндокардом левого желудочка (пятна ФИО6). В момент причинения М. колото-резаного ранения области левой боковой поверхности шеи в верхней трети с пересечением внутренней сонной артерии слева последний мог находиться в любом положении относительно нападавшего при условии доступности левой боковой поверхности шеи для травмирующего агента (т. 1 л.д. 95-101).

Из заключения экспертизы от <дата> № следует, что на момент обследования Н. <дата> у последней было установлено наличие формирующих рубцов в области ладонной поверхности проекции I пястной кости левой кисти (один) и в области тыльной поверхности левой кисти в проекции II пястной кости с переходом на кости запястья (один). Учитывая форму и размеры указанных рубцов, а также их морфологические характеристики, они формируются на месте колото-резанных ран, с полным повреждением (пересечением) сухожилия мышцы приводящей первый палец левой кисти, имевшихся у Н. при ее поступлении в <учреждение><дата>. Механизм формирования указанных ран заключается в первоначальном проколе с последующим разрезанием кожи и подлежащих тканей при последовательных (двух) ударных воздействиях в указанные выше области левой кисти колюще-режущим предметом с шириной погрузившейся части клинка не более 2,5 см, о чем свидетельствует форма и размеры рубцов, являющихся исходом процесса заживления ран. Согласно сведениям, в представленной медицинской документации данных о сквозном характере имевшихся у Н. колото-резаных ран на левой кисти не имеется. Учитывая, как дату и время обследования Н. от <дата>, так и ее обращения в медицинские учреждения, результаты проведенных обследований, давность образования телесных повреждений не противоречат отраженному в постановлении периоду времени - около 04 часов 37 минут 28 мая 2023 года. Имевшиеся у Н. колото-резанные раны в области ладонной поверхности проекции I пястной кости левой кисти (одна) и в области тыльной поверхности левой кисти в проекции II пястной кости с переходом на кости запястья (одна) с полным повреждением (пересечением) сухожилия мышцы приводящей первый палец левой кисти вызвали длительное расстройство здоровья и по данному признаку, в соответствии с п. 7.1 Приказа от 24 апреля 2008 года № 194н Министерства здравоохранения и социального развития «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», квалифицируются как причинившие вред здоровью средней тяжести по своей совокупности (т. 2 л.д. 158-161).

Согласно заключению экспертизы от <дата> № З. хроническими психическими расстройством, слабоумием или иными болезненными состояниями психики, которое лишало бы его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, не страдал и не страдает, осознавал и осознает фактический характер и общественную опасность своих действий и может руководить ими (т. 1 л.д. 239-242).

Учитывая заключение эксперта вместе с другими исследованными доказательствами и поведением подсудимого в судебном заседании, суд признает З. вменяемым по каждому эпизоду.

Оценив представленные сторонами и исследованные в суде доказательства в совокупности, суд находит их достоверными, допустимыми и достаточными, а виновность подсудимого в содеянном признает доказанной.

Вопреки доводам З., в его действиях отсутствуют как признаки необходимой обороны, так и превышения ее пределов, поскольку объективных данных, указывающих на наличие реальной угрозы его жизни со стороны М. в момент нанесения удара ножом в область шеи последнего, в представленных материалах не имеется, и опровергаются исследованными доказательствами.

Так, из показаний свидетеля Д. и потерпевшей Н., являющихся непосредственными очевидцами преступления, следует, что в момент нанесения З. удара ножом в область шеи обоюдная драка была закончена и М. не совершал в отношении подсудимого никакого общественно опасного посягательства, сопряженного с насилием, опасным для жизни подсудимого, а отошел от З. и находился к нему спиной, при этом никаких предметов в руках погибшего не имелось.

Каких-либо оснований для оговора З. и не доверять согласующимся между собой показаниям указанных лиц, предупрежденных в установленном порядке об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний и отказ от дачи показаний, не имеется и суду не представлено, в связи с чем показания свидетеля Д. и потерпевшей Н., данные в ходе судебного разбирательства и при допросе <дата> в ходе предварительного следствия, суд кладет в основу приговора как согласующиеся с другими объективными доказательствами, в частности, протоколом осмотра места происшествия от 28 мая 2023 года, протоколом осмотра предметов от <дата>, заключениями экспертиз от <дата> №, от <дата> №, от <дата> №.

При этом они пояснили, что противоречия с первоначальными показаниями связаны со стрессовой ситуацией, в частности, Н. указала, что переживала и находилась в психологическом стрессовом состоянии в связи со смертью своего супруга, а Д. указал, что после дачи первоначальных показаний более подробно восстановил в памяти обстоятельства случившегося, в том числе после просмотра видеозаписи.

Также сам подсудимый сообщил об отсутствии каких-либо предметов в руках М., которыми он мог бы нанести телесные повреждения, в том числе опасные для жизни З.

Суд приходит к выводу, что применение З. такого насилия в отношении М. как нанесение ему удара ножом в область шеи, то есть в жизненно важную часть тела, что в результате привело к смерти последнего, никакой необходимостью, в том числе крайней, не вызывалось.

При этом целенаправленные действия З. во время совершения каждого из преступлений, способ и орудие совершения по каждому преступлению, характер и локализация телесных повреждений, причиненных потерпевшим, свидетельствуют о направленности его умысла именно на причинение смерти М. на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений, а не на совершение действий, связанных с защитой от нападения с его стороны, а также на умышленное причинение телесных повреждений потерпевшей Н., которая препятствовала нанесению З. удару ножом М.

На направленность умысла подсудимого на причинение смерти М. также указывает тот факт, что после нанесения ударов ножом в область левой кисти потерпевшей Н., З. не прекратил свои противоправные действия, и нанес целенаправленный удар в область шеи М., что опровергает версию З. о том, что он не понимал какой предмет у него находится в руках, и не видел в какую часть тела наносит удары М. и Н.

Таким образом, оснований для квалификации действий З., связанных с причинением смерти М., по статье 108 (убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны) или 109 (причинение смерти по неосторожности) УК РФ, а также для прекращения уголовного преследования по факту причинения телесных повреждений потерпевшей Н. в связи с отсутствием в действиях состава преступления, не имеется.

Позиция защитника – адвоката Г. относительного того, что ничем не подтверждено шоковое состояние при даче первоначальных показаний свидетелем Д. и потерпевшей Н., и не представлено по данному поводу каких-либо медицинских документов, опровергается показаниями Д. и Н., которые пояснили, что противоречия с первоначальными показаниями связаны со стрессовой ситуацией, в частности, Н. указала, что переживала и находилась в психологическом стрессовом состоянии в связи со смертью своего супруга, а Д. указал, что после дачи первоначальных показаний более подробно восстановил в памяти обстоятельства случившегося, в том числе после просмотра видеозаписи. При этом положениями уголовно-процессуального законодательства не предусмотрено обязательного предоставления каких-либо медицинских заключений для установления шокового состояния при допросе свидетелей и потерпевших.

Доводы защитника – адвоката Г. о том, что после ознакомления в порядке статьи 217 УПК РФ с материалами уголовного дела, документы были перенумерованы, и фактически в суд поступило иное уголовное дело, в связи с чем имеются основания для возвращения уголовного дела прокурору, являются необоснованными, поскольку из обвинительного заключения усматривается, что оно в установленном порядке составлено и подписано <должность3>, согласовано с руководителем указанного отдела, утверждено <должность1><дата>.

При этом защитником не представлено никаких сведений о том, что уголовное дело, поступившее в суд, содержит в себе какие-либо документы, которые бы отсутствовали на момент ознакомления с материалами уголовного дела в порядке статьи 217 УПК РФ либо содержание которых было бы изменено, представленные защитником фотокопии документов, которые были приобщены к уголовному делу в ходе судебного процесса, об этом также не свидетельствуют. Ходатайств о признании каких-либо доказательств недопустимыми стороной защиты не заявлялось.

Допрошенный в ходе судебного разбирательства <должность2> П. пояснил, что после ознакомления адвокатом Г. и обвиняемым З. в порядке статьи 217 УПК РФ с материалами уголовного дела, перенумерация документов и изменение их содержания не производились.

Из обвинительного заключения следует, что следователем требования статьи 220 УПК РФ полностью соблюдены, каких-либо препятствий для рассмотрения судом уголовного дела не имеется, оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке статьи 237 УПК РФ судом не усматривается и стороной защиты не представлено.

Показания свидетелей И., Б., К., Е., Л., потерпевшей В., не опровергают и не подтверждают виновность либо невиновность подсудимого в инкриминируемых деяниях, поскольку указанные лица не являлись очевидцами нанесения З. ударов ножом в левую кисть Н. и в область шеи М., а лишь сообщили обстоятельства, которые предшествовали случившемуся, и происходящее после совершения З. преступных деяний, в связи с чем на квалификацию действий подсудимого не влияют и повлиять не могут.

Таким образом, давая юридическую оценку действиям подсудимого, суд считает установленным и исходит из того, что З. при вышеуказанных обстоятельствах умышленно нанес удар ножом в область шеи М., причинив последнему смерть, в связи с чем содеянное им суд квалифицирует по части 1 статьи 105 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Помимо этого, З. при вышеизложенных обстоятельствах умышленно нанес ножом два удара в область левой кисти Н., которая препятствовала нанесению З. удара ножом М., причинив ей телесные повреждения, относящиеся к средней тяжести вреда здоровью, в связи с чем содеянное им суд квалифицирует по пункту «з» части 2 статьи 112 УК РФ как умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в статье 111 настоящего Кодекса, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Обстоятельств, отягчающих наказание З. по каждому эпизоду, не установлено.

В том числе суд не усматривает в качестве отягчающего наказание З. обстоятельства совершения им преступлений в период мобилизации, поскольку совершенные им деяния не являются преступлениями против военной службы, а также не представлено сведений о том, что это повлияло на боеспособность Вооруженных сил Российской Федерации, а сам по себе факт совершения инкриминируемых преступлений на территории Российской Федерации, где объявлена частичная мобилизация, не может безусловно признаваться обстоятельством, отягчающим наказание.

Кроме того, суд не находит оснований для признания в качестве отягчающего наказание обстоятельства совершение преступлений в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, исходя из следующего.

Согласно части 1.1 статьи 63 УК РФ суд, назначающий наказание, в зависимости от характера и степени общественной опасности преступления, обстоятельств его совершения и личности виновного может признать отягчающим обстоятельством совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Как следует из разъяснений пункта 31 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» в соответствии с частью 1.1 статьи 63 УК РФ само по себе совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, не является основанием для признания такого состояния обстоятельством, отягчающим наказание.

Из показаний свидетелей Д. и К., сослуживцев подсудимого, следует, что ранее до случившихся событий они совместно с З. употребляли алкоголь и не замечали за последним повышенной агрессии и эмоциональности к окружающим, конфликтных ситуаций не возникало. Согласно письменным характеристикам и показаниям свидетеля Е. подсудимый уравновешен и не склонен к конфликтам и агрессии, алкоголем не злоупотребляет.

Таким образом, в ходе судебного разбирательства суду не представлено доказательств того, что состояние опьянения повлияло на формирование у З. преступного умысла, и само по себе предшествующее преступлениям употребление алкоголя, о чем сообщили все свидетели, потерпевшая Н. и сам З., об этом также не свидетельствует.

В силу части 2 статьи 61 УК РФ суд в качестве обстоятельства, смягчающих наказание З., признает по каждому совершенному преступлению участие в содержании и воспитании малолетнего ребенка супруги (т. 2 л.д. 62).

На основании части 2 статьи 61 УК РФ принесение З. извинений потерпевшим учитывается в качестве смягчающих наказание обстоятельств по каждому преступлению.

Также согласно части 2 статьи 61 УК РФ в качестве смягчающего наказание обстоятельства по преступлению, предусмотренному частью 1 статьи 105 УК РФ, судом признается частичное признание вины и раскаяние в содеянном.

В соответствии с пунктом «к» части 1 статьи 61 УК РФ в качестве обстоятельства, смягчающего наказание подсудимого за умышленное причинение смерти М., судом признается оказание медицинской помощи последнему непосредственно после совершения преступления, что следует, в частности, из показаний свидетеля Д. и потерпевшей Н., а также просмотренной в ходе судебного разбирательства видеозаписи с камеры видеонаблюдения, установленной на дачном участке по вышеуказанному адресу.

В силу пункта «з» части 1 статьи 61 УК РФ в качестве обстоятельства, смягчающего наказание подсудимого за преступление, предусмотренное частью 1 статьи 105 УК РФ, суд признает противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, выразившегося в нецензурных оскорблениях в адрес З. и в причинении телесных повреждений в ходе словесного конфликта, который перерос в обоюдную драку, что подтверждается показаниями свидетеля Д., потерпевшей Н. и самого подсудимого, а также просмотренной в ходе судебного разбирательства видеозаписью с камеры видеонаблюдения и заключением экспертизы от <дата> с установленным дословным содержанием разговоров. При этом поведение З., в том числе в бане, не могло являться основанием для противоправного поведения М.

Также при назначении наказания судом учитываются данные о личности З., который по месту службы, предыдущему месту работы и в быту, в том числе супругой, характеризуется положительно, женат, участвует в воспитании и содержании малолетнего ребенка супруги, на учетах в специализированных психиатрических и наркологических диспансерах не состоит, несудимый.

С учетом установленных фактических обстоятельств совершенных З. особо тяжкого и средней тяжести преступлений и степени их общественной опасности, несмотря на наличие смягчающих наказание обстоятельств и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, суд не находит оснований для изменения категорий указанных совершенных преступлений на менее тяжкие в соответствии с частью 6 статьи 15 УК РФ.

Судом не установлено исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступлений, поведением З. во время или после совершения преступлений, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений, что позволило бы в соответствии со статьей 64 УК РФ назначить наказание ниже низшего предела или более мягкий вид наказания, чем предусмотрен санкциями части 1 статьи 105 и пункта «з» части 2 статьи 112 УК РФ.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных особо тяжкого и средней тяжести преступлений и личность подсудимого, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также влияние назначенного наказания на исправление З. и на условия жизни его семьи.

Таким образом, в целях восстановления социальной справедливости, исправления З. и предупреждения совершения им новых преступлений суд приходит к выводу о необходимости назначения наказания в виде лишения свободы по каждому преступлению.

С учетом положений статьи 43 УК РФ суд приходит к убеждению, что исправление З. и достижение целей наказания может быть обеспечено только путем его реального отбывания, в связи с чем не находит оснований для применения положений статьи 73 УК РФ.

Учитывая совокупность смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, состояние здоровья подсудимого, условия жизни его семьи, в частности, участие в содержании и воспитании малолетнего ребенка супруги, суд приходит к выводу об отсутствии оснований и необходимости назначения дополнительного наказания в виде ограничения свободы, предусмотренного санкцией части 1 статьи 105 УК РФ.

При этом судом не усматривается оснований для постановления приговора без назначения наказания, освобождения от наказания или применения отсрочки отбывания наказания.

При назначении наказания по преступлению, предусмотренному частью 1 статьи 105 УК РФ, судом с учетом наличия смягчающего обстоятельства, предусмотренного пунктом «к» части 1 статьи 61 УК РФ, и отсутствия отягчающих обстоятельств, применяются положения части 1 статьи 62 УК РФ.

Разрешая по уголовному делу с учетом уточнений гражданские иски потерпевших В. и Н. о компенсации морального вреда, причиненного преступлением, и возмещении причиненного материального ущерба, суд исходит из следующего.

Согласно частям 1 и 3 статьи 173 ГПК РФ в случае, если признание иска выражены в адресованных суду заявлениях в письменной форме, эти заявления приобщаются к делу, на что указывается в протоколе судебного заседания. При признании ответчиком иска и принятии его судом принимается решение об удовлетворении заявленных истцом требований.

Как следует из разъяснений пункта 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2020 года № 23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу» по каждому предъявленному по уголовному делу гражданскому иску суд при постановлении обвинительного приговора обязан в соответствии с пунктом 10 части 1 статьи 299 УПК РФ обсудить, подлежит ли удовлетворению гражданский иск, в чью пользу и в каком размере. Разрешая такие вопросы, суд в описательно-мотивировочной части обвинительного приговора приводит мотивы, обосновывающие полное или частичное удовлетворение иска либо отказ в нем, указывает размер и в необходимых случаях - расчет суммы подлежащих удовлетворению требований, а также закон, на основании которого принято решение по гражданскому иску. При этом следует исходить из того, что характер причиненного преступлением вреда и размер подлежащих удовлетворению требований суд устанавливает на основе совокупности исследованных в судебном заседании доказательств с приведением их в приговоре, в том числе и в случае признания иска гражданским ответчиком.

В ходе судебного разбирательства подсудимым в письменном виде заявлено признание с учетом уточнений указанных исков потерпевших.

Принимая во внимание, что признание исков не противоречит закону, не нарушает права и законные интересы других лиц, суд принимает признание З. заявленных исков потерпевших В. и Н.

Кроме того, суд руководствуется положениями частей 3 и 4 статьи 42 УПК РФ, статей 151, 1064, 1099, 1100, 1101 ГК РФ, и учитывает характер причиненных потерпевшим нравственных страданий, оставшихся без родного сына и супруга соответственно, который проживал совместно с Н. и несовершеннолетним ребенком, оказывал помощь матери, которая является пенсионером. Также учитываются индивидуальные особенности потерпевших, характер близких родственных отношений между ними, степень вины З. в совершении преступления, которая доказана представленной совокупностью доказательств, его материальное положение, фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред и имущественный ущерб, который подтверждается исследованными чеками и квитанциями об оплате за оказанные услуги, связанные с погребением погибшего М., требования разумности и справедливости.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, показания потерпевших В. и Н. по вопросам, касающихся заявленных требований, положения закона и признание З. исков, суд принимает решение об удовлетворении заявленных требований.

В соответствии с пунктом «в» части 1 статьи 58 УК РФ отбывание лишения свободы подлежит в исправительной колонии строгого режима.

Избранную З. меру пресечения в виде заключения под стражей для обеспечения исполнения приговора подлежит оставить без изменения до вступления приговора в законную силу.

Вопрос о вещественных доказательствах разрешается в соответствии с частью 3 статьи 81 УПК РФ.

В соответствии с пунктом 11 части 1 статьи 299 УПК РФ арест, наложенный постановлением Томского гарнизонного военного суда от <дата> на автомобиль «Nissan Avenir Salut X» с государственным регистрационным знаком «...» и автомобиль «ВАЗ 21043» с государственным регистрационным знаком «...», принадлежащие З., для обеспечения исполнения приговора в части гражданских исков следует сохранить, каких-либо препятствий и нарушений прав и законных интересов иных лиц при сохранении данного ареста не усматривается, при этом судом учитывается, что согласно указанному постановлению рыночная стоимость автомобиля «ВАЗ 21043» составляет 40 000 рублей, а автомобиля «Nissan Avenir Salut X» – 240 000 рублей, и указанная сумма является соразмерной удовлетворенным требованиям по гражданским искам потерпевших В. и Н.

Согласно части 6 статьи 132 УПК РФ суд вправе освободить осужденного полностью или частично от уплаты процессуальных издержек, если это может существенно отразиться на материальном положении лиц, которые находятся на иждивении осужденного.

Принимая во внимание условия жизни семьи подсудимого, его состояние здоровья и уровень дохода, наличие супруги и ее одного малолетнего ребенка, а также сумму удовлетворенных исковых требований, суд считает необходимым освободить З. от уплаты процессуальных издержек полностью.

Руководствуясь статьями 302 – 304, 307 – 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

З. признать виновным в совершении преступлений, предусмотренных:

- пунктом «з» части 2 статьи 112 Уголовного кодекса Российской Федерации, на основании которой назначить наказание в виде лишения свободы на срок три года;

- частью 1 статьи 105 Уголовного кодекса Российской Федерации, на основании которой назначить наказание в виде лишения свободы на срок восемь лет.

В соответствии с частью 3 статьи 69 Уголовного кодекса Российской Федерации по совокупности преступлений назначить окончательное наказание путем частичного сложения назначенных наказаний в виде лишения свободы на срок десять лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания наказания в виде лишения свободы осужденному З. исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Меру пресечения в отношении З. в виде заключения под стражей до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

Зачесть осужденному З. в срок отбывания наказания в виде лишения свободы время его задержания и содержания под стражей с <дата> до вступления приговора в законную силу из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Гражданские иски потерпевших Н. и В. о компенсации морального вреда и о взыскании причиненного имущественного ущерба удовлетворить.

Взыскать с З. в пользу Н. в счет компенсации морального вреда денежные средства в размере 1 000 000 (один миллион) рублей и причиненного имущественного ущерба в сумме 84 584 (восемьдесят четыре тысячи пятьсот восемьдесят четыре) рубля.

Взыскать с З. в пользу В. в счет компенсации морального вреда денежные средства в размере 1 000 000 (один миллион) рублей и причиненного имущественного ущерба в сумме 99 849 (девяносто девять тысяч восемьсот сорок девять) рублей.

До исполнения приговора в части гражданских исков арест, наложенный постановлением Томского гарнизонного военного суда от <дата> на автомобиль «Nissan Avenir Salut X» с государственным регистрационным знаком «...» и автомобиль «ВАЗ 21043» с государственным регистрационным знаком «...», принадлежащие З. – сохранить.

В соответствии с частью 3 статьи 81 УПК РФ по вступлении приговора в законную силу вещественные доказательства:

- карту памяти Micro SD «SanDisk Ultra» и оптический диск DVD-R с заводским номером 11021904221127 – оставить при уголовном деле в течение всего срока его хранения;

- тапки и брюки из хлопчатобумажной ткани белого цвета – возвратить З. как законному владельцу;

- нож хозяйственно-бытового назначения – уничтожить.

Процессуальные издержки, связанные с оплатой вознаграждения адвокатам А., О. и Г. за защиту по назначению в период предварительного следствия на общую сумму 59 693 (пятьдесят девять тысяч шестьсот девяносто три) рубля 80 (восемьдесят) копеек возместить за счет средств федерального бюджета.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке во 2-й Восточный окружной военный суд через Томский гарнизонный военный суд в течение пятнадцати суток со дня его постановления, а осужденным, содержащимся под стражей, в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции в апелляционной жалобе или в возражениях на жалобы, представления, принесенные другими участниками уголовного процесса.

Судья Д.А. Зайнулин