Решение № 2-3955/2020 2-3955/2020~М-4131/2020 М-4131/2020 от 2 ноября 2020 г. по делу № 2-3955/2020

66RS0006-01-2020-003918-21

№ 2-3955/2020


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Екатеринбург 03 ноября 2020 года

Орджоникидзевский районный суд города Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Лащеновой Е.А. при секретаре Коноваловой А.Д. рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к акционерному обществу «ОКБ «Новатор» об оспаривании дисциплинарного взыскания,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился с иском к АО «ОКБ «Новатор» об оспаривании дисциплинарного взыскания, указывая, что работает у ответчика с 07 апреля 1981 года, на данный момент в должности начальника отдела утилизации и реализации материальных ценностей, согласно трудовому договору < № > от 01 января 2016 года. Приказом < № > от 05 марта 2020 года к истцу применено дисциплинарное взыскание в виде замечания по факту отсутствия на складе подведомственного ему отдела утилизации и реализации материальных ценностей (отдел < № >) числящегося там списанного изделия. В своей работе истец как руководитель отдела утилизации и реализации материальных ценностей руководствуется законодательством Российской Федерации, ведомственными и внутриорганизационными нормативными актами, в том числе положением о работе отдела утилизации и реализации материальных ценностей и должностной инструкцией начальника отдела утилизации. Данные о получении оборудования содержащего драгоценные металлы для последующей утилизации руководимый истцом отдел получает из накладных о передаче изделий, лома и так далее от других подразделений предприятия, на их основе оборудование и изделия, содержащие драгоценные металлы ставятся на бухгалтерский учет отделом < № >. Дальнейший учет и движение списанного оборудования в отделе ведется бухгалтерией предприятия, параллельный учет прихода/расхода ведут заведующие складами руководимого истцом отдела на основе полученных с изделиями/ломом накладных. Выявление недостач/пересорта по количеству и составу возможно только при проведении плановых инвентаризаций, проведение которых инициируется приказами генерального директора АО «ОКБ Новатор», на основе которых выпускается приказ по отделу утилизации о проведении инвентаризации в установленные приказом генерального директора сроки. Такие инвентаризации проводились в руководимом истцом отделе утилизации < № > в январе и ноябре 2019 года, в текущем 2020 году - в январе. В связи с тем, что недостающее по результатам инвентаризации отдела на 01 января 2020 года изделие было по документам принято на склад отдела < № > в апреле 2019 года, его фактическое отсутствие могло быть выявлено не ранее инвентаризации от ноября 2019 года. Данная инвентаризация проводилась на основании приказа < № > от 07 октября 2019 года по АО «ОКБ Новатор» и приказа по отделу < № >< № > от 10 октября 2019 года без участия истца, так как он с 01 августа 2019 года по 13 декабря 2019 года отсутствовал на работе, что может быть подтверждено больничными листами, имеющимися в бухгалтерии предприятия. В период его отсутствия, согласно п. 1.6 должностной инструкции начальника отдела утилизации, отделом руководил заместитель руководителя отдела. По итогам проведенной данной инвентаризации недостач на складах отдела < № > выявлено не было. Во время проведения в отделе следующей инвентаризации в январе 2020 года, согласно приказу генерального директора АО «ОКБ Новатор» < № > от 09 декабря 2019 года и приказу < № > от 09 декабря 2019 года по отделу < № > (отдел утилизации), группой экономической безопасности АО «ОКБ Новатор» была выявлена недостача изделия. По результатам был составлен акт осмотра от 16 января 2020 года < № >, который не был предоставлен истцу, как старшему должностному лицу отдела < № > для ознакомления под подпись и не была предоставлена его копия. О недостаче истцу стало известно только при получении уведомления о необходимости предоставления письменного объяснения от 06 февраля 2020 года в связи с проведении служебного расследования по факту обнаружения отсутствия изделия на складе отдела утилизации на основании приказа генерального директора «АО ОКБ Новатор» < № > от 05 февраля 2020 года. Материальной ответственности за изделия, находящиеся на складах отдела < № >, истец не несет, а только обеспечивает получение, хранение, выдачу и ведение оперативного учета движения. После ознакомления с уведомлением о предоставлении письменного объяснения по данному факту недостачи, истцом 10 февраля 2020 года была написана объяснительная записка, где подробно и с приложением надлежащих поясняющих документов им были объяснены причины возникновения данной недостачи, указаны виновные лица отдела < № > и меры, позволяющие в дальнейшем не допустить повторение подобных недостач. Истцом После ознакомления с приказом о применении к истцу дисциплинарного взыскания им 16 марта 2020 года было подано новое заявление на имя заместителя генерального директора по правовым и общим вопросам АО «ОКБ Новатор», в котором он повторно обосновывал неправомерность наложения на него данного взыскания, которое осталась без ответа. Истец считает, что приказ < № > от 05 марта 2020 года о применении к нему дисциплинарного взыскания неправомерным и незаконным, так как согласно приказу АО «ОКБ Новатор» < № > от 05 марта 2020 года истец, являясь руководителем отдела утилизации (отдела < № >) и непосредственным руководителем заведующей склада отдела утилизации Г.Ф.И., не обеспечил «получение, хранение и ведение оперативного учета», что не подтверждается никакими локальными нормативными актами и его должностными обязанностями как руководителя отдела утилизации, равно и отсутствием личной материальной ответственности; истцом не были допущены «нарушения своих должностных обязанностей»; не имеет места его «ненадлежащее руководстве сотрудниками отдела утилизации»; истец не был надлежащим образом и в установленный срок проинформирован о выявленной по результатам проверки группой экономической безопасности недостаче на складе руководимого им отдела утилизации; в его действиях нет умышленности и действий по неосторожности, что может быть признаком дисциплинарного проступка; истец не был проинформирован о совершении проступка его непосредственными подчиненными; он лишен права оспорить результат инвентаризации до вынесения взыскания; он лишен права решить возникший трудовой спор в комиссии по трудовым спорам предприятия. На основании вышеизложенного истец просит отменить наложенное на него приказом < № > от 05 марта 2020 года по АО «ОКБ Новатор» дисциплинарное взыскание в виде замечания. Просил учесть, что он как гражданин в возрасте более 65 лет, находился на домашней самоизоляции, у него не было возможности получить по месту работы копии документов, необходимых для обращения в суд с данным исковым заявлением, связи с чем обратился в суд после истечения трехмесячного срока.

В судебном заседании ФИО1 требования иска поддержал по изложенным в нем основаниям, указывая, что списывали два электрических эквивалента, они не перешли в распоряжение, так как один эквивалент был в корпусе и он просил его разобрать. Истец письменно не обращался к ответчику с заявлением о нехватки одно эквивалента. Изделие изготавливается в другом городе и на другом предприятии, оно приходит в корпусе. Визуально прибор можно увидеть только в разобранном виде. В паспорте схема не прикладывается, только указывается количество драгметаллов, поэтому изначально истец и его подчиненные были введены в заблуждение, так как накладная была подписана со стороны цеха, они знали, что там нет прибора, но подписали. Истца незаконно привлекли к ответственности, так как его вины нет.

Представители ответчика ФИО2, ФИО3, действующие на основании доверенностей, в судебном заседании с требованиями иска не согласилась по доводам, изложенным в письменном возражении, где указали, что истец с 01 мая 1991 года состоит с ответчиком в трудовых отношениях, в настоящее время в должности начальника отдела утилизации и реализации материальных ценностей (отдела < № >). Приказом от 05 марта 2020 года < № > истец был привлечен к дисциплинарной ответственности в виде замечания за неисполнение должностных обязанностей, предусмотренных пунктами 1.1, 2.9, 2.11 должностной инструкции, выразившихся в том, что ФИО1 не обеспечил, в соответствии с действующими локальными нормативными актами хранение и ведение оперативного учета движения драгоценных металлов, а также в ненадлежащем руководстве сотрудниками отдела утилизации и реализации материальных ценностей. Основанием для издания приказа явились результаты проведенной 28 февраля 2020 года служебной проверки, оформленные заключением служебной проверки. Согласно заключению, истцом и подчиненным ему работником допущены нарушения. В соответствии с инвентаризационной описью от 11 ноября 2019 года < № > на складе отдела < № > должно находится 2 электрических эквивалента У554-54 < № > и У554Э < № >. При проверке 16 января 2020 года на складе обнаружено только изделие У554-51 < № >. Изделие (электрический эквивалент У554Э < № >) на складе отсутствует, так же, как и документы, подтверждающие его утилизацию. В связи с выявленными обстоятельствами, на основании приказа от 05 февраля 2020 года < № > проведена служебная проверка. В рамках проверки установлено, что при приеме на склад отдела < № > материальных ценностей У554-51 < № >, корпуса и обтекателя от изделия У554-5 < № > из цеха < № >, Г.Ф.И. (сотрудник отдела < № >, подчиненная ФИО1) не затребовала техническую документацию на объекты утилизации, либо перечень основных комплектующих. Фактически внутренняя часть изделия У554-5 < № > отсутствовала, однако указанное изделие было поставлено на учет материально ответственным лицом Г.Ф.И. как полнокомплектное изделие с содержанием драгоценных металлов. Тем самым, не получив необходимую документацию, Г.Ф.И. поставила на учет не соответствующие действительности материальные ценности и взяла на хранение. В рамках проверки было установлено, что электрический эквивалент изделия У554Э (< № > У554-5), за исключением корпуса и обтекателя, использован для изготовления разрезного макета. Согласно накладным, электрический эквивалент изделия содержит драгоценные металлы. В период с 11 ноября 2019 года по 16 января 2020 года при проведении инвентаризации Г.Ф.И. предъявила инвентаризационной комиссии отдела утилизации и реализации материальных ценностей (отдела < № >) две разделенные части одного электрического эквивалента У554-51 < № >, как два электрических эквивалента изделий У554-51 < № > и У554Э < № >, тем самым введя в заблуждение должностных лиц АО «ОКБ «Новатор». В связи с выявленными служебной проверкой нарушениями у истца истребованы письменные объяснения, в которых истец привел причины указанных нарушений, признал вину подчиненного ему работника. Вышеуказанные нарушения ответчик расценил как неисполнение должностных инструкций и локальных нормативных актов работодателя, в результате чего к ФИО1, начальнику отдела утилизации и реализации материальных ценностей (отдела < № >) и Г.Ф.И., заведующий складом отдела утилизации и реализации материальных ценностей (отдела < № >) были применены дисциплинарные взыскания. В соответствии с п. 6.2 Положения об отделе утилизации и реализации материальных ценностей, утвержденной приказом от 14 мая 2019 < № >, всю полноту ответственности за качество и своевременность выполнения возложенных положением на отдел задач и функций несет начальник отдела. Доводы истца о том, что он не был проинформирован о выявленной по результатам проверки недостаче на складе, а узнал только в момент получения уведомления о необходимости предоставления объяснений несостоятельны. 16 января 2020 года, в соответствии с актом осмотра < № >, на складе отдела < № > выявлено отсутствие изделия У554Э < № >. При проведении осмотра присутствовали, в том числе, заместитель начальника отдела < № > и начальник управления испытаний, утилизации и транспорта - начальник отдела испытаний. 22 января 2020 года начальником отдела утилизации и реализации материальных ценностей ФИО1 в адрес главного бухгалтера и начальника цеха < № > направлены служебные записки о необходимости корректировки накладной и учетных данных на 01 января 2020 года. О факте направления данных записок истец указывает в своем объяснении от 10 февраля 2020 года. Ответчиком соблюдена процедура привлечения к дисциплинарной ответственности. О нарушении истцом возложенных на него трудовых обязанностей, ответчику в лице непосредственного руководителя истца, стало известно только после завершения служебной проверки и подписания 28 февраля 2020 года заключения. Истец привлечен к дисциплинарной ответственности 05 марта 2020 года, то есть в установленный законом срок. При применении меры дисциплинарного взыскания ответчиком учтены тяжесть проступка, обстоятельства его совершения, предшествующее поведение работника. Представители ответчика также указывают, что истцом пропущен срок на обращение в суд за защитой нарушенных трудовых прав. Приказ о применении дисциплинарного взыскания издан 05 марта 2020 года, истец был с ним ознакомлен 11 марта 2020 года. Соответственно, с указанной даты у истца имелись основания для того, чтобы считать свои трудовые права нарушенными и в связи с этим обратиться в суд за защитой трудовых прав. На дату предъявления настоящего иска (17 сентября 2020 года) установленный законом трехмесячный срок значительно пропущен. Как указывает истец, срок на обращение в суд им был пропущен в связи с тем, что он находился на самоизоляции, и у него не было возможности получить по месту работы копии документов, необходимых для обращения в суд. Однако отсутствие документов не препятствует обращению в суд за защитой своих прав. Кроме того, с момента издания приказа и по дату подачи искового заявления, к ответчику не поступали от истца запросы о предоставлении документов, связанных с вынесением приказа от 05 марта 2020 года < № > или иных документов. Таким образом, с учетом того, что к исковому заявлению приложены документы, составляемые при вынесении оспариваемого приказа, оснований считать, что данные документы отсутствовали, и это послужило причиной пропуска срока, не имеется. Кроме того, введение режима самоизоляции не препятствовало истицу обратиться в суд с иском по электронной почте или через организацию почтовой связи (в том числе посредством передачи документов через своего представителя), и в пределах срока на обращение в суд, поскольку такие способы подачи исковых заявлений действовали весь период ограничительных мер в связи пандемией коронавируса. На основании вышеизложенного ответчик просит отказать в удовлетворении требований.

В судебном заседании представители ответчика пояснили, что истец длительное время занимает должность руководителя отдела < № >. При проведении осмотра склада, выявили расхождения, в связи с этим было принято решение провести проверку для установления причин. Запросили объяснения у начальника отдела < № >, подчиненных, и выяснили, что при принятии изделий сотрудниками осуществлена ненадлежащая приемка, комиссии предъявляли разобранное изделие за два отдельных. По объяснениям конструкторских отделов понятно, что истец знал о том, что изделие разобрано, а не два отдельных. До дачи объяснений истец знал, что на его складе не достает изделия и принял меры по корректировке бухгалтерского учета. Кроме того, истцу не вменяется недостача, а лишь ненадлежащее руководство отелом.

Заслушав истца представителей ответчика, исследовав материалы дела и представленные сторонами доказательства в их совокупности, суд приходит к следующему.

В силу ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений.

Согласно ст. 189 Трудового кодекса Российской Федерации, дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с настоящим Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

На основании ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: 1) замечание; 2) выговор; 3) увольнение по соответствующим основаниям. При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

В силу ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт. Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников. Дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка, а по результатам ревизии, проверки финансово-хозяйственной деятельности или аудиторской проверки - позднее двух лет со дня его совершения.

За каждый дисциплинарный проступок может быть применено только одно дисциплинарное взыскание.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Дисциплинарное взыскание может быть обжаловано работником в государственную инспекцию труда и (или) органы по рассмотрению индивидуальных трудовых споров.

Судом установлено, что истец с 01 мая 1991 года состоит в трудовых отношения с ответчиком (л.д. 117-118). В соответствии с трудовым договором < № > от 01 января 2016 года (л.д. 119-124) истец занимает должность начальника отдела утилизации в отделе утилизации (отделе < № >) АО «ОКБ «Новатор».

Приказом от 05 марта 2020 года < № > на истца наложено дисциплинарное взыскание в виде замечания за неисполнение должностных обязанностей, предусмотренных пунктами 1.1, 2.9, 2.11 должностной инструкции, выразившихся в том, что ФИО1 не обеспечил, в соответствии с действующими локальными нормативными актами, получение, хранение и ведение оперативного учета движения драгоценных металлов, а также в ненадлежащем руководстве сотрудниками отдела утилизации и реализации материальных ценностей.

Оспаривая данное дисциплинарное взыскание истец указывает на отсутствие с его стороны фактов нарушения должностных обязанностей, ненадлежащего руководства сотрудниками отдела, а также на отсутствие доказательств совершения им дисциплинарного проступка. Однако данные доводы на нашли своего подтверждения в судебном заседании.

Доказательства, свидетельствующие не только о том, что сотрудник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен, в силу положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, должен представлять ответчик.

Во исполнение данной обязанности ответчиком представлены доказательства совершения истцом дисциплинарного проступка, указанного в приказе < № > от 05 марта 2020 года.

Так, приказом от 05 февраля 2020 года < № > в связи с обнаружением факта отсутствия изделия (электрический эквивалент У554Э < № > У554-5) на складе отдела утилизации и реализации материальны ценностей назначено проведение служебного расследования причин отсутствия изделия в срок 28 февраля 2020 года (л.д. 163-164).

28 февраля 2020 года было утверждено заключение служебного расследования (л.д. 170-178), согласно которому группой экономической безопасности выборочно проведена сверка списанных изделий, переданных в отдел утилизации и реализации материальных ценностей (отдел < № >) на утилизацию из цеха < № >. В соответствии с инвентаризационной описью на складе отдела < № > должно находится 2 электрических эквивалента У554-54 < № > и У554Э < № >. При проверке на складе обнаружено только изделие У554-51 < № >. Изделие (электрический эквивалент У554Э < № >) на складе отсутствует, так же, как и документы, подтверждающие его утилизацию (л.д. 197).

При проведении служебного расследования установлено, что 30 октября 2018 года представителями отдела < № > было подготовлено решение < № > о необходимо списать с баланса предприятия и утилизировать электрические эквиваленты изделий У514Э и У554Э в связи с окончанием назначенного срока службы. Начальник конструкторского бюро отдела < № > достоверно зная об отсутствии внутренней части изделия У554-5 < № >, подготовил и направил в адрес цеха < № > и отдела < № > служебную записку < № > от 31 октября 2018 года, в которой указал утилизировать установленным порядком электрический эквивалент изделия У514Э (< № > У554-51) и электрический эквивалент изделия У554Э (< № > У554-5), к которой приложил сведения о содержании драгоценных материалов и цветных металлов на единицу изделия.

В соответствии с вышеуказанной служебной запиской, материально- ответственным лицом цеха < № > оформлен акт списания < № > от 05 ноября 2018 года в произвольной форме и требование-накладная < № > от 15 февраля 2018 года на передачу изделий в отдел < № > без сведений о разукомплектованности изделия У554-5 < № >, с пометкой содержания драгоценных металлов. 25 февраля 2019 года изделия отгружены со спецсклада цеха < № > и переданы сотруднику отдела < № > Г.Ф.И. по требованию-накладной < № >, что подтверждаются пояснениями материально-ответственного лица цеха < № >.

28 февраля 2019 года начальником отдела < № > ФИО1 направлена служебная записка < № > с просьбой произвести демонтаж из корпуса < данные изъяты > модуля У554-51 (У554-51 < № >). На основании данной записки, сотрудниками цеха < № > со склада отдела < № > изъят электрический эквивалент У514Э (< № > У554-51), разобран и возвращен на склад отдела < № > по частям: < данные изъяты >.

Материально-ответственным лицом отдела < № > Г.Ф.И. принят и поставлен на учет У514Э (< № > У554-51) без сопроводительной документации по разбору. Части изделия У514Э (< № > У554-51) по настоящее время находятся на складе отдела < № > за исключением корпусов и обтекателей от У554-51 < № > и У554-5 < № >, которые 02 октября 2019 года утилизированы в общей массе с черным ломом отдела < № >.

Бухгалтер информацией о списании электрических эквивалентов не располагала до принятия их на учет по складу отдела < № > на основании требование - накладной < № > от 15 апреля 2019 года в количестве 2 штук. В январе 2020 года на имя главного бухгалтера от отдела < № > поступила служебная записка < № > о корректировке остатков электрических эквивалентов на одну единицу, заменив накладную цеха < № > под тем же номером и датой.

Из заключения служебной проверки следует, что при передаче отделом утилизации изделия У554-51 < № > предприятию-переработчику с первоначальными данными о количестве содержания драгоценных металлов, привело бы к причинению ущерба АО «ОКБ «Новатор».

Начальник цеха < № > в своем объяснении (л.д. 187) указал, что на основании служебной записки < № > от 31 октября 2018 года в отдел < № > переданы: электрический эквивалент У554-51 < № > и электрический эквивалент У554Э < № > в виде одного корпуса и обтекателя без внутренней системы. На основании служебной записки отдела < № >< № > от 08 июня 2016 года внутренние блоки У554Э < № > в 2016 году установлены в изделие < данные изъяты > (разрезной макет).

Опрошенный инженер эксперт отдела < № > в объяснении (л.д. 182) указал, что списание электрических эквивалентов изделий У554-51 < № > и У554-5 < № > производилось в цехе < № > и подтверждено актом списания < № > от 05 ноября 2018 года. В служебной записке < № > от 31 октября 2018 года предписывалось утилизировать электрические эквиваленты с содержанием драгоценных металлов. Так как изделия поступают в виде собранных блоков, данные по драгметаллам, указанные в паспортах или формулярах, принимаются к учету и указываются при списании в учетной документации. В требовании-накладной < № > от 15 февраля 2019 года цеха < № > на передачу электрических эквивалентов изделий У554-51 < № > и У554-5 < № > указаны именно эти данные по содержанию драгметаллов.

По факту отсутствия изделия (электрический эквивалент У554-5 < № >) на складе отдела < № > заместитель начальника отдела указал в своем объяснении (л.д. 186), что в процессе списания и приеме на склад 25 февраля 2019 года из цеха < № > двух электрических эквивалентов изделий У554-51 < № > и У554-5 < № > не участвовал. На момент инвентаризации 01 ноября 2019 года материально-ответственное лицо отдела < № > Г.Ф.И. предъявила инвентаризационной комиссии отдела < № > две разделенные части одного электрического эквивалента У554-51 < № >, как два электрических эквивалента изделий У554-51 < № > и У554Э < № >, но это выяснилось позже 16 января 2020 года. На тот момент члены инвентаризационной комиссии не представляли состав, фактический внешний вид и комплектность одного эквивалента. Начальник одела < № > ФИО1, после личного осмотра на складе двух частей электрического эквивалента У554-51 < № >, подтвердил ему наличие двух электрических эквивалентов изделий У554-51 < № > и У554Э < № > на складе отдела < № >. 16 января 2020 года при осмотре данных частей электрических эквивалентов комиссией было выявлено, что две разделенные части являются одним электрическим эквивалентом У554-51 < № >, а электрический эквивалент У554Э < № > на складе отдела < № > отсутствует. Тогда же выяснилось расхождение в содержании драгоценных металлов в У554-51 < № > между учетными данными и паспортными данными.

При проведении служебной проверки у истца (начальника отдела утилизации и реализации материальных ценностей ФИО1) были отобраны объяснения, в которых он указал, что изделия У554-51 < № > и У554-5 < № > приняты на баланс отдела < № > и находились на складе отдела до проведения проверки группой экономической безопасности. По результатам данной проверки выяснилось, что фактически на складе отдела < № > находится только комплектное изделие У554-51 < № > из двух отдельных частей, а изделие У554-5 < № > на складе отсутствует. В результате выяснения обстоятельств, приведших к данному нарушению, при общении с представителями цеха < № > ему стало известно, что в 2016 году, согласно служебной записке < № > от 08 июня 2016 года от отдела < № > в цех < № >, изделие У554-5 < № > разукомплектовано (извлечено из корпуса) для установки в корпус У514 < № >. По итогу этой разукомплектации в цехе < № > остался только один корпус изделия У554-5 < № >. На основании этих данных им для корректировки отчетной, складской и бухгалтерской документации в цех < № > направлена служебная записка < № > от 22 января 2020 года (л.д. 199), в бухгалтерию < № > от 22 января 2020 года (л.д. 198). Допущенные нарушения при приеме изделий в ходе их передачи от цеха < № > в отдел < № > обусловлены не информированностью ответственных за прием на склад отдела < № > лиц, в части надлежащего состава и комплектности изделий. При передаче изделий У554-51 < № > и У554-5 < № > из цеха < № > в отдел < № >, в соответствии с п.п. 2.2 и 2.3 Инструкции, «техническая документация на объекты утилизации», либо «перечень основных комплектующих» принимающим лицом отдела < № >, а именно заведующим складом Г.Ф.И., не затребована.

Заведующая складом отдела < № > Г.Ф.И. в объяснениях (л.д. 188) указала, что на складе отдела < № > находится одно изделия У554-51 < № >. Оборудование приняла на учет и хранение без перечня основных комплектующих и без акта разборки.

Таким образом, представленными ответчиком доказательствами достоверно подтвержден факт ненадлежащей приемки работниками отдела < № > на учет и хранение оборудования и электрических эквивалентов изделий содержащих драгоценные металлы, в частности за № У554-5 < № >.

Как указано выше ФИО1 занимает должность начальника отдела утилизации и реализации материальных ценностей < № > АО «ОКБ «Новатор».

Согласно Положению об отделе утилизации (л.д. 154-162), утвержденному приказом от 27 ноября 2018 года < № > (л.д. 153), с которым истец был ознакомлен 07 сентября 2018 года, целями отдела является утилизация оборудования и других изделий общества, выбывших из эксплуатации (п. 2.1). Из раздела 3 данного Положения следует, что начальнику отдела подчиняется заместитель начальника отдела, группа экспертов и участок утилизации. В качестве функции участка утилизации указаны, в том числе, обеспечение приема, хранения, передачи и ведение учета движения драгоценных металлов в соответствии с действующей нормативной документацией (п. 4.2.9 Положения).

Из должностной инструкции начальника отдела утилизации (л.д. 148-152) следует, что начальник отдела утилизации руководит работой в отделе утилизации, организует выполнение работ по демонтажу и разборке оборудования общества, а также оборудования, поступающего для утилизации с других предприятий, сбору и первичной обработке полученного драгосодержащего лома и последующей сдаче его в Госфонд Российской Федерации (п. 1.1); руководствуется законодательными актами, приказами и распоряжениями руководства общества, указаниями генерального директора - генерального конструктора, планами работ, правилами внутреннего трудового распорядка (п. 1.4); должен знать постановления, распоряжения, приказы, другие руководящие и нормативные документы вышестоящих и иных органов, касающиеся работы отдела утилизации (п. 1.5); несет ответственность за надлежащее выполнение возложенных на него обязанностей (п. 1.6); обеспечивает, в соответствии с действующей нормативной документацией, получение, хранение, выдачу и ведение оперативного учета движения драгоценных металлов (п. 2.9); руководит работниками отдела утилизации (п. 2.11); должен знать положения, инструкции, и другие руководящие материалы, определяющие деятельность отдела утилизации (п. 4.1); несет ответственность за ненадлежащее исполнение или неисполнение своих должностных обязанностей (п.6.1).

Кроме того, за сотрудниками отдела утилизации в соответствии в соответствии с Положением об отделе утилизации, закреплена ответственность за неполноту сбора, некачественное проведение первичной обработки, ненадлежащий учет и сохранность сданных в утилизацию материальных ценностей, содержащих драгоценные металлы, недостоверную оценку количественного содержания драгоценных металлов в продуктах утилизации.

Учитывая объем возложенных на истца в связи с занимаемой должностью трудовых обязанностей и установленные служебной проверкой обстоятельства, суд находит выводы ответчика о совершении ФИО1 дисциплинарного проступка правильными.

Совокупностью представленных ответчиком доказательств, достоверно и последовательно подтверждается, что ФИО1, являясь руководителем отдела < № > в соответствии со своей должностной инструкцией не обеспечил, в соответствии с действующей нормативной документацией, получение, хранение, и ведение оперативного учета движения драгоценных металлов. Кроме того, ФИО1 допустил нарушение своих должностных обязанностей, которое выразилось в ненадлежащем руководстве сотрудниками отдела утилизации.

Как следует из заключения служебной проверки от 28 февраля 2020 года нарушения, допущенные ФИО1 привели к искажению достоверной информации о месте нахождения электрического эквивалента У554-5 < № >, а также количества содержания драгоценных металлов в изделии У554-51 < № > состоящих на учете. При передаче отделом утилизации изделия У554-51 < № > предприятию-переработчику с первоначальными данными о количестве содержания драгоценных металлов, привело бы к причинению ущерба АО «ОКБ «Новатор».

Доводы истца о том, что он не был проинформирован о выявленной по результатам проверки недостаче на складе, а узнал только в момент получения уведомления о необходимости предоставления объяснений, являются несостоятельными, поскольку из текста служебных записок истца от 22 января 2020 года следует, что вместо изделия У554Э < № > в отдел передан пустой корпус. Следовательно, 22 января 2020 года, еще до издания приказа о проведении служебной проверки истцу было достоверно известно об отсутствии названного изделия.

Тот факт, что при проведении инвентаризации в ноябре 2019 года отсутствие изделия У554-5 < № > выявлено не было, не является основанием для освобождения истца от дисциплинарной ответственности и не свидетельствует об отсутствии в его действиях дисциплинарного проступка. Кроме того как следует из объяснений заместителя начальника отдела (л.д. 186) на момент инвентаризации 01 ноября 2019 года материально-ответственное лицо отдела < № > Г.Ф.И. предъявила инвентаризационной комиссии отдела < № > две разделенные части одного электрического эквивалента У554-51 < № >, как два электрических эквивалента изделий У554-51 < № > и У554Э < № >. Начальник одела < № > ФИО1, после личного осмотра на складе двух частей электрического эквивалента У554-51 < № >, подтвердил ему наличие двух электрических эквивалентов изделий У554-51 < № > и У554Э < № > на складе отдела < № >, а 16 января 2020 года при осмотре данных частей электрических эквивалентов комиссией было выявлено, что две разделенные части являются одним электрическим эквивалентом У554-51 < № >, а электрический эквивалент У554Э < № > на складе отдела < № > отсутствует.

Вопреки доводам истца отсутствие у него материальной ответственности не исключает привлечение его к дисциплинарной ответственности, и тем более не освобождает от надлежащего выполнения трудовых обязанностей, установленных должностной инструкцией, положением об отделе утилизации и другими локальными нормативными актами ответчика.

Доводы истца о том, что при приемке изделий он и его подчиненные были введены в заблуждение относительно состава передаваемых изделий, не являются основанием для освобождения истца от дисциплинарной ответственности, поскольку как следует из пояснений самого истца он и его подчиненные при приемке передаваемых в отдел < № > изделий обязаны осуществлять проверку передаваемых изделий, однако заведующая складом отдела < № > Г.Ф.И. этого не сделала и приняла передаваемые изделия без должной проверки.

Учитывая, что заведующая складом отдела < № > Г.Ф.И. является подчиненной истца, факт ненадлежащего руководства сотрудниками отдела со стороны истца, также нашел свое подтверждение при проведении служебной проверки и в судебном заседании. При этом суд учитывает, что заключением служебной проверки от 28 февраля 2020 года установлены обстоятельства совершения Г.Ф.И. дисциплинарного проступка. Из заключения служебной проверки следует, что 15 апреля 2019 года при приемке материальных ценностей - У554-51 < № >, корпуса и обтекателя от изделия У554-5 < № > из цеха < № > в отдел < № >, Г.Ф.И. не затребовала техническую документацию на объекты утилизации, либо перечень основных комплектующих. Не получив необходимую документацию Г.Ф.И. поставила на учет не соответствующие действительности материальные ценности и взяла на хранение. Таким образом, Г.Ф.И. нарушила требования п.2.2., п.2.3. «Инструкции по сбору, первичной обработке, учету, хранению и сдаче в Государственный фонд, драгоценных металлов в виде лома и отходов, образовавшихся в процессе утилизации при демонтаже и разборке приборов, оборудования и других изделий, выбывших из эксплуатации в АО «ОКБ «Новатор», утвержденной приказом < № > от 26 мая 2006 года. Не соблюдение Г.Ф.И. данных пунктов инструкции привело к искажению достоверной информации о месте нахождения электрического эквивалента У554-5 < № >, а также количества содержания драгоценных металлов в изделии У554-51 < № > состоящих на учете. При передаче отделом утилизации изделия У554-51 < № > предприятию-переработчику с первоначальными данными о количестве содержания драгоценных металлов, привело бы к причинению ущерба АО «ОКБ «Новатор».

Таким образом, факт совершения истцом дисциплинарного проступка, указанного в приказе от 05 марта 2020 года < № >, нашел свое подтверждение в судебном заседании.

Из представленных суду ответчиком доказательств следует, что порядок и сроки привлечения к дисциплинарной ответственности были соблюдены, поскольку наличие в действиях ФИО1 дисциплинарного проступка было установлено по результатам проведения служебной проверки, которая окончена 28 февраля 2020 года, приказ о привлечении истца к дисциплинарной ответственности издан 05 марта 2020 года, то есть в установленный Трудовым кодексом Российской Федерации месячный срок.

Привлекая истца к дисциплинарной ответственности работодатель учел тяжесть совершенного проступка, обстоятельства, при которых он был совершен, а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду и наличие у истца дисциплинарного взыскания в виде замечания наложенного приказом от 24 декабря 2019 года < № > (207-208).

Ответчиком с учетом всех обстоятельств совершения истцом дисциплинарного проступка, предшествующего отношения работника к труду и периода работы истца, было применено самое мягкое из предусмотренных ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации дисциплинарное взыскание в виде замечания.

При таких обстоятельствах, у суда отсутствуют основания для признания незаконным дисциплинарного взыскания в виде замечания, наложенного на ФИО1 приказом от 05 марта 2020 года < № > в связи с чем в удовлетворении требований об отмене данного дисциплинарного взыскания истцу надлежит отказать.

Кроме того, суд находит заслуживающими внимания и доводы ответчика относительно пропуска истцом срока для обращения в суд за защитой нарушенного права.

В соответствии со ст. 392 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

Как следует из материалов дела с приказом от 05 марта 2020 года < № > истец ознакомился 11 марта 2020 года (л.д. 179-180), следовательно, срок на обращение в суд с требование об оспаривании дисциплинарного взыскания истекал 11 июня 2020 года. С настоящим иском ФИО1 обратился 14 сентября 2020 года (направлено почтой 12 сентября 2020 года), то есть по истечении установленного законом срока.

Доводы истца о пропуске срока на обращение в суд в связи с соблюдением режима самоизоляции и отсутствием в связи с этим возможности получить по месту работы копии документов, суд находит несостоятельными. Истец действительно является лицом, обязанным в соответствии с Указом губернатора Свердловской области от 18 марта 2020 год № 100-УГ соблюдать режим самоизоляции на дому. Вместе с тем, истец в период самоизоляции к ответчику с требованием о предоставлении документов не обращался, соответствующие запросы не направлял, что пояснил в судебном заседании. Доказательств направления ответчику запросов об истребовании документов истец не представил. Представители ответчика в судебном заседании также указывали, что от истца никаких запросов о предоставлении документов не поступало. В связи с чем у суда отсутствуют основания полагать, что истец в период самоизоляции не имел необходимых для обращения в суд документов.

Более того, как верно отмечено ответчиком, отсутствие документов не препятствует обращению в суд за защитой своих прав, а введение режима самоизоляции не препятствовало истицу обратиться в суд с иском по электронной почте или через организацию почтовой связи в пределах срока на обращение в суд, поскольку такие способы подачи исковых заявлений действовали весь период ограничительных мер в связи пандемией коронавируса.

При указанных обстоятельствах причины пропуска истцом срока для обращения в суд не могут быть признаны уважительными.

В силу ч. 4.1 ст. 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации пропуск прока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

При установленной выше совокупности обстоятельств в удовлетворении исковых требований ФИО1 надлежит отказать.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 12, 56, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к акционерному обществу «ОКБ «Новатор» об оспаривании дисциплинарного взыскания отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга.

Мотивированное решение будет изготовлено в течение пяти дней.

Судья Е.А. Лащенова

Мотивированное решение изготовлено 09 ноября 2020 года.

Судья Е.А. Лащенова