Апелляционное определение № 33-408/2026 от 24 марта 2026 г.

Судья Аксюткина М.В. Дело № 33-408/2026

Дело № 2-11/2025

УИД 41RS0001-01-2025-006365-52


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

25 марта 2026 года г. Петропавловск-Камчатский

Судебная коллегия по гражданским делам Камчатского краевого суда в составе:

председательствующего Мартьяновой С.Ю.,

судей Миронова А.А., Томашевской М.В.,

при секретаре Пушкарь О.И.,

рассмотрела в открытом судебном заседании частную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Судоремонтное предприятие «Гроско» на определение Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 14 октября 2025 года, с учетом определения об исправлении описки от 14 октября 2025 года, о прекращении производства по делу по иску общества с ограниченной ответственностью «Судоремонтное предприятие «Гроско» к Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации, Российской Федерации в лице Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации, ФИО3 о взыскании расходов по хранению вещественного доказательства.

Заслушав доклад судьи Томашевской М.В., объяснения представителя ООО «СП Гроско» ФИО4, представителя МВД РФ ФИО5, помощников прокурора Ляховенко В.В., Королевой Д.Ю., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

общество с ограниченной ответственностью «Судоремонтное предприятие «Гроско» (далее – ООО СП «Гроско», общество) обратилось в суд с иском к Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации, Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации и ФИО3 о взыскании расходов на хранение вещественного доказательства по уголовному делу, указав, что судно «<данные изъяты>» 18 августа 2016 года признано вещественным доказательством по уголовному делу №, возбужденному 1 августа 2016 года в отношении капитана ФИО1, передано на ответственное хранение истцу 18 и 22 августа 2016 года, постановлением Ленинского районного суда г. Владивостока от 13 марта 2018 года возвращено законному владельцу, а постановлением того же суда от 4 февраля 2019 года частично взысканы расходы на хранение за предыдущие периоды; поскольку судно продолжало находиться на хранении общества, а требования об оплате оставлены без ответа, истец, окончательно уточнив иск, просил взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации расходы на хранение за периоды с 14 марта 2017 года по 30 июня 2017 года и с 16 апреля 2019 года по 3 октября 2022 года в размере 10 205 792 руб., с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации расходы на хранение за период с 25 марта 2018 года по 15 апреля 2019 года в размере 2 870 379 руб., а также судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 4 200 руб. и оплате судебных экспертиз в размере 450 000 руб. в равных долях с указанных ответчиков.

На основании абз. 2 ст. 220 ГПК РФ судом постановлено определение от 14 октября 2025 года о прекращении производства по делу.

В частной жалобе и дополнениях к ней ООО СП «Гроско» просит определение суда отменить как незаконное и необоснованное. В жалобе указывает, что уголовное дело в отношении ФИО1 прекращено на стадии следствия, итоговое судебное решение отсутствует, что препятствует обращению в порядке гл. 47 УПК РФ. Ссылается на определение Конституционного Суда РФ от 8 ноября 2005 года № 367-О, полагая, что поскольку истец не являлся участником уголовного процесса, его расходы не могут быть возмещены в уголовно-процессуальном порядке. Обращает внимание, что по уголовному делу принято два процессуальных решения о возмещении процессуальных издержек, которые не исполнены до настоящего времени. Суд первой инстанции, прекращая производство, в том числе в данной части, указал на необходимость взыскания расходов по правилам УПК РФ, в то время как решение в рамках УПК РФ уже принято. Кроме того, дело рассматривалось судом три года, проведены экспертизы, и только сейчас суд пришел к выводу о прекращении производства, что нарушает право истца на доступ к правосудию.

В возражениях на частную жалобу представитель МВД России и УМВД по Камчатскому краю ФИО5 просит определение суда оставить без изменения, а частную жалобу – без удовлетворения.

Представитель истца ФИО4 в судебном заседании суда апелляционной инстанции доводы жалобы поддержала.

Представитель ответчика ФИО5 и помощник прокурора Королева Д.Ю. полагали определение суда законным и обоснованным.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте судебного разбирательства в суде апелляционной инстанции надлежащим образом, в судебное заседание не явились, представителей в суд не направили.

С учетом положений ч. 1 ст. 327, ч. 3 ст. 167 ГПК РФ суд апелляционной инстанции пришел к выводу о возможности рассмотрения дела в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, изучив материалы гражданского дела, материалы уголовного дела №, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов частной жалобы и возражений на нее в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов уголовного дела №, ДД.ММ.ГГГГ в отношении капитана промыслового рыболовного судна «<данные изъяты>» ФИО1 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 253 УК РФ; 18 августа 2016 года указанное судно признано вещественным доказательством и передано на ответственное хранение ООО «СП «Гроско»; в ходе предварительного расследования следователем СЧ СУ УМВД России по Камчатскому краю 7 июня 2017 года и 24 июля 2017 года вынесены постановления о признании процессуальными издержками расходов на хранение судна за периоды с 14 марта по 31 мая 2017 года (703 100 руб.) и с 1 по 30 июня 2017 года (267 000 руб.) с направлением их для оплаты в ЦФО УМВД, однако 13 сентября 2017 года финансовым органом документы возвращены без исполнения; в дальнейшем постановлением Ленинского районного суда г. Владивостока от 13 марта 2018 года судно возвращено законному владельцу – ООО «Командор», а постановлением того же суда от 4 февраля 2019 года частично взысканы расходы на хранение за период с 14 марта 2017 года по 24 марта 2018 года; постановлением следователя СУ УМВД России по г. Петропавловску-Камчатскому от 3 октября 2022 года уголовное преследование в отношении ФИО1 по ч. 2 ст. 201 УК РФ прекращено на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ (за отсутствием состава преступления – реабилитирующее основание), а по ч. 2 ст. 253 УК РФ и ч. 1 ст. 201 УК РФ – на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ (в связи с истечением сроков давности уголовного преследования – нереабилитирующее основание).

Прекращая производство по делу, суд первой инстанции исходил из того, что расходы на хранение вещественного доказательства по уголовному делу являются процессуальными издержками, подлежащими возмещению по правилам УПК РФ, в связи с чем исковое заявление не подлежит рассмотрению в порядке гражданского судопроизводства.

Судебная коллегия в полной мере не может согласиться с указанными выводами суда первой инстанции по следующим основаниям.

Частью 1 ст. 132 УПК РФ установлено, что процессуальные издержки взыскиваются с осужденных, а также с лиц, уголовное дело или уголовное преследование в отношении которых прекращено по основаниям, не дающим права на реабилитацию, или возмещаются за счет средств федерального бюджета.

Вместе с тем, как неоднократно указывал Конституционный Суд РФ, отсутствие у хранителя вещественных доказательств статуса участника уголовного процесса не может служить основанием для отказа в возмещении понесенных расходов, а защита нарушенных прав должна быть осуществлена в предусмотренных законодательством процедурах (определение Конституционного Суда РФ от 8 ноября 2005 года № 367-О).

В соответствии с п. 6 ч. 2 ст. 131 УПК РФ к процессуальным издержкам относятся суммы, израсходованные на хранение вещественных доказательств. Частью 3 той же статьи установлено, что указанные суммы выплачиваются по постановлению дознавателя, следователя, прокурора или судьи либо по определению суда.

Согласно п. 7 ч. 2 ст. 213 УПК РФ в постановлении о прекращении уголовного дела и (или) уголовного преследования должно быть указано решение о судьбе вещественных доказательств. Вопрос о распределении процессуальных издержек, предусмотренных ст. 131 УПК РФ, в том числе расходов на хранение вещественных доказательств, в силу ст. 132 УПК РФ разрешается, в том числе судом, в порядке исполнения приговора (п. 15 ст. 397 УПК РФ).

Вместе с тем, в постановлении старшего следователя СУ УМВД России по г. Петропавловску-Камчатскому от 3 октября 2022 года о прекращении уголовного дела № вопрос о возмещении расходов ООО «СП «Гроско» на хранение вещественного доказательства – рыболовного судна «<данные изъяты>» – не разрешался.

Судебная коллегия отмечает, что в ходе предварительного следствия следователем были вынесены постановления от 7 июня 2017 года и от 24 июля 2017 года о признании расходов на хранение судна процессуальными издержками и их выплате ООО «СП «Гроско», однако данные постановления не были исполнены финансовой службой УМВД России по Камчатскому краю ввиду непринятия финансово-экономического расчета, представленного ООО «СП «Гроско».

Заявитель ООО «СП «Гроско» неоднократно обращался в суд в порядке ст. 125 УПК РФ с жалобами на бездействие и отказы в выплате процессуальных издержек за хранение вещественных доказательств.

Постановлением Петропавловск-Камчатского городского суда от 4 декабря 2018 года отказано в принятии жалобы на бездействие следователя ФИО2 по уголовному делу, поскольку уголовное дело уже находилось в производстве суда, а доводы жалобы подлежат проверке при рассмотрении дела по существу.

Постановлением того же суда от 24 июня 2019 года отказано в принятии жалобы ООО «СП «Гроско» о признании незаконными действий должностного лица УМВД, при этом суд указал, что должностное лицо, рассматривавшее заявление о выплате, не осуществляло свои полномочия в ходе уголовного судопроизводства, а его сообщение не затрудняет доступ юридического лица к правосудию и не причиняет ущерба его конституционным правам, в связи с чем жалоба не подлежит рассмотрению в порядке ст. 125 УПК РФ.

Постановлением от 21 июня 2019 года также отказано в принятии жалобы генерального директора ООО «СП «Гроско» на аналогичные действия должностных лиц УМВД по тем же основаниям: действия обжалуемого лица не связаны с осуществлением полномочий в ходе уголовного судопроизводства, а потому не могут быть обжалованы в порядке ст. 125 УПК РФ.

Таким образом, предусмотренный уголовно-процессуальным законом механизм обжалования отказа в выплате процессуальных издержек оказался для истца недоступным, поскольку суды последовательно отказывали в принятии жалоб по мотиву отсутствия предмета обжалования в порядке ст. 125 УПК РФ, что подтверждает исчерпание истцом возможностей защиты своих прав в рамках уголовного судопроизводства.

В соответствии с постановлением Ленинского районного суда г. Владивостока от 4 февраля 2019 года вопрос о возмещении расходов на хранение вещественного доказательства разрешен судом лишь в части периода нахождения уголовного дела в производстве суда (с 1 июля 2017 года по 24 марта 2018 года), когда по делу постановлен обвинительный приговор; в указанной части процессуальные издержки взысканы за счет средств федерального бюджета. В отношении же периода с 14 марта 2017 года по 30 июня 2017 года суд отказал в удовлетворении требований ООО «СП «Гроско», мотивировав тем, что данные расходы уже признаны процессуальными издержками постановлениями следователя от 7 июня 2017 года и от 24 июля 2017 года, в связи с чем отсутствуют основания для повторного разрешения данного вопроса в судебном порядке.

Вместе с тем финансовым органом УМВД России по Камчатскому краю указанные постановления следователя не исполнены со ссылкой на отсутствие договора хранения и экономического обоснования затрат.

Таким образом, по данному делу, сложилась правовая ситуация, при которой возмещение расходов истца не может быть получено ни в порядке уголовного судопроизводства (поскольку суд отказал в их взыскании, передав вопрос на усмотрение следователя, а постановления следователя остаются неисполненными финансовым органом), ни в рамках гражданского судопроизводства ввиду вывода суда первой инстанции о необходимости рассмотрения спора исключительно по правилам УПК РФ. Указанное обстоятельство свидетельствует о возникновении межотраслевого правового конфликта, который не может быть разрешен без обращения к механизмам гражданско-правовой защиты.

Отсутствие итогового судебного акта (приговора или постановления суда) лишает истца возможности инициировать процедуру распределения процессуальных издержек в порядке гл. 47 УПК РФ, а вынесенные следователем постановления от 7 июня 2017 года и от 24 июля 2017 года, которыми расходы были признаны процессуальными издержками и назначены к выплате, не были исполнены финансовым органом, что свидетельствует о фактическом возникновении гражданско-правового спора, подлежащего разрешению в порядке искового производства.При этом несмотря на правовую природу взыскиваемых сумм как процессуальных издержек, отсутствие возможности их взыскания в порядке уголовного судопроизводства (ввиду прекращения дела на стадии следствия, отсутствия судебного акта, наличия неисполненных постановлений следователя и невозможности обжалования действий финансового органа в порядке ст. 125 УПК РФ) свидетельствует о том, что между сторонами фактически сложился спор по возмещению понесенных расходов, что не исключает право истца на обращение за судебной защитой в порядке гражданского судопроизводства.

Конституционный Суд РФ в определении от 8 ноября 2005 года № 367-О сформулировал правовую позицию, согласно которой отсутствие у хранителя вещественных доказательств статуса участника уголовного процесса и договора хранения не является основанием для отказа в возмещении понесенных расходов; защита нарушенных прав должна быть осуществлена в предусмотренных законодательством процедурах, что, по мнению судебной коллегии, не исключает возможность обращения в суд в порядке гражданского судопроизводства, особенно в случаях, когда механизм уголовно-процессуального возмещения исчерпан или не может быть применен.

Судебная коллегия обращает внимание на принципиальное различие между двумя правовыми механизмами, заложенными в уголовно-процессуальном законе. Первый механизм – это распределение процессуальных издержек между участниками уголовного судопроизводства, которое осуществляется в порядке гл. 47 УПК РФ. В рамках этого механизма суд, постановляя приговор или иное итоговое решение, решает вопрос о том, на кого должны быть отнесены понесенные расходы: на осужденного (либо лицо, дело в отношении которого прекращено по нереабилитирующему основанию) с учетом его материального положения, либо на средства федерального бюджета. Второй механизм – это безусловная обязанность государства по выплате сумм лицу, понесшему расходы в связи с исполнением публично-правовой обязанности, возложенной на него органами предварительного расследования.

Как разъяснено в п. 1, 4, 5, 7, 10, 11, 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года № 42 «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам», лицо, осуществлявшее хранение вещественных доказательств (даже не являясь участником уголовного судопроизводства), имеет право на возмещение понесенных расходов независимо от того, будут ли эти суммы впоследствии взысканы с осужденного либо отнесены на счет федерального бюджета.

Иными словами, выплата таких сумм заинтересованному лицу (в данном случае – ООО «СП «Гроско») является безусловной обязанностью государства, реализуемой на основании постановления следователя (как это и было сделано 7 июня 2017 года и 24 июля 2017 года). Вопрос же об уменьшении этих сумм или об освобождении от их уплаты в связи с материальным положением осужденного (либо лица, в отношении которого дело прекращено) относится исключительно к сфере распределения издержек и разрешается судом в порядке гл. 47 УПК РФ, но не затрагивает обязанности государства выплатить причитающиеся суммы хранителю.

В абз. 3 п. 10 указанного постановления, законодатель предусмотрел возможность производства выплат, относящихся к процессуальным издержкам, уже в ходе досудебного производства по уголовному делу, в том числе при рассмотрении судом вопросов, отнесенных к его компетенции ч. 2 и 3 ст. 29 УПК РФ. Тем самым лица, в производстве которых находится уголовное дело (дознаватель, следователь, прокурор, суд), наделены полномочиями по осуществлению соответствующих выплат лицам, задействованным в обеспечении уголовного судопроизводства. При этом абз. 4 того же пункта установлено, что при отсутствии необходимых для разрешения вопроса о распределении процессуальных издержек сведений суд истребует и приобщает к делу копии решений о произведенных из средств федерального бюджета выплатах, а также другие документы, подтверждающие имеющиеся по делу расходы. В данном случае такие решения – постановления следователя от 7 июня 2017 года и от 24 июля 2017 года о выплате ООО «СП «Гроско» расходов на хранение вещественного доказательства – были вынесены, однако не исполнены финансовым органом, а вопрос об их принудительной реализации в рамках уголовного судопроизводства не может быть разрешен ввиду отсутствия итогового судебного акта по уголовному делу.

Поскольку материалы дела содержат процессуальные решения следователя о выплате ООО «СП «Гроско» процессуальных издержек, уголовное дело прекращено на стадии предварительного расследования, итоговое судебное решение отсутствует, а механизм распределения издержек (гл. 47 УПК РФ) не может быть реализован, единственным способом восстановления права истца на получение причитающихся ему сумм является рассмотрение его требований в порядке гражданского судопроизводства.

Таким образом, вывод суда первой инстанции о том, что заявленные требования подлежат рассмотрению исключительно в порядке уголовного судопроизводства, основан на неверном толковании норм процессуального права без учета конкретных обстоятельств дела, свидетельствующих об отсутствии реальной возможности получения истцом возмещения в уголовно-процессуальном порядке.

Ссылка ответчика на определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 27 февраля 2024 года № 67-КГ23-18-К8 не может быть принята во внимание, поскольку содержащаяся в нем правовая позиция сформулирована без учета фактических обстоятельств настоящего дела. В отличие от ситуации, рассмотренной Верховным Судом, где уголовное дело не было прекращено, по нему постановлен приговор, а заявитель не исчерпал уголовно-процессуальные способы защиты, по настоящему делу уголовное преследование прекращено на стадии предварительного расследования, итоговый судебный акт отсутствует, а истец, напротив, использовал все возможные меры защиты в рамках уголовного судопроизводства, которые оказались безрезультатными.

Учитывая длительное нахождение настоящего гражданского дела в производстве суда с 2022 года, проведение по делу ряда судебных экспертиз для подтверждения фактических затрат истца на хранение вещественного доказательства и получение соответствующих экспертных заключений, а также принимая во внимание невозможность получения истцом возмещения в ином процессуальном порядке, прекращение производства по делу на данной стадии приведет к нарушению права ООО «СП «Гроско» на доступ к правосудию и своевременную судебную защиту, гарантированных ст. 46 Конституции РФ.

В связи с этим судебная коллегия считает необходимым также отметить, что в силу принципа единства статуса судей, закрепленного в ст. 2 Закона РФ от 26 июня 1992 года № 3132-1 «О статусе судей в Российской Федерации», все судьи в Российской Федерации обладают единым статусом и при осуществлении правосудия независимо от его вида (уголовного, гражданского или административного) подчиняются только Конституции РФ и федеральному закону. Судья, рассматривающий дело в порядке гражданского судопроизводства, обладает теми же профессиональными знаниями и компетенцией, что и судья, осуществляющий правосудие по уголовным делам. Разрешение настоящего спора в рамках гражданского процесса, а не в порядке уголовного судопроизводства, не повлечет нарушения прав и свобод участников процесса и не приведет к принятию незаконного или необоснованного судебного акта, поскольку выбор надлежащей формы судебной защиты не должен ставиться в зависимость от формальных процессуальных барьеров, когда иной способ защиты прав и законных интересов лица, понесшего расходы в связи с исполнением публично-правовой обязанности по хранению вещественного доказательства, отсутствует либо оказался неэффективным.

Принимая во внимание изложенное, судебная коллегия приходит к выводу, что обжалуемое определение суда первой инстанции не может быть признано законным и обоснованным и подлежит отмене с направлением дела в суд первой инстанции для рассмотрения по существу заявленных исковых требований.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 327.1 – 330 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

определение Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 14 октября 2025 года, с учетом определения об исправлении описки от 14 октября 2025 года, отменить.

Настоящее гражданское дело направить в Петропавловск-Камчатский городской суд Камчатского края для рассмотрения по существу.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено ДД.ММ.ГГГГ