Апелляционное постановление № 22К-442/2018 от 14 марта 2018 г. по делу № 22К-442/2018

Судья ФИО9 Дело №22К-442/2018


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Иваново "15" марта 2018 года

Судья Ивановского областного суда Веденеев И.В.

с участием прокурора Кананяна А.А.,

обвиняемого ФИО1/путём использования системы видеоконференц-связи/, его защитника - адвоката Романовой Ю.Н., представившей удостоверение №661 и ордер №55 от 13 марта 2018 года, выданный Ивановской областной коллегией адвокатов №4,

при секретаре Алиевой Д.Т.

рассмотрел в открытом судебном заседании поданную в интересах обвиняемого ФИО1 апелляционную жалобу защитника ФИО2 на постановление Ленинского районного суда г.Иваново от 3 марта 2018 года, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ, уроженцу <адрес>, гражданину РФ, обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.162 УК РФ,

избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 1 месяц 27 суток, то есть до 28 апреля 2018 года.

Заслушав доклад судьи Веденеева И.В., доложившего содержание обжалуемого судебного решения и существо апелляционной жалобы защитника, выслушав мнения участников судебного разбирательства, суд

у с т а н о в и л:

Постановлением Ленинского районного суда г.Иваново от 3 марта 2018 года обвиняемому ФИО1 избрана пресечения в виде заключения под стражу на срок 1 месяц 27 суток, то есть до 28 апреля 2018 года.

Тем же постановлением отказано в удовлетворении ходатайства стороны защиты об избрании обвиняемому меры пресечения в виде домашнего ареста.

Мотивы принятых решений изложены в вынесенном постановлении.

В апелляционной жалобе защитник ФИО2, не соглашаясь с состоявшимся 3 марта 2018 года в отношении ФИО1 судебным решением, просит последнее отменить, в удовлетворении ходатайства следователя о заключении обвиняемого под стражу отказать и избрать в отношении последнего меру пресечения в виде домашнего ареста, ссылаясь в обоснование своей позиции на следующее:

-при установленных судом первой инстанции обстоятельствах в отношении ФИО1 возможно избрание и такой меры пресечения как домашний арест с установлением предусмотренных в ч.7 ст.107 УПК РФ ограничений и запретов;

-сама потерпевшая неоднократно нарушала закон, ранее судима за убийство и оговаривает обвиняемого, чтобы не отдавать ему долг;

-убедительных оснований полагать, что, находясь на свободе, ФИО1 может скрыться от следствия и может угрожать потерпевшей, свидетелю, судом не приведено; соответствующий вывод суда основан лишь на показаниях ФИО7, имеющей веские причины для оговора ФИО1;

-в целях представления дополнительных доказательств необоснованности избрания обвиняемому такой меры пресечения как заключение под стражу стороной защиты на основании п.3 ч.7 ст.108 УПК РФ заявлялось соответствующее ходатайство, но суд незаконно отказал защите в реализации её процессуальных прав;

-действия ФИО1 по ч.2 ст.162 УК РФ квалифицированы преждевременно;

-подозрение в причастности ФИО1 к инкриминируемому ему тяжкому преступлению является необоснованным, опровергается доводами обвиняемого, которые надлежащим образом проверены не были;

-семейное положение обвиняемого, наличие у него на иждивении малолетних детей, его состояние здоровья надлежащим образом не учтены;

-никаких реальных попыток побега или угроз в течение полугода с момента совершения инкриминируемого ему деяния со стороны обвиняемого места не имело.

В судебном заседании обвиняемый ФИО1, его защитник Романова Ю.Н. апелляционную жалобу поддержали.

Также защитник Романова Ю.Н. обратила внимание на следующее. Судом при вынесении обжалуемого постановления допущены существенные нарушения норм процессуального права. Суд формально подошёл к разрешению вопроса о мере пресечения в отношении ФИО1 Адвокат, защищавший ФИО1 после задержания, должен был надлежащим образом исполнять свои обязанности защитника. Относительно фактического времени задержания ФИО1 суд органами следствия был введён в заблуждение. Фактически ФИО1 был задержан 1 марта 2018 года в 7.00, в связи с чем в соответствии с положениями ст.ст.92,94,128 УПК РФ мера пресечения в его отношении должна была бы быть избрана до 7.00 3 марта 2018 года, а не за рамками истечения 48-ми часового срока. На момент избрания ему меры пресечения ФИО1 задержанным не являлся. Судом обстоятельства задержания ФИО1 не выяснялись и не проверялись. Фактических обстоятельств в обоснование своего вывода о необходимости заключения ФИО1 под стражу судом первой инстанции не приведено, положения ст.ст.97,99,108 УПК РФ судом не учитывались, должная оценка сведениям о личности обвиняемого и представленным органами следствия материалам не дана. Убедительные доводы, исключающие возможность избрания в отношении обвиняемого более мягкой, нежели заключение под стражу, меры пресечения, органами следствия не приведены. Разрешая ходатайство следователя, суд должен был дать оценку обоснованности выдвинутого против лица подозрения, наличию оснований и соблюдения порядка задержания подозреваемого, соблюдению порядка привлечения лица в качестве обвиняемого, достаточности данных о событии преступления, причастности к его совершению подозреваемого, а также обсудить вопрос об избрании лицу более мягкой, чем содержание под стражей, меры пресечения, однако, в отношении ФИО1 данные требования закона выполнены не были. Также суд самостоятельно пришёл к выводу о том, что здоровье ФИО1 не препятствует его содержанию под стражей, лишив защиту права предоставить доказательства, которые являются существенными при рассмотрении такого рода вопросов. Потерпевшая конкретно на ФИО1 не указывала и не сообщала, что опасается именно его действий. Обвиняемый проживает с семьёй, малолетними детьми, имеет крепкие социальные связи, постоянное место жительства. В отношении ФИО1 возможно избрание и домашнего ареста.

Из пояснений обвиняемого следовало, что фактически его задержали 1 марта 2018 года около 7.00, когда сотрудники полиции приехали на обыск в его жилище; в отдел полиции его доставили вечером того же дня, около 17 или 18 часов; при его задержании и допросе в качестве подозреваемого в полиции присутствовал адвокат, который подписывал какие-то протоколы; он сам лично никаких протоколов не подписывал; после задержания в связи с приступом тахикардии ему вызывали скорую медицинскую помощь; также у него периодически имеются спазмы дыхания, в результате чего в следственном изоляторе ему выдавали антигистаминные препараты; сама потерпевшая совершала и совершает различные противоправные действия как в отношении своих родственников, дочери, так и в отношении посторонних лиц; она ранее судима, имеет неоднократные приводы в полицию; ранее занимала у него деньги в долг, а потом всячески избегала его, пряталась; свидетель ФИО9 боится рассказать всю правду, боясь потерять дружбу потерпевшей; в следственном изоляторе его на два дня помещали в штрафной изолятор с неудовлетворительными условиями содержания; в его отношении возможно избрание и домашнего ареста.

Прокурор Кананян А.А. возражал против удовлетворения апелляционной жалобы защитника, находя вынесенное 3 марта 2018 года постановление соответствующим требованиям ч.4 ст.7 УПК РФ.

Из показаний допрошенного по ходатайству стороны защиты свидетеля ФИО3 следовало, что обвиняемый является его зятем; у него имеется 3/5 доли в праве собственности на дом по адресу: <...>, где на протяжении последних трёх лет проживают его дочь с зятем и внуками; 2/5 доли в этом праве принадлежит другим лицам, которые в доме не проживают в связи с наличием у них иного места жительства; все условия для проживания в доме есть; согласен на проживание в доме ФИО1, если суд изберёт в отношении последнего по указанному адресу домашний арест, и первое время сможет совместно с дочерью содержать зятя; но в связи с плохим состоянием здоровья и финансовым положением дочь и внуков в отсутствие ФИО1 он содержать постоянно не сможет.

Проверив материалы дела, исследовав представленные защитником -

свидетельство о заключении брака ФИО1 и ФИО4,

свидетельства о рождении малолетних ФИО5, ФИО6,

свидетельства о государственной регистрации доли в праве собственности ФИО3 на дом,

выписки об осмотре ФИО1 в приёмном отделении и дежурным терапевтом ОБУЗ "<данные изъяты>",

допросив свидетеля ФИО3, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав участвующих в деле лиц, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В производстве СО ОМВД России по Ленинскому району г.Иваново находится возбуждённое 30 ноября 2017 года по признакам состава преступления, предусмотренного ч.2 ст.162 УК РФ, уголовное дело, в рамках которого расследуется совершение на территории г.Иваново 22 сентября 2017 года группой лиц по предварительному сговору нападения на потерпевшую ФИО7 и открытого хищения у неё под угрозой пистолета имущества на общую сумму 183118 рублей.

22 февраля 2018 года срок предварительного следствия по уголовному делу Врио заместителя начальника СУ УМВД России по Ивановской области продлён до 5-ти месяцев, то есть до 28 апреля 2018 года.

По подозрению в совершении данного преступления в порядке ст.ст.91,92 УПК РФ 1 марта 2018 года задержан ФИО1

3 марта 2018 года ФИО1 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.162 УК РФ.

В соответствие с ч.1 ст.108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трёх лет при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения; при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в постановлении судьи должны быть указаны конкретные фактические обстоятельства, на основании которых судья принял такое решение.

Согласно ч.1 ст.97 УПК РФ основаниями для избрания меры пресечения является наличие достаточных оснований полагать, что обвиняемый, подозреваемый скроется от дознания, предварительного следствия или суда, может продолжать заниматься преступной деятельностью, может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путём воспрепятствовать производству по уголовному делу. При решении вопроса о необходимости избрания меры пресечения и определения её вида должны учитываться в силу ст.99 УПК РФ также тяжесть преступления, сведения о личности подозреваемого или обвиняемого, его возраст, состояние здоровья, семейное положение, род занятий и другие обстоятельства.

Доводы стороны защиты, сводящиеся к утверждению об отсутствии оснований для заключения обвиняемого ФИО1 под стражу и о возможности избрания в отношении последнего домашнего ареста, отражают субъективное мнение обвиняемого и его защитника по данному вопросу, фактическим обстоятельствам дела не соответствующее.

Оснований для такой оценки представленных в распоряжение суда, в том числе и апелляционной инстанции, материалов, которая бы свидетельствовала об ошибочности состоявшегося 3 марта 2018 года в отношении ФИО1 судебного решения, не усматривается.

Предъявление ФИО1 обвинения в совершении тяжкого преступления, наказание за которое уголовным законом предусмотрено исключительно в виде лишения свободы и на срок, значительно превышающий три года, в совокупности с показаниями потерпевшей ФИО7, свидетеля ФИО8 об обстоятельствах совершения инкриминируемого обвиняемому преступного деяния, наличии у потерпевшей и свидетеля за свои жизнь и здоровье опасений, о реальности восприятия которых свидетельствует заявление ФИО7 о применении к ней мер безопасности, позволяют согласиться на данном этапе расследования уголовного дела с выводом суда первой инстанции о наличии обоснованных опасений в том, что, находясь на свободе, вне условий содержания в следственном изоляторе, обвиняемый может как скрыться от предварительного следствия, так и угрожать потерпевшей свидетелю.

Доводы стороны защиты о наличии у ФИО1 семьи, малолетних детей, наличии места жительства, где возможно его содержание под домашним арестом, не могут быть признаны достаточными для отмены оспариваемого постановления, так как не опровергают основанный на конкретных фактических обстоятельствах дела вывод о наличии вышеуказанных обоснованных опасений.

Принимая решение об удовлетворении ходатайства следователя, судья вопреки доводам защитника исследовал все представленные в судебное заседание сведения об юридически значимых обстоятельствах по делу, учёл предусмотренные уголовно-процессуальным законом требования, дал исследованным сведениям в целом соответствующую фактическим обстоятельствам дела и мотивированную оценку, обоснованно при этом исключив возможность избрания в отношении обвиняемого более мягкой, нежели заключение под стражу, меры пресечения. Вопрос о такой возможности судом первой инстанции обсуждался, что подтверждается содержанием состоявшегося в отношении обвиняемого ФИО1 3 марта 2018 года судебного решения, но с учётом всей совокупности установленных по делу обстоятельств такая возможность была обоснованно исключена. Соглашаясь с таким выводом, суд апелляционной инстанции, принимая во внимание изложенные в обжалуемом постановлении фактические обстоятельства дела, сведения о личности ФИО1, в свою очередь, также не находит оснований для избрания в отношении обвиняемого более мягкой меры пресечения, в том числе домашнего ареста.

Доводы жалобы о том, что никаких реальных попыток побега или угроз в течение полугода с момента совершения инкриминируемого ему деяния со стороны обвиняемого места не имело, на правильность обжалуемого судебного решения не влияют. По подозрению в совершении преступления ФИО1 был задержан только 1 марта 2018 года.

Вопреки доводам стороны защиты данные, указывающие на наличие у стороны обвинения достаточных оснований для осуществления уголовного преследования обвиняемого, в представленных материалах дела имеются, что в обжалуемом постановлении в целом надлежащим образом мотивировано со ссылкой на конкретные представленные органами предварительного следствия доказательства.

Между тем, вопросы, связанные с доказанностью события преступления, виновности в его совершении ФИО1, а равно вопросы, связанные с оценкой представленных органами предварительного следствия доказательств/в том числе, показаний потерпевшей ФИО7, свидетеля ФИО8/ с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, и в своей совокупности - достаточности для вывода о доказанности предусмотренных ст.73 УПК РФ обстоятельств, подлежат разрешению судом только при рассмотрении данного дела по существу.

Не подлежат в рамках настоящего разрешения вопроса о мере пресечения обвиняемого и доводы стороны защиты о преждевременности юридической квалификации по ч.2 ст.162 УК РФ инкриминируемого ФИО1 деяния.

Предусмотренные ч.1 ст.91 УПК РФ основания для задержания ФИО1 в качестве подозреваемого имелись, данные основания указаны в соответствующем протоколе от 1 марта 2018 года, и с учётом представленных следователем материалов суд апелляционной инстанции находит их соответствующими фактическим обстоятельствам дела.

Не усматривает суд апелляционной инстанции при имеющихся обстоятельствах и влекущего освобождение из-под стражи нарушения регламентированного ст.92 УПК РФ порядка задержания ФИО1 в качестве подозреваемого.

Доводы стороны защиты, сводящиеся к утверждению о фактическом задержании ФИО1 в качестве подозреваемого 1 марта 2018 года в 7.00, а не в 18.45, как указано в соответствующем протоколе, при установленных фактических обстоятельствах суд находит надуманными. Каких-либо замечаний по указанному в протоколе времени фактического задержания ФИО1 в порядке ст.ст.91,92 УПК РФ ни им самим, ни его защитником вплоть до рассмотрения дела судом апелляционной инстанции не высказывалось. Как следовало из пояснений ФИО1, в отдел полиции он был доставлен вечером 1 марта 2018 года, около 17-18 часов, точное время назвать не может, после проведения в его жилище обыска. Само по себе проведение в жилище лица обыска не означает задержание с начала обыска этого лица в качестве подозреваемого.

Нарушений требований главы 23 УПК РФ при предъявлении 3 марта 2018 года ФИО1 обвинения, которые бы влекли отмену оспариваемого стороной защиты постановления и освобождение обвиняемого из-под стражи, суд апелляционной инстанции при имеющихся обстоятельствах дела не усматривает.

Сам по себе факт неудовлетворительного состояния здоровья обвиняемого возможность избрания в его отношении меры пресечения в виде заключения под стражу не исключает. Сведений о наличии у ФИО1 тяжёлых заболеваний, препятствующих его содержанию в условиях следственного изолятора, представленные материалы дела не содержат. Такие заболевания не названы и стороной защиты. Представленные последней медицинские документы свидетельствуют лишь об обращении ФИО1 в прошлом за амбулаторной медицинской помощью, однако, не констатируют наличие у обвиняемого какого-либо заболевания из указанной категории. Кроме того, как следовало из пояснений непосредственного самого обвиняемого в суде апелляционной инстанции, медицинская помощь в условиях следственного изолятора ему оказывается.

Срок содержания обвиняемого ФИО1 под стражей установлен в пределах срока предварительного следствия по уголовному делу.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих безусловную отмену состоявшегося судебного решения, судом первой инстанции не допущено.

Заявленное обвиняемым в судебном заседании 3 марта 2018 года ходатайство об отложении на 72 часа рассмотрения дела для предоставления справок о состоянии его здоровья рассмотрено судом первой инстанции по существу, с приведением мотивов принятого по нему решения. Отказ в удовлетворении данного ходатайства вопреки доводам стороны защиты не лишил её права на предоставление суду доказательств в данной части, что подтверждается предоставлением указанных справок и их исследованием судом апелляционной инстанции.

Конкретных ходатайств о необходимости истребования иных, нежели указанных выше, материалов, стороной защиты при рассмотрении дела судом первой инстанции в судебном заседании сформулировано не было, что следует из содержания протокола последнего. При этом замечаний на протокол судебного заседания никем из участвующих в деле лиц не приносилось.

Вопреки доводам защитника Романовой Ю.Н. обстоятельств, которые бы позволяли считать, что осуществлявший защиту ФИО1 адвокат ФИО2 ненадлежащим образом исполнял свои обязанности защитника, из представленных в распоряжение суда материалов дела не усматривается.

Наряду с изложенным суд апелляционной инстанции полагает необходимым исключить из обжалуемого постановления на странице 2-й из абзаца 2-го снизу текст "В отношении ФИО1 ранее выносился обвинительный приговор о совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.162 УК РФ."

Как следует из представленных материалов, судимость ФИО1 за данное преступление в установленном законом порядке погашена. Согласно же ч.6 ст.86 УК РФ погашение судимости аннулирует все правовые последствия, предусмотренные уголовным законом, связанные с судимостью. При таких обстоятельствах указание судом на имевший место в прошлом факт осуждения ФИО1 за данное преступление является необоснованным.

Однако, внесение судом в постановление данного изменения не влияет на правильность принятого 3 марта 2018 года судом первой инстанции в отношении обвиняемого ФИО1 решения, обоснованного конкретными фактическими обстоятельствами по делу, которые в своей совокупности исключают в настоящее время возможность избрания обвиняемому более мягкой, нежели заключение под стражу, меры пресечения, и являются достаточными для установления срока её действия до 28 апреля 2018 года.

Проверка законности и обоснованности водворения содержащегося в следственном изоляторе обвиняемого ФИО1 в штрафной изолятор предметом настоящего апелляционного производства не является.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

п о с т а н о в и л:

Постановление Ленинского районного суда г.Иваново от 3 марта 2018 года в отношении обвиняемого ФИО1 уточнить, исключив на странице 2-й из абзаца 2-го снизу текст "В отношении ФИО1 ранее выносился обвинительный приговор о совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.162 УК РФ."

В остальной части указанное постановление оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника ФИО2 - без удовлетворения.

Судебное решение может быть обжаловано в суд кассационной инстанции в порядке главы 47.1 УПК РФ.

Судья: И.В.Веденеев