Решение № 2-572/2021 2-572/2021~М-471/2021 М-471/2021 от 8 июня 2021 г. по делу № 2-572/2021

Гражданское дело №

УИД 48RS0№-13


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

09 июня 2021 года <адрес>

Левобережный районный суд <адрес> в составе:

председательствующего судьи Саввиной Е.А.,

при секретаре ФИО2,

с участием прокурора ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к АО «Индезит Интернэшнл» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 с учетом уточнения заявленных требований обратился в суд с иском к АО «Индезит Интернэшнл» о взыскании компенсации морального вреда в размере 256 802 рубля 35 копеек, судебных расходов по оплате услуг представителя в размере 22 000 рублей, почтовых расходов в размере 199 рублей. В обоснование заявленных требований указал, что с ДД.ММ.ГГГГ состоял в трудовых отношениях с АО ЗТ «Завод холодильников Стинол», которое в 1997 году было преобразовано в ЗАО «Завод холодильников Стинол», в 2005 году переименовано в ЗАО «Индезит Интернэшнл», с ДД.ММ.ГГГГ в АО «Индезит Интернэшнл». Работал в цехе сборки и термоизоляции корпусов на участке №, а с ДД.ММ.ГГГГ переведен в основное производство оператором производства формованного полиуретана и пенополиуретана 5-го разряда, с ДД.ММ.ГГГГ истцу присвоен 6-й разряд. При исполнении трудовых обязанностей ДД.ММ.ГГГГ с истцом произошел несчастный случай на производстве, в результате которого он получил травму правой руки: открытый многооскольчатый фрагментарный перелом средней трети костей правого предплечья со смещением отломков, дефектом костной ткани, обширные раны правого предплечья. Истец по скорой помощи был доставлен в больницу ГУЗ «Липецкая городская больница № «Свободный Сокол», где ДД.ММ.ГГГГ ему выполнили экстренную операцию (первичная хирургическая обработка открытого перелома костей правого предплечья, КДО в аппарате ФИО7). Согласно медицинского заключения врачебной комиссии ГУЗ «Липецкая городская поликлиника №» № от ДД.ММ.ГГГГ истцу был поставлен диагноз: «Открытый многооскольчатый перелом с/з костей правого предплечья», по состоянию здоровья нуждается в санаторно-курортном лечении в санаториях с заболеваниями костно-мышечной системы один pаз в год (круглогодично). Впоследствии после длительного лечения ему был поставлен диагноз: «Открытый многооскольчатый фрагментарный перелом средней трети костей правого предплечья со смещением отломков, дефектом костной ткани, обширные раны правого предплечья и оперативного лечения (ДД.ММ.ГГГГ - пластика дефекта правой лучевой кости аутоплантом из крыла правой подвздошной кости, ДД.ММ.ГГГГ - демонтаж аппарата внешней фиксации с правого предплечья) в виде сросшегося перелома правой лучевой кости посттравматической нейропатии правого лучевого нерва с умеренным парезом правой кисти, гипостезии, посттравматической контрактуры правого лучезапястного и пястно-фаланговых суставов правой кисти, хронический остеомиелит костей правого предплечья в стадии стойкой ремиссии, стойкие незначительные нарушения нейромышечных, скелетных и связанных с движением (статодинамических) функций». По результатам расследования несчастного случая ДД.ММ.ГГГГ работодателем был составлен акт № о несчастном случае на производстве формы Н-1, вид происшествия - воздействие движущихся предметов, причиной получения истцом травмы указаны грубые нарушения правил охраны труда и техники безопасности, допущенные по вине работодателя, что установлено актом о несчастном случае на производстве (отсутствует технологическая документация по действиям операторов производства формованного полиуретана и пенополиуретана при вводе оборудования в работу после сбоя цикла). ДД.ММ.ГГГГ и до ДД.ММ.ГГГГ истцу была установлена II группа инвалидности (причина инвалидности - трудовое увечье), 70 % утраты профессиональной трудоспособности (в связи с первым несчастным случаем на производстве от ДД.ММ.ГГГГ: выраженные нарушения функции верхних конечностей, вторая степень ограничения категорий жизнедеятельности: самообслуживание и трудовая деятельность). С истцом была проведена беседа о целях, задачах и социально-правовых последствиях реабилитационных мероприятий: реабилитационный потенциал - низкий, реабилитационный прогноз сомнительный. С ДД.ММ.ГГГГ и по ДД.ММ.ГГГГ истцу была установлена III группа инвалидности (причина инвалидности - трудовое увечье), 40 % утраты профессиональной трудоспособности (в связи с первым несчастным случаем на производстве от ДД.ММ.ГГГГ: умеренные нарушения функции верхних конечностей, первая степень ограничения категорий жизнедеятельности: самообслуживание и трудовая деятельность). С ДД.ММ.ГГГГ и по настоящее время истцу установлено 30 % утраты профессиональной трудоспособности (в связи с первым несчастным случаем на производстве от ДД.ММ.ГГГГ: незначительные нарушения функции верхних конечностей). ДД.ММ.ГГГГ истец был уволен из АО «Индезит Интернэшнл» по п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ по соглашению сторон фактически по требованию работодателя, поскольку с такой сложной травмой руки работой по профессии его обеспечить не могли. Только ДД.ММ.ГГГГ ему удалось вернуться к трудовой деятельности, но уже не по профессии. Истец трижды находился на стационарном лечении, длительно находился и периодически находится на амбулаторном лечении, которое вызвано последствиями вышеуказанного травмирования. В связи с тщетными попытками полностью восстановить состояние здоровья истцом были дополнительно понесены расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе, расходы на обследование к госпитализации на сумму 9 810 рублей. Учитывая полученные при травмировании повреждения, он не имел возможности осуществлять трудовую деятельность, что явилось основанием утраты заработка, он не имел возможности продолжать оставаться кормильцем семьи. Кроме того, в результате травмирования истцу были причинены сильные душевные и нравственные страдания, связанные с переживанием по поводу возможных и имеющихся в действительности тяжелейших неизлечимых последствий. Последствия травмы постоянно с момент причинения и до сегодняшнего дня напоминают и в дальнейшем пожизненно будут напоминать о себе, что является поводом для постоянных обращений к лечащим врачам, осуществления регулярной реабилитации, прохождения процедур медико-социальных экспертиз.

Истец ФИО1 и его представитель по ордеру ФИО8 в судебном заседании исковые требования поддержали и просили удовлетворить, ссылаясь на доводы, изложенные в иске. Истец суду пояснил, что его правая рука после полученной травмы была полностью обездвижена, врачи говорили ему, что она не подлежит восстановлению, стоял даже вопрос об ее ампутации, в ходе операции и последующего лечения рука была собрана буквально «по кусочкам». У него были очень сильные боли, он является правшой и не мог себя самостоятельно полноценно обслуживать и выполнять элементарные бытовые навыки, супруга кормила его, помогала купаться и т.<адрес> до настоящего времени скована, он с трудом пишет, не может здороваться правой рукой, как раньше, не может работать на земельном участке и помогать супруге с домашними делами.

Представитель ответчика АО «Индезит Интернэшнл» в судебное заседание не явился, о дате и времени его проведения извещался надлежащим образом, в письменных возражениях на иск против удовлетворения заявленных требований возражал, просил о рассмотрении дела в свое отсутствие, ссылаясь на то, что АО «Индезит Интернэшнл» был заключен коллективный договор с профсоюзной организацией горно-металлургического профсоюза России, являющегося представителем работников АО «Индезит Интернэшнл». Данный коллективный договор предусматривает порядок и размеры возмещения морального вреда, причиненного работникам в результате несчастных случаев на производстве. Так, в силу п. 10.15 данного коллективного договора на 2017 - 2019 годы размер компенсации морального вреда для возмещения исчисляется из среднего заработка пострадавшего за один год, исчисленного на дату установления процента утраты трудоспособности, с учетом степени утраты трудоспособности (средняя заработная плата х 12 х процент утраты трудоспособности, установленный МСЭ). АО «Индезит Интернэшнл» было получено заявление от ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ о выплате ему компенсации морального вреда в соответствии с п. 10.15 коллективного договора на 2017 - 2019 годы. На основании данного заявления ему была установлена выплата компенсации морального вреда в размере 143 197 рублей 65 копеек (357 994 рубля 13 копеек х 40 %, где 357 994 рубля 13 копеек - заработная плата истца за 12 месяцев, предшествующих назначению выплаты, 40 % - степень утраты трудоспособности согласно справке МСЭ-2009 №). Сумма в размере 143 197 рублей 65 копеек была перечислена ФИО1 Таким образом, АО «Индезит Интернэшнл» выплатило истцу компенсацию морального вреда в соответствии с п. 10.15 коллективного договора организации на 2017 - 2019 годы. В исковом заявлении не содержатся доводы истца о несогласии с размером выплаченной компенсации, а по сути ставится вопрос о повторной компенсации морального вреда, что законом не предусмотрено. Кроме того, представитель ответчика в возражениях на иск указал, выплата компенсации морального вреда в размере большем, чем указано в коллективном договоре, нарушает принципы справедливости и равенства по отношению к другим работникам, которые также получили увечья в результате несчастного случая, так как им моральный вред оплачивался также в размере, предусмотренном коллективным договором.

Выслушав объяснения участников процесса, заключение прокурора, полагавшего заявленные требования подлежащими удовлетворению, допросив свидетеля, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 1064 ГПК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу п. 2 ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

Как указано в ст. 21 ТК РФ, работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами, обязательное социальное страхование в случаях, предусмотренных федеральными законами.

В соответствии со ст. 22 ТК РФ работодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений трудовых договоров, обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами.

На основании ст. 212 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Работодатель, в том числе, обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов, создание и функционирование системы управления охраной труда, соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте, организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты принятие мер по предотвращению аварийных ситуаций, сохранению жизни и здоровья работников при возникновении таких ситуаций и т.д.

В силу ст. 291 ТК РФ каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, гарантии и компенсации, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда.

Как закреплено в ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В ст. 151 ГК РФ указано, что если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечёт физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.

Согласно Постановлению Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав не результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

В данном Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № также указано, что степень физических страданий, как и нравственных, нужно оценивать с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных и переживаемых страданий.

На основании ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Таким образом, в гражданском законодательстве жизнь и здоровье рассматриваются как неотчуждаемые и непередаваемые иным способом нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения (ст. 150 ГК РФ).

Судом установлено, что АО «Индезит Интернэшнл» является действующим юридическим лицом, что подтверждается выпиской из ЕГРЮЛ по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ.

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ДД.ММ.ГГГГ принят на работу в АО ЗТ «Завод холодильников Стинол» в цех сборки и термоизоляции корпусов на участок № слесарем механо-сборочных работ 3-го разряда, в 1997 году общество было преобразовано в ЗАО «Завод холодильников Стинол», в 2005 году переименовано в ЗАО «Индезит Интернэшнл», с ДД.ММ.ГГГГ в АО «Индезит Интернэшнл». ДД.ММ.ГГГГ истец переведен в основное производство оператором производства формованного полиуретана и пенополиуретана 5-го разряда, с ДД.ММ.ГГГГ ему присвоен 6-й разряд, уволен ДД.ММ.ГГГГ на основании п. 1 ч. 1 ст.77 ТК РФ по соглашению сторон. С ДД.ММ.ГГГГ принят на работу в НОУДОО детский сад «Маленькая страна» на должность заместителя руководителя по АХЧ, где работает по настоящее время.

Данные обстоятельства подтверждаются трудовой книжкой истца.

ДД.ММ.ГГГГ с истцом произошел несчастный случай на производстве.

Обстоятельства данного несчастного случая были расследованы в рамках трудового законодательства работодателем. Так, из акта о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что несчастный случай произошел в производственном корпусе на установке запенивания дверей поз. 34.50.60, барабан запенивания расположен в боксе из сэндвич-панелей, пол ровный, сухой, выполнен из бетона. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в смену с 06 часов 50 минут по заданию мастера выполнял работу по запениванию дверей поз. 34.50.60. Примерно в 13 часов 40 минут на барабане запенивания в форме № была произведена заливка компонентов во внутреннюю полость двери, барабан начал вращение и форма № ушла на станцию закрывания, но не закрылась. Форма № открылась и встала в позицию разгрузки. Цикл вращения барабана был нарушен. Оператор производства формованного полиуретана и пенополиуретана ФИО1 попытался восстановить автоматический режим работы установки, но машина не заработала. ФИО1 поднял нижний формоноситель формы № с пульта управления до максимальной высоты. После этого пять работников вручную прижали плитку к верхнему формоносителю. ФИО1 при помощи запорной планки от контейнера (модель С019), используя ее в качестве рычага, попытался задвинуть замковую рейку на форме №, служащую для фиксирования верхней и нижней плит в закрытом состоянии. До конца замковую рейку ФИО9 не задвинул, но не заметил этого. Затем он с пульта управления попытался выдвинуть форму №, но это ему не удалось, так как форма № не была закрыта. Опять используя запорную планку, ФИО1 попытался закрыть замковую рейку на форме №. В этот момент незафиксированная нижняя плита формы № вышла из зацепления с верхней, упала и ударила по запорной планке, находящейся в руках ФИО1 Планка ударила по предплечью правой руки ФИО1, в результате чего он получает травму. В поликлинике ООО «ПрофМед» фельдшер оказал ему первую помощь. После этого пострадавшего отправили на машине скорой помощи в травмпункт. Причина несчастного случая: отсутствует технологическая документация по действиям операторов производства формованного полиуретана и пенополиуретана при вводе оборудования в работу после сбоя цикла. Лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, не установлено.

Суд принимает представленный акт в качестве доказательства обстоятельств произошедшего несчастного случая, при этом доказательств его оспаривания в судебном порядке в ходе рассмотрения настоящего дела не представлено.

Поскольку ответчик не обеспечил безопасные условия выполнения истцом порученной ему работы и надлежащего контроля за организацией и проведением работы, в результате чего произошел несчастный случай на производстве, то имеются правовые основания для возложения на работодателя истца обязанности по компенсации причиненного ему морального вреда.

Как следует из объяснений истца в суде, после произошедшего ДД.ММ.ГГГГ он по скорой помощи был доставлен в больницу ГУЗ «Липецкая городская больница № «Свободный Сокол».

Согласно выписки из медицинской карты истца ГУЗ «Липецкая городская больница № «Свободный Сокол» он находился на стационарном лечении в травматологическом отделении данного медицинского учреждения в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: «Открытый многооскольчатый фрагментарный перелом с/з костей правого предплечья со смещением отломков, дефектом костной ткани, обширные рваные раны правого предплечья». ДД.ММ.ГГГГ истцу была выполнена экстренная операция (первичная хирургическая обработка открытого перелома костей правого предплечья, КДО в аппарате ФИО7), выписан на амбулаторное долечивание.

Также истец в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на стационарном лечении в отделении последствий травм и гнойных осложнений опорно-двигательного аппарата в Национальном медицинском исследовательском центре травматологии и ортопедии имени ФИО4 <адрес> с диагнозом: «Дефект дистального отдела правой лучевой кости, хронический остеомиелит костей правого предплечья, стадия ремиссии, контрактура правого лучезапястного и пястно-фаланговых суставов правой кисти, состояние после оперативного лечения», где ДД.ММ.ГГГГ ему была выполнена операция - пластика дефекта правой лучевой кости аутотрансплантатом из крыла правой подвздошной кости. Что следует из выписного эпикриза.

Кроме того, истец в период с ДД.ММ.ГГГГ также находился на стационарном лечении в отделении последствий травм и гнойных осложнений опорно-двигательного аппарата в Национальном медицинском исследовательском центре травматологии и ортопедии имени ФИО4 <адрес> с диагнозом: «Сросшийся перелом правой лучевой кости, состояние после пластики дефекта дистального отдела правой лучевой кости, хронический остеомиелит костей правого предплечья, стадия ремиссии, контрактура правого лучезапястного и пястно-фаланговых суставов правой кисти», где ДД.ММ.ГГГГ ему была выполнена операция - демонтаж аппарата внешней фиксации правого предплечья, что подтверждается выписным эпикризом.

Согласно справке ВК ГУЗ «ЛГП №» от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 установлен диагноз Т 92.1 - последствия травмы правой верхней конечности на производстве ДД.ММ.ГГГГ (открытый перелом правого предплечья, оперативное лечение, пластика, хронический остеомиелит) в виде неправильно консолидированного перелома костей левого предплечья, кисти, стойкая комбинированная контрактура правого предплечья, лучезапястного сустава, кисти, межфаланговых суставов, посттравматический артроз правого лучезапястного сустава, деформация правого предплечья и правого лучезапястного сустава, хронический остеомиелит правого предплечья в стадии ремиссии, стойкие умеренно выраженные нарушения стато - динамической функции, посттравматическая нейропатия правого лучевого нерва с выраженным парезом правой кисти, рефлекторными, чувствительными, нуждается в реабилитационных мероприятиях: 1) лекарственных средствах; 2) медицинской реабилитации в организациях, оказывающий санаторно - курортные услуги, 21 день 1 раз в год; 3) стационарном лечении 1-2 раза в год.

Как следует из дела освидетельствования истца в бюро МСЭ, ДД.ММ.ГГГГ и до ДД.ММ.ГГГГ ему была установлена II группа инвалидности (причина инвалидности - трудовое увечье), 70 % утраты профессиональной трудоспособности (в связи с первым несчастным случаем на производстве от ДД.ММ.ГГГГ: выраженные нарушения функции верхних конечностей, вторая степень ограничения категорий жизнедеятельности: самообслуживание и трудовая деятельность). С истцом была проведена беседа о целях, задачах и социально-правовых последствиях реабилитационных мероприятий: реабилитационный потенциал - низкий, реабилитационный прогноз сомнительный.

С ДД.ММ.ГГГГ и по ДД.ММ.ГГГГ истцу была установлена III группа инвалидности (причина инвалидности - трудовое увечье), 40 % утраты профессиональной трудоспособности (в связи с первым несчастным случаем на производстве от ДД.ММ.ГГГГ: умеренные нарушения функции верхних конечностей, первая степень ограничения категорий жизнедеятельности: самообслуживание и трудовая деятельность).

С ДД.ММ.ГГГГ и по настоящее время истцу установлено 30 % утраты профессиональной трудоспособности (в связи с первым несчастным случаем на производстве от ДД.ММ.ГГГГ: незначительные нарушения функции верхних конечностей).

Свидетели ФИО5 и ФИО6, будучи допрошенными в судебном заседании, показали, что до травмы истец был жизнерадостным работящим человеком, после несчастного случая врачи давали неутешительный прогноз и говорили, что правая рука истца не подлежит восстановлению. У истца были очень сильные боли, он не мог себя самостоятельно обслуживать, свидетель ФИО6, являющаяся супругой истца, кормила его, помогала купаться и т.п., так как правая рука была полностью обездвижена.

Показания указанных свидетелей принимаются судом во внимание, поскольку они являются объективными, последовательными, согласуются с иными доказательствами по делу, оснований не доверять им у суда не имеется. При этом судом также учитывается, что свидетелям были разъяснены под роспись ст.ст. 69, 70 ГПК РФ, также они под роспись были предупреждены об уголовной ответственности по ст.ст. 307 и 308 УК РФ.

Как следует из п. 10.15 коллективного договора АО «Индезит Интернэшнл» на 2017- 2019 годы, работодатель в добровольном порядке возмещает работникам и семьям погибших, получившим трудовое увечье или профзаболевание в период действия настоящего договора, обратившимся к работодателю с соответствующим заявлением, моральный вред за перенесенные физические и нравственные страдания. Компенсация морального вреда выплачивается в денежной форме. Размер компенсации морального вреда для возмещения исчисляется из среднего заработка пострадавшего за один год, исчисленного на дату установления процента утраты трудоспособности, с учетом степени утраты нетрудоспособности (средняя заработная плата х 12 х процент утраты трудоспособности, установленный МСЭ), а в случае потери кормильца - заработка за три года 9средняя зарплата х 36).

АО «Индезит Интернэшнл» было получено заявление ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ о выплате ему компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве в соответствии с коллективным договором с приложением справки МСЭ-2009 №.

Приказом АО «Индезит Интернэшнл» от ДД.ММ.ГГГГ № «О возмещении морального вреда» постановлено возместить работнику ФИО1, получившему трудовое увечье в связи с несчастным случаем на производстве, наступившим при исполнении им своих трудовых обязанностей, выплатить ему денежную компенсацию в размере 143 197 рублей 65 копеек в качестве возмещения морального вреда на основании п. 10.15 коллективного договора АО «Индезит Интернэшнл» на 2017- 2019 годы, справки МСЭ-2009 № от ДД.ММ.ГГГГ согласно представленного расчета (357 994 рубля 13 копеек х 40 %, где 357 994 рубля 13 копеек - заработная плата истца за 12 месяцев, предшествующих назначению выплаты, 40 % - степень утраты трудоспособности согласно справке МСЭ-2009 №).

Согласно платежного поручения от ДД.ММ.ГГГГ № АО «Индезит Интернэшнл» выплатило ФИО1 сумму в размере 143 197 рублей 65 копеек (промежуточные выплаты).

В п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» указано, что при определении компенсации морального вреда должны учитывается требования разумности и справедливости. Степень нравственных и физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных страданий.

При определении размера компенсации морального вреда судом учитываются степень физических и нравственных страданий истца, тяжесть, характер, место локализации полученных травм и их последствия (повреждена правая рука, получена травма в виде открытого многооскольчатого перелома, при этом истец является правшой), что предполагает обездвиженность, ограниченность при выполнении элементарных бытовых навыков, длительность нахождения истца на лечении и характер проведенного лечения (проведены операции - КДО в аппарате ФИО7, пластика кости аутоплантом, находился на лечении в стационаре три раза, лечился амбулаторно), индивидуальные особенности потерпевшего, который на дату несчастного случая находился в возрасте 51 года, при этом возраст в силу объективных причин осложняет процесс сращивания костей и тканей, заживления полученных ран, то обстоятельство, что в настоящее время истцу установлено 30 % утраты профессиональной трудоспособности, что предполагает определенные ограничения в трудовой деятельности, в то же время недостижение истцом пенсионного возраста, в связи с чем отсутствие у него в настоящее время возможности получать пенсию по старости в случае его нетрудоустройства из-за полученной травмы, фактические обстоятельства причинения морального вреда истцу (при исполнении трудовых обязанностей), выплата ответчиком истцу компенсацию морального вреда в соответствии с коллективным договором в размере 143 197 рублей 65 копеек, а также требования разумности и справедливости, при этом суд доказательства грубой неосторожности в действиях самого потерпевшего в материалах дела отсутствует.

Принимая во внимание вышеуказанное, суд приходит к выводу о том, что в пользу истца с ответчика следует взыскать компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей, что будет отвечать требованиям разумности и справедливости с учетом всех обстоятельств, установленных по делу.

Возражения ответчика относительно заявленных требований со ссылкой на то, что истцом ставится вопрос о повторной компенсации морального вреда, при этом законом не предусмотрено выплата компенсации морального вреда в размере большем, чем указано в коллективном договоре, в случае удовлетворения требований истца нарушает принципы справедливости и равенства по отношению к другим работникам, которые также получили увечья в результате несчастного случая, поскольку им моральный вред оплачивался также в размере, предусмотренном коллективным договором, отклоняются судом, так как основаны на неправильном толковании норм материального права, поскольку в соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (ч. 2 ст. 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ч. 3 ст. 37), каждый имеет право на охрану здоровья (ч. 2 ст. 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (ч. 1 ст. 46). Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе, и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке. Согласно ч. 3 ст. 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных ст. 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры. Приведенные выше конституционные положения конкретизированы в соответствующих нормах трудового права и разъяснениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации. Так, в соответствии с ч. 2 ст. 9 ТК РФ коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению. Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со ст. 237 ТК РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости. Аналогичные критерии определения размера компенсации морального вреда содержатся и в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда». Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника. Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

Согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 ГПК РФ. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

На основании ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; расходы на оплату услуг переводчика, понесенные иностранными гражданами и лицами без гражданства, если иное не предусмотрено международным договором Российской Федерации; расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд; расходы на оплату услуг представителей; расходы на производство осмотра на месте; компенсация за фактическую потерю времени в соответствии со ст. 99 настоящего Кодекса; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы.

Расходы на оплату услуг представителя в соответствии с положениями ч. 1 ст. 100 ГПК РФ возмещаются стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству в разумных пределах.

Согласно п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер. Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п. 13).

Из материалов дела усматривается, что истцом были понесены судебные расходы по оплате услуг представителя за оказание юридической помощи и представление его интересов в судебных заседаниях в Левобережном районном суде <адрес> адвокатом ФИО8, которые подлежат возмещению в силу ст. 100 ГПК РФ.

Несение данных расходов истцом в сумме 22 000 рублей подтверждается квитанциями от ДД.ММ.ГГГГ (юридическая консультация), ДД.ММ.ГГГГ (составление искового заявления), ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ (представительство в суде, составление адвокатского запроса, ознакомление с материалами дела в суде).

Принимая во внимание категорию дела, его сложность, объем проделанной представителем работы, количество судебных заседаний, в которых представитель принимала участие (два судебных заседания), договорной характер отношений между истцом и представителем, с учетом принципов разумности, справедливости и пропорциональности, объема удовлетворенных исковых требований, суд считает необходимым заявление о взыскании судебных расходов по оплате услуг представителя удовлетворить частично, снизив размер указанной суммы до 11 000 рублей.

В пользу истца с ответчика судом также взыскиваются почтовые расходы по отправке в адрес суда и ответчика копии искового заявления с приложениями в общем размере 199 рублей согласно кассовых чеков от ДД.ММ.ГГГГ, которые суд признает необходимыми и связанными с рассмотрением настоящего дела.

Учитывая, что в силу закона истец был освобожден от уплаты государственной пошлины при подаче искового заявления, а заявленные требования судом удовлетворены, то на основании ст. 103 ГПК РФ с ответчика за удовлетворенные требования о взыскании компенсации морального вреда суд взыскивает государственную пошлину в бюджет <адрес> в размере 300 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ,

РЕШИЛ:

Взыскать с АО «Индезит Интернэшнл» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 200 000 (двести тысяч) рублей, судебные расходы в размере 11 199 (одиннадцать тысяч сто девяносто девять) рублей.

Взыскать с АО «Индезит Интернэшнл» государственную пошлину в бюджет <адрес> в размере 300 (триста) рублей.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Липецкий областной суд через Левобережный районный суд <адрес> в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья Е.А. Саввина

Мотивированное решение

в соответствии со ст. 199 ГПК РФ

изготовлено ДД.ММ.ГГГГ года