Апелляционное постановление № 22-5985/2023 от 27 сентября 2023 г. по делу № 1-48/2023

Судья Фадеева О.В.

Дело № 22-5985/2023


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Пермь 28 сентября 2023 года

Пермский краевой суд в составе председательствующего Череневой С.И.,

при секретаре судебного заседания Хабихузине О.А.,

с участием прокурора Нечаевой Е.В.,

потерпевшего С.,

защитника – адвоката Першина В.Д.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Першина В.Д. на приговор Большесосновского районного суда Пермского края от 28 июля 2023 года, которым

ФИО1, родившийся дата в ****, несудимый,

осужден по ч. 1 ст. 264 УК РФ к 1 году 6 месяцам ограничения свободы с установлением ограничений и возложением обязанности, предусмотренных ст. 53 УК РФ, в соответствии с ч. 3 ст. 47 УК РФ с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортным средством, на срок 1 год.

Разрешены вопросы по мере пресечения и о судьбе вещественных доказательств.

Изложив содержание судебного решения, существо апелляционной жалобы, заслушав выступление адвоката Першина В.Д., поддержавшего доводы апелляционной жалобы, выступление потерпевшего С. и мнение прокурора Нечаевой Е.В. об оставлении приговора без изменения, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 признан виновным в нарушении при управлении автомобилем Правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью С.

Преступление совершено 31 августа 2022 года на территории Большесосновского муниципального округа Пермского края при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе адвокат Першин В.Д. выражает несогласие с приговором, считая его незаконным и необоснованным. Полагает, что судом первой инстанции дана неверная оценка действиям его подзащитного, который действуя в условиях крайней необходимости, предпринял все зависящие от него меры с целью избежания столкновения, а именно: включил горный тормоз, стал замедляться на спуске, увидев как впереди идущий автопоезд (цистерна) начал экстренно тормозить, включив с запозданием аварийную световую сигнализацию, также прибегнул к экстренному торможению, пытаясь остановить свое транспортное средство об обочину. В случае непринятия ФИО1 указанных мер, последствия дорожно-транспортного происшествия могли быть более тяжелыми. Обращает внимание, что на досудебной стадии водитель автопоезда (цистерны), двигавшегося перед ним, не установлен. Считает, что сторона защиты была лишена возможности должным образом подготовиться к судебному разбирательству в связи с проведением судебных заседаний в короткий промежуток времени и без согласования графика с защитником. Указывает на необоснованный отказ суда в ознакомлении с материалами дела и предоставлении дополнительного времени для подготовки к судебному заседанию, согласованию позиции с доверителем, недостаточное предоставление времени для подготовки ходатайства о назначении повторной автотехнической экспертизы, считая это нарушением права ФИО2 на защиту. По мнению автора жалобы, имеющееся в материалах дела заключение эксперта № 395 является недопустимым доказательством, поскольку основано на сведениях об обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия, представленных эксперту судом, что свидетельствует об оказании давления на последнего. Кроме того, ссылается на неполноту экспертного исследования, в связи с чем находит необоснованным отказ в удовлетворении его ходатайства о назначении и проведении дополнительной судебной автотехнической экспертизы. Омечает, что в нарушение уголовно-процессуального закона суд в совещательную комнату для разрешения ходатайства о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ не удалился, допустив немотивированный отказ в его удовлетворении. Также выражает несогласие с решением суда о назначении ФИО1 дополнительного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами сроком на 1 год, о назначении которого государственный обвинитель в судебных прениях не просил. Считает, что ФИО1, будучи лишенным права управления транспортными средствами, будет поставлен в трудное материальное положение, поскольку его работа связана с указанным видом деятельности. Ставит вопрос об отмене приговора и направлении материалов уголовного дела на новое судебное рассмотрение.

Проверив материалы уголовного дела, изучив доводы апелляционной жалобы, заслушав участников процесса, суд апелляционной инстанции находит приговор суда законным, обоснованным и справедливым.

Вывод суда о виновности ФИО1 в совершении преступления, за которое он осужден, подтвержден совокупностью доказательств, исследованных и проверенных в судебном заседании, подробный анализ которых содержится в приговоре. При этом суд, исследовав обстоятельства, подлежащие доказыванию, предусмотренные ст. 73 УПК РФ, в соответствии со ст. 307 УПК РФ указал мотивы, по которым в основу выводов положены одни доказательства и отвергнуты другие.

Так, из показаний самого осужденного ФИО1 следует, что 31 августа 2022 года он двигался на автомобиле «Вольво FH-Truck» с полуприцепом «KOGEL SN 24» за автопоездом с цистерной, соблюдая дистанцию между транспортными средствами. На спуске с горы стал замедляться, подъехав к повороту, увидел, что идущая перед ним машина начала экстренно тормозить, в связи с чем им также были приняты меры к экстренному торможению, в результате заноса прицепа произошло столкновение с автомобилем «Лада Веста», двигавшимся по встречной полосе.

По мнению суда апелляционной инстанции, суд первой инстанции правильно в обоснование виновности осужденного сослался на показания потерпевшего С. и свидетеля Н., сообщивших об обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия, согласно которым 31 августа 2022 года около 23 часов, проезжая с. Черновское, у подъема в гору они заметили стоявший на дороге со включенной аварийной сигнализацией грузовой автомобиль, в связи с чем С. принял меры к снижению скорости до 50-60 км/ч, проехав его, увидели движущийся во встречном направлении грузовой автомобиль, поравнявшись с которым обнаружили как в непосредственной близости на занимаемую ими полосу выехал прицеп автомобиля, после чего последовало столкновение. Указанный автомобиль не был виден, поскольку двигался вплотную к идущему перед ним грузовому автомобилю, не соблюдая дистанцию.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы и показаниям эксперта П. у С. имелись переломы дужек С1, перелом тела и дужки С2 слева (переломы первого и второго шейного позвонка), компрессионный перелом тела С7 1 степени (перелом седьмого шейного позвонка), компрессионно-оскольчатые переломы тел Th1, Th2, Th3 (переломы 1, 2, 3 грудных позвонков), компрессионный перелом тела Th4 1 степени (перелом 4 грудного позвонка), перелом тела грудины, закрытая черепно-мозговая травма в виде сотрясения головного мозга и ушибленной раны волосистой части головы, которые образовались в результате ударных воздействий твердого тупого предмета (предметов) и в соответствии с п. 6.1.6, 6.1.12 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Приказом Минздравсоцразвития РФ № 194н от 24 апреля 2008 года квалифицируются как тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Свидетели Ш. и К., являющиеся инспекторами ДПС, сообщили об обстоятельствах проведения осмотра места происшествия и транспортных средств, составления схемы места дорожно-транспортного происшествия.

Помимо изложенных показаний потерпевшего и свидетелей, виновность ФИО1 объективно подтверждена: протоколами осмотра места происшествия, транспортных средств, схемой ДТП, в которых зафиксирована обстановка на месте дорожно-транспортного происшествия, а также расположение, техническое состояние, повреждения транспортных средств «Лада Веста» государственный регистрационный знак <***> регион и «Вольво FH-Truck» государственный регистрационный знак <***> регион в составе с полуприцепом «KOGEL SN 24» с государственным регистрационным знаком; проектом организации дорожного движения, содержащим сведения о дислокации дорожных знаков на участке автомобильной дороги «с. Большая Соснова – с. Частые» 23-24 км; видеозаписью с регистратора, на которой зафиксирован момент дорожно-транспортного происшествия; заключением автотехнической экспертизы о том, что в рассматриваемой дорожно-транспортной ситуации выполнение водителем автомобиля «Вольво FH-Truck» требований абзаца 1 п. 10.1 Правил дорожного движения исключало дорожно-транспортное происшествие, а также иными доказательствами, приведенными в приговоре.

Указанные выше доказательства и иные доказательства, исследованные в судебном заседании и изложенные в приговоре, суд первой инстанции проверил и оценил с соблюдением ст. ст. 87, 88 УПК РФ, обоснованно признав их относимыми, достоверными, допустимыми и в своей совокупности достаточными для подтверждения вины ФИО1 в совершении вменяемого ему преступления.

Оснований не доверять показаниям потерпевшего и свидетелей у суда не имелось, поскольку они согласуются как между собой, так и с другими доказательствами по делу. Каких-либо противоречивых доказательств, которые могли бы существенно повлиять на выводы суда и которым суд не дал бы оценки, в приговоре не имеется.

Совокупность приведенных доказательств подтверждает вывод суда о доказанности виновности осужденного ФИО1 в нарушении при управлении автомобилем Правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшему С. при обстоятельствах, изложенных в приговоре, с которым соглашается суд апелляционной инстанции. Данных о необъективной оценке представленных доказательств не установлено.

Доводы защитника о несогласии с проведенной по делу автотехнической судебной экспертизой, а также о ее неполноте, нельзя признать состоятельными, поскольку указанная экспертиза проведена с соблюдением всех требований уголовно-процессуального закона, при этом правильность научность и обоснованность выводов, изложенных в заключении, компетенция эксперта сомнений не вызывают.

Суд установил, что заключение судебной экспертизы является полным и ясным, содержит необходимые разъяснения и ответы на поставленные для изучения вопросы, входящие в компетенцию эксперта, у суда отсутствовали основания для иного толкования их выводов. Само по себе несогласие стороны защиты с выводами экспертизы основанием для признания данного заключения недопустимым доказательством не является, о ее неполноте или недостоверности не свидетельствует.

Сведения о необъективности эксперта, предупрежденного об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, нарушении принципа его независимости при производстве экспертизы, оказания воздействия в целях получения заключения в пользу кого-либо из участников процесса, в материалах дела отсутствуют и суду не представлено. Не свидетельствует об этом и факт представления судом по запросу эксперта дополнительных сведений, которые основаны исключительно на материалах дела, также находящихся в распоряжении эксперта, о чем содержится указание суда в соответствующем ответе на запрос.

Все приводимые стороной защиты доводы по поводу несогласия с результатами автотехнической экспертизы, а также показаниями потерпевшего о механизме дорожно-транспортного происшествия, сводятся к собственной оценке фактических обстоятельств дела и объективно ничем не подтверждаются.

Как обоснованно установлено судом первой инстанции, именно несоблюдение водителем ФИО1 требований пункта 10.1 Правил дорожного движения при управлении источником повышенной опасности привело к выезду управляемого им автомобиля с полуприцепом на полосу, предназначенную для встречного движения, и столкновению с автомобилем под управлением С., в результате которого последнему причинен тяжкий вред здоровью. Действия ФИО1, не обеспечившего безопасность движения управляемого им грузового автомобиля с учетом интенсивности движения, особенностей и состояния транспортного средства и груза, дорожных и метеорологических условий, в частности видимости в направлении движения, выбравшего скорость около 70 км/ч, не позволяющую осуществлять постоянный контроль за изменением дорожной обстановки, по неосторожности допустившего занос полуприцепа на встречную полосу, находятся в прямой причинно-следственной связи с данным дорожно-транспортным происшествием и его последствиями.

Показания ФИО1 о том, что в момент дорожно-транспортного происшествия он действовал в состоянии крайней необходимости, вызванной действиями впереди идущего автомобиля, не основаны на представленных доказательствах, верно расценены судом первой инстанции как данные с целью защиты и желанием избежать уголовной ответственности, опровергаются как показаниями потерпевшего, сообщившего о несоблюдении осужденным дистанции перед идущим автомобилем, что с учетом дорожной обстановки повлекло занос полуприцепа, выезд его на встречную полосу и столкновение с автомобилем «Лада Веста», так и показаниями свидетеля Н., видеозаписью момента дорожно-транспортного происшествия, заключением эксперта.

Таким образом, подробно изложив в приговоре мотивы принятого решения на основе собранных по делу доказательств, суд первой инстанции верно установил фактические обстоятельства дела и квалифицировал действия осужденного ФИО1 по ч. 1 ст. 264 УК РФ.

Вопреки доводам жалобы, уголовное дело рассмотрено с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, беспристрастно, с соблюдением принципа состязательности и равноправия сторон. При этом суд не ограничивал прав участников процесса по исследованию имеющихся доказательств. В судебном заседании проверены все доказательства, об исследовании которых ходатайствовали стороны. Данных, свидетельствующих о необоснованном отказе стороне защиты в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, не установлено.

Отсутствие в материалах дела показаний водителя автомобиля-цистерны, двигавшегося перед автомобилем осужденного, который не был установлен в ходе предварительного следствия, а также З. – водителя автопоезда, стоявшего на дороге со включенной аварийной сигнализацией, не свидетельствует о неполноте предварительного и судебного следствия, поскольку совокупность исследованных в судебном заседании доказательств обоснованно признана судом достаточной для признания ФИО1 виновным в совершении преступления, за которое он осужден.

Заявленные сторонами ходатайства, были разрешены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с принятием по ним должных решений и их убедительной мотивацией. Отклонение некоторых из заявленных ходатайств, в том числе о возвращении уголовного дела прокурору, назначении и проведении дополнительной судебной автотехнической экспертизы при соблюдении процедуры их рассмотрения судом не препятствовало рассмотрению дела по существу и не повлияло на полноту и достаточность представленных доказательств для установления вины осужденного, а также не может свидетельствовать о нарушении процессуальных прав сторон.

Обвинительное заключение соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ, что позволяло принять по делу законное и обоснованное решение.

Отсутствие в обвинительном заключении ссылки на внесенное на имя врио начальника ОП (дислокация с. Большая Соснова) МО МВД России «Очерский» представление о принятии мер по устранению обстоятельств, способствовавших совершению преступления, не может свидетельствовать о нарушении требований ст. 220 УПК РФ, поскольку указанный документ к числу доказательств не относится.

Доводы, приведенные защитником, о наличии оснований для возвращения уголовного дела прокурору противоречат уголовно-процессуальному закону, поскольку фактически в них ставится вопрос о восполнении предварительного следствия, тогда как закон допускает для этого единственное основание - предъявление обвинения в совершении более тяжкого преступления. Так как судом не установлено таких обстоятельств, защитнику обоснованно было отказано в удовлетворении ходатайства о возвращении уголовного дела прокурору.

То обстоятельство, что ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ было рассмотрено председательствующим без удаления в совещательную комнату, не может быть расценено как существенное нарушение уголовно-процессуального закона и не влечет за собой отмену или изменение приговора, поскольку в силу ч. 2 ст. 256 УПК РФ в совещательную комнату суд обязан удалиться лишь в случае принятия решения о возвращении дела прокурору, а решение об отказе в этом суд вправе по своему выбору принять как в совещательной комнате, так и в зале судебного заседания с занесением в протокол.

Объективных данных об односторонности и обвинительном уклоне судебного разбирательства в представленных материалах не содержится. По смыслу закона, неудовлетворенность той либо иной стороны по делу принятым судом решением по вопросам, возникающим в ходе судебного разбирательства дела, не является поводом для уличения судьи в утрате объективности и беспристрастности. Судебное разбирательство по делу носило состязательный характер. Исходя из протокола судебного заседания, в ходе судебного разбирательства суд не допустил нарушений закона, с которыми Уголовно-процессуальный кодекс РФ связывает возможность отмены приговора, обеспечил равноправие сторон, не отдавая предпочтение какой-либо из них, заняв, таким образом, независимую позицию и, руководствуясь при осуществлении правосудия, только законом.

Не основаны на материалах дела и доводы о том, что сторона защиты была лишена возможности должным образом подготовиться к судебному разбирательству, в том числе согласовать позицию.

Из протокола судебного заседания видно, что защитнику Першину В.Д. была предоставлена возможность ознакомиться с материалами уголовного дела, в связи с чем в судебном заседании неоднократно объявлялся перерыв, который с учетом объема материалов дела, составляющего один том, являлся достаточным. В течение предоставленного времени адвокат имел возможность согласовать позицию со своим подзащитным. Кроме того, 24 мая 2023 года после ознакомления с материалами уголовного дела защитник возражений против продолжения судебного заседания не высказал, им была занята активная позиция в ходе допроса потерпевшего С. и свидетеля Н. В дальнейшем потерпевший также принимал участие в судебных заседаниях, в связи с чем сторона защиты не была лишена возможности задать ему дополнительные вопросы при наличии таковых, ходатайств о повторном допросе свидетеля С. участниками процесса не заявлялось.

Наказание осужденному ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ, с учетом всех обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности содеянного, отнесенного к категории преступлений небольшой тяжести, данных, характеризующих личность виновного, наличия смягчающих и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, исходя из принципов справедливости, в целях исправления осужденного.

Так, судом в полной мере приняты во внимание характеризующие ФИО1 данные, из которых следует, что он не судим, на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит, характеризуется удовлетворительно.

В качестве смягчающего наказание обстоятельства суд учел наличие у осужденного малолетних детей.

Сведений об обстоятельствах, которые в силу ч. 1 ст. 61 УК РФ безусловно подлежали признанию в качестве смягчающих наказание осужденного, но не были признаны таковыми судом первой инстанции, а также иных обстоятельств, значимых для назначения наказания и достаточных для признания их в качестве смягчающих в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, которые бы ставили под сомнение справедливость назначенного наказания, суд апелляционной инстанции не усматривает и в апелляционной жалобе адвоката не приведено.

Суд первой инстанции, с приведением убедительных мотивов, пришел к обоснованному выводу о назначении ФИО1 наказания в виде ограничения свободы с дополнительным наказанием, причин не согласиться с ним суд апелляционной инстанции не находит.

Препятствия к назначению наказания в виде ограничения свободы, указанные в ч. 6 ст. 53 УК РФ, отсутствуют. Установленный судом размер наказания в виде ограничения свободы не является максимальным, определен в пределах санкции ч. 1 ст. 264 УК РФ.

С учетом сведений о привлечении ФИО1 к административной ответственности за правонарушение в области дорожного движения, оценив в совокупности все обстоятельства, влияющие на назначение наказания, суд первой инстанции правильно пришел к выводу о назначении ФИО1 на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, мотивировав его в приговоре, с чем соглашается суд апелляционной инстанции.

При этом следует отметить, что суд располагал сведениями о характере трудовой деятельности осужденного, однако эти обстоятельства, с учетом конкретных обстоятельств дела и данных о личности виновного, позволили суду принять обоснованное решение о невозможности сохранения за ФИО1 права заниматься деятельностью по управлению транспортными средствами, что соответствует таким целям наказания как восстановление социальной справедливости, исправление осужденного и предупреждение совершения им новых преступлений. При этом ссылки апелляционной жалобы относительно финансовых и материальных трудностей семьи осужденного не могут быть приняты во внимание, поскольку общественную опасность содеянного не снижают.

С учетом установленного смягчающего наказание обстоятельства, поведения осужденного во время и после совершения преступления, судом первой инстанции не установлено обстоятельств, которые давали бы основания к применению в отношении ФИО1 положений ст. 64 УК РФ, не находит таких оснований и суд апелляционной инстанции.

Судом учтены все значимые обстоятельства, обеспечивающие реализацию принципа индивидуализации ответственности.

Таким образом, суд апелляционной инстанции полагает, что по своему виду и размеру назначенное осужденному ФИО1 наказание, как основное, так и дополнительное, является соразмерным содеянному, соответствует целям и задачам назначения уголовного наказания, а потому чрезмерно суровым и явно несправедливым не является. Основания для смягчения наказания отсутствуют.

Нарушений требований уголовного и уголовно-процессуального законов суд апелляционной инстанции не находит, оснований для отмены или изменения приговора, в том числе по доводам апелляционной жалобы, не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Большесосновского городского суда Пермского края от 28 июля 2023 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Першина В.Д. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу, с соблюдением требований статьи 401.4 УПК РФ.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст.ст. 401.10 - 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалобы, представления лица, участвующие в деле, вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий. подпись