Апелляционное постановление № 22-39/2025 22К-39/2025 от 16 января 2025 г. по делу № 3/2-176/2024

Судья Шибанова Н.А.

Дело № 22-39/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

17 января 2025 года г.Биробиджан

Судья суда Еврейской автономной области Пышкина Е.В.,

при секретаре Ш.,

рассмотрел в открытом судебном заседании дело по апелляционной жалобе защитника Атанова И.В. на постановление Биробиджанского районного суда ЕАО от 23 декабря 2024 года, которым

Х., <...>, продлён срок содержания под стражей на 2 месяца 6 суток, всего до 4 месяцев 6 суток, включительно по <...>.

Изложив доклад, заслушав обвиняемого Х. и защитника Атанова С.И., поддержавших доводы апелляционной жалобы, прокурора Емельянчикова С.С., полагавшего оставить постановление без изменения,

УСТАНОВИЛ:

5 октября 2023 года возбуждено уголовное дело № <...> по п. «в» ч. 2 ст. 226.1 УК РФ в отношении Ч., С. и других неустановленных лиц.

19 января 2024 года в отношении Ф., Ч. и С. возбуждено уголовное дело № <...> по ч. 3 ст.258.1 УК РФ.

1 октября 2024 года в отношении С., Ф. и Ч. возбуждено уголовное дело № <...> по ч. 3 ст.258.1 УК РФ.

10 октября 2024 года в отношении Ч. возбуждено уголовное дело № <...> по ч. 1 ст. 258.1, ч. 3 ст. 258.1 УК РФ.

Все вышеуказанные дела соединены в одно производство с присвоением номера № <...>.

27 октября 2024 года Х. задержан в порядке ст. 91-92 УПК РФ и ему предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 226.1, ч. 3 ст. 258.1 УК РФ.

29 октября 2024 года Биробиджанским районным судом ЕАО Х. избрана мера пресечения заключение под стражу на срок 2 месяца - по <...>.

8 ноября 2024 года Х. предъявлено обвинение по ч. 3 ст. 30, ч. 3 ст. 226.1, ч. 3 ст. 258.1 УК РФ.

19 декабря 2024 года старший следователь СО УФСБ России по ЕАО В., с согласия руководителя следственного органа, обратился в Биробиджанский районный суд ЕАО с ходатайством о продлении срока содержания под стражей Х. на 2 месяца, всего до 4 месяцев 7 суток, включительно по <...>, ссылаясь на то, что ему необходимо окончить ознакомление обвиняемых и защитников с материалами дела и направить последнее прокурору с обвинительным заключением. Изменение меры пресечения полагал невозможным ввиду того, что Х. может незаконно осуществить переход через границу и скрыться от органов следствия и суда на территории КНР, воспрепятствовать производству по делу, приняв меры к сокрытию и уничтожению предметов и документов, имеющих значение для уголовного дела, или созданию ложных доказательств, а также оказать давление на свидетелей и других обвиняемых, содействующих расследованию, склонив их к даче показаний в выгодную для себя сторону, продолжить заниматься преступной деятельностью.

23 декабря 2024 года ходатайство удовлетворено. Полагая, что Х. при иной мере пресечения может скрыться от органов следствия и суда и оказать давление на свидетелей, воспрепятствовав этим производству по делу, суд продлил обвиняемому срок содержания под стражей на 2 месяца 6 суток, а всего до 4 месяцев 6 суток, включительно по <...>.

В апелляционной жалобе защитник Атанов И.В. просит отменить постановление как незаконное, необоснованное, основанное на предположениях и избрать Х. в качестве меры пресечения домашний арест либо залог. Свои доводы обосновывает тем, что судом нарушены положения п. 1, 5, 14, 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <...> № <...> «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога». Суд фактически сделал вывод о виновности Х. в инкриминируемом деянии и этим обстоятельством объяснил возможность назначении обвиняемому реального лишения свободы, в связи с которыми он скроется от следствия и суда из-за сурового наказания. При этом он проигнорировал наличие у Х. социальных связей <...>. Достаточных сведений о том, что Х. может как-то воспрепятствовать производству предварительного следствия путём оказания давления на других участников уголовного судопроизводства или иным образом при применении к нему домашнего ареста либо залога с ограничениями в постановлении не приведено. Судом не дана оценка доводам стороны защиты о том, что оснований для вывода о возможности оказания давления на участников судопроизводства со стороны обвиняемого не имеется ввиду того, что расследование окончено и последние знакомятся с материалами дела, а Х. дал исчерпывающие показания и не препятствовал проведению следственных и процессуальных действий. Им проигнорировано то, что имевшиеся основания для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу изменились и отпали. Устранившись от фактических обстоятельств, суд не дал надлежащей оценки тому, что по делу имеются все основания применения к Х. залога либо домашнего ареста. Убедительных мотивов о невозможности беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства при применении к обвиняемому более мягкой меры пресечения в постановлении не приведено. О реальной возможности лица скрыться в силу вышеуказанного Пленума на первоначальных этапах производства по уголовному делу могут свидетельствовать тяжесть предъявленного обвинения и возможность назначения наказания в виде лишения свободы на длительный срок, либо нарушение ранее избранной меры пресечения. А на то, что лицо может скрыться за границей, могут указывать факты продажи принадлежащего ему на праве собственности имущества на территории РФ, наличия за рубежом источника дохода, финансовых (имущественных) ресурсов, наличия гражданства (подданства) иностранного государства, отсутствие у такого лица в РФ постоянного места жительства, работы, семьи. Каких-либо реальных сведений о том, что Х. может покинуть территорию РФ, суду не представлено. Голословные заявления органа следствия о том, что он ранее <...> на это не указывают. Напротив, статус Х. как <...> с возложенными на него ограничениями исключает даже наличие <...>. Он имеет постоянное место жительства в <...>, где также проживает <...>. Вывод суда о возможности обвиняемого скрыться сделан лишь на основании тяжести инкриминируемого преступления, а факты отсутствия судимости, наличия постоянного места жительства с регистрацией, социальных связей и <...>. Обстоятельства, которые могли бы оправдать изоляцию лица от общества, должны быть реальными, обоснованными, то есть подтверждаться достоверными сведениями, а суд ограничился лишь общими фразами, сформулированными как предположения. Длительное содержание под стражей может быть оправдано лишь в условиях эффективной организации предварительного расследования, а законные и обоснованные причины, препятствующие своевременному расследованию в установленный законом срок содержания под стражей Х., по настоящему делу отсутствовали. Доводы суда о том, что расследование уголовного дела связано со значительным производством следственных действий, проводимых в целях расследования преступления, не убедительны. Тяжесть обвинения, которой следователь обосновал исключительность продления срока содержания под стражей Х. и сложность данного уголовного дела, не может являться безусловным основанием для самой строгой меры пресечения. Судом не учтены обстоятельства, свидетельствующие о недостаточности и неэффективности действий следователя, производимых в целях своевременного осуществления уголовного преследования, что не может оправдать длительное нахождение под стражей Х. Также им не рассмотрено по существу ходатайство стороны защиты о применении в отношении обвиняемого домашнего ареста либо залога, чем нарушено право Х. на защиту, доступ к правосудию и предрешён вопрос о его виновности. Ограничившись общими фразами, суд безосновательно оставил без внимания <...>, препятствующего содержанию под стражей с отсутствием возможности оказания <...> Х. без риска для <...> в условиях ФКУ <...>. Надлежащей оценки представленным сведениям им не дано, соответствующие доводы в постановлении не приведены.

Проверив материалы дела и обсудив доводы апелляционной жалобы, оснований для отмены или изменения постановления суд второй инстанции не находит, полагая его законным, обоснованным и мотивированным.

Согласно ст. 109 УПК РФ в случае невозможности закончить предварительное следствие в срок до 2 месяцев и при отсутствии оснований для изменения или отмены меры пресечения срок содержания под стражей может быть продлён судьёй районного суда до 6 месяцев.

Указанные требования закона соблюдены. Из представленных материалов видно, что предварительное следствие по уголовному делу проводилось длительное время ввиду его особой сложности, обусловленной количеством возбужденных на протяжении года - в период с октября 2023 года по октябрь 2024 года, и соединённых в одно производство дел, большим объёмом следственных действий по нескольким эпизодам преступлений в отношении четверых обвиняемых, производства многочисленных экспертиз, в том числе и за пределами региона.

При этом мера пресечения в виде заключения под стражу избрана Х. 27 октября 2024 года. После этого ему и иным фигурантам предъявили обвинение и допросили, Х. был ознакомлен с постановлениями о назначении экспертиз и заключениями последних, также следователь наложил арест на имущество обвиняемых, произвёл осмотр документов и предметов, рассмотрел многочисленные ходатайства и <...> объявил об окончании предварительного следствия, после чего обвиняемые с защитниками преступили к ознакомлению с материалами уголовного дела в порядке ст.217 УПК РФ.

При указанных обстоятельствах оснований считать предварительное расследование по делу неэффективным, как и указал суд первой инстанции, не имеется.

Срок, на который суд продлил содержание под стражей Х., с учётом необходимости ознакомления четверых обвиняемых и защитников с <...> томами уголовного дела, составления обвинительного заключения и направления дела прокурору, является разумным и не выходит за рамки установленного по делу срока предварительного расследования.

Вопрос о возможности изменения Х. меры пресечения судья обсудила и не нашла к этому оснований полагая, что при любой иной мере пресечения он может скрыться от органов предварительного следствия и суда под тяжестью предъявленного обвинения, а с учётом обвинения в совершении преступления в составе организованной группы, обстоятельств инкриминируемых деяний и наличия собственных познаний в оперативной работе, оказать давление на свидетелей, воспрепятствовав этим производству по делу.

Поводов не согласиться с данными выводами не имеется. Х. обвиняется в совершении тяжкого и особо тяжкого преступлений, предусматривающих наказание в виде лишения свободы до 8 и 12 лет, что в полной мере позволяет полагать, что при иной мере пресечения он, может скрыться от органа следствия и суда, опасаясь возможности его назначения. Статус <...>, вопреки мнению защитника, этому не препятствует.

При этом тяжесть обвинения не является единственным основанием для продления срока содержания под стражей.

Поскольку Х. предъявлено обвинение в совершении двух преступлений с использованием <...>, а свидетелями по делу, в том числе, являются действующие <...>, опасающиеся обвиняемого и обратившиеся с заявлениями о применении к ним мер безопасности, у суда также имелись достаточные поводы считать, что при иной мере пресечения он может путём угроз оказать воздействие на свидетелей, воспрепятствовав производству по делу.

Тем самым решение суда, как того и требуют положения ст. 97-99 УПК РФ, основано на конкретных, фактических данных, в том числе касающихся личности обвиняемого.

При установлении указанных опасений оснований для изменения меры пресечения на домашний арест или иные более мягкие меры пресечения, несмотря на наличие у Х. места жительства, <...> положительных характеристик, не имеется. Все иные меры пресечения не могут в достаточной степени обеспечить надлежащий контроль за обвиняемым и беспрепятственное производство по уголовному делу, поскольку однозначно не исключают возможности скрыться и воздействовать на свидетелей даже после окончания сбора доказательства по делу органом предварительного расследования.

Доводы стороны защиты о том, что суд фактически сделал выводы о виновности Х., являются необоснованными и опровергаются постановленным судебным решением, в котором таковых не содержится. Судья не входил в обсуждение вопросов о виновности либо невиновности Х., а действовала строго в рамках уголовно-процессуального закона.

Ходатайство об изменении мера пресечения на залог или домашний арест отдельно в суд не направлялось и не регистрировалось как самостоятельный материал, оно было заявлено в рамках уже поступившего дела по ходатайству следователя о продлении срока содержания под стражей обвиняемому. В связи с этим, отдельного указания на результат его рассмотрения в судебном решении, в том числе резолютивной его части, не требовалось.

Права Х. на защиту и доступ к правосудию судом не нарушены, так как по существу ходатайство об изменении меры пресечения, изложенное в письменной и устной форме защитником в ходе судебного заседания, судом рассмотрено в совещательной комнате и разрешено. Оснований для изменения меры пресечения на более мягкую, в числе которых домашний арест и залог, суд не нашёл, соответственно не усмотрев поводов для удовлетворения указанного ходатайства.

Документов, свидетельствующих о наличии медицинских противопоказаний к содержанию Х. под стражей в связи с имеющимися у него заболеваниями, установленных постановлением Правительства РФ от 14 января 2011 года № 3 «О медицинском освидетельствовании подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений» в деле нет и суду второй инстанции также не представлено.

Постановление в полной мере соответствует требованиям ст. 7 УПК РФ. Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих его отмену или изменение, не установлено.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ,

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Биробиджанского районного суда ЕАО от 23 декабря 2024 года в отношении Х. оставить без изменения, а апелляционную жалобу защитника Атанова И.В. без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано непосредственно в суд кассационной инстанции - Девятый кассационный суд общей юрисдикции, расположенный в <...>, в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Обвиняемый Х. вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Судья Е.В. Пышкина