Решение № 2-379/2025 2-379/2025~М-132/2025 М-132/2025 от 18 января 2026 г. по делу № 2-379/2025

Мотивированное
решение

суда изготовлено 19 января 2026г.

УИД № 38RS0025-01-2025-000217-33

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

24 декабря 2025г. город Усть-Кут

Усть-Кутский городской суд Иркутской области в составе

председательствующего судьи Шумавцовой А.С.,

при секретаре судебного заседания Лысковой Н.А.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО1 – Синчуриной О.С., действующей на основании ордера, ответчика индивидуального предпринимателя ФИО2., помощника прокурора г. Усть-Кута Бардаханова С.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-379/2025 по исковому заявлению ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о признании акта о несчастном случае на производстве недействительным в части, взыскании компенсации морального вреда, причиненного в результате несчастного случая на производстве, расходов на лечение, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ИП ФИО2, в котором с учетом уточнения требований просит признать недействительным акт по форме Н-1 о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ в части не установления вины работодателя (п. 10 «причины несчастного случая», п. 11 «лица, допустившие нарушения требований охраны труда»), в части установления легкой степени вреда здоровью (п. 9.2 «характер полученных повреждений и орган, подвергшийся повреждению, медицинское заключение о тяжести повреждения здоровья»); взыскать с ИП ФИО2 компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>, материальные расходы на лечение после несчастного случая на производстве в размере <данные изъяты>, расходы по оплате юридических услуг в размере <данные изъяты>

В обоснование исковых требований указал, что ДД.ММ.ГГГГг. с истцом произошел несчастный случай на производстве. В соответствии с нормами трудового законодательства было проведено расследование несчастного случая, результаты расследования были оформлены актом № по форме Н-1 от ДД.ММ.ГГГГг.

В связи с происшедшим несчастным случаем, ФИО1 получил травмы в виде <данные изъяты>. В настоящее время не известно будет ли иметь место ухудшение здоровья.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал по доводам, изложенным в иске с учетом уточнения. Ранее пояснял, что его работа построена следующим образом: за день до выезда присылается смс в мессенджере о выходе в рейс. Так, ДД.ММ.ГГГГ он пришел к определенному времени перед выездом, взял путевку и выдвинулся ко времени в рейс на Роснефть. Перед рейсом им был произведен визуальный осмотр транспортного средства на неисправности, осмотр колес, проверен уровень масла. К техническому состоянию автомобиля на момент выезда претензий не было. Однако на автомобиле стояло запасное колесо, которое и взорвалось, а не новая резина, как утверждает ответчик. Рейсом ранее он менял это колесо на запасное. После слива топлива он остался ночевать на базе, а ДД.ММ.ГГГГ выдвинулся в обратном направлении в <адрес>, не превышая скорости, соблюдая ПДД РФ, в районе <адрес> сделал остановку, поскольку каждые два часа должен останавливаться и проверять автомобиль на наличие дефектов. Никаких дефектов не выявил, в момент, когда он подходил к задней оси левого колеса произошел взрыв. Далее он отошел на обочину и присел, думал, что совсем ослеп, но потом на один глаз стало возвращаться зрение. После добрался до кабины и сообщил о произошедшем руководителю, после закрыв автомобиль, поймал попутный автомобиль, по пути в город встретил своего руководителя, который его довез до больницы в <адрес>. Ранее он носил очки и после лазерной коррекции на левый глаз, в оправе были заменены линзы и сделана их тонировка. В настоящее время очки ему не требуются, но какими-либо медицинскими документами подтвердить этот факт не имеет возможности.

Представитель истца ФИО1 – Синчурина О.С., действующая на основании ордера, в судебном заседании исковые требования поддержала по доводам, изложенным в иске с учетом уточнения.

Ответчик ИП ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал, поддержал письменные возражения, дополнительно пояснил, что вся резина на автомобиле, которым управлял ФИО1, стояла новая, марка ее указана в акте. Когда с истцом произошел несчастный случай, он поменял взорвавшееся колесо на запасное при транспортировки автомобиля обратно в <адрес>. Колесо, которое было повреждено, при проведении расследования не фотографировали, на экспертизу не направляли, после случившегося данная шина была выброшена. При подписании истцу ДД.ММ.ГГГГ путевого листа им, как механиком, был произведен технический осмотр автомобиля, каких-либо недостатков выявлено не было. Кроме того незадолго данный автомобиль проходил техническое облуживание, произведена замена деталей, автомобиль был в технически исправном состоянии. Поломка, которая произошла в автомобиле, которым управлял истец, внешне выявить при осмотре невозможно, поломка произошла после 400-450 км после начала движения. Специалисты автотехники к расследованию несчастного случая на производстве не привлекались, поскольку причина поломки была выяснена по приезду к месту аварии, была поломка ускорительного клапана, ФИО1 сообщил о ней и сказал, что доедет поскольку разводит колодки, а уже после поступил звонок, что у него проблемы с глазом. В акте о расследовании несчастного случая на производстве не стали указывать причину взрыва шины из-за вины водителя.

В письменном отзыве представитель ИП ФИО2 указал, что истец с ДД.ММ.ГГГГ был принят ответчиком на должность водителя грузового автомобиля по основному месту работы, на условиях полной занятости.

ДД.ММ.ГГГГ с 7:45 до 8:00 истец прошел предрейсовый медицинский осмотр, совместно с ответчиком осуществил осмотр транспортного средства - грузового седельного тягача MAN TGS 33.430 6x6 BBS-W (государственный регистрационный знак №) с прицепом марки ГР АЗ № (гос. номер №), после чего получил путевой лист и в 8:00 направился в рейс до Ярактинского нефтегазового месторождения через нефтебазу г. Усть-Кут.

ДД.ММ.ГГГГ в 14:31 истец загрузил для перевозки дизельное топливо на нефтебазе г. Усть-Кут, после чего в указанное время выехал из г. Усть-Кут до Ярактинского нефтегазового месторождения. В 22:47 того же дня истец прибыл в место назначение, где до 02:14. ДД.ММ.ГГГГ, была осуществлена выгрузка топлива, после чего истец встал на отдых на стоянке для большегрузного транспорта.

ДД.ММ.ГГГГ в 08:49 истец начал движение по обратному маршруту из Ярактинского нефтегазового месторождения в г. Усть-Кут, однако в период с 10:22 до 11:25 было выявлено отклонение истца от установленного маршрута. Ввиду отсутствия сотовой связи на данном участке пути, ответчику не удалось связаться с истцом в телефонном режиме для выяснения причин отклонения от заданного маршрута.

В период с 1 1:25 до 14:56 истец продолжил движение без отклонений от маршрута, а в 14:56 осуществил незапланированную остановку, о причинах которой ответчику также не сообщил. В 18:05 того же дня истец позвонил ответчику и сообщил, что в скором времени завершит маршрут и прибудет в место назначения.

Несколько позднее, в 18:37 от истца ответчику поступил звонок, в ходе которого истец сообщил о случившемся разрыве колеса на задней оси тягача и о полученных травмах. Ответчик совместно со своим сотрудником ФИО7 незамедлительно выехал к месту происшествия на легковом автомобиле, проинструктировав истца о необходимости встречного движения на попутном транспорте для ускорения встречи и более оперативной доставки до больницы и последующего оказания медицинской помощи.

После встречи истца и ответчика, истец пересел из попутного транспортного средства, довозившего его, в автомобиль истца, и по пути в больницу подробно изложил обстоятельства произошедшего. Со слов истца, на обратном пути маршрута от Ярактинского нефтегазового месторождения до г. Усть-Кут. в пневмосистеме ТС, управляемого истцом, возникли неполадки - ускорительный кран транспортного средства начал сбрасывать воздух, что привело к перегреву тормозных колодок ввиду недостатка воздуха в воздушной системе ТС. Для устранения выявленного дефекта истец систематически осуществлял разведение колодок тормозными трещотками. Однако, истцом не было учтено, что тормозные трещотки в автоматическом режиме возвращают колодки в исходное состояние, в связи с чем все предпринятые им меры изначально были бесперспективны и не могли предотвратить перегрев колодок, которые при трении закономерно вызвали перегрев самого колеса, что привело к расширению и увеличению объема его наполнения и последующему разрыву со всеми вытекающими последствиями.

После прибытия истца и ответчика в ближайшую больницу, где истца уже ожидал его племянник, истец заверил ответчика, что дальнейшая помощь от него на данном этапе не требуется и они с племянником справятся самостоятельно.

После того, как истец был доставлен в медицинское учреждение, в 20:40 ответчик и ФИО7 прибыли на непосредственное место происшествия, осмотрели автомобиль, заменили разорвавшееся колесо. В автомобиле присутствовал очень сильный запах сгоревших колодок. Колеса на полуприцепе на средней и задней осях были стерты. Выявленные дефекты свидетельствовали о том, что при движении ТС имело место трение такой силы, при котором дальнейшая эксплуатация автомобиля была невозможной и небезопасной. При таких неисправностях очевиден не только риск порчи ТС, но и вероятность возникновения ситуации, опасной для жизни и здоровья людей, находящихся в непосредственной близости от ТС, что в итоге и произошло.

Даже с учетом замены разорвавшегося колеса невозможность прямой эксплуатации ТС была очевидна, в связи с чем ответчик в 22:00 обратился за помощью к водителю брата - ФИО11, который прибыв на место происшествия со своим тягачом помог транспортировать цистерну, ранее транспортируемую истцом.

Точное время, указанное в изложенных пояснениях, взято из комплексной системы оперативного мониторинга транспортных средств «Комбат» <данные изъяты>, работающей на базе технологий ГЛОНАСС/GPS и GSM.

Стоит отметить, что истец, обладал достаточной квалификацией (имея образование механика), позволяющей своевременно диагностировать такого рода дефекты и оценить риски и опасность эксплуатации транспортного средства при таких повреждениях. При этом, в силу своих должностных обязанностей истец обязан был незамедлительно сообщить о выявленных неисправностях ответчику, что не было сделано в рассматриваемой ситуации.

Истец обязан был контролировать состояние используемого им транспортного средства, а в случае возникновения какой-либо неполадки незамедлительно приостановить эксплуатацию ТС и уведомить об этом ответчика, которому непосредственно подчиняется в рамках трудовых правоотношений в соответствии с п. 1.3 рабочей инструкции.

Однако, в нарушение приведенных положений истец не предпринял мер для незамедлительного уведомления ответчика о возникших дефектах, в связи с чем ответчик был лишен возможности своевременно устранить неисправность и минимизировать риск произошедших в итоге неблагоприятных последствий.

Учитывая изложенное, произошедшее происшествие стало в полной мере следствием ненадлежащего исполнения истцом своих прямых служебных обязанностей, закрепленных локальными актами, с которыми он был ознакомлен. Вина ответчика в причинении истцу вреда здоровью, материального ущерба и морального вреда, полностью отсутствует, что исключает правовую возможность привлечения его к гражданско- правовой ответственности.

Ответчиком не были совершены какие-либо неправомерные действия и нарушения, которые могли повлечь неблагоприятные последствия, имевшие место ДД.ММ.ГГГГ. Вина ответчика в наступившем событии отсутствует, равно как и причинно-следственная связь между правомерным поведением ответчика, как работодателя, и возникшими последствиями. Данные обстоятельства подтверждаются материалами расследования несчастного случая на производстве.

Также нельзя не учесть, что истец скрыл крайне важную информацию - о лишении его права управления транспортными средствами в 2023 - 2024 годах.

Согласно сведениям, размещенным в открытом доступе на официальном сайте госавтоинспекция.рф, в отношении ФИО1 было вынесено постановление от ДД.ММ.ГГГГ о лишении его права управления транспортными средствами на срок 12 месяцев. Однако, поскольку истец продолжал пользоваться водительским удостоверением, применяя его для осуществления трудовой деятельности, напрямую связанной с управлением транспортными средствами, срок лишения специального права был приостановлен на основании ст. 32.7. КоАП РФ.

На основании изложенного, имеются основания полагать, что у истца на момент несчастного случая ДД.ММ.ГГГГ вообще отсутствовало право управления транспортным средством, о чем истец не уведомил работодателя, и в нарушение действующих норм и правил, осуществил выезд, не имея на то надлежащих прав, что усугубляет его вину в произошедшем.

Оспариваемый истцом акт о несчастном случае от ДД.ММ.ГГГГ был составлен в полном соответствии нормам права, исходя из имеющихся на момент составления акта документально подтвержденных сведений о степени тяжести вреда здоровью истца.

Исковые требования о признании незаконным акта о несчастном случае от ДД.ММ.ГГГГ, составленного по форме Н-1, строятся на доводе о неверном отражении в данном акте степени вины работодателя и указании неправильной информации о тяжести причиненного Истцу вреда здоровью.

При составлении акта от ДД.ММ.ГГГГ ответчик был ограничен в сроках и исходил из информации о степени тяжести вреда здоровья истца, представленной ему медицинскими организациями к указанной дате.

На момент составления акта, полученные истцом травмы, были квалифицированы как легкие, что и было отражено в результатах расследования несчастного случая.

Из материалов проверки по факту несчастного случая видно, что ответчиком предпринимались попытки получения окончательного результата определения степени тяжести вреда здоровью, причиненного истцу при несчастном случае, однако, соответствующая информация медицинскими организациями предоставлена не была, в связи с чем ответчик исходил из официального Медицинского заключения № от ДД.ММ.ГГГГ, выданного ОГБУЗ «Усть-Кутская районная больница». Учитывая изложенное, сведения о степени тяжести вреда здоровью истца, указанные в акте по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, нельзя считать недостоверными. Следовательно, доводы истца о незаконности акта от ДД.ММ.ГГГГ ввиду неверного определения степени вины ответчика и неверного указания степени тяжести вреда здоровью истца, являются необоснованными.

Заявленные истцом ко взысканию суммы компенсации морального вреда и возмещения материального ущерба являются завышенными и необоснованными

Согласно ответу ГБУЗ «Иркутская ордена «Знак Почета» областная клиническая больница» №от ДД.ММ.ГГГГ, какие-либо платные услуги истцу данным медицинским учреждением не оказывались, все лечение осуществлялось в рамках обязательного медицинского страхования, без дополнительного финансирования со стороны истца.

Согласно ответу ФГАУ «НМИЦ «Межотраслевой научно-технический комплекс «Микрохирургия глаза» им. ак. ФИО3» Минздрава России» № от ДД.ММ.ГГГГ, истцу данным учреждением были оказаны диагностические медицинские услуги общей стоимостью <данные изъяты>

Представленные истцом документы не подтверждают несение им материальных расходов в заявленном размере, и взаимосвязь данных расходов с наступившими последствиями несчастного случая.

При этом, нельзя не учесть, что со своей стороны ответчик оказал все необходимое содействие и помощь истцу в сложившихся обстоятельствах - он лично прибыл на место несчастного случая и доставил истца в медицинское учреждение для оказания медицинской помощи, также им были выплачены истцу денежные средства для оплаты проезда, лекарств, проживания в гостинице - все эти действия были выполнены им добровольно, в отсутствие какой-либо обязанности, возложенной нормативными актами.

Всего ответчик перечислил истцу денежные средства на общую сумму <данные изъяты> Размер указанных выплат превышает сумму материальных расходов, заявленных истцом ко взысканию, однако истец данные денежные средства в своих расчетах не учитывает и не отражает.

При этом, стоит отметить, что выплата истцу данных денежных средств не свидетельствует о признании ответчиком его вины, а лишь является проявлением должной степени заботливости работодателя о работнике, попавшем в сложную жизненную ситуацию.

Также ИП ФИО2 надлежащим образом организовал расследование несчастного случая в полном соответствии с нормами Главы 36.1. Трудового кодекса РФ и исполнил рекомендации, предписанные к исполнению по итогам рассмотрения последствий несчастного случая. Так, справкой № от ДД.ММ.ГГГГ о заключительном диагнозе пострадавшего от несчастного случая на производстве в качестве последствия несчастного случая на производстве, выданной ОГБУЗ «Усть-Кутская районная больница», дана рекомендация о переводе на другую работу - данная рекомендация была незамедлительно выполнена работодателем.

Таким образом, со стороны ответчика каких-либо нарушений (ни в части действий, которые могли бы повлечь несчастный случай, ни в части расследования несчастного случая или ликвидации его последствий) не имелось, в связи с чем любые претензии и требования к нему являются необоснованными и не подлежащими удовлетворению.

Представитель ответчика ИП ФИО2 – ФИО4, действующий на основании доверенности, в судебное заседание не явился, будучи извещен надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела.

Представители третьих лиц ОСФР по Иркутской области, ОСФР по Красноярскому краю, Государственной инспекции труда в Иркутской области, Государственной инспекции труда в Красноярском крае в судебное заседание не явились, будучи извещены надлежащим образом о времени и месте рассмотрения дела.

Суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие лиц, участвующих в деле, в соответствии с ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Выслушав лиц, участвующих в деле, изучив письменные возражения представителя ответчика, ранее допросив свидетеля, исследовав материалы дела, с учетом заключения помощника прокурора, полагавшего, что имеются основания для удовлетворения исковых требований, суд приходит к следующим выводам.

Согласно Конституции Российской Федерации, в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (ч. 2 ст. 7), каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь (ч. 1 ст. 41), на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (ч. 3 ст. 37).

Трудовой кодекс Российской Федерации особо закрепляет право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, гарантируя его обязательным социальным страхованием от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в соответствии с федеральным законом (ст. ст. 216, 216.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Положениями статьи ст. 227 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что расследованию и учету подлежат несчастные случаи, происшедшие с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах.

В соответствии с ч. 1 ст. 229 Трудового кодекса Российской Федерации для расследования несчастного случая работодатель (его представитель) незамедлительно образует комиссию в составе не менее трех человек. В состав комиссии включаются специалист по охране труда или лицо, назначенное ответственным за организацию работы по охране труда приказом (распоряжением) работодателя, представители работодателя, представители выборного органа первичной профсоюзной организации или иного представительного органа работников, уполномоченный по охране труда. Комиссию возглавляет работодатель (его представитель), а в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, - должностное лицо соответствующего федерального органа исполнительной власти, осуществляющего государственный контроль (надзор) в установленной сфере деятельности.

Согласно ч. 1 ст. 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации при расследовании каждого несчастного случая комиссия выявляет и опрашивает очевидцев происшествия, лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, получает необходимую информацию от работодателя (его представителя) и по возможности объяснения от пострадавшего. На основании собранных материалов расследования комиссия (в предусмотренных Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) устанавливает обстоятельства и причины несчастного случая, а также лиц, допустивших нарушения требований охраны труда, вырабатывает предложения по устранению выявленных нарушений, причин несчастного случая и предупреждению аналогичных несчастных случаев, определяет, были ли действия (бездействие) пострадавшего в момент несчастного случая обусловлены трудовыми отношениями с работодателем либо участием в его производственной деятельности, в необходимых случаях решает вопрос о том, каким работодателем осуществляется учет несчастного случая, квалифицирует несчастный случай как несчастный случай на производстве или как несчастный случай, не связанный с производством (ч. 5 ст. 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации).

Если при расследовании несчастного случая с застрахованным установлено, что грубая неосторожность застрахованного содействовала возникновению или увеличению вреда, причиненного его здоровью, то с учетом заключения выборного органа первичной профсоюзной организации или иного уполномоченного работниками органа комиссия (в предусмотренных Кодексом случаях государственный инспектор труда, самостоятельно проводящий расследование несчастного случая) устанавливает степень вины застрахованного в процентах (ч. 8 ст. 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу ч. 1 ст. 230 Трудового кодекса Российской Федерации по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой, на русском языке либо на русском языке и государственном языке республики, входящей в состав Российской Федерации.

В акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда и (или) иных федеральных законов и нормативных правовых актов, устанавливающих требования безопасности в соответствующей сфере деятельности. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте указывается степень вины застрахованного в процентах, установленная по результатам расследования несчастного случая на производстве (ч. 4 ст. 230 Трудового кодекса Российской Федерации).

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ИП ФИО2 и ФИО1 был заключен трудовой договор №, по условиям которого, ФИО1 принят на должность водителя грузового автомобиля SCANIA на неопределенный срок (п. 1.2, 2.2) (№).

ФИО1 был трудоустроен в должности водителя грузового автомобиля у ИП ФИО2 в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, что следует из копий приказов о приеме работника на работу от ДД.ММ.ГГГГ № и увольнении от ДД.ММ.ГГГГ № (№).

Как следует из копии паспорта транспортного средства серии №, автомобиль MAN, государственный регистрационный знак №, и копии паспорта транспортного средства серии №, прицеп марки ГРАЗ, государственный регистрационный знак №, принадлежат ФИО2 (№).

ИП ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ на основании счета на оплату № № было приобретено 10 шин марки Copartner (№).

Из копии путевого листа автомобиля от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что ФИО1 был направлен на грузовом седельном тягаче MAN, государственный регистрационный знак №, с прицепом марки ГРАЗ, государственный регистрационный знак №, по маршруту Усть-Кут - Яракта.

ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ (при возращении на обратном пути) ФИО1 пройден предрейсовый медицинский осмотр, а также имеется роспись механика - ИП ФИО2 о пройденном техническом осмотре ТС и разрешении выхода на линию.

Из искового заявления следует, что ДД.ММ.ГГГГ при возвращении с рейса с ФИО1 произошел несчастный случай.

Приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГг. № утверждено Положение об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, форм документов, соответствующих классификаторов, необходимых для расследования несчастных случаев на производстве, утвержденном (далее - Положение об особенностях расследования несчастных случаев на производстве).

Согласно п. 12 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве расследование несчастных случаев, происшедших с работниками и другими лицами, участвующими в производственной деятельности работодателя (в том числе с лицами, подлежащими обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний), при исполнении ими трудовых обязанностей или выполнении какой-либо работы по поручению работодателя (его представителя), а также при осуществлении иных правомерных действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем либо совершаемых в его интересах, при следовании к месту выполнения работы или с работы на транспортном средстве сторонней организации, предоставившей его на основании договора с работодателем (его представителем), проводится в соответствии с требованиями части первой и второй статьи 229 Кодекса и других требований Кодекса.

По результатам расследования оформляются акт о расследовании несчастного случая и акты формы Н-1 (п. 21.4 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве).

Приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГг. № утверждены Положение об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях согласно приложению №; формы документов, необходимых для расследования несчастных случаев на производстве, согласно приложению №; классификаторы, необходимые для расследования несчастных случаев на производстве, согласно приложению №.

Так, из акта о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что комиссией в составе ФИО2, специалиста по охране труда ФИО9, бухгалтера ФИО10 проведено расследование несчастного случая на производстве, произошедшего с ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ водитель грузового автомобиля ИП ФИО2 - ФИО1 прибыл на работу по адресу <адрес>. в 7 час. 45, прошел предрейсовый медицинский осмотр, после чего они совместно с ФИО2 осмотрели грузовой седельный тягач MAN TGS 33.430 6x6 BBS-W, государственный регистрационный знак №, с прицепом марки ГРАЗ №, государственный регистрационный знак №. Сначала они осмотрели указанный автомобиль визуально снаружи на предмет подтеков ГСМ и технических жидкостей, механических повреждений, состояние шин. После этого они проверили работоспособность звуковых, световых сигналов, системы обогрева ветрового стекла и зоны работы водителя, исправность панели приборов, состояние рулевого управления, исправность тормозной системы. Также проверили наличие огнетушителя, аптечки, знака аварийной остановки и противооткатных упоров. В ходе осмотра никаких дефектов и неисправностей обнаружено не было, и ФИО2 выдал путевой лист ФИО1, после чего в 8 час. 00 мин. он выехал в рейс на грузовом седельном тягаче MAN TGS 33.430 6x6 BBS-W государственный регистрационный знак № с прицепом марки ГРАЗ № государственный регистрационный знак № из г. Усть-Кут на Ярактинское нефтегазовое месторождение. ДД.ММ.ГГГГ в пути каждые 2 часа ФИО1 делал остановки для отдыха, приема пищи и осмотра автомобиля. В 19 часов ФИО1 приехал на месторождение, разгрузился, остался там на ночевку, и утром ДД.ММ.ГГГГ в 8 час. 00 мин. он выехал обратно в г. Усть-Кут. По пути он также каждые 2 часа останавливался для отдыха, приема пищи и осмотра автомобиля. В 21 час. 00 мин. возле д. Казарки, не доезжая 45 км до г. Усть-Кут, он в очередной раз остановился, чтобы проверить исправность автомобиля. ФИО1 осматривал левое заднее внутреннее колесо, в этот момент шина взорвалась, и ФИО1 в лицо полетели чисти резины, щебень от колес, он почувствовал боль, отошел в сторону, присел на корточки, увидел, что у него кровь, после этого он залез в кабину автомобиля, посмотрел в зеркало, увидел, что на его лице множественные рассечения. ФИО1 сразу позвонил ФИО2, сообщил, что получил травму, и ФИО2 выехал на встречу его забирать. ФИО2 привез ФИО1 в ОГБУЗ «Усть-Кутская районная больница» в г. Усть-Кут, там ему оказали помощь, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 отправился в клинику микрохирургии глаза ООО «МедГрафт» в г. Братск, после этого его направили в ГБУЗ Иркутская Ордена «Знак почета» Областная клиническая больница, там ФИО1 сделали операцию на глаз.

В ходе расследования установлено: 1. На момент несчастного случая водитель грузового автомобиля ФИО1 находился при исполнении своих должностных обязанностей в соответствии с трудовым договором от ДД.ММ.ГГГГ №, в рабочее время и действовал в интересах работодателя. 2. На момент несчастного случая ФИО1 прошел стажировку и обучение безопасным методам и приемам выполнения работ и проверку знаний требований охраны труда в установленном порядке, ФИО1 ознакомлен под роспись с инструкцией по охране труда для водителя. 3. На момент несчастного случая ФИО1 был обеспечен сертифицированной спецодеждой, спец. обувью и другими СИЗ, в соответствии характером выполняемых работ. 4. Водителю грузового автомобиля ФИО1 согласно и 7.2. правил внутреннего, трудового распорядка, утвержденных ИП ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ, установлен суммированный учет рабочего времени - 3 мес. 5. Изучив материалы расследования, комиссия пришла к выводу о том, что единственной причиной несчастного случая явился взрыв автошины в результате перегрева из-за аномальной жары в день несчастного случая (п. 9 акта о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ №).

В п. 9.1 акта о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ № указано вид происшествия: контактные удары (ушибы) при столкновении с движущимися предметами, деталями и машинами (за исключением случаев падения предметов и деталей), в том числе в результате взрыва (код 1.05.1).

Согласно п. 9.2 акта о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ № характер полученных повреждений и орган, подвергшийся повреждению, медицинское заключение о тяжести повреждения здоровья: согласно медицинскому заключению ОГБУЗ «Усть-Кутская районная больница» от ДД.ММ.ГГГГ № диагноз и код диагноза травмы по МКБ-10: <данные изъяты><данные изъяты> Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве указанное повреждение относится к категории легких (код 3.01.1).

Основной причиной несчастного случая стал взрыв автошины в результате перегрева из-за аномальной жары в день несчастного случая (код 2.15) (п. 10 акта о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ №).

Пунктом 11 акта о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ № лица, ответственные за нарушения требований законодательных, иных нормативных правовых и локальных нормативных актов, предусматривающих обязанности по соблюдению требований по охране труда и их ответственность за нарушения, явившиеся причиной несчастного случая, не установлены.

Из протокола осмотра места несчастного случая, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ, следует, что комиссией произведен осмотр места происшествия и установлено, что левая задняя внутренняя шина грузового седельного тягача MAN, государственный регистрационный знак №, повреждена, около задней оси автомобиля на поверхности обочины расположены части шины. Автошина марки Copartner CP776 318/80/22.5 в исправном состоянии (п.п. 2, 3). В п. 5 указано, что средства индивидуальной защиты, которыми пользовался пострадавший: согласно личной карточке учета выдачи СИЗ ФИО1 выданы следующие средства : жилет сигнальный повышенной видимости - дата выдачи ДД.ММ.ГГГГ; костюм для защиты от механических воздействий (истирания) - дата выдачи ДД.ММ.ГГГГ; плащ для защиты от воды дата выдачи ДД.ММ.ГГГГ; ботинки для защиты от механических воздействий (истирания) - дата выдачи ДД.ММ.ГГГГ; перчатки для защиты от механических воздействий (истирания) - дата выдачи ДД.ММ.ГГГГ; головной убор для защиты от общих производственных загрязнений - дата выдачи ДД.ММ.ГГГГ; очки защитные от ультрафиолетового излучения - дата выдачи ДД.ММ.ГГГГ. Данный протокол подписан всеми членами комиссии (№).

Вместе с тем, из пояснений ответчика ИП ФИО2 следует, что на место происшествия для составления указанного акта он выезжал один, фотографии разорвавшейся шины не сохранились и к материалам проверки не приобщались. Экспертиза по факту выявления некачественного производства шины или неправильной ее эксплуатации не производилась.

При этом суд не может принять во внимание доводы ответчика о несоблюдении ФИО1 рабочей инструкции водителя грузового автомобиля, утвержденной ИП ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ, поскольку из пояснений ответчика следует, что ФИО1 сообщил о возникшей в дороге неисправности, однако принял решение двигаться к месту работы. При этом со стороны ответчика каких-либо распоряжений о необходимости остановки автомобиля в виду технической неисправности истцу не поступало, что ответчиком не оспаривалось.

Доводы ответчика ИП ФИО2 в части того, что причиной несчастного случая являются действия истца, поскольку он не сообщил о произошедшей в дороге неполадке, голословны и ничем не подтверждены.

Так, в акте о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ № комиссией по расследованию факт грубой неосторожности ФИО1 и степень его вины, по результатам расследования несчастного случая на производстве не установлены, единственной причиной произошедшего несчастного случая на производстве указан взрыв шины, каких-либо указаний на неисправность автомобиля, которым управлял ФИО1 в день произошедшего с ним несчастного случая, в акте не указано.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО11 суду показал, что ДД.ММ.ГГГГ при происшествии, произошедшем с истцом, он не присутствовал, а лишь забирал прицеп с места происшествия. Так, ДД.ММ.ГГГГ в вечернее время ему позвонил ответчик и попросил забрать прицеп, так как автомобиль двигаться не мог, а истец получил травму и попал в больницу. В п. Казарки он перецепил прицеп и поехал в сторону дома. У автомобиля была повреждена тормозная система, а что именно ему не было известно. На тягаче каких-то видимых повреждений не было, на прицепе были пошарканы колеса и при движении выяснилось, что разбит сайлентблок. В день происшествия ФИО1 он не видел, какие повреждения у него имелись ему неизвестно.

В соответствии с требованиями Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 15.04.2005 № 275 «О формах документов, необходимых для расследования несчастных случаев на производстве» (действовавшего в период произошедшего несчастного случая), согласно которому учетная форма № 315/у «Медицинское заключение о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести» заполняется в соответствии со Схемой определения тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, утвержденной Приказом Минздравсоцразвития России от 24.02.2005 № 160, и выдается по запросу организации, индивидуального предпринимателя той медицинской организацией, куда впервые обратился за медицинской помощью пострадавший в результате несчастного случая на производстве незамедлительно после поступления запроса.

Степень тяжести повреждения здоровья при несчастном случае на производстве определяется согласно Схеме, утвержденной приказом Минздравсоцразвития России от 24.02.2005 № 160.

Несчастные случаи на производстве в соответствии с указанной схемой подразделяются по степени тяжести повреждения здоровья на 2 категории: тяжелые и легкие. Квалифицирующими признаками тяжести повреждения здоровья при несчастном случае на производстве являются:

- характер полученных повреждений здоровья и осложнения, связанные с этими повреждениями, а также развитие и усугубление имеющихся хронических заболеваний в связи с получением повреждения;

- последствия полученных повреждений здоровья (стойкая утрата трудоспособности).

Наличие одного из квалифицирующих признаков является достаточным для установления категории тяжести несчастного случая на производстве.

Тяжелые несчастные случаи перечислены в пункте 3 Схемы. К легким несчастным случаям на производстве относятся повреждения, не входящие в пункт 3 настоящей Схемы.

Согласно медицинскому заключению ОГБУЗ «Усть-Кутская районная больница» от ДД.ММ.ГГГГ № о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, ФИО1 была установлена легкая степень тяжести повреждения здоровья при несчастном случае на производстве. МКБ-10: <данные изъяты>.

Как следует из статьи 58 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинской экспертизой является проводимое в установленном порядке исследование, направленное на установление состояния здоровья гражданина, в целях определения его способности осуществлять трудовую или иную деятельность, а также установления причинно-следственной связи между воздействием каких-либо событий, факторов и состоянием здоровья гражданина (ч. 1).

В силу части 1 статьи 62 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» судебно-медицинская и судебно-психиатрическая экспертизы проводятся в целях установления обстоятельств, подлежащих доказыванию по конкретному делу, в медицинских организациях экспертами в соответствии с законодательством Российской Федерации о государственной судебно-экспертной деятельности.

По ходатайству истца по делу была проведена судебно-медицинская экспертиза, производство которой было поручено эксперту Усть-Кутского судебно-медицинского отделения ГБУЗ ИОБСМЭ.

Согласно заключению эксперта Усть-Кутского судебно-медицинского отделения ГБУЗ ИОБСМЭ от ДД.ММ.ГГГГ № у гр. ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения имелись телесные повреждения: <данные изъяты> Данные телесные повреждения причинены от воздействия тупых твердых предметов, не исключено при обстоятельствах, указанных в гражданском деле (акт № о несчастном случае на производстве (№)). Не исключено, что данные телесные повреждения причинены незадолго до поступления потерпевшего в ОГБУЗ «Усть-Кутская РБ» ДД.ММ.ГГГГ. в 20-50 час., что подтверждается предоставленными медицинскими документами. В соответствии с действующим на момент завершения выполнения судебно-медицинской экспертизы нормативным правовым актом, действующим с ДД.ММ.ГГГГ, данные телесные повреждения в совокупности повлекли тяжкий вред здоровью, вызвавший значительную стойкую утрату обшей трудоспособности не менее чем на одну треть (стойкая утрата общей трудоспособности свыше 30%) п. ДД.ММ.ГГГГ., п. 18а таблицы стойкой утраты общей трудоспособности в результате травм, отравлений и других воздействий внешней среды)). Порядка определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденного Приказом Министерства России от 08.04.2025 № 172н, с изменениями, внесенными Приказом Минздрава России от 19.08.2025 № 490н «О внесении изменений в Порядок определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденным приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 8 апреля 2025г. № 172н; в соответствии с действующим на момент рассматриваемых событий (ДД.ММ.ГГГГ) нормативным правовым актом, действующим по ДД.ММ.ГГГГ, и поэтому признаку данные телесные повреждения квалифицируются как повлекшие тяжкий вред здоровью вызвавший значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть (стойкая утрата общей трудоспособности свыше 30 процентов (основание – п. 6.11, п. 21а) таблицы стойкой утраты общей трудоспособности в результате травм, отравлений и других воздействий внешней среды)), согласно Приказу Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24.04.2008 № 194н. На вопрос какова степень утраты профессиональной трудоспособности ФИО1 ответить не представляется возможным, так как решение данного вопроса не входит в компетенцию районного судебно-медицинского эксперта.

Данное заключение эксперта принято судом в качестве относимого и допустимого доказательства, так как экспертиза проводилась в ходе судебного разбирательства. Суд считает доводы эксперта убедительными, выводы обоснованными, поскольку исследования проведены в соответствии с требованиями норм действующего законодательства Российской Федерации, компетентность эксперта, который был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, сомнений не вызывает. Лица, участвующие в деле, указанное заключение эксперта не оспаривали.

Анализируя представленные доказательства в их совокупности, суд находит установленным, что ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1 произошел несчастный случай при осуществлении им трудовых обязанностей у ответчика ИП ФИО2

Учитывая заключение эксперта Усть-Кутского судебно-медицинского отделения ГБУЗ ИОБСМЭ от ДД.ММ.ГГГГ №, суд приходит к выводу о том, что п. 9.2 акта о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ № следует признать недействительным в части установления легкой степени тяжести повреждения здоровья при несчастном случае на производстве, поскольку полученные истцом при несчастном случае на производстве травмы относятся к повреждениям входящим в пункт 3 Схемы, утвержденной Приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.02.2005 № 160 «Об определении степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве».

В п. 10 акта о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ № комиссией указано на код 2.15 «Прочие причины, квалифицированные по материалам расследования несчастных случаев», вместе с тем, согласно классификаторам причин несчастных случаев на производстве, утвержденных Приказом Минтруда России от 20.04.2022 № 223н, код под № 15 содержит в себе несколько наименований причин несчастного случая на производстве, на которые ответчиком не указано, а указано на «взрыв автошины в результате перегрева из-за аномальной жары в день несчастного случая», при этом согласно имеющимся классификаторам такое наименование причин несчастного случая на производстве не предусмотрено.

При таких обстоятельствах п. 10 акта о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ № не соответствует классификаторам причин несчастных случаев на производстве, утвержденных Приказом Минтруда России от 20.04.2022 № 223н, данному случаю соответствует код причин несчастного случая: 01.1 «Конструктивные недостатки и недостаточная надежность машин, механизмов, оборудования в том числе спец- и автотранспорта, самоходных машин и механизмов».

Согласно п. 6.4.3 трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ №, заключенного между сторонами, следует, что работодатель обязан обеспечить работнику безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда.

Пунктом 1.7 Инструкции по охране труда для водителей грузового автомобиля ИОТ-004-20200, утвержденной ИП ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ, предусмотрено, что руководитель организации обязан обеспечить водителя средствами индивидуальной защиты согласно утвержденному перечню специальной одежды, специальной обуви и других средств индивидуальной защиты работникам ИП ФИО2

Учитывая положения ст. 230 Трудового кодекса Российской Федерации в акте о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ № в обязательном порядке должно быть указано о лицах, допустивших нарушения требований охраны труда и (или) иных федеральных законов и нормативных правовых актов, устанавливающих требования безопасности в соответствующей сфере деятельности, а в случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте указывается степень вины застрахованного в процентах, установленная по результатам расследования несчастного случая на производстве.

Вместе с тем, данные сведения в п. 11 акта о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ № не установлены комиссией по расследованию несчастного случая на производстве, произошедшего с ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ, чем нарушены требования ст. 230 Трудового кодекса Российской Федерации, следовательно п. 11 оспариваемого акта в части неустановления лиц, допустивших нарушения требований охраны труда и (или) иных федеральных законов и нормативных правовых актов, устанавливающих требования безопасности в соответствующей сфере деятельности, также следует признать недействительным.

Разрешая требования истца ФИО1 в части взыскания с ИП ФИО2 расходов на лечение в размере <данные изъяты>, суд приходит к следующему.

В соответствии с п. 1 ст. 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежат в том числе, расходы на лечение, приобретение лекарств, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Из медицинской карты ОГБУЗ «Усть-Кутская РБ» № следует, что после полученной травмы ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратилась в медицинское учреждение, где был госпитализирован в хирургическое отделение и выставлен диагноз: <данные изъяты>: <данные изъяты>

Согласно выписному эпикризу от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был выписан с последующей госпитализацией в глазное отделение г. Иркутска.

ДД.ММ.ГГГГг. ФИО1 был осмотрен врачом-офтальмологом ООО «МедГрафт» и направлен на срочную госпитализацию (том 1 л.д. 24).

По сообщению ОГБУЗ «Усть-Кутская районная больница» ФИО1 находился на стационарном лечении в ОГБУЗ «Усть-Кутская РБ» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Основное заболевание: <данные изъяты> При поступлении назначена терапия: <данные изъяты> Выписан с последующей госпитализацией в глазное отделение г. Иркутска (по настоянию больного).Отказ от продолжения лечения в х\о писать отказался. Рекомендовано: избегать физических и психических перегрузок; соблюдать режим сна и бодрствования; <данные изъяты>; госпитализация в глазное отделение Иркутской областной клинической больницы ДД.ММ.ГГГГ (№).

Из медицинской карты № ГБУЗ Иркутская ордена «Знак Почета» областная клиническая больница следует, что ФИО1 поступил в отделение ДД.ММ.ГГГГ, в этот же день ему было произведено оперативное вмешательство <данные изъяты>

Согласно выписному эпикризу ГБУЗ Иркутская ордена «Знак Почета» областная клиническая больница от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 находился на стационарном лечении в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Лечебные и трудовые рекомендации: <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГг. ФИО1 прошел обследование в Иркутском филиале ФГАУ «НМИЦ «МНТК Микрохирургия глаза» им. Акад. ФИО3» Минздрава России, что подтверждается выпиской из медицинской карты №. Постановлен диагноз: <данные изъяты>. С назначением рекомендаций: <данные изъяты> (№).

За данное обследование ФИО1 оплачено по договору № на оказание платных медицинских услуг от ДД.ММ.ГГГГ сумма в размере <данные изъяты> (№).

Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 пройдено дополнительное обследование на сумму <данные изъяты>, что подтверждается дополнительным соглашением к договору № на оказание платных медицинских услуг (№).

Для прохождения обследования в Иркутском филиале ФГАУ «НМИЦ «МНТК Микрохирургия глаза» им. Акад. ФИО3» Минздрава России ФИО1 приобретены билеты на автобус по маршруту Усть-Кут – Иркутск с отправлением ДД.ММ.ГГГГ и прибытием ДД.ММ.ГГГГ на сумму <данные изъяты> (№).

ДД.ММ.ГГГГг. ФИО1 произведен осмотр в ООО «МедГрафт» с рекомендациями приема Дексаметазона, контроль глаз через 2 месяца в клинике (№).

Копией чека от ДД.ММ.ГГГГ подтверждена оплата оказанной услуги в ООО «МедГрафт» на сумму <данные изъяты> (№).

ДД.ММ.ГГГГг. ФИО1 осмотрен в ООО «МедГрафт», что следует из копии медицинской справки № с постановкой диагноза: <данные изъяты>. Контроль через 1 месяц (№).

Копией чека от ДД.ММ.ГГГГ подтверждена оплата оказанной услуги в ООО «МедГрафт» на сумму <данные изъяты> (№).

Из медицинской карты № ООО «МедГрафт» следует, что ФИО1 рекомендовано пройти лазерную коррекцию на левый глаз, которая проведена ДД.ММ.ГГГГ.

За процедуру лазерной коррекции левого глаза ФИО1 произведена оплата в суме <данные изъяты> (№).

Вместе с тем, необходимость проведения процедуры <данные изъяты> в связи с полученной травмой <данные изъяты> в результате произошедшего с истцом несчастного случая какими-либо медицинскими документами не подтверждена, данные расходы не могут быть отнесены судом к расходам, связанным с лечением истца в связи с полученной им травмой ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГг. ФИО1 осмотрен в ООО «МедГрафт», что следует из копии выписки. Рекомендовано: <данные изъяты> (№).

За указанный прием ФИО5 произведена оплата в сумме <данные изъяты> (№).

ДД.ММ.ГГГГг. ФИО1 обращался в ООО «Доктор» за консультацией к врачу-неврологу с жалобами на головокружения в связи с полученной ДД.ММ.ГГГГ травмой (№).

За указанный прием ФИО5 произведена оплата в сумме <данные изъяты> (№).

Необходимость приема врача-невролога подтверждается сообщением ОГБУЗ «Усть-Кутская районная больница» (№).

Расходы ФИО1 связанные с оплатой услуг тонировки линз и их установки в оправу на сумму <данные изъяты>, подтвержденные копией чека от ДД.ММ.ГГГГ (№), также не могут быть отнесены к расходам, связанным с лечением истца в связи с полученной им травмой ДД.ММ.ГГГГ, поскольку необходимость приобретения очков какими-либо медицинскими документами не подтверждена.

Также, ФИО1 заявлены ко взысканию расходы по оплате билета на автобус по маршруту Усть-Кут – Иркутск на сумму <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, однако доказательств следования по данному маршруту для получения медицинской помощи в связи с полученной им травмой не представлено.

Из пояснений истца следует, что ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ им были затрачены денежные средства на бензин марки АИ-92 для проезда в ООО «МедГрафт», о чем представлены копии чеков (№).

Вместе с тем, документы на автомобиль, на котором ФИО1 следовал в медицинское учреждение не представлено, как и не представлено справки о расходе топлива в отношении автомобиля от места жительства истца до места нахождения медицинского учреждения и обратно, представленные в материалы дела копии чеков относительно транспортных расходов на приобретение бензина не подтверждают относимость данных расходов к настоящему спору, так как бесспорно не подтверждают, что бензин приобретался именно в связи с необходимостью проезда к месту прохождения лечения, учитывая изложенное, суд не усматривает оснований для взыскания данных расходов с ответчика.

Кроме того, ФИО1 заявлены ко взысканию расходы на приобретение лекарственных препаратов, однако из медицинских карт и выписок в отношении ФИО1 следует, что за весь период прохождения лечения ему были назначены следующие препараты: <данные изъяты>, приобретение которых на сумму <данные изъяты> (<данные изъяты>), на сумму <данные изъяты> и <данные изъяты> (<данные изъяты>) подтверждаются соответствующими чеками (№).

При этом иные лекарственные препараты, приобретенные ФИО1, и заявленные ко взысканию с ответчика какими-либо медицинскими документами не подтверждены, истцу при прохождении лечения в результате полученной травмы не назначались.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о необходимости взыскания с ИП ФИО2 в пользу истца ФИО1 расходов связанных с прохождением лечения и получения медицинских консультаций в ООО «МедГрафт», ООО «Доктор», ФГАУ «НМИЦ «МНТК Микрохирургия глаза» им. Акад. ФИО3» Минздрава России, расходов связанных с проездом из г. Усть-Кут в г. Иркутск для прохождения лечения, приобретения лекарственных препаратов левофлоксацин и дексаметазон на общую сумму <данные изъяты>

В удовлетворении требований о взыскании расходов на лечение в большем размере надлежит отказать, поскольку иные медикаменты, приобретенные ФИО1, расходы по приобретению билета на ДД.ММ.ГГГГ по маршруту Усть-Кут – Иркутск, медицинская процедура по <данные изъяты>, а также тонировка линз, приобретение бензина были затрачены истцом не для лечения травмы, полученной им ДД.ММ.ГГГГ при исполнении трудовых обязанностей у ответчика, доказательств иного истцом не представлено.

Истцом ФИО1 также заявлено требование о взыскании с ответчика ИП ФИО2 компенсации морального вреда в размере <данные изъяты>, разрешая которые суд приходит к следующему.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (пункт 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

Согласно п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п. 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (п. 1 ст. 1099 и п. 1 ст. 1101 ГК РФ) (п. 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Согласно пункту 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» работник в силу ст. 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе, если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем.

В пункте 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (ст. 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

Согласно п. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 находился на листке нетрудоспособности (№).

По итогам проведения МСЭ ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в объеме 30% бессрочно на основании акта о несчастном случае (по форме Н-1) № от ДД.ММ.ГГГГ.

Обстоятельства произошедшего несчастного случая, тяжкий вред здоровью, причиненный истцу в результате несчастного случая, характер полученных истцом повреждений, никем не оспаривался.

Оценивая в совокупности представленные сторонами в материалы дела доказательства, установленные по делу обстоятельства суд, с учетом ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, приходит к выводу, что в связи с полученной производственной травмой ФИО1 был причинен моральный вред, заключающийся в перенесенных физических страданиях непосредственно от полученной травмы и при последующем лечении, а также в нарушении состояния его здоровья, приведших к последствиям в виде выше приведенных диагнозов, утраты профессиональной трудоспособности в размере 30%.

Факт причинения истцу вреда здоровью при выше указанных обстоятельствах, нашел свое подтверждение, обязанность по возмещению морального вреда, причиненного ФИО1 в результате несчастного случая на производстве, возложена законом на работодателя пострадавшего работника, в связи с этим, суд приходит к выводу об обоснованности заявленных требований и необходимости взыскания в пользу истца компенсации морального вреда, поскольку при причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Доводы ответчика в части того, что ФИО1 скрыл от него как от работодателя тот факт, что он не имел права на управление транспортными средствами, поскольку был лишен такого права, в том числе на момент произошедшего с ним несчастного случае, опровергаются представленными в материалы дела доказательствами.

Так, по сообщению врио начальника Госавтоинспекции МО МВД России «Усть-Кутский» от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 на основании постановления мирового судьи был лишен прав управления транспортных средств на 1 год, дата окончания исполнения срока ДД.ММ.ГГГГ (№).

При таких обстоятельствах, в момент происшедшего с ФИО1 несчастного случая на производстве ДД.ММ.ГГГГ, срок исполнения административного наказания в виде лишения права управления транспортными средствами, назначенного ФИО1, истек.

Доводы ответчика о перечислении ФИО1 <данные изъяты> в счет оказания материальной помощи на лечение и приобретение медикаментов суд не может принять во внимание, поскольку в представленных в материалы дела копий чеков по операциям Сбербанк-Онлайн на общую сумму <данные изъяты> не указано назначение платежа, в связи с чем, суд полагает возможным отнести данные платежи в счет возмещения истцу компенсации морального вреда.

Определяя размер денежной компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика, суд, руководствуясь выше приведенными положениями статей и разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33, принимает во внимание установленные по делу обстоятельства, характер причиненной истцу травмы в результате несчастного случая на производстве, отсутствие какой-либо вины истца в произошедшем несчастном случае, а также характер причиненных истцу физических и нравственных страданий, определяемый тяжестью вреда, причиненного здоровью, относящейся к категории «тяжкий», длительность лечения, в ходе которого истец перенес операцию, последствия, наступившие в результате получения травмы, степень утраты трудоспособности, необходимость претерпевать соответствующие неудобства и ограничения, связанные со снижением зрительных функций, что исключает возможность ведения истцом прежнего образа жизни, возраст истца, его индивидуальные особенности, а также требования разумности и справедливости, добровольное перечисление денежных средств истцу от ответчика в размере <данные изъяты>, и определяет ко взысканию с ответчика ИП ФИО2 в пользу истца ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме <данные изъяты>

Указанный размер компенсации морального вреда, по мнению суда, согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности (статьи 21 и 53 Конституции Российской Федерации), а также с принципами разумности и справедливости.

Определение размера компенсации морального вреда судом не означает частичного удовлетворения иска, поскольку требование о его компенсации удовлетворено судом.

Гарантированная частью 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации судебная защита прав и свобод каждого включает, в частности, правовой механизм восстановления имущественной массы лица, право которого было нарушено, на его затраты, связанные с судебной защитой.

Согласно части 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам; расходы на проезд и проживание сторон и третьих лиц, понесенные ими в связи с явкой в суд; расходы на оплату услуг представителей; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы.

Согласно ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии со ст. 48 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации граждане вправе вести свои дела в суде лично или через представителей. Личное участие в деле гражданина не лишает его права иметь по этому делу представителя.

Согласно ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В силу ст. 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Так, в подтверждение доводов о понесенных расходах на оплату услуг представителя представлен договор об оказании юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ, по условиям которого адвокат адвокатского кабинета г. Усть-Кута Синчурина О.С. приняла обязательства по оказанию консультации, составлению претензии, составлению искового заявления и направления в суд, представление интересов в Усть-Кутском городском суда по гражданскому делу по иску о компенсации материального вреда, взысканию судебных расходов (п. 1).

За оказание юридической помощи, предусмотренной п.1.1 настоящего договора, доверитель выплачивает вознаграждение адвокату в размере <данные изъяты>: консультация - <данные изъяты>, составление претензии - <данные изъяты>, составление искового заявления - <данные изъяты>, представление интересов в суде - <данные изъяты> (п. 2.1).

Квитанцией к приходному кассовому ордеру № от ДД.ММ.ГГГГ подтверждается факт оплаты ФИО1 <данные изъяты> по договору об оказании юридических услуг от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному с Синчуриной О.С.

Интересы истца ФИО1 по данному гражданскому делу представляла адвокат Синчурина О.С., действующая на основании ордера.

Исходя из материалов гражданского дела, суд установил, что Синчурина О.С. осуществляла представительство истца ФИО1 при рассмотрении дела Усть-Кутским городским судом Иркутской области, в соответствии с условиями договора на оказание юридической помощи участвовала в судебных заседаниях при рассмотрении дела, составлял исковое заявление, уточнение к нему.

Суд учитывает, что обращение ФИО1 за оказанием юридической помощи было вызвано защитой своих прав и интересов в суде и оказания юридической помощи, что повлекло для него расходы на оплату услуг представителя.

Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации.

Таким образом, судом установлено, что расходы ФИО1 по оплате услуг представителя связаны с рассмотрением гражданского дела и подтверждаются письменными доказательствами.

Как указано в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2004г. № 454-О, суд может снизить размер взыскиваемых судебных расходов лишь в том случае, если признает такие расходы чрезмерными в силу конкретных обстоятельств дела. Обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации. Именно поэтому в ч. 4 ст. 1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле. Принимая мотивированное решение об изменении размера сумм, взыскиваемых в возмещение соответствующих расходов, суд не вправе уменьшать его произвольно.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (пункт 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).

В свою очередь, разумность пределов расходов подразумевает, что этот объем работ (услуг) с учетом сложности дела должен отвечать требованиям необходимости и достаточности. Для установления разумности расходов суд оценивает их соразмерность применительно к условиям договора на оказание юридической помощи, к характеру услуг, оказанных по договору, а равно принимает во внимание доказательства, представленные другой стороной и свидетельствующие о чрезмерности заявленных расходов.

При определении размера возмещения судебных расходов по оплате услуг представителя в суде первой инстанции подлежат учету как характер спора и его сложность, так и количество судебных заседаний, в которых участвовал представитель истца, объем оказанных юридических услуг.

Определяя разумную сумму оплаты услуг представителя истца по данному делу, суд исходит из характера и сложности спора, объема заявленных требований, объема оказанных представителем Синчуриной О.С. услуг, времени, необходимого на подготовку процессуальных документов, продолжительности рассмотрения дела, участия представителя Синчуриной О.С. в судебных заседаниях, учитывая соблюдение необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон, учитывая соотношение расходов с объемом защищенного права ФИО1, удовлетворение исковых требований имущественного характера на 28,5%, удовлетворение требований о компенсации морального вреда, суд считает возможным взыскать с ИП ФИО2 в пользу ФИО1 расходы на оплату услуг представителя Синчуриной О.С. в размере <данные изъяты>, <данные изъяты> за консультацию и <данные изъяты> за составление искового заявления, а всего в размере <данные изъяты>, как соответствующий критерию разумности, установленному ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в совокупном толковании с положениями ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и разъяснений, содержащихся в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016г. № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», при отсутствии свидетельствующих о чрезмерности заявленных расходов доказательств, представленных ответчиком ИП ФИО6

Расходы ФИО1 по оплате услуг представителя по составлению претензии в сумме <данные изъяты> не могут быть признаны необходимыми и не подлежат возмещению, поскольку действующим законодательством не установлен обязательный досудебный порядок урегулирования данного спора, направление претензии не требовалось для подачи иска в суд.

В связи с чем, в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ИП ФИО2 о взыскании расходов по оказанию юридических услуг в большем размере следует отказать.

Частью 1 статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Исходя из вышеизложенного, с ответчика ИП ФИО2 на основании ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, подп. 1, 3 ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации надлежит взыскать государственную пошлину в доход бюджета в размере <данные изъяты> (<данные изъяты> за требование имущественного характера, <данные изъяты> за требование о компенсации морального вреда).

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 (№) к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ИНН <***>) – удовлетворить частично.

Признать недействительными пункты 9.2, 10 и 11 акта формы Н-1 от ДД.ММ.ГГГГ о несчастном случае на производстве в части установления легкой степени тяжести повреждения здоровья, установления причин несчастного случая, не установления лиц, допустивших нарушение требований охраны труда, при обстоятельствах несчастного случая от ДД.ММ.ГГГГ.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты>, расходы на лечение в размере <данные изъяты>, расходы по оказанию юридических услуг в размере <данные изъяты>, а всего <данные изъяты>.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании расходов на лечение и расходов по оказанию юридических услуг в большем размере – отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в доход бюджета государственную пошлину в размере <данные изъяты>.

Решение может быть обжаловано лицами, участвующими в деле, в апелляционном порядке путем подачи апелляционной жалобы, а прокурором путем принесения апелляционного представления в Иркутский областной суд через Усть-Кутский городской суд Иркутской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья А.С. Шумавцова