Приговор № 1-28/2019 от 2 июля 2019 г. по делу № 1-28/2019

Дело № 1–28/2019


П Р И Г О В О Р

именем Российской Федерации

с. Родино 3 июля 2019 года

Родинский районный суд Алтайского края в составе:

председательствующего Стукаловой Е.Н.,

с участием государственного обвинителя –

прокурора Родинского района Савостина Е.С.,

подсудимой ФИО1,

защитника Решетченко М.С.,

представившего удостоверение № 1289 и ордера № 72721,

при секретаре Мошляк С.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, <данные изъяты>

- обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 умышленно причинила тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекший по неосторожности смерть потерпевшего, при следующих обстоятельствах:

9 декабря 2018 года в период времени с 20 часов 00 минут до 21 часа 30 минут между А.А. и ФИО1, находящимися в состоянии алкогольного опьянения в доме по адресу: <адрес>, на почве ранее сложившихся личных неприязненных отношений произошла ссора, в ходе которой А.А. причинил сожительнице ФИО1 побои. Когда конфликт был исчерпан и А.А. присел на табурет, стоящий у печи отопления и закурил, у ФИО1 возник преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью А.А., опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

В вышеуказанный промежуток времени, реализуя возникший преступный умысел, ФИО1, находясь в кухне дома, расположенного по вышеуказанному адресу, взяла в руку лежащий на столе кухонный нож и, приблизившись к сидящему к ней спиной на табурете А.А., нанесла последнему один удар ножом в область спины, то есть в область расположения жизненно-важных органов человека.

Нанося удар ножом А.А., ФИО1 предвидела неизбежность наступления общественно опасных последствий своих действий в виде причинения тяжкого вреда здоровью А.А. и желала этого, однако, не желала наступления его смерти, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должна была и могла предвидеть наступление этих последствий.

Своими умышленными действиями ФИО1 причинила А.А. следующее телесное повреждение: рана 7-го межреберья между околопозвоночной и лопаточной линиями справа, проникающая в грудную полость, где по ходу раневого канала повреждены: подкожно-жировая клетчатка; широчайшая мышца спины; межреберные мышцы 7 межреберья; пристеночная плевра; нижняя доля правого легкого; что причинило тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

От причиненных ФИО1 телесных повреждений А.А. скончался на месте происшествия ДД.ММ.ГГГГ. Смерть А.А. наступила вследствие колото-резаного ранения задней поверхности грудной клетки справа, проникающего в грудную (1) полость, с ранением нижней доли правого легкого; правосторонний гемоторакс (скопление крови в плевральной полости) (2480 мл.); что осложнилось развитием обильной кровопотери.

Подсудимая ФИО1 в судебном заседании вину признала частично, показала, что проживала совместно с тремя несовершеннолетними детьми и бывшим мужем А.А., который злоупотреблял спиртными напитками. В состоянии алкогольного опьянения А.А. вел себя крайне агрессивно, беспричинно избивал её и детей, в связи с чем подсудимая неоднократно обращалась в полицию, постоянно находилась в стрессовом состоянии, в трезвом состоянии А.А. агрессии не проявлял. ДД.ММ.ГГГГ примерно в период времени с 14-00 ч. до 20-30 ч. в доме матери ФИО1 – ФИО3 №4 в ходе распития спиртных напитков между ней и А.А. произошел словесный конфликт, в ходе которого телесных повреждений ФИО1 причинено не было. После того как конфликт уладился, они вернулись к себе домой по адресу: <адрес>, при этом сама ФИО1 в доме матери выпила немного пива, а А.А. находился в состоянии сильного алкогольного опьянения. Находясь дома, в ходе разговора А.А. начал вести себя агрессивно, повышать голос и избивать ФИО1, а именно схватил за волосы, наносил удары по лицу, схватил за плечо и вытащил на улицу. Пробыв на улице несколько минут, ФИО2 вернулись в дом, где Анатолий нанес ФИО1 несколько ударов тазиком и выражался нецензурно. Успокоившись, ФИО1 накормила ужином детей, на что потребовалось минут 15 – 20, и после этого между ФИО2 вновь начался словесный конфликт, в ходе которого Анатолий в течение 7 – 10 минут избивал подсудимую, наносил удары по лицу и телу, хватал за волосы. Количество ударов ФИО1 не помнит, поскольку была испугана. Спустя 1 – 2 минуты, прекратив избиение, тут же Анатолий сел на табурет курить у печки, а ФИО1, плохо воспринимая происходящее, не желая причинить тяжкий вред здоровью А.А., взяла в правую руку кухонный нож с черной ручкой, который лежал рядом с ней около мойки на столешнице, и нанесла им один удар в область спины А.А., при этом нож из спины она не вытаскивала и сразу выбежала из дома к соседу ФИО3 №3, которому сказала о том, что, скорее всего, зарезала мужа и попросила его вызвать «скорую помощь». С сотового телефона ФИО3 №3 она сообщила о случившемся в полицию и сожителю матери ФИО3 №5, после чего через несколько минут вернулась в дом, где на полу в кухне лежал А.А., а на полу в коридоре лежал нож. Ей известно, что «скорую помощь» вызвали дети. Через несколько минут приехала «скорая помощь» и полиция. Также пояснила, что в момент нанесения удара ножом А.А. ее не избивал, ей и детям не угрожал, как она предполагает в дальнейшем мог продолжить избиение. А.А. она ударила ножом, так как думала, что тот покурит у печки и снова начнет ее избивать. Она боялась агрессивного поведения Анатолия, но убивать его не хотела, хотела только напугать, чтобы тот понял, что она настроена серьезно и может за себя постоять. Она не думала, что от нанесенного удара Анатолий умрет. При этом состояние легкого алкогольного опьянения на действия ФИО1 не повлияло, поскольку и в трезвом виде она совершила бы указанные действия. Полагает, что данные действия по нанесению ножевого ранения А.А. совершены ею в состоянии аффекта.

Несмотря на частичное признание вины в совершенном преступлении, вина подсудимой ФИО1 в совершении инкриминируемого ей преступления подтверждается следующими исследованными доказательствами:

Оглашенными в связи с противоречиями протоколами допросов в качестве подозреваемой и обвиняемой (т. 1 л.д. 61 – 65, 80 – 84, 93 – 97) и протоколом проверки показаний на месте (т. 1 л.д. 68 - 74) подтверждается, что ФИО1 дала показания, соответствующие вышеприведенным, при этом относительно мотивов совершенного, пояснила, что, будучи обиженной на А.А. за причинение ей телесных повреждений, она взяла кухонный нож, быстрым шагом подошла к А.А. и нанесла им один удар в верхнюю часть спины справа; а также продемонстрировала на статисте механизм нанесения ею удара.

Оглашенным с согласия сторон протоколом допроса потерпевшего ФИО3 №2 (т.1 л.д. 48 - 50) подтверждается, что он приходится родным братом А.А. О смерти брата ему стало известно 10 декабря 2018 года около 09-00 ч. из смс-сообщения и последующего телефонного разговора с бывшей женой брата Ириной, которая сообщила ему, что убила Анатолия. С Ириной у Анатолия семейные отношения не сложились, случались частые ссоры, драки, при этом Ирина намеренно выводила Анатолия до такого состояния, в котором он применял к ней физическую силу. На похоронах брата ФИО1 попросила у него прощения, об обстоятельствах убийства ему известно со слов сына ФИО2 – М..

Протоколом осмотра места происшествия (т. 1 л.д. 20 - 29) подтверждается, что в ходе осмотра жилого дома по адресу: <адрес>, зафиксирована обстановка в доме, в центральной части кухни на полу в положении лёжа на спине лицом вверх обнаружен труп А.А. с признаками насильственной смерти, а именно телесного повреждения в виде проникающего колото-резанного ранения на спине в верхней трети по краю лопатки. При осмотре дома изъят кухонный нож с рукояткой черного цвета и фрагмент напольного покрытия со следами вещества бурого цвета.

Заключением эксперта (т. 1 л.д. 152 – 166) подтверждается, что при судебно-медицинской экспертизе трупа А.А. обнаружены следующие телесные повреждения: рана 7-го межреберья между околопозвоночной и лопаточной линиями справа, проникающая в грудную полость, где по ходу раневого канала повреждены: подкожно-жировая клетчатка; широчайшая мышца спины; межреберные мышцы 7 межреберья; пристеночная плевра; нижняя доля правого легкого. Длина раневого канала не менее 10 см; и состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти. Данные телесные повреждения являются колото-резаными, прижизненны и причинены однократным колюще-режущим воздействием плоским клинковым объектом (орудием, предметом типа ножа), имевшим острие, тупую (обух) и острую (лезвие) кромки. В момент образования раны травмирующий объект был ориентирован тупой кромкой (обухом) вниз, а острой кромкой (лезвием) вверх по отношению к телу потерпевшего; что причинило тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Данное телесное повреждение могло быть причинено незадолго до наступления смерти потерпевшего (в течение нескольких десятков минут). После причинения данного телесного повреждения пострадавший мог жить в начальный период вышеуказанного промежутка времени. Не исключено совершение активных целенаправленных действий (передвигаться, разговаривать и т.д.) в короткий промежуток времени после причинения данных телесных повреждений, от нескольких минут до нескольких десятков минут. Взаимное расположение потерпевшего и нападавшего в момент причинения вышеуказанных телесных повреждений могло быть любым (спереди, сзади, сбоку, стоя, лежа), кроме положений, при которых невозможно нанести воздействие в область повреждения (данная область прикрыта). Образование данного телесного повреждения, учитывая направление раневого канала, при падении на плоскости (с высоты собственного роста) можно исключить.

Смерть наступила вследствие колото-резаного ранения задней поверхности грудной клетки справа, проникающего в грудную (1) полость, с ранением нижней доли правого легкого; правосторонний гемоторакс (скопление крови в плевральной полости) (2480 мл); что осложнилось развитием обильной кровопотери, о чем свидетельствует п.1 данных выводов, а также: малокровие внутренних органов, островчатые слабо выраженные трупные пятна, резкая бледность кожных покровов, хорошо выраженное трупное окоченение.

При судебно-химическом исследовании крови от трупа обнаружен этиловый спирт в концентрации 2,4 промилле, что у живых лиц, как правило, может соответствовать средней степени алкогольного опьянения.

Смерть могла наступить за 12-24 часа до начала исследования трупа в морге (ДД.ММ.ГГГГ в 9 часов 45 минут).

Заключением эксперта (т. 1 л.д. 171) подтверждается, что причинение обнаруженного при судебно-медицинской экспертизе трупа А.А. телесного повреждения возможно при обстоятельствах, указанных ФИО1 в протоколе допроса подозреваемой от 10 декабря 2018 года, протоколе проверки показаний от 12 декабря 2018 года, протоколе допроса обвиняемой от 20 декабря 2018 года.

Заключением эксперта (т. 1 л.д. 180 – 181) подтверждается, что при судебно-медицинской экспертизе ФИО1 обнаружены телесные повреждения: кровоподтек и ушиб мягких тканей лобной области справа (по 1), кровоподтек нижнего века слева и справа (по 1), левой щеки, правого плеча (3), ушибленная рана левой ушной раковины (1), которые могли быть причинены от не менее 8 воздействий твердого(ых) объекта(ов) (которыми могла быть нога, рука постороннего человека и т.д.), как при ударе(ах) таковым(и), так и при ударе(ах) о таковой(ые).

Учитывая множественность и различную локализацию телесных повреждений, образование их при падении на плоскости (с высоты собственного роста) можно исключить. И могли быть причинены за 12-24 часа до осмотра в Благовещенском МРО, что подтверждается цветом кровоподтеков, характером заживления раны.

Кровоподтек спинки носа, с распространением на правый и левый скат носа, на верхнее веко справа и слева, который мог быть причинен при однократном воздействии твердого объекта (которым могла быть нога, рука постороннего человека и т.д.), как при ударе таковым, так и при ударе о таковой; и мог быть причинен за 3-7 суток до момента осмотра, что подтверждается его цветом. Учитывая морфологические особенности и локализацию телесного повреждения, образование его при падении на плоскости (с высоты собственного роста) крайне маловероятно.

Все вышеописанные телесные повреждения, как каждое в отдельности, так и в совокупности, не повлекли за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и поэтому относятся к не причинившим вреда здоровью телесным повреждениям. Установленный ФИО1 во время обращения в КГБУЗ «Родинская ЦРБ» диагноз «ЗЧМТ (09.12.2018). Сотрясение головного мозга» - объективными (не описано неврологической симптоматики, характерной для ЗЧМТ: СГМ) данными в представленных мед. документах не подтвержден, следовательно, судебно-медицинской оценке не подлежит.

Оглашенным с согласия сторон протоколом допроса свидетеля ФИО3 №1 (т. 1 л.д. 133 – 138) подтверждается, что в вечернее время 9 декабря 2018 года после возвращения домой от бабушки ФИО3 №4 между его родителями А.А. и ФИО1 произошла ссора в стороне коридора у печки или на кухне, в ходе которой папа сначала ругал маму, мама кричала, потом услышал, что папа стал бить маму, поскольку он этого не хотел, то вышел к родителям, однако папа сказал ему, чтобы он уходил и толкнул его рукой в спину, он испугался папу, потому что тот был злой и поэтому ушел в зал. Через несколько минут они с братьями поужинали и снова ушли в зал, а мама с папой остались на кухне одни. Еще через несколько минут он услышал шум со стороны кухни, выйдя на кухню, увидел, что папа бьет маму и вернулся обратно в зал. Затем сидя на диване у входа в зал, он увидел, что папа сел на табурет у печки и закурил сигарету, при этом папа на маму не кричал и не бил её, ему с братьями папа тоже ничего не говорил. Через 6 – 7 минут из кухни мама подбежала к сидящему на табурете спиной ко входу в кухню папе, при этом держала нож в правой руке лезвием вниз, замахнулась и ударила папу в спину, после чего сразу же выбежала из дома. Папа не слышал, что мама подбегает к нему, нож остался у него в спине. Папа прошел на кухню и сел на кресло, где по просьбе папы он вытащил нож из его спины, положил нож на пол в коридор и со своего телефона позвонил в «Скорую помощь». В это время из зала к ним вышел его средний брат ФИО3 №2, а папа встал на ноги, несколько минут еще походил по кухне и коридору, ничего ему не говорил, вел себя спокойно, а потом упал на живот на пол в коридоре. Младший брат К.А. не выходил к ним из зала. С ФИО3 №2 они стали держать тряпку у раны на спине папы, из которой шла кровь.

Оглашенным с согласия сторон протоколом допроса свидетеля ФИО3 №2 (т. 1 л.д. 133 – 138) подтверждается, что свидетель дал показания соответствующие показаниям ФИО3 №1, уточнив при этом, что не видел, как мама (ФИО1) ударила папу (А.А.) ножом.

Оглашенным с согласия сторон протоколом допроса эксперта Е.А. (т. 1 л.д. 173 – 175) подтверждается, что экспертом проводилась судебно-медицинская экспертиза трупа А.А., при которой обнаружено телесное повреждение в виде раны 7-го межреберья между околопозвоночной и лопаточной линиями справа, проникающая в грудную полость с повреждением внутренних органов. Данное телесное повреждение причинило тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти. Высказаться о том, повлияли ли действия ФИО3 №1 по извлечению ножа из раны на исход причиненного телесного повреждения в виде смерти потерпевшего, не представляется возможным, поскольку моделирование данной ситуации невозможно в связи с тем, что невозможно в точности воспроизвести действия потерпевшего после полученного им ранения (как до, так и после извлечения ножа), а также реакцию организма на причиненное телесное повреждение (которая у каждого человека индивидуальна). Легкое относится к паренхиматозным органам, т.е. органам, которые хорошо кровоснабжаются, и при их ранении (как в данном случае с А.А.) происходит обильное кровотечение из раны независимо от того, извлечен ли травмирующий объект или нет.

Оглашенным с согласия сторон протоколом допроса свидетеля ФИО3 №3 (т. 1 л.д. 98 – 100) подтверждается, что 9 декабря 2018 года около 21 часа 20 минут к нему домой пришла соседка ФИО1 и попросила его позвонить в полицию, так как она ударила ножом своего супруга А.А. С его телефона ФИО1 сама позвонила в полицию, а он сразу же пошел в дом ФИО2, где в кухне увидел А.А., лежащего по центру кухни и его сына ФИО3 №1, который прижимал тряпку к ране в районе спины А.А. По приезду сотрудники «скорой помощи» оказывали А.А. первую помощь, но в процессе её оказания последний скончался. Также пояснил, что ФИО1 часто приходила к нему домой, чтобы позвонить в полицию, когда ее в очередной раз избивал муж.

Оглашенным с согласия сторон протоколом допроса свидетеля ФИО3 №8 (т. 1 л.д. 128 - 131) подтверждается, что будучи фельдшером отделения скорой медицинской помощи КГБУЗ «ЦРБ с.Родино» 9 декабря 2018 года около 21 часа 30 минут она выехала по вызову на <адрес> милиции, 43, <адрес> к семье ФИО2 по поводу раны, по указанному адресу они прибыли спустя не более 4-х минут. В доме она увидела на полу в кухне А.А. Находившаяся тут же ФИО1 ей пояснила, что у нее с А.А. произошла ссора, в ходе которой она ударила его ножом в спину. В доме находились дети ФИО2 и сосед (фамилии его не знает, нерусской национальности), затем приехали сотрудники полиции. На момент ее прибытия А.А. находился в бессознательном состоянии, кожные покровы бледные, дыхание поверхностное, артериальное давление низкое, пульс не прощупывался, на спине одна ножевая рана. Проводимые реанимационные мероприятия результата не принесли, и А.А. скончался.

Оглашенным с согласия сторон протоколом допроса свидетеля ФИО3 №7 (т. 1 л.д. 123 - 126) подтверждается, что он работает в должности начальника отделения уголовного розыска Отд МВД России по Родинскому району. ДД.ММ.ГГГГ около 21 часа 30 минут в дежурную часть отделения полиции поступило сообщение от жительницы <адрес> ФИО1 о том, что она в доме по <адрес>, в ходе ссоры ударила ножом мужа. Совместно с участковым уполномоченным полиции ФИО3 №6 он выехал по вышеуказанному адресу, где по приезду в доме находились ФИО1, ее сосед ФИО3 №3, сожитель ее матери ФИО3 №5, а также сотрудники скорой медицинской помощи. В кухне на полу в бессознательном состоянии с колото-резаной ножевой раной на спине лежал А.А., сотрудники «скорой помощи» оказывали последнему реанимационные мероприятия. После указания ФИО1 на кухонный нож с черной рукояткой, который лежал на полу в коридоре дома, ФИО3 №6 накрыл данный нож найденным в доме тазом. Затем он и ФИО1 вышли из дома, а спустя 20 минут фельдшер констатировала смерть А.А. Из разговора с ФИО1 ему известны обстоятельства нанесения удара ножом А.А., которые соответствуют вышеописательной части приговора. Далее ФИО1 была доставлена на медицинское освидетельствование и затем в отдел полиции.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО3 №6 дал показания, соответствующие показаниям свидетеля ФИО3 №7, уточнив, что по дороге на медицинское освидетельствование ФИО1 ему пояснила, что между ней и мужем произошла ссора, в ходе которой муж её избил, после чего она взяла нож и ударила его один раз в спину.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО3 №4 показала, что её дочь ФИО1 проживает в <адрес> милиции, 43, со своими детьми и сожителем А.А., которому её дочь нанесла удар ножом в вечернее время ДД.ММ.ГГГГ в ходе ссоры, после чего А.А. скончался. О случившемся ей (ФИО3 №4) стало известно утром ДД.ММ.ГГГГ от своего гражданского мужа С.И. Семейную жизнь дочери может охарактеризовать как сложную, в семье часто случались конфликты, в состоянии алкогольного опьянения Анатолий становился агрессивным и постоянно избивал Ирину. А.А. может охарактеризовать как вспыльчивого, конфликтного и нервозного человека, а в состоянии алкогольного опьянения еще и агрессивного. Свою дочь может охарактеризовать как спокойную, хозяйственную и добрую женщину. По обстоятельствам, имевшим место в её доме ДД.ММ.ГГГГ, когда там находились оба ФИО2, свидетель дала показания, аналогичные показаниям подсудимой ФИО1

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО3 №5 показал, что дочь его сожительницы ФИО3 №4 - ФИО1 проживает в <адрес> со своими тремя несовершеннолетними детьми, также ранее с ними проживал А.А. Отношения в семье ФИО2 были посредственные. В состоянии опьянения А.А. устраивал скандалы, избивал жену. ДД.ММ.ГГГГ в послеобеденное время ФИО1 вместе со своим мужем А.А. и младшим сыном пришли к ним в гости, где вместе с ФИО3 №4 примерено до 20-00 ч. распивали спиртное. Сам ФИО3 №5 участия в застолье не принимал, поскольку спиртное не употребляет, однако, находясь в соседней комнате, слышал, что между ФИО4 произошла ссора, но затем они успокоились и продолжили застолье. К себе домой ФИО2 ушли в спокойном состоянии. В тот же вечер около 21 часа 30 минут в телефонном разговоре ФИО1 сказала ему, что убила А.А., после чего он собрался и пошел к ним домой. На полу в коридоре дома ФИО2 он увидел кухонный нож с черной рукояткой со следами крови и лежащего в кухне на полу в бессознательном состоянии А.А., которому врачи оказывали медицинскую помощь, однако минут через 15-20 А.А. умер. На момент его прихода ФИО1 находилась в шоковом состоянии со следами побоев на лице, которых у нее не было, когда она в тот день была у них в гостях.

Протоколом изъятия, протоколами получения образцов для сравнительного исследования (т. 1 л.д. 42, 139, 142) подтверждается, что у ФИО1 изъяты майка и брюки, у ФИО1 и ФИО3 №1 получены образцы крови.

Заключениями экспертов (т. 1 л.д. 185 – 190; 194 – 199; 219 – 225; 212 – 215; 203 – 208; 229-233, т. 2 л.д. 11 - 13) подтверждается, что:

- следы крови № 1-3 на фрагменте паласа, изъятого при осмотре места происшествия, являются следами попадания капель; следы крови №2 имеют признак возникновения с двигавшегося источника истечения вещества похожего на кровь; след №4 является помаркой образовавшейся от непосредственного контакта с объектом, имевшим наложения вещества, похожего на кровь;

- следы крови на передней половинке брюк справа (№1) ФИО1 являются пятнами, следами, по которым установить первичный механизм их возникновения не представляется возможным. На майке видимых следов вещества, похожего на кровь, не обнаружено;

- в части следов на майке ФИО1 найдена кровь человека, групповая принадлежность которой не установлена из-за недостаточного ее количества. В другой части следов на майке ФИО1 найдена кровь человека 0 ?? женского генетического пола. Таким образом, данная кровь могла происходить от ФИО1 и не могла происходить от А.А.; на брюках ФИО1 найдена кровь человека 0 ?? группы. Молекулярно-генетическим исследованием половая принадлежность крови не установлена из-за малого ее количества. Таким образом, данная кровь могла происходить от А.А. и ФИО1 как обоих вместе, и каждого в отдельности;

- кровь А.А. относится к 0 ?? группе, при исследовании крове по системе гаптоглобина получен отрицательный результат, кровь ФИО1 относится к 0 ?? группе, типу Нр 2-2; на фрагменте паласа, изъятом в ходе осмотра места происшествия, обнаружена кровь человека 0 ?? группы, установлен тип Нр 2-1; происхождение крови в данных следах от А.А. не исключается. От ФИО1 кровь здесь происходить не могла;

- рана на кожном лоскуте от трупа А.А. могла образоваться от воздействия клинка представленного на экспертизу ножа;

- на рукоятке ножа, изъятого в ходе осмотра места происшествия, крови не обнаружено, установлены следы пота, при определении групповой принадлежности которого был выявлен лишь антиген Н, который может происходить за счет присутствия здесь пота одного или нескольких человек с 0 ?? группой. Таким образом, результаты не исключают в данном случае происхождения пота от А.А., ФИО3 №1, ФИО1, как каждого по отдельности, так и всех вместе; на клинке ножа обнаружена кровь человека 0 ?? группы, которая может происходить от А.А., ФИО1 и ФИО3 №1 (при наличии у них кровоточащих повреждений), как каждого по отдельности, так и всех вместе. Дифференцировать эту кровь по половой принадлежности и по системе гаптоглобина не представилось возможным из-за недостаточного ее количества;

- нож, изъятый при осмотре места происшествия 9 декабря 2018 года по адресу: <адрес>, изготовлен заводским способом, является ножом разделочным и к холодному оружию не относится.

Протоколом осмотра предметов (т. 2 л.д. 15 – 23), постановлением о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств (т. 2 л.д. 24 – 25) подтверждается, что все изъятые в ходе производства по делу предметы осмотрены, имеющие доказательственное значение предметы признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств.

При оценке исследованных по делу доказательств, суд исходит из следующего:

В основу приговора суд берет последовательные признательные показания подсудимой, данные ею на предварительном следствии (в том числе при проверке показаний на месте) и подтвержденные ФИО1 в судебном заседании в части, касающейся фактических обстоятельств дела. При этом только в судебном заседании ФИО1 пояснила, что причинять тяжкий вред здоровью А.А. она не желала, в тот момент плохо воспринимала происходящее, поскольку находилась в состоянии аффекта. В то же время, на всем протяжении предварительного следствия ФИО1 давала последовательные показания о причинах нанесения удара ножом, а именно из личных неприязненных отношений, будучи обиженной на мужа. Указанные показания, положенные судом в основу приговора, согласуются с совокупностью исследованных доказательств, а именно: с показаниями свидетеля ФИО3 №1, видевшего непосредственно момент нанесения подсудимой удара ножом А.А., показаниями свидетелей ФИО3 №3, ФИО3 №5, ФИО3 №6 и ФИО3 №7, осведомленным о совершенном преступлении самой ФИО1, свидетелей ФИО3 №4 и ФИО3 №2, которые очевидцами нанесения удара ножом не являлись, однако пояснили об обстоятельствах ссор между бывшими супругами ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ; протоколом осмотра места происшествия, в ходе которого зафиксировано положение трупа, изъяты фрагменты напольного покрытия со следами вещества бурого цвета и нож; заключениями судебно-медицинских экспертиз, в ходе которых на трупе установлены повреждения и механизм их образования, в том числе колото-резаная рана, которая могла образоваться от воздействия клинка изъятого при осмотре места происшествия ножа и имеющего на себе кровь человека, происхождение которой может быть от А.А. Как указывает сама подсудимая именно этим ножом ею было причинено ранение.

С учетом изложенного, у суда не вызывает сомнения факт нанесения удара ножом потерпевшему именно ФИО1

Изменение показаний ФИО1 в судебном заседании суд расценивает как способ защиты, направленный на попытку смягчить уголовную ответственность.

При этом тот факт, что свидетель ФИО3 №6 в судебном заседании в некоторых деталях дал показания, отличающиеся от показаний, данных в ходе предварительного следствия, суд относит к значительному промежутку времени с момента описываемых им событий. В то же время, после оглашения показаний, данных в ходе предварительного следствия, он подтвердил их.

Оценивая в совокупности добытые доказательства, суд считает, что вина подсудимой ФИО1 доказана, и квалифицирует её действия по ч. 4 ст. 111 УК РФ – как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

О направленности умысла ФИО1 на умышленное причинение тяжкого вреда здоровью А.А. свидетельствует нанесение предметом с повышенными поражающими свойствами (ножом длиной клинка 13,5 см), удара со значительной силой (о чем свидетельствует глубина раневого канала) в жизненно важный орган – грудную клетку. При этом нанося удар, ФИО1 предвидела наступление в результате своих действий общественно-опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью, а также могла и должна была предвидеть наступление смерти А.А. Об отсутствии в действиях ФИО1 умысла на убийство свидетельствует тот факт, что она нанесла лишь один удар ножом, после чего каких-либо действий, направленных на лишение А.А. жизни не совершала, хотя ей в этом никто не препятствовал, нанеся удар, она убежала из дома к соседу ФИО3 №3, где вызвала полицию и попросила последнего вызвать «скорую помощь», кроме того, как следует из показаний ФИО1, у неё никогда не возникало мысли об убийстве бывшего мужа и она никогда не совершила бы такого.

Суд не усматривает в действиях ФИО1 необходимой обороны или превышения ее пределов. Так, как следует из показаний подсудимой, удар ножом был нанесен ею потерпевшему в ходе ссоры из личных неприязненных отношений. При этом, хотя А.А. до этого и нанес ей удары в область головы и тела (последнее подтверждается заключением эксперта в т. 1 на л.д. 180 – 181, в ходе которого у ФИО1 обнаружены телесные повреждения, которые вреда здоровью не причинили), в то же время, из показаний ФИО1 следует, что в момент нанесения удара ножом А.А. ее не избивал, ей и детям не угрожал и какой-либо опасности не представлял, удар ножом она нанесла, поскольку хотела только напугать мужа, чтобы тот понял, что она настроена серьезно и может за себя постоять, несмотря на то, что боялась агрессивного поведения Анатолия. О том, что с момента окончания посягательства со стороны потерпевшего прошел значительный временной промежуток показал также очевидец преступления ФИО3 №1

Суд не находит оснований для признания совершения ФИО1 преступления в состоянии аффекта, указанная позиция ФИО1 опровергается материалами дела и оценивается судом критически. Так, на всем протяжении предварительного следствия ФИО1 давала четкие, последовательные, подробные и непротиворечивые показания об обстоятельствах совершенного преступления и его мотивах, согласно которым, удар ножом был нанесен ею потерпевшему в ходе ссоры из личных неприязненных отношений, поскольку она, будучи обиженной на мужа, хотела только напугать его, чтобы он понял, что она настроена серьезно и может за себя постоять. Указанные показания положены судом в основу приговора.

Кроме того, согласно заключению эксперта (т. 2 л.д. 4 – 6), ФИО1 как в момент совершения инкриминируемого ей деяния, так и в настоящее время каким-либо психическим заболеванием не страдала и не страдает, способна в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими; ФИО1 в состоянии патологического аффекта не находилась; в применении принудительных мер медицинского характера не нуждается; согласно заключению психолога индивидуально-психологические особенности не оказали существенного влияния на поведение ФИО1 и не ограничивали способность в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими; в интересующий период данных за аффект у ФИО1 не обнаруживается; эмоциональные реакции в момент деликта не оказали существенного влияния на её сознание и деятельность.

С учетом изложенного, а также того, что на учете у врача-психиатра и врача-нарколога ФИО1 не состоит, в судебном заседании занимает позицию, адекватную складывающейся судебной ситуации, суд признает подсудимую вменяемой по отношению к инкриминированному ей преступлению.

При исследовании данных, относящихся к личности потерпевшего, установлено, что он на иждивении имел троих несовершеннолетних детей, привлекался к административной ответственности, на учете у врача-психиатра, врача-нарколога не состоял, характеризуется удовлетворительно, в судебном заседании свидетелями ФИО3 №4 и ФИО3 №5 (родственниками подсудимой) охарактеризован как человек вспыльчивый и агрессивный в состоянии алкогольного опьянения.

При назначении наказания подсудимой суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновной, обстоятельства смягчающие её наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденной и условия жизни её семьи.

Так, ФИО1 совершила оконченное умышленное преступление против жизни и здоровья, относящееся к категории особо тяжких.

Как личность ФИО1 характеризуется следующим образом: ранее не судима, на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит, трудоустроена, комиссией по делам несовершеннолетних привлекалась к административной ответственности, по месту жительства администрацией сельсовета характеризуется удовлетворительно, администрациями учреждений по месту обучения детей и по месту работы характеризуется положительно.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание ФИО1, суд признает и учитывает явку с повинной, в качестве которой суд расценивает сообщение ФИО1 в полицию о совершенном ею преступлении непосредственно после событий (т. 1 л.д. 36); фактически признание ею вины, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, которое выразилось в даче признательных показаний в ходе предварительного расследования, в которых она подробно рассказала об обстоятельствах совершения преступления; состояние её здоровья; наличие на иждивении троих несовершеннолетних детей и оказание помощи матери инвалиду 3 группы; противоправное и аморальное поведение потерпевшего, послужившее поводом для совершения преступления, выразившееся как в ранее имевших место избиениях подсудимой, так и в непосредственно предшествовавших преступлению ссоре и нанесении ей побоев; принесение извинений потерпевшему ФИО3 №2; оказание иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, выразившееся в высказанной свидетелю ФИО3 №3 просьбе о вызове «скорой помощи» потерпевшему.

Иных обстоятельств, смягчающих наказание подсудимого, прямо предусмотренных ст. 61 ч. 1 УК РФ, не имеется, в то же время признание в качестве таковых обстоятельств, не закрепленных данной нормой, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ является правом суда, а не его обязанностью. Обсудив данный вопрос, суд не находит оснований для отнесения к смягчающим обстоятельствам иных, кроме перечисленных выше. В том числе, суд не усматривает оснований для признания таковыми обстоятельств, приведенных в качестве характеризующих личность подсудимой.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимой, не имеется. В связи с изложенным, а также ввиду наличия смягчающих обстоятельств, предусмотренных п. «и, к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, при назначении наказания подсудимой ФИО1 применяются положения ч. 1 ст. 62 УК РФ.

С учетом требований ст.ст. 6, 60 УК РФ, совокупности вышеприведенных обстоятельств, суд, полагая невозможным назначение более мягкого наказания, считает, что наказание ФИО1 за инкриминируемое ей преступление следует назначить только в виде лишения свободы, без ограничения свободы. Оснований для применения положений ст. 64, 73 УК РФ, суд не усматривает.

С учетом фактических обстоятельств совершенного преступления и степени его общественной опасности, что обуславливается его направленностью против жизни и здоровья, суд не усматривает оснований для применения к подсудимой положений ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Суд полагает, что только в таком случае будут достигнуты закрепленные уголовным законом цели наказания – восстановление социальной справедливости, исправление осужденной и предупреждение совершения ею новых преступлений.

В соответствии с положениями п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ наказание в виде лишения свободы подсудимой подлежит отбывать в исправительной колонии общего режима.

В связи с осуждением ФИО1 к реальному лишению свободы, в целях обеспечения исполнения приговора, а также учитывая характер и степень общественной опасности содеянного, суд приходит к выводу о необходимости изменения ей меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении на заключение под стражу.

В соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей по настоящему уголовному делу подлежит зачету в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня, поскольку наказание ФИО1 следует отбывать в исправительной колонии общего режима.

Судьба вещественных доказательств подлежит разрешению в соответствии с требованиями ст. 81 УПК РФ.

При разрешении вопроса о распределении процессуальных издержек, суд исходит из требований ст.ст. 131 и 132 УПК РФ. Так, в соответствии с п. 5 ч. 2 ст. 131 УПК РФ, к процессуальным издержкам относятся суммы, выплачиваемые адвокатам за оказание юридической помощи, в случае участия адвоката в уголовном судопроизводстве по назначению. В соответствии с чч. 1, 2 ст. 132 УПК РФ, процессуальные издержки взыскиваются с осужденного или возмещаются за счет средств федерального бюджета.

Интересы подсудимой в ходе судопроизводства (как на стадии предварительного следствия, так и в судебном заседании) представлял по назначению адвокат Решетченко М.С., которому на основании постановлений следователя и суда на дату постановления судом приговора выплачено вознаграждение в размере 10 620 рублей (6300 рублей + 4320 рублей = 10620 рублей).

С учетом изложенного, а также того обстоятельства, что отказа от адвоката со стороны подсудимой не поступало, она находится в трудоспособном возрасте, трудоустроена, суд не находит законных оснований для освобождения от взыскания с неё процессуальных издержек.

Таким образом, с подсудимой подлежат взысканию процессуальные издержки, связанные с участием адвоката по назначению, в сумме 10 620 рублей.

С учетом имеющейся в материалах дела информации о том, что в настоящее время дети ФИО1 проживают с ней, суд полагает необходимым ФИО3 №1, ФИО3 №2, К.А. передать в орган опеки и попечительства Комитета по образованию Администрации Родинского района Алтайского края для их устройства в соответствии с семейным законодательством Российской Федерации.

Суд не усматривает оснований для принятия мер по охране жилища и имущества ФИО1, поскольку сама ФИО1 ходатайства о принятии мер по его охране не заявляла. В то же время это не является препятствием для обращения с таким ходатайством в последующем, в порядке исполнения приговора.

Также суд не усматривает оснований для отсрочки отбывания наказания подсудимой в соответствии со ст. 82 УК РФ, поскольку в соответствии с действующим законодательством этот вопрос подлежит разрешению в порядке исполнения приговора.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, и назначить ей наказание в виде 4 (четырех) лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения в отношении ФИО1 изменить на содержание под стражей. ФИО1 взять под стражу в зале суда.

Срок наказания ФИО1 исчислять с 3 июля 2019 года.

Зачесть в срок лишения свободы время содержания ФИО1 под стражей по настоящему уголовному делу с 3 июля 2019 года по день вступления приговора в законную силу в соответствии с п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Вещественные доказательства по вступлении приговора в законную силу:

- нож, фрагмент паласа, майка и брюки ФИО1 - уничтожить.

Взыскать с ФИО1 в доход государства процессуальные издержки, связанный с оплатой услуг адвоката в размере 10 620 рублей 00 копеек.

Детей ФИО1 – ФИО3 №1, ДД.ММ.ГГГГ рождения, ФИО3 №2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, К.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения передать в орган опеки и попечительства Комитета по образованию Администрации Родинского района Алтайского края для их устройства в соответствии с семейным законодательством Российской Федерации.

Приговор может быть обжалован в Алтайский краевой суд через Родинский районный суд Алтайского края в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденной, содержащейся под стражей, в течение 10 суток с момента получения его копии.

О желании участвовать в заседании суда апелляционной инстанции осужденный должен указать в апелляционной жалобе, а если дело рассматривается по представлению прокурора или по жалобе другого лица, - в отдельном ходатайстве или возражениях на жалобу либо представление в течение 10 суток со дня вручения им копии приговора либо копии жалобы или представления. Также осужденный вправе воспользоваться помощью адвоката путем заключения с ним соглашения, либо путем обращения с соответствующим ходатайством о назначении защитника, которое может быть изложено в апелляционной жалобе, либо иметь форму самостоятельного заявления, и должно быть подано заблаговременно в суд первой или второй инстанции.

Председательствующий Е.Н. Стукалова