Приговор № 1-359/2017 от 30 августа 2017 г. по делу № 1-359/2017

Дело № 1-359/2017


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Санкт-Петербург 26 декабря 2017 года

Ленинский районный суд города Санкт-Петербург в составе председательствующего судьи Эйжвертиной И.Г.,

при секретаре Копьеве М.С.,

с участием государственного обвинителя – помощника прокурора Адмиралтейского района города Санкт-Петербург Владимирова Д.В.,

подсудимого ФИО1,

защитника Кожененко С.Е., представившей удостоверение №6069 и ордер Н011284 от 31.08.2017 года,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, ранее судимого:

1) 23.08.2011 года Ленинским районным судом Санкт-Петербурга по ст.ст. 158 ч. 3 п. «а», 158 ч. 3 п. «а», 158 ч. 3 п. «а», 158 ч. 3 п. «а», 158 ч. 3 п. «а» УК РФ, ст. 69 ч.ч. 3, 4 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы, без штрафа, с ограничением свободы на срок 1 год, с отбыванием основного вида наказания в исправительной колонии строгого режима;

2) 01.11.2011 года Петроградским районным судом Санкт-Петербурга по ст. 158 ч. 3 п. «а» УК РФ к 2 годам 1 месяцу лишения свободы, без штрафа, без ограничения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима;

3) 06.02.2012 года Кировским районным судом Санкт-Петербурга по ст.ст. 158 ч. 3 п. «а», 158 ч. 3 п. «а», 158 ч. 3 п.п. «а, в», 158 ч. 3 п. «а», 158 ч. 3 п. «а», 158 ч. 3 п. «а», 158 ч. 3 п. «а», 158 ч. 3 п.п. «а, в», 158 ч. 3 п. «а», 158 ч. 3 п. «а», 158 ч. 3 п. «а», 158 ч. 3 п. «а», 158 ч. 3 п. «а», 158 ч. 3 п.п. «а, в», 158 ч. 3 п. «а» УК РФ, ст. 69 ч. 3 УК РФ к 3 годам 8 месяцам лишения свободы, без штрафа, без ограничения свободы. На основании ст. 69 ч. 5 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказания с наказаниями, назначенными приговорами Ленинского районного суда Санкт-Петербурга от 23.08.2011 года и Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от 01.11.2011 года, окончательное наказание назначено в виде 4 лет лишения свободы, без штрафа, с ограничением свободы сроком 1 год, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима;

4) 18.07.2012 года Дзержинским районным судом Санкт-Петербурга по ст.ст. 158 ч. 3 п. «а», 158 ч. 3 п. «а», 158 ч. 3 п. «а», 158 ч. 3 п. «а», 158 ч. 3 п. «а», 158 ч. 3 п. «а», 30 ч. 3, 158 ч. 3 п. «а», 30 ч. 3, 158 ч. 3 п. «а», 158 ч. 3 п. «а», 158 ч. 3 п. «а» УК РФ, ст. 69 ч. 3 УК РФ к 4 годам лишения свободы, без штрафа, без ограничения свободы. На основании ст. 69 ч. 5 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказания с наказанием, назначенным приговором Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 06.02.2012 года, с учетом кассационного определения Санкт-Петербургского городского суда от 12.02.2013 года, окончательное наказание назначено в виде 7 лет лишения свободы, без штрафа, без ограничения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима;

5) 03.10.2014 года Красносельским районным судом Санкт-Петербурга по ст. 158 ч. 3 п. «в» УК РФ к 9 месяцам лишения свободы, без штрафа, без ограничения свободы. На основании ст. 69 ч. 5 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказания с наказаниями, назначенными приговорами Ленинского районного суда Санкт-Петербурга от 23.08.2011 года, Петроградского районного суда Санкт-Петербурга от 01.11.2011 года, Кировского районного суда Санкт-Петербурга от 06.02.2012 года, Дзержинского районного суда Санкт-Петербурга от 18.07.2012 года окончательное наказание назначено в виде 7 лет 1 месяца лишения свободы, без штрафа, без ограничения свободы, с отбыванием наказания в исправительной колонии особого режима. Постановлением Плесецкого районного суда Архангельской области от 01.08.2016 года освобожден условно-досрочно на неотбытый срок 2 года 15 дней, фактически освобожден 12.08.2016 года,

в порядке ст.ст. 91, 92 УПК РФ задержанного 30.05.2017 года (фактически задержан 28.05.2017 года), под стражей с 01.06.2017 года,

- обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 161 ч. 1 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

Суд признает доказанным, что ФИО1 совершил самоуправство, то есть самовольное, вопреки установленному законом порядку, совершение действий, правомерность которых оспаривается гражданином, при этом такими действиями причинен существенный вред, а именно:

он, 27.04.2017 года около 15 часов 00 минут, зайдя в комнату коммунальной квартиры <адрес> в Адмиралтейском районе Санкт-Петербурга, где проживают М.К.С. и З.Е.П., самовольно, вопреки установленному законом порядку обращения в правоохранительные органы или в суд, предполагая, что находящийся в данной комнате ноутбук «Леново Джи510» в комплекте с зарядным устройством принадлежит Л.И.В., забрал в присутствии З.Е.П. указанный ноутбук с зарядным устройством, принадлежащий М.К.С., в счет оплаты имущественного долга Л.И.В. перед ним (ФИО1) и сыном его (ФИО1) сожительницы Л.А.Д. – Б.В.В. При этом, выслушав заверения З.Е.П. о том, что указанный ноутбук с зарядным устройством принадлежит не Л.И.В., а М.К.С., взяв с собой данный ноутбук с зарядным устройством, для разрешения спора направился вместе с З.Е.П. к Л.И.В. в <адрес> в Адмиралтейском районе Санкт-Петербурга, откуда 27.04.2017 около 16 часов 00 минут, воспользовавшись кратковременным отсутствием З.Е.П. и Л.И.В., скрылся через окно, забрав с собой принадлежащий М.К.С. ноутбук «Леново Джи510» в комплекте с зарядным устройством, общей стоимостью 4500 рублей. Завладев указанным имуществом, распорядился им по своему усмотрению, продав в конце апреля 2017 года за 2500 рублей. Своими действиями он (ФИО1) причинил М.К.С. существенный вред, выразившийся в противоправном лишении его (М.К.С.) права собственности на принадлежащее ему имущество; правомерность данных действий оспаривается потерпевшим М.К.С.

Подсудимый ФИО1 свою вину в совершении указанного в приговоре преступления признал в полном объеме. Подсудимый пояснил суду, что в середине апреля 2017 года Л.И.В. украл у несовершеннолетнего Б.В.В., сына его (ФИО1) сожительницы - Л.А.Д., купленный незадолго до этого им (ФИО1) за 2500 рублей для Б.В.В. мобильный телефон. Также Л.И.В. украл еще один телефон у другого подростка, и еще должен был ему (ФИО1) 3500 рублей. На требования возвратить похищенный у Б.В.В. телефон или денежные средства за телефон Л.И.В. несколько раз обещал ему (ФИО1) все сделать, но так и не выполнил свои обещания. За несколько дней до рассматриваемых по делу событий он (ФИО1), Л.А.Д. и Б.В.В. обращались в 38 отдел полиции с устным заявлением о хищении мобильного телефона, но после общения с сотрудниками полиции он (ФИО1) понял, что ему, как лицу ранее судимому, лучше не обращаться в полицию с письменными заявлениями по данному поводу, так как, возможно, Л.И.В. сотрудничает с полицией. Ранее он видел в квартире Л.И.В. ноутбук. 27.04.2017 года он (ФИО1) пришел домой к Л.И.В. и спросил у него, где его (Л.И.В.) ноутбук. Л.И.В. ответил, что ноутбук у З.Е.П. Он (ФИО1) пришел в <адрес>, где проживают З.Е.П. и М.К.С. Во время его прихода З.Е.П. лежала на кровати под одеялом. На журнальном столике находился ноутбук. Он объяснил З.Е.П., что Л.И.В. должен ему телефон, поэтому он (ФИО1) забирает его (Л.И.В.) ноутбук. З.Е.П. говорила, что ноутбук принадлежит М.К.С., но он (ФИО1) не поверил, так как думал, что она покрывает Л.И.В., поскольку она жила с последним, когда М.К.С. уезжал к родственникам. Когда З.Е.П. начала возражать, он (ФИО1) предложил ей пойти вместе с ним к Л.И.В., чтобы тот подтвердил, что должен вернуть мобильный телефон. Он подождал, пока З.Е.П. оденется. Она дала ему пакет, в который они вместе положили ноутбук, и они вместе направились к Л.И.В. Л.И.В. проживал в расположенной <адрес>. Когда они зашли в квартиру Л.И.В., он (ФИО1) сказал Л.И.В., что забрал ноутбук за два телефона и напомнил про долг в 3500 рублей. Про ноутбук Л.И.В. ему ничего не сказал: посмотрел и кивнул. Через некоторое время З.Е.П. и Л.И.В. вышли разговаривать на улицу. В это время в квартире Л.И.В. находился малознакомый ему (ФИО1) молодой человек, о котором он (ФИО1.) подумал, что тот совместно с Л.И.В. может отобрать у него ноутбук, поэтому он (ФИО1) покинул квартиру Л.И.В. вместе с ноутбуком через окно. Ноутбук он продал на Сенной площади за 2500 рублей и, добавив еще 500 рублей, купил для Б.В.В. новый телефон за 3000 рублей.

Помимо полного признания подсудимым своей вины его вина в указанном в приговоре преступлении подтверждается:

- рапортом об обнаружении признаков преступления, согласно которому 27.04.2017 в 38 отдел полиции обратилась З.Е.П., которая заявила, что ранее знакомый ей В. 27.04.2017 года, придя к ней домой, взял ноутбук, который ей не принадлежит, как он пояснил, в счет ранее произошедшего конфликта (т. 1 л.д. 20);

- протоколом от 29.05.2017 года принятия устного заявления о преступлении от М.К.С., согласно которому он просит привлечь к уголовной ответственности неизвестного по имени В., который 27.04.2017 около 16 часов 00 минут по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, ввел в заблуждение его (М.К.С.) сожительницу З.Е.П., и обманным путем похитил принадлежащий ему (М.К.С.) ноутбук «Леново Джи510», стоимостью 18000 рублей, чем причинил ему значительный материальный ущерб на указанную сумму (т. 1 л.д. 24);

- протоколом явки ФИО1 с повинной от 29.05.2017 года, согласно которому 27.04.2017 года около 16 часов 00 минут он в комнате по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, в присутствии З.Е.П. забрал ноутбук «Леново», при этом З.Е.П. пояснила, что ноутбук принадлежит ее сожителю. Взяв ноутбук, они вдвоем с З.Е.П. пошли к Л.И.В. в <адрес>, откуда, воспользовавшись отсутствием внимания Л.И.В. и З.Е.П., он (ФИО1) скрылся с ноутбуком. Ноутбук он продал мужчине на Сенной пл. за 2500 рублей, деньги потратил на личные нужды (т. 1 л.д. 30);

- показаниями в судебном заседании потерпевшего М.К.С. и его же показаниями в ходе предварительного расследования, оглашенными в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ (т. 1 л.д. 38-40), согласно которым он проживает в комнате коммунальной квартиры по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, совместно со своей сожительницей З.Е.П. Осенью 2014 года он приобрел ноутбук «Леново Джи 510» в корпусе черного цвета за 18000 рублей, который в настоящее время с учетом износа оценивает в 4500 рублей. Указанным ноутбуком пользовался он и, с его разрешения, З.Е.П. Данный ноутбук, как правило, лежал на стуле в комнате. 27.04.2017 года около 06 часов 30 минут он ушел на работу, а З.Е.П. осталась дома. Около 16 часов 00 минут того же дня ему на мобильный телефон позвонила З.Е.П. и сообщила, что к ним в комнату пришел ранее ему незнакомый ФИО1, начал объяснять, что Л.И.В. что-то ему (ФИО1) должен, и берет его (М.К.С.) ноутбук. Также З.Е.П. пояснила, что идет со ФИО1 к Л.И.В., она думала, что Л.И.В. скажет, что это его (М.К.С.) ноутбук. Когда З.Е.П. и ФИО1 пришли к Л.И.В., ФИО1 от Л.И.В. исчез. Приехав домой с работы, он с З.Е.П. по факту произошедшего обратился в полицию. От З.Е.П. он узнал, что ранее она несколько раз виделась со ФИО1 в общей компании. Первоначально он (М.К.С.) указал, что стоимость ноутбука составляет 10000 рублей, что является для него значительным ущербом, но позже выяснил, что с учетом износа, этот ноутбук не может стоить более 4500 рублей. Ущерб в сумме 4500 рублей ему возместила мать подсудимого, а также в счет возмещения морального вреда она же отдала ему (М.К.С.) новый ноутбук. Более претензий к подсудимому не имеет. Считает, что ФИО1 совершил преступление, но, с учетом того, что подсудимый раскаялся и полностью возместил причиненный преступлением ущерб, просил его строго не наказывать;

- показаниями свидетеля З.Е.П., данными ею в судебном заседании и в ходе предварительного расследования, оглашенными в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ (т. 1 л.д. 50-52), согласно которым она со своим сожителем М.К.С. проживает в комнате коммунальной квартиры <адрес>. Осенью 2014 года М.К.С. купил за 18000 рублей ноутбук «Леново Джи 510» в корпусе черного цвета. Этот ноутбук, как правило, лежал на стуле в их комнате. 27.04.2017 года около 06 часов 30 минут М.К.С. ушел на работу, а она осталась дома. Около 15 часов 00 минут того же дня она находилась дома, лежала на кровати, так как чувствовала себя плохо. В это время в комнату зашел ранее знакомый ей ФИО1, который стал кричать, что Л.И.В. должен ему деньги, и что он (ФИО1) забирает вышеуказанный ноутбук. ФИО1 пояснил, что пришел к ней в комнату, так как Л.И.В. сказал, что у нее лежит его (Л.И.В.) ноутбук. Она сказала, что ноутбук принадлежит М.К.С., а не Л.И.В. Тогда ФИО1 захотел узнать, кому принадлежит ноутбук. Она оделась, дала ФИО1 пакет, куда они вместе сложили ноутбук с зарядным устройством. После этого они вместе пошли к Л.И.В., проживающему в соседней парадной на первом этаже в <адрес>. Зайдя в квартиру Л.И.В., она осталась в одной комнате, а Л.И.В. и ФИО1 зашли в другую комнату. Их разговор она не расслышала, они ругались. Через некоторое время она и Л.И.В. вышли улицу покурить. Л.И.В. сказал ей, что ни в чем не виноват, что он не брал телефон, а ФИО1 действует самовольно; при этом Л.И.В. отрицал, что говорил ФИО1, что его (Л.И.В.) ноутбук находится в ее комнате. Когда около 16 часов 00 минут она вернулась в квартиру Л.И.В., чтобы забрать ноутбук, ФИО1 там уже не было. После того, как ФИО1 взял ноутбук в ее комнате, тот постоянного оставался у него (ФИО1). Она позвонила М.К.С., рассказала о произошедшем, тот сказал обратиться в полицию. Она и Л.И.В. ходили в полицию, но обратились не в тот отдел. Когда М.К.С. вернулся с работы, они вместе сходили в другой отдел полиции. Л.И.В. она характеризует как человека, который может взять чужое имущество без спроса;

- протоколом очной ставки от 30.05.2017 года между свидетелем З.Е.П. и подозреваемым ФИО1, в ходе которой З.Е.П. дала в целом аналогичные вышеизложенным показания (т. 1 л.д. 66-68);

- показаниями свидетеля Б.К.К., оперуполномоченного 38 отдела полиции УМВД России по Адмиралтейскому району Санкт-Петербурга, данными им в судебном заседании и в ходе предварительного расследования, оглашенными в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ (т. 1 л.д. 48), согласно которым 29.05.2017 года в 38 отдел полиции обратился М.К.С. с заявлением о привлечении к уголовной ответственности В., который 27.04.2017 около 16 часов 00 минут по адресу: Санкт-Петербург, <адрес>, путем обмана З.Е.П. похитил принадлежащий ему (М.К.С.) ноутбук, стоимостью 18000 рублей, причинив ему значительный ущерб. В ходе работы по этому материалу и по проведенным оперативно-розыскным мероприятиям в совершении данного преступления был изобличен ФИО1, который впоследствии дал явку с повинной. Он (Б.К.К.) составил протокол явки ФИО1 с повинной. При этом никакого давления на ФИО1 оказано не было;

- показаниями свидетеля Л.И.В., данными им в ходе предварительного расследования, оглашенными в порядке п. 5 ч. 2 ст. 281 УПК РФ (т. 1 л.д. 72-73), согласно которым у него есть знакомые ФИО1, М.К.С. и З.Е.П., которые живут в соседних подъездах. Он (Л.И.В.) знает, что ФИО1 сожительствует с Л.А.Д., у которой есть сын Б.В.В., с которым он (Л.И.В.) периодически общается. Он (Л.И.В.) взял у Б.В.В. попользоваться телефон, который собирается вернуть;

- показаниями в судебном заседании несовершеннолетнего свидетеля Б.В.В., который пояснил, что ФИО1 знает как сожителя своей матери Л.А.Д. Незадолго до его (Б.В.В.) дня рождения, весной 2017 года, ФИО1 купил ему телефон «Леново» за 2000 рублей. Этим телефоном он пользовался недолго, 1-2 недели. Когда он ночевал у Л.И.В., пропал его телефон и телефон другого подростка. Позже Л.И.В. сознался в том, что украл его (Б.В.В.) телефон. Ему известно, что Л.А.Д., ФИО1 и его (Б.В.В.) дядя разговаривали с Л.И.В. о возврате телефона, Л.И.В. обещал вернуть телефон, но так и не сделал этого. Позже Л.А.Д. сказала ему (Б.В.В.), что надо зайти к ФИО1, забрать другой телефон, но сама она к ФИО1 за телефоном не сходила, он (Б.В.В.) сам купил себе новый телефон;

- показаниями свидетеля П.В.В., данными им в ходе предварительного расследования, оглашенными в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ (т. 1 л.д. 74-75), согласно которым в конце апреля 2017 он находился в районе станции метро «Сенная площадь», когда около 17 часов 00 минут к нему подошел ранее неизвестный мужчина и предложил купить за 2500 рублей ноутбук марки «Леново», в корпусе черного цвета. Так как цена была низкая, он заинтересовался и спросил его, откуда ноутбук, на что мужчина ответил, что принадлежит ему, а документы на ноутбук он потерял и ему срочно нужны деньги. Так как ноутбук мужчина продавал вместе с зарядным устройством, то он (П.В.В.) подумал, что ноутбук действительно принадлежит этому мужчине, а не был похищен. Он купил у мужчины данный ноутбук за 2500 рублей. Примерно через 2-3 дня данный ноутбук он продал за 3000 рублей на Сенной пл. Опознать продавшего ему ноутбук мужчину сможет;

- протоколом предъявления лица для опознания от 30.05.2017 года, согласно которому свидетель П.В.В. среди двух других лиц мужского пола опознал ФИО1 как мужчину, который в конце апреля 2017 года, находясь на Сенной пл., продал ему ноутбук марки «Леново» за 2500 рублей (т. 1 л.д. 77-78);

- протоколом очной ставки от 30.05.2017 года между свидетелем П.В.В. и подозреваемым ФИО1, в ходе которой П.В.В. дал аналогичные вышеизложенным показания (т. 1 л.д. 80-81);

- протоколом выемки от 01.06.2017 года, согласно которому М.К.С. добровольно выдал имеющуюся у него памятку по настройке ноутбука «Леново Джи510» («Lenovo G510») (т. 1 л.д. 42-44). Указанная памятка в ходе предварительного расследования была осмотрена, осмотром установлено, в ней указан серийный номер ноутбука: СВ03121604 (т. 1 л.д. 45); осмотренная памятка признана вещественным доказательством, приобщена в качестве такового к материалам дела, и возвращена потерпевшему М.К.С. под расписку (т. 1 л.д. 46, 47).

Оценивая приведенные в приговоре доказательства, исследованные в судебном заседании, суд находит их допустимыми, достоверными и достаточными для обоснования виновности подсудимого в содеянном.

Вина ФИО1 в полном объеме обвинения, указанного в приговоре, установлена и подтверждена как его признательными показаниями, так и исследованными судом и изложенными в приговоре доказательствами - показаниями потерпевшего, свидетелей, вещественными доказательствами, другими доказательствами, приведенными в приговоре, объективными, по мнению суда. Оснований не доверять установленной совокупности доказательств по делу, подтверждающей вину подсудимого, суд не усматривает.

Государственным обвинителем в судебных прениях была поддержана квалификация, данная органами предварительного расследования, действиям подсудимого по ст. 161 ч. 1 УК РФ. Однако суд с такой квалификацией не соглашается по причине неправильной оценки органами предварительного расследования направленности умысла подсудимого.

Подсудимый пояснил суду, что причиной его противоправных действий явилось желание получить долг от Л.И.В., забрав принадлежащий последнему ноутбук, а также его (ФИО1) заблуждение в отношении принадлежности находившегося в комнате З.Е.П. и М.К.С. ноутбука. Данное заблуждение у него возникло из-за полученной от Л.И.В. информации о том, что его (Л.И.В.) ноутбук находится в комнате указанных лиц. При этом ФИО1 также объяснил свое недоверие словам З.Е.П. о том, что взятый им ноутбук принадлежит М.К.С., тем, что З.Е.П. по причинам личного характера защищает Л.И.В.

Как следует из показаний свидетеля З.Е.П., придя в ее комнату, подсудимый начал разговор с утверждения, что забирает находящийся в комнате ноутбук в качестве обеспечения возврата долга Л.И.В. перед ним. Эти показания свидетеля поверхностно приведены в протоколе ее допроса на предварительном следствии и подробно раскрыты при допросе З.Е.П. в судебном заседании. При этом суду З.Е.П. также пояснила, что со слов ФИО1 ей известно, что он пришел к ней, так как Л.И.В. сказал, что его (Л.И.В.) ноутбук находится у нее.

Свое частичное отражение описанные З.Е.П. обстоятельства совершения преступления ФИО1 нашли и в показаниях потерпевшего М.К.С., данных им в ходе судебного следствия. М.К.С. пояснил суду, что уже 27.04.2017 года со слов З.Е.П. ему стало известно, что ФИО1 сказал ей, что забирает его (М.К.С.) ноутбук, так как Л.И.В. ему (ФИО1) что-то должен. К Л.И.В. З.Е.П. со ФИО1 ходили, чтобы Л.И.В. подтвердил, что этот ноутбук ему (Л.И.В.) не принадлежит.

Несовершеннолетний свидетель Б.В.В. подтвердил суду то обстоятельство, что Л.И.В. украл его телефон, приобретенный для него ФИО1, и вопрос о возврате этого телефона обсуждался с Л.И.В. как ФИО1, так и другими взрослыми членами его (Б.В.В.) семьи.

При рассмотрении дела в суде ФИО1 фактически оспаривал показания свидетеля Л.И.В. в той части, что тот не имеет перед ним (ФИО1) долговых обязательств, и что Л.И.В. не имеет никакого отношения к его (ФИО1) решению забрать ноутбук из комнаты, где проживают М.К.С. и З.Е.П. В виду того, что явка Л.И.В. в судебное заседание предпринятыми мерами обеспечена не была, а на стадии предварительного расследования следователь не предоставил ФИО1 возможность оспорить эти показания свидетеля, суд не использует в этой части оглашенные показания Л.И.В. в качестве доказательства виновности подсудимого, поскольку иное нарушает право ФИО1 на защиту.

При этом суд обращает внимание на то обстоятельство, что в ходе предварительного расследования З.Е.П. была поверхностно допрошена об известных ей причинах действий ФИО1 в отношении имущества М.К.С.; М.К.С. об этих обстоятельствах вообще не допрошен; весь известный им объем информации указанные лица сообщили при подробных их допросах в судебном заседании. Также поверхностно в ходе предварительного расследования был допрошен и свидетель Л.И.В.; при этом оснований к проведению очной ставки между Л.И.В. и ФИО1, а также к допросу Л.А.Д. и несовершеннолетнего Б.В.В. следствие не усмотрело, чем уклонилось от исследования защитной версии ФИО1

Таким образом, суд не находит оснований не доверять показаниям М.К.С., З.Е.П. и Б.В.В. относительно известных им причин действий ФИО1 в отношении имущества М.К.С., так как их показания в целом последовательны и взаимно дополняют друг друга. Имеющиеся в этих показаниях противоречия существенными не являются, не влияют на доказанность произошедшего и на данную судом в приговоре квалификацию действий подсудимых.

Относительно содержания своей явки с повинной ФИО1 пояснил, что в ней он специально исказил сведения о совершенных им противоправных действиях в отношении имущества потерпевшего, поскольку полагал, что это поможет ему в решении вопроса об избрании меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении по настоящему уголовному делу. Но, оказавшись заключенным под стражу, он стал последовательно давать одни и те же показания, не меняя их и в стадии судебного рассмотрения дела.

Поскольку явка с повинной была дана ФИО1 в отсутствие защитника, оснований считать, что протоколом явки с повинной и показаниями допрошенного по делу свидетеля Б.К.К., подтвердившего суду содержание этого протокола, полностью подтверждена квалификация действий подсудимого по ч. 1 ст. 161 УК РФ, у суда не имеется.

Учитывая, что ФИО1 подтвердил содержание протокола своей явки с повинной, данной в отсутствие защитника, только в части фактических обстоятельств дела, и эти обстоятельства нашли свое подтверждение исследованными судом доказательствами, суд протокол явки ФИО1 с повинной использует в качестве доказательства по делу только в той части, что подтверждена подсудимым и иными доказательствами по делу.

Вышеприведенный анализ свидетельствуют о том, что у подсудимого возникли к Л.И.В. претензии имущественного характера, которые он разрешил самовольно, самоуправно, вопреки установленному законом порядку обращения в правоохранительные органы с сообщением о причастности конкретного лица к совершенному преступлению или в суд с исковыми требованиями, под влиянием заблуждения обратив в свою пользу имущество М.К.С. Законность данных действий подсудимого оспаривается потерпевшим М.К.С., о чем свидетельствует факт его обращения к сотрудникам полиции с заявлением о преступлении и последующие показания по делу.

О существенности причиненного М.К.С. действиями подсудимого вреда говорит как утрата принадлежащего ему (М.К.С.) имущества, стоимость которого он изначально оценил для себя как значительную, так и согласие принять в качестве компенсации причиненного ему преступлением вреда аналогичную утраченному имуществу замену в виде нового ноутбука. М.К.С. на протяжении предварительного и судебного следствия оспаривал законность действий ФИО1, о чем свидетельствует как факт его (М.К.С.) обращения с заявлением о преступлении в правоохранительные органы, так и его последовательные показания о несогласии с действиями подсудимого.

Суд квалифицирует действия ФИО1 по ст. 330 ч. 1 УК РФ, как самоуправство, то есть самовольное, вопреки установленному законом порядку, совершение действий, правомерность которых оспаривается гражданином, при этом такими действиями причинен существенный вред.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

ФИО1 вину в совершении преступления признал полностью, раскаялся в содеянном, в материалах дела представлен протокол его явки с повинной, он страдает хроническими заболеваниями, причиненный преступлением ущерб полностью возмещен, что является смягчающими наказание обстоятельствами.

Обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого, суд признает рецидив преступлений.

Суд учитывает, что подсудимый ..., будучи лицом, ранее судимым, совершил указанное в приговоре преступление небольшой тяжести в период условно-досрочного освобождения, в материалы дела представлены справки из ООО «Африка» о предстоящем трудоустройстве ФИО1 сантехником, а также из УМВД РФ по ... Санкт-Петербурга об оказанном ФИО1 содействии в раскрытии совершенных преступлений.

О себе ФИО1 пояснил суду, что ....

При назначении наказания ФИО1, в действиях которого содержится рецидив преступлений, суд в силу части 1 ст. 68 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности ранее совершенного преступления, обстоятельства, в силу которых исправительное воздействие предыдущего наказания оказалось недостаточным, а также характер и степень общественной опасности вновь совершенного преступления. С учетом изложенного, при назначении наказания суд применяет правила назначения наказаний при рецидиве преступлений, предусмотренные ч. 2 ст. 68 УК РФ.

Учитывая все обстоятельства дела, тяжесть совершенного преступления, личность подсудимого, в целях восстановления социальной справедливости, защиты граждан от преступных посягательств, перевоспитания подсудимого и предотвращения совершения новых преступлений, суд считает необходимым назначить ФИО1 наказание в виде исправительных работ, сохранив при этом на основании п. «б» ч. 7 ст. 79 УК РФ условно-досрочное освобождение, примененное по постановлению Плесецкого районного суда Архангельской области от 01.08.2016 года.

Оснований к применению при назначении наказания положений ст.ст. 73, 64, 68 ч. 3 УК РФ, суд не усматривает.

Процессуальные издержки, предусмотренные ст. 131 УПК РФ, связанные с оплатой услуг адвокатов на предварительном следствии и в ходе судебного разбирательства, с учетом материального и семейного положения подсудимого, состояния его здоровья, а также с учетом отказа ФИО1 по окончании предварительного расследования от услуг адвоката Левичева Д.Ю. по мотивам несогласованности их позиции по делу, и состоявшейся переквалификации действий ФИО1 на менее тяжкий состав преступления по результатам судебного следствия, не подлежат взысканию с подсудимого.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 307-309 УПК РФ,

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 330 УК РФ, и назначить ему наказание в виде 1 (одного) года 6 (шести) месяцев исправительных работ с удержанием 5% из заработной платы осужденного в доход государства.

На основании ч. 3 ст. 72 УК РФ, учитывая, что ФИО1 до судебного разбирательства содержался под стражей, зачесть в срок отбытия наказания время содержания его под стражей по настоящему уголовному делу с 28 мая 2017 года по 26 декабря 2017 года включительно. Учитывая, что в соответствии с ч. 3 ст. 72 УК РФ одному дню лишения свободы соответствует три дня исправительных работ, наказание считать исполненным.

Меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу отменить, освободить его из-под стражи немедленно в зале суда.

Условно-досрочное освобождение, примененное к ФИО1 по постановлению Плесецкого районного суда Архангельской области от 01.08.2016 года, в силу п. «б» ч. 7 ст. 79 УК РФ сохранить.

Процессуальные издержки возместить за счет средств федерального бюджета.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Санкт-Петербургский городской суд в течение 10 суток со дня провозглашения. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии, а также об участии защитника, в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий И.Г. Эйжвертина