Апелляционное определение № 22-351/2026 от 27 апреля 2026 г.

Судья Петров А.С. № 1-6-68/2025-22-351/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

28 апреля 2026 года Великий Новгород

Судебная коллегия по уголовным делам Новгородского областного суда в составе:

председательствующего Колосова Е.М.,

судей Никитина Р.В. и Становского А.М.,

при секретаре Мошиной А.В.,

с участием прокурора Кузьминой Е.А.,

осужденного ФИО1 и его защитника - адвоката Киселевой Ю.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и адвоката Киселевой Ю.В. на приговор Окуловского районного суда Новгородской области от 25 декабря 2025 года.

Заслушав доклад председательствующего Колосова Е.М., изложившего содержание обжалуемого приговора, существо апелляционных жалоб и возражений, выслушав выступления участников уголовного судопроизводства, судебная коллегия

установила:

приговором Окуловского районного суда Новгородской области от 25 декабря 2025 года

ФИО1, родившийся <...> года в <...>, гражданин Российской Федерации, несудимый,

осужден по ч. 3 ст. 260 УК РФ к штрафу в размере 1100000 рублей.

С ФИО1 в пользу <...> взыскан материальный ущерб в размере 2517497 рублей 16 копеек.

Разрешен вопрос о наложенном на имущество аресте, а также судьбе вещественных доказательств.

ФИО1 признан виновным и осужден за незаконную рубку лесных насаждений, совершенную в особо крупном размере.

Преступление совершено при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 просит приговор отменить и оправдать его за отсутствием в его действиях состава преступления.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Киселева Ю.В. также выражает несогласие с приговором. Автор жалобы, анализируя действующее законодательство, а также приговор, полагает, что суд необоснованно отнес <...> ФИО1 к лесопользователю, на которого в соответствии с ч. 4 ст. 57 Лесного кодекса РФ возлагается обязанность по учету древесины. Указывает, что судом не дано правовой оценки действиям ФИО1 с учетом пп. 3, 5, 26, 27 Правил учета древесины, утвержденных Постановлением Правительства РФ № 1525 от 26 декабря 2014 года «Об утверждении правил учета древесины», в связи с чем, с учетом сплошной рубки должно быть установлено нарушение границ лесосеки, превышение общего объема заготовленной древесины. Суд необоснованно указал в приговоре на допрос в судебном заседании эксперта Д.Д.А., поскольку последний в судебном заседании не допрашивался. При этом судом не проанализированы показания допрошенного в судебном заседании эксперта К.Е.Н., подтвердившего выводы экспертизы об отсутствии ущерба, а также не дана оценка выводам заключения специалистов в сфере лесопользования от 23 ноября 2021 года, согласно которого <...> ФИО1 при осуществлении рубки ущерба лесному фонду Российской Федерации не причинил, что подтверждается также лесотехнической судебной экспертизой № <...> от 22 июля 2024 года. Считает, что <...> ФИО1 не является ни лицом, использующим леса, ни собственником древесины, заготовленной по договору, ни стороной сделки - в отношении заготовленной древесины. Находит необоснованными выводы суда о том, что ФИО1 заведомо знал объемы отведенных в рубку деревьев с разбивкой по породному составу и у ее подзащитного по лесному законодательству не было обязанности по пересчету отведенных в рубку деревьев перед началом их заготовки. Достоверно по делу не установлено, что А.А.Ю. обеспечил ФИО1 актами приема-передачи лесосек, технологической картой, договором купли-продажи древесины №<...> от 9 сентября 2019 года. Обращает внимание на то, что в технологической карте отсутствует подпись ФИО1

Указывает, что принятые судом показания свидетеля А.А.Ю. в ходе предварительного расследования, носят не конкретизированный характер, а развернутые показания, данные им в судебном заседании, не нашли своего отражения в приговоре. Приводя обстоятельства перевозки древесины, обращает внимание, что показания свидетеля Ф.Д.А. судом не проанализированы и не сопоставлены с показаниями свидетеля Н.Е.К. Свидетели А.Е.Н., М.И.П., Б.Н.А., И.А.А. об обстоятельствах преступления не были осведомлены. Показаниям свидетелей А.И.В., Р.П.Е., К.В.И., К.В.П., Л.Д,И., И.А.В. судом не дана оценка. Показания свидетелей Л.А.А. и С.М.В. поставлены стороной защиты под сомнение, кроме этого считает, что судом они неверно истолкованы.

Автор жалобы ссылается на то, что документов, подтверждающих запрет на заготовку деревьев породы дуб черешчатый, суду не представлено, что подтверждается показаниями представителей Министерства природных ресурсов, лесхоза и лесничества. Кроме этого, доказательств заготовки деревьев породы дуб ФИО1 не имеется, а выводы суда об этом построены на предположениях и противоречивых показаниях свидетелей. Отчет Департамента лесного хозяйства также не содержит сведений об обнаружении пней породы дуб. Судом дана неверная оценка выводам заключения специалистов в сфере лесопользования от 23 ноября 2021 года в части обнаружения при натурном осмотре делянки только одного дерева породы дуб диаметром 39 см. Однако сомнения по количеству заготовленных деревьев не истолкованы в пользу осужденного.

Судом не дана оценка доводам стороны защиты об отсутствии в действиях ФИО1 корыстного мотива и цели совершения преступления. Автор жалобы ставит под сомнение выводы суда о наличии обширного опыта работы и знаний лесного законодательства у ФИО1

Удовлетворив гражданский иск, суд не учел сведения о виновности мастера леса М.Р.А. в совершении должностного преступления, которое привело к негативным последствиям в виде заготовки древесины сверх установленных объемов.

Кроме того, сохранение ареста на имущество ФИО1 исключает возможность добровольного исполнения приговора ФИО1 в части назначенного наказания, погашения исковых требований и нарушает право собственности на данное имущество осужденного и его супруги.

Просит приговор отменить, ФИО1 оправдать за отсутствием в его действиях состава преступления, либо изменить приговор в части сохранения ареста на перечисленное в приговоре имущество ФИО1, изменив мотивировку решения в данной части, указав «до исполнения приговора суда в части назначенного наказания и гражданского иска», передать вопрос разрешения исковых требований для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Трофимов Д.Р., приводя обстоятельства, установленные по уголовному делу, находит приговор законным и обоснованным, а доводы апелляционных жалоб не подлежащими удовлетворению.

Проверив представленные материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и возражений, судебная коллегия приходит к следующему.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, как видно из протокола судебного заседания, судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст. 273-291 УПК РФ, всесторонне, полно и объективно, с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон, без нарушений уголовно-процессуального закона, которые могли бы повлечь отмену приговора.

Судом исследованы доводы, приведенные в защиту осужденного, им дана соответствующая оценка в приговоре.

В описательно-мотивировочной части приговора, в соответствии со ст. 307 УПК РФ и в пределах предъявленного обвинения, подробно изложено описание преступных действий, признанных судом доказанными, с указанием места, времени, способа их совершения.

Вопреки доводам жалобы защитника, показания допрошенных в суде лиц в приговоре изложены надлежащим образом.

Доводы апелляционных жалоб о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, о том, что суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы суда, судебная коллегия находит несостоятельными, поскольку они не основаны на материалах дела и опровергаются приведенными в приговоре доказательствами, которым суд дал правильную оценку.

Показания свидетелей, а также другие доказательства вины ФИО1, изложенные в приговоре, обоснованно приняты судом во внимание и в своей совокупности положены в основу обвинительного приговора, так как они получены с соблюдением норм уголовно-процессуального закона, согласуются между собой и с другими исследованными и приведенными в приговоре доказательствами, не содержат существенных противоречий.

Суд правильно пришел к выводу о том, что ФИО1 совершил незаконную рубку лесных насаждений в особо крупном размере.

Так, судом первой инстанции установлено, что 29 июля 2019 года между НОАУ «<...>» и Министерством природных ресурсов, лесного хозяйства и экологии <...> области заключен договор №<...> купли-продажи лесных насаждений (с приложением), согласно которому Министерство обязалось передать в собственность НОАУ «<...>» лесные насаждения, расположенные на территории <...> области, на делянке № <...> в выделе № <...> квартала № <...><...> участкового лесничества для заготовки древесины, а именно деревьев породы: сосна - 19м3, ель - 107м3, береза - 205м3, осина - 101м3, ольха серая - 33м3, а всего в общем объеме древесины на 465м3.

Из п. 15 договора № <...> следует, что покупатель обязан выполнять лесосечные работы в соответствии с технологической картой, в Приложении № 1 к договору указаны объемы древесины подлежащей заготовке, в том числе ель - 107м3, сосна – 19м3.

Далее, 9 сентября 2019 года между НОАУ «<...>» и ИП А.А.Ю. заключен договор № <...> купли-продажи древесины в объеме, перечисленном выше, с одновременным проведением комплекса лесосечных работ на вышеуказанной делянке.

Как следует из п. 2.1.3 договора № <...> ИП А.А.Ю. обязался организовать и осуществить лесосечные работы в соответствии с настоящим договором, актами приема-передачи лесосек, технологической картой с соблюдением требований законодательства.

Из приложения № 1 акта приема-передачи объекта выполненных работ к договору № <...> следует, что А.А.Ю. обязуется вести разработку лесосеки в соответствии с технологической картой лесосечных работ и описанной в ней технологией.

В актах сдачи-приемки выполненных работ, приема-передачи товара, спецификации по объемам и характеристикам в составе хлыстов (Приложения №№ 2, 4, 5 к договору № <...>) указаны объемы заготовки древесины: ель – 107м3, сосна – 19м3.

16 сентября 2019 года между ИП А.А.Ю. и ИП ФИО1 заключен договор № <...> на выполнение работ по заготовке древесины в <...> участковом лесничестве - квартал №<...>, выдел № <...>, делянка № <...>, при этом объем выполненных ИП ФИО1 работ по заготовке древесины по договору определяется договором купли-продажи древесины № <...> от 9 сентября 2019 года и составляет 465м3.

Также в договоре № <...> указано, что объем выполненных ФИО1 работ по заготовке древесины определяется договором купли-продажи древесины № <...>.

Объем древесины, подлежащий заготовке, в размере 465м3 подтверждается также технологической картой на разработку делянки № <...> в выделе № <...> квартала № <...> в <...> участковом лесничестве, полученной А.А.Ю., в которой прописан породный состав заготавливаемой древесины, в том числе ель - 107м3, сосна – 19м3.

Приведенные выше обстоятельства заключения договоров сторонами не оспариваются, как и не оспаривается то обстоятельство, что заготовку древесины в указанной делянке осуществлял ФИО1 в соответствии с договором, заключенным с А.А.Ю.

Рубка лесных насаждений и количество срубленных ФИО1 деревьев подтверждается протоколами осмотра места происшествия - делянки № <...> выдела № <...> квартала № <...><...> участкового лесничества, из которых установлено, что в указанной делянке произведена заготовка древесины различных пород деревьев (ель, сосна, береза, ольха серая, дуб, осина).

В соответствии с пп. 1, 5 приказа Минприроды России от 27 июня 2016 года № 367 «Об утверждении видов лесосечных работ, порядка и последовательности их проведения, формы технологической карты лесосечных работ, формы акта осмотра лесосеки и порядка осмотра лесосеки» лесосечные работы выполняются юридическими лицами, гражданами, осуществляющими заготовку древесины или мероприятия по охране, защите, воспроизводству лесов, предусматривающие рубки лесных насаждений, в соответствии с формой технологической карты. Выполнение лесосечных работ без технологической карты лесосечных работ не допускается, за исключением выполнения лесосечных работ гражданами, осуществляющими заготовку древесины для собственных нужд для целей отопления.

Таким образом из вышеописанного следует, что при производстве рубки лесных насаждений ФИО1 обязан был руководствоваться технологической картой, в которой был четко прописан породный состав деревьев, подлежащих рубке, в том числе ель - 107м3, сосна – 19м3. При этом, технологической картой не предусматривалась рубка деревьев породы дуб.

Из показаний А.А.Ю. следует, что он до начала рубки лесных насаждений лично в руки передал ФИО1 копии вышеуказанных договоров и технологическую карту, что также подтверждается протоколом обыска, произведенного по месту жительства ФИО1, в ходе которого были обнаружены договор № <...> купли-продажи древесины от 9 сентября 2019 года (с приложениями), договор № <...> на выполнение работ по заготовке древесины от 16 сентября 2019 года, заключенный между <...> ФИО1 и ИП А.А.Ю.

В связи с чем, утверждения ФИО1 о том, что ему А,А.Ю. не передавались вышеуказанные документы, судебная коллегия находит несостоятельными, тем более, что без указанных документов, в которых перечислен объем и породный состав деревьев, подлежащих рубке, невозможно было бы осуществить рубку.

Также судебная коллегия отмечает, что отсутствие подписи ФИО1 в технологической карте не ставит под сомнение допустимость каких-либо доказательств по уголовному делу.

Из вышеизложенного следует, что А.А.Ю. был заключен договор купли-продажи лесных насаждений для заготовки, в том числе деревьев породы сосна - 19м3 и ель - 107м3, а, следовательно, в том же объеме должен был осуществить заготовку древесины и ФИО1

Вместе с тем, как видно из отчета Департамента лесного хозяйства по <...>, в результате сплошного перечета пней и определения вырубленного объема древесины выявлено превышение фактически срубленного объема древесины, относительно разрешенного к рубке в соответствии с вышеприведенными договорами: по породе ель на 163м3, по породе сосна на 23м3.

Доводы жалобы защитника о том, что у ФИО1 не было обязанности по пересчету отведенных в рубку деревьев, опровергается содержанием документов, переданных ему перед рубкой лесных насаждений, где был прописан объем и породный состав деревьев, подлежащих рубке.

Кроме этого, как установлено по делу, к моменту погрузки древесины для транспортировки она была распределена ФИО1 по породному составу, и последним сообщалось А.А.Ю. порода древесины планируемая к вывозу, в связи с чем водителю выписывались документы на ее транспортировку.

Об осведомленности ФИО1 о породном составе деревьев свидетельствует тот факт, что фактический объем спиленной древесины не выходит за рамки заключенного договора купли-продажи лесных насаждений, при этом в недорубе оставлены деревья наименее ценных пород (осина, береза, ольха серая), что указывает на то, что ФИО1 в процессе рубки лесных насаждений производил подсчет кубатуры спиленной древесины.

Кроме этого, ФИО1 согласно договору, заключенному с А.А.Ю., как предприниматель обязан был на возмездной основе осуществить заготовку строго определенного объема древесины с привлечением значительных сил (465м3), а поэтому отсутствие контроля со стороны осужденного за объемом заготовленной древесины, как довод стороны защиты, судебная коллегия находит несостоятельным, тем более, что ФИО1 является индивидуальным предпринимателем с 2008 года с основным видом деятельности «лесозаготовки».

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18 октября 2012 года № 21 «О применении судами законодательства об ответственности за нарушения в области охраны окружающей среды и природопользования» незаконной является рубка указанных насаждений с нарушением требований законодательства, например рубка лесных насаждений без оформления необходимых документов (в частности, договора аренды, решения о предоставлении лесного участка, проекта освоения лесов, получившего положительное заключение государственной или муниципальной экспертизы, договора купли-продажи лесных насаждений, государственного или муниципального контракта на выполнение работ по охране, защите, воспроизводству лесов), либо в объеме, превышающем разрешенный, либо с нарушением породного или возрастного состава, либо за пределами лесосеки.

Приведенные обстоятельства в их совокупности свидетельствуют о том, что ФИО1, в нарушение условий договора о заготовке деревьев, без разрешительных документов, совершил незаконную рубку деревьев породы ель и сосна свыше разрешенного объема, а также породы дуб, запрещенного к рубке.

Доводы стороны защиты о том, что по делу отсутствуют доказательства заготовки ФИО1 деревьев породы дуб, судебная коллегия находит не основанными на материалах уголовного дела.

Так, наличие на делянке двух пней дерева породы дуб зафиксированы в протоколе осмотра места происшествия.

Свидетели Ш.С.А. и Т.М.А., участвовавшие в осмотре места происшествия, указали, что при осмотре были обнаружены 2 пня деревьев породы дуб, который отличается по структуре от других деревьев.

При этом судебная коллегия отмечает, что Ш.С.А. и Т.М,А. имеют соответствующие опыт и образование, которые позволяют им сделать вышеприведенные выводы, с которыми судебная коллегия соглашается.

Из пояснений эксперта Д.Д,А., допрошенного в суде апелляционной инстанции, следует, что при осмотре делянки был выявлен один пень, относящийся к породе дуб, что нашло свое отражение в заключении специалистов.

Из показаний свидетеля Л.Е.И. следует, что срез на пнях на всей площади лесосеки визуально выглядел свежим, что указывает на то, что рубка производилась в одно время.

Суд первой инстанции обоснованно отметил, что отсутствие в отчете по результатам проверки и ведомости перечета пней в делянке пней дерева породы дуб, не свидетельствует о недостоверности протокола осмотра места происшествия в части установленных пней дуба.

Показания свидетеля К.С.М. о том, что при осмотре он однозначно не смог отнести породу спиленного дерева к породе дуб, сами по себе не свидетельствуют об отсутствии на месте рубки деревьев породы дуб.

Ссылка защитника об отнесении дуба к определенному его виду не имеет правового значения, поскольку дуб, как следует из материалов уголовного дела, не был определен к рубке договорами, а, следовательно, его рубка является в любом случае незаконной.

Выводы судебной лесотехнической экспертизы от 22 июля 2024 года № <...> об отсутствии причиненного ущерба Министерству природных ресурсов, лесного хозяйства и экологии <...> области ввиду того, что общий объем заготовленной ФИО1 древесины не превышал разрешенный, суд первой инстанции правильно посчитал необоснованными, поскольку ФИО1 осужден за превышение разрешенного объема заготовки древесины по породному составу, при этом превышение объема заготовки деревьев породы ель и сосна установлено указанной экспертизой, с чем судебная коллегия соглашается.

Судебная коллегия отмечает, что согласно карточке аукционной древесины Министерства природных ресурсов, лесного хозяйства и экологии <...> области, ведомости материально-денежной оценки лесосек, сосна и ель в отведенной делянке имеют самую высокую стоимость за 1м3. Цена продажи древесины определяется исходя из объема и породы деревьев. В свою очередь, ФИО1 заготовил ель и сосну свыше разрешенного объема, который договором не был предусмотрен и соответственно, в стоимость по договору включен не был, а оставленные в недорубе деревья являются наименее ценными породами, в связи с чем, выводы об отсутствии причиненного ущерба являются несостоятельными.

ФИО1 действовал на основании гражданско-правового договора, переданных во исполнение его договоров и технологической карты, из которых следует, что он при исполнении взятых на себя обязательств по сплошной рубке должен был соблюдать законодательство в области лесопользования.

Напротив, из смысла заключенного договора на выполнение работ по заготовке древесины, переданных договоров и технологической карты, а также Правил заготовки древесины и Лесного кодекса РФ, следует, что ФИО1 должен был убедиться в том, что на делянке отсутствуют деревья, рубка которых запрещена, поскольку сам по себе термин «сплошная рубка» не предполагает рубку всех без исключения лесных насаждений, и при обнаружении на делянке запрещенных к рубке деревьев должен был исключить их последующую рубку. В технологической карте и переданных ФИО1 договорах, не указано на рубку деревьев породы дуба.

Утверждения допрошенных в суде апелляционной инстанции специалиста Г.А.С. и эксперта Д.Д.А. о том, что при сплошной рубке лесных насаждений ФИО1 не должен был соблюдать породный состав древесины и объемы заготовки древесины, судебная коллегия находит не основанными на нормативно-правовом регулировании в указанной сфере.

В частности, приложением 4 к приказу Минприроды России от 27 июня 2016 года № 367 «Об утверждении видов лесосечных работ, порядка и последовательности их проведения, формы технологической карты лесосечных работ, формы акта осмотра лесосеки и порядка осмотра лесосеки» установлен порядок осмотра лесосек, на которых осуществлены лесосечные работы, в соответствии с которым осмотр лесосек проводится в целях проверки соблюдения условий договора купли-продажи лесных насаждений, технологической карты лесосечных работ, требований лесного законодательства, нормативных правовых актов, регулирующих лесные отношения, после завершения лесосечных работ. При осмотре лесосек устанавливается, в том числе объем заготовленной древесины.

Как следует из приказа Минприроды России от 27 июня 2016 года №367, установление объема заготовленной древесины, соблюдение условий договора купли-продажи и технологической карты, при производстве осмотра лесосек не ставится в зависимость от вида рубки (сплошная, выборочная).

Таким образом ФИО1 обязан был соблюдать условия договора купли-продажи лесных насаждений, технологической карты относительно породного состава заготавливаемой древесины и ее объемов, а утверждения об обратном судебная коллегия находит не основанными на действующем законодательстве.

При таких обстоятельствах достоверно установлено, что рубка древесины ФИО1 была произведена незаконно, ввиду отсутствия законных оснований для этого.

Приведенное выше свидетельствует о том, что ФИО1, действуя умышленно, из корыстных побуждений, с целью приобретения для собственных нужд древесины более ценных пород деревьев, осознавая общественную опасность своих действий и предвидя возможность наступления общественно опасных последствий в виде незаконной рубки лесных насаждений и желая их наступления осуществил незаконную рубку древесины, то есть с прямым умыслом. Незаконно заготовленной древесиной осужденный распорядился по своему усмотрению.

Оснований для оговора осужденного со стороны представителя потерпевшего, свидетелей, чьи показания признаны судом первой инстанции достоверными, не установлено.

Доводы о невиновности ФИО1, выдвигавшиеся в его защиту, аналогичные приведенным в апелляционных жалобах, проверялись судом, однако не нашли своего подтверждения, опровергаются исследованными судом и изложенными в приговоре достоверными и допустимыми доказательствами, и обоснованно признаны судом первой инстанции несостоятельными.

Со ссылкой на конкретные исследованные доказательства суд обоснованно признал показания ФИО1 в суде недостоверными.

Как следует из протокола судебного заседания, все представленные доказательства, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, судом были исследованы всесторонне, полно и объективно, а заявленные ходатайства рассмотрены и по ним в установленном законом порядке судом приняты решения с указанием мотивов их принятия.

Отсутствие в приговоре оценки показаний ряда свидетелей, на что в своей жалобе ссылается защитник, не влияет на выводы суда первой инстанции, поскольку показания данных свидетелей прямого отношения к обстоятельствам незаконной рубки не имеют. Вопреки доводам защиты, показания свидетелей Л.А.А. и С.М.В. также не влияют на выводы суда о виновности ФИО1, как не влияет и опечатка в приговоре относительно допроса в судебном заседании эксперта Д,Д,А. вместо К.Е.Н.

Вопреки доводам жалобы защитника, суд обоснованно не сослался в приговоре на заключение специалистов, поскольку по делу была проведена соответствующая экспертиза.

Доводы стороны защиты со ссылкой на нормативно-правовые акты, которые, по ее мнению, указывают на невиновность осужденного, судебная коллегия находит основанными на неправильном толковании закона.

Размер ущерба, причиненный лесным насаждениям в результате незаконных действий ФИО1, определен в соответствии с таксами и методикой, предусмотренными особенностями возмещения вреда, причиненного лесам и находящимся в них природным объектам вследствие нарушения лесного законодательства, утвержденными постановлением Правительства РФ от 29 декабря 2018 года №1730.

Оснований ставить под сомнение правильность расчета причиненного ущерба у судебной коллегии не имеется.

Доводы стороны защиты о неправомерных действиях других лиц при отводе делянки, проверке ее отвода и предоставлении, не влияют на выводы суда о виновности ФИО1, поскольку последний при рубке лесных насаждений должен был руководствоваться разрешительными документами на указанное действие.

Судебная коллегия признает, что анализ и основанная на законе, приведенная в соответствии с требованиями ст. 17, 88 УПК РФ оценка исследованных в судебном заседании доказательств, позволили суду правильно установить фактические обстоятельства дела, сделать верный вывод о доказанности виновности осужденного и правильно квалифицировать его действия по ч. 3 ст. 260 УК РФ.

Несогласие стороны защиты с положенными в основу приговора доказательствами, как и с их оценкой в приговоре, не может свидетельствовать о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного заседания, недоказанности виновности осужденного, неправильном применении уголовного закона.

Данные о личности осужденного ФИО1 с достаточной полнотой исследовались судом первой инстанции, подробно изложены в приговоре, учтены при принятии решения.

Обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО1, суд обоснованно признал наличие малолетних детей у виновного, состояние здоровья, совершение преступления впервые, положительные характеристики, наличие несовершеннолетнего ребенка.

Отягчающих обстоятельств судом не установлено.

Оснований для применения положений ч. 6 ст. 15, ст. 64 УК РФ не имеется. Данный вывод судом мотивирован и оснований не согласиться с ним, у судебной коллегии не имеется.

Назначенное осужденному наказание в виде штрафа и его размер соответствует характеру и степени общественной опасности содеянного, личности виновного, является законным, справедливым и отвечает требованиям ст. 6, 43 и 60 УК РФ.

С учетом положений ст. 1064 ГК РФ суд первой инстанции обоснованно удовлетворил гражданский иск, поскольку установлено, что имущественный ущерб Министерству природных ресурсов, лесного хозяйства и экологии <...> области в размере 2517497 рублей 16 копеек причинен именно в результате действий ФИО1

В части разрешения вопросов, связанных с судьбой вещественных доказательств, арестованным имуществом, приговор суда является законным, обоснованным и надлежащим образом мотивированным.

Доводы прокурора о необходимости отмены решения в части возвращения бензопил и телефонов по принадлежности, судебная коллегия находит необоснованными, поскольку по делу не установлено и материалами не подтверждено, что бензопилы принадлежат осужденному, а телефоны использовались при совершении преступления.

Вместе с тем, судебная коллегия считает необходимым исключить из приговора при указании судом на сохранение ареста на имущество, принадлежащее ФИО1, следующую формулировку – «до решения вопроса об обращении взыскания на него в рамках исполнительного производства и его реализации в установленном законом порядке», как не отвечающую требованиям закона.

Иных нарушений уголовного и уголовно-процессуального закона судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 389.13, 389.20, 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Окуловского районного суда Новгородской области от 25 декабря 2025 года в отношении ФИО1 изменить.

Исключить из приговора при указании судом на сохранение ареста на имущество, принадлежащее ФИО1, следующую формулировку – «до решения вопроса об обращении взыскания на него в рамках исполнительного производства и его реализации в установленном законом порядке».

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного ФИО1 и адвоката Киселевой Ю.В. - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в течение шести месяцев с момента его оглашения в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции через суд первой инстанции.

В случае пропуска этого срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба на приговор и апелляционное определение подается непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий Е.М. Колосов

Судьи Р.В. Никитин

А.М. Становский