Определение № 33-1616/2026 от 11 марта 2026 г.

Судья Поздеева А.В.

Дело № 33-1616/2026

Номер дела в суде первой инстанции №2-2847/2025

УИД 59RS0006-02-2025-002277-08

Мотивированное
определение изготовлено 12.03.2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Пермь 26.02.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда в составе председательствующего Казакова М.В.

судей Бабиновой Н.А., Букатиной Ю.П.

при ведении протокола секретарем судебного заседания Штейниковой Н.С.

с участием прокурора Захарова Е.В.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, ФИО2, действующих в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего К., к ФИО3 о компенсации морального вреда

по апелляционной жалобе ФИО3 на решение Орджоникидзевского районного суда г. Перми от 23.10.2025

Заслушав доклад судьи Бабиновой Н.А., пояснения представителя ответчика ФИО3 – Брязгунова А.С., настаивавшего на доводах жалобы, истцов ФИО4, возражавших относительно доводов жалобы, заключение прокурора Пермской краевой прокуратуры Захарова Е.В. об отсутствии оснований для отмены, изменения решения суда, изучив материалы дела, судебная коллегия

установила:

ФИО1, ФИО2, действующие в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего К., обратились в суд с иском к ФИО3 о компенсации морального вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

Требование мотивированы тем, что 28.03.2025 в 16.42 час. по ул. **** г. Перми в результате дорожно-транспортного происшествия их сыну К., ** г.р. были причинены травмы, а именно: ***, которые образовались от ударного воздействия твердого тупого предмета. Ушибленная рана в лобной области слева повлекла за собой кратковременное расстройство здоровья и квалифицируется как легкий вред здоровью. Ссадины левой щечной области не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья. Виновником в данном ДТП была признана ФИО3, которая совершила наезд на несовершеннолетнего К. на пешеходном переходе, на автомобиле /марка/ гос. номер **. К. причинены моральные страдания, так как после ДТП он был помещен в ГБУЗ ПК «Краевая детская клиническая больница» (отделение нейрохирургии) для обследования, где ему провели КТ головного мозга, в последующем возили сына в стоматологию для выявления повреждений и консультации стоматолога. К. плохо спал и в течение 10 дней жаловался на боли в области раны, рана была с рваными краями, ее обрабатывали антисептиками и перевязывали, принимал назначенные анальгетики.

Моральный вред для К-вых выразился испуге за жизнь и здоровье сына. После ДТП истцы не спали несколько ночей, употребляли успокоительные средства, лечили ссадины и синяки на теле сына, а также испытали сильное эмоциональное потрясение.

Моральные страдания сына К. оценивают в 100000 рублей. Моральное страдание мамы ФИО1 за здоровье сына как психическое, так и физическое в 50000 рублей. Моральное страдание папы ФИО2 за здоровье сына как психическое, так и физическое в 50 000 рублей. Просят взыскать в их пользу указанные суммы.

Также ФИО1 просит взыскать в ее пользу расходы на оплату услуг представителя в размере 30000 рублей, расходы на оплату госпошлины в размере 3000 рублей.

Решением Орджоникидзевского районного суда г. Перми от 23.10.2025 с ФИО3 в пользу К. в лице законного представителя ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 100 000 рублей, в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в размере 40 000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 30 000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 3 000 рублей, в пользу ФИО2 взыскана компенсация морального вреда в размере 30 000 рублей. В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1, ФИО2 отказано.

В апелляционной жалобе ответчик ФИО3 выражает несогласие с решением суда, указывает на то, что при составлении протокола осмотра участка местности, на котором произошло ДТП, было установлено, что на проезжей части дороги отсутствует дублирующий знак пешеходный переход, отсутствуют линии горизонтальной разметки «пешеходный переход». Отсутствие дублирующего знака могло помешать ФИО3 ориентироваться на участке проезжей части и помешать вовремя отреагировать на внезапно возникшую помеху для движения – перебегающих проезжую часть детей. Считает, что часть вины за произошедшее ДТП может быть возложено на дорожную службу, обслуживающую данный участок дороги. Судом дорожная служба не была привлечена к участию в деле.

Факт того, что ФИО3 Орджоникидзевским районным судом г. Перми была привлечена к административной ответственности по ст. 12.24 КоАП РФ не снимает вопрос о возможном наличии вины в действиях стороны истца (К.).

Решение по делу **/2025 выводов о наличии либо отсутствии нарушений Правил дорожного движения Российской Федерации со стороны второго участника дорожно-транспортного происшествия не содержит, для правильного разрешения дела требуется, в том числе определить степень вины стороны истца. Суд при вынесении решения степень вины нарушителя не оценил и во внимание не принял.

Также не согласна с размером взыскиваемых судебных расходов, считает их завышенными.

Не согласна с тем, что законный представитель несовершеннолетнего ФИО2 также решил выдвинуть исковые требования. Считает, что законный представитель ФИО2 не испытал, какие либо нравственные страдания, удовлетворение требований ФИО2, отца мальчика, считает незаконным и необоснованным.

Просила решение Орджоникидзевского районного суда г. Перми отменить, назначить по делу автотехническую экспертизу, вынести новое решение с учетом заключения эксперта.

В письменных возражениях прокуратура Орджоникидзевского района г. Перми просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Ответчик в судебное заседание не явилась, о месте и времени рассмотрения дела извещена, направила в суд своего представителя.

Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила рассмотреть дело при имеющейся явке.

Проверив законность и обоснованность состоявшегося решения, с учетом п.1 ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений, судебная коллегия приходит к следующему.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, данным в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и статьей 151 данного Кодекса.

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред; законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда; лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине; законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

На основании пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с ней деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Пунктом 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

В силу пункта 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Согласно положениям статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2).

Как следует из материалов дела и установлено судом, 28.03.2025 в 16.42 час. по адресу: ****, г. Пермь, ФИО3, управляя автомобилем /марка/, государственный регистрационный знак **, нарушив требования пункта 14.3 Правил дорожного движения Российской Федерации, не уступила дорогу пешеходу, пользующемуся преимуществом и переходящему проезжую часть по регулируемому пешеходному переходу справа налево, допустила наезд на К., дата года рождения.

Вина ФИО3 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.24 КоАП РФ, установлена постановлением судьи Орджоникидзевского районного суда г. Перми от 03.09.2025, ей назначено наказание в виде штрафа в размере 6 000 рублей.

При рассмотрении дела об административном правонарушении защитник Брязгунов А.С. в судебном заседании пояснял, что ФИО3 вину в совершении административного правонарушения признала.

Вышеуказанное постановление не обжаловано, вступило в законную силу 17.09.2025.

В силу части 4 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Родителями К. являются ФИО2, ФИО1 (л.д. 63).

Согласно выписке от 28.03.2025 ГБУЗ ПК «Краевая клиническая больница» (отделение нейрохирургии) К. установлен диагноз: ***. Жалобы: на боль в области ушиба. Травма 28.03.2025 около 16.00, сбит машиной в м/р Гайва, около рынка. Сознание не терял, рвоты не было. Общее состояние удовлетворительное. Рекомендовано лечение стоматолога-хирурга (л.д.8).

Из медицинской карты К., предоставленной АО «Стоматологическая поликлиника № **», следует, что 29.03.2025 осуществлен прием с жалобой на ушибленную рану лба. Анамнез: ***.

В справке, выданной АО «Стоматологическая поликлиника № **» указано, что К., ** г.р. находился на лечении у врача-стоматолога с 29.03.2025 по 31.03.2025 с диагнозом: ушибленная рана лба слева. Травма автодорожная (л.д. 6).

В рамках дела об административном правонарушении проведена судебно-медицинская экспертиза в отношении К.

Согласно заключению экспертов ** м/д у К. имелись ***, которые, судя по характеру и свойствам, образовались от ударного и/или плотно-скользящего воздействия (воздействий) твердого тупого предмета (предметов). *** повлекла за собой кратковременное расстройство здоровья. Данные повреждения квалифицируются как легкий вред здоровью по признаку длительного расстройства здоровья на срок более 21 дня. Ссадины в левой щечной области не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стройкой утраты общей трудоспособности, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека.

В результате ДТП К. причинены травмы, которые квалифицируются как легкий вред здоровью.

Собственником транспортного средства /марка/, государственный регистрационный знак **, является ФИО3 (л.д. 33).

Разрешая заявленные исковые требования, суд первой инстанции, установив приведенные выше обстоятельства, пришел к выводу о наличии правовых оснований для взыскания с причинителя вреда ФИО3 возмещения морального вреда, причиненного здоровью потерпевшего в результате дорожно-транспортного происшествия, определив компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб. в пользу несовершеннолетнего К., 40 000 руб. в пользу матери ФИО1, 30000 руб. в пользу отца ФИО2

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу несовершеннолетнего, суд учел степень физических и нравственных страданий, причиненных ребенку, вид травмы, его возраст, эмоциональное состояние, длительность нахождения на лечении, отсутствия доказательств необратимого повреждения здоровья ребенка, действия ответчика после дорожно-транспортного происшествия, а также требования разумности и справедливости.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу законного представителя потерпевшего матери мальчика, суд первой инстанции, учитывал вышеприведенные фактические обстоятельства дела, ее нравственные страдания в виде страха за здоровье ребенка, в период его лечения находилась совместно с ним в лечебных учреждениях, обеспечивала его восстановительное лечение и реабилитацию, нарушение привычного образа жизни, а также требования разумности и справедливости.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу законного представителя потерпевшего отца мальчика, суд первой инстанции, учел его нравственные страдания, вызванные травмой сына и переживанием за его здоровье.

В соответствии со ст.98, 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пользу ФИО1 взысканы понесенные ей расходы на оплату услуг представителя в размере 30000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 3000 руб.

Судебная коллегия соглашается с указанными выводами суда, поскольку они являются законными и обоснованными, основаны на правильном определении судом фактических обстоятельств дела, верном применении норм материального и процессуального права.

Оценивая доводы апелляционной жалобы о завышенном размере компенсации морального вреда, взысканного судом с ответчика в пользу истцов, судебная коллегия приходит к следующему.

Как разъяснено Верховным Судом Российской Федерации в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее - постановление Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33), причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (п.14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33).

В соответствии с пунктом 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (п.27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33).

Согласно пункта 28 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

Моральный вред, причиненный лицу, не достигшему возраста восемнадцати лет, подлежит компенсации по тем же основаниям и на тех же условиях, что и вред, причиненный лицу, достигшему возраста восемнадцати лет.

Как указано Верховным Судом Российской Федерации в пункте 29 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33, разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать).

Тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда.

Согласно правовым разъяснениям, содержащимся в пункте 30 указанного постановления Пленума Верховного Суда РФ, при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

В соответствии с приведенными правовыми разъяснениями Верховного Суда Российской Федерации, исследовав юридически значимые обстоятельства, оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, приняв во внимание, что жизнь и здоровье относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей, и их защита должна быть приоритетной, исходя из конкретного вида полученной травмы, которая повлекла причинение легкого вреда здоровью, причиненного ответчиком, управляющем источником повышенной опасности, несовершеннолетнему К., нахождения потерпевшего на лечении, проведении медицинских манипуляций по диагностике и последующему восстановительному периоду, принимая во внимание индивидуальные особенности истца, степень его нравственных и физических страданий, суд первой инстанции правомерно определил размер компенсации морального вреда в сумме 100 000 руб. в пользу несовершеннолетнего К., и его родителей.

Доводы о наличии в действиях несовершеннолетнего К. грубой неосторожности, судебной коллегией отклоняются, как необоснованные.

В силу пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояние и др.).

Понятие грубой неосторожности применимо лишь в случае возможности правильной оценки ситуации, которой потерпевший пренебрег, допустив действие либо бездействие, приведшие к неблагоприятным последствиям. Грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим большой вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчета, что они не наступят.

При возмещении вреда, причиненного малолетнему, не учитывается его вина, поскольку малолетние являются неделиктоспособными, соответственно, правило о вине потерпевшего, предусмотренное ч. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации в данном случае неприменимо. Малолетний потерпевший не может считаться лицом виновным в силу отсутствия у него необходимой степени психофизической зрелости, а, следовательно, не может способствовать возникновению или увеличению вреда умышленно или по грубой неосторожности.

Таким образом, при определении размера компенсации морального вреда по настоящему спору судом первой инстанции учтены все предусмотренные законом критерии и заслуживающие внимания обстоятельства. Определенная судом сумма компенсации морального вреда с учетом установленных обстоятельств по делу, соответствует принципам соразмерности и справедливости, характеру причиненных истцу и ее малолетнему сыну физических и нравственных страданий.

Судебная коллегия отмечает, что определенный судом размер компенсации обоснован и в рассматриваемом случае согласуется с принципами разумности и справедливости, позволяющими максимально возместить причиненный моральный вред. Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевших за перенесенные страдания.

При этом, ответчик доказательств тяжелого материального положения суду не представил, имеет в собственности автомобиль, материальный доход в виде пенсии.

Каких-либо иных доказательств, в том числе доказательств длительной нетрудоспособности, наличия у ответчика инвалидности или ограничений к труду по состоянию здоровья при рассмотрении дела не представлено.

При таких обстоятельствах предусмотренных законом оснований для изменения судебного акта, постановленного в соответствии с требованиями закона и фактическими обстоятельствами дела, не имеется.

Доводы жалобы о завышенном размере расходов на оплату услуг представителя судебной коллегией отклоняются.

В соответствии со ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Из материалов дела следует, что представительство ФИО1 осуществлял адвокат Шабунин С.Л. на основании ордера № ** от 03.09.2025, ордера № ** от 16.10.2025 (л.д. 38, 65).

Согласно представленной в материалы дела квитанции серии КА ** ФИО1 05.06.2025 оплатила услуги адвоката Ш. в размере 30000 рублей (л.д.7).

Адвокат Ш. составил исковое заявление (л.д. 5-6), уточненное и исковое заявление (л.д. 62), принимал участие в предварительном судебном заседании 03.09.2025 (л.д. 40), судебных заседаниях 09.10.2025, 15.10.2025, 20.10.2025 (л.д. 57-61, 83-84).

С учетом того, что требования ФИО1 удовлетворены судом, у нее возникло право на взыскание судебных расходов при рассмотрении гражданского дела.

При этом судебная коллегия полагает, что сумма расходов в размере 30 000 рублей является разумной и справедливой с учетом объема проделанной представителем работы, значимости защищаемого права (социальный спор), продолжительность рассмотрения дела.

Довод апелляционной жалобы ФИО3 в части того, что не был установлен дублирующий дорожный знак, имеется вина дорожно-эксплуатационной службы, что повлекло наезд на пешеходов, суд не привлек к участию в деле ответственное лицо за организацию дорожного движения является не состоятельным, поскольку вина в дорожно-транспортном происшествии установлена постановлением судьи по делу об административном нарушении, именно несоблюдение ответчиком требований пункта 14.3 Правил дорожного движения Российской Федерации находится в прямой причинно-следственной связи с причинением вреда здоровью несовершеннолетнему К.

Ходатайство о назначении автотехнической экспертизы судебной коллегией отклонено, поскольку оснований для ее назначения судом апелляционной инстанции не установлено. Судом первой инстанции аналогичное ходатайство разрешено, оснований для ее назначения суд не усмотрел.

Собранные по делу доказательства объективно свидетельствуют о том, что именно несоблюдение ответчиком требований пункта 14.3 Правил дорожного движения Российской Федерации послужило причиной наезда на несовершеннолетнего К.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Руководствуясь статьями 199, 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Орджоникидзевского районного суда г. Перми от 23.10.2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО3 - без удовлетворения.

Судья /подпись/.