Решение № 7(1)-127/2025 от 16 ноября 2025 г. по делу № 7(1)-127/2025

Судья: Шевченко Л.В. № 7(1)-127/2025

31RS0022-01-2025-003378-02

БЕЛГОРОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД


РЕШЕНИЕ

город Белгород 17 ноября 2025 года

Судья Белгородского областного суда Киреев А.Б.,

рассмотрел в открытом судебном заседании протест первого заместителя прокурора Белгородской области Заратовского О.С. на постановление судьи Свердловского районного суда г.Белгорода от 1 сентября 2025 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст.17.7 КоАП РФ, в отношении главы администрации г.Белгорода ФИО1

Заслушав выступления помощника прокурора Белгородской области Кирилловой М.А., поддержавшей доводы протеста, защитника ФИО1 – Чигура С.А., полагавшего постановление судьи оставить без изменения,

у с т а н о в и л:

постановлением судьи Свердловского районного суда г.Белгорода от 01.09.2025 прекращено производство по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст.17.7 КоАП РФ, в отношении главы администрации г.Белгорода ФИО1 на основании п.2 ч.1 ст.24.5 КоАП РФ.

В поданном в Белгородский областной суд протесте первый заместитель прокурора Белгородской области ставит вопрос об отмене вынесенного судебного акта, возвращении дела об административном правонарушении в тот же суд на новое рассмотрение. Полагает, что изложенные в постановлении выводы судьи не соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным при рассмотрении дела.

На рассмотрение жалобы ФИО1 не явился, о месте и времени рассмотрения жалобы был надлежаще извещен, не ходатайствовал об отложении рассмотрения дела. Обеспечил свою защиту участием защитника Чигура. Поэтому, в соответствии с п.4 ч.2 ст.30.6 КоАП РФ принимаю решение о рассмотрении жалобы в отсутствие привлекаемого лица.

Изучение материалов дела об административном правонарушении и доводов протеста позволяет прийти к следующим выводам.

В соответствии с законом, административная ответственность по ст.17.7 КоАП РФ наступает в случае умышленного невыполнения требований прокурора, вытекающих из его полномочий, установленных федеральным законом, а равно законных требований следователя, дознавателя или должностного лица, осуществляющего производство по делу об административном правонарушении.

Согласно постановлению о возбуждении дела об административном правонарушении в отношении ФИО1, при рассмотрении обращения гражданина ФИО2, прокуратурой Белгородской области установлены нарушения законодательства в сфере жилищно-коммунального хозяйства в части содержания места накопления твердых коммунальных отходов (далее – ТКО) по ул.Губкина в г.Белгороде.

Выявленные нарушения побудили прокуратуру области вынести представление в адрес главы администрации г.Белгорода ФИО1 с требованием об устранении нарушений в части приведения приказа департамента городского хозяйства администрации г.Белгорода от 28.05.2019 №6 «Об утверждении реестра мест (площадок) накопления ТКО на территории городского округа «Город Белгород» в соответствие с нормами законодательства, площадки накопления ТКО в нормативное состояние, ликвидации несанкционированной свалки и урегулирования сроков вывоза ТКО.

Администрацией г.Белгорода представление получено 17.03.2025.

10.04.2025 указанное представление рассмотрено с участием представителя прокуратуры, а 29.04.2025 в прокуратуру Белгородской области направлен ответ, подписанный заместителем главы администрации г.Белгорода по жилищно-коммунальному хозяйству ФИО3, из которого видно, что администрация не согласна с предъявленными прокуратурой области требованиями, полагает, что каких-либо нарушений закона допущено не было.

Основанием для вынесения заместителем прокурора Белгородской области постановления от 04.07.2025 о возбуждении дела об административном правонарушении в отношении главы администрации г.Белгорода ФИО1 явилось не надлежащая организация рассмотрения акта прокурорского реагирования, так как ответ был направлен за пределами срока, предусмотренного ст.24 Федерального закона от 17.01.1992 №2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации», а также что поступивший в прокуратуру области ответ подписан должностным лицом, которому акт прокурорского реагирования адресован не был.

Судья районного суда пришла к выводу об отсутствии в действиях ФИО1 состава инкриминируемого административного правонарушения, так как в служебные обязанности давшего ответ ФИО3 входят вопросы, разрешить которые прокурор требовал в представлении, а иные материалы не подтверждают вину ФИО1. Судья также признала объяснение ФИО1 недопустимым доказательством.

Проводя анализ имеющихся в деле доказательств, прихожу к выводу, что при рассмотрении постановления прокурора не в полной мере соблюдены требования ст.24.1, 26.1, 29.10 КоАП РФ.

Поступившие в суд с постановлением о возбуждении дела об административном правонарушении в отношении ФИО1 материалы были проанализированы судьей и получили оценку лишь на предмет законности подписания ответа заместителем главы администрации г.Белгорода ФИО3. Другие доводы прокурора, которые, по его мнению, свидетельствуют о виновности привлекаемого лица, остались без внимания, что не отвечает предусмотренным ст.24.1 КоАП РФ задачам производства по делам об административных правонарушениях.

Признание одного из доказательств (объяснение ФИО1) недопустимым из-за выявленных процессуальных нарушений, в рассматриваемом случае не может указывать на недостаточность совокупности иных предоставленных материалов. К тому же, исключение из числа доказательств объяснения ФИО1 (л.д.21), не могло явиться основанием для признания его невиновным, так как в ходе этого процессуального действия ФИО1 отказался от дачи каких-либо пояснений воспользовавшись ст.51 Конституции РФ, в связи с чем объяснение привлекаемого не содержит никаких данных, относящихся к данному делу.

Одним из оснований виновности ФИО1 в совершении предусмотренного ст.17.7 КоАП РФ правонарушения в постановлении прокурора указывалось несоблюдение установленного в абз.2 ст.24 Закона о прокуратуре месячного срока, в течение которого на представление прокурора должен поступить письменный ответ.

Однако, в судебном акте отсутствуют какие-либо суждения относительно соблюдения (несоблюдения) срока направления ответа, что имеет юридически важное значение при принятии решения по данному делу, поскольку может свидетельствовать о невыполнении требований прокурора, так как умышленное бездействие, отнесено законодателем к признаку, квалифицирующему инкриминируемое деяние.

Делая вывод о законности дачи ответа ФИО3, суд устранился от выяснения вопроса о наличии (отсутствии) у ФИО1, как лица, в отношении которого представление было вынесено, обязанности по надлежащему контролю за его исполнением, включая предусмотренный законом срок дачи ответа, в том числе при делегировании полномочий по исполнению требований представления своему заместителю ФИО3.

В соответствии с положениями ст.21, 22 Федерального закона от 17.01.1992 №2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации» прокурор осуществляет надзор, в том числе, за соблюдением Конституции РФ и исполнением законов, действующих на территории Российской Федерации, и в случае установления факта нарушения закона органами и должностными лицами, указанными в п.1 ст.21 Закона о прокуратуре, выносит представление об устранении нарушений закона.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 24.02.2005 №84-О, при рассмотрении в судебном порядке дела об административном правонарушении, предусмотренном ст.17.7 КоАП РФ, либо дела об оспаривании представления прокурора прокурор должен доказать факт нарушения закона органом или должностным лицом, которому внесено представление, и правомерность своих требований.

По смыслу указанных положений, при рассмотрении дела об административном правонарушении, предусмотренном ст.17.7 КоАП РФ, надлежит убедиться в законности содержащихся в представлении прокурора требований. То есть, судья должен установить обоснованность наличия выявленного нарушения закона и справедливость выдвинутых прокурором требований, направленных на устранение нарушений.

Эти требования судьей оставлены без внимания несмотря на то, что материалы дела (ответ на представление (л.д.18-20)) свидетельствуют об отрицании администрацией события нарушения закона, то есть о несостоятельности представления.

Вышестоящий суд полагает, что в рассматриваемом случае вопрос о виновности (невиновности) главы администрации г.Белгорода ФИО1 в совершении инкриминируемого административного правонарушения, судья могла обсуждать только после установления законности представления прокурора. После чего, приступить к выяснению вопросов, связанных с соблюдением ФИО1 требований административного законодательства, как должностного лица, в отношении которого представление было вынесено, с выяснением всех обстоятельств, которые по мнению прокурора указывают на наличие в его действиях состава, предусмотренного ст.17.7 КоАП РФ правонарушения.

Изложенное свидетельствует о том, что в ходе судебного разбирательства судья не в полном объеме выполнила требования закона, что не позволило всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело. Поэтому мотивы принятого решения обоснованными быть признаны не могут, в связи с чем постановление подлежит отмене с возвращением дела на новое рассмотрение в тот же суд.

Руководствуясь статьями 30.6, 30.7 КоАП РФ,

р е ш и л:

постановление судьи Свердловского районного суда г.Белгорода от 1 сентября 2025 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ст.17.7 КоАП РФ в отношении главы администрации г.Белгорода ФИО1 отменить на основании п.4 ч.1 ст.30.7 КоАП РФ.

Дело об административном правонарушении направить в Свердловский районный суд г.Белгорода на новое рассмотрение.

Протест заместителя прокурора Белгородской области удовлетворить.

Решение может быть обжаловано (опротестовано) в соответствии со ст.30.12 – 30.14 КоАП РФ.

Судья А.Б. Киреев