Апелляционное определение № 22-10597/2025 22-235/2026 от 4 февраля 2026 г.

Санкт-Петербургский городской суд

Рег.№... Судья Маврин А.С.

Дело №...


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

Санкт-Петербург 05 февраля 2026 года

Судебная коллегия по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:

председательствующего судьи: Ялцевич Т.В.,

судей: Фоминой Е.Н., Шипилова О.А.,

при секретаре Гулиевой А.Р.,

с участием:

прокурора апелляционного отдела уголовно-судебного управления прокуратуры Санкт-Петербурга Назаровой О.А.,

осужденного ФИО1, и действующего в его защиту адвоката Шиолашвили М.Г.,

рассмотрела в открытом судебном заседании дело по апелляционному представлению государственного обвинителя и апелляционным жалобам адвоката Шиолашвили М.Г. и осужденного, на приговор <адрес> районного суда Санкт-Петербурга от 18 сентября 2025 года, которым

ФИО1, <дата> года рождения, уроженец <адрес>, гражданин <адрес>, не судим,

- признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст.207.3 ч.2 п. «д» УК РФ (в ред. ФЗ №32-ФЗ от 04.03.2022) и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком 5 лет, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с размещением публикаций в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» сроком на 3 года, с отбыванием наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Приговором суда разрешены вопросы меры пресечения, судьбы вещественных доказательств, а также зачета времени содержания под стражей в срок лишения свободы период задержания с <дата> по <дата>, а также период с <дата> до дня вступления приговора суда в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

На основании ч.4 ст.47 УК РФ дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с публичным размещением материалов и обращений в информационно-телекоммуникационной сети Интернет распространено на все время отбывания наказания в виде лишения свободы, и исчисляется с момента отбытия основного наказания в виде лишения свободы.

Заслушав доклад судьи Ялцевич Т.В., мнение прокурора Назаровой О.А., поддержавшей доводы апелляционного представления и возражавшей по доводам апелляционных жалоб, а также объяснения адвоката Шиолашвили М.Г. и осужденного, поддержавших доводы апелляционных жалоб и возражавших по доводам апелляционного представления, судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А:

В апелляционном представлении помощник прокурора <адрес> района Санкт-Петербурга ФИО2 просит приговор суда в части разрешения судьбы вещественных доказательств изменить и указать о разрешении судьбы ноутбука <...> в виде конфискации в доход государства с учетом положений п. «г» ч.1 ст.104.1 УК РФ, исключив сведения о его возврате через родственников и доверенных лиц с правом дальнейшего распоряжения.

Автор представления приводит положения п. «г» ч.1 ст.104 УК РФ, предусматривающие конфискацию в собственность государства оборудования и иных средств совершения преступления и указывает, что ФИО1 осужден за совершение преступления с использованием ноутбука <...> Полагает, что принятое судом в приговоре решение в части возврата средства совершения преступления с правом его дальнейшего распоряжения, подлежит изменению с указанием о применении конфискации в собственность государства ноутбука <...>

В возражениях на апелляционное представление осужденный ФИО1 просит его не удовлетворять и возвратить компьютерную технику ее собственнику Свидетель №4

В апелляционной жалобе адвокат Шиолашвили М.Г. просит приговор суда изменить и назначить ФИО1 наказание, не связанное с реальным лишением свободы.

Автор жалобы приводит положения закона о том, что деяние, предусмотренное ст.207.3 УК РФ, может быть признано преступным лишь при условии осознания виновным заведомой ложности распространяемой им информации. Утверждает, что его подзащитный не был осведомлен о ложности размещенных в сети интернет, и случайно сохраненных им на своей странице, сведений.

Сторона защиты также считает не подтвержденным материалами дела вывод суда о придании ФИО1 заведомо ложной информации вида достоверной, поскольку его подзащитный не осуществлял никаких действий в этом направлении, не ссылался на компетентные источники, не использовал поддельные документы или аудио и видеозаписи, а лишь сохранил информацию на своей странице.

Далее указывает, что ФИО1 инкриминируют публичное распространение (репост) текста, в котором отсутствуют ссылки на компетентные источники, в то время как сам его подзащитный не обладает статусом лидера общественного мнения. Считает, что без ссылок на компетентные источники, само по себе сохранение текста на странице пользователя, нельзя считать действиями по приданию информации вида достоверности.

Автор жалобы также считает, что и в случае доказанности вины ФИО1 в инкриминируемом преступлении, приговор является несправедливым вследствие чрезмерной суровости назначенного наказания. В подтверждение этой позиции приводит сведения о том, что размещенную на странице осужденного <...> информацию просмотрели всего 42 пользователя, в то время как с принесенным ФИО1 публичным признанием ошибочности своих действий ознакомился 121 пользователь. Считает это обстоятельство нивелированием общественной опасности содеянного.

Далее перечисляет смягчающие наказание ФИО1 обстоятельства, и считает их позволяющими назначить осужденному наказание, не связанное с реальным лишением свободы.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1 просит приговор смягчить вследствие его чрезмерной суровости, считая назначенное наказание ущемляющим материальное положение его семьи, в которой имеется двое несовершеннолетних детей.

Просит назначить ему наказание в виде принудительных работ с лишением права занимать определенные должности, предусмотренное санкцией статьи 207.3 УК РФ.

Также просит исследовать доказательства, не исследовавшиеся судом первой инстанции, допросить экспертов ФИО3 и ФИО4, и приобщить смягчающие вину доказательства, не исследованные судом первой инстанции.

Автор жалобы выражает несогласие с выводом суда о распространении им именно ложной информации и в подтверждение своей позиции ссылается на то, что не является автором создания текста и считал эту информацию правдивой. Отмечает, что уверенность в достоверности прочитанного была вызвана, в том числе, наличием в сети высказывания <...>. Ссылается на освещавшуюся в сети информацию о нападении <...>, и считает, что достоверность этих высказываний оправдывает его позицию в части уверенности в подлинности прочитанного и сохраненного им текста. Утверждает, что текст имеет вид достоверного сообщения и был сохранен им для детального изучения. При этом отмечает, что ненависти он ни к кому не испытывал и считает подтверждением этого обстоятельства <...>

Далее ссылается на заключение экспертизы о коммуникативных намерениях автора текста и вновь подчеркивает, что автором не является, а информация, изложенная в тексте, по мнению экспертов, имеет вид достоверной. Отмечает, что суду и экспертам потребовалось значительное количество времени для определения недостоверности текста, и полает это обстоятельство подтверждением невозможности оперативного вывода о ложности размещенной информации. В обоснование своей позиции также ссылается на отсутствие у него подписки на сайт Министерства Обороны РФ и сведений о характере размещаемой на нем информации. Утверждает, что материалами дела подтверждается вина автора текста, а не лица, ознакомившегося с ним и разместившего на своей странице.

В жалобе осужденный выражает несогласие с выводами экспертов о том, что в период инкриминируемого деяния он в состоянии временного психического расстройства не находился. Отмечает, что заключение составлено спустя два с половиной года после событий, в то время как на момент размещения текста он был в болезненном состоянии с диагнозом церебральный атеросклероз, подтвержденным медицинскими документами, значительная часть из которых в материалах дела отсутствует. Утверждает, что в приговоре неполно изложены показания свидетеля защиты Свидетель №4, подтвердившей факт его тяжелой болезни в период инкриминируемых событий. Считает, что суд в приговоре не обосновал мотивов, по которым он принял одни доказательства и отверг другие.

Также указывает, что суд согласился с доводами адвоката Шиолашвили М.Г. о проведении экспертизы от <дата> экспертом, не имеющим права производить исследования в данной области, и назначил экспертизу в другом учреждении, достоверность которой не проверил. Утверждает, что в приговоре суд сослался на недопустимое заключение, а выводы об установлении ложности высказываний лингвистическим исследованием не соответствуют действительности, поскольку он (ФИО1) автором текста не является.

Автор жалобы считает противоречивыми показания свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №3, которые не были свидетелями его дискутирования на тему <...>, и знают об этом с чьих-то слов. Кроме того, утверждает, что предусмотренные должностной инструкцией охранника обязанности исключают возможность во время дежурства вести дискуссии на какую-либо тему, в том числе об <...> Отмечает, что на момент инкриминируемых событий он давно не работал в школе, и высказывание свидетеля Свидетель №1 о его намерении дестабилизировать ситуацию в стране, являющееся предположением, не может быть положено в основу приговора.

Считает неверным изложение в приговоре показаний свидетеля Свидетель №3, у которого он в <дата> отпрашивался с дежурства и считает это обстоятельство не имеющим значение для дела. Кроме того, утверждает, что приезжал офис <...> с целью увольнения, и в профилактические беседы не вступал. Также оспаривает показания Свидетель №3 об их общении <...> и, напротив, сообщает об их конфликте из-за охранника П и невыплаты отпускных.

Автор жалобы оспаривает свою осведомленность о принадлежности к <...>, на аватарке которого был <...> из мультфильма. Также не согласен с описанием характера его переписки с К, в которой не отражена его фраза о необходимости <...> отделиться от всех спорных территорий, чтобы закончить конфликт.

Также указывает, что судом не дана оценка его участию в благотворительной деятельности и осуществлению денежного перевода в фонд <...>. Кроме того, не отражено его действительное уважительное отношение к Вооруженным Силам России, подтвержденное, по мнению автора жалобы, фотографическим изображением его в военной форме одежды.

Судебная коллегия, проверив материалы дела и обсудив доводы апелляционного представления и доводы апелляционных жалоб адвоката и осужденного, заслушав выступления сторон, приходит к следующим выводам.

Органами предварительного расследования ФИО1 было предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «д» ч.2 ст.207.3 УК РФ (в редакции ФЗ от 04.03.2022 №32-ФЗ).

Обжалуемым приговором суда виновность ФИО1 установлена в совершении вышеуказанного преступления, а именно в том, что он совершил публичное распространение под видом достоверных сообщений заведомо ложной информации, содержащей данные об использовании Вооруженных Сил Российской Федерации, в целях защиты интересов Российской Федерации и ее граждан, поддержания международного мира и безопасности, совершенное по мотивам политической ненависти и вражды, по мотивам ненависти и вражды в отношении какой-либо социальной группы.

Преступление ФИО1 совершено <дата> в <адрес>, при обстоятельствах, подробно изложенных в обжалуемом приговоре суда.

Вопреки доводам апелляционных жалоб участников стороны защиты виновность ФИО1 подтверждается: показаниями свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №3; осмотром сайта и размещенных вложений; ответом из социальной сети <...> сведениями из <...> экспертным заключением от <дата>; экспертным заключением от <дата>; экспертным заключением от <дата>, а также документами оперативно-розыскной деятельности, которые приведены в обжалуемом приговоре суда и подробно раскрыты.

Кроме того, вина осужденного ФИО1 подтверждается его собственными показаниями, данными в ходе предварительного и судебного следствия, согласно которым он не отрицал, что пост о ходе специальной военной операции от <дата> был размещен им, однако отрицал, что в нем содержится ложная информация. Утверждал, что не имеет доступа к сайту <...>, автором поста не являлся.

Судом первой инстанции дана надлежащая оценка показаниям ФИО1, согласно которым он не писал ложную информацию в постах. Выводы суда в обжалуемом приговоре подробно приведены, судебная коллегия с такими выводами согласна, поскольку оценка дана в совокупности со всеми доказательствами.

Осужденный в суде пояснял, что он пользовался информацией независимых новостных изданий, и не сверял полученную информацию с той, которая исходила от Министерства обороны РФ. Тогда как <...>

Вышеприведенные нормативно-правовые акты были своевременно опубликованы, находятся в открытом доступе и были доведены до сведения граждан в установленном законом порядке, помимо этого до сведения граждан неоднократно были доведены цели и задачи специальной военной операции Вооруженных Сил Российской Федерации, а именно защита интересов Российской Федерации и ее граждан, поддержание международного мира и безопасности.

Таким образом, ФИО1 был осведомлен о проведении с <дата> Вооруженными Силами Российской Федерации вышеуказанной специальной военной операции. Кроме того, ложность высказываний ФИО1 установлена приведенными в приговоре лингвистическими экспертными исследованиями.

Установленные судом обстоятельства в своей совокупности свидетельствуют о прямом умысле у осужденного ФИО1 на публичное распространение под видом достоверных сообщений заведомо ложной информации, содержащей данные об использовании Вооруженных Сил Российской Федерации в целях защиты интересов Российской Федерации и ее граждан, поддержания международного мира и безопасности, совершенное по мотивам политической и идеологической ненависти и вражды, а также по мотивам ненависти и вражды в отношении какой-либо социальной группы, поскольку он, публикуя текстовое сообщение в виде утверждений и безапелляционных сведений в социальной сети <...> осознавал, что размещенная им под видом достоверной информация является ложной, предвидел неизбежность наступления общественно-опасных последствий и, руководствуясь вышеуказанными мотивами, желал их наступления.

О публичном характере распространения ложной информации под видом достоверных сообщений, свидетельствует использование ФИО1 сети «Интернет» и своей страницы, размещенной в социальной сети <...> на которой он разместил данную публикацию, доступную для публичного просмотра, обсуждения, копирования и распространения неопределенному кругу лиц из числа пользователей и посещающих данную страницу.

Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного показания свидетеля Свидетель №4, также как и показания свидетеля стороны защиты Свидетель №5 изложены судом в полном соответствии с показаниями, данными в ходе судебного следствия. Утверждение осужденным о том, что супруга подтвердила нахождение его в <...> в период инкриминируемого преступления, не является основанием считать, что показания свидетеля Свидетель №4 изложены неверно. Судом были исследованы и другие доказательства по делу, в том числе заключение судебно-психиатрической экспертизы, в данной части показания свидетеля Свидетель №4 не нашли своего подтверждения.

Доводы осужденного о несогласии с выводами психолого-лингвистической экспертизы, являются несостоятельными и не подлежат удовлетворению. Из материалов дела следует, что соответствующее ходатайство стороны защиты было удовлетворено судом, и <дата> была назначена психолого-лингвистическая экспертиза, производство которой поручено экспертам ФБУ «Северо-Западный РЦСЭ Минюста России». Заключение получено <дата>, производство экспертизы осуществлено в государственном экспертном учреждении, в соответствии с положениями ст.14 ФЗ от 31.05.2001 №73- ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ». Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Выводы экспертов не являются противоречивыми, согласовались с иными собранными по делу доказательствами.

Иные доводы участников стороны защиты о несогласии с приведенными в приговоре доказательствами виновности направлены на переоценку выводов суда, к чему оснований у судебной коллегии не имеется.

Совокупность вышеприведенных и иных изложенных в приговоре доказательств была проверена и исследована в ходе судебного следствия с участием обеих сторон. Суд в соответствии со ст.88 УПК РФ дал им надлежащую оценку и привел мотивы, по которым признал их достоверными, указал основания, по которым он принимает одни доказательства и отвергает другие.

Доказательства, положенные в основу приговора, получены в установленном законом порядке, исследованы в судебном заседании, получили должную оценку в их совокупности в соответствии с требованиями ст.87, ст.88 УПК РФ. Суд правильно установил фактические обстоятельства дела, сделал обоснованный вывод о виновности ФИО1 в совершении данного преступления.

В обжалуемом приговоре дана оценка, как доказательствам стороны обвинения, так и доказательствам стороны защиты.

Изучив материалы уголовного дела, судебная коллегия приходит к выводу, что уголовное дело рассмотрено судом с соблюдением принципа состязательности и равноправия сторон, поскольку стороне обвинения и стороне защиты были предоставлены равные возможности по предоставлению и исследованию доказательств. Право на защиту ФИО1 не нарушалось.

Действия осужденного ФИО1 судом квалифицированы правильно по п. «д» ч.2 ст.207.3 УК РФ (в редакции ФЗ №32 ФЗ от 04.03.2022), как совершение им публичного распространения под видом достоверных сообщений заведомо ложной информации, содержащей данные об использовании Вооруженных Сил Российской Федерации, в целях защиты интересов Российской Федерации и ее граждан, поддержания международного мира и безопасности, совершенное по мотивам политической ненависти и вражды, по мотивам ненависти и вражды в отношении какой-либо социальной группы.

Как следует из совокупности доказательств, наличие в действиях ФИО1 мотива политической ненависти и вражды выражалось в заведомом распространении ложных сведений в форме утверждения, которые у лиц, ознакомившихся с данной информацией, формируется и вызывается неприязнь, переходящая в ненависть и вражду по отношению к военнослужащим Вооруженных Сил Российской Федерации при исполнении своих полномочий по поддержанию мира и безопасности.

О публичном характере распространения ложной информации под видом достоверных сообщений свидетельствует размещение ФИО1 для неопределенного круга лиц информации на странице с неограниченным доступом к ней всех пользователей социальной сети <...> содержащей заведомо ложные сведения, дискредитирующие Вооруженные Силы Российской Федерации.

Вопреки доводам апелляционных жалоб участников стороны защиты, при назначении судом первой инстанции наказания, в полном объеме приняты во внимание положения ст.60 УК РФ.

Суд обоснованно принял во внимание, что ФИО1 совершил умышленное тяжкое преступление против общественной безопасности, что ввиду геополитической обстановки ставит под угрозу уверенность в безопасном существовании граждан, ввиду чего пришел к обоснованному выводу о назначении наказания в виде лишения свободы, с назначением дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с размещением публикацией в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в пределах санкции статьи. При этом назначение дополнительного вида наказания судом обоснованно мотивирован тем, что именно занятие данной деятельностью способствовало совершению осужденным указанного преступления.

Судебная коллегия находит правильными выводы суда о том, что осужденный ФИО1 не судим, вину свою частично признал и принес публичные извинения за содеянное, чем пытался загладить вред от последствий совершенного преступления, социально адаптирован, положительно характеризуется, имеет <...>, также на <...>. Указанные обстоятельства суд обоснованно признал в качестве смягчающих в соответствии с п. «г» ч.1 и ч.2 ст.61 УК РФ.

Обстоятельств, отягчающих наказание, в соответствии со ст. 63 УК РФ, судом обоснованно не установлено.

С учётом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности суд обоснованно не усмотрел оснований для применения к ФИО1 положений ст.ст. 15 ч. 6, 64 и 73 УК РФ.

Вопреки доводам апелляционных жалоб участников стороны защиты, назначенное осужденному ФИО1 наказание по своему виду и размеру не является чрезмерной суровым, назначено в минимальном размере, предусмотренном санкцией статьи.

В соответствии с положениями п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ вид исправительного учреждения судом определен правильно. Зачет времени содержания под стражей и коэффициент такого зачета в соответствии с положениями п. «б» ч.3.1 ст.72 УК РФ, а также периоды зачета времени нахождения осужденного под стражей определены судом верно.

Вместе с тем, приговор суда подлежит изменению по доводам апелляционного представления государственного обвинителя в связи с неправильным применением уголовного закона.

В соответствии с положениями п. «г» ч.1 ст.104.1 УК РФ орудия преступления, принадлежащие обвиняемому подлежат конфискации в доход государства.

Из материалов дела следует, как на стадии предварительного расследования, так и в судебном следствии ФИО1 пояснял, что в социальную сеть <...> он выходил с помощью ноутбука <...> в корпусе черного цвета, принадлежащего ему. Выводы суда о том, что не установлено какой из ноутбуков, которые были изъяты при производстве обыска в квартире осужденного, является орудием преступления, судебная коллегия находит ошибочными и не соответствующими протоколам следственных действий, а также показаниям осужденного, данным в судебном заседании 17.09.2025 года.

На основании вышеизложенного доводы апелляционного представления государственного обвинителя подлежат удовлетворению, а орудие преступление подлежит конфискации в доход государства.

В остальном приговор суда подлежит оставлению без изменения, апелляционные жалобы участников стороны защиты без удовлетворения, апелляционное представление государственного обвинителя подлежит удовлетворению.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А :

Приговор <адрес> районного суда г.Санкт-Петербурга от 18 сентября 2025 года в отношении ФИО1 изменить:

- исключить из приговора указание о возврате ноутбука <...> - законному владельцу.

На основании п. «г» ч.1 ст. 104.1 УК РФ ноутбук <...> в корпусе черного цвета, конфисковать и обратить в доход государства.

В остальном этот же приговор оставить без изменения, апелляционное представление государственного обвинителя – удовлетворить, апелляционные жалобы адвоката и осужденного – оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в порядке главы 47.1 УПК РФ в Третий кассационный суд общей юрисдикции в течение шести месяцев со дня его вынесения, а осужденным, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня вручения ему копии такого судебного решения, вступившего в законную силу.

В случае подачи кассационной жалобы или принесения кассационного представления осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: