Апелляционное определение № 11-2810/2025 от 1 декабря 2025 г.

Судья Шваб Л.В.

Дело № 2-7091/2024

УИД 74RS0002-01-2024-010398-57


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ



№ 11-2810/2025
02 декабря 2025 года
г. Челябинск
Судебная коллегия по гражданским делам Челябинского областного суда в составе:

председательствующего Доевой И.Б.,

судей Челюк Д.Ю., Клыгач И.-Е.В.,

при ведении протокола судебного заседания

помощником судьи Бурлаковой Ю.Ю.,

с участием прокурора Германа А.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному автономному учреждению здравоохранения «Городская клиническая больница № 1 г. Челябинск», Министерству здравоохранения Челябинской области о взыскании компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Центрального районного суда г. Челябинска от 11 декабря 2024 года.

Заслушав доклад судьи Челюк Д.Ю. об обстоятельствах дела и доводах апелляционной жалобы, заключение прокурора, судебная коллегия,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в суд с иском к Государственному автономному учреждению здравоохранения «Городская клиническая больница № 1 г. Челябинск» (далее – ГАУЗ «ГКБ № 1 г. Челябинск»), Министерству здравоохранения Челябинской области о взыскании компенсации морального вреда с ГАУЗ «ГКБ № 1 г. Челябинск» в размере 800 000,00 рублей, взыскании компенсации морального вреда с Министерства здравоохранения Челябинской области в размере 200 000,00 рублей.

В обоснование исковых требований указано, что при обращении его за медицинской помощью в ГАУЗ «ГКБ № 1 г. Челябинск» ему ненадлежащим образом была оказана медицинская помощь, что привело к резкому ухудшению здоровья, а именно ДД.ММ.ГГГГ скорой медицинской помощью он был доставлен в <данные изъяты> данного медицинского учреждения и несмотря на явную <данные изъяты> и тяжесть состояния (<данные изъяты>), он не был своевременно обследован и ему не была диагностирована венозная <данные изъяты>. Таким образом, несвоевременная постановка диагноза, отсутствие лечения очага воспаления привело к тяжким последствиям для здоровья.

Истец ФИО1 в судебное заседание при надлежащем извещении не явился, просил рассмотреть дело без его участия.

Представитель ответчика ГАУЗ «ГКБ № 1 г. Челябинск» ФИО8, действующий на основании доверенности, в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражал, указав, что оснований для взыскания компенсации морального вреда не имеется.

Представитель ответчика Министерства здравоохранения Челябинской области в судебное заседание не явился, будучи извещен о времени и месте его проведения.

Третье лицо врач-невролог ГАУЗ «ГКБ № 1 г. Челябинск» ФИО3 В.В., привлеченный к участию в деле определением суда протокольной формы от ДД.ММ.ГГГГ, в судебное заседание не явился, извещен надлежаще и своевременно.

Третье лицо врач-рентгенолог ГАУЗ «ГКБ № 1 г. Челябинск» ФИО13 привлеченный к участию в деле определением суда протокольной формы от ДД.ММ.ГГГГ, в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

Суд вынес решение, которым исковые требования ФИО1 оставил без удовлетворения.

Не согласившись с решением суда, ФИО1 подал апелляционную жалобу, в которой просит решение суда отменить и принять по делу новое решение об удовлетворении исковых требований.

В обоснование жалобы указывает, что решение было принято с существенным нарушением норм процессуального и материального права.

Также указывает, что требования по профилю <данные изъяты> им не заявлялись, поэтому возражения ответчиков никакого отношения к делу не имеют.

Ссылаясь на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Челябинского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ указывает, что в апелляционной инстанции установлено, что за рассматриваемый период медицинская помощь не оказывалась. Однако, в нарушение ст. 157 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, они судом не изучались и не исследовались, что привело к неправильному решению по делу.

Суд не применил закон, подлежащий применению, так как не привлек <данные изъяты> к участию в деле в качестве третьего лица и принял решение с нарушением его прав и обязанностей.

Определением от ДД.ММ.ГГГГ судебная коллегия перешла к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции, в связи с привлечением в порядке статьи 43 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных исковых требований на предмет спора, на стороне ответчика ФИО2.

Истец ФИО1, представители ответчиков ГАУЗ ОТКЗ «Городская клиническая больница № 1 г. Челябинск», Министерство здравоохранения Челябинской области, третьи лица ФИО3 В.В., ФИО13, ФИО2 не приняли участия в суде апелляционной инстанции, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. Информация о рассмотрении дела заблаговременно размещена на официальном сайте Челябинского областного суда в сети Интернет. В связи с чем, на основании статей 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная коллегия признала возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Проверив материалы дела, заслушав заключение прокурора, обсудив доводы искового заявления, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (частью 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (частью 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статья 41 Конституции Российской Федерации).

Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством, Конституция Российской Федерации относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21.11.2011 N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" (далее также - Федеральный закон от 21.11.2011 N 323-ФЗ).

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ).

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (пункт 3 статьи 2 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ).

В силу статьи 4 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ охрана здоровья в Российской Федерации основывается на ряде принципов, одним из которых является соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий.

В числе таких прав - право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ).

В силу ст. 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг (п. 3 ст. 2 указанного Федерального закона).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (ч. ч. 1, 2 ст. 19 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).

В п. 21 ст. 2 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).

Наименование и объем оказываемых услуг определяются на основании стандартов медицинской помощи, которые разрабатываются в соответствии с Номенклатурой услуг, утвержденной Приказом Минздравсоцразвития России от 27 декабря 2011 г. N 1664н "Об утверждении Номенклатуры медицинских услуг". Стандарт устанавливается для конкретных видов заболевания и представляет собой усредненные показатели частоты предоставления и кратности применения медицинских услуг, лекарственных препаратов, медицинских изделий и др. (п. 4 ст. 37 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).

Стандарт медицинской помощи: нормативный документ, определяющий упорядоченную последовательность лечебно-диагностических и реабилитационных мероприятий с набором лечебно-диагностических манипуляций с определением формализованной программы действий врача по ведению пациента для каждого заболевания в сочетании со стоимостью медицинских услуг... (ГОСТ Р 52977-2008, утвержденный Приказом Ростехрегулирования от 13 октября 2008 г. N 240-ст).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч. 2 ст. 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч. ч. 2 и 3 ст. 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. N 323-ФЗ).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (пункт 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с Гражданским кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и в тех пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации) вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 и пункту 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно данной норме закона вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В силу части 2 статьи 98 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (часть 3 статьи 98 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ).

Из изложенного следует, что в случае причинения гражданину морального вреда (нравственных и физических страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, в числе которых право гражданина на охрану здоровья, право на семейную жизнь, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В соответствии с п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (п. 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Согласно п. 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Установлено, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, был доставлен бригадой скорой помощи в <данные изъяты> ГАУЗ «ГКБ № 1 г. Челябинск» с жалобами <данные изъяты>. С целью исключения либо подтверждения наличия <данные изъяты> (далее по тексту – <данные изъяты>), он был осмотрен дежурным <данные изъяты> ГАУЗ «ГКБ № 1 г. Челябинск» ФИО12, и ему была назначена <данные изъяты> (л.д. 54).

В результате исследования <данные изъяты> – <данные изъяты> пациента ФИО1, в соответствии с заключением проводимым <данные изъяты> ГАУЗ «ГКБ № 1 г. Челябинск» ФИО13 данных за <данные изъяты> не получено. Выявлены <данные изъяты> (л.д. 30).

В соответствии с выпиской из медицинской карты пациента ФИО1, <данные изъяты> ГАУЗ «ГКБ № 1 г. Челябинск» ФИО12 постановлен диагноз: <данные изъяты>. Рекомендовано наблюдение и лечение <данные изъяты>, <данные изъяты> по месту жительства (л.д. 54).

Согласно представленным на запрос судебной коллегии экспертным заключениям по результатам экспертизы качества медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ № и заключения по результатам мультдисциплинарной внеплановой целевой экспертизы качества медицинской помощи от ДД.ММ.ГГГГ. № Страховой медицинской компании <данные изъяты> следует, что в период оказания медицинской помощи ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ., в том числе по направлению «<данные изъяты>» дефектов не выявлено, медицинская помощь оказана в полном объеме, диагноз выставлен обоснованно, своевременно, оказание медицинской помощи, в том числе назначение лекарственных препаратов оказано в достаточном объеме (л.д. 194-199).

Определением судебной коллегии от ДД.ММ.ГГГГ по делу назначена судебно – медицинская экспертиза, на разрешение которой поставлены следующие вопросы: имелось ли на момент обращения ФИО1 в медицинское учреждение «Городская клиническая больница № 1 г. Челябинск» - ДД.ММ.ГГГГ заболевание «<данные изъяты>», если имелось, было ли оно диагностировано данным лечебным учреждением, оказывалась ли соответствующая медицинская помощь по лечению данного заболевания? Если имеются дефекты, указать имеется ли причинно – следственная связь между выявленными дефектами оказания медицинской помощи ФИО1 работниками Государственного автономного учреждения здравоохранения «Городская клиническая больница № 1 г. Челябинск» и наступившими последствиями в виде оперативного <данные изъяты>?

Согласно представленному заключению судебно – медицинской экспертизы, выполненной <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ №, эксперты пришли к выводам, что достоверно утверждать о наличии «<данные изъяты>» у ФИО1 на момент его обращение в медицинское учреждение «Городская клиническая больница № 1 г. Челябинска» ДД.ММ.ГГГГ. не представляется возможным из-за отсутствия результатов <данные изъяты> и отсутствия <данные изъяты>.

При этом, при анализе представленной медицинской документации, каких либо объективных данных (которые оцениваются не в отдельности, а в совокупности), указывающих о наличии у ФИО9 заболевания «<данные изъяты>» на момент его обращения в медицинское учреждение «Городская клиническая больница № 1 г. Челябинска» ДД.ММ.ГГГГ., с учетом предъявляемых жалоб (<данные изъяты>), анамнеза жизни (<данные изъяты>), данных осмотра (<данные изъяты>) – выявлено не было.

Судебная коллегия принимает в качестве допустимого доказательства указанное экспертное заключение, поскольку оно отвечает требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Федерального закона «О государственной экспертной деятельности в Российской Федерации от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ, поскольку содержит подробное описание произведенного исследования, выводы экспертов достоверны и научно обоснованны. Экспертиза по настоящему делу проведена экспертами, имеющими высшее медицинское образование, квалификацию и предупреждены судом об уголовной ответственности за дачу ложного заключения в соответствии со ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Сторонами заключение экспертов в судебном заседании не оспаривалось.

Доводы истца о том, что <данные изъяты> определяется визуально и не требовала <данные изъяты>, отклоняется судебной коллегией, так как экспертиза выполнена экспертом, имеющим высшее медицинское образование, являющимся врачом судебно – медицинским экспертом, имеющим специальную подготовку по судебной медицине, высшую квалификационную категорию и стаж работы с ДД.ММ.ГГГГ. –ФИО10, пришедшего к выводу о том, что не представляется возможным достоверно утверждать о наличии «<данные изъяты>» у ФИО1 на момент обращения в медицинское учреждение и отсутствия описания локального статуса, указывающего на <данные изъяты>, но с учетом представленной медицинской документации каких либо объективных данных указывающих на данное заболевание не имелось.

При таких обстоятельствах, с учетом выводов судебно – медицинской экспертизы, при поступлении истца ФИО9 в медицинское учреждение ответчика, ему верно и своевременно был выставлен диагноз, назначен соответствующее лечение, и, исключив наличие у истца <данные изъяты>, <данные изъяты> ГАУЗ «ГКБ № 1 г. Челябинск» ФИО3 В.В. пришел к выводу об отсутствии оснований для направления пациента ФИО1 в <данные изъяты>, в связи с тем, что отсутствовали основания для госпитализации в порядке экстренности. Необходимости проходить стационарное лечение не имелось.

С учетом изложенного, правовых оснований для удовлетворения исковых требований к Государственному автономному учреждению здравоохранения «Городская клиническая больница № 1 г. Челябинск», Министерству здравоохранения Челябинской области о компенсации морального вреда не имеется.

При таких обстоятельствах, с учетом перехода судебной коллегией по правилам рассмотрения дела в суде первой инстанции, решение суда подлежит безусловной отмене с вынесением нового решения об отказе в удовлетворении иска.

Руководствуясь частью ст. 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Центрального районного суда г. Челябинска от 11 декабря 2024 года - отменить.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Государственному автономному учреждению здравоохранения «Городская клиническая больница № 1 г. Челябинск», Министерству здравоохранения Челябинской области о взыскании компенсации морального вреда- отказать.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение составлено 10.12.2025 года.