Приговор № 1-10/2017 от 16 апреля 2017 г. по делу № 1-10/2017

1-10/2017


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Кола 17 апреля 2017 года

Кольский районный суд Мурманской области в составе:

председательствующего судьи Буденковой Е.А.,

при секретарях: Цепляевой А.Г., Куликовой К.В., Маловой Л.О.,

с участием государственных обвинителей – помощников прокурора Кольского района Мурманской области Синдеева С.В., ФИО1,

подсудимой ФИО2 и ее защитника – адвоката Давиденко В.Ф., представившего удостоверение № и ордер №,

потерпевших: Н.Г.А., Б.Ю.В. и ее представителя – адвоката К.Р.В., представившего удостоверение № и ордер №,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО2, <данные изъяты>

обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 совершила нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека при следующих обстоятельствах.

<дата> в период с 15 часов 15 минут по 15 часов 25 минут водитель ФИО2 управляла технически исправным автомобилем марки <данные изъяты>, и двигалась со стороны <адрес> на территории Кольского района Мурманской области.

Будучи обязанной знать и соблюдать требования Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров – Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090 (в редакции Постановления Правительства Российской Федерации от 02 ноября 2015 года № 1184) (далее Правила дорожного движения), и действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда, в нарушение требований пункта 1.3 - («Участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил..»); пункта 1.5 (абзац 1) - («Участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда»); пункта 10.1 (абзац 1) - («Водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требования Правил») Правил дорожного движения, двигаясь по проезжей части в районе <адрес>, в период с 15 часов 15 минут по 15 часов 25 минут <дата> водитель ФИО2, управляя автомобилем марки <данные изъяты>, не учла особенности и состояние управляемого транспортного средства, дорожные и метеорологические условия, и выбрала скорость, не обеспечивающую ей возможность постоянного контроля за движением автомобиля.

При встречном разъезде с неустановленным грузовым автомобилем, водитель ФИО2 неправильно применила органы управления автомобилем, допустила его занос, утратила контроль за движением автомобиля, вследствие чего выехала на сторону проезжей части, предназначенную для встречного движения, где в районе <адрес> совершила столкновение с автомобилями, двигавшимися в соответствии с требованием Правил дорожного движения во встречном направлении, со стороны <адрес>, сначала с неустановленным грузовым автомобилем под управлением неустановленного водителя, не имевшим технической возможности избежать столкновения автомобилей, после чего с автомобилем марки <данные изъяты>, под управлением водителя П.Н.М., не имевшей технической возможности избежать столкновения автомобилей.

В результате нарушения водителем ФИО2 требований перечисленных пунктов Правил дорожного движения и совершения дорожно-транспортного происшествия, пассажиру автомобиля марки <данные изъяты>, П.И.В. по неосторожности были причинены следующие телесные повреждения, входящие в состав сочетанной тупой травмы тела: <данные изъяты> Данная сочетанная тупая травма тела в виде повреждения внутренних органов, переломов костей скелета оценивается как тяжкий вред здоровью (по признаку опасности для жизни), т.к. подобные повреждения по своему характеру непосредственно угрожают жизни человека и находится в прямой причинно-следственной связи со смертью П.И.В., наступившей <дата> в ГОБУЗ «Мурманская областная клиническая больница им. П.А. Баяндина».

Грубое нарушение требований перечисленных пунктов Правил дорожного движения водителем ФИО2 при управлении автомобилем марки <данные изъяты>, находится в прямой причинно-следственной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием и причинением по неосторожности смерти П.И.В.

В судебном заседании подсудимая ФИО2 свою вину в совершении преступления не признала, по существу обвинения показала следующее, что <дата> примерно в 15 часов она на автомобиле <данные изъяты>, двигалась из <адрес>. Автомобиль находился полностью в технически исправном состоянии, она чувствовал себя хорошо. В указанный день была хорошая погода, осадков не было, дорожное покрытие было накатанный снег и лёд, видимость на дороге была хорошей. Двигалась с допустимой скоростью 80-90 км/ч. По пути следования, увидела, что по встречной полосе движется грузовой автомобиль седельный тягач (фура). Сначала «фура» ехала прямо, после того, как прямой участок дороги стал сужаться, «фура» стала смещаться к середине проезжей части. Ей пришлось тормозить, так как «фура» практически выехала на середину проезжей части, частично на полосу ее движения. Она испугалась того, что автомобили не смогут безопасно разъехаться, чтобы избежать столкновения, стала потихоньку притормаживать, однако все произошло быстро и в процессе движения грузовой автомобиль задней частью задел ее автомобиль. В результате ее автомобиль развернуло и выбросило на полосу встречного движения, по которой за «фурой» двигался автомобиль <данные изъяты>. Произошло столкновение ее автомобиля с автомобилем <данные изъяты>. Считает, что в ДТП виновен водитель грузового автомобиля, который в нарушение правил дорожного движения частично выехал на встречную полосу движение, по которой она двигалась и не имела технической возможности избежать столкновения автомобилей. Не согласна с тем, что столкновение произошло на встречной полосе движения, так как она двигалась по своей полосе движения и никаких маневров не делала. Расстояние от правого края проезжей части до ее автомобиля составляло менее одного метра, когда грузовой автомобиль задней частью частично выехал на ее полосу движения, что создавало для нее опасность для беспрепятственного разъезда автомобилей. Увидев, что грузовой автомобиль движется ближе к ее полосе, она стала предпринимать меры к торможению, потом произошло столкновение, далее событий не помнит, так как потеряла сознание. В результате ДТП она получила телесные повреждения, была доставлена в больницу. Она не выезжала на полосу встречного движения, направление движения автомобиля не меняла. Считает, что скорость движения ее автомобиля в указанный период времени отвечала требованиям безопасности движения и обеспечивала ей контроль за управлением автомобиля. С показаниями свидетелей П.Н.М. и П.Е.И. об обстоятельствах ДТП не согласна, объяснить имеющиеся разногласия в показаниях, не может. При составлении протокола осмотра места дорожно-транспортного происшествия и схемы не присутствовала, после ознакомления в ходе следствия с указанными документами, замечаний по их составлению не имела. Гражданские иски потерпевшей Б.Ю.В., а также иск прокурора о взыскании расходов на лечение потерпевшей П.И.В. не признает, так как не считает себя виновной.

Свои показания, данные в ходе предварительного следствия и оглашенные в судебном заседании (т.1 л.д.237-240) подсудимая ФИО2 подтвердила. Из показаний следует, что <дата> примерно в 15 часов 15 минут она, управляя технически исправным автомобилем марки <данные изъяты>, двигалась в районе <адрес>. Проезжая часть – прямая, представляет собой накатанные полосы асфальта, покрытые льдом, две полосы для движения. Середину проезжей части определяла по кромке накатанного снега между полосами асфальта. Скорость её движения составляла 80-90 км/ч. В процессе движения свой автомобиль располагала на правой стороне проезжей части, на своей полосе для движения, примерно посередине своей полосы. Впереди неё в попутном направлении автомобилей не было, следом за ней двигался легковой автомобиль. По встречной полосе во встречном направлении двигался грузовой автомобиль – седельный тягач, со скоростью примерно 110-120 км/ч. По мере сближения автомобилей, увидела, что грузовой автомобиль движется с заездом левыми колесами на накатанный снег середины проезжей части. Какой боковой интервал между её автомобилем и грузовым автомобилем во время разъезда был, пояснить не может. Посчитав, что разъезд будет небезопасен, нажала на педаль тормоза, притормаживая. При этом, на правую обочину она не заезжала, отворот руля не применяла, заноса своего автомобиля не допускала. Столкновение произошло с левой стороной кузова грузового автомобиля, с какой именно частью пояснить не может, и передней левой стороной кузова её автомобиля. После чего потеряла сознание. Считает виновным в ДТП водителя грузового автомобиля, который допустил столкновение с её автомобилем на её полосе для движения.

Несмотря на непризнание своей вины ФИО2, ее вина в инкриминируемом преступлении подтверждается показаниями свидетелей: П.Е.Т., П.Н.М., С.Д.П., Т.В.В., Т.Д.А., потерпевших Б.Ю.В. и Н.Г.А., эксперта Ф.С.Б., и другими письменными доказательствами.

Потерпевшая Б.Ю.В. в судебном заседании показала, что <дата> ей стало известно о том, что в результате дорожно-транспортного происшествия пострадала ее родная сестра П.И.В.. Ей сообщили о том, что П.И.В. ехала в качестве пассажира в автомобиле П.Н.М. из <адрес>. По пути следования легковой автомобиль выехал на полосу их движения, где произошло ДТП. Об обстоятельствах дорожно-транспортного происшествия ей ничего неизвестно. После ДТП сестра длительное время находилась в отделении реанимации в больнице, в связи с этим приобретались средства по уходу, однако от полученных в результате ДТП травм сестра скончалась в больнице <дата>. Ей стало известно, что в ДТП виновна водитель ФИО2 В связи со смертью сестры она испытывает сильные моральные и нравственные страдания, так как с сестрой при жизни были очень близки, учились в одном классе, институте, совместно проводили отпуска. После смерти сестры испытывает длительное депрессивное состояние, в связи с чем просит взыскать компенсацию морального вреда в сумме 1 000 000 руб. После гибели сестры она занималась организацией похорон сестры. Затраты, связанные с погребением, а также с приобретением средств гигиены и ухода за сестрой в больнице были понесены ею за счет личных денежных средств и составили 87268 рублей, которые она просит взыскать с ФИО2, а также расходы на представителя.

Потерпевший Н.Г.А. в судебном заседании показал, что является сыном П.И.В., пострадавшей в ДТП. <дата> ему стало известно, что его мать попала в больницу после ДТП, где впоследствии от полученных травм скончалась. Обстоятельства ДТП ему неизвестны. В связи со смертью матери испытывает глубокие нравственные страдания, так как проживали с матерью вместе, вели совместное хозяйство.

Свидетель П.Н.М. в судебном заседании показала, что <дата> примерно в 15 часов, управляя автомобилем марки <данные изъяты>, двигалась со стороны <адрес>. На переднем пассажирском сиденье находилась П.И.В. Автомобиль был в исправном техническом состоянии. Было светлое время суток, погода была ясная, осадков не было, видимость хорошая. На данном участке поворотов нет, проезжая часть – прямая, представляет собой асфальт, покрытый раскатанным снегом, скользко. Примерно от <адрес>, она двигалась непосредственно за грузовым автомобилем, на расстоянии примерно 40 метров, двигались примерно с одинаковой скоростью, со скоростью примерно 70-80 км/ч. Данная скорость являлась для нее безопасной, так как позволяла управлять автомобилем на данном участке дороги с соблюдением дорожных знаков, с учетом погодных условий и состояния дорожного покрытия. Проезжая часть состояла из двух полос для движения, по одной в каждом направлении. Разделительной полосы не было видно, середину проезжей части она определяла визуально, разделив проезжую часть на две части от снежного вала до снежного вала. Она располагала свой автомобиль на правой стороне проезжей части на своей полосе для движения, примерно посередине. Во время движения грузовой автомобиль располагался на своей полосе проезжей части, чуть ближе к середине дороги. В процессе движения она увидела, что двигавшийся по встречной полосе легковой автомобиль, как потом стало известно <данные изъяты>, стало заносить, сначала переднюю часть, потом заднюю, автомобиль был неуправляемый. Предположив, что автомобиль <данные изъяты> может вынести на встречную полосу, для предотвращения столкновения, она стала снижать скорость и приняла вправо. При этом, двигавшийся впереди грузовой автомобиль не менял направления своего движения. Затем она услышала скрежет, и увидела, что автомобиль <данные изъяты> развернуло и вынесло на встречную полосу, где произошло столкновение автомобиля <данные изъяты> с ее автомобилем. В результате ДТП ее автомобиль был поврежден, она и П.И.В. получили телесные повреждения.

Оглашенные в судебном заседании показания, данные на предварительном следствии (т.1 л.д.177-181), свидетель П.Н.М. подтвердила полностью, из которых следует, что ДТП произошло примерно на <адрес> Дистанция до грузового автомобиля во время движения составляла примерно 30 метров. Грузовой автомобиль на протяжении всего пути не менял свой боковой интервал, двигался по своей полосе для движения. Уточнила, что во время движения грузовой автомобиль располагался на своей проезжей части, незначительно левее, что не мешало ей хорошо обозревать полосу встречного движения. Столкновение произошло на её полосе проезжей части передней частью её автомобиля с правой стороной кузова автомобиля марки <данные изъяты>. Она не успела применить экстренное торможение или какие-либо отвороты рулем. Считает, что в ДТП виноват водитель легкового автомобиля марки <данные изъяты>, который допустил занос своего автомобиля, в результате чего выехал на её полосу проезжей части, где столкнулся с грузовым автомобилем, а затем с её автомобилем.

В ходе проведенной очной ставки с ФИО2, свидетель П.Н.М. подтвердила свои показания по обстоятельствам ДТП (т.2 л.д.62-65).

Свидетель П.Е.И. в судебном заседании показала, что <дата> примерно в 15 часов, управляя своим автомобилем <данные изъяты>, двигалась со стороны <адрес>. Скорость движения была допустимая, обеспечивала безопасное движение. Светлое время суток, погода ясная, проезжая часть была покрыта снегом, двигались по следам от накатанных колес, разделительной полосы не было видно из-за снега. Двигалась посередине своей полосы движения. В процессе движения примерно 5-10 минут ехала за автомобилем <данные изъяты> на безопасной дистанции, примерно 35-40 метров, который также двигался посередине своей полосы движения. На указанном участке дорога прямая в плане, без изгибов и резких поворотов, каких либо препятствий и ограничений в движении не было. Видимость была хорошая, видела встречные автомобили. По встречной полосе двигался грузовой автомобиль – «фура», в пределах своей полосы движения, несколько ближе к середине, но на встречную полосу не выезжал, за ним следовал <данные изъяты>. В какой-то момент при разъезде с «фурой», заднюю часть автомобиля <данные изъяты> стало заносить со стороны в сторону, раскачивало автомобиль по длине всего корпуса «фуры». Потом автомобиль <данные изъяты> передней левой частью задел заднюю часть грузового автомобиля. После этого <данные изъяты> отбросило на встречную полосу, где произошло столкновение с двигавшимся по встречной полосе автомобилем <данные изъяты>. Столкновение произошло на встречной полосе движение, передняя часть автомобиля <данные изъяты> в момент столкновения с «фурой» была на полосе встречного движения. Грузовой автомобиль до разъезда с автомобилем <данные изъяты> и после разъезда, двигался по своей полосе, на встречную полосу не выезжал, направление движения не менял. Увидев, что <данные изъяты> стало раскачивать, она приняла меры к торможению и свернула на обочину. На обочине никаких элементов, препятствовавших движению, не было. Ширина обочины составляла полтора-два метра, ее автомобиль мог свободно поместиться на обочине. В результате ДТП пострадали водитель автомобиля <данные изъяты>,а также водитель и пассажир автомобиля <данные изъяты>. Подробности обстоятельств ДТП в настоящее время не помнит в связи с давностью событий.

Свои показания, данные на предварительном следствии и оглашенные в судебном заседании (т.1 л.д.172-175), свидетель П.Е.И. подтвердила полностью, в том, что <дата> двигалась в районе <адрес>. Скорость её движения составляла 80-90 км/ч. Во встречном направлении двигался грузовой автомобиль – седельный тягач с полуприцепом, следом <данные изъяты>. Она увидела, что в момент разъезда автомобиля <данные изъяты> с кабиной встречного грузовика, у автомобиля марки <данные изъяты> начало таскать заднюю часть влево и вправо, то есть автомобиль начало заносить. После чего автомобиль <данные изъяты> развернуло почти на 90 градусов против хода часовой стрелки, разворачивать его начало на правой половине проезжей части. Она увидела, что поднялась снежная пыль, скорее всего автомобиль <данные изъяты> зацепил колесами правую обочину. Затем автомобиль <данные изъяты> вынесло на встречную полосу проезжей части, где он столкнулся с задней левой стороной полуприцепа грузового автомобиля, она не видела точно куда именно, так как начала принимать меры к экстренному торможению, предположила, что столкновение произошло с задним левым колесом прицепа. При этом она видела, что грузовой автомобиль на встречную сторону проезжей части не выезжал, и, двигаясь с прежней скоростью, после столкновения уехал с места ДТП, не останавливаясь. Автомобиль <данные изъяты> после столкновения с полуприцепом продолжил занос по встречной полосе, где столкнулся со встречным автомобилем марки <данные изъяты>, который двигался за грузовиком. Полагает, что водитель автомобиля <данные изъяты>, не справилась с управлением, допустила занос автомобиля, в результате чего выехала на встречную сторону проезжей части, где допустила столкновение с грузовиком, а затем с легковым автомобилем.

Кроме того, свидетель П.Е.И. уточнила, что двигалась за автомобилем <данные изъяты> на безопасной дистанции, примерно 30-50 метров. Расположение грузового автомобиля (фуры) на проезжей части не создавало никакой опасности для движения ее автомобиля, разъезду это не препятствовало, при разъезде с «фурой» ей не пришлось бы предпринимать какие-либо маневры для безопасного разъезда. В момент столкновения с грузовым автомобилем, автомобиль <данные изъяты> располагался под углом 90 градусов. Схему ДТП рисовал следователь с ее слов, она ее подписала, так как схема верно составлена.

Свидетель С.Д.П. – дорожный мастер ООО «Мурманскавтодор», в судебном заседании показал, что по указанию диспетчера прибыл на <адрес>, где произошло ДТП с участием автомобилей <данные изъяты> для сбора информации о состоянии дорожной части и причинах ДТП. Оба автомобиля располагались на проезжей части в сторону юга, имели повреждения передних частей. Погода была хорошая, дорога находилась в хорошем состоянии, умеренно скользкая, небольшой снежный покров, накатов и колейности не было. По результатам осмотра был составлен акт дорожных условий. Факторов, способствующих ДТП, не установлено, замечаний по содержанию дороги не поступило. Кроме того, он принимал участие в качестве понятого при составлении сотрудниками ДПС протокола осмотра места дорожно-транспортного происшествия, схемы ДТП, осмотра транспортных средств. Замечаний по существу составленных документов не было.

Свои показания, данные на предварительном следствии и оглашенные в судебном заседании свидетель С.Д.П., подтвердил полностью (т.1 л.д.187-189).

Допрошенный в судебном заседании свидетель Т.Д.А., после ознакомления с протоколом осмотра места происшествия, показал, что <дата> работал следователем ОМВД России по Кольскому району. В этот день по указанию оперативного дежурного в составе следственно-оперативной группы выезжал на место ДТП <адрес>, где им был составлен протокол осмотра места происшествия, с применением средств фотофиксиции. Причины ДТП ему не известны. Объяснений от участников ДТП, свидетелей не брал, информацию о ДТП получил от других сотрудников. Им объективно исследовалось место дорожно-транспортного происшествия, вся полученная информация была зафиксирована в протоколе, в том числе, состояние дорожного покрытия: снег и лед. Все следы, которые были обнаружены на месте осмотра, зафиксированы и отражены в протоколе осмотра, других следов на проезжей части не было. Неверное указание в составленном протоколе осмотра направления расположения автомобиля <данные изъяты> передней частью в сторону <адрес>, считает технической опиской, так как на фототаблице зафиксировано расположение транспортных средств на проезжей части. В остальной части протокола всё верно указано. О том, что в ДТП принимал участие грузовой автомобиль ему стало известно в судебном заседании, от следователя было известно только о версии ДТП с участием грузового автомобиля. Причины выезда автомобиля на встречную полосу и другие обстоятельства, предшествовавшие ДТП, не выяснял, так как расследованием уголовных дел по дорожно-транспортным происшествиям занимается специализированный следственный отдел СУ УМВД РФ по г. Мурманску.

Допрошенный в судебном заседании свидетель Т.В.В. показал, что <дата> работал в должности инспектора ДПС ОГИБДД ОМВД России по Кольскому району Мурманской области. После ознакомления с документами, пояснил, что по указанию оперативного дежурного совместно с инспектором ДПС ОГИБДД А.И.В. выезжал на место ДТП, которое произошло на автодороге Р-21 «Кола» с участием автомобилей <данные изъяты>. На месте ДТП он производил замеры с использованием лазерной линейки, составлял схему, акты осмотров транспортных средств, фотографирование, а инспектор А.И.В. по его замерам составлял протокол осмотра места совершения дорожно-транспортного происшествия. В месте ДТП дорога прямая в плане. Зимой обочины нет, поэтому ширина проезжей части на схеме указана от края снежного вала до снежного вала на противоположной стороне. На момент осмотра оба автомобиля располагались на стороне проезжей части по направлению <адрес>. Оба автомобиля имели повреждения, которые отражены в протоколе и актах. На представленной схеме к протоколу осмотра следы торможения автомобилей не отмечены, так как следов на проезжей части на момент осмотра не было. Дорожное полотно было обработано ПСМ, дорожных условий, сопутствующих ДТП, не было, проезжая часть была в хорошем состоянии. Предварительная причина ДТП - нарушение водителем <данные изъяты> п.10.1 Правил дорожного движения – нарушение скоростного режима, далее занос автомобиля. Столкновение произошло на полосе встречного движения. Водителей к моменту осмотра госпитализировали. О грузовом автомобиле, как об участнике ДТП, на момент осмотра ничего не было известно.

Показания свидетеля Т.В.В. подтверждаются составленным им рапортом, из которого следует, что <дата> в 15.30 час. он совместно с инспектором ДПС А.И.В. по указанию оперативного дежурного прибыли на автодорогу Р-21 «Кола» <адрес>, где обнаружили столкновение двух автомобилей: <данные изъяты>, под управлением водителя ФИО2, и <данные изъяты>, под управлением водителя П.Н.М. Было установлено, что водитель автомобиля <данные изъяты> допустил занос своего автомобиля, не справился с управлением, выехал на полосу дороги встречного движения, в результате чего произошло столкновение двух автомобилей. В ходе ДПТ пострадали: водитель автомобиля <данные изъяты> ФИО2, водитель и пассажир автомобиля <данные изъяты> П.Н.М. и П.И.В., которые госпитализированы (т.1 л.д.70).

Кроме того, вина ФИО2 в инкриминируемом преступлении подтверждается иными письменными доказательствами:

Рапортом оперативного дежурного о поступлении информации <дата> в 15.25 час. о том, что на автодороге Кола <адрес> произошло ДТП, есть пострадавшие (т.1 л.д.71).

Рапортами, зарегистрированными в КУСП ОМВД России по Кольскому району от <дата> за №, №, №, о поступлении сообщений о происшествии – госпитализации лиц, пострадавших в ДТП в районе <адрес>: <дата> в 17.30 час. о госпитализации в хирургическое отделение ГОБУЗ «Кольская ЦРБ» П.И.В. с диагнозом – <данные изъяты> (том 1 л.д. 72);

- <дата> в 18 часов 45 минут о госпитализации в торакальное отделение ГОБУЗ «МОКБ им. П.А. Баяндина» ФИО2 с диагнозом – <данные изъяты> (том 1 л.д. 73);

- <дата> в 21 час 35 минут о госпитализации в травматологическое отделение ГОБУЗ «МОМСЧ «Севрыба» П.Н.М. с диагнозом – <данные изъяты> (том 1 л.д. 74).

Согласно протоколу осмотра места происшествия от <дата>, со схемой и фототаблицей, место ДТП расположено в районе <адрес>. Осмотр производился со стороны <адрес>. Погодные условия – ясная погода, естественное освещение, без осадков и тумана. Проезжая часть в месте ДТП – горизонтальная, прямая в плане, асфальтирована, покрытие мокрое, обработано ПСМ, без выбоин и ям. Ширина проезжей части 15,5 м, имеет всего две полосы для движения. Линия дорожной разметки, разделяющая транспортные потоки, не просматривается. Автомобиль <данные изъяты> расположен на проезжей части, передней стороной по направлению <адрес>. Правый боковой интервал до правого края проезжей части составляет от переднего правого колеса 5,0 м, от заднего правого колеса - 5,7 м. Автомобиль марки <данные изъяты> находится правее автомобиля марки <данные изъяты>, правый боковой интервал до правого края проезжей части составляет от переднего правого колеса 2,9 м, от заднего правого - 0,4 м. Передняя часть кузова направлена в сторону <адрес>. Перед автомобилями на правой стороне проезжей части находится осыпь осколков, длинной 3,5 м. На схеме и фототаблице зафиксированы расположение транспортных средств на момент осмотра (т. 1 л.д. 43-50, 51-62).

В актах осмотров транспортных средств <данные изъяты>, отражены повреждения транспортных средств, зафиксированные на месте ДТП (т.1 л.д. 56, 57).

Согласно акту обследования дорожных условий в месте совершения ДТП от <дата>, место совершения ДТП расположено в Мурманской области, Кольском районе на федеральной дороге «Кола» Р-21, <адрес>, дорожные условия, сопутствующие ДТП, отсутствуют (т.1 л.д.67).

Согласно топографического плана с дислокацией дорожных знаков участка проезжей части автодороги «Кола» Р-21 с <адрес> по состоянию на <дата>, на отметках <адрес> установлен дорожный знак 1.14 «Крутой подъем»; на отметке <адрес> установлен дорожный знак 5.15.3 «Начало полосы» (в направлении движения из <адрес>); на отметке <адрес> установлен дорожный знаки 5.15.7 «Направление движения по полосам» (в направлении движения со стороны <адрес> имеется две полосы для движения). На участке дороги с отметки <адрес>, где установлен дорожный знак 3.21 «Конец зоны запрещения обгона» и до <адрес> по направлению движения в <адрес>, дорожных знаков не установлено (т.2 л.д.142-144).

По сообщению ФГБУ «Мурманское УГМС» от <дата> №, <дата> с 14 час 45 мин до 15 час 45 мин наблюдалась облачная погода, без осадков, на дорогах гололедица, метеорологическая дальность видимости хорошая, ветер южный 4-8 м/с; температура воздуха – минус 4 градуса по Цельсию (т. 2 л.д. 139).

В ходе выемки у ФИО2 изъят автомобиль марки <данные изъяты>, находящийся на автостоянке по адресу: <адрес> (т. 1 л.д. 246-251).

Осмотром автомобиля марки <данные изъяты>, установлены повреждения в виде деформации правой стороны кузова, вмятин правой средней стойки и правых дверей во внутрь салона, передней и задней правой стойки правого переднего и заднего крыла, правого порога, разбитых стекол правой стороны кузова, зеркала заднего вида, трещины лобового стекла, крышки багажника, системы рулевого управления автомобиля. Передние блок фары и бампер отсутствуют, задняя правая фара разбита. На нижней части передней правой двери имеется зеркально отпечатавшийся на грязевом слое, государственный регистрационный знак <данные изъяты>. Переднее левое крыло имеет деформацию направлением спереди назад, на крыле имеется наслоение красящего вещества черного цвета на середине крыла над колесной аркой. В ходе осмотра левое переднее крыло с автомобиля демонтировано и изъято.

Результаты осмотра автомобиля отражены в протоколе осмотра от <дата> с фототаблицей (т. 2 л.д. 1-15). Автомобиль <данные изъяты>, в соответствии с требованиями УПК РФ признан вещественным доказательством, приобщен к делу, передан на ответственное хранение ФИО2 (т.2 л.д. 16,17,18).

Из заключения судебной экспертизы лакокрасочных материалов и покрытий № от <дата> с фототаблицей, следует, что на левом переднем крыле автомобиля марки <данные изъяты>, имеются наслоения в виде притертости полимерного материала черного цвета (т. 2 л.д. 131-135).

Результаты осмотра переднего левого крыла с автомобиля марки <данные изъяты>, имеющего деформацию направлением спереди назад, а также наслоение красящего вещества черного цвета на середине крыла над колесной аркой, отражены в протоколе осмотра предметов от <дата> с приложением фототаблицы (т. 2 л.д. 19-21). Указанное крыло приобщено в качестве вещественного доказательства и помещено на хранение в камеру хранения вещественных доказательств СО по ДТП СУ УМВД России по г. Мурманску (т. 2 л.д. 22).

Автомобиль марки <данные изъяты>, в ходе выемки изъят у представителя ООО «Гуд Агро» (т. 2 л.д. 32-37).

Осмотром автомобиля марки <данные изъяты>, установлены повреждения в виде: деформации передней части кузова, передней левой двери и стойки, капота, переднего левого и правого крыла. Отсутствуют: передний бампер и фары, левое зеркало заднего вида, стекло левой передней двери, лобовое стекло имеет паутинообразную трещину. Результаты осмотра зафиксированы в протоколе осмотра предметов от <дата> с фототаблицей (т. 2 л.д. 38-45). Автомобиль марки <данные изъяты>, в соответствии с требованиями УПК РФ признан вещественным доказательством, приобщен к настоящему уголовному делу, передан на ответственное хранение представителю ООО «Гуд Агро» (т. 2 л.д. 47-48).

Согласно картам вызова бригад скорой медицинской помощи №, №, № от <дата>, прибывших по вызову о ДТП, произошедшем на федеральной трассе <адрес><дата>, с места ДТП госпитализирована ФИО2 с диагнозом: <данные изъяты> (т. 2 л.д. 67); П.Н.М. с диагнозом: <данные изъяты> (т. 2 л.д. 68); П.И.В., с диагнозом: <данные изъяты> (т. 2 л.д. 71).

Как следует из заключения судебной медицинской экспертизы № от <дата>, акта судебно-медицинского исследования труппа № от <дата>, причиной смерти П.И.В. явилась сочетанная тупая травма в виде повреждений внутренних органов, переломов костей скелета. У П.И.В. обнаружены следующие телесные повреждения, входящие в состав сочетанной тупой травмы тела: <данные изъяты> Данный комплекс телесных повреждений образовался незадолго до поступления П.И.В. в лечебное учреждение <дата> от действия твердого тупого предмета (предметов), и оценивается как тяжкий вред здоровью, так как подобные повреждения по своему характеру непосредственно угрожает жизни человека и находится в прямой причинно-следственной связи со смертью П.И.В. Характер имеющихся повреждений, локализация, механизм их свидетельствуют о том, что данные повреждения образовались при дорожно-транспортного происшествии, в результате травмы внутри салона автомобиля. Смерть П.И.В. наступила <дата> в 21 час 15 минут в ГОБУЗ «Мурманская областная клиническая больница им. П.А. Баяндина» (т. 2 л.д. 81-87).

В соответствии с заключением автотехнической судебной экспертизы № от <дата>, водитель П.Н.М. должна была действовать в соответствии с требованиями п. 10.1 (абзац 2) Правил дорожного движения. В сложившейся дорожной ситуации действия водителя П.Н.М. не противоречили требованиям п. 10.1 (абзац 2) Правил дорожного движения, с технической точки зрения, не находятся в причинной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием. Водитель П.Н.М. не располагала технической возможностью предотвратить столкновение.

Водитель ФИО2 должна была руководствоваться требованиями п.п. 1.3, 1.5 (абзац 1) и 10.1 (абзац 1) Правил дорожного движения. Действия водителя ФИО2 в данной дорожной ситуации не соответствовали требованиям п.п. 1.3, 1.5 (абзац 1) и 10.1 (абзац 1) Правил дорожного движения, с технической точки зрения, находятся в причинной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием (т. 2 л.д. 160-166).

Допрошенный в судебном заседании эксперт Ф.С.Б. показал, что им по уголовному делу была проведена судебная автотехническая экспертиза. При производстве экспертизы им использовались не только параметры, заданные следователем в постановлении, но и первичные документы: протоколы осмотра места происшествия, акты осмотров транспортных средств - участников ДТП, схемы, фототаблицы, в том числе, показания водителей, участвовавших в ДТП, и свидетелей. Было представлено на экспертизу все уголовное дело, представленных материалов было достаточно для дачи заключения по постановленным вопросам. Выводы в заключении основаны на фактических данных по материалам дела и дорожной ситуации, заданной следователем. Исходя из описанного механизма, автомобиль <данные изъяты> мог находиться в контакте с грузовым автомобилем, скорее с задней частью автомобиля. Достоверно возможно сказать, только при наличии конкретного грузового автомобиля. Для вывода о выезде грузового автомобиля на встречную полосу, нужны следы. Вопросы по трасологии не ставились, так как протоколы осмотров и схемы не содержат следовой информации. Следователем задана дорожная ситуация – имел место занос. Согласно осмотру проезжая часть - мокрый асфальт посыпана ПСМ, водители должны учитывать дорожные и метеорологические условия. Причины заноса различные: состояние проезжей части, резковатое торможение или ускорение, резкий поворот руля, дорожные условия, при которых правые колеса выезжают на более скользкий участок дороги и возникает занос. Объективных причин для заноса, исходя из материалов уголовного дела, не было. В данном случае, причины заноса – не правильное управление автомобилем, в результате которого возникает крутящий момент, который приводит к заносу. Как правило, к тому времени, автомобиль теряет управляемость, даже если пытаться вывести его из заноса, а на тот момент он находился в состоянии заноса в результате возникшего крутящего момента, автомобиль разворачивает против движения направления часовой стрелки, и, как правило, поворот рулевого колеса в сторону заноса уже практически не помогает, поскольку утрачивается сцепление с дорогой и автомобиль движется в том направлении, в котором двигался в момент столкновения. Учитывая, что у <данные изъяты> передний привод, автомобиль разворачивает против часовой стрелки, естественно движение в сторону левой обочины, что и подтверждает выезд на левую обочину. У автомобиля <данные изъяты> повреждена левая часть кузова, что подтверждает, что вращение было против часовой стрелки и в левую сторону. Место столкновения грузового автомобиля и автомобиля <данные изъяты> не установлено. Техническая возможность определяется для водителя в том случае, если имело место внезапное возникновение опасности. Поскольку следов на схеме и в протоколе осмотра не зафиксировано, то установить, как двигался грузовой автомобиль, не представляется возможным. До момента столкновения действия водителя грузового автомобиля не выходили за пределы требования правил. Для вывода о том, имела ли водитель ФИО2 возможность избежать столкновения с грузовым автомобилем, необходимо знать удаление ее от места столкновения и момент возникновения опасности, при этом опасность для нее должна быть внезапной. В зимнее время разметки нет, водитель визуально делит проезжую часть пополам. Из протокола осмотра следует, что ширина дороги 15,5 метров, в каждом направлении 7,5 метров, довольно широкие полосы, необходимости водителю <данные изъяты> увеличивать боковой интервал не было, этот интервал был достаточным, проезду не мешал. Даже если допустить, что грузовой автомобиль частично выехал на встречную полосу движения.

Из показаний эксперта Ф.С.Б., данных на предварительном следствии и оглашенных в судебном заседании следует, что грузовой автомобиль двигался прямолинейно, на левую сторону дороги не выезжал, момент возникновения опасности для водителя грузового автомобиля возник в момент фактического разъезда с автомобилем марки <данные изъяты>, т.е. в момент, когда для него возникла опасность, автомобиль <данные изъяты> фактически находился вне поля зрения водителя. Сам момент возникновения опасности тот видеть не мог, так как должен был следить за дорожной обстановкой по направлению своего движения. Поэтому до момента столкновения автомобиля <данные изъяты> с грузовым автомобилем, действия водителя грузового автомобиля не выходили за пределы регламентации требований ПДД. Таким образом, решать вопросы о наличии у данного водителя технической возможности предотвратить ДТП и о соответствии действий требованиям ПДД, не имеет смысла (т. 2 л.д. 177-179).

Оценивая исследованные в судебном заседании доказательства, суд считает их достоверными, допустимыми, относимыми и в своей совокупности достаточными для вывода о доказанности вины подсудимой ФИО2

В судебном заседании достоверно установлено, что ФИО2, в нарушение требований п.п.1.3, 1.5 (абзац 1), 10.1 (абзац 1) ПДД РФ, управляя автомобилем <данные изъяты>, не учла особенности и состояние управляемого транспортного средства, дорожные и метеорологические условия, и выбрала скорость, не обеспечивающую ей возможность постоянного контроля за движением автомобиля. При встречном разъезде с грузовым автомобилем, ФИО2 неправильно применила органы управления автомобилем, допустила его занос, утратила контроль за движением автомобиля, вследствие чего выехала на сторону встречного движения, где совершила столкновение с грузовым автомобилем, а затем с автомобилем <данные изъяты>. В результате столкновения автомобилей <данные изъяты>, пострадала пассажир автомобиля <данные изъяты> П.И.В., которая от полученных телесных повреждений, скончалась в больнице <дата>. Между нарушением водителем ФИО2 требований пунктов 1.3, п.1.5 (абзац 1), 10.1 (абзац 1) Правил дорожного движения РФ, столкновением автомобиля <данные изъяты> с автомобилем <данные изъяты> и причинением по неосторожности смерти П.И.В. имеется причинно-следственная связь.

Вина ФИО2 в совершении преступления полностью подтверждается заключением экспертизы № от <дата>, в том, что несоответствие действий водителя ФИО2 требованиям п.п. 1.3., 1.5 (абзац 1), 10.1 (абзац 1) Правил дорожного движения РФ с технической точки зрения находятся в прямой причинной связи с произошедшим ДТП. Заключение научно обоснованно, составлено компетентным специалистом, имеющим квалификационную категорию и большой стаж работы по специальности, составлено на основании анализа объективных данных. Данный вывод эксперта подтвержден протоколами осмотра места дорожно-транспортного происшествия, схемой места ДТП, актами осмотров транспортных средств, в которых зафиксированы повреждения автомобилей после ДТП, сведениями о состоянии дорожного покрытия на месте ДТП, топографической картой с дислокацией дорожных знаков участка автодороги «Кола» в районе <адрес>.

Указанные доказательства полностью согласуются с показаниями свидетелей Т.В.В., Т.Д.А., С.Д.П., выезжавших на место ДТП, непосредственно принимавших участие в осмотре места совершения дорожно-транспортного происшествия, а также с показаниями свидетелей П.Е.И. и П.Н.М. Оснований не доверять составленным на месте происшествия протоколам осмотров, актам осмотров, у суда нет, так как содержащиеся в них сведения полностью согласуются с иными доказательствами и подтверждаются показаниями указанных свидетелей, в том числе, со схемой места ДТП, составленной П.Е.И.

Судом установлено, что при производстве экспертизы экспертом использовались не только параметры, заданные следователем в постановлении, но и первичные документы: протоколы осмотра места происшествия, акты осмотров транспортных средств - участников ДТП, схемы, фототаблицы, в том числе, показания водителей, участвовавших в ДТП, и свидетелей. Допрошенный в судебном заседании эксперт Ф.С.Б. подтвердил, что представленных материалов было достаточно для дачи заключения по постановленным вопросам. Выводы в заключении основаны на объективных данных по материалам дела и дорожной ситуации, заданной следователем, что опровергает доводы стороны защиты о том, что выводы эксперта не состоятельны, так как основаны только на исходных данных, указанных в постановлении следователя. Поскольку протоколы осмотров и схемы не содержат следовой информации, вопросы по трасологии не ставились.

Подсудимая ФИО2 в судебном заседании свою вину в совершении преступления не признала, ссылаясь на то, что ее автомобиль не находился в состоянии заноса и не выезжал на полосу встречного движения, а причиной ДТП послужил выезд грузового автомобиля на полосу ее движения и последующее столкновение задней части грузового автомобиля с передней левой частью ее автомобиля.

Суд критически относится к данным показаниям, так как эти показания опровергаются доказательствами, исследованными в судебном заседании, в том числе, показаниями свидетелей П.Е.И. и П.Н.М., которые являлись очевидцами дорожно-транспортного происшествия и показали, что причиной ДТП явились действия водителя автомобиля <данные изъяты> ФИО2, которая при встречном разъезде с грузовым автомобилем допустила занос управляемого автомобиля, выехала на полосу встречного движения, где столкнулась сначала с грузовым автомобилем, а потом с автомобилем <данные изъяты> Грузовой автомобиль до и после разъезда с автомобилем <данные изъяты> двигался по своей полосе движения, направление движения не менял, на встречную полосу не выезжал.

Доводы стороны защиты о том, что показания свидетеля П.Н.М. носят предположительный характер, поскольку она не видела момент столкновении автомобиля <данные изъяты> с грузовым автомобилем, а также то, что водитель П.Н.М. нарушила ПДД, не предприняв меры к предотвращению ДТП, суд находит не состоятельными, так как свидетель П.Н.М. двигалась во встречном направлении и наблюдала, что автомобиль <данные изъяты> находился в состоянии заноса еще до столкновения с грузовым автомобилем, тогда как траектория движения грузового автомобиля в этот момент не менялась, и тот двигался по своей полосе движения. Кроме того, согласно выводам эксперта, данным в заключении, следует, что в сложившейся дорожной ситуации действия П.Н.М. не противоречили требованиям Правил дорожного движения и не находились в прямой причинно-следственной связи с дорожно-транспортным происшествием, так как водитель П.Н.М. не имела технической возможности предотвратить столкновение. Указанные выводы подтвердил эксперт Ф.С.Б. в судебном заседании.

Оснований не доверять показаниям свидетелей П.Е.И. и П.Н.М. у суда нет, так как они логичны, последовательны, полностью согласуются между собой как в целом, так и в деталях, дополняют друг друга, и подтверждаются письменными материалами уголовного дела, в том числе, протоколами осмотра места совершения дорожно-транспортного происшествия, схемой и фототаблицей, согласно которым в месте ДТП проезжая часть шириной 15,5 м, прямая в плане, горизонтальная, суд находил их достоверными и допустимыми.

Факторов, способствующих ДТП, в ходе следствия не установлено, что подтверждается актом обследования дорожных условий в месте совершения ДТП от <дата>. Препятствий для безопасного разъезда с грузовым автомобилем у водителя ФИО2 не было. Расположение грузового автомобиля несколько ближе к середине проезжей части, не создавало никакой опасности для движения автомобиля <данные изъяты> и не препятствовало разъезду автомобилей, эти выводы подтвердила свидетель П.Е.И. в судебном заседании, а также эксперт Ф.С.Б., указав, что ширина проезжей части в месте ДТП не менее 7,5 м в каждом направлении была достаточной для безопасного разъезда автомобиля <данные изъяты> и неустановленного грузового автомобиля, даже в том случае, если бы грузовой автомобиль частично сместился на полосу встречного движения.

Довод подсудимой о том, что опасность для нее возникла внезапно, когда грузовой автомобиль выехал на полосу ее движения, опровергается показаниями свидетелей П.Е.И. и П.Н.М.

К доводам защиты о неполноте следствия, так как не установлен грузовой автомобиль, не установлено место столкновения автомобиля <данные изъяты> и грузового автомобиля, на какой полосе движения и под каким углом произошло столкновение, что, по мнению защиты, свидетельствует о недоказанности вины ФИО2 в инкриминируемом деянии, суд относится критически и расценивает их как защитную позицию, с целью избежать наказания за содеянное.

Причиной выезда автомобиля <данные изъяты> явилось не соблюдение водителем ФИО2 требований п.10.1 (абзац 1) Правил дорожного движения, которая не учла особенности и состояние транспортного средства, дорожные и метеорологические условия, и выбрала скорость, которая не обеспечивала ей возможность постоянного контроля за движением автомобиля, в результате чего неправильно применила органы управления автомобилем, допустила его занос, утратила контроль за автомобилем, выехала на полосу встречного движения, где столкнулась с грузовым автомобилем, а затем с автомобилем <данные изъяты>, в котором находилась пассажир П.И.В.

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № от <дата>, причиной смерти П.И.В. явилась сочетанная тупая травма в виде повреждений внутренних органов, переломов костей скелета. Характер имеющихся телесных повреждений, локализация, механизм их свидетельствует о том, что данные телесные повреждения могли образоваться при дорожно-транспортном происшествии, например, в результате травмы внутри салона автомобиля.

Таким образом, между нарушением водителем ФИО2 правил дорожного движения, произошедшим дорожно-транспортным происшествием и причинением смерти по неосторожности П.И.В. имеется прямая причинно-следственная связь.

Действия подсудимой ФИО2 суд квалифицирует по ч.3 ст.264 УК РФ, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека.

Назначая наказание, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, данные о личности виновного, обстоятельства смягчающие наказание, влияние назначаемого наказания на исправление осужденной и условия ее жизни.

ФИО2 не судима, совершила впервые неосторожное преступление средней тяжести, привлекалась к административной ответственности в области нарушения правил дорожного движения, на <данные изъяты>

По месту жительства участковым уполномоченным полиции, а также жильцами дома, характеризуется в положительной стороны, жалоб в ее адрес не поступало.

Отягчающих наказание обстоятельств, судом не установлено.

Обстоятельством, смягчающим наказание ФИО2, суд признает состояние ее здоровья, поскольку в результате ДТП ФИО2 получила телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью (т.2 л.д.114-120)

Поскольку обстоятельств, предусмотренных п.п. «и,к» ч.1 ст. 62 УК РФ, судом не установлено, оснований для применения ч.1 ст. 62 УК РФ у суда не имеется.

С учетом обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, суд не находит оснований для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ и изменения категории преступления на менее тяжкую.

С учетом обстоятельств и тяжести совершенного преступления, данных о личности ФИО2 и формы ее вины в содеянном, влияния назначаемого наказания на исправление осужденной и условия ее жизни, суд считает исправление ФИО2 возможным без изоляции от общества, полагает необходимым назначить ей наказание в виде лишения свободы, с применением положений ст.73 УК РФ, возложив на осужденную ряд обязанностей, которые будут способствовать ее исправлению.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновной, ее поведением во время и после совершения преступления, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, судом не установлено, оснований для применения ст. 64 УК РФ не имеется.

С учетом тяжких последствий, наступивших в результате нарушения ФИО2 требований ПДД РФ, а также мнения потерпевших, оснований не назначать ей дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортным средством, суд не находит.

Прокурором Кольского района в интересах Российской Федерации заявлен гражданский иск о взыскании с ФИО2 в доход государства в пользу Территориального фонда обязательного медицинского страхования Мурманской области (далее ТФОМС) расходов, затраченных на лечение потерпевшей П.И.В. в размере 205285 руб. 53 коп.

Потерпевшей Б.Ю.В. заявлен гражданский иск о взыскании с ФИО2 материального ущерба, а именно расходов на лечение потерпевшей, расходов на погребение, на общую сумму 87268 руб., а также о взыскании денежной компенсации морального вреда в сумме 1000000 рублей, в обоснование которого указала, что в результате ДТП погибла ее родная сестра, с которой у нее были очень близкие отношения. В связи с потерей близкого человека она испытывает глубокие нравственные и физические страдания, от которых не оправилась до настоящего времени. Кроме того, просит взыскать с подсудимой 50000 рублей за участие представителя в уголовном деле и оказание юридической помощи адвокатом К.Р.В., с которым у нее заключено соглашение.

Подсудимая ФИО2, заявленный прокурором иск в пользу ТФОМС о взыскании расходов, затраченных на лечение потерпевшей П.И.В., а также иск о возмещении материального ущерба потерпевшей Б.Ю.В. и взыскании денежной компенсации морального вреда не признала в полном объеме.

В соответствии с ч. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ч.1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В силу ст. 1099-1101 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными статьей 151 ГК РФ. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности. Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

В силу пункта 1 статьи 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Расходы, затраченные ТФОМС на лечение потерпевшей П.И.В., а также расходы потерпевшей Б.Ю.В., затраченные на лечение, а в дальнейшем на погребение потерпевшей П.И.В., подтверждены представленными суду документами, являются обоснованными, и подлежат взысканию с подсудимой ФИО2 в полном объеме.

При определении размера компенсации морального вреда, в соответствии с требованиями ст.ст. 151, 1100-1101 ГК РФ суд учитывает обстоятельства причинения вреда, характер и объем причиненных нравственных страданий, а также то, что подсудимая совершила неумышленное преступление. С учетом требований разумности и справедливости и материального положения ФИО2, которая является трудоспособной, суд считает соразмерной причиненному моральному вреду денежную компенсацию потерпевшей в размере 200000 рублей. Оснований для взыскания денежной компенсации морального вреда в требуемом потерпевший размере 1000000 рублей, суд не находит.

Как следует из материалов дела, для оказания юридической помощи потерпевшая Б.Ю.В. заключила соглашение с адвокатом К.Р.В., который на основании ордера и соглашения участвовал на предварительном следствии в качестве представителя и был допущен к участию в деле постановлением следователя, а также участвовал в судебном заседании в ходе рассмотрения уголовного дела. Обоснованность расходов на представителя, понесенных потерпевшей Б.Ю.В., подтверждается представленными документами, в силу закона подлежат возмещению в полном объеме за счет средств подсудимой.

Решение о судьбе вещественных доказательств суд принимает в соответствии с ч.3 ст.81 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.308-310 УПК РФ,

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО2 признать виновной в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ и назначить ей наказание в виде лишения свободы на срок 3 (три) года, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 3 (три) года.

На основании ст.73 УК РФ назначенное ФИО2 наказание в виде лишения свободы считать условным, с испытательным сроком 3 (три) года, в течение которого осужденная своим поведением должна доказать исправление.

В силу ч.5 ст.73 УК РФ возложить на ФИО2 на период испытательного срока исполнение обязанностей:

- не менять место жительства и регистрации без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за исправлением условно осужденных;

- ежемесячно являться на регистрацию в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за исправлением условно осужденных.

Дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, исполнять реально.

Меру пресечения ФИО2 оставить прежнюю – подписку о невыезде и надлежащем поведении, по вступлению приговора в законную силу - отменить.

Гражданский иск прокурора Кольского района Мурманской области в интересах Российской Федерации о взыскании с ФИО2 в пользу ТФОМС расходов, затраченных на лечение потерпевшей П.И.В., и гражданский иск потерпевшей Б.Ю.В. о взыскании с ФИО2 имущественного ущерба, причиненного преступлением - удовлетворить.

Взыскать с ФИО2: в пользу Территориального фонда обязательного медицинского страхования Мурманской области ущерб в сумме 205285 (двести пять тысяч двести восемьдесят пять) рублей 53 копейки; в пользу Б.Ю.В. материальный ущерб в сумме 87268 (восемьдесят семь тысяч двести шестьдесят восемь) рублей.

Гражданский иск потерпевшей Б.Ю.В. о взыскании с ФИО2 компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу Б.Ю.В. денежную компенсацию морального вреда в размере 200000 (двести тысяч) рублей.

Взыскать с ФИО2 в пользу потерпевшей Б.Ю.В. расходы на представителя в сумме 50000 (пятьдесят тысяч) рублей.

Вещественные доказательства: автомобиль <данные изъяты>, принадлежащий ООО «Гуд Агро», находящийся на хранении по адресу: <адрес>, возвратить по принадлежности собственнику; автомобиль <данные изъяты>, переданный на хранение ФИО2, необходимо оставить по принадлежности, крыло от автомобиля <данные изъяты>, находящееся в камере вещественных доказательств СО по ДТП СУ УМВД РФ по г. Мурманску, – возвратить собственнику.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Мурманский областной суд через Кольский районный суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденной – в тот же срок со дня вручения ей копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы или апелляционного представления, осужденная в течение 10 суток с момента вручения жалобы или представления, вправе ходатайствовать о своем участии в заседании суда апелляционной инстанции, отказаться от защитника, ходатайствовать перед судом о назначении защитника, а также пригласить защитника по своему усмотрению для участия в заседании суда апелляционной инстанции, о чем она должна указать в своей апелляционной жалобе или заявлении.

Председательствующий Е.А. Буденкова