Апелляционное постановление № 22-335/2023 22-335/2024 от 12 мая 2024 г. по делу № 1-17/2024

дело № 22-335/2023


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Владикавказ 13 мая 2024 года

Верховный Суд Республики Северная Осетия-Алания в составе:

председательствующего судьи Баликоева С.Д.

при ведении протокола секретарём судебного заседания Кобесовой М.Г.,

с участием:

прокурора уголовно-судебного отдела прокуратуры Республики Северная Осетия-Алания ФИО1,

Ц.Б.Ш. – лица, в отношении которого уголовное дело прекращено,

защитников Ц.Б.Ш. – адвокатов Езеевой З.Г. и Демченко Ю.П.,

рассмотрел в судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя Кулумбегова Г.В. на постановление Дигорского межрайонного суда Республики Северная Осетия-Алания от 3 апреля 2024 года, которым уголовное дело в отношении

Ц.Б.Ш., ... года рождения, уроженца ..., РСО-Алания, гражданина Российской Федерации, со средним специальным образованием, женатого, имеющего на иждивении одного несовершеннолетнего ребёнка, военнообязанного, не работающего, ранее не судимого, зарегистрированного и проживающего по адресу: РСО-Алания, ...,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 222 УК РФ, прекращено с освобождением от уголовной ответственности и назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа в размере 10 000 (десять тысяч) рублей.

Ц.Б.Ш. установлен срок 30 суток со дня вступления постановления в законную силу, в течение которого он обязан уплатить судебный штраф, а также разъяснено, что в случае неуплаты судебного штрафа в установленный судом срок, постановление о прекращении уголовного дела и назначении меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа будет отменено и он будет привлечён к уголовной ответственности.

Постановлением разрешена судьба вещественных доказательств и взысканы процессуальные издержки.

Заслушав доклад судьи Баликоева С.Д. об обстоятельствах дела, содержании постановления, доводах апелляционного представления, выслушав выступления участников процесса, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

органом предварительного расследования Ц.Б.Ш. обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 222 УК РФ.

Постановлением судьи Дигорского межрайонного суда Республики Северная Осетия-Алания от 3 апреля 2024 года уголовное дело в отношении Ц.Б.Ш. прекращено с освобождением его от уголовной ответственности и назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа в размере 10 000 рублей, и установлен срок, в течение которого он обязан уплатить штраф.

С постановлением не согласен государственный обвинитель – помощник прокурора Дигорского района Республики Северная Осетия-Алания Кулумбегов Г.В., который в апелляционном представлении считает принятое решение подлежащим отмене ввиду неправильного применения уголовного закона и существенного нарушения уголовно-процессуального закона.

В обоснование указывает, что признание вины Ц.Б.Ш., его положительные характеристики по месту жительства, наличие малолетнего ребёнка на иждивении, совершение впервые преступления средней тяжести, не могут являться достаточными основаниями для принятия решения в соответствии со ст. 25.1 УПК РФ, в связи с чем указанные выводы суда нельзя признать основанными на законе, а вынесенное постановление - отвечающим целям и задачам уголовного судопроизводства.

Указывает, что в силу ст. 76.2 УК РФ условиями освобождения лица от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа, впервые совершившего преступление небольшой или средней тяжести, являются возмещение или заглаживание причинённого преступлением вреда, при этом вывод о возможности или невозможности такого освобождения должен быть обоснован ссылками на фактические обстоятельства, исследованные в судебном заседании.

Между тем Ц.Б.Ш. совершил преступление, направленное против общественной безопасности, создающее угрозу для неопределённого круга лиц, государства и общества в целом, являющееся фактором, потенциально способствующим совершению тяжких и особо тяжких преступлений. Однако как установлено материалами дела, а также в судебном заседании, Ц.Б.Ш. не приняты меры по заглаживанию вреда по уголовному делу о преступлении, направленном против общественной безопасности.

Считает вывод суда о выполнении обязательного условия в виде заглаживания вреда необоснованным.

Просит постановление отменить, а уголовное дело передать на новое рассмотрение в Дигорский межрайонный суд Республики Северная Осетия-Алания.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе и возражениях, выслушав выступления участников процесса, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановления судьи должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Согласно положениям ст. 25.1 УПК РФ, допускается прекращение уголовного дела в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, если лицо возместило ущерб или иным образом загладило причинённый преступлением вред, с назначением данному лицу меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа. Лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, на основание ст. 76.2 УК РФ может быть освобождено судом от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа в случае, если оно возместило ущерб или иным образом загладило причиненный преступлением вред.

По смыслу закона, вывод о возможности или невозможности такого освобождения, к которому придёт суд в своём решении, должен быть обоснован ссылками на фактические обстоятельства, исследованные в судебном заседании. Суд обязан не просто констатировать наличие или отсутствие указанных в законе оснований для освобождения от уголовной ответственности, а принять справедливое и мотивированное решение с учётом всей совокупности данных, характеризующих, в том числе, особенности объекта преступного посягательства, обстоятельства его совершения, предпринять конкретные действия, направленные на возмещение ущерба или заглаживание причинённого преступлением вреда, которые влекут изменение степени общественной опасности деяния вследствие таких действий, с учётом личность виновного, а также обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание.

По настоящему делу эти требования уголовного и уголовно-процессуального законов судом первой инстанции не были соблюдены.

Принимая решение об удовлетворении ходатайства адвоката Езеевой З.Г. об освобождении Ц.Б.Ш. от уголовной ответственности и назначении меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа, суд указал, что Ц.Б.Ш. обвиняется в совершении преступления средней тяжести впервые, ранее не привлекался к уголовной ответственности, способствовал раскрытию преступления, учитывая обстоятельства дела, не подыскивал целенаправленно способы приобретения огнестрельного оружия, а нашёл его во время сбора кукурузы в поле, и, проявив интерес к находке, решил оставить его себе, что материалы дела не содержат сведений о том, что последний когда-либо использовал оружие для производства выстрелов, и иных противоправных действиях Ц.Б.Ш., просто принёс оружие в дом, завернул в газету и больше не трогал, в содеянном раскаялся, заявил о рассмотрении дела в особом порядке.

Суд также расценил действия Ц.Б.Ш. после обнаружения преступления, как направленные на снижение общественной опасности преступления, а с учётом его личности, положительных характеристик, посчитал, что по делу установлены все условия для применения положений ст. 76.2 УК РФ, в связи с чем пришёл к выводу о возможности его освобождения от уголовной ответственности с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа.

Вместе с тем такой вывод суда нельзя признать законным и обоснованным по следующим основаниям.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 16.1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», освобождение от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа в соответствии со ст. 76.2 УК РФ возможно при наличии указанных в этой норме закона условий, а именно: лицо впервые совершило преступление небольшой или средней тяжести и возместило ущерб или иным образом загладило причинённый преступлением вред.

В соответствии с п. 2.1 данного постановления, под ущербом следует понимать имущественный вред, который может быть возмещён в натуре, в частности, путём предоставления имущества взамен утраченного, ремонта или исправления повреждённого имущества), в денежной форме, например, возмещение стоимости утраченного или поврежденного имущества, компенсации расходов на лечение и т.д. Однако под заглаживанием вреда (ч. 1 ст. 75, ст. 76.2 УК РФ) понимается любая имущественная, в том числе денежная, компенсация морального вреда, а также оказание какой-либо помощи потерпевшему, принесение ему извинений, принятие иных мер, направленных на восстановление нарушенных в результате преступления прав потерпевшего, законных интересов личности, общества и государства. Способы возмещения ущерба и заглаживания вреда должны носить законный характер и не ущемлять права третьих лиц.

Перечень форм и способов заглаживания причинённого преступлением вреда по уголовным делам о преступлениях, направленных против общественной безопасности, законодателем не установлен и регулируется, соответственно, не ограничен законом, поэтому, подлежит расширительному, но аутентичному толкованию.

Так, исходя из судебной практики, по преступлениям с формальным составом заглаживанием причинённого преступлением вреда может быть выполнение лицом, привлечённым к уголовной ответственности, до вынесения судом постановления о назначении ему судебного штрафа, общественных работ в любом социальном учреждении, в частности, в детском доме (доме ребёнка), доме инвалидов (реабилитационном центре), благотворительном фонде, волонтёрской организации и т.д., а также пожертвования им денежных средств в эти учреждения, центры, фонды и организации на благотворительность или оказание необходимой материальной помощи в виде передачи полезного имущества (игрушек, слуховых аппаратов, инвалидных колясок, бытовых приборов, средств гигиены и т.пр.). При этом следует иметь ввиду, что без совершения привлечённым к уголовной ответственности лицом реальных и конкретных действий и поступков, приносящих пользу обществу и государству, само по себе даже занятие им благотворительной деятельностью не может однозначно свидетельствовать о выполнении условий, предусмотренных ст. 25.1 УПК РФ и ст. 76.2 УК РФ и указывающих на заглаживание ими вреда и восстановление нарушенных в результате преступлений прав и законных интересов общества и государства.

Суд первой инстанции, ссылаясь на приведённые правовые нормы, односторонне и ошибочно истолковал их, указав лишь о восстановлении путём заглаживания вреда нарушенных прав потерпевшего, тогда как в соответствии с вышеуказанными нормами вред может быть причинён не только потерпевшему (конкретному физическому либо юридическому лицу), но и законным интересам общества и государства, который также подлежит заглаживанию иначе будет незаконным применение ст. 25.1 УПК РФ и ст. 76.2 УК РФ.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, чётко выраженной в Определении от 26 октября 2017 года № 2257-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданки ФИО2 на нарушение её конституционных прав пунктом 1 статьи 1 Федерального закона от 3 июля 2016 года № 323-ФЗ «О внесении изменений в Уголовный кодекс Российской Федерации и Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации по вопросам совершенствования оснований и порядка освобождения от уголовной ответственности», общественно опасные последствия совершенного преступления - в зависимости от конструкции его состава: материального или формального - могут входить или не входить в число его обязательных признаков. Вместе с тем отсутствие указаний на такие последствия в диспозиции соответствующей статьи Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации в качестве признака состава предусмотренного ею преступления не означает, что совершение этого преступления не влечёт причинение вреда или реальную угрозу его причинения. Федеральный законодатель, в рамках своих полномочий определяя содержание уголовного закона, устанавливает преступность тех или иных общественно опасных деяний, их наказуемость, а также порядок привлечения виновных к уголовной ответственности, учитывая при этом степень распространенности таких деяний, значимость охраняемых законом ценностей, на которые они посягают, и существенность причиняемого ими вреда (Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 27 июня 2005 года № 7-П и от 10 февраля 2017 года № 2-П). Именно поэтому часть первая статьи 73 УПК Российской Федерации признаёт подлежащим доказыванию обстоятельством наряду с событием преступления (пункт 1) характер и размер вреда, причинённого преступлением (пункт 4).

Как видно из материалов уголовного дела, каких-либо мер, направленных на восстановление законных интересов общества и государства, нарушенных в результате совершённого преступления, Ц.Б.Ш.. предпринято не было. В судебном заседании вопрос заглаживания вреда, причинённого преступлением, не выяснялись, также и обжалуемое постановление не содержит информации о предпринятых осуждённым (подсудимым) мерах по заглаживанию вреда, причинённого общественной безопасности вследствие совершённого им преступления.

Таким образом, при вынесении решения судом первой инстанции не было учтено, что совершение преступления с формальным составом, к которым относится предусмотренное ч. 1 ст. 222 УК РФ преступление, в совершении которого обвиняется Ц.Б.Ш. не свидетельствует об отсутствии вреда, причинённого охраняемым законом интересам общества и государства. Между тем вред может быть заглажен в любой доступной форме, позволяющей в той или иной степени нейтрализовать (компенсировать) негативные изменения, причинённые совершённым преступлением охраняемым уголовным законом общественным отношениям.

При изложенных выше обстоятельствах применение судом в отношении осуждённого (подсудимого) Ц.Б.Ш. положений ст. 76.2 УК РФ и ст. 25.1 УПК РФ нельзя признать законным и обоснованным, в том числе и с учётом правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, который в приведённом выше Определении также указал, что вывод суда о возможности освобождения от уголовной ответственности должен быть обоснован ссылками на фактические обстоятельства, исследованные в судебном заседании. При этом суд обязан не просто констатировать наличие или отсутствие указанных в законе оснований для освобождения от уголовной ответственности, а принять справедливое и мотивированное решение с учётом всей совокупности данных, в том числе особенностей объекта преступного посягательства, обстоятельств его совершения, конкретных действий, предпринятых лицом для возмещения ущерба или иного заглаживания причинённого преступлением вреда, изменения степени общественной опасности деяния вследствие таких действий, личности виновного, а также обстоятельств, смягчающих и отягчающих ответственность.

Допущенные судом первой инстанции нарушения уголовного и уголовно-процессуального законов являются существенными, повлиявшими на исход дела, искажающими саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия, а именно повлияли на правильность оценки действий лица, привлекаемого к уголовной ответственности, и в силу ст.ст. 389.15, 389.17, 389.18 УПК РФ влекут отмену обжалуемого судебного решения с передачей уголовного дела на новое судебное рассмотрение в суд первой инстанции иным составом суда.

При новом судебном рассмотрении суду первой инстанции надлежит устранить допущенные нарушения и принять законное, обоснованное и справедливое решение с соблюдением норм материального и процессуального законодательства.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 38913, 38914, 38915, 38917, 38918, 38920, 38922, 38926, 38928, 38933 и 38935 УПК РФ, апелляционный суд

п о с т а н о в и л:

постановление Дигорского межрайонного суда Республики Северная Осетия-Алания от 3 апреля 2024 года, которым уголовное дело в отношении Ц.Б.Ш., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 222 УК РФ, прекращено и он освобождён от уголовной ответственности с назначением меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа в размере 10 000 (десять тысяч) рублей, отменить ввиду неправильного применения уголовного закона и существенного нарушения уголовно-процессуального закона.

Уголовное дело в отношении ФИО3 передать на новое рассмотрение в тот же суд, но в ином составе суда, со стадии судебного разбирательства.

Апелляционное представление государственного обвинителя – помощника прокурора Дигорского района Республики Северная Осетия-Алания Кулумбегова Г.В., удовлетворить.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Пятый кассационный суд общей юрисдикции в порядке сплошной кассации, предусмотренном ст. ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, в течение 6 месяцев со дня его вынесения, через суд первой инстанции.

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьёй суда первой инстанции по ходатайству лица, подавшего кассационные жалобу, представление. Отказ в его восстановлении может быть обжалован в апелляционном порядке в соответствии с требованиями гл. 45.1 УПК РФ.

В случае пропуска шестимесячного срока на обжалование судебных решений в порядке сплошной кассации, предусмотренном ст. ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, или отказа в его восстановлении, кассационные жалоба, представление на приговор или иное итоговое судебное решение подаётся непосредственно в Пятый кассационный суд общей юрисдикции и рассматривается в порядке выборочной кассации, предусмотренном ст. ст. 401.10 - 401.12 УПК РФ.

В этом случае ФИО3 вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Справка: по первой инстанции уголовное дело рассмотрено судьёй Дигорского межрайонного суда Республики Северная Осетия-Алания ФИО4