Апелляционное определение № 33-2099/2026 от 2 марта 2026 г.

Судья: Мартынова Н.В. Дело № 33-2099/2026 (№ 2-693/2025)

Докладчик: Бабушкина Е.А. УИД 42RS0016-01-2025-000456-81


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

03 марта 2026 года г. Кемерово

Судебная коллегия по гражданским делам Кемеровского областного суда в составе:

председательствующего Акининой Е.В.,

судей: Чурсиной Л.Ю., Бабушкиной Е.А.,

с участием прокурора Исаковой А.И.,

при секретаре судебного заседания Двуреченской А.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании по докладу судьи Бабушкиной Е.А. гражданское дело по апелляционной жалобе ответчика Верещаги Марка Романовича на решение Куйбышевского районного суда г. Новокузнецка Кемеровской области от 03.12.2025

по делу по иску ФИО1 к Верещаге Марку Романовичу о возмещении материального и морального вреда,

УСТАНОВИЛА:

Истец ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчику ФИО2 о возмещении вреда, причиненного в ДТП.

Требования мотивированы тем, что 31.07.2022 в 18.00 часов по адресу <адрес> в <адрес><адрес> произошло дорожно-транспортное происшествие с участием транспортного средства мопед <данные изъяты> под управление водителя, не имеющего права управления транспортным средством, ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., который совершил наезд на пешехода ФИО1, которая двигалась с малолетними детьми навстречу направлению движения транспортного средства.

В результате происшествия истцу были причинены множественные телесные повреждения, установлен диагноз: <данные изъяты>

Истцу было назначено медикаментозное лечение, в течение длительного времени сохранялись <данные изъяты>

Кроме того, в связи с падением у ФИО1 обострилась травма, полученная ранее, так как вся сила удара пришлась на <данные изъяты>

В связи с вынужденным лечением ФИО1 была лишена возможности полноценного отдыха с детьми летом, отменилась поездка к морю, не смогла собрать урожай с дачного участка. Никаких извинений принесено не было.

Причиненные физические и нравственные страдания и переживания истец оценивает в 200 000 руб. Затраты на лечение составили 10 263 руб. 50 коп. Кроме того, для определения тяжести полученных повреждений истец обратилась в <данные изъяты> на своей транспортном средстве, затраты на заправку топливом составили 5 303,86 руб., за услуги СМЭ – 5 100 руб.

С учетом уточнений истец просила взыскать с ответчика затраты на лечение в размере 10 263 руб. 50 коп, затраты на заправку топливом в размере 5303 руб. 86 коп., расходы за проведение СМЭ - 5100 руб., а также компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб.

Решением Куйбышевского районного суда г. Новокузнецка Кемеровской области от 03.12.2025 постановлено:

«Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 60 000 рублей, убытки в сумме 20 667 рублей 36 копеек.

Взыскать с ФИО2 в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 7000 рублей.».

В апелляционной жалобе ответчик ФИО2 просит решение суда отменить, приять по делу новое решение, которым отказать в удовлетворении заявленных исковых требований ФИО1

Указывает, что судом не были приняты во внимание причины неявки ФИО2 в судебные заседания – сильные <данные изъяты> супругом потерпевшей.

Отмечает, что судом не принято во внимание заключение эксперта № <данные изъяты>. Отсутствие отображения следообразующей поверхности на полученных ссадинах говорит не только об отсутствии вреда здоровью, но и о том, что ссадины появились не от воздействия элементов транспортного средства. Также указывает, что не были приняты во внимание результаты СКТ, пояснения врача-нейрохирурга ФИО11 Не были изучены обстоятельства получения истцом травмы 27.07.2022. Не учтено, что у ФИО1 имелось хроническое заболевание <данные изъяты>. Не учтен список услуг от <данные изъяты>», сведения из медицинских документов.

Ссылается на показания свидетеля ФИО12 о нахождении ФИО1 в состоянии алкогольного опьянения.

Усматривает противоречия в пояснениях ФИО1

Полагает, что судом первой инстанции не была дана должная оценка всей совокупности представленных в материалы дела доказательств.

Отмечает, что ФИО1 в нарушение п. 4.1, п. 4.5 ПДД двигалась по середине проезжей части, в связи с чем наступившие последствия находятся в причинной связи также с действиями самой потерпевшей. Судом первой инстанции не учтено наличие грубой неосторожности в действиях потерпевшей.

Полагает, что взысканная сумма компенсации морального вреда 60 000 руб. является завышенной.

Просит обратить внимание на то, что транспортные расходы в размере 5 303,86 руб. по маршруту <данные изъяты> являются чрезмерными по причине возможности прохождения экспертизы в <адрес>.

Просит учесть то обстоятельство, что ФИО2 является студентом очной формы обучения, не имеет самостоятельного дохода.

На апелляционную жалобу прокурором, участвующим в деле, ФИО25 принесены письменные возражения.

В судебном заседании в суде апелляционной инстанции ответчик ФИО2, его представитель ФИО14 доводы апелляционной жалобы поддержали, просили уменьшить размер компенсации морального вреда, а также уменьшить подлежащую взысканию сумму убытков путем уменьшения на сумму расходов на поездку в <адрес>.

Истец ФИО1 в судебном заседании возражала относительно удовлетворения апелляционной жалобы по доводам, изложенным в письменных пояснениях, приобщенных к материалам дела. Категорически отрицала, что в момент происшествия находилась в состоянии алкогольного опьянения.

Заслушав пояснения сторон, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, заслушав заключение старшего прокурора гражданско-судебного отдела прокуратуры Кемеровской области-Кузбасса Исаковой А.И., полагавшего, что решение суда подлежит оставлению без изменения, а апелляционная жалоба – без удовлетворения, проверив в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса РФ законность и обоснованность решения, исходя из доводов, изложенных в апелляционной жалобе, возражениях, судебная коллегия приходит к следующему выводу.

В силу статьи 15 Гражданского кодекса РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» Гражданского кодекса РФ (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса РФ.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ, устанавливающей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1073 Гражданского кодекса РФ за вред, причиненный несовершеннолетним, не достигшим четырнадцати лет (малолетним), отвечают его родители (усыновители) или опекуны, если не докажут, что вред возник не по их вине.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», по общему правилу, ответственность за причинение морального вреда возлагается на лицо, причинившее вред (пункт 1 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ).

В случаях, предусмотренных законом, обязанность компенсировать моральный вред может быть возложена судом на лиц, не являющихся причинителями вреда (например, на Российскую Федерацию, субъект Российской Федерации, муниципальное образование – за моральный вред, причиненный в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов (статьи 1069, 1070 Гражданского кодекса РФ), на родителей (усыновителей), опекунов несовершеннолетнего, не достигшего четырнадцати лет (малолетнего), организацию для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в которую был помещен под надзор малолетний гражданин, оставшийся без попечения родителей, образовательную организацию, медицинскую организацию или иную организацию, обязанную осуществлять надзор за малолетним гражданином, под надзором которых он временно находился, либо на лицо, осуществлявшее надзор над малолетним гражданином на основании договора, – за моральный вред, причиненный малолетним (пункты 1-3 статьи 1073 Гражданского кодекса РФ), и др.).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» ответственность за вред, причиненный несовершеннолетним, не достигшим четырнадцати лет (малолетним), в соответствии со статьей 1073 Гражданского кодекса РФ несут его родители (усыновители), опекуны, а также организация для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, в которую он был помещен под надзор, если они не докажут, что вред возник не по их вине.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 31.07.2022 в 18.00 часов на территории <адрес><адрес><адрес> водитель ФИО2 управлял транспортным средством мопедом <данные изъяты> и допустил наезд на пешехода ФИО1

Согласно справке <данные изъяты>» <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обращалась в медицинское учреждение 31.07.2022, диагноз: <данные изъяты> (т.2 л.д.39).

Согласно выписному эпикризу <данные изъяты> № <данные изъяты> ФИО15» от 31.07.2022 ФИО1 оказана неотложная медицинская помощь по основному диагнозу – <данные изъяты>

Согласно результатам <данные изъяты> 01.08.2022 <данные изъяты> нет (пациент ФИО1, т.2 л.д.8,10).

22.08.2022 произведен осмотр места происшествия, установлено, что проезжая часть имеет щебеночное покрытие, предназначена для двух направлений, ширина 3,4 метра, к проезжей части примыкает обочина (т.2 л.д.26-31). Составлена схема места совершения административного правонарушения (т.2 л.д.48-49). В материалы дела представлено фото места происшествия (т.2 л.д.45 оборот).

Из объяснения ФИО26, данного 22.08.2022 в ходе производства по административному материалу, следует, что <данные изъяты> – его сын, который на собственные сбережения приобрел мопед. Покидать пределы земельного участка отец запрещал сыну до достижения 16-летнего возраста. В день происшествия сын покинул территорию земельного участка без ведома отца. Со слов сына ему известно, что сын ехал на мопеде по улице, навстречу ему шла женщина, махнула ему рукой, чтобы он остановился, но он проехал мимо, она схватила его за руку, он вырвался, не видел, чтобы женщина падала (т.2 л.д.34).

Из объяснения ФИО2, данного 17.08.2022 в ходе производства по административному материалу, следует, что 31.07.2022 он с другом ФИО16 катался по поселку (ФИО2 на мопеде, ФИО16 на квадроцикле). Ехали по <данные изъяты> незнакомая женщина шла с детьми по дороге и махала, чтобы они остановились, друг проехал дальше, а ФИО2 женщина схватила за руку, он вырвался и уехал (т.1 л.д.68).

Из объяснения ФИО17, данного в ходе производства по административному материалу (т.1 л.д.107), следует, что 31.07.2022 он находился на даче в <данные изъяты> услышал шум на улице, вышел на дорогу и увидел, что проехал мотоцикл и квадроцикл, мотоциклист совершил наезд на его супругу ФИО1, после чего произошел конфликт, он слышал ругань между ними.

Из объяснения ФИО1, данного в ходе производства по административному материалу (т.1 л.д.107), следует, что 31.07.2022 она находилась на даче в <данные изъяты>, шла по дороге, к ней навстречу на скорости двигались мотоцикл и квадроцикл, которыми управляли несовершеннолетние, водитель мотоцикла совершил на нее наезд.

20.09.2022 инспектором <данные изъяты><адрес> вынесено определение о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования (т.2 л.д.21).

Неоднократно выносились постановления о прекращении производства по делу об административном правонарушении, которые отменялись по представлениям и протестам прокурора (т.1 л.д.36, 93, 94-100, 103, 109-111, т.2 л.д.23, 50-74, 77-78, 80, 82-85).

В постановлении о прекращении производства по делу об административном правонарушении от 20.11.2025 (т.2 л.д.109, сведения о его отмене отсутствуют) указывается, что 31.07.2022 в 18:00 на территории <данные изъяты><данные изъяты> на <адрес>, около <адрес>, несовершеннолетний водитель ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., управляя мопедом <данные изъяты> совершил наезд на пешехода ФИО1 В результате ДТП пешеход получил травмы, в <данные изъяты> № <адрес> обратилась самостоятельно. По результатам проведенного административного расследования установлено, что ФИО1 двигалась посередине проезжей части во встречном направлении движущегося транспортного средства «мопед», тем самым нарушив требования п. 4.1 ПДД, а также п. 4.5 ПДД, при движении мопеда по проезжей части ФИО1 пыталась остановить водителя, схватив его за руку, в результате чего произошел наезд на пешехода. Производство по делу об административном правонарушении, возбужденное по ст. 12.24 КоАП РФ (нарушение Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства, повлекшее причинение легкого вреда здоровью потерпевшего), прекращено на основании п. 6 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ (истечение сроков давности привлечения к административной ответственности).

Согласно выписке из истории болезни <данные изъяты> 08.11.2024 (т.1 л.д.15-16) ФИО1 находилась на лечении с 01.08.2022 по 19.09.2022. В материалы дела представлены медицинские документы об обращениях ФИО1 за медицинской помощью (т.1 л.д.21-31), нахождении на листке нетрудоспособности с 27.07.2022 (до происшествия, как поясняла истец, была <данные изъяты>) до 19.09.2022 (т.1 л.д.73-75).

Определением суда от 19.05.2025 по делу назначена судебно-медицинская экспертиза (т.1 л.д.193-195).

Согласно заключению эксперта № <данные изъяты> (т.1 л.д.211-215) ФИО1 незадолго до обращения за медицинской помощью, то есть 31.07.2022 были причинены:

- <данные изъяты>, не причинившие вред здоровью.

Амбулаторное лечение с 27.07.2022 по 24.08.2022 связано с <данные изъяты>, которое было получено ранее и не связано с повреждениями, полученными 31.07.2022.

- <данные изъяты> с твердым тупым предметом, плоскостью, относится к повреждениям, не причинившим вред здоровью.

Диагноз <данные изъяты> указанный в медицинских документах, выставлен только на основании субъективных жалоб, не подтвержден <данные изъяты> в динамике, является не достоверным и оценке по степени тяжести не подлежит.

Амбулаторное лечение с 01.08.2022 по 19.09.2022 связано <данные изъяты> который является самостоятельным хроническим заболеванием <данные изъяты> и оценке по степени тяжести вреда здоровью не подлежит.

После проведения судебной экспертизы сторонами ее результаты не были оспорены, в связи с чем заключение было положено в основу решения суда первой инстанции.

В судебном заседании 08.10.2025 судом первой инстанции был допрошен ФИО11 – заведующий отделением нейрохирургии ГАУЗ «Новокузнецкая городская клиническая больница №1» (т.2 л.д.11-12), который пояснил порядок работы врачей при оценке состояния поступившего пациента, а также ответил на вопросы, относящиеся к содержанию проведенной судебной экспертизы, по результатам которой подготовлено заключение <данные изъяты>

В ходе судебного разбирательства были опрошены свидетели ФИО18 (т.1 л.д.129), ФИО19 (т.1 л.д.129 оборот), ФИО17 (т.1 л.д.130), ФИО16 (т.1 л.д.130 с оборотом), ФИО12 (т.1 л.д.131).

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 150, 151, 1064, 1079, 1099, 1101 Гражданского кодекса РФ, разъяснениями в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», исходил из того, что сторонами экспертное заключение не оспорено, при этом не имеется оснований для признания данного доказательства как недопустимого, поскольку по своей форме и содержанию заключение соответствует требованиям закона, является полным, ясным, выводы надлежащим образом мотивированы, обоснованы, все эксперты предупреждены об ответственности по ст. 307 УК РФ. При изложенных обстоятельствах суд первой инстанции признал установленным, что 31.07.2022 истице ФИО1 был причинен вред здоровью в виде <данные изъяты> которые квалифицируются как не причинившие вред здоровью.

Также суд первой инстанции исходил из того, что ФИО2 управлял мопедом, являющимся механическим транспортным средством, оснащенным двигателем и способным развивать скорость до 60 км/ч, который представляет собой повышенную опасность для окружающих, то есть является источником повышенной опасности.

Ответчиком ФИО2, а также его представителем, и подтверждено в судебном заседании свидетелем ФИО16, не оспаривалось, что 31.07.2022 в вечернее время ФИО2 на мопеде проезжал по <адрес><данные изъяты><адрес>, то есть управлял транспортным средством, являющимся источником повышенной опасности.

При этом, ответчиком ФИО2 не оспаривался факт взаимодействия с истцом ФИО1 Таким образом, суд посчитал установленным, что именно в результате действий ФИО2 при управлении мопедом (наезда), были причинены указанные в заключении судебно-медицинской экспертизы телесные повреждения истице.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что ФИО2 нарушил п.10.1 Правил дорожного движения, устанавливающий, что при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Проанализировав в совокупности представленные в материалы дела доказательства, суд первой инстанции признал обоснованными требования ФИО1 о компенсации морального вреда, поскольку в результате действий ответчика ФИО2 ей были причинены как физические, так и нравственные страдания и переживания.

При определении суммы компенсации морального вреда судом первой инстанции приняты во внимание индивидуальные особенности пострадавшей, уровень перенесенных нравственных и физический страданий, тяжесть полученных телесных повреждений, обстоятельства при которых они были получены, а также поведение виновного, который не принес свои извинения, не предпринял попытки загладить причиненный вред, возраст ФИО2 в момент причинения вреда, что он являлся несовершеннолетним, а также то, что в настоящее время он также не имеет самостоятельного дохода, поскольку является обучающимся профессионального учебного заведения. С учетом данных обстоятельств, суд определил к взысканию компенсацию морального вреда в сумме 60 000 руб.

Кроме того, судом первой инстанции признаны обоснованными требования о взыскании убытков, связанных с расходами на лечение в сумме 10263 руб. 50 коп., с оформлением акта судебно-медицинского обследования <данные изъяты> на сумму 5100 руб., и транспортными расходами на поездки к месту проведения обследования в сумме 5303 руб. 86 коп. Затраты на приобретение лекарственных препаратов находятся в прямой причинно-следственной связи с обстоятельствами, при которых истице ФИО1 был причинен вред здоровью. Представленный акт судебно-медицинского обследования не входит в противоречие с заключением судебно-медицинской экспертизы, проведенной на основании определения суда.

Суд первой инстанции также пришел к выводу о том, что грубая неосторожность в действиях истца отсутствует, поскольку вред причинен в результате действий ответчика ФИО2, который управлял источником повышенной опасности, и который не предпринял всех необходимых и достаточных мер для исключения причинения вреда здоровью пешеходу ФИО1

Оценивая доводы апелляционной жалобы о несогласии с размером компенсации морального вреда, в связи с неверной оценкой судом фактических обстоятельств дела, неполном учете необходимых обстоятельств, судебная коллегия приходит к выводу, что в этой части доводы апелляционной жалобы заслуживают внимания, в связи со следующим.

В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

В соответствии с пунктом 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего.

В силу пункта 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса РФ). При этом следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В пункте 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика-гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать).

Из изложенного следует, что право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав гражданина или посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса РФ) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

Частью 1 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса РФ, конкретизирующей положения части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации, установлено, что правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Суд, сохраняя независимость, объективность и беспристрастность, осуществляет руководство процессом, разъясняет лицам, участвующим в деле, их права и обязанности, предупреждает о последствиях совершения или несовершения процессуальных действий, оказывает лицам, участвующим в деле, содействие в реализации их прав, создает условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства при рассмотрении и разрешении гражданских дел (часть 2 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса РФ).

В развитие указанных принципов гражданского судопроизводства часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основании своих требований и возражений, если иное не предусмотрено Федеральным законом.

В силу части 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (часть 1 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса РФ).

Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (часть 2 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса РФ).

Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (часть 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса РФ).

Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в судебном акте, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (часть 4 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса РФ).

Решение суда должно быть законным и обоснованным. Суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании (части 1, 2 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса РФ).

При принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению (часть 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса РФ).

Согласно части 3 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса РФ описательная часть решения суда должна содержать указание на требование истца, возражения ответчика и объяснения других лиц, участвующих в деле.

В мотивировочной части решения суда должны быть указаны: фактические и иные обстоятельства дела, установленные судом; выводы суда, вытекающие из установленных им обстоятельств дела, доказательства, на которых основаны выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого решения, мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства, принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и возражений доводы лиц, участвующих в деле; законы и иные нормативные правовые акты, которыми руководствовался суд при принятии решения, и мотивы, по которым суд не применил законы и иные нормативные правовые акты, на которые ссылались лица, участвующие в деле (пункты 1 - 3 части 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса РФ).

Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 2 и 3 постановления от 19.122003 №23 «О судебном решении» разъяснено, что решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 Гражданского процессуального кодекса РФ). Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Приведенным нормативным положениям, регулирующим отношения по компенсации морального вреда и вопросы определения размера такой компенсации, разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению обжалуемое судебное постановление не соответствует.

Так, суд первой инстанции, определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ФИО2 в сумме 60 000 руб., ограничился лишь формальным приведением положений пункта 2 статьи 1083, пункта 1 статьи 1101 Гражданского кодекса РФ и указал на то, что данный размер компенсации морального вреда является разумным и справедливым.

Однако при определении размера компенсации морального вреда суд первой инстанции не дал с учетом положений пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса РФ надлежащей оценки доводам ответчика, приводимым им в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции, о наличии заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, а именно грубой неосторожности потерпевшей ФИО1, которой было допущено нарушение пунктов 4.1, 4.5 Правил дорожного движения Российской Федерации, а также имущественному положению ответчика.

Вопреки требованиям норм процессуального права (часть 4 статьи 198 Гражданского процессуального РФ) в судебном постановлении суда первой инстанции не содержится обоснования вывода о том, какие конкретно обстоятельства дела повлияли на размер определенной к взысканию суммы компенсации морального вреда, и почему сумма такой компенсации в пользу истца (60 000 рублей) является разумной и справедливой.

Судом первой инстанции также не учтено, что общеправовой принцип справедливости исключает формальный подход и предполагает учет особенностей фактических обстоятельств дела и особенностей жизненной ситуации, в которой находится гражданин (в том числе ответчик по делу), что позволяет обеспечить баланс прав и законных интересов сторон при разрешении спора, возникшего из обязательств вследствие причинения вреда при отсутствии вины причинителя вреда.

С учетом вышеприведенных обстоятельств, выводы суда первой инстанции о взыскании с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья, в размере 60 000 рублей не могут быть признаны правомерными.

Судебная коллегия полагает заслуживающими внимания доводы апелляционной жалобы относительно наличия в действиях потерпевшей грубой неосторожности.

В силу пунктов 2, 3 статьи 1083 Гражданского кодекса РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

Как разъяснено в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. При этом уменьшение размера возмещения вреда ставится в зависимость от степени вины потерпевшего. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 Гражданского кодекса РФ).

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

В соответствии с Правилами дорожного движения (утверждены Постановлением Правительства РФ от 23.10.1993 № 1090) пешеходы должны двигаться по тротуарам, пешеходным дорожкам, велопешеходным дорожкам, а при их отсутствии - по обочинам (пункт 4.1).

На пешеходных переходах пешеходы могут выходить на проезжую часть (трамвайные пути) после того, как оценят расстояние до приближающихся транспортных средств, их скорость и убедятся, что переход будет для них безопасен. При переходе дороги вне пешеходного перехода пешеходы, кроме того, не должны создавать помех для движения транспортных средств и выходить из-за стоящего транспортного средства или иного препятствия, ограничивающего обзорность, не убедившись в отсутствии приближающихся транспортных средств (пункт 4.5).

Из материалов дела усматривается наличие грубой неосторожности потерпевшей, выразившейся в осуществлении ею движения не по краю проезжей части дороги, а с нарушением Правил дорожного движения по проезжей части.

Непосредственной причиной столкновения послужило непринятие мер со стороны ФИО2 по соблюдению требований пункта 10.1 Правил дорожного движения (водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства).

Вместе с тем, нахождение потерпевшей на проезжей части, ее активные действия по привлечению внимания водителя мопеда содействовали возникновению вреда, в связи с чем размер возмещения должен быть уменьшен.

В нарушение положений п. 4.1 и п. 4.5 ПДД потерпевшая двигалась навстречу мопеду по проезжей части, то есть в действиях истца, как участника дорожного движения, должная осмотрительность отсутствовала, хотя она должна была предвидеть наступление последствий в виде наезда на нее мопеда.

Вместе с тем, не имеется оснований согласиться с доводами в апелляционной жалобе относительно наличия грубой неосторожности в действиях потерпевшей в связи с нахождением на ее проезжей части в состоянии алкогольного опьянения. Вопреки доводам апеллянта, свидетель ФИО12 поясняла, что ей показалось, что ФИО1 может находиться в состоянии алкогольного опьянения. Вместе с тем, освидетельствование ФИО1 не проводилось, в медицинских документах отсутствует указание на признаки алкогольного опьянения. При указанных обстоятельствах указанный довод апеллянта не может быть принят.

С учетом приведенного выше, а также исходя из степени нравственных и физических страданий истца ФИО1, связанных с причинением ей телесных повреждений, учитывая ее индивидуальные особенности, длительность и обстоятельства лечения, а также принимая во внимание имущественное положение ответчика – студента, подрабатывающего в свободное от учебы время (доход в месяц 5-6 тыс. руб.), не имеющего значительных средств на банковских счетах, объектов недвижимости (в собственности ? доли в праве собственности на квартиру по месту жительства), судебная коллегия считает необходимым изменить размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика, определив к взысканию в пользу ФИО1 с ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 15 000 рублей, полагая, что указанная сумма является разумной и справедливой, обеспечивающей баланс прав и законных интересов сторон.

Оценивая выводы суда в остальной части требований по доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему выводу.

Апеллянтом необходимость несения расходов на проведение обследования (составление акта), приобретение лекарственных препаратов не ставилась под сомнение, в связи с чем предметом проверки судебной коллегии решение в указанной части не является.

Вместе с тем, доводы апеллянта относительно несогласия с взысканной суммы расходов на <адрес>-<адрес> судебная коллегия полагает заслуживающими внимания.

Для обоснования своих исковых требований, установления тяжести причиненного вреда, истец ФИО1 обратилась в <данные изъяты>, заключив договор о проведении обследования и произведя оплату в размере 5 100 руб. (т.1 л.д.11-12, 10).

Согласно акту № судебно-медицинского обследования (т.1 л.д.18-20) у ФИО1 были обнаружены повреждения, которые образовались от воздействия твердого тупого предмета (предметов), в срок не менее 1,5 лет до проведения осмотра, возможно 31.07.2022. Обследование начато 11.11.2024, окончено 20.11.2024. В Акте отмечено, что оценка тяжести вреда здоровью может быть дана при проведении судебно-медицинской экспертизы.

Акт судебно-медицинского обследования был необходим истцу для обоснования заявленных требований (подтверждение факта получения повреждений в результате происшествия 31.07.2022).

Из пояснений истца ФИО1, данных на вопрос судебной коллегии, следует, что она вынуждена была обратиться в <адрес> для объективности исследования, так как мать несовершеннолетнего ФИО27, с которым вместе ехал ФИО2 в день происшествия, работает в <данные изъяты>

При указанных обстоятельствах следует признать необходимыми транспортные расходы на две поездки в <адрес> 11.11.2024: для заключения договора, а также для того, чтобы забрать акт после окончания обследования 20.11.2024.

Вместе с тем, в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2019) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 24.04.2019) указано, что при разрешении вопроса о взыскании транспортных и иных издержек юридически значимым является установление связи указанных расходов с рассмотрением дела, их необходимости, оправданности и разумности исходя из цен, которые обычно устанавливаются за данные услуги.

Разумные пределы транспортных расходов являются оценочной категорией и конкретизируются с учетом правовой оценки фактических обстоятельств рассмотренного дела.

Для выяснения вопроса о допустимости возмещения фактически понесенных транспортных расходов в случае использования сторонами личного транспорта возможно применение по аналогии Постановления Правительства РФ от 01.12.2012 № 1240 «О порядке и размере возмещения процессуальных издержек, связанных с уголовным судопроизводством, издержек в связи с рассмотрением дела арбитражным судом, гражданского дела, административного дела, а также расходов в связи с выполнением требований Конституционного Суда Российской Федерации и о признании утратившими силу некоторых актов Совета Министров РСФСР и Правительства Российской Федерации».

Из содержания пункта 2 вышеназванного постановления следует, что проезд к месту производства процессуальных действий и обратно к месту жительства оплачивается не свыше стоимости проезда автотранспортом общего пользования (кроме такси).

Следовательно, расходы на проезд в условиях повышенной комфортности (на автомобиле) нельзя отнести к необходимым.

Поскольку между <адрес> и <адрес> имеется регулярное автобусное сообщение, расходы подлежат возмещению в размере не выше стоимости проезда общественным транспортом.

Судебной коллегией установлено в судебном заседании, что стоимость билета в одну сторону (<адрес> – <адрес>, равно как и по маршруту <адрес> – <адрес>) составляет 715,05 руб. Следовательно, размер транспортных расходов следует ограничить суммой 2 860,20 руб. (715,05 руб. * 4).

При указанных обстоятельствах взысканная сумма расходов подлежит уменьшению с 20 667,36 руб. до 18 223,70 руб.

В остальной обжалованной части оснований для внесения изменений либо отмены судебного решения не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ч. 1 ст. 327.1, ст. 328, ст. 329, 330 Гражданского процессуального кодекса РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Куйбышевского районного суда г. Новокузнецка Кемеровской области от 03.12.2025 изменить в части размера компенсации морального вреда, а также в части размера убытков.

Взыскать с Верещаги Марка Романовича <данные изъяты> в пользу ФИО1 <данные изъяты> компенсацию морального вреда в сумме 15 000 рублей, убытки в сумме 18 223,70 руб.

В остальной обжалованной части оставить решение без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Председательствующий: Е.В. Акинина

Судьи: Л.Ю. Чурсина

Е.А. Бабушкина

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 18.03.2026.