Приговор № 1-125/2016 1-5/2017 от 30 января 2017 г. по делу № 1-125/2016

Дело № 1-5/2017


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

31 января 2017 года город Аткарск

Аткарский городской суд Саратовской области в составе:

председательствующего судьи Елтарёва Д.Г.,

при секретаре судебного заседания Шелесной А.С.,

с участием:

государственного обвинителя - прокурора Аткарской межрайонной прокуратуры Романова С.В.,

подсудимого ФИО3,

защитника подсудимого ФИО3 - адвоката Герасимова В.В.,

потерпевшей ФИО22.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Аткарске ДД.ММ.ГГГГ материалы уголовного дела в отношении

ФИО3 ФИО23, <данные изъяты>,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ,

установил:

ФИО3 ФИО24 совершил убийство, то есть умышленное причинение смерти ФИО30 ФИО25.

Это преступление совершено ФИО3 в городе <адрес> при следующих обстоятельствах.

ДД.ММ.ГГГГ в период с 4 часов 30 минут до 6 часов 20 минут у ФИО3, находившегося в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, в <адрес>, движимого мотивами личной неприязни к ФИО49 возник умысел на причинение последнему смерти.

Реализуя свой умысел, ФИО50 в период с 4 часов 30 минут до 6 часов 20 минут, находясь в помещении ФИО51, ФИО3 с целью убийства нанёс несколько ударов ножом <данные изъяты>

В результате применённого ФИО3 насилия, а именно нанесения ударов ножом, ФИО37 был причинён тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни - <данные изъяты>

Кроме того, в результате насильственных действий ФИО3, ФИО38 были причинены и иные телесные повреждения в виде: <данные изъяты>

От полученных в результате умышленных действий ФИО3 телесных повреждений, которые причинили здоровью ФИО40 тяжкий вред по признаку опасности для жизни, последний лишился жизни (умер).

В судебном заседании подсудимый ФИО3 ФИО26 вину не признал и, будучи допрошен, заявив о своей непричастности к смерти ФИО39 показал, что, готовясь к проводам ФИО21 в армию, ДД.ММ.ГГГГ весь день занимался домашними делами. Когда вечером собрались гости, он занимался тем, что жарил во дворе мясо. За вечер он выпил всего несколько рюмок спиртного. Когда пришло время идти в военный комиссариат, он не смог пойти со всеми, так как очень сильно устал, ему было плохо из-за артериального давления. Поэтому, попрощавшись с ФИО21, он направился спать. Проснулся он от того, что дочь била его по лицу, спрашивая, что произошло. Услышав, что ФИО4 мёртв, не поверив, он стал трясти его, лежавшего на полу, левой рукой, после чего его оставили силы и он сел на диван, где его и застали прибывшие сотрудники полиции. С ФИО4 он никогда всерьёз не ссорился и не дрался, а, напротив, незадолго до случившегося спас его, тонувшего, из-подо льда.

Несмотря на отрицание подсудимым вины, оценив его показания, а также доводы участников уголовного судопроизводства сторон обвинения и защиты на предмет соответствия обстоятельствам дела, руководствуясь внутренним убеждением, законом и совестью, суд находит вину ФИО3 в совершении преступления, описанного в приговоре, установленной исследованными в судебном заседании прямыми и косвенными доказательствами, достаточными в совокупности для разрешения дела по существу.

Так, в судебном заседании исследовалось зафиксированное ДД.ММ.ГГГГ в 7 часов 00 минут начальником смены Отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации по <адрес> телефонное сообщение Свидетель №1 о том, что ДД.ММ.ГГГГ в 6 часов в <адрес> ФИО3 ФИО28 причинил ФИО31 ФИО32 ножевое ранение, от чего тот скончался (т.1, л.д.51).

ДД.ММ.ГГГГ при осмотре помещений <адрес> были зафиксированы следы коллективного застолья в виде стола с посудой и остатками пищи на нём, бутылок из-под спиртных и прохладительных напитков, а также обнаружены и изъяты: на веранде - группа округлых пятен красно - бурого цвета на полу, с которых сделаны смывы; на полу перед порогом дверного проёма в кухне - неправильной формы пятно вещества красно - бурого цвета, с которого сделан соскоб; в кухне на диване - подушка и махровое полотенце с неправильной формы пятнами вещества красно - бурого цвета на них, а также нож; в кухне на полу - помарки вещества красно - бурого цвета в виде группы линий, с которых сделаны смыв; в кухне на холодильнике - пятно вещества красно - бурого цвета, с которого сделан соскоб. На полу кухни и пороге дверного проёма из веранды в кухню обнаружен труп ФИО33 ФИО27, по результатам внешнего осмотра которого отражено наличие на нём нескольких повреждений в виде линейной формы ран в области спины и следов наружного кровотечения. В процессе осмотра изъят нож, находившийся на трупе ФИО34 (протокол осмотра места происшествия с фототаблицей (т.1, л.д.7-40)).

При проведении ДД.ММ.ГГГГ осмотра двора <адрес> установлено, что вход во двор со стороны улицы осуществляется через металлическую калитку, закрывающуюся с внутренней стороны на задвижку, при том, что крючок из металлический проволоки, которым задвижка приводится в движение со стороны улицы, расположен рядом на гвозде, вбитом в деревянный столб (протокол осмотра места происшествия с фототаблицей (т.2, л.д.197-201)).

Труп ФИО35 был осмотрен в помещении морга Аткарского межрайонного отделения ГУЗ БСМЭ МЗ СО, зафиксировано наличие на нём нескольких телесных повреждений в виде линейной формы ран на шее слева, на спине, ссадины на шее справа (протокол осмотра трупа с фототаблицей (т.1, л.д.41-49)).

Согласно заключению эксперта от 23 мая 2016 г. № 149 по результатам медицинской судебной экспертизы (с результатами дополнительных исследований), смерть ФИО4 насильственная, поскольку наступила 25 апреля 2016 года около 4 - 6 часов как следствие комплекса телесных повреждений, причинивших тяжкий вред его здоровью по признаку опасности для жизни, в виде трёх проникающих в левую плевральную полость колото - резаных ранений грудной клетки слева с повреждением по ходу раневых каналов пристеночной плевры, левого лёгкого, грудного отдела аорты, сопровождавшихся левосторонним пневматораксом, массивным кровоизлиянием в левую плевральную полость, массивной кровопотерей.

При проведении экспертизы трупа ФИО2 <данные изъяты>

Телесные повреждения, обнаруженные на трупе ФИО2, прижизненные, возникли: <данные изъяты> незадолго (за несколько минут - десятков минут) до наступления смерти (т.1, л.д.76-88).

Из свидетельства о рождении серии I-ЭМ № (т.1, л.д.108, 109), свидетельства о заключении брака серии I-РУ № (т.1, л.д.110) и справки Отдела записи актов гражданского состояния по городу Аткарску и <адрес> Управления по делам записи актов гражданского состояния <адрес> № от ДД.ММ.ГГГГ (т.1, л.д.115) усматривается, что близким родственником (родной сестрой) ФИО2 является Потерпевший №1, которая в этой связи на основании ч.8 ст.42 УПК РФ признана по уголовному делу потерпевшей.

Будучи допрошена в судебном заседании, потерпевшая Потерпевший №1 показала, что рано утром ДД.ММ.ГГГГ, когда она с родственниками и гостями ушла провожать внука, которого призывали в армию, в военный комиссариат, её сожитель - ФИО3 и родной брат - ФИО2 остались в <адрес>. О смерти ФИО2 она узнала, когда, проводив внука, они вернулись домой, но об обстоятельствах произошедшего в их отсутствие ей не известно.

Не являлись непосредственными очевидцами событий, следствием которых явилось наступление смерти ФИО2, также свидетели стороны обвинения Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №4, Свидетель №5, Свидетель №6, ФИО10, несовершеннолетняя ФИО11, Свидетель №7, Свидетель №8 и свидетели стороны защиты ФИО14, ФИО15 и ФИО16.

Вместе с тем, потерпевшая Потерпевший №1 (т.1, л.д.119-123; т.2, л.д.188-191) и несовершеннолетний свидетель ФИО11 (т.2, л.д.8-11; 194-196), чьи показания были исследованы в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ, свидетели Свидетель №2 (т.1, л.д.130-133) и Свидетель №3 (т.1, л.д.135-137), показания которых были исследованы в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ, а также допрошенные в судебном заседании свидетели Свидетель №1, ФИО10 и Свидетель №6 сообщили, что в ночь с 24 на ДД.ММ.ГГГГ и ФИО41 А.Н., и ФИО2 были сильно пьяны, в связи с чем, не пошли вместе со всеми в военный комиссариат, и ДД.ММ.ГГГГ в период с 4 часов 30 минут до 6 часов 20 минут оставались в <адрес>.

Достоверность таких сведений о нахождении ФИО3 и ФИО2 в сильном алкогольном опьянении подтверждается заключением эксперта от ДД.ММ.ГГГГ № по результатам медицинской судебной экспертизы (с результатами дополнительных исследований), исходя из которого, концентрация алкоголя, обнаруженная в крови трупа ФИО2, соответствует у живых лиц тяжёлой степени алкогольного опьянения (т.1, л.д.76-88).

Помимо этого, на стадии предварительного следствия потерпевшая Потерпевший №1 сообщала, что упрекала ФИО3 за то, что он не идёт к военному комиссариату, а уходя сама примерно в 4 часа 30 минут, закрыла калитку на задвижку, воспользовавшись специальным крючком, который затем повесила на столб (т.1, л.д.119-123; т.2, л.д.188-191).

Таким образом, судом бесспорно установлено и это следует из материалов дела, что ДД.ММ.ГГГГ в период с 4 часов 30 минут до 6 часов 20 минут ФИО3 и ФИО2 находились в <адрес> вдвоём, оба в состоянии алкогольного опьянения.

Из показаний свидетеля Свидетель №1 следует, что когда они вернулись из военного комиссариата, в дом первыми зашли Потерпевший №1 и её дочери, но сразу вышли и сообщили, что ФИО2 убит. Заглянув в дом, он увидел лежавшего на полу в дверном проёме из кухни на веранду ФИО2, на спине у которого находился кухонный нож. ФИО3 лежал рядом на кухне на диване.

Свидетели Свидетель №5 и Свидетель №6 в своих показаниях сообщили аналогичные сведения об обстоятельствах обнаружения факта насильственной смерти ФИО2

Согласно заключению эксперта <данные изъяты>

<данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ был получен образец крови ФИО3 (протокол получения образцов для сравнительного исследования (т.1, л.д.194, 195)).

В результате проведённой по делу комплексной биолого - генетической медицинской судебной экспертизы (заключение экспертов от ДД.ММ.ГГГГ №) установлено, <данные изъяты>

Из заключения эксперта от ДД.ММ.ГГГГ №-мк по результатам медико - криминалистической судебной экспертизы усматривается, что <данные изъяты>

<данные изъяты>

Таким образом, исследованные доказательства свидетельствуют, что именно ФИО3 ножом причинил ФИО2 травмы, повлекшие наступление его смерти.

Доводы стороны защиты о непричастности ФИО3 к смерти ФИО2, отсутствии у подсудимого мотивов для убийства, возникновении следов крови ФИО2 на левой руке в момент касания ФИО3 трупа после пробуждения, возможной причастности к смерти ФИО2 не подсудимого, а иных лиц, проверялись судом, однако эти обстоятельства подтверждения не нашли.

Так, ДД.ММ.ГГГГ при допросе в качестве подозреваемого ФИО3, считая, что он не мог убить ФИО2, заявлял, что в процессе застолья по поводу проводов ФИО21 в армию он сильно опьянел и не помнит, что происходило. Утверждал, что спал на диване в кухне, а когда его разбудили, рядом уже находились сотрудники полиции. Происхождение следов крови на своей одежде объяснить не мог (т.1, л.д.155-158).

ДД.ММ.ГГГГ при допросе в качестве обвиняемого ФИО3 утверждая, что убийство ФИО2 он не совершал, заявил, что полностью поддерживает показания, данные им ранее при допросе в качестве подозреваемого (т.1, л.д.179-181).

ДД.ММ.ГГГГ при допросе в качестве обвиняемого ФИО3, отрицая вину в убийстве ФИО2, пояснил, что весь день был на ногах, сильно устал, его мучило давление, поэтому он лёг и сразу уснул. Когда его разбудили, а сотрудники полиции проинформировали его о случившемся, он, увидев ФИО2 лежащим на полу, подошёл к нему и, нагнувшись, стал трясти его руками, вследствие чего, на его одежде могли образоваться следы крови (т.2, л.д.167-171).

Однако свидетели Свидетель №7 и Свидетель №8, являющиеся сотрудниками полиции, которые первыми прибыли на место происшествия и доставляли подсудимого в отдел внутренних дел, показали, что в их присутствии ФИО1 к трупу ФИО2 руками не прикасался.

Как указано выше, в судебном заседании после исследования доказательств, представленных стороной обвинения, ФИО3 утверждал, что касался трупа ФИО2 своей левой рукой, так как на правой руке у него действуют только указательный и средний пальцы, но сделал это до прибытия сотрудников полиции.

Давая показания в судебном заседании, потерпевшая Потерпевший №1 и несовершеннолетний свидетель ФИО11 также заявили, что, когда ФИО3 разбудили, он притрагивался к трупу ФИО2, и только после этого прибыли сотрудники полиции, заставшие ФИО3 сидевшим на диване.

Однако на стадии предварительного следствия как потерпевшая Потерпевший №1, так и несовершеннолетний свидетель ФИО11 в этой части давали иные, существенно отличающиеся показания, которые были исследованы по ходатайству государственного обвинителя в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ.

Из этих показаний потерпевшей Потерпевший №1 (т.1, л.д.119-123; т.2, л.д.188-191) и несовершеннолетнего свидетеля ФИО11 (т.2, л.д.8-11; 194-196) в их совокупности следует, что на момент обнаружения ими на полу в дверном проёме из кухни в веранду ФИО2, на левой стороне спины которого находился кухонный нож, ФИО3 лежал на диване головой на подушке, держа в руках махровое полотенце. До прибытия сотрудников полиции и после их прибытия ФИО3 руками до тела ФИО2 не дотрагивался, был спокоен, а выходя, просто перешагнул через труп.

Помимо этого потерпевшая Потерпевший №1 на досудебной стадии производства по делу сообщила, что до того, как прибыли сотрудники полиции, ФИО3 произнёс фразу из которой следовало, что дом они не получат (т.1, л.д.119-123; т.2, л.д.188-191).

Причину существенных противоречий в показаниях потерпевшая Потерпевший №1 объяснила тем, что следователь во время допроса её не слушал и сведения о том, что ФИО3 дотрагивался руками до трупа ФИО2, в протокол не внёс, а несовершеннолетний свидетель ФИО11 - тем, что о том, что ФИО3 касался ФИО2 руками, она вспомнила позднее, уже после допроса следователем.

Вместе с тем, протоколы допроса потерпевшей Потерпевший №1 (т.1, л.д.119-123; т.2, л.д.188-191) и несовершеннолетнего свидетеля ФИО11 (т.2, л.д.8-11; 194-196) по форме и содержанию соответствуют требованиям уголовно - процессуального законодательства, подписаны потерпевшей и несовершеннолетним свидетелем.

При производстве допросов как потерпевшая Потерпевший №1, так и несовершеннолетний свидетель ФИО11 знали, поскольку были предупреждены, что данные ими показания могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и в случае отказа от этих показаний. Правильность и полнота отражения показаний в протоколах ни потерпевшей, ни несовершеннолетним свидетелем не оспаривались.

Не доверять показаниям, данным потерпевшей Потерпевший №1 и несовершеннолетним свидетелем ФИО11 на стадии предварительного следствия спустя непродолжительное время после происшествия, суд оснований не находит.

Принимая такое решение, признавая достоверными показания потерпевшей и несовершеннолетнего свидетеля, данные на досудебной стадии производства по делу, суд исходит и из того, что Потерпевший №1 и ФИО11 являются соответственно сожительницей и дочерью ФИО3, проживают в принадлежащем последнему доме, не имея собственного жилья. Таким образом, в силу близких и родственных отношений с подсудимым и нахождения от него в определённой зависимости, потерпевшая и несовершеннолетний свидетель на момент судебного разбирательства не заинтересованы в объективном изложении обстоятельств дела.

Оценивая показания подсудимого ФИО3, потерпевшей Потерпевший №1 и несовершеннолетнего свидетеля ФИО11 в судебном заседании, суд принимает во внимание и то, что они меняли и корректировали сообщаемые сведения в зависимости от поступления им информации об объёме доказательств, собранных органом предварительного следствия и представленных государственным обвинителем.

Поэтому показания потерпевшей Потерпевший №1 и несовершеннолетнего свидетеля ФИО11, данные в судебном заседании, в той их части, что до прибытия сотрудников полиции ФИО3 дотрагивался руками до трупа ФИО2, суд расценивает, как стремление помочь своему близкому человеку избежать уголовной ответственности, и отвергает их, как недостоверные.В свою очередь, суд признаёт недостоверными и показания подсудимого ФИО3 об этом обстоятельстве, так как они непоследовательны на протяжении производства по делу и опровергаются данными на стадии предварительного следствия показаниями потерпевшей Потерпевший №1 (т.1, л.д.119-123; т.2, л.д.188-191), несовершеннолетнего свидетеля ФИО11 (т.2, л.д.8-11; 194-196), а также показаниями свидетелей Свидетель №7 и Свидетель №8 в судебном заседании, не доверять которым нет оснований.

Следовательно, следы крови потерпевшего на одежде и левой руке ФИО3 образовались не при указанных им обстоятельствах, а в момент нанесения им ФИО2 ударов ножом и причинения, тем самым, телесных повреждений, сопровождавшихся массивным кровотечением.

Вопреки утверждению стороны защиты, имелись у ФИО3 и личностные мотивы для убийства.

Фактические обстоятельства дела свидетельствуют, что применение насилия являлось обычным для ФИО3 способом разрешения возникавших в быту конфликтов.

Так, из признанных достоверными показаний несовершеннолетнего свидетеля ФИО11, данных на досудебной стадии производства по делу, следует, что когда ФИО3 был трезв, то вёл себя спокойно, но в состоянии алкогольного опьянения становился агрессивен, вспыльчив, неоднократно избивал Потерпевший №1, а также применял насилие в отношении неё, ФИО11, намеревался поджечь дом, бросался на Потерпевший №1 с сапёрной лопаткой (т.2, л.д.8-11; 194-196).

Достоверность таких показаний несовершеннолетнего свидетеля ФИО11 подтверждают копия постановления от ДД.ММ.ГГГГ о прекращении вследствие акта об амнистии уголовного дела, возбуждавшегося в отношении ФИО3 по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.119 УК РФ (т.2, л.д.141-147), справка Отдела МВД РФ по <адрес>, из которой усматривается, что на протяжении 2014 - 2015 годов в полицию неоднократно поступали сообщения о конфликтах с участием ФИО3, сопровождавшихся применением насилия со стороны последнего (т.2, л.д.149, 150).

Из показаний потерпевшей Потерпевший №1, данных на стадии предварительного следствия, усматривается, что она характеризовала и ФИО3, и ФИО2 как вспыльчивых людей, которые, будучи в состоянии опьянения, ссорились и дрались между собой. Во время застолья по поводу проводов ФИО21 в армию, ФИО2 периодически говорил в адрес ФИО3, что тот здесь никто, а когда все остальные уходили в военный комиссариат, ФИО3 сидел на веранде за столом, при этом у него был «бешеный» взгляд (т.1, л.д.119-123; т.2, л.д.188-191).

Исходя из склонности подсудимого к агрессии в состоянии опьянения, того обстоятельства, что возможность слышать произносившиеся ФИО2 фразы для ФИО3 не исключалась, в пользу чего свидетельствует последующее, в присутствии Потерпевший №1, заявление подсудимого о том, что дом они не получат, приводят суд к убеждению, что сказанного ФИО2 оказалось достаточно для возникновения у приведшего себя путём употребления спиртного в состояние опьянения ФИО1 личной неприязни к ФИО2, решения убить последнего, а затем и реализации этого намерения.

Таким образом, мотивом лишения ФИО2 жизни послужили личная неприязнь, возникшая к нему у ФИО3 в связи с противоправным поведением потерпевшего, допускавшего оскорбительные высказывания в адрес подсудимого, а также на почве употребления спиртных напитков.

При этом показания подсудимого, потерпевшей и свидетелей о том, что ФИО3 спас ФИО2 из-подо льда на выводы суда не влияют, поскольку не исключают возникновение ДД.ММ.ГГГГ у ФИО3 умысла на лишение ФИО2 жизни и не свидетельствуют об отсутствии мотивов убийства.

Суд считает и то, что у подсудимого не было оснований для самообороны, поскольку в судебном заседании установлено, как о том следует из собственных показаний ФИО3, а объективно - заключения эксперта ФИО42 что ФИО2, смертельные ранения которому были нанесены в спину, не создавал какой - либо опасности для жизни и здоровья подсудимого.

Также суд не усматривает в действиях подсудимого совершения убийства в состоянии сильного душевного волнения (аффекта), вызванного поведением потерпевшего, о чём в достаточной степени свидетельствует заключению комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № по результатам амбулаторной комплексной психолого - психиатрической судебной экспертизы, согласно которому, в момент инкриминируемого деяния ФИО3 не находился в состоянии физиологического аффекта, <данные изъяты> (т.1, л.д.219, 220).

Как установлено в судебном заседании поводом к совершению преступления действительно послужило противоправное поведение ФИО2 Вместе с тем, фактические обстоятельства дела свидетельствуют, что ситуация, приведшая к лишению жизни этого лица, сформировалась на почве личной неприязни и употребления спиртных напитков. В момент выполнения объективной стороны убийства подсудимый находился в состоянии алкогольного опьянения, подтверждением чему являются показания потерпевшей Потерпевший №1 (т.1, л.д.119-123; т.2, л.д.188-191), несовершеннолетнего свидетеля ФИО11 (т.2, л.д.8-11; 194-196), свидетелей Свидетель №2 (т.1, л.д.130-133), Свидетель №3 (т.1, л.д.135-137), Свидетель №1, ФИО10 и Свидетель №6, что само по себе исключает возможность возникновения аффективного состояния. Кроме того, поведение ФИО3 нельзя охарактеризовать как внезапное, поскольку между началом совершения потерпевшим противоправных действий (оскорблений) и последовавшей за этим реакцией подсудимого в ответ на такое поведение прошло значительное время.

Озвученное же стороной защиты мнение о том, что в смерти ФИО2 может быть виновно иное лицо, по сути, является предположением, и ничем не подтверждено.

Поэтому, к отрицанию ФИО3 своей вины в убийстве ФИО2 и его показаниям, доводам об отсутствии у подсудимого мотивов для убийства, возникновении следов крови ФИО2 на левой руке в момент касания ФИО3 трупа после пробуждения, возможной причастности к смерти ФИО2 не подсудимого, а иных лиц, противоречащим фактическим обстоятельствам дела, установленным на основании доказательств, достоверность которых проверена и сомнений не вызывает, суд относится критически и отвергает их, расценивая как способ защиты, избранный с целью исключить наступление негативных для подсудимого последствий в виде уголовной ответственности за совершённое преступление.

Напротив, доказательства, представленные стороной обвинения, включая показания, данные на стадии предварительного следствия потерпевшей Потерпевший №1 (т.1, л.д.119-123; т.2, л.д.188-191) и несовершеннолетнего свидетеля ФИО11 (т.2, л.д.8-11; 194-196), не содержа существенных противоречий, образуют совокупность, получены и исследованы в судебном заседании в соответствии с требованиями уголовно - процессуального закона, а поэтому суд, признавая их достоверными и допустимыми, кладёт в основу приговора.

При этом анализ установленных обстоятельств даёт суду основания признать доказанным не только событие преступления - совершения ДД.ММ.ГГГГ убийства ФИО2, но и преступное участие в нём ФИО3, а также то, что нож, обнаруженный при осмотре места происшествия на трупе ФИО2 и приобщённый к уголовному делу в качестве вещественного доказательства, является орудием преступления.

Давая уголовно - правовую оценку содеянному подсудимым, суд учитывает следующее.

Как указано выше, исходя из установленных обстоятельств дела, мотивом лишения ФИО2 жизни для ФИО3 послужили личные неприязненные отношения, возникшие в связи с противоправным поведением потерпевшего, допустившего оскорбительные высказывания в адрес подсудимого, а также на почве употребления спиртных напитков.

В результате нанесённых ФИО3 травмирующих воздействий <данные изъяты> причинён тяжкий вред по признаку опасности для жизни, повлекший наступление его смерти.

Нанося потерпевшему удары ножом, то есть предметом, обладающим большой поражающей способностью, в область грудной клетки, являющейся местом расположения таких жизненно важных органов, как лёгкие и кровеносные сосуды, с приложением значительного усилия, о чём свидетельствуют характер и тяжесть повреждений, учитывая также их множественность, подсудимый предвидел, желал и добивался наступления общественно опасных последствий в виде смерти ФИО2, то есть действовал с прямым умыслом на убийство.

Между преступными действиями ФИО3, выразившимися в умышленном причинении в результате ударов ножом тяжкого вреда здоровью ФИО2 по признаку опасности для жизни, и наступившими общественно опасными последствиями в виде его смерти имеется причинная связь.

При таких обстоятельствах суд квалифицирует содеянное ФИО3 как преступление, предусмотренное ч.1 ст.105 УК РФ: убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Судом исследован вопрос о вменяемости подсудимого.

В соответствии со справкой Государственного учреждения здравоохранения «Аткарская психиатрическая больница», ФИО3 на учёте у врачей нарколога и психиатра не состоит (т.2, л.д.138).

Согласно заключению комиссии экспертов <данные изъяты> В применении принудительных мер медицинского характера не нуждается (т.1, л.д.219, 220).

Сторона защиты, усомнившись в полноте проведённого экспертного исследования, ссылалась на то, что при его проведении не были приняты во внимание все данные, характеризующие состояние психического здоровья подсудимого и свидетельствующие о возможном его нахождении в состоянии патологического опьянения, настаивала на проведении по делу в отношении подсудимого дополнительной стационарной психолого - психиатрической судебной экспертизы.

Однако, с такими доводами стороны защиты суд не соглашается в силу нижеследующего.

Так, вопреки доводам защитника, комиссия экспертов пришла к однозначному выводу, который сформулировала в своём заключении, что на момент совершения преступления ФИО3 какого - либо временного психического расстройства, а именно к этой категории психических расстройств относится патологическое алкогольное опьянение, либо иного болезненного состояния психики не обнаруживал.

По форме и содержанию заключение комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № отвечает требованиям ст.204 УПК РФ и ст.25 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», основания считать его недостаточно ясным или неполным, отсутствуют, равно как отсутствуют и какие - либо существенные, заслуживающие внимания обстоятельства, делающие объективно необходимым назначение и проведение по делу дополнительной стационарной комплексной психолого - психиатрической судебной экспертизы.

Выводы экспертов, обладающих необходимыми специальными познаниями и значительным опытом, сформулированные в имеющемся в деле заключении комиссии экспертов, аргументированы, основаны на тщательном изучении личности подсудимого и необходимых обстоятельств дела, в силу чего их обоснованность сомнений не вызывает.

Поэтому, учитывая выводы, содержащиеся в заключение комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ №, а также адекватное обстановке поведение подсудимого во время судебного заседания, каких - либо сомнений в его способности во время совершения преступления, а также при производстве по уголовному делу и на момент постановления приговора в полной мере осознавать фактический характер своих действий, руководить ими и правильно воспринимать происходящее, не возникает, а поэтому суд признаёт ФИО3 вменяемым, подлежащим уголовной ответственности и наказанию.

Назначая наказание, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершённого ФИО3 преступления, данные о личности подсудимого и состоянии его здоровья, обстоятельства, смягчающие и отягчающее наказание, влияние наказания на исправление подсудимого, на условия жизни его семьи и на достижение иных целей наказания, таких как восстановление социальной справедливости и предупреждение совершения новых преступлений.

Санкция ч.1 ст.105 УК РФ предусматривает наказание в виде лишения свободы на срок до пятнадцати лет.

Следовательно, ФИО3 совершил умышленное преступление, отнесённое уголовным законом (ч.5 ст.15 УК РФ) к категории особо тяжких преступлений.

В судебном заседании потерпевшая Потерпевший №1, свидетели Свидетель №1, ФИО10, ФИО11, ФИО14, ФИО15 и ФИО16 характеризовали ФИО3 с положительной стороны.

Вместе с тем, содержание исследованного рапорта - характеристики (т.2, л.д.136), справки Отдела Министерства внутренних дел Российской Федерации по <адрес> (т.2, л.д.149, 150), сведения о привлечении к административной ответственности за нарушение общественного порядка (т.2, л.д.133) в совокупности с данными об обстоятельствах, характере и мотивации совершённого преступления, позволяет суду сделать вывод, что ФИО3, как личность, характеризуется посредственно.

Подсудимый ФИО3 не судим (т.2, л.д.133).

Как следует из установленных обстоятельств дела, поводом совершения ФИО3 преступления явилось то, что в процессе употребления спиртного ФИО2 допускал в его адрес выражения оскорбительного характера, что свидетельствует о противоправном поведении потерпевшего.

Поэтому, в соответствии с положениями п.«з» ч.1 и ч.2 ст.61 УК РФ, обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО3, суд признаёт: противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления; наличие у виновного несовершеннолетнего ребёнка; наличие у виновного заболеваний.

Обстоятельства, отягчающие наказание ФИО3, перечисленные в ч.1 ст.63 УК РФ, отсутствуют.

Однако, учитывая то, что преступление, имеющее повышенные характер и степень общественной опасности, подсудимый совершил в состоянии алкогольного опьянения, о чём свидетельствуют, в частности, показания потерпевшей Потерпевший №1 (т.1, л.д.119-123; т.2, л.д.188-191), несовершеннолетнего свидетеля ФИО11 (т.2, л.д.8-11; 194-196), свидетелей Свидетель №2 (т.1, л.д.130-133), Свидетель №3 (т.1, л.д.135-137), Свидетель №1, ФИО10 и Свидетель №6 об употреблении подсудимым спиртного и пребывании в этой связи в алкогольном опьянении, при том, что именно такое состояние привело к снижению самоконтроля ФИО3, и, как следствие, способствовало совершению преступления, принимая во внимание обстоятельства содеянного и личность виновного, суд, в соответствии ч.1.1 ст.63 УК РФ, признаёт обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого, совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Основания для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ и изменения в отношении ФИО3 категории преступления на менее тяжкую, - отсутствуют.

Нет оснований и для применения положений ст.76.2 УК РФ и ст.25.1 УПК РФ и освобождения ФИО3 от уголовной ответственности с назначением судебного штрафа.

Оценив вышеизложенное в совокупности, учитывая положения ст.ст.6, 43, 60, 61 и 63 УК РФ, суд признаёт, что ФИО3 за совершённое преступление надлежит назначить основное наказание в виде лишения свободы, которое предусмотрено санкцией ч.1 ст.105 УК РФ, поскольку применительно к личности виновного и степени общественной опасности содеянного им, только такой вид наказания сможет обеспечить достижение целей наказания.

Исходя из обстоятельств дела, данных о личности подсудимого, включая его возраст, суд признаёт возможным не назначать ФИО3 предусмотренное санкцией ч.1 ст.105 УК РФ дополнительное наказание в виде ограничения свободы.

Каких - либо исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершённого ФИО3 преступления, и дающих основания для применения ст.64 УК РФ, суд не находит.

Не находит суд оснований и для вывода о возможности исправления подсудимого без реального отбывания наказания в местах лишения свободы с применением в отношении ФИО3 положений ст.53.1 УК РФ и замены в соответствии с ними наказания в виде лишения свободы принудительными работами, а также положений ст.73 УК РФ.

В силу п.«в» ч.1 ст.58 УК РФ, основное наказание в виде лишения свободы подлежит отбыванию ФИО3 в исправительной колонии строгого режима.

По настоящему уголовному делу ФИО3 содержался под стражей до постановления приговора с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно.

Этот период предварительного содержания под стражей подлежит зачёту ФИО3 в срок отбытия наказания в виде лишения свободы, как того требуют положения ч.3 ст.72 УК РФ, ст.109 и п.9 ч.1 ст.308 УПК РФ.

В целях обеспечения исполнения приговора до вступления его в законную силу, мера пресечения в виде заключения под стражу в отношении ФИО3 подлежит оставлению без изменения.

Вопрос о вещественных доказательствах суд разрешает в соответствии с ч.3 ст.81 УПК РФ.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Гражданский иск по уголовному делу не заявлен.

Сведений о судебных издержках, связанных с досудебным производством, материалы уголовного дела не содержат, данных о наличии таковых суду не представлено.

Оснований для решения в порядке, предусмотренном ч.1 ст.313 УПК РФ, вопроса о судьбе несовершеннолетнего ребёнка ФИО3 не имеется, поскольку на момент постановления приговора ребёнок подсудимого находится на попечении близкого родственника - матери.

Основания для решения в порядке, предусмотренном ч.2 ст.313 УПК РФ, вопроса о принятии мер по охране имущества и жилища ФИО3 также отсутствуют, поскольку дом и имущество подсудимого находится под присмотром его сожительницы Потерпевший №1

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.296 - 299, 302, 307, 308 и 309 Уголовно - процессуального кодекса Российской Федерации, суд

приговорил:

ФИО3 ФИО44 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ.

Назначить ФИО3у ФИО45 за совершение преступления, предусмотренного ч.1 ст.105 УК РФ, наказание в виде лишения свободы на срок одиннадцать лет с отбыванием наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания А-вым ФИО46 наказания в виде лишения свободы исчислять с ДД.ММ.ГГГГ.

Зачесть ФИО3у ФИО47 в срок отбывания наказания в виде лишения свободы период предварительного содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ включительно.

Меру пресечения в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу оставить ФИО3у ФИО48 без изменения.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Саратовский областной суд через Аткарский городской суд <адрес> в течение десяти суток со дня постановления приговора путём принесения апелляционного представления государственным обвинителем и (или) вышестоящим прокурором, а также апелляционных жалоб иными участниками уголовного судопроизводства и иными лицами в той части, в которой приговор затрагивает их права и законные интересы, а осуждённым, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В апелляционной жалобе лица, не участвующего в уголовном деле, должно быть указано, какие права и законные интересы этого лица нарушены приговором.

Осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чём должен указать в своей апелляционной жалобе, либо возражениях на апелляционное представление или апелляционные жалобы, либо отдельном письменном ходатайстве.

Осуждённый вправе поручать осуществление своей защиты в суде апелляционной инстанции избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о назначении защитника.

Председательствующий Д.Г. Елтарёв