Апелляционное определение № 33-446/2026 33-6215/2025 от 20 января 2026 г.

УИД 47RS0009-01-2024-002432-09

Дело №2-415/2025

33-446/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 21 января 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда в составе:

председательствующего судьи Горбатовой Л.В.,

судей Осиповой Е.А., Пучковой Л.В.,

при помощнике судьи Блиновой А.Б.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело №2-415/2025 по апелляционным жалобе ФИО1, ФИО2 и ФИО3 на решение Кировского городского суда Ленинградской области от 30 июля 2025 года, которым удовлетворен частично иск ФИО1, ФИО2 к ФИО3 об обязании перенести строение, взыскании материального ущерба.

Заслушав доклад судьи Ленинградского областного суда Горбатовой Л.В., объяснения ФИО1, ФИО2 и их представителям - адвоката Оганесяна А.С., возражения ФИО3, судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда

установила:

ФИО1, ФИО2 обратились в Кировский городской суд Ленинградской области с иском к ФИО3, в котором изначально просили взыскать с ответчиков в счет возмещения материального ущерба, причиненного повреждением забора на земельном участке, 15 914,80 рублей, обязать ответчиков в течение 15 дней с момента вступления решения суда в законную силу переустроить скат крыши строения, расположенного на земельном участке по адресу: Ленинградская область, Кировский район, массив «Апраксин», СНТ «Рассвет», ул. Пролетарская, д. 49, обустроив направление ската кровли строения в сторону своего земельного участка.

В обоснование заявленных требований истцы указали, что являются собственниками земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>

Ответчику принадлежит смежный земельный участок по адресу: <адрес>, на котором возведено строение, расположенное в непосредственной близости от общей границы между соседними участками.

Истец утверждал, что данное строение возведено с нарушением строительных норм и правил, а также противопожарных норм. В результате падения снега с крыши данного строения был поврежден забор, установленный на земельном участке истцов, на его восстановление требуются денежные средства.

В ходе рассмотрения дела истцы уточнили требования и просили:

- взыскать в равных долях с ответчика материальный ущерб в сумме 16 621,78 рублей.

- обязать ответчика в течение 15 дней с момента вступления решения суда в законную силу перенести строение, в сторону своего земельного участка с кадастровым номером № по адресу: <адрес>, от юридической границы земельного участка истцов на расстояние 9,90 м, указав, что в случае, если ответчик не исполнит решение в течение установленного срока, истцы вправе совершить эти действия за счет ответчика с взысканием с него необходимых расходов.

В судебное заседание суда первой инстанции ФИО1, ФИО2 и их представитель Оганесян А.С. явились, настаивали на удовлетворении иска.

Ответчик ФИО3 и его представитель ФИО4 возражали против удовлетворения исковых требований.

Решением Кировского городского суда Ленинградской области от 30 июля 2025 года со ФИО3 в пользу ФИО1 взыскан материальный ущерб в размере 4 155,44 рублей, в пользу ФИО2 - в размере 12 466,33 рублей.

ФИО1, ФИО2 в удовлетворении исковых требований к ФИО3 об обязании перенести строение отказано.

ФИО1 и ФИО2 не согласились с законностью и обоснованностью постановленного решения, направили апелляционную жалобу, в которой просит решение Кировского городского суда Ленинградской области от 30 июля 2025 года отменить в части отказа в удовлетворении иска с принятием нового решения об удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В обоснование доводов жалобы истцы ссылались на неправильное установление судом обстоятельств, имеющих значение для дела, что привело к ошибочному применению судом норм материального права. По мнению подателей жалобы, возводя с нарушением противопожарных и строительных норм и правил строение в непосредственной близости от старого садового дома, расположенного на принадлежащем истцам земельном участке, ответчик создал реальную угрозу нарушения права на безопасное пользование своим имуществом, которая может быть устранена только переносом ответчиком спорного строения, которое капитальным не является, вглубь своего участка.

ФИО3 также представил апелляционную жалобу, в которой просит решение Кировского городского суда Ленинградской области от 30 июля 2025 года отменить в части взыскания с него в пользу истцов денежных средств в счет возмещения материального ущерба, с принятием по делу нового решения об отказе в удовлетворении иска в указанной части.

Согласно позиции ответчика, выводы суда о виновности ФИО3 в причиненнии ущерба являются ошибочными, основанным на доказательствах, не отвечающих принципам относимости и допустимости.

По мнению ФИО3, положенный в основу решения акт, составленный 10 февраля 2024 года комиссией СНТ «Рассвет», не может свидетельствовать о том, что инцидент со сходом снега с крыши строения непосредственно на забор имел место в действительности, поскольку составлен неуполномоченными лицами. Допрошенные судом свидетели дали противоречивые показания, а потому не могут являться достоверными доказательствами, подтверждающими виновное бездействие ответчика.

При этом, судом необоснованно отклонен довод ФИО3 о том, что истцы возвели забор из непригодного хрупкого материала - поликарбоната, секции которого были ненадежно закреплены на столбах, что способствовало его разрушению.

Проверив дело, обсудив доводы жалобы, судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда приходит к следующему.

В соответствии со статьей 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу положения пункта 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный имуществу гражданина, подлежит возмещению лицом, причинившим вред, в полном объеме. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, наличие причинно-следственной связи между причинением вреда и действиями (бездействием) ответчика, наличие и размер убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В свою очередь, ответчик обязан доказать отсутствие своей вины в причинении вреда.

Таким образом, в деликтных правоотношениях наличие вины ответчика в причинении вреда презюмируется до тех пор, пока ответчиком не доказано обратное.

Судом установлено и из материалов дела следует, что ФИО2 является собственником <данные изъяты> долей в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>; ФИО1 принадлежит <данные изъяты> доля в праве общей долевой собственности на указанный участок.

На земельном участке с кадастровым номером № расположен дом с кадастровым номером №, год постройки 2012.

ФИО3 является собственников смежного земельного участка с кадастровым номером № по адресу: <адрес>.

В обосновании своих требований о взыскании материального ущерба ФИО2 и ФИО1 ссылались на то обстоятельство, что в результате схода снега с крыши строения, расположенного на участке ФИО3, был поврежден забор возведенный на принадлежащем им участке.

По данному факту 29 мая 2024 года ФИО2 и ФИО1 обратились в ОМВД России по Кировскому району Ленинградской области, постановлением от 6 июня 2024 года отказано в возбуждении уголовного дела по основанию п. 1 ч. 1ст. 24 УПК РФ за отсутствием состава преступления (материал КУСП-6768).

Возражая против удовлетворения требований, ФИО3 ссылался на то обстоятельство, что забор установлен с нарушением СНИП, без согласования с ним, ограждение сделано из материалов, не пригодных для этих целей.

В ходе рассмотрения дела в качестве свидетелей были допрошены ФИО5, ФИО6, ФИО7

Свидетель ФИО5 показала, что в январе 2024 года в вечернее время гуляла с собаками, когда увидела, что в результате падения снега с крыши строения, расположенного на земельном участке ответчика, был частично поврежден забор из поликарбоната, листы которого лежали на земле под снегом. Об указанном инциденте она сразу сообщила ФИО2

Свидетель ФИО6, показал, что постоянно проживает и работает в СНТ «Рассвет», в его, свидетеля, функции входит обход территории садоводства два раза в день. В ходе очередного обхода он обнаружил, что забор на участке № 47 поврежден в результате схода снега со строения, расположенного на соседнем участке. После чего он (свидетель) сообщил об этом председателю. Повреждение забора произошло в середине января 2024 года.

Согласно показаниям свидетеля ФИО7, забор был поврежден в январе 2024 года. Со слов ФИО2 свидетелю известно, что ФИО3 пообещал отремонтировать забор весной. В результате ремонта были закреплены поврежденные листы поликарбоната. как пояснил свидетель, на момент падения снега снегозадержателей на крыше строения не было.

В подтверждение указанных в иске обстоятельств, по ходатайству истцов к материалам дела приобщен акт от 10 февраля 2024 года, согласно которому на участке <адрес> сломан металлический каркас забора в один пролет, погнут металлический каркас забора в три пролета, сломано покрытие забора - монолитный поликарбонат (два листа).

Определением Кировского городского суда Ленинградской области от 25 февраля 2025 года назначена судебная экспертиза.

28 мая 2025 года экспертами подготовлено заключение №250401-КРВ-415, согласно которому в части смежной границы между участками истца и ответчика юридические границы участков установлены в соответствии с требованиями действующего земельного законодательства. Местоположение смежной границы земельных участков соответствует сведениям, внесенным в ЕГРН.

На момент обследования на земельном участке № (ФИО3) имеется хозяйственная постройка, на которой установлены снегозадерживающие устройства и водосточная система.

Произведя замеры указанного строения, эксперты установили, что в нарушение п.6.7 СП 53.13330.2019 спорная постройка высотой ближней стены 3,25 м, конька 4,80 м расположена на удалении в 1,36 м от юридической границы между участками сторон, тогда как согласно норме п.6.7 СП 53.13330.2019 высота постройки должна бы в пределах 1,36*3 = 4,08 м.

Следовательно, для приведения постройки в соответствии с требованиями строительных норм ее необходимо перестроить на указанную высоту, либо отодвинуть от границы участка до 1,6 м (на 0,24 м).

Также, эксперты указали, что в нарушение п.4.3, 4.13 СП 4.13130.2013 спорная постройка распложена на удалении в 5.10 м от садового дома, имеющегося на принадлежащем истцам земельном участке, тогда как для приведения в соответствие постройку необходимо отодвинуть до 15 м удаления от садового дома (на 9,90 м).

В остальном, согласно заключению экспертов, спорная постройка отвечает требованиям действующих норм и правил.

По результатам обследования поврежденного забора эксперты установили стоимость ремонта в размере 16 621, 78 рублей.

Разрешая заявленные требования с применением к спорным правоотношениям положений статей 15, 1064 ГК РФ, суд первой инстанции исходил из того, что в ходе судебного разбирательства ответчиком не представлено доказательств, свидетельствующих об ином размере причиненного ущерба.

Также ответчиком не доказано отсутствие своей вины в причинении ущерба имуществу истцов, тогда как собранными по делу доказательствами в их совокупности, в том числе письменными документами, составленными уполномоченными лицами СНТ «Рассвет», а также показаниями незаинтересованными в исходе дела свидетелями, достоверно подтверждается тот факт, что забор поврежден по причине падения снега непосредственно с крыши постройки, принадлежащей ответчику.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции сделал правильный вывод о наличии правовых оснований для взыскания с ответчика в пользу истцов в счет возмещения ущерба стоимость восстановительного ремонта забора в размере 16 621, 78 рублей в долевом отношении соразмерно принадлежащим истцам долям в праве собственности на земельный участок.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 40 ЗК РФ собственник земельного участка имеет право возводить жилые, производственные, культурно-бытовые и иные здания, сооружения в соответствии с целевым назначением земельного участка и его разрешенным использованием с соблюдением требований градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил, нормативов.

При этом, в силу статьи 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Согласно разъяснениям, закрепленным в пункте 45 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», в силу статей 304, 305 ГК РФ иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение. Такой иск подлежит удовлетворению и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика. Иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению независимо от того, на своем или чужом земельном участке либо ином объекте недвижимости ответчик совершает действия (бездействие), нарушающие право истца.

Отказывая истцам в удовлетворении требований о переносе строения, суд первой инстанции, применив к спорным правоотношениям положения статей пункта 2 части 1 статьи 40 ЗК РФ и пункта 1 статьи 263 ГК РФ, пришел к справедливому выводу об отсутствии обстоятельств, свидетельствующих о необходимости принятия такой меры гражданско-правовой ответственности.

Так, требование об устранении нарушения принадлежащего истцу права должно быть, помимо его обоснованности, направлено на предотвращение реально существующей угрозы утраты или повреждения имущества, причинения вреда жизни или здоровью граждан, а также быть разумным и соразмерным, обеспечивающим баланс прав и законных интересов участников спорного правоотношения.

Между тем, доказательств тому, что несоблюдение нормативного расстояния от спорной постройки до садового дома, расположенного на смежном земельном участке, с очевидностью влечет угрозу жизни и здоровью ФИО1 и ФИО2, истцами не представлено.

При этом, само по себе несоблюдение установленных требований в части несоблюдения расстояния от исследуемой постройки до границы земельного участка, которое в данном случае меньше установленного строительного норматива лишь на 0,24 м, при отсутствии доказательств нарушения прав истцов, не могут являться основанием к удовлетворению иска.

Следует учесть, что в целях дальнейшего исключения попадания снега и талых вод на земельный участок, принадлежащий истцам, ответчиком самостоятельно выполнены работы по установлению на крыше строения стационарного снегозадержателя, а также водоотводной системы с выходом на свой земельный участок.

Таким образом, в настоящее время падение снега с крыши постройки на соседний земельный участок исключается.

Кроме того, из имеющейся в заключении экспертов схемы усматривается, что сторонами и их правопредшественниками взаимно нарушены нормы, предусмотренные для размещения на земельном участке строений.

Так, дом на участке истцов также расположен вблизи смежной границы, а потому возложение только на ответчика ответственности за нарушение строительных норм по возведению хозяйственной постройки с нарушением расстояния от границы лишь на 0,24 м будет несправедливым, нарушающим баланс интересов сторон на беспрепятственное пользование принадлежащим им имуществом.

Довод жалобы о том, что увеличению ущерба способствовало то обстоятельство, что забор изготовлен из ненадлежащего материала, ненадежно закрепленного на опорных столбах, лишены правовой состоятельности, поскольку возведение ограждения на садовом участке из листов поликарбоната не противоречат требованиям строительных норм и правил.

Остальные доводы апелляционных жалоб по существу направлены на иную оценку доказательств, имеющихся в материалах дела, надлежащая оценка которым дана в решении суда первой инстанции, в связи с чем не могут являться основанием для отмены решения суда.

Таким образом, суд правильно определили обстоятельства, имеющие значение для дела, применил к спорным правоотношениям нормы материального права, подлежащие применению к спорным правоотношениям, и постановил законное и обоснованное решение в полном соответствии с требованиями гражданского процессуального законодательством.

Руководствуясь статьями 327.1, 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Ленинградского областного суда

определила:

решение Кировского городского суда Ленинградской области от 30 июля 2025 года оставить без изменения, апелляционные жалобы ФИО1, ФИО2 и ФИО3 – без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в силу со дня его принятия, но может быть обжаловано в Третий кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев.

Председательствующий судья

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 11 февраля 2026 года