Апелляционное постановление № 22-99/2025 22К-99/2025 от 5 февраля 2025 г. по делу № 3/12-25/2024

Судья Саенко И.В.


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

материал

№ 22-99/2025
г.Астрахань
6 февраля 2025г.
Суд апелляционной инстанции Астраханского областного суда в составе:

председательствующего судьи Фролова Ю.Ф.,

при ведении протокола помощником судьи Саетовой Л.Р.,

с участием прокурора Айтжановой А.Г.,

представителя заявителя - адвоката Уфаловой О.М.,

рассмотрел в открытом судебном заседании материал по апелляционной жалобе адвоката Уфаловой О.М., действующей в интересах АО ГК «<данные изъяты>» на постановление Трусовского районного суда г.Астрахани от 4 декабря 2024г., которым отказано в удовлетворении жалобы адвоката Уфаловой О.М., поданной в порядке ст. 125 УПК РФ в интересах АО ГК «<данные изъяты>».

Заслушав адвоката Уфалову О.М., поддержавшую апелляционную жалобу, прокурора Айтжанову А.Г., полагавшую необходимым постановление оставить без изменения, суд

У С Т А Н О В И Л:

Представитель заявителя - адвокат Уфалова О.М. обратилась в Трусовский районный суд г.Астрахани с жалобой в порядке ст. 125 УПК РФ, в которой просила признать незаконным постановление следователя ФИО8 о проведении обыска от 15 октября 2024г., обыска, проведенного 15 октября 2024г. старшим оперативным уполномоченным УЭБиПК УМВД России по Астраханской области ФИО6 и осмотра места происшествия, проведенного 15 октября 2024г. следователем ФИО8, а также об обязании должностных лиц СУ СК России по Астраханской области устранить допущенные нарушения уголовно-процессуального закона и возвратить изъятое.

Постановлением судьи Трусовского районного суда г.Астрахани от 4 декабря 2024г. в удовлетворении указанной жалобы отказано.

В апелляционной жалобе адвокат Уфалова О.М., выражая несогласие с постановлением суда, просит его отменить, считая его незаконным и необоснованным, нарушающим право заявителя на защиту, указав, что у суда не было законных оснований для отказа в удовлетворении её жалобы.

В обоснование своих доводов указывает, что действия по производству обыска и осмотра места происшествия не соответствуют закону.

При принятии решения о произведении обыска в АО ГК «<данные изъяты>» в рамках уголовного дела в отношении ФИО7 и ФИО5 по факту дачи ими взятки отсутствовали законные основания для его проведения, поскольку сотрудники АО ГК «<данные изъяты>» не являются фигурантами вышеуказанного уголовного дела и, соответственно, не имеют к нему никакого отношения.

Считает, что действия по проведению обыска и изъятию документов в АО ГК «<данные изъяты>» и ООО ПКФ «<данные изъяты>» были направлены на вмешательство в административно-хозяйственную деятельность юридических лиц под видом уголовного дела, возбужденного по факту дачи взятки, и создали условия, нарушающие законные права и свободы, предусмотренные Конституцией Российской Федерации.

Указывает, что в ходе судебного заседания было установлено, что фактические и достаточные данные, являющиеся основанием для разрешения обыска в помещениях АО ГК «<данные изъяты>» отсутствовали.

Обращает внимание на отсутствие законных оснований для проведения такого следственного действия, как осмотр места происшествия, поскольку проведение вышеуказанного мероприятия не может осуществляться при отсутствии заявления о преступлении или сообщения о преступлении, предусмотренного уголовно-процессуальным законом и принятого в соответствии с ним; в рамках уголовного дела обвиняемые ФИО7 и ФИО5 не указывали на лиц, являющихся сотрудниками АО ГК «<данные изъяты>», как лиц причастных к совершению преступления.

Считает незаконным произведенное изъятие предметов и документов в ходе обыска, поскольку в них не содержится информация о совершении должностными лицами АО «<данные изъяты>» преступления. Изъятые предметы и документы не признаны и не приобщены к уголовному делу в отношении ФИО7 и ФИО5 в качестве вещественных доказательств, а упомянутые выше действия затрагивают права заявителя ФИО2 и законные интересы юридических лиц АО ГК «<данные изъяты>» и ООО ПКФ «<данные изъяты>», причиняют ущерб конституционным правам. До настоящего времени изъятые предметы и документы не возвращены и умышленно удерживаются следователем ФИО8

Не соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что постановление о производстве обжалуемого обыска было до его начала объявлено генеральному директору АО ГК «<данные изъяты>» - ФИО2, о чем отражено в протоколах, поскольку согласно пояснениям последнего в судебном заседании перед началом обыска ему было объявлено о проведении обыска в рамках возбужденного уголовного дела в отношении ФИО7 по факту дачи взятки. Данное постановление ему не было представлено для ознакомления, в том числе путем фотофиксации.

Указывает на допущенное нарушение положений ч. 11 ст. 182 УПК РФ, выразившееся в том, что она как адвокат не была допущена к участию при проведении обыска. Судом было незаконно отказано в ходатайстве стороны защиты о вызове и допросе ФИО1, который участвовал в обыске и запретил адвокату участвовать при его проведении. Данный оперативный сотрудник принимал активное участие в обыске и иных мероприятиях, проводимых на территории АО ГК «<данные изъяты>». Выводы суда о том, что ФИО3 и ФИО2 перед началом обыска были разъяснены права, и последние не указали о каких-либо замечаниях, опровергается показаниями указанных лиц.

Просит постановление суда отменить, вынести новое решение, которым жалобу, поданную в порядке ст. 125 УПК РФ, удовлетворить.

Изучив материалы дела, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции считает постановление суда законным и обоснованным, а апелляционную жалобу – подлежащей отклонению.

В соответствии с ч. 1 ст. 125 УПК РФ, постановления органа дознания, дознавателя, следователя, руководителя следственного органа об отказе в возбуждении уголовного дела, о прекращении уголовного дела, а равно иные действия (бездействие) и решения дознавателя, начальника подразделения дознания, начальника органа дознания, органа дознания, следователя, руководителя следственного органа и прокурора, которые способны причинить ущерб конституционным правам и свободам участников уголовного судопроизводства либо затруднить доступ граждан к правосудию, могут быть обжалованы в районный суд по месту совершения деяния, содержащего признаки преступления.

При проверке законности и обоснованности решений и действий (бездействия) дознавателя, следователя, руководителя следственного органа и прокурора судья не вправе делать выводы о фактических обстоятельствах дела, об оценке доказательств, в том числе, на предмет их допустимости, а также предопределять действия должностного лица, осуществляющего расследование, а также прокурора, осуществляющего надзор за процессуальной деятельностью органов дознания и предварительного расследования.

Жалоба адвоката Уфаловой О.М. рассмотрена судом в соответствии с положениями ст. 125 УПК РФ. Все доводы, изложенные в ней, являлись предметом исследования и проверки в суде первой инстанции. В обжалуемом постановлении им дана судом надлежащая оценка, не согласиться с которой оснований не имеется

В соответствии с чч. 1 и 3 ст. 182 УПК РФ, основанием производства обыска является наличие достаточных данных полагать, что в каком-либо месте или у какого-либо лица могут находиться орудия преступления, предметы, документы и ценности, которые могут иметь значение для уголовного дела. Обыск производится на основании постановления следователя (дознавателя), при производстве обыска составляется протокол.

Из постановления о производстве обыска от 15 октября 2024г. и пояснений следователя ФИО8 судом первой инстанции установлено, что в производстве следственного отдела по Трусовскому району г.Астрахани СУ СК РФ по Астраханской области находится уголовное дело №, возбужденное 21 сентября 2024г. по признакам преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 291 УК РФ (в отношении неустановленных лиц из числа руководства АО «<данные изъяты>») и ч. 3 ст. 30, ч. 4 ст. 291.1 УК РФ (в отношении ФИО5). АО «<данные изъяты>» и АО ГК «<данные изъяты>» расположены по одному адресу: <адрес> А. 14 октября 2024г. в следственный отдел поступил рапорт оперуполномоченного УЭБиПК УМВД России по Астраханской области о том, что в действиях ФИО7 усматриваются признаки преступления, а именно, что он посредством использования «майнинга» совершал хищение электроэнергии. ФИО7, осуществляя свою деятельность в АО ГК «<данные изъяты>», перенес «майнинг» на его площадку. 15 октября 2024г. было вынесено постановление о проведении обыска в офисных помещениях АО ГК «<данные изъяты>».

Согласно постановлению о проведении обыска, в ходе проведения следственных действий, установлено, что ФИО7 и неустановленные лица из числа руководства АО «<данные изъяты>» незаконно использовали и в настоящее время используют электроэнергию, вырабатываемую АО «<данные изъяты>», в личных и корыстных целях, посредством использования «майнинг-фермы». Целью обыска являлось отыскание и изъятие по адресу: <адрес>, предметов, документов, вещей и электронных носителей, которые могут иметь значение для расследуемого уголовного дела, а также каких-либо записей, содержащих сведения о совершенном преступлении и о причастности должностных лиц АО «<данные изъяты>» и АО «<данные изъяты>» к преступлению, а также предметов, запрещенных либо ограниченных в гражданском обороте.

Как дополнительно пояснил следователь, проведение обыска было необходимо для установления обстоятельств, касающихся цели передачи взятки, а также источника денежных средств.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно не усмотрел оснований для признания незаконным постановления от 15 октября 2024г. о производстве обыска, вынесенного следователем ФИО8, поскольку оно вынесено уполномоченным на то должностным лицом по расследуемому уголовному делу, в рамках процессуальных сроков по делу, соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства, в описательно-мотивировочной его части приведены основания, по которым следователь считает необходимым проведение указанного следственного действия.

Судом первой инстанции установлено, что на основании постановления, вынесенного следователем в силу своих полномочий и в рамках расследуемого уголовного дела, в соответствии со ст. 182 УПК РФ, 15 октября 2024г. произведены два обыска: один - непосредственно самим следователем ФИО8, второй - надлежащим должностным лицом, оперуполномоченным УБЭПиПК УМВД России по Астраханской области ФИО6 на основании поручения следователя.

В соответствии с ч. 4 ст. 182 УПК РФ, до начала обыска следователь предъявляет постановление о его производстве

Словарное значение слова предъявить – это показать, представить в подтверждение чего-либо.

Уголовно-процессуальный закон не предусматривает выдачу копии постановления о производстве обыска и прямо предусматривает только вручение копии протокола обыска.

Из представленных материалов установлено, что ФИО2 участвовал в обыске, проводимом следователем ФИО8, а в обыске, проводимом оперуполномоченным ФИО6, принимали участие ФИО3 и ФИО4

ФИО2, как пояснила ФИО3, в момент начала обыска в помещениях офиса АО ГК «<данные изъяты>», куда прибыли сотрудники полиции с оперуполномоченным ФИО6, не находился.

Из содержания исследованных материалов следует, что постановление о производстве обыска от 15 октября 2024г. было предъявлено следователем ФИО8 – ФИО2, а оперуполномоченным ФИО6 – ФИО4

Согласно ч. 11 ст. 182 УПК РФ при производстве обыска вправе присутствовать защитник, а также адвокат того лица, в помещении которого производится обыск.

Как явствует из протоколов обыска от 15 октября 2024г., составленных следователем ФИО8 и оперативным уполномоченным ФИО6, обыски произведены с участием привлеченных лиц, в том числе генерального директора АО ГК «<данные изъяты>» ФИО2, заместителя главного бухгалтера ФИО4 и бухгалтера ФИО3, что подтверждается подписями данных лиц. Как ФИО2, так и ФИО4 были разъяснены их права, ответственность и порядок производства обыска, в том числе право на присутствие при его проведении адвоката, о чем свидетельствуют подписи всех участвующих лиц.

В Определении от 14 января 2020г. № 4-О Конституционным Судом РФ выражена позиция, что, наделяя следователя полномочием самостоятельно направлять ход расследования, принимать процессуальные решения и относя его к участникам уголовного судопроизводства со стороны обвинения, законодатель не освобождает следователя от выполнения при осуществлении уголовного преследования всего комплекса предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации мер по охране прав и свобод человека и гражданина в уголовном судопроизводстве, и не предполагает возможности отказа в допуске к участию явившегося на обыск адвоката лица, в помещении которого он производится.

Как отметил Конституционный Суд, положения ч. 11 ст. 182 УПК РФ предоставляют явившемуся защитнику, а также адвокату того лица, в помещении которого производится обыск, право присутствовать при проведении данного следственного действия, а на следователя возлагают обязанность обеспечить возможность осуществления этого права. Воспрепятствование присутствию адвоката лица, в помещении которого производится обыск, при проведении указанного следственного действия является нарушением уголовно-процессуального закона.

В ходе рассмотрения жалобы судом первой инстанции установлено, что заявлений, как в виде отдельного документа, так и устных заявлений о желании обеспечить присутствие адвоката при проведении обысков от ФИО2 следователю ФИО8 и ФИО4 оперуполномоченном ФИО6, как должностным лицам их проводившим не поступало.

Не содержится данного ходатайства и в протоколах обыска после разъяснения прав.

Протоколы обыска были подписаны ФИО2 и ФИО4 без каких-либо замечаний, в том числе касающихся не предоставления возможности присутствия адвоката.

Прибывший адвокат Уфалова О.М. также не обращалась к вышеуказанным должностным лицам по вопросу предоставления возможности присутствовать при проведении какого-либо обыска. При этом адвокат физически не могла присутствовать при двух обысках, производившихся практически в одно и то же время в разных помещениях, расположенных на расстоянии 300 метров друг от друга.

При установленных обстоятельствах доводы апелляционной жалобы о том, что при производстве обыска оперуполномоченным ФИО6 было нарушено право на присутствие адвоката, а также о том, что при разрешении жалобы не был допрошен оперуполномоченный ФИО1, не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Утверждения адвоката Уфаловой О.М. о том, что представитель АО ГК «<данные изъяты>» - генеральный директор ФИО2 был лишен возможности отразить в протоколе обыска свои замечания, объективно исследованными материалами дела не подтверждаются.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, из протокола обыска, составленного оперуполномоченным ФИО6, следует, что им было предложено выдать предметы и документы, необходимые для расследования уголовного дела, и все изъятые предметы и документы были выданы участвующими представителями АО ГК «<данные изъяты>» добровольно. При этом никто из этих лиц не заявлял о том, что выдаются и изымаются личные вещи и документы.

Описание изымаемых предметов и документов устраивало участвующих в обыске лиц, в том числе представителя АО ГК «<данные изъяты>» ФИО4, которая не требовала составить более конкретную и предметную опись документов, и не высказывала никаких замечаний на этот счет.

Из протокола и показаний ФИО3 следует, что иная компьютерная техника, кроме служебного ноутбука, и электронные носители информации из компьютерной техники, за исключением отдельных флэш-накопителей и флэш-карты Сбербанка, при производстве обыска не изымались.

Согласно пояснениям следователя ФИО8 установлено, что на момент рассмотрения жалобы ноутбук находился на исследовании, а по ходатайству о его возвращении заявителю направлен ответ.

В соответствии с ч. 2 ст. 164.1 УПК РФ, электронные носители информации изымаются в ходе производства следственных действий с участием специалиста. По ходатайству законного владельца изымаемых электронных носителей информации или обладателя содержащейся на них информации специалистом, участвующим в следственном действии, в присутствии понятых с изымаемых электронных носителей информации осуществляется копирование информации.

Ходатайств о копировании с изымаемых электронных носителей информации, необходимой для осуществления финансово-хозяйственной деятельности АО ГК «<данные изъяты>», участвующими лицами в момент проведения обыска не заявлялось.

Из представленного суду апелляционной инстанции ответа и пояснений адвоката Уфаловой О.М. установлено, что предметы и документы, изъятые в ходе обыска, не признанные вещественными доказательствами по уголовному делу, возвращена АО ГК «<данные изъяты>».

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом о том, что уголовно-процессуальный закон предусматривает обязательное отражение в протоколе следственного действия данных об участвующих в его производстве лицах, в отношении присутствующих лиц, за исключение тех, которые прямо указаны в законе, таких требований закон не содержит.

Составленный оперуполномоченным ФИО6 по результатам проведения обыска протокол, соответствуют требованиям ст.ст. 166-167 УПК РФ, предъявлен всем участвовавшим лицам, которым разъяснены их права, в том числе право делать замечания, которых согласно протоколу сделано не было, подписан проводившими обыск лицами.

Кроме того, поскольку вопросы о необходимости проведения обысков в указанное в протоколах время, о правомерности их проведения с участием указанных в протоколах лиц подлежат тщательной проверке судом, в том числе, путем допроса понятых и иных участников следственного действия, и последующей оценке при разрешении вопроса о достоверности, относимости и допустимости протоколов обыска, как доказательств по делу, что сделать на досудебной стадии производства не представляется возможным, так как в соответствии с п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 10 февраля 2009г. "О практике рассмотрения судами жалоб в порядке ст. 125 УПК РФ" при проверке законности и обоснованности решений и действий (бездействия) дознавателя, следователя, руководителя следственного органа и прокурора судья не должен предрешать вопросы, которые впоследствии могут стать предметом судебного разбирательства по существу уголовного дела.

В соответствии со ст. 74 УПК РФ протоколы следственных действий относятся к числу доказательств.

Оценка и проверка доказательств осуществляется в соответствии со ст. 87 УПК РФ дознавателем, следователем, прокурором, судом путем сопоставления их с другими доказательствами, имеющимися в уголовном деле, а также установления их источников, получения иных доказательств, подтверждающих или опровергающих проверяемое доказательство.

Принимая во внимание указанные выше положения уголовно-процессуального закона и Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, суд первой инстанции обоснованно рассмотрел жалобу заявителя в указанных в судебном решении пределах, с учетом предоставленных ему на досудебной стадии производства по уголовному делу прав и полномочий, обоснованно в соответствии с требованиями Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 10 февраля 2009г. "О практике рассмотрения судами жалоб в порядке ст. 125 УПК РФ" не оценивал протокол обыска, проведенного оперуполномоченным ФИО6, и протокол осмотра места происшествия и их допустимость, как доказательств по делу, поскольку данный вопрос не входит в компетенцию суда на досудебной стадии производства по делу, и является прерогативой суда, рассматривающего уголовное дело по существу.

Из представленных материалов следует, что 15 октября 2024г. следователем СО по Трусовскому району г.Астрахани СУ СК РФ по Астраханской области ФИО8 в рамках расследования уголовного дела №, был проведен также осмотр места происшествия – офисных помещений в АО ГК «<данные изъяты>» на <адрес> этаже здания <адрес> по <адрес>, кабинета бухгалтера АО ГК «<данные изъяты>», в ходе которого были обнаружены и изъяты в установленном законом порядке бухгалтерские документы. Осмотр проведен с участием бухгалтера ФИО3, которая, согласно соответствующему протоколу, замечаний не имела и подписала его.

Согласно ст. 38 УПК РФ следователь является должностным лицом, уполномоченным в пределах компетенции, предусмотренной уголовно-процессуальным законом, осуществлять предварительное следствие по уголовному делу, в ходе которого следователь вправе самостоятельно направлять ход расследования, принимать решение о производстве следственных и иных процессуальных действий, осуществлять иные полномочия, предусмотренные уголовно-процессуальным законодательством.

Нарушений порядка производства осмотра не установлено.

В соответствии с ч. 1 ст. 155 УПК РФ, в случае если в ходе предварительного расследования становится известно о совершении иными лицами преступления, не связанного с расследуемым преступлением, следователь выносит постановление о выделении материалов, содержащих сведения о новом преступлении, из уголовного дела и направлении их для принятия решения в соответствии со ст.ст. 144 и 145 УПК РФ руководителю следственного органа.

Как установлено из представленного выделенного материала, такое решение следователем ФИО8 на основании протоколов обысков и осмотра места происшествия от 15 октября 2024г. и других документов было принято, и составлен рапорт об обнаружении признаков преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 187 УК РФ, в действиях бухгалтера АО ГК «<данные изъяты>» и иных неустановленных лиц.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о законности действий следователя СО по Трусовскому району г.Астрахани СУ СК РФ по Астраханской области ФИО8 и оперативного уполномоченного УБЭПиПК УМВД России по Астраханской области ФИО6, которые соответствовали требованиям уголовно-процессуального закона и не ущемили каким-либо образом конституционные права и свободы АО ГК «<данные изъяты>» и его представителя ФИО2.

Вопреки доводам жалобы заявителя, суд первой инстанции не нашел законных оснований для возложения на следователя обязанности возвратить изъятые при обыске 15 октября 2024г., проведенном оперативным уполномоченным ФИО6, а также изъятые в тот же день при осмотре предметы и документы, как того просил заявитель.

Выполнение вышеуказанных следственных действий обусловлено требованиями полноты, объективности расследования и, вопреки доводам жалобы, не противоречит назначению уголовного судопроизводства, определенному в ст. 6 УПК РФ.

Таким образом, постановление суда является законным и обоснованным, отвечающим требованиям ст.ст. 7 ч. 4, 125 УПК РФ, а также разъяснениям, содержащимся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 1 от 10 февраля 2009г. "О практике рассмотрения судами жалоб в порядке ст. 125 УПК РФ", поэтому отмене либо изменению по доводам, изложенным в апелляционной жалобе, не подлежит.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 38913, 38920, 38928 и 38933 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Постановление Трусовского районного суда г.Астрахани от 4 декабря 2024г. об отказе в удовлетворении жалобы адвоката Уфаловой О.М., поданной в порядке ст. 125 УПК РФ в интересах АО ГК «<данные изъяты>», оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Уфаловой О.М. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента провозглашения и может быть обжаловано в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 471 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу.

В случае подачи кассационной жалобы заинтересованные лица вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела в суде кассационной инстанции.

Председательствующий: подпись Ю.Ф. Фролов