Приговор № 1-131/2021 от 8 июля 2021 г. по делу № 1-131/2021

Уголовное дело № 1-131/2021

(УИД 75RS0029-01-2021-000965-80)


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

09 июля 2021 года г. Нерчинск

Нерчинский районный суд Забайкальского края в составе

председательствующего судьи Бочкарниковой Л.Ю.,

при секретаре Некрасовой А.С.,

с участием государственного обвинителя Рыжинской Е.В.,

подсудимого ФИО1,

его защитника – адвоката Кожина Н.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, (личные данные) не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершил кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, с причинением значительного ущерба гражданину, при следующих обстоятельствах.

В период с 22 часов 30 минут ** до 00 часов ** у ФИО1, находившегося в *** края, возник умысел на хищение принадлежащего К. имущества.

Реализуя задуманное, в указанное время в указанном месте ФИО1, воспользовавшись тем, что за его действиями никто не наблюдает, взял и унес с собой, то есть умышленно, тайно, с корыстной целью похитил принадлежащие К.: из комода в прихожей сотовый телефон марки «SAMSUNG SIII» стоимостью 15 000 рублей, из шкатулки, стоящей в комнате, две золотые цепочки стоимостью 5 000 рублей каждая на общую сумму 10 000 рублей, две золотые подвески стоимостью 1 500 рублей каждая на общую сумму 3 000 рублей, золотые серьги стоимостью 9 000 рублей, золотые серьги стоимостью 6 000 рублей, гарнитур, состоящий из серег и кольца, стоимостью 15 000 рублей, золотой браслет стоимостью 1 500 рублей, серебряные серьги стоимостью 400 рублей, золотой крестик стоимостью 500 рублей, золотое кольцо стоимостью 1 500 рублей, бижутерию на общую сумму 1 000 рублей.

С похищенным ФИО1 с места преступления скрылся, распорядился им по своему усмотрению, тем самым причинив К. значительный материальный ущерб на общую сумму 62 900 рублей.

Подсудимый ФИО1 вину в инкриминируемом преступлении признал в полном объеме, суду показал, что ** вечером во время ужина на сотовый телефон супруги поступил звонок от К.П., который сказал, что уезжает на Приисковую, не может найти ключ, попросил посмотреть за домом, который он оставил открытым. Идти в квартиру и ждать его там, К. не просил. К. не уточнял, откуда он ему звонил, уехал только что, либо некоторое время назад. Минут через 15 он доел, стал выходить из дома, чтобы покурить, услышал глухой стук «Бум». Выйдя, увидел свет, горевший у соседа К., подумал, что тот уже приехал, пошел к нему, думая, что сосед на машине сразу заехал в гараж. Позвонить в тот момент возможности не было, так как телефон был разряжен.

Ограды с К. у них отдельные, калитка у них была открытой, двери на веранду и в дом приоткрыты, валялись сапоги, подумав, что что-то случилось, решил войти в квартиру. Обстановка в квартире ему была знакома, так как ранее он у К. бывал. Войдя в коридор через веранду, а не через котельную, никого не увидел, слева там стояла тумбочка или комод, рядом валялись вещи, ящик был немного приоткрыт, виднелся телефон, который он взял и положил в карман. В комнате справа увидел валяющиеся вещи, шкатулку в шкафу, которая была приоткрыта, а в ней украшения, забрал их, положив в варежку, шкатулку бросил рядом с вещами в ящик шкафа, ящик при этом не задвигал. Украшения не рассматривал, сразу вышел в ограду, в этот момент подъехал К.П., он вышел за ограду, посидел с К.П. в машине, покурили, разошлись по домам. Дома варежку с украшениями и телефоном убрал в ведро с золой, стоявшее в ограде. Соседу о стуке, который слышал, говорить не стал. Умысел на хищение телефона у него возник, когда он находился в квартире К., пошел туда, так как услышал глухой хлопок, тем более, что сосед попросил присмотреть за квартирой. Полицией все похищенное было изъято, возвращено потерпевшей, он принес потерпевшей извинения, материальных претензий она к нему не имеет.

Из оглашенных показаний подозреваемого ФИО1, данных им в ходе предварительного следствия, следует, что ** около 23 часов ему на сотовый телефон позвонил К.П. и попросил, чтобы он присмотрел за его квартирой, так как он поехал в *** на вокзал. К. сказал, чтобы он зашел к нему в квартиру и подождал его там. Отсутствовал К. около часа, он согласился и пошел к нему домой. Дома никого не было, зайдя в дом, он решил что-нибудь похитить в квартире, для какой цели, объяснить не может. После этого он открыл комод в прихожей слева от входа, там обнаружил сотовый телефон в корпусе белого цвета в чехле-бампере черного цвета, затем прошел в комнату слева в дальнем углу, где в выдвижном верхнем ящике обнаружил шкатулку, из нее похитил золотые украшения, какие именно, не знает. Сложив все в варежку, которая была в кармане, вышел на улицу, закурил, в этот момент подъехал К.. Он поговорил с К. и пошел к себе домой. Похищенное сложил в пакет спрятал в бачок со шлаком. Спустя день все осознал и хотел вернуть похищенное, но не знал, как это сделать, было стыдно. Увидев, что к К. подъехали сотрудники полиции, решил все рассказать, поэтому, когда на улице к нему подъехали сотрудники полиции, он добровольно все рассказал и выдал (л.д. 50-52).

Оглашенные показания подсудимый подтвердил, пояснил, что при первом допросе подробностей об услышанном стуке, валяющихся вещах в квартире К. не помнил, поэтому не говорил о них, вспомнил позже.

Из показаний ФИО1, данных им в ходе предварительного следствия в качестве обвиняемого, и оглашенных в судебном заседании, следует, что вину в предъявленном обвинении он признает частично, поскольку умысел на хищение у него возник уже в квартире К., ** около 23 часов после просьбы соседа К. о присмотре за его квартирой, он решил сходить в данную квартиру, так как ему послышался через стенку какой-то посторонний шум. Зайдя во двор, он увидел приоткрытые двери веранды, зашел на веранду, двери в квартиру были закрыты, но не замкнуты. После вошел внутрь, и, уже находясь в доме, убедившись в том, что в квартире никого нет, решил что-нибудь похитить. В комоде в прихожей нашел сотовый телефон в корпусе белого цвета с чехлом-бампером черного цвета, убрал его к себе в карман. Затем прошел в комнату, расположенную в правом дальнем углу относительно входа в квартиру, где из выдвижного ящика шкафа вытащил шкатулку, из которой похитил золотые украшения, какие именно, не смотрел. Украшения и сотовый телефон спрятал у себя во дворе дома (л.д. 88-90).

Оглашенные показания подсудимый подтвердил, уточнил, что дверь с веранды в дом в действительности была закрыта, но не заперта.

Обстоятельства совершения преступления ФИО1 в ходе предварительного следствия продемонстрировал в ходе проверки показаний на месте, с применением фотосъемки, пояснив, что ** по просьбе соседа К.П. присматривал за его квартирой. Услышав какой-то звук в квартире К., пошел туда, войдя через незапертую дверь. Убедившись, что в квартире никого нет, решил похитить что-нибудь в личных целях (л.д. 91-95).

В ходе очной ставки, проведенной между свидетелем К.П. и подозреваемым ФИО1 **, ФИО1 пояснил, что указывая при допросе на то, что К. просил его посидеть в доме до его приезда, он что-то напутал, а в дом К. вошел, так как за стенкой услышал какой-то хлопок, решил убедиться, все ли в порядке. Зайдя в дом, решить что-нибудь похитить. При допросе в качестве подозреваемого не рассказывал о хлопке, так как забыл.

Свидетель К.П. пояснил, что ** около 23 часов позвонил на сотовый телефон соседу ФИО1, чтобы тот присмотрел за его квартирой, то есть просто послушал посторонний шум, пояснив, что дом оставил открытым (л.д. 73-74).

Анализируя показания подсудимого в совокупности с иными доказательствами, исследованными в процессе судебного разбирательства, суд признает их достоверными в части и берет за основу обвинительного приговора, поскольку они детальны, обстоятельны, последовательны и полностью согласуются с другими доказательствами, исследованными в судебном заседании, подтверждены в ходе проверки показаний на месте и очной ставки со свидетелем.

Показания подсудимого в части того, что «шкатулка с украшениями потерпевшей была видна из ящика шкафа и приоткрыта, вынув из нее украшения, он бросил ее туда же, визуально она была заметна вошедшему в комнату», суд признает ложными, поскольку они противоречат показаниям потерпевшей К. и свидетеля К. о том, что «шкатулка была убрана в ящик, спрятана под бельем, в связи с чем пропажу украшений потерпевшая заметила не сразу». Оснований не доверять показаниям потерпевшей и свидетеля у суда не имеется, в связи с чем суд полагает, что показания даны подсудимым с целью смягчения уголовной ответственности за содеянное.

Помимо полного признания подсудимым вины, его виновность в данном преступлении нашла свое полное подтверждение в ходе судебного разбирательства и установлена судом с учетом совокупности нижеприведенных исследованных и проанализированных доказательств.

Потерпевшая К. суду показала, что в момент кражи она дома отсутствовала, приехала домой ** после 23 часов, кражу сразу не обнаружила. ** обнаружила пропажу золотых украшений и бижутерии, спросила мужа, детей, но они ничего не знали, ей пришлось вызвать полицию, в этот же день ей сообщили, что обнаружили похищенное имущество, вернули ей его. Перед отъездом наличие украшений в шкатулке она проверяла, все было на месте. Сама шкатулка лежала в нижнем ящике шкафа, в нижнем белье. Телефон оставался либо в спальне, либо в прихожей. Телефон был в рабочем состоянии, в чехле черного цвета, стоил 15 000 рублей. В целом стоимость похищенного оценивает на 62 900 рублей, причиненный ущерб для нее является значительным, так как доход семьи на четверых составляет около 40 000 рублей, кредитные обязательства в размере 7 200 рублей. Все украшения имели одинаковый товарный вид, 585 пробы, приобретались в течение всей ее жизни, стоимость указывала по памяти, чеки не сохранила.

Впоследствии муж рассказал ей, что в ее отсутствие уезжал из дома, не мог найти ключ и закрыть дверь, попросил присмотреть за домом соседа, однако она поняла, что заходить ему в дом муж не разрешал. Раньше сосед приходил к ним в дом, но только в их присутствии. В случае, если входная дверь будет закрыта, в дом можно попасть через котельную, со слов супруга она поняла, что закрыта в тот день была только калитка, двери в дом и котельную были открыты. Собака находилась в вольере. Они с Р-выми проживают через стенку, слышимость хорошая, особенно в туалете. ФИО1 впоследствии принес ей извинения.

Потерпевшая К. обратилась в полицию с заявлением с просьбой принять меры к неизвестным лицам, которые похитили золотые украшения из ее квартиры в период с ** по ** (л.д. 3).

Свидетель К.П. суду показал, что ** его супруга была в командировке, дети у бабушки и у друзей, он остался дома один, собирался увезти родственника на станцию, не мог найти ключи от входной двери, времени на поиски уже не было. Приехав к родственникам, позвонил соседу ФИО1, его телефон был недоступен, позвонил его супруге, она передала трубку ФИО1. Он сказал ФИО1, что уехал, попросил присмотреть за домом, имея ввиду, обратить внимание, если увидит что-то подозрительное, не разрешая заходить в дом, хотя не озвучивал этого. С такой просьбой он обратился к соседу впервые, хотя живут рядом с 2006 года, общаются хорошо, вхожи в дом друг к другу. Когда вернулся домой после 00 часов, ФИО1 стоял за оградой, сказал, что все в порядке, они поговорили немного, дома он ничего подозрительного не заметил. Через некоторое время приехала супруга, обнаружила пустую шкатулку, стала спрашивать его, он ничего не мог пояснить, так как даже точно не знал, где все хранилось. Чуть позже вспомнил, что уезжал и просил соседа присмотреть за домом.

С Р-выми они проживают в одном доме через стенку, однако ограды у них разные. Слышимость от соседей хорошая в ванной и туалете, в остальных комнатах не очень хорошая. В тот день, когда уезжал на станцию, калитку в ограду он не запер, двери с улицы на веранду были заперты на щеколду, двери с улицы в котельную не были заперты, оттуда можно попасть в дом, собака находится во дворе в вольере. Похищенные украшения и телефон принадлежали его супруге, точное наименование и их стоимость ему неизвестна.

Свидетель Р. суду показала, что в марте 2021 года, точной даты не помнит, около 23 часов они сидели дома, ужинали семьей, муж находился с ними. На ее сотовый телефон позвонил сосед К., она слышала, как он сказал о том, что не может найти ключ, дом не закрыл, просил присмотреть. Муж поговорил с ним, потом вышел на улицу, сказал, что прикроет дверь. Муж отсутствовал около 10 минут, она посмотрела в окно, увидела, что муж и К. сидят в машине рядом с домом. Она и дети помылись и легли спать. Слышимость с соседней квартирой у них хорошая, однако, во время ужина она никаких посторонних шумов и звуков из соседней квартиры не слышала, даже если бы услышала, не придала бы значения. В кухне стены общей с соседями не имеется. Ранее ее супруг заходил в дом к К., и К. заходил к ним. О совершенной мужем краже она узнала примерно через 10 дней, когда у них в ограде изымали похищенное имущество. Супруга характеризует с положительной стороны, спиртным не злоупотребляет, занимается воспитанием детей, не обижает ни ее, ни детей, зарабатывает случайными заработками, ранее за ним склонности к кражам она не замечала.

Анализируя показания потерпевшей и свидетелей в совокупности с иными доказательствами, исследованными в процессе судебного разбирательства, суд признает их правдивыми и берет за основу обвинительного приговора, поскольку они пояснили лишь о тех обстоятельствах, очевидцами и участниками которых они были, а также о тех, которые им стали известны со слов непосредственных участников событий, их показания в целом согласуются между собой, воссоздают целостную картину произошедшего и не противоречат другим доказательствам по делу, все они допрошены, будучи предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, оснований для оговора подсудимого не имеют.

Незначительные неточности в показаниях свидетелей и потерпевшей, в частности относительно запертой двери веранды, не вызывают у суда сомнений в их достоверности, и не способны повлиять на выводы суда о виновности подсудимого, поскольку свидетельствуют лишь об особенностях их субъективного восприятия. При этом суд исходит из того, что в ходе судебного разбирательства не были установлены обстоятельства, свидетельствовавшие бы о наличии у данных свидетелей заинтересованности в исходе дела и в оговоре подсудимого.

Кроме того, вина ФИО1 объективно подтверждается протоколами других следственных действий и иными доказательствами, исследованными судом.

Протоколом осмотра места происшествия от ** –*** в *** края, с приложенной фототаблицей (л.д. 7-16).

Протоколом выемки, в ходе которой ФИО1 добровольно выданы золотые и серебряные украшения, бижутерия, сотовый телефон, принадлежащие потерпевшей К. (л.д. 22-27).

Выданные ФИО1 предметы осмотрены, признаны и приобщены к делу в качестве вещественных доказательств, возвращены потерпевшей (л.д. 63-69, 70, 71, 72).

Исследовав представленные суду доказательства в их совокупности, суд приходит к убеждению, что подсудимый ФИО1 виновен в преступлении при установленных судом обстоятельствах, что подтверждается полным признанием им вины, вышеприведенными показаниями самого подсудимого, потерпевшей и свидетелей, которые положены в основу обвинительного приговора, иными доказательствами, исследованными судом, которые суд признает достоверными, допустимыми и относимыми к совершенному преступлению, а совокупность исследованных судом доказательств – достаточной для постановления обвинительного приговора.

Ущерб, причиненный потерпевшей, суд, с учетом ее мнения о его значительности, сведений о доходе, иных обстоятельств, установленных судом, признает значительным.

Вместе с тем, проанализировав представленные суду доказательства, суд полагает неправильной квалификацию действий подсудимого по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, как совершение преступления «с незаконным проникновением в жилище», и исключает указанный квалифицирующий признак, как не нашедший своего подтверждения в ходе предварительного и судебного следствия, квалифицируя его действия по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, ввиду следующего.

Согласно разъяснениям, данным в п. 18, 19 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ** № «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое», под незаконным проникновением в жилище, помещение или иное хранилище следует понимать противоправное тайное или открытое в них вторжение с целью совершения кражи. Решая вопрос о наличии в действиях лица, совершившего кражу, грабеж или разбой, признака незаконного проникновения в жилище, помещение или иное хранилище, судам необходимо выяснять, с какой целью виновный оказался в помещении (жилище, хранилище), а также когда возник умысел на завладение чужим имуществом. Если лицо находилось там правомерно, не имея преступного намерения, но затем совершило кражу, грабеж или разбой, в его действиях указанный признак отсутствует. Этот квалифицирующий признак отсутствует также в случаях, когда лицо оказалось в жилище, помещении или ином хранилище с согласия потерпевшего или лиц, под охраной которых находилось имущество.

Судом установлено, а также в ходе предварительного и судебного следствия подсудимый последовательно отрицал факт незаконного проникновения в жилище в целях хищения чужого имущества, подтвердил свои показания в ходе проверки показаний на месте и очной ставки. В частности, из его показаний, как данных в суде, так и исследованных судом следует, что услышав подозрительный звук, доносящийся из соседней квартиры, а затем с улицы увидев свет у соседей, он решил, что сосед вернулся домой, войдя на веранду и увидев разбросанные вещи, решил проверить, все ли в порядке, и лишь в тот момент, когда находился в квартире, у него возник умысел на тайное хищение имущества, принадлежащего потерпевшей. Указанные показания подсудимого органом следствия не опровергнуты.

Довод стороны обвинения, состоящий в том, что свидетель К., обращаясь с просьбой к ФИО1, не разрешал последнему находиться в его жилище, судом отвергается как несостоятельный, поскольку из показаний свидетеля К. в суде следует, что он не озвучивал для ФИО1 того, что в дом входить не нужно, просил того присмотреть за домом, подразумевая, что нужно прислушиваться к звукам.

Таким образом, суд приходит к выводу, что, предъявляя обвинение по квалифицирующему признаку «с незаконным проникновением в жилище», орган следствия не привел достаточных доказательств, подтверждающих наличие такого признака.

Указанные сомнения в виновности подсудимого в силу положений ст. 14 УПК РФ суд толкует в пользу ФИО1

Кроме того, из объема обвинения подлежит исключению указание на хищение чехла от мобильного телефона, поскольку данный предмет для потерпевшей материальной ценности не представляет и не является предметом хищения в уголовно-правовом смысле.

Переквалификация действий подсудимого является обоснованной, положение ФИО1 не ухудшает, в связи с чем в силу ст. 252 УПК РФ является допустимой в ходе рассмотрения дела в суде.

При таком положении суд квалифицирует деяние ФИО1 по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ как кражу, то есть тайное хищение чужого имущества с причинением значительного ущерба гражданину.

При назначении наказания суд учитывает требования ст. 60 УК РФ, характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих его наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи, а также принцип справедливости, согласно которому наказание и иные меры уголовного характера должны быть справедливыми, соответствовать характеру и степени общественной опасности преступлений.

ФИО1 не судим (л.д. 100, 110), состоит в браке, имеет двоих малолетних детей (л.д. 98, 99), не работает, по месту жительства участковым уполномоченным характеризуется удовлетворительно (л.д. 94), по месту прежней учебы, месту работы и месту службы - положительно (л.д. 112-113, 114, 115), на учете у психиатра не состоит, состоит на учете у нарколога с диагнозом: «употребление каннабиноидов с вредными последствиями» (л.д. 119, 120, 122, 123).

С учетом данных о личности подсудимого, условий его жизни, конкретных обстоятельств дела, суд признает ФИО1 вменяемым и подлежащим уголовной ответственности за содеянное.

В соответствии с п. 29 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания» не может признаваться добровольным заявление о преступлении, сделанное лицом в связи с его задержанием по подозрению в совершении этого преступления. Признание лицом своей вины в совершении преступления в таких случаях может быть учтено судом в качестве иного смягчающего обстоятельства в порядке ч. 2 ст. 61 УК РФ или, при наличии к тому оснований, как активное способствование раскрытию и расследованию преступления.

Оценивая явку с повинной ФИО1, данную после допроса последнего по факту подозрения в совершении преступления, по которому оно было заявлено и возбуждения уголовного дела, суд не учитывает ее в качестве смягчающего наказания обстоятельства, поскольку органу следствия уже были известны обстоятельства, изложенные в данном протоколе явки с повинной, а добровольная выдача похищенного имущества учтена судом в качестве иного смягчающего наказание обстоятельства.

Таким образом, в качестве смягчающих наказание подсудимого обстоятельств суд в соответствии с п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ учитывает наличие малолетних детей у виновного;

в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ учитывает активное способствование раскрытию и расследованию преступления, розыску имущества, добытого в результате преступления, заключающееся в том, что в ходе предварительного следствия он давал признательные показания об обстоятельствах преступления, в том числе и о тех, что не были известны правоохранительным органам, продемонстрировал их на месте, добровольно выдал похищенное;

в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ учитывает полное признание вины, раскаяние в содеянном, состояние здоровья виновного, совершение преступления впервые, принесение потерпевшей извинений.

Отягчающих наказание обстоятельств судом не установлено.

Несмотря на наличие смягчающего вину обстоятельства, предусмотренного п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, при отсутствии отягчающих вину обстоятельств, суд не находит основания для применения при назначении ФИО1 наказания правил, предусмотренных ч. 1 ст. 62 УК РФ, поскольку наказание в виде обязательных работ не является самым строгим видом наказания, предусмотренным санкцией данной статьи.

С учетом фактических обстоятельств преступления, степени его общественной опасности, личности подсудимого, суд не усматривает оснований для изменения на основании ч. 6 ст. 15 УК РФ категории преступления на менее тяжкую.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, совершенного ФИО1, его поведением во время и после его совершения, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, дающих основание для применения правил ст. 64 УК РФ, судом не установлено.

Учитывая конкретные обстоятельства и степень общественной опасности совершенного подсудимым преступления, его личность, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих его наказание обстоятельства, суд назначает ФИО1 наказание в виде обязательных работ, признавая невозможным назначение более мягкого наказания, поскольку оно не будет отвечать целям наказания – восстановлению социальной справедливости, исправлению подсудимого и предупреждению совершения им новых преступлений.

Гражданский иск по делу не заявлен.

При разрешении судьбы вещественных доказательств суд руководствуется положениями ч. 3 ст. 81 УПК РФ.

Учитывая, что подсудимый является взрослым, трудоспособным лицом, не является имущественно несостоятельным, учитывая его состояние здоровья и наличие иждивенцев, суд в соответствии с ч. 1 ст. 131, ст. 132 УПК РФ считает необходимым взыскать с ФИО1 в федеральный бюджет процессуальные издержки в сумме 6 750 рублей (1 день – ** – ознакомление с материалами уголовного дела 2 520 руб; 2 дня – участия в судебных заседаниях: 2 520 руб.х2 дн., 8 и **), за время, фактически затраченное адвокатом Кожиным Н.П. на осуществление полномочий, предусмотренных ч. 1, 2 ст. 53 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 296-299, 303-304, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ, и назначить ему наказание в виде обязательных работ на срок 280 (двести восемьдесят) часов.

По вступлению приговора в законную силу вещественные доказательства – сотовый телефон марки «SAMSUNG SIII», 2 золотые цепочки, две золотые подвески, 2 пары золотых серег, гарнитур, состоящий из серег и кольца, золотой браслет, серебряные серьги, золотой крестик, золотое кольцо, бижутерия, возвращенные потерпевшей К., разрешить к использованию.

Взыскать с осужденного ФИО1 в федеральный бюджет РФ процессуальные издержки в сумме 6 750 рублей за оказание юридической помощи адвокатом Кожиным Н.П.

Приговор суда может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам ***вого суда в течение 10 (десяти) суток со дня постановления приговора путем подачи апелляционной жалобы или апелляционного представления в Нерчинский районный суд.

В случае подачи апелляционной жалобы в тот же апелляционный срок участники уголовного судопроизводства, в том числе осужденный, вправе ходатайствовать о своем участии в суде второй инстанции в судебной коллегии по уголовным делам ***вого суда, и в тот же срок со дня вручения им копии апелляционного представления или апелляционной жалобы, затрагивающих их интересы.

Председательствующий: Л.Ю. Бочкарникова