Апелляционное постановление № 22-4711/2025 22К-4711/2025 от 9 июля 2025 г. по делу № 3/1-19/2025

Судья Завгородняя О.Г. Дело № 22-4711/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Краснодар 10 июля 2025 года

Суд апелляционной инстанции по уголовным делам Краснодарского краевого суда в составе

Председательствующего Еремеевой А.Г.

При секретаре судебного заседания Кобзевой Т.Ю.

С участием прокурора Фащук А.Ю.

Адвоката Бочковского А.Ф.

Обвиняемого Д.

рассмотрел в открытом судебном заседании материал по апелляционной жалобе адвоката Бочковского А.Ф., действующего в защиту интересов обвиняемого Д., на постановление Красноармейского районного суда Краснодарского края от 24 июня 2025 года, которым

Д., .......... года рождения, гражданину ............ ранее не судимому, обвиняемому в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а, б» ч.6 ст.171.1, ч.4 ст.327.1 УК РФ,

избрана мера пресечения в виде содержания под стражей на 1 месяц 28 суток, то есть до 20 августа 2025 года.

Заслушав доклад судьи Еремеевой А.Г., изложившей дело и доводы апелляционной жалобы, объяснения адвоката Бочковского А.Ф. и обвиняемого Д. по доводам жалобы, мнение прокурора Фащук А.Ю. об оставлении судебного решения без изменения, суд апелляционной инстанции

установил:

постановлением Красноармейского районного суда Краснодарского края от 24 июня 2025 года Д., обвиняемому в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а, б» ч.6 ст.171.1, ч.4 ст.327.1 УК РФ, избрана мера пресечения в виде содержания под стражей на 1 месяц 28 суток, то есть до 20 августа 2025 года.

В апелляционной жалобе адвокат Бочковский А.Ф., действующий в защиту интересов обвиняемого, просит постановление отменить, избрать Д. меру пресечения в виде запрета определенных действий.

Указывает, что суд в должной мере не дал оценку представленным следователем материалам.

Просит учесть, что изготавливать табачную смесь ФИО1 имел право, и в подтверждение имел разрешительную документацию на ее производство. Решение о заключении ФИО1 под стражу принято в нарушение п.1.1 ч.2 ст. 108 УПК РФ, поскольку обвиняемый имеет постоянное место жительства на территории Российской Федерации, ранее мера пресечения в отношении него не избиралась и им не нарушалась, от следствия и суда он не скрывался. Применение более мягкой меры пресечения в судебном заседании не обсуждалось.

Кроме того, суд не проверил и не проанализировал все приложенные к ходатайству следователя материалы и доводы участников судебного заседания. Информация из справки-меморандума вообще не оценивалась судом на предмет достоверности. У ФИО1 отсутствуют заграничный паспорт, вид на жительство иностранного государства, валютные счета в банках РФ и зарубежных банках. Оперативный работник представил в суд не проверенную информацию, либо сознательно изготовил документ с информацией, не соответствующей действительности.

Судом не проверена обоснованность подозрения в причастности Д. к инкриминируемому преступлению. Не представлено ни одного аргумента, который бы позволил подозревать его в изготовлении акцизных марок, изготовленных не производством АО «Госзнак».

Изъятое оборудование стоимостью на десятки миллионов рублей, не принадлежащее ФИО1, следователь передал ему на ответственное хранение, предупредив об ответственности за утрату, не разъяснив, как осуществлять ответственное хранение в условиях изоляции от общества.

В возражениях на жалобу прокурор А. считает постановление правосудным и просит оставить его без изменения.

Проверив материал, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции находит постановление законным и обоснованным.

На основании ст. 108 УПК РФ, заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше 3 лет при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

Как следует из материала, в производстве Славянского межрайонного следственного отдела следственного управления Следственного комитета Российской Федерации находится уголовное дело, возбужденное 20 июня 2025 года по признакам преступлений, предусмотренных п.п. «а, б» ч.6 ст.171.1, ч.4 ст.327.1 УК РФ в отношении Д., Б., В., Г. и иных неустановленных лиц.

22 июня 2025 года Д. задержан в соответствии со ст. ст. 91, 92 УПК РФ по подозрению в совершении преступлений, предусмотренных п. п.п. «а, б» ч.6 ст.171.1, ч.4 ст.327.1 УК РФ,

Из представленных материалов следует, что постановление следователя о возбуждении перед судом ходатайства об избрании меры пресечения в отношении Д. составлено с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства и представлено в суд по возбужденному уголовному делу.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции в соответствии с положениями постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013г. №41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий» (в ред. постановления от 11.06.2020 №7), ст.ст. 100 и 108 УПК РФ, убедился в достаточности данных об имевшем место событии преступления, и проверил обоснованность подозрения о причастности Д. к совершению инкриминируемых деяний, а также наличие оснований к его содержанию под стражей.

Принимая решение об удовлетворении ходатайства следователя об избрании Д. меры пресечения в виде заключения под стражу, суд обоснованно исходил из того, что он обвиняется в совершении преступлений, относящегося к категории тяжких, наказание за которые предусмотрено в виде лишения свободы на длительный срок. Указанное обстоятельство на первоначальных этапах производства по уголовному делу свидетельствует о невозможности избрания иной, более мягкой меры пресечения, чем заключение под стражу, так как с учётом конкретных обстоятельств преступления, по которому Д. 1 июля 2025 года предъявлено обвинение, и возможности назначения наказания в виде лишения свободы, а также данных о личности обвиняемого, имеются основания полагать, что находясь на свободе, опасаясь реального наказания в виде лишения свободы, он может скрыться от органов предварительного следствия и суда, продолжить заниматься преступной деятельностью, либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Изложенный вывод суда соответствует правовой позиции Верховного Суда РФ, пункту 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2013 №41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста, залога и запрета определенных действий» (в ред. постановления от 11.06.2020 №7), согласно которому на первоначальных этапах производства по уголовному делу тяжесть предъявленного обвинения и возможность назначения по приговору наказания в виде лишения свободы на длительный срок могут служить основанием для заключения подозреваемого или обвиняемого под стражу ввиду того, что он может скрыться от дознания и предварительного следствия.

При решении вопроса об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, судом приняты во внимание положения ст. ст. 97, 99, 108 УПК РФ, и в постановлении приведены конкретные фактические обстоятельства и основания для избрания меры пресечения в виде содержания под стражей.

Таким образом, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу о нецелесообразности избрания Д. иной меры пресечения, не связанной с заключением под стражу, поскольку предоставленные материалы, в обоснование заявленного ходатайства, содержат достаточные данные о том, что иная, более мягкая мера пресечения, в отношении обвиняемого неэффективна.

Учитывая конкретные обстоятельства и личность обвиняемого, принцип разумной необходимости в ограничении его права на свободу, суд апелляционной инстанции также не находит оснований для избрания обвиняемому более мягкой меры пресечения, в том числе в виде запрета определенных действий, с учетом данных, установленных судом первой инстанции.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что само по себе наличие жилого помещения, где обвиняемый может находиться под мерой пресечения в виде запрета определенных действий, не является единственным и безусловным основанием для принятия решения именно о такой мере пресечения.

Формального подхода при рассмотрении ходатайства следователя, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Данных о наличии у Д. заболеваний, включенных в перечень тяжких заболеваний, препятствующих содержанию под стражей подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации №3 от 14.01.2001 г., в ходе предварительного следствия по уголовному делу не установлено, суду стороной защиты не представлено.

Нарушений уголовно-процессуального законодательства, влекущих отмену или изменение обжалуемого постановления не имеется.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

постановление Красноармейского районного суда Краснодарского края от 24 июня 2025 года, которым ФИО2, обвиняемому в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а, б» ч.6 ст.171.1, ч.4 ст.327.1 УК РФ, избрана мера пресечения в виде содержания под стражей на 1 месяц 28 суток, то есть до 20 августа 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции в порядке главы 47.1 УПК РФ.

Председательствующий