Апелляционное определение № 33-1933/2026 от 11 марта 2026 г.

Кайтагский районный суд Республики Дагестан

Судья Алиханов Р.А.

Дело № 2-685/2025

УИД 05RS0027-01-2025-000707-58

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ДАГЕСТАН


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

от 12 марта 2026 года, № 33-1933/2026, г. Махачкала

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Дагестан в составе:

председательствующего Биремовой А.А.,

судей ФИО10 и Сатыбалова С.К.,

при секретаре судебного заседания ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов РФ о компенсации морального вреда за незаконное привлечение к уголовной ответственности, возмещении имущественного ущерба в порядке реабилитации,

по апелляционным жалобам представителя МВД по РД по доверенности ФИО6 и представителя Министерство финансов РФ по доверенности ФИО5 на решение Кайтагского районного суда Республики Дагестан от <дата>,

заслушав доклад судьи Верховного Суда Республики Дагестан ФИО10,

установила:

ФИО11 обратился в суд с иском к Министерству финансов РФ о компенсации морального вреда за незаконное привлечение к уголовной ответственности, возмещении имущественного ущерба в порядке реабилитации.

Определением суда от <дата> исковое заявление ФИО1 к Минфину РФ о компенсации морального вреда за незаконное привлечение к уголовной ответственности, принято к производству, в остальной части в принятии заявления отказано, с разъяснением истцу о его праве обратиться в порядке уголовного судопроизводства.

Исковые требования о взыскании компенсации морального вреда в размере 5 000 000,00 рублей мотивированы тем, что постановлением дознавателя ОМВД России по <адрес> РД от <дата> в отношении него было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.222 УК РФ, <дата> постановлением суда ему избрана мера пресечения в виде домашнего ареста, в последующем, <дата> эта мера пресечения была заменена на запрет определенных действий, с <дата> – на подписку о невыезде.

Сообщает, что <дата> материалы уголовного дела были переданы в следственный орган, уголовное дело было переквалифицировано на более тяжкую статью ч.3. ст.222 УК РФ.

Утверждает, что приговором суда от <дата> он был оправдан по вмененному преступлению в связи с отсутствием состава преступления. Несмотря на последующую отмену данного приговора в суде вышестоящей инстанции, <дата> он вновь оправдан при повторном рассмотрении дела, законность данного приговора подтверждена определением суда апелляционной инстанции от <дата>, а также определением суда кассационной инстанции от <дата>.

Указывает, что нахождение длительное время в статусе обвиняемого в совершении преступления, которого он не совершал, во время нахождения под мерой пресечения создало для него стрессовое состояние, он не имел возможности прокормить себя и свою беременную супругу, что в конечном итоге привело к расторжению брака.

Решением Кайтагского районного суда Республики Дагестан от <дата> исковые требования ФИО2 удовлетворены частично.

С Министерства Финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда за незаконное уголовное преследование в сумме 250 000,00 руб.

В остальной части иска отказано.

В апелляционной жалобе представитель МВД по Республики Дагестан по доверенности ФИО6 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований.

В обоснование доводов апелляционной жалобы указано, что истцом не представлены доказательства, подтверждающие тяжесть перенесенных истцом физических и нравственных страданий в связи с рассмотрением в судах уголовного дела в отношении него.

В апелляционной жалобе представитель Министерство финансов РФ по доверенности ФИО5 просит решение суда изменить, уменьшить размер компенсации морального вреда до разумных пределов.

В обоснование доводов апелляционной жалобы указано, что суд первой инстанций при разрешении исковых требований истца о взыскании с Минфина России компенсации морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, неправильно применил нормативные положения с учетом разъяснений, данных в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации, регулирующие порядок взыскания компенсации морального вреда.

Взыскивая с Минфина России за счет казны Российской Федерации в пользу истца компенсацию морального вреда, причиненного незаконным уголовным преследованием, в размере 250 000,00 рублей суд первой инстанций сослался в обоснование такого вывода на факт реабилитации ответчика в порядке уголовного судопроизводства, но не учел требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

Выводы суда первой инстанций о размере взысканной в пользу истца компенсации морального вреда требованиям процессуального закона не отвечают, поскольку основаны лишь на приводимых им самим в исковом заявлении доводах об обстоятельствах, касающихся его уголовного преследования, и не подтверждены какими-либо доказательствами.

Как указывает истец в своем исковом заявлении, незаконным уголовным преследованием ему причинен моральный вред, заключающийся в нравственных страданиях, которые он испытал в результате того, что в отношении него незаконно возбудили уголовное дело, в ходе допросов на него оказывали психологическое и физическое воздействие. Находясь изначально под домашним арестом, а затем под запретом определенных действий и подпиской о невыезде он не имел возможности прокормить себя и свою беременную жену, находился на иждивении у родителей. Обстановка в семье была негативная, начались конфликты, что привело к расторжению брака. В связи с тем, что супруга проходила по уголовному делу в качестве свидетеля, то ее неоднократно подвергали допросу, из-за чего на нервной почве она потеряла ребенка. Также указывает на то, что не мог готовиться к защите дипломной работы, вынужден брать академические отпуска, а затем и вовсе был отчислен из ВУЗа. Помимо вышеуказанного истец ссылается на то обстоятельство, что не мог приступить к своим трудовым обязанностям, поскольку работодатель не желал его видеть в коллективе и оказывал давление с целью добровольного написания заявления об увольнении по собственному желанию.

Минфин России считает необходимым обратить внимание суда на то обстоятельство, что изначально избранная мера пресечения как заключение под стражу впоследствии была заменена на более мягкую в виде домашнего ареста, а затем на подписку о невыезде, в целом уголовное преследование длилось около 2,5 лет. Следует отметить, что довод истца о том, что он не мог нормально учиться и готовиться к защите дипломной работы не соответствует действительности, поскольку постановлением суда от <дата> был исключен запрет на использование ФИО1 информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в целях обеспечения учебы в дистанционном порядке.

Таким образом, по мнению Минфина России, истцом, в силу положений статьи 56 ГПК РФ, не доказан факт причинения ему моральных страданий, не представлены доказательства, свидетельствующие о высокой степени нравственных и физических страданий, не представлены какие - либо письменные документы, в том числе о состоянии здоровья, свидетельствующие о причинении морального вреда в условиях длительной психотравмирующей ситуации, что негативно сказалось бы на повседневном образе жизни и общественной (трудовой) деятельности.

Наличие оправдательного приговора предусматривает право на возмещение имущественного вреда и устранение последствий морального вреда, вместе с тем не освобождает истца от бремени доказывания.

По мнению Минфина России, изложенные обстоятельства не могут служить основанием для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда в размере 250 000,00 руб. Указанная сумма является явно завышенной, не соответствует принципу разумности и справедливости.

В возражениях на апелляционную жалобу МВД по РД ФИО11 просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В суд апелляционной инстанции истец ФИО11, не явился, представителя не направил, извещен надлежащим образом.

Также не явился представитель Министерства финансов РФ, в апелляционной жалобе содержится ходатайство о рассмотрении дела в их отсутствие.

Судебная коллегия, выслушав представителя ответчика по доверенности ФИО6, который поддержал доводы апелляционной жалобы, заключение помощника прокурора ФИО7, который полагал решение суда подлежащим изменению, обсудив возможность рассмотрения дела в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, которые надлежащим образом извещены о дате, времени и месте судебного заседания, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.

Согласно постановлению Пленума Верховного Суда РФ N 23 от <дата> решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Данным требованиям закона решение суда первой инстанции в полной мере не соответствует.

Статьей 2 Конституции РФ закреплено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

Статьей 53 Конституции РФ установлено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Разрешая спор с учетом положений ст. ст. 151, 1100, 1070 ГК РФ, норм главы 18 УПК РФ, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда с Министерства финансов РФ за счет казны РФ.

Между тем судебная коллегия полагает заслуживающими внимания доводы апелляционных жалоб Министерства финансов РФ и МВД по РД о завышенном размере компенсации морального вреда, исходя из следующего.

В соответствии с п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата> N 17 "О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве" (далее - постановление Пленума Верховного Суда РФ от <дата> N 17), основанием для возникновения у лица права на реабилитацию является постановленный в отношении него оправдательный приговор или вынесенное постановление (определение) о прекращении уголовного дела (уголовного преследования) по основаниям, указанных в ч. 2 ст. 133 УПК РФ, либо отмене незаконного или необоснованного постановления о применении принудительных мер медицинского характера.

Согласно п. 21 постановления Пленума Верховного Суда РФ от <дата> N 17 при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости. Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

При этом обязанность по соблюдению предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

В соответствии со ст. 134 УПК РФ право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате незаконного уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда.

Согласно абз. 2 ст. 151 ГК РФ установлено, что при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Определяя размер морального вреда (25 000,00 руб.), суд первой инстанции отметил, что учитывает общий срок уголовного преследования ФИО1 по вмененному преступлению, который составил 2,5 года, в период которого ему избирались различные меры пресечения, которые сохранялись до <дата>. ФИО11 ранее к уголовной ответственности хоть и привлекался, на момент возбуждения дела судимости не имел, из-за незаконного привлечения к уголовной ответственности не имел возможности осуществлять трудовую деятельность, обучаться в ВУЗе, в котором состоял. Истец имел беременную супругу, в связи с чем незаконное уголовное преследование и применение различных мер пресечения, в том числе домашнего ареста, запрета определенных действий, подписки о невыезде явились существенным психотравмирующим фактором, что не могло не вызвать у него сильные эмоциональные переживания и душевное потрясение, повлекшие серьезное стрессовое состояние, учитывая то, что истец был лишен привычных условий жизни и ограничен в правах.

В силу частей 1 и 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Согласно части 1 статьи 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательства представляются лицами, участвующими в деле. Копии документов, представленных в суд лицом, участвующим в деле, направляются или вручаются им другим лицам, участвующим в деле, если у них эти документы отсутствуют, в том числе в случае подачи в суд искового заявления и приложенных к нему документов в электронном виде. Суд вправе предложить лицам, участвующим в деле, представить дополнительные доказательства. В случае, если представление необходимых доказательств для этих лиц затруднительно, суд по их ходатайству оказывает содействие в собирании и истребовании доказательств.

Частью 1 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (часть 4 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Частью 4 статьи 198 Гражданского процессуального кодекса Российской. Федерации предусмотрено, что в мотивировочной части решения суда должны быть указаны обстоятельства дела, установленные судом, доказательства, на которых основаны выводы суда об этих обстоятельствах, доводы, по которым суд отвергает те или иные доказательства, законы, которыми руководствовался суд.

Исходя из изложенных выше положений закона каждая сторона спора должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать. Суд также вправе предложить лицам, участвующим в деле, представить дополнительные доказательства. При этом бремя доказывания обстоятельств, имеющих значение для дела, между сторонами спора подлежит распределению судом на основании норм материального права, регулирующих спорные отношения, с учетом требований и возражений сторон. Для обеспечения вынесения законного и обоснованного решения суд обязан всесторонне и полно исследовать доказательства, установить фактические обстоятельства и правильно применить законодательство.

Между тем выводы суда о размере взысканной в пользу истца компенсации морального вреда требованиям процессуального закона не отвечают, поскольку основаны лишь на приводимых самими истцом в исковом заявлении доводах об обстоятельствах, касающихся его уголовного преследования, и не подтверждены какими-либо доказательствами.

В постановлении Пленума Верховного Суда РФ от <дата> N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" даны разъяснения о том, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни (абзац 1 п. 42).

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать, в том числе, длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий (абзац 2 п. 42).

Следовательно, исходя из цели присуждения компенсации морального вреда реабилитированному гражданину размер этой компенсации должен быть индивидуализирован, то есть определен судом применительно к личности реабилитированного гражданина, к понесенным именно им нравственным и (или) физическим страданиям в результате незаконного уголовного преследования, с учетом длительности и обстоятельств уголовного преследования, тяжести инкриминируемого ему преступления, избранной в отношении его меры процессуального принуждения, причины избрания такой меры и иных обстоятельств, сопряженных с фактом возбуждения в отношении гражданина уголовного дела.

Вместе с тем компенсация морального вреда должна быть адекватной обстоятельствам причинения морального вреда лицу, подвергнутому незаконному уголовному преследованию, и должна обеспечить баланс частных и публичных интересов, с тем чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, поскольку казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

В судебном акте должны быть приведены достаточные и убедительные мотивы в обоснование той или иной суммы компенсации морального вреда, присуждаемой гражданину в связи с незаконным уголовным преследованием, исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных им физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела. Оценка таких обстоятельств судом не может быть формальной.

Судом установлено и следует из материалов уголовного дела, что <дата> дознанием в отношении ФИО1 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.1 ст.222 УК РФ.

<дата> ФИО11 задержан в порядке ст.ст.91, 92 УПК РФ.

<дата> срок задержания ФИО1 продлен на 48 часов.

<дата> в отношении ФИО1 избрана мера пресечения в виде домашнего ареста.

Установлены запреты: не покидать места жительства, кроме необходимости явки в органы следствия и суд, необходимости получения медицинской помощи; общаться с лицами, являющимися участниками по делу, за исключением такого общения в рамках проведения следственных и иных процессуальных действий следователем; не получать и не отправлять корреспонденцию, в том числе электронную почту от лиц, не являющихся участниками по делу; не вести переговоры с использованием любых средств связи с лицами, являющимися участниками по делу; использовать средства связи и информационно-телекоммуникационную сеть «интернет», за исключением использования телефонной связи для вызова скорой медицинской помощи, сотрудников правоохранительных органов, аварийно-спасательных служб при возникновении чрезвычайных ситуаций, а также для общения с контролирующими органами, следователем.

<дата> мера пресечения в виде домашнего ареста продлена до <дата>, с сохранением ранее установленных запретов и ограничений, исключив из числа ограничений запрет на использование информационно-телекоммуникационной сети «интернет» в целях обеспечения учебы в дистанционном порядке.

<дата> мера пресечения в виде домашнего ареста заменена на запрет определенных действий до <дата>. Установлены запреты: не покидать место своего жительства – домовладение своих родителей по адресу: Республика Дагестан, <адрес>, кроме необходимости явки в органы следствия и суд, необходимости получения медицинской помощи в период времени с 22 часов 00 минут до 06 часов 00 минут по московскому времени; общаться с лицами, являющимися участниками по делу, за исключением такого общения в рамках проведения следственных и иных процессуальных действий следователем; не получать и не отправлять корреспонденцию, в том числе электронную почту от лиц, не являющихся участниками по делу; не вести переговоры с использованием любых средств связи с лицами, являющимися участниками по делу; использовать средства связи и информационно-телекоммуникационную сеть «интернет», за исключением использования телефонной связи для вызова скорой медицинской помощи, сотрудников правоохранительных органов, аварийно-спасательных служб при возникновении чрезвычайных ситуаций, в целях обеспечения своей учебы в дистанционном порядке, а также для общения с контролирующими органами, следователем.

<дата> избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде, которая сохранялась до <дата>.

<дата> материалы дела переданы по подследственности, ФИО11 предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч.3 ст.222 УК РФ.

Приговором суда от <дата> ФИО11 оправдан по вмененному преступлению в связи с отсутствием состава преступления.

<дата> ФИО11 вновь оправдан при повторном рассмотрении дела, законность данного приговора подтверждена определением суда апелляционной инстанции от <дата>, а также определением суда кассационной инстанции от <дата>.

Таким образом, меры пресечения, связанные с изоляцией от общества, в отношении истца не применялись.

Истец ФИО11 находился под домашним арестом в период с <дата> по <дата> (1 месяц 24 дня), под запретом определенных действий в период с <дата> до 02.12.2022(1 месяц 1 день).

При этом в период с <дата> по <дата> действовал запрет не покидать место жительства в ночное время.

В соответствии с положениями ст.ст. 105.1, 107 УПК запрет определенных действий и домашний арест являются мерами пресечения, не связанными с лишением свободы, доказательств обращения к следователю за разрешением покинуть жилище по уважительному основанию и получения отказа на такое обращение в период нахождения под домашним арестом не представлено.

Дальнейшее подписка о невыезде не препятствовали ведению привычного образа жизни истцом, не ограничила его в свободе передвижения.

Доказательств того, что в результате незаконного уголовного преследования в отношении ФИО1 им был расторгнут брак и его супруга потеряла ребенка, не представлено.

Также не доказана причинно-следственная связь между уголовным преследованием и исключением истца из Тольяттинского государственного университета, учитывая, в том числе, то, что истцу была предоставлена возможность обучения дистанционно до изменения меры пресечения на подписку о невыезде.

Кроме того, согласно установочным данным приговора Кайтагского районного суда Республики Дагестан от <дата>, на момент вынесения приговора ФИО11, <дата> года рождения, имеет высшее образование, женат, работает в ООО «Норильскникельремонт».

Учитывая вышеизложенное, выводы суда первой инстанций о том, что ФИО11 причинены столь значительные физические и нравственные страдания, что размер компенсации морального вреда должен составить по 250 000,00 рублей, являются недостаточно обоснованными.

По мнению судебной коллегии, судом первой инстанции не были учтены в достаточной степени приведенные выше обстоятельства и в данном случае заслуживают внимания доводы апелляционных жалоб Министерства финансов РФ и МВД по РД о том, что истцом не представлено необходимых доказательств причинения ему морального вреда в заявленном размере.

Поскольку в решении не содержится исчерпывающих выводов, обосновывающих взыскание в пользу истца компенсации морального вреда в размере 250 000,00 руб. в пользу, в связи с вышеизложенным, судебная коллегия приходит к выводу об изменении обжалуемого решения суда в части подлежащего взысканию в пользу ФИО1 размера компенсации морального вреда, со снижением его до 50 000,00 рублей.

Компенсация морального вреда в указанном размере будет соответствовать характеру и объему причиненных истцу нравственных страданий, и в то же время являться разумной и справедливой с учетом фактических обстоятельств по делу, личности истца.

Таким образом, решение подлежит изменению в части размера возмещения морального вреда (п. 4 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ).

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. ст. 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Дагестан

определила:

решение Кайтагского районного суда Республики Дагестан от <дата> в части размера взысканной суммы компенсации морального вреда изменить.

Взыскать с Министерства Финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда за незаконное уголовное преследование в сумме 50 000 руб.

В остальной части решение суда оставить без изменения.

Председательствующий А.А. Биремова

Судьи: С.К. Сатыбалов

ФИО10