Решение № 2-5321/2017 2-5321/2017~М-3743/2017 М-3743/2017 от 3 июля 2017 г. по делу № 2-5321/2017

Дело № 2-5321/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

4 июля 2017 года город Казань

Советский районный суд города Казани в составе

председательствующего судьи А.А. Ахметгараева

при секретаре судебного заседания Е.Н. Яркиной

рассмотрев в судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО3, ФИО4 об устранении препятствий в пользовании земельным участком, путем обязания убрать забор и запрета осуществлять сжигание мусора и складирование пищевых отходов,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1, ФИО2 (далее – также истцы) обратились в суд с иском к ФИО3, ФИО4 (ранее ФИО3) об устранении препятствий в пользовании земельным участком, путем обязания убрать забор и запрета осуществлять сжигание мусора и складирование пищевых отходов.

Исковые требования мотивированы тем, что ответчики являются соседями истцов. На смежной границе ответчики возвели высокий забор, несмотря на то, что на данной границе установлен забор из сетки-рабицы. В связи с этим на земельном участке, принадлежащем истцам образуется тень. Кроме того, со стороны принадлежащего ответчикам земельного участка в сторону земельного участка истцов идет дым, а также в результате складирования ответчиками отходов идет неприятный запах. Указанное создает истцам препятствия в пользовании принадлежащим им земельным участком.

В судебном заседании истцы заявленные требования поддержали в полном объеме.

Представитель ответчиков просила в удовлетворении иска отказать, пояснив, что истом не представлены доказательства, свидетельствующие о создании ответчиками препятствий в пользовании земельным участком; спорный забор не создает угрозу причинения вреда жизни и здоровью истцов.

Согласно части 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

В силу статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации нарушенное право подлежит восстановлению либо защите способами, в частности путем признания права, восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения, прекращения или изменения правоотношения.

Статья 2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определяет, что целью гражданского судопроизводства является защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений.

В развитие закрепленной в статье 46 Конституции Российской Федерации гарантии на судебную защиту прав и свобод человека и гражданина часть первая статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации устанавливает, что заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов. Тем самым гражданское процессуальное законодательство, конкретизирующее положения статьи 46 Конституции Российской Федерации, исходит, по общему правилу, из того, что любому лицу судебная защита гарантируется только при наличии оснований предполагать, что права и свободы, о защите которых просит лицо, ему принадлежат, и при этом указанные права и свободы были нарушены или существует реальная угроза их нарушения (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 27 октября 2015 года № 2481-О).

В силу положений статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации в судебном порядке защите подлежит только нарушенное или оспоренное право.

В соответствии со статьей 304 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В силу пункта 1 статьи 263 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник земельного участка может возводить на нем здания и сооружения, осуществлять их перестройку или снос, разрешать строительство на своем участке другим лицам. Эти права осуществляются при условии соблюдения градостроительных и строительных норм и правил, а также требований о целевом назначении земельного участка (пункт 2 статьи 260).

Согласно части 1 статьи 40 Земельного кодекса Российской Федерации собственник земельного участка имеет право:

1) использовать в установленном порядке для собственных нужд имеющиеся на земельном участке общераспространенные полезные ископаемые, пресные подземные воды, а также пруды, обводненные карьеры в соответствии с законодательством Российской Федерации;

2) возводить жилые, производственные, культурно-бытовые и иные здания, строения, сооружения в соответствии с целевым назначением земельного участка и его разрешенным использованием с соблюдением требований градостроительных регламентов, строительных, экологических, санитарно-гигиенических, противопожарных и иных правил, нормативов;

3) проводить в соответствии с разрешенным использованием оросительные, осушительные, культуртехнические и другие мелиоративные работы, строить пруды и иные водные объекты в соответствии с установленными законодательством экологическими, строительными, санитарно-гигиеническими и иными специальными требованиями;

4) осуществлять другие права на использование земельного участка, предусмотренные законодательством.

Установлено, что истцам на праве долевой собственности, принадлежит земельный участок, расположенный по адресу: <адрес изъят>, с кадастровым номером <номер изъят>.

Кроме того, на земельном участке располагается жилой дом, право собственности на который также зарегистрировано.

Ответчики являются собственниками земельного участка с кадастровым номером <номер изъят>, расположенного по адресу: <адрес изъят>

Обращаясь с иском по настоящему делу истцы указывают, что на смежной границе ответчики возвели высокий забор, несмотря на то, что на данной границе установлен забор из сетки-рабицы. В связи с этим на земельном участке, принадлежащем истцам образуется тень. Кроме того, со стороны принадлежащего ответчикам земельного участка в сторону земельного участка истцов идет дым, а также в результате складирования ответчиками отходов идет неприятный запах. По мнению истцов, ответчиками при установке забора не учтены требования СНиП 30-02-97. Указанное создает истцам препятствия в пользовании принадлежащим им земельным участком.

В соответствии со статьей 222 ГК РФ самовольной постройкой является жилой дом, другое строение, сооружение или иное недвижимое имущество, созданное на земельном участке, не отведенном для этих целей в порядке, установленном законом и иными правовыми актами, либо созданное без получения на это необходимых разрешений или с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил. Самовольная постройка подлежит сносу осуществившим ее лицом либо за его счет, кроме случаев, предусмотренных пунктом 3 настоящей статьи.

Одним из признаков самовольной постройки является создание ее с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пунктах 22, 46 Постановления Пленума Верховного Суда РФ №10, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ №22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», в суд о сносе самовольной постройки вправе обратиться собственник земельного участка, субъект иного вещного права на земельный участок, его законный владелец либо лицо, права и законные интересы которого нарушает сохранение самовольной постройки. При рассмотрении исков об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, путем возведения ответчиком здания, строения, сооружения суд устанавливает факт соблюдения градостроительных и строительных норм и правил при строительстве соответствующего объекта. Несоблюдение, в том числе незначительное, градостроительных и строительных норм и правил строительстве может являться основанием для удовлетворения заявленного иска, если при этом нарушается право собственности или законное владение истца.

Таким образом, возможность удовлетворения иска об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, путем возведения строений, законом (статьями 304-405, 222 ГК РФ) связана с установлением факта нарушения прав и интересов истца.

Как следует из пункта 1.1. СП 53.13330.2011. Свод правил. Планировка и застройка территорий садоводческих (дачных) объединений граждан, здания и сооружения. Актуализированная редакция СНиП 30-02-97*, утвержденного Приказом Минрегиона Российской Федерации от 30декабря 2010 года № 849, о нарушении которого указывают истцы, данный свод правил распространяется на проектирование застройки территорий садоводческих, дачных некоммерческих объединений граждан, находящихся на них зданий и сооружений.

Разрешенным видом использования как земельного участка, принадлежащего истцам, так и земельного участка, принадлежащего ответчикам, является индивидуальное жилищное строительство.

Следовательно, к правоотношениям сторон положения требования СНиП 30-02-97* не применяются.

В статье 60 Градостроительного устава города Казани приведены предельные значения параметров земельных участков и разрешенного строительства на земельных участках, отнесенных к зоне индивидуальной жилой застройки.

Так, в отношении ограждений земельных участков вдоль улиц и проездов, между соседними участками с передней стороны дома, выходящей на улицу и проезд максимальная высота ограждений предусмотрена 2,5 м. При этом предельная максимальная высота в отношении ограждений между соседними участками с задней стороны дома и в остальных случаях, а также требования к типу ограждений не предусмотрены.

Из представленных в материалы дела фотоматериалов следует, что высота возведенного ответчиками забора составляет 1,80 м.

Истцами не представлены надлежащие доказательства того, что в результате расположения указанного забора происходит значительное затенение части земельного участка истцов, что ухудшает произрастание урожая.

На фотографиях, имеющихся в материалах дела, видно, что на участке истцов от строений ответчика тень не образуется.

Из представленных фотоматериалов следует, что участок вдоль забора используется истцами в полном объеме, возделывается, имеются насаждения.

Кроме того, на представленной истцами фотографии указано, что тень образуется от строения Х-вых, а не от спорного забора, установленного ответчиками.

В нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом не представлены суду отвечающие требованиям относимости, допустимости и достаточности доказательства того, что действиями ответчиков нарушено право пользования принадлежащим истцам земельным участком, а также не представлены доказательства существенного нарушения возведенным забором на смежной границе градостроительных и строительных норм и правил.

С учетом указанного суд приходит к выводу о том, что установленный ответчиками забор не нарушает прав истцов, в связи с чем оснований для удовлетворения заявленных истцами требований в этой части не имеется.

В части требований запретить ответчикам осуществлять сжигание мусора и складирование пищевых отходов суд приходит к следующему.

Согласно статье 42 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на благоприятную среду обитания, факторы которой не оказывают вредного воздействия на человека.

В соответствии с положениями статей 8, 10 Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» граждане имеют право на благоприятную среду обитания, факторы которой не оказывают вредного воздействия на человека; получать в соответствии с законодательством Российской Федерации в органах государственной власти, органах местного самоуправления, органах, осуществляющих федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор, и у юридических лиц информацию о санитарно-эпидемиологической обстановке, состоянии среды обитания, качестве и безопасности продукции производственно-технического назначения, пищевых продуктов, товаров для личных и бытовых нужд, потенциальной опасности для здоровья человека выполняемых работ и оказываемых услуг; обращаться в органы, уполномоченные на осуществление федерального государственного санитарно-эпидемиологического надзора, в связи с нарушениями требований санитарного законодательства, создающими угрозу причинения вреда жизни, здоровью людей, вреда окружающей среде и угрозу санитарно-эпидемиологическому благополучию населения.

Граждане обязаны выполнять требования санитарного законодательства, а также постановлений, предписаний осуществляющих федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор должностных лиц; не осуществлять действия, влекущие за собой нарушение прав других граждан на охрану здоровья и благоприятную среду обитания.

В материалах дела имеется заключение АНО «Центр содействия обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения» от 11 октября 2016 года № 238/О, согласно которому в результате рассмотрения материалов на соответствие санитарным правилам индивидуального жилого <адрес изъят> нарушения требований санитарных норм и правил не выявлены.

Доказательства, подтверждающие нарушение ответчиками санитарных норм и правил на принадлежащем им земельном участке, в результате которого нарушается право истцов на благоприятную среду обитания последними не представлены.

Оценив в совокупности представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу о том, что истцами не доказан факт создания ответчиками препятствий в пользовании земельным участком, в связи с чем оснований для удовлетворения заявленных истцами требований не имеется.

Руководствуясь статьями 194 - 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО1, ФИО2 к ФИО3, ФИО4 - отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Татарстан в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме через Советский районный суд г. Казани.

Мотивированное решение изготовлено 10 июля 2017 года.

Судья А.А. Ахметгараев