Решение № 2-1038/2019 2-1038/2019~М-1102/2019 М-1102/2019 от 11 ноября 2019 г. по делу № 2-1038/2019

Р Е III Е Н И Е

именем Российской Федерации

12 ноября 2019 года г. Краснотурьинск

Краснотурьинский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Чумак О.А.,

при секретаре судебного заседания Васиной Н.В.,

с участием прокурора – старшего помощника прокурора г. Краснотурьинска Дранициной В.В.,

истца ФИО1, действующего в интересах несовершеннолетнего ФИО2,

ответчика ФИО3,

третьего лица ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, действующего в интересах несовершеннолетнего ФИО2, к ФИО3 о компенсации морального вреда, причиненного дорожно-транспортным происшествием,

установил:

ФИО1, действующий в интересах несовершеннолетнего <ФИО>1., обратился в Краснотурьинский городской суд с исковым заявлением к ФИО5 о компенсации морального вреда, причиненного дорожно-транспортным происшествием. В обоснование иска указал, что 07.09.2018 года около дома № 5 по ул. Молодежная произошло дорожно-транспортное происшествие с участием автомобиля марки Шевроле Нива, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, принадлежащего на праве собственности ФИО3, который совершил наезд на малолетнего сына истца <ФИО>1 В результате наезда <ФИО>1 получил травмы, из-за которых он несколько месяцев не мог самостоятельно передвигаться и обслуживать себя, кроме этого испытывал мучения от сильных болей, из-за которых ночами часто просыпался, перенес нервный стресс, с 23 декабря 2018 года проходит реабилитацию. Просит суд взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 руб.

В судебном заседании истец ФИО1, действующий в интересах несовершеннолетнего ФИО2, исковые требования поддержал, суду пояснил, что 07.09.2018 во дворе жилого дома № 5 по ул. Молодежная г. Краснотурьинска водитель ФИО3, управляя автомобилем «Нива Шевроле» допустил наезд на его малолетнего сына <ФИО>1, в результате чего несовершеннолетний получил травму в виде <данные изъяты>. В период с 07.09. по 28.09.2019 года находился на стационарном лечении в отделении травматологии ГАУЗ СО «Краснотурьинская городская больница», где <ФИО>1 были проведены две операции. После сын наблюдался амбулаторно в срок до 27.12.2018 года, проходил физиолечение. В результате полученной травмы сын плохо спал от боли, плакал, не мог самостоятельно передвигаться и обслуживать себя. Кроме того, сын учился заново ходить, от чего постоянно испытывал страх, что упадет. По настоящее время, <ФИО>1 испытывает дискомфорт при ходьбе, а также боли при смене погоды. Учитывая, что его сын перенес физические и нравственные страдания, просит суд взыскать в его пользу, как законного представителя несовершеннолетнего, компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 рублей.

Ответчик ФИО5 исковые требования признал частично, суду пояснил, что является собственником транспортного средства «Шевроле Нива». 07.09.2018 года он возвращался домой на автомобиле через двор дома № 5 по ул. Молодежная г. Краснотурьинска. По ходу его движения находилось транспортное средство ЗИЛ, которое ограничивало ему видимость. Он знал, что с правой стороны находится детская площадка и тропинка, ведущая к проезжей части, проезжая мимо которой, он почувствовал удар в боковую часть своего транспортного средства. Выйдя из автомобиля, он увидел двух несовершеннолетних детей, которые лежали на земле, детям была вызвана скорая помощь. В отношении него следственным органом проводилась проверка, по результатам которой было вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, поскольку отсутствует его вина. Считает, что в действиях малолетних пешеходов <ФИО>1 и <ФИО>2 имеется грубая неосторожность, поскольку они начали пересекать проезжую часть, не убедившись в том, что путь свободен. В связи с чем, размер компенсации морального вреда должен быть уменьшен. Кроме того, размер компенсации морального вреда в размере 2 000 0000 рублей противоречит требованиям разумности и справедливости. Истец не представил доказательств физических и нравственных страданий ребенка. Также, просит суд уменьшить размер компенсации морального вреда с учетом его имущественного положения, поскольку является работающим пенсионером, его доход составляет 40 000 рублей, на иждивении находится сын, который обучается на платной основе в высшем образовательном учреждении. На основании изложенного, ответчик просит суд снизить размер компенсации морального вреда.

Третье лицо ФИО4 в судебном заседании указала на отсутствие возражений относительно удовлетворения исковых требований истца, пояснив, что <ФИО>1. является ее сыном. В результате полученной травмы <ФИО>1 испытал физические и нравственные страдания, находился на стационарном лечении, затем продолжил наблюдаться амбулаторно. Ответчик совместно со своей супругой приходили к ребенку в больницу и говорили, что ничего серьезного не произошло. Также указала, что дети не бежали, а шли быстрым шагом.

Выслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, полагавшего требования обоснованными и подлежащими удовлетворению частично, исследовав письменные материалы дела и представленные доказательства в их совокупности, оценив эти доказательства с учетом требований закона об их допустимости, относимости и достоверности, суд приходит к следующему.

К числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите, относятся прежде всего право на жизнь (часть 1 статьи 20 Конституции Российской Федерации) как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод, и право на охрану здоровья (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

Из изложенного следует, что государство должно защищать право граждан на жизнь и здоровье, обеспечивать его реализацию, уделяя надлежащее внимание вопросам предупреждения произвольного лишения жизни и здоровья, а также обязано принимать все разумные меры по борьбе с обстоятельствами, которые могут создать прямую угрозу жизни и здоровью граждан.

В соответствии с пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абзац третий пункта 4 названного постановления Пленума).

Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно положений ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда: вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Как следует из материалов дела (л.д. 97-245), 07.09.2018 года во дворе дома № 5 по ул. Молодежная г. Краснотурьинска несовершеннолетние пешеходы <ФИО>2 и <ФИО>1 выбежали на проезжую часть дороги, из-за препятствия, ограничивающего обзор, а также из-за стоявшего на обочине транспортного средства, не убедившись в безопасности перехода, ударились о проезжающее мимо транспортное средство «Шевроле Нива», государственный регистрационный знак <данные изъяты> под управлением водителя ФИО3, в результате чего несовершеннолетние пешеходы получили телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью.

По данному факту 15.05.2019 года старшим следователем СО МО МВД России «Краснотурьинский» вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием в деянии водителя ФИО3 состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 Уголовного кодекса РФ (л.д. 98-102).

В результате дорожно-транспортного происшествия несовершеннолетний <ФИО>1 получил механическую травму левой нижней конечности: ссадины в нижней трети голени, закрытого перелома костей левой голени со смещением.

Согласно заключению эксперта N 470 от 01.11.2018 года травма, полученная <ФИО>1 в результате дорожно-транспортного происшествия, квалифицируется как тяжкий вред здоровью (л.д. 207-209).

В период с 07.09.2018 по 28.09.2018 года <ФИО>1 находился на стационарном лечении в травматологическом отделении ГАУЗ СО «Краснотурьинская городская больница», за период которого получал следующее лечение: закрытая репозиция, скелетное вытяжение за пяточную кость, гипсовая лонгета, физиолечение, обезболивание (л.д. 53-69). 07.09.2018 проведена операция (л.д. 54).

В период с 29.09.2018 по 29.12.2018 находился на амбулаторном лечении (л.д. 21).

Учитывая, что ответчик ФИО3 является владельцем источника повышенной опасности, отвечающим без вины за причиненный истцу моральный вред, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для возложения на ФИО3 обязанности по компенсации морального вреда.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101) Гражданского кодекса Российской Федерации и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (часть 2 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В абзаце втором пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду следует также устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (абзац второй пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2001 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", учитывая, что причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (статья 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации). При этом следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В постановлении Европейского Суда по правам человека от 18 марта 2010 г. по делу "Максимов (Maksimov) против России" указано, что задача расчета размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Национальные суды всегда должны в своих решениях приводить достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. В противном случае отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присужденной заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает тяжесть причиненного вреда здоровью (тяжкий вред здоровью), последствием которого явились не только физические страдания, но и глубокие нравственные страдания, повлекшие за собой изменение привычного уклада и образа жизни, продолжительность восстановительного лечения (с 07.09.2018 по 29.12.2018), индивидуальные особенности потерпевшего (возраст -9 лет), физическую боль, вынужденное лечение, обстоятельства причинения вреда (не установление виновности водителя), имущественное положение причинителя вреда, а также то, что размер компенсации морального вреда не поддается точному денежному подсчету и взыскивается с целью смягчения эмоционально-психологического состояния лица, которому он причинен, с учетом требований разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения полагает необходимым уменьшить сумму денежной компенсации морального вреда до 200 000 руб., которая подлежит взысканию с ответчика ФИО3

При этом, оценивая действия самого потерпевшего несовершеннолетнего <ФИО>1, суд считает, что в его действиях отсутствует грубая неосторожность, поскольку в силу возраста (на момент транспортного происшествия – 9 лет) он не мог отдавать отчет своим действиям.

Так, в соответствии с абзацем первым пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается (абзац второй пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как разъяснено в п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" основанием для уменьшения размера возмещения вреда применительно к требованиям п. 2 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации являются только виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда.

Действующее законодательство не содержит критериев разграничения простой и грубой неосторожности. Представляется, что грубая неосторожность является таким поведением потерпевшего, когда он предвидел или должен был предвидеть возможность причинения ему вреда, но легкомысленно надеялся избежать этого или безразлично относился к возможности причинения вреда (например, посадка или высадка пассажира из двигавшегося транспортного средства и т.п.). К простой неосторожности следует относить обычную неосмотрительность, опрометчивость, легкомыслие в предотвращении, избежании какой-либо опасности.

Малолетний не обладает необходимой степенью психофизической зрелости, не может в силу возраста в полной мере осознавать и предвидеть последствия своих действий, доказательств наличия у <ФИО>1 умысла на причинение вреда своему здоровью материалы дела не содержат, а потому его действия не могут быть квалифицированы как грубая неосторожность, вопреки доводам ответчика ФИО3 Кроме того ДТП произошло при стесненных обстоятельствах на дворовой территории с ограниченной видимостью из-за припаркованной машины. В свою очередь ответчик в судебном заседании также указывал на ограниченный обзор из-за высоких габаритов машины.

На основании ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, подлежит взысканию с ответчика в сумме 300 рублей в доход бюджета городского округа Краснотурьинск.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194, 196-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1, действующего в интересах несовершеннолетнего <ФИО>1, к ФИО3 о компенсации морального вреда, причиненного дорожно-транспортным происшествием, удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1, как законного представителя несовершеннолетнего <ФИО>1, компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.

Взыскать с ФИО3 государственную пошлину в сумме 300 (триста) рублей в доход бюджета городского округа Краснотурьинск.

Решение суда может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме через Краснотурьинский городской суд.

Председательствующий: судья (подпись) Чумак О.А.