Апелляционное определение № 33-2508/2025 от 3 декабря 2025 г.

Судья Чадова Ю.Г. Дело № 2-196/2025

№ 33-2508/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Курганского областного суда в составе:

судьи-председательствующего Аврамовой Н.В.,

судей Артамоновой С.Я., Аброськина С.П.,

при секретаре судебного заседания Осинцевой Ю.О.

рассмотрела в открытом судебном заседании в городе Кургане 4 декабря 2025 г. гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Курганской области, Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Курганской области о компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование,

по апелляционной жалобе Министерства финансов Российской Федерации на решение Макушинского районного суда Курганской области от 30 сентября 2025 г.

Заслушав доклад судьи Аврамовой Н.В. об обстоятельствах дела, пояснения участников судебного процесса, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Курганской области, (далее – Минфин России в лице УФК по Курганской области), Управлению Министерства внутренних дел Российской Федерации по Курганской области (далее – УМВД России по Курганской области) о взыскании за счет казны Российской Федерации компенсации морального вреда в порядке реабилитации за незаконное уголовное преследование в сумме 1 050 000 руб., компенсацию морального вреда за размещение публикации без его согласия персональных данных в социальных сетях в размере 700 000 руб., материальные издержки в сумме 4000 руб.

Свои требования мотивирует тем, что 16.05.2025 Макушинским районным судом Курганской области он оправдан по 7 эпизодам уголовного обвинения, по ч. 3 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, которые были соединены в одно уголовное дело. Истец полагает, что возбуждением уголовного дела по преступлениям средней тяжести, которые он не совершал, нахождением его в статусе подозреваемого и обвиняемого более 1 года, в статусе подсудимого более 14 месяцев, нарушены его права и причинен моральный вред. В рамках проведенного предварительного расследования в отношении него была избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, которая продлилась более трех лет и влекла ограничения на его передвижения. Сотрудниками МВД России в сети Интернет с использованием социальной сетей в телеграмм канале «Полиция Курганской области» и местной газете «Призыв» была размещена недостоверная информация о нем, как о физическом лице. Без согласия использованы его персональные данные, что нарушило его права и испортило репутацию. При неоднократном обращении в Прокуратуру Курганской области по факту незаконного уголовного преследования в отношении него ему было неоднократно отказано, его жалобы рассматривались формально, незаконные действия следователя продолжались. Он перестал верить в законность, правосудие и справедливость.

В июле 2023 года он помещался в психоневрологический диспансер в закрытое отделение, где был ограничен в звонках без судебного запрета и общении со своим привычным окружением, в течение 27 дней не выходил на улицу, не дышал свежим воздухом.

22.03.2023 задерживался в рамках ст. 91 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации на 48 часов, где на него оказывалось психологическое давление, он был голоден, у него был отобран нательный крест, проводили телесный осмотр, заставили полностью раздеться в коридоре и приседать.

22.03.2023 следователем был изъят и арестован его телефон. Об аресте телефона узнал спустя несколько месяцев, в связи с чем не имел возможности обжаловать постановление об аресте. Информация на телефоне является для него важной.

В течение более трех лет он находился в состоянии постоянного нервного напряжения, испытывал сильный стресс, боялся очередного вызова на допрос, проведения очных ставок, экспертиз и проведения других следственных действий, поскольку следствие оказывало давление на него.

В ходе следственных действий были изъяты печати и штампы ООО ЕФПС «Возрождение», учредителем которого он являлся. В связи с чем он не смог продлить договор аренды ООО, ФНС России по Курганской области исключила ООО ЕФПС «Возрождение» из ЕГРЮЛ, таким образом, он лишился права быть учредителем новых Обществ на три года.

Понес материальные издержки в 2023 г. на поездки в г. Курган из с. Обутковское и обратно в размере 2200 руб., а также на судебные заседания из с. Обутковское в г. Макушино в размере 1500 руб. Также понес расходы на подготовку к настоящему судебному заседанию.

19.08.2025 уточнил исковые требования, не изменяя сути и содержания, просил взыскать в его пользу с Минфин России за счет казны Российской Федерации компенсацию морального вреда в порядке реабилитации в размере 1 050000 руб., за незаконную публикацию без его согласия использования его персональных данных в СМИ и социальных сетях в размере 700000 руб., материальные издержки в размере 3700 руб. (2200 руб. затраты на поездки по вызову следователя, 1500 руб. – по вызову суда), судебные расходы понесенные при подготовке к судебному заседанию в размере 480 руб. Просил обязать УМВД России по Курганской области удалить пост с содержанием его персональных данных.

Определением суда первой инстанции от 17.07.2025 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Федеральная служба по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций по Курганской области, старший следователь следственной части по расследованию организованной преступной деятельности Следственного управления Управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Курганской области (далее – старший следователь СЧ по РОПД СУ УМВД России по Курганской области) ФИО2

Истец ФИО1 при надлежащем извещении в судебное заседание не явился, согласно телефонограмме просил рассмотреть дело в его отсутствие. Ранее в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме.

Представитель ответчика Минфин России в лице УФК по Курганской области в судебное заседание при надлежащем извещении не явился, в предоставленном отзыве возражал против удовлетворения исковых требований, полагая их необоснованными и явно завышенными. При отсутствии доказательств причинения морального вреда, физических и нравственных страданий, с учетом фактических обстоятельств в удовлетворении требований о взыскании морального и материального вреда просил отказать в полном объеме.

Представитель ответчика УМВД России по Курганской области ФИО3 исковые требования ФИО1 не признала, пояснив, что истцом не предоставлены доказательства причинения морального и имущественного вреда, а также вреда, понесенного в связи с размещением его персональных данных в СМИ.

Представитель третьего лица прокуратуры Курганской области ФИО4 в судебном заседании возражал против удовлетворения иска в части возмещения морального вреда в виду отсутствия доказательств, свидетельствующих о причинении истцу значительных физических и нравственных страданий. Размер исковых требований полагал завышенными, не соответствующими фактическим обстоятельствам дела и требованиям разумности. Полагал возможным в счет сумма компенсации морального вреда в порядке реабилитации взыскать 5000 руб., не возражал взыскать 480 руб. в качестве почтовых расходов в связи с рассмотрением дела. Просит отказать о взыскании вреда за незаконную публикацию в СМИ и социальных сетях в полном объеме, поскольку в данных публикациях персональные данные истца не использовались, отражены сведения об уголовном деле.

Третье лицо старший следователь СЧ по РОПД СУ УМВД России по Курганской области ФИО2 при надлежащем извещении участия в судебном заседании не принимала, просила о рассмотрении без ее участия в связи с рабочей занятостью.

Представитель третьего лица Федеральной службы по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций по Курганской области при надлежащем извещении участия в судебном заседании не принимал, согласно отзыву просил рассмотреть дело без его участия.

Решением Макушинского районного суда Курганской области от 30.09.2025 исковые требования удовлетворены частично.

С Минфин России за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 взыскана компенсация морального вреда в порядке реабилитации в размере 70000 руб., почтовые расходы в размере 480 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

В исковых требованиях ФИО1 к ГУ УМВД России по Курганской области отказано в полном объеме.

С таким решением не согласился представитель ответчика Минфин России в лице УФК по Курганской области, который в апелляционной жалобе просит отменить решение Макушинского районного суда Курганской области от 30.09.2025 и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда, причиненного незаконным привлечением к уголовной ответственности.

В обосновании доводов жалобы указывает, что сумма компенсации морального вреда, взысканная судом первой инстанции в пользу истца, в размере 70000 руб. завышена и не подтверждается надлежащими доказательствами.

Считает, что в суде первой инстанции не нашел подтверждения факт претерпевания ФИО1 существенных физических и нравственных страданий (причинения существенного морального вреда), а также не были установлены факты наступления серьёзных негативных последствий в связи с действиями сотрудников следственных органов.

Обращает внимание суда на то, что имеются дополнительные основания полагать, что ранее решением Макушинского районного суда Курганской области от 01.10.2024 по делу № 2-314/2025 в пользу ФИО1 с Минфина России за счет казны Российской Федерации была взыскана компенсация морального вреда за незаконное привлечение к уголовной ответственности по тем же основаниям, по которым моральный вред был взыскан по решению Макушинского районного суда Курганской области от 30.09.2025 по делу № 2-196/2025. Полагает, что двойное взыскание по тем же основаниям накладывает дополнительную нагрузку на бюджет Российской Федерации. В связи с чем считает размер компенсации морального вреда подлежащим снижению.

Возражений на апелляционную жалобу не поступало.

В суде апелляционной инстанции представитель ответчика Министерства финансов России ФИО5, действующий на основании доверенностей, поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, указав, на фактическую описку в тексте жалобы о необходимости снижения размера компенсации морального вреда, поскольку позиция ответчика сводится к непризнанию наличия основания для его взыскания в какой-либо части ввиду взыскания вступившим в законную силу решением Макушинского районного суда Курганской области от 30.09.2025 по делу № 2-196/2025 в пользу истца с ответчика компенсация морального вреда за незаконное привлечение к уголовной ответственности по тем же основаниям, по которым заявляется к ответчику моральный вред в рассматриваемом споре. Полагает, что двойное взыскание по тем же основаниям накладывает дополнительную нагрузку на бюджет Российской Федерации. При этом пояснил, что и размер присужденной компенсации не отвечает требованиям разумности с учетом наличия вступившего в законную силу вышеуказанного решения Макушинского районного суда Курганской области от 30.09.2025 по делу № 2-196/2025, в связи с чем при признании судебной коллегией обоснованными требований истца о взыскании компенсации морального вреда в порядке реабилитации его размер подлежит снижению.

Представитель ответчика УМВД России по Курганской области по доверенности ФИО6 изложенные в апелляционной жалобе доводы полагала обоснованными, решение суда – подлежащим отмене в оспариваемой Министерства финансов России части.

Представитель третьего лица прокуратуры Курганской области ФИО7 полагала решение суда первой инстанции законным и обоснованным, апелляционную жалобу – не подлежащей удовлетворению, размер компенсации морального вреда полагала определенным судом с учетом требований разумности и справедливости.

Иные участвующие в деле лица в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте судебного заседания извещены в установленном процессуальным законом порядке, сведений об уважительных причинах неявки не представили.

Судебная коллегия на основании ч. 3 ст. 167 и ч. 1 ст. 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации считает возможным рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствии неявившихся лиц.

В соответствии со ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления (ч. 1). В случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части (ч. 2).

Из разъяснений, содержащихся в п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2021 № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», следует, что в соответствии с ч.ч. 1, 2 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность судебного постановления суда первой инстанции только в обжалуемой части исходя из доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно них.

Поскольку постановленное по делу решение обжалуется ответчиком Министерства финансов России только в части взыскания с указанного ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в порядке реабилитации, судебная коллегия, применяя положения приведенных правовых норм и акта их разъяснения, проверяет правильность решения суда лишь в указанной части, не усматривая законных оснований для выхода за пределы доводов апелляционной жалобы.

В силу ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, разъяснений, изложенных в п. 42 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.06.2021 № 16 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», суду апелляционной инстанции предоставлено право принимать новые доказательства в случае, если суд первой инстанции неверно определил и не выяснил имеющие значение для дела обстоятельства.

Поскольку судом первой инстанции не было предложено сторонам представить доказательства, направленные на установление значимых по делу обстоятельств, а именно длительности уголовного преследования истца по эпизодам обвинения, по которым он был оправдан приговором суда с признанием за ним права на реабилитацию, судебной коллегией с согласия участников судебного процесса данные доказательства были истребованы и в качестве дополнительных доказательств приобщены копии материалов из уголовного дела № (в ходе предварительного следствия №) по обвинению истца в совершении 44 преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (Мошенничество, совершенное лицом с использованием своего служебного положения, а равно в крупном размере), а именно: описи документов т.т. 23, 27 уголовного дела №, протокола уведомления истца об окончании следственных действий от 18.03.2024, протокола ознакомления обвиняемого и (или) его защитника с материалами уголовного дела от 18.03.2024, обвинительного заключения в части данных о его утверждении первым заместителем прокурора Курганской области 28.03.2024, установочных данных истца, сопроводительной о направлении уголовного дела прокурору для утверждения обвинительного заключения от 19.03.2024, расписки истца о получении им как обвиняемым обвинительного заключения с приложениями 29.03.2024, уведомления истца прокурором о направлении дела в Макушинский районный суд Курганской области для рассмотрения по существу от 29.03.2024, выписки из протокола распределения дел судье в автоматизированном режиме посредством ПС ГАС «Правосудие» «Модуль распределения дел» от 04.04.2024, постановления судьи от 09.04.2024 о назначении предварительного слушания, постановления судьи от 23.04.2024 о назначении судебного заседания по итогам предварительного слушания, апелляционного постановления Курганского областного суда от 01.10.2024 об отмене постановления Макушинского районного суда Курганской области от 31.07.2024 о возвращении уголовного дела прокурору с передачей дела на новое судебное рассмотрение в тот же суд со стадии судебного разбирательства, постановления судьи Макушинского районного суда Курганской области от 08.10.2024 о назначении судебного заседания.

Проверив решение суда первой инстанции, исходя из доводов апелляционной жалобы в соответствии с требованиями ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, заслушав объяснения участников процесса, судебная коллегия усматривает основания для изменения решения суда в части уменьшения размера взысканной с Министерства финансов России за счет казны Российской Федерации в пользу истца компенсации морального вреда в порядке реабилитации в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в решении, обстоятельствам дела (п. 3 ч. 1 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Из материалов дела следует, что старшим следователем СЧ по РОПД СУ УМВД России по Курганской области ФИО2 в отношении ФИО1 были возбуждены уголовные дела по фактам хищения ФИО1, являющимся генеральным директором ООО «ЕФПС Возрождение», денежных средств у граждан посредством заключения с ними договоров на оказание услуг, по признакам преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 160 Уголовного кодекса Российской Федерации, в том числе:

14.04.2023 возбуждено уголовное дело № по эпизоду хищения денежных средств у ФИО11 (том 1 л.д.54).

03.05.2023 возбуждено уголовное дело №, по эпизоду хищения денежных средств у ФИО12 (том 2 л.д.229).

06.09.2023 возбуждены уголовные дела №, № по эпизодам хищения денежных средств у ФИО13, ФИО14 (том 1 л.д.67,68).

21.09.2023 возбуждены уголовные дела №, № по эпизодам хищения денежных средств у ФИО15, ФИО16 (том 1 л.д.71,72).

27.09.2023 возбуждено уголовное дело №, по эпизоду хищения денежных средств у ФИО17 (том 1 л.д.75).

Все указанные дела соединены в одно производство вместе с иными эпизодами хищения, всего 44 эпизода, уголовному делу присвоен № (том 1 л.д.55, 59, 69, 73, 76).

Уголовное дело № по эпизоду хищения денежных средств у ФИО18, к которому впоследствии присоединялись все последующие уголовные дела, возбужденные в отношении ФИО1, было возбуждено 01.03.2023.

Срок предварительного следствия по делу неоднократно продлялся.

В ходе предварительного следствия по уголовному делу 22.03.2023 ФИО1 задерживался в порядке ст. ст. 91, 92 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, с ходатайством об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу следователь не обращался, что истцом не оспорено (том 1 л.д. 100-103).

24.03.2023 после возбуждения уголовного дело № по эпизоду хищения денежных средств у ФИО18 истцу избрана мера пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении (том 1 л.д.104). Данная мера пресечения сохранялась применительно к данному обвинению и по указанному эпизоду и еще по 5 эпизодам истец был признан виновным по ч. 2 ст. 160 Уголовного кодекса Российской Федерации и приговорен к наказанию в соответствии с ч. 2 ст. 69 Уголовного кодекса Российской Федерации в виде 1,5 лет исправительных работ с удержанием 20 % заработка в доход государства, а также данная мера пресечения сохранялась в отношении 31 преступления по ч. 1 ст. 160 Уголовного кодекса Российской Федерации, в совершении которых истец также был признан виновным с назначением за каждое преступление наказания в виде 4 месяцев исправленных работ с удержанием 20 % заработка в доход государства, но на основании п. 3 ч. 1 ст. 24, ч 8 ст. 302 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации был освобожден от наказания в связи с истечением предусмотренного п. «а» ч. 1 ст. 78 Уголовного кодекса Российской Федерации срока давности.

По уголовному делу №, включающему в себя 44 эпизодов, в том числе 7, по которым истец был оправдан приговором от 16.05.2025, подписка о невыезде была избрана лишь 22.01.2024 (т. 1 л.д. 108, 109).

Материалами дела подтверждается, что в ходе предварительного следствия, в период с 06.07.2023 по 03.08.2023 (28 дней) ФИО1 по ходатайству следователя и в соответствии с постановлением Курганского городского суда Курганской области от 14.06.2023 был помещен в психиатрический стационар ГКУ «Курганская областная психоневрологическая больница» для прохождения стационарной психиатрической судебной экспертизы, о чем свидетельствуют медицинская карта пациента, выписной эпикриз, а также заключение комиссии (том 1 л.д. 91-95, том 2 л.д. 5-6, 7,8); 02.04.2023 у ФИО1 изъят сотовый телефон, который приобщен к уголовному делу в качестве вещественного доказательства и помещен в камеру хранения СЧ по РОПД СУ УМВД России по Курганской области (том 1 л.д. 89); постановлением суда от 22.11.2023 по ходатайству следователя в порядке ст. 115 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации и ст. 165 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в отношении имущества ФИО1 наложен арест, в виде запрета распоряжаться им (том 1 л.д. 106).

Также следователем СЧ по РОПД СУ УМВД России по Курганской области ФИО2, на что указанно в предоставленном отзыве и не оспаривается участвующими в деле лицами, в период расследования уголовного дела в отношении истца производились следственные и процессуальные действия, в том числе его допросы в качестве подозреваемого и обвиняемого.

Приговором Макушинского районного суда Курганской области от 16.05.2025 ФИО1 по предъявленному обвинению в совершении 7 преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (по хищению имущества и денежных средств у ФИО11, ФИО14, ФИО12, ФИО15, ФИО19, ФИО13, ФИО16) оправдан в соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 302 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации за отсутствием в его действиях состава преступления, и на основании п. 2 ч.1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации производство по уголовному делу в этой части прекращено. За ФИО1 признано право на реабилитацию и возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием по указанным эпизодам (том 1 л.д. 37-47).

Приговор вступил в законную силу 03.06.2025.

Разрешая спор в части взыскания с Минфин России в пользу истца компенсации морального вреда в порядке реабилитации, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. ст. 45, 46, 52, 53 Конституции Российской Федерации, ст. ст. 133, 136 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, ст. ст. 150, 151, 1070, 1100, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также с учетом разъяснений, изложенных в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», с учетом установленных обстоятельств дела, пришел к выводу о необходимости взыскания в пользу истца компенсации морального вреда в связи с незаконным уголовным преследованием, сам факт которого подтвержден оправдательным в соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 302 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (в деянии подсудимого отсутствует состав преступления) приговором в части 7 преступлений, предусмотренных ч. 3 ст. 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (по хищению имущества и денежных средств у ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17).

Определяя размер компенсации морального вреда в сумме 70 000 руб., суд исходил из длительности (более 6 месяцев) уголовного преследования истца по 7 преступлениям, за которые предусмотрено наказание в виде лишения свободы сроком до 5 лет, о предъявлении ему обвинения по указанным эпизодам, направлению дела в суд.

Также судом учтена личность истца, ранее к уголовной ответственности не привлекавшего, имеющего ряд хронических заболеваний, в том числе гипертоническую болезнь, холостого, проживающего с матерью, осуществляющего общественную деятельность, являющегося учредителем обществ с ограниченной ответственностью, и сделан вывод о том, что незаконное уголовное преследование, а также применение меры пресечения в виде подписки о невыезде, в том числе по указанным делам, вызвало у истца сильные эмоциональные переживания и душевное потрясение, стрессовое состояние, истец был лишен привычных условий жизни, ограничен в правах, что также привело к закрытию и ликвидации ООО «ЕФПС Возрождение», генеральным директором и учредителем которого он являлся.

Вместе с тем, судом также учтено, что избрание меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, проведение комплекса процедур уголовно-процессуального характера, в том числе судебно-психиатрической экспертизы, были проведены в рамках Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, при этом подозрения в совершении 7 преступлений само по себе не являлось исключительным основанием для применения меры пресечения (избрана до их возбуждения) и столь длительного преследования, а также несопоставимо по тяжести с обвинением в совершении иных 44 преступлений, предусмотренных ч. 3 ст.159 Уголовного кодекса Российской Федерации, а являлось составной частью уголовного преследования ФИО1 в целом по уголовному делу №.

Судом также при взыскании компенсации морального вреда учтено нахождение в период следствия по двум из семи дел ФИО1 в стационарных условиях ГКУ «Курганская областная психоневрологическая больница» 28 дней (с 06.07.2023 по 03.08.2023), что повлекло ограничение его прав на свободу передвижения, общения с родственниками и пользование средствами связи и интернетом. Вместе с тем, суд принял во внимание принятие решения о помещении истца в психоневрологическую больницу до возбуждения данных двух уголовных дел, а также то, что указанные ограничения были обоснованы, Правилами поведения пациентов, а в целях минимизации данных ограничений, следователем было дано разрешение на общение с матерью.

Также суд счел доказанным причинение морального вреда истцу исключением из ЕГРЮЛ ООО «ЕФПС Возрождение» по решению регистрирующего органа, что явилось следствием изъятия и дальнейшего хранения при уголовном деле штампов, печатей, документации Общества, наличие в связи с указанным обстоятельством определенных ограничений для создания истцом нового юридического лица (том 1 л.д. 242).

При этом суд первой инстанции указал в решении на отсутствие в материалах дела информации, подтверждающей, что, несмотря на исключение ООО «ЕФПС Возрождение» из ЕГРЮЛ, истец был лишен возможности заниматься трудовой деятельностью, при том, что в настоящее время является учредителем нескольких обществ с ограниченной ответственностью.

Судебная коллегия, изучив доводы апелляционной жалобы ответчика в части несогласия с определенным судом к взысканию в пользу истца размером компенсации морального вреда, находит в указанной части жалобу состоятельной, исходя из следующего.

В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства.

На основании ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно ч. 1 ст. 133 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации право на реабилитацию включает в себя право на возмещение имущественного вреда, устранение последствий морального вреда и восстановление в трудовых, пенсионных, жилищных и иных правах. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда. Право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, в силу п. 3 ч. 2 данной статьи, имеют подозреваемый или обвиняемый, уголовное преследование в отношении которого прекращено по основаниям, предусмотренным п. п. 1, 2, 5 и 6 ч. 1 ст. 24 и п. 1 и 4 - 6 ч. 1 ст. 27 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 данного Кодекса.

Согласно п. 1 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 1 постановления от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее – постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 33), права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (ст. 17 и 45 Конституции Российской Федерации).

Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (ст. 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с п. 25 названного постановления Пленума суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда Российской Федерации в п. 38 постановления № 33, моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного привлечения к административной ответственности в виде административного ареста или исправительных работ, в силу п. 1 ст. 1070 и абзаца 3 ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит компенсации независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда.

Согласно разъяснениям в п. 42 указанного постановления Пленума, судам следует исходить из того, что моральный вред, причиненный в связи с незаконным или необоснованным уголовным или административным преследованием, может проявляться, например, в возникновении заболеваний в период незаконного лишения истца свободы, его эмоциональных страданиях в результате нарушений со стороны государственных органов и должностных лиц прав и свобод человека и гражданина, в испытываемом унижении достоинства истца как добросовестного и законопослушного гражданина, ином дискомфортном состоянии, связанном с ограничением прав истца на свободу передвижения, выбор места пребывания, изменением привычного образа жизни, лишением возможности общаться с родственниками и оказывать им помощь, распространением и обсуждением в обществе информации о привлечении лица к уголовной или административной ответственности, потерей работы и затруднениями в трудоустройстве по причине отказов в приеме на работу, сопряженных с фактом возбуждения в отношении истца уголовного дела, ограничением участия истца в общественно-политической жизни.

При определении размера компенсации судам в указанных случаях надлежит учитывать, в том числе длительность и обстоятельства уголовного преследования, тяжесть инкриминируемого истцу преступления, избранную меру пресечения и причины избрания определенной меры пресечения (например, связанной с лишением свободы), длительность и условия содержания под стражей, однократность и неоднократность такого содержания, вид и продолжительность назначенного уголовного наказания, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, личность истца (в частности, образ жизни и род занятий истца, привлекался ли истец ранее к уголовной ответственности), ухудшение состояния здоровья, нарушение поддерживаемых истцом близких семейных отношений с родственниками и другими членами семьи, лишение его возможности оказания необходимой им заботы и помощи, степень испытанных нравственных страданий.

Пунктом 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.11.2011 № 17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» предусмотрено, что при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Мотивы принятого решения о компенсации морального вреда должны быть указаны в решении суда.

С учетом приведенных выше правовых норм, судебная коллегия, вопреки доводам апелляционной жалобы, соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что факт причинения морального вреда незаконным уголовным преследованием предполагается и не требует специального доказывания, поскольку уголовное преследование, безусловно, является психотравмирующим фактором, негативно влияющим на все сферы жизнедеятельности человека, а размер компенсации морального вреда определяется, исходя из установленных при разбирательстве дела характере и степени понесенных истцом физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела.

Статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации не предусматривает понятия существенности физических и нравственных страданий, претерпеваемых гражданином при совершении в отношении него действий, нарушающих его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, в качестве основания для возложения на нарушителя обязанности денежной компенсации указанного вреда. В связи с изложенным доводы жалобы о недоказанности истцом существенности физических и нравственных страданий, как основания для компенсации морального вреда в определенном судом размере, основано на неверном толковании соответствующей нормы материального права.

Судебная коллегия соглашается с вывод суда о наличии оснований для компенсации истцу морального вреда и с тем, что при определении размера компенсации морального вреда суд учел факт возбуждения 7 уголовных дел, длительность (более 6 месяцев) уголовного преследования истца по 7 преступлениям, за которые предусмотрено наказание в виде лишения свободы сроком до 5 лет, о предъявлении ему обвинения по указанным эпизодам, направлению дела в суд.

Соглашается судебная коллегия и с тем, что судом учтена личность истца, ранее к уголовной ответственности не привлекавшегося, имеющего ряд хронических заболеваний, в том числе гипертоническую болезнь, холостого, проживающего с матерью, осуществляющего общественную деятельность, и с выводом суда вывод о том, что незаконное уголовное преследование, а также применение меры пресечения в виде подписки о невыезде, в том числе по указанным 7 уголовных делам, не могло не вызвать у истца эмоциональные переживания.

Соглашается судебная коллегия и с выводом суда первой инстанции о том, что избрание меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении применительно к 7 преступлениям являлось составной частью уголовного преследования ФИО1 в целом по уголовному делу №, полагая необходимым отметить, что по 6 преступлениям истец был осужден к реальному наказания, в отношении 31 преступления был признан виновным, ему назначено наказание по совокупности преступлений, от которого истец был освобожден по нереабилитирующему основанию в связи с истечением сроков давности.

Указанные установленные по делу фактические обстоятельства правомерно учтены судом в качестве основания для компенсации морального вреда.

Вместе с тем, судебная коллегия соглашается с доводами апелляционной жалобы о том, что решением Макушинского районного суда Курганской области от 01.10.2024 по делу № 2-314/2025 в пользу ФИО1 с Минфина России за счет казны Российской Федерации была взыскана компенсация морального вреда, в том числе за нахождение ФИО1 в стационарных условиях ГКУ «Курганская областная психоневрологическая больница» 28 дней (с 06.07.2023 по 03.08.2023), с ограничением согласно установленным Правилами поведения пациентов прав на свободу передвижения, общение с родственниками и пользование средствами связи и интернетом, с дачей следователем разрешения на общение истца с матерью.

Дополнительно взыскивать компенсацию за указанные ограничения, которые применялись как единые в целях определения психоневрологического состояния истца, обвиняемого, в том числе в совершении преступлений, за которые с их переквалификацией истец был осужден, предусмотренных законом оснований судебная коллегия не усматривает, в связи с чем указанное обстоятельство не подлежало учету судом первой инстанции при определении основания и размера компенсации морального вреда, а двойное взыскание по тем же основаниям, как верно указано в апелляционной жалобе, накладывает дополнительную нагрузку на бюджет Российской Федерации.

Более того, что полагает необходимым отметить судебная коллегия, в отношении истца состоялся вступивший в законную силу обвинительный приговор, согласно которому по 6 преступлениям по ч. 2 ст. 160 Уголовного кодекса Российской Федерации истец был осужден к реальному наказания, в отношении 31 преступления по ч. 1 ст. 160 Уголовного кодекса Российской Федерации был признан виновным, ему назначено наказание, от которого истец был освобожден по нереабилитирующему основанию в связи с истечением сроков давности. Нахождение ФИО1 в стационарных условиях ГКУ «Курганская областная психоневрологическая больница» на основании постановление суда от 14.06.2023 было обусловлено процессуальной необходимостью определения его состояния здоровья ввиду возникших у предварительного следствия сомнений во вменяемости подозреваемого, на что указано в постановлении от 13.06.2023 старшего следователя о возбуждении перед судом ходатайства о помещении подозреваемого, не содержащегося под стражей, в медицинский (психиатрический) стационар для проведения судебной психиатрической экспертизы.

В установленном процессуальном порядке указанные действия старшего следователя незаконными не признаны, постановление судьи не отменено.

Недоказанным и не соответствующим фактическим обстоятельствам дела рассматривает судебная коллегия вывод суда о том, что незаконное уголовное преследование истца по 7 из 44 уголовным делам причинило моральный вред истцу исключением из ЕГРЮЛ ООО «ЕФПС Возрождение», руководителем и учредителем которого истец являлся, по решению регистрирующего органа, что явилось следствием изъятия и дальнейшего хранения при уголовном деле штампов, печатей, документации Общества. Судебная коллегия отмечает, что материалами дела не подтвержден факт исключения из ЕГРЮЛ ООО «ЕФПС Возрождение» по решению регистрирующего органа по причине изъятия и дальнейшего хранения при уголовном деле штампов, печатей, документации Общества.

Решение 742А об отказе в государственной регистрации от 25.02.2025 в отношении ООО «Победа+», учредителем которой был заявлен истец, также не подтверждает неправомерности действий органов предварительного следствия по изъятию и приобщении к материалам дела в качестве вещественных доказательств печатей общества и наличие причинно-следственной связи между данным фактом и невозможностью истца зарегистрировать ООО «Победа+», при указании в качестве отказа в регистрации Общества на то, что истец являлся руководителем и лицом, владеющим не менее 50 % голосов ООО «ЕФПС Возрождение», исключённого из ЕГРЮЛ в связи с наличием записи о недостоверности сведений, а также ввиду несоблюдения требований к оформлению документов (неверное заполнение листа заявления о регистрации Общества).

Более того, исходя из содержания предъявленного истцу обвинения, содержания исследованных судом при постановке приговора доказательств, при совершении истцом преступных действий им использовались заказ-наряды на выполнение работ с простановкой на них оттиском печати ООО «ЕФПС Возрождение», что предусматривало необходимость изъятия печатей общества органами предварительного следствия и приобщения их к материалам дела в качестве вещественных доказательств, судьба которых была разрешена в приговоре. Неправомерными действия органов предварительного следствия по изъятию и приобщении в дело вещественных доказательств не признаны.

В отношении истца состояла вступивший в законную силу обвинительный приговор, согласно которому по 6 преступлениям по ч. 2 ст. 160 Уголовного кодекса Российской Федерации истец был осужден к реальному наказания, в отношении 31 преступления по ч. 1 ст. 160 Уголовного кодекса Российской Федерации был признан виновным, ему назначено наказание, от которого истец был освобожден по нереабилитируещему основанию в связи с истечением сроков давности.

Таким образом, значимым по делу обстоятельством является наличие обвинительного приговора в отношении истца по уголовному делу, по которому в ходе предварительного следствия печати ООО «ЕФПС Возрождение» были изъяты и приобщены в дело в качестве вещественных доказательств, с решением вопроса о их судьбе в приговоре; отсутствие доказательств неправомерности действий должностных лиц по изъятию и приобщению данных вещественных доказательств в материалы уголовного дела, что исключает возможность компенсации морального вреда за любые последствия, вызванные данными правомерными процессуальными действиями должностных лиц органов следствия и суда.

При этом суд первой инстанции в решении указал на отсутствие в материалах дела информации, подтверждающей, что, несмотря на исключение ООО «ЕФПС Возрождение» из ЕГРЮЛ, истец был лишен возможности заниматься трудовой деятельностью, при том, что в настоящее время является учредителем нескольких общество с ограниченной ответственностью.

Применительно к определению компенсации морального вреда, причиненного истцу незаконным применением к нему меры пресечения судебная коллегия также полагает необходимым отметить неправомерность указания судом в своем решении на то, что при определении размера компенсации морального вреда, судом учитывается применение меры пресечения в виде подписки о невыезде, в том числе по указанным делам. Данная формулировка в решении суда указывает на установление судом оснований для взыскания компенсации морального вреда за применение меры пресечения по иным 37 делам, кроме указанных в иске 7 дел, по которым (то есть по большинству уголовных дел из совокупности) истец приговором суда был признан виновным, что повреждает законность избранной в отношении него по данным 37 уголовным делам меры пресечения в виде подписки о невыезде.

К тому же судебная коллегия полагает необходимым отметить, что мера пресечения по 7 уголовным делам, по которым истец был оправдан, в совокупности с иными 37 делами была избрана органами предварительного следствия только 22.01.2024. До этой даты мера пресечения была избрана 24.03.2023 при возбуждении 01.03.2023 уголовного дела № в отношении потерпевшей ФИО18, в отношении которой истец признан виновным, к которому (к уголовному делу) впоследствии присоединялись все последующие уголовные дела, возбужденные в отношении ФИО1

Указанное обстоятельство также должно было быть учтено судом первой инстанции при определении размера компенсации морального вреда.

Также судебная коллегия при определении размера компенсации морального вреда в порядке реабилитации в связи с оправданием истца по 7 уголовным делам полагает необходимым отметить, что согласно содержанию приговора нанесенный ФИО1 ущерб каждому потерпевшему по указанным в иске 7 эпизодам противоправных действий истца не превышает 2500 руб., что в соответствии с ч.ч. 1, 2 ст. 7.27 КоАП РФ свидетельствует о наличии в действиях истца по хищению имущества и денежных средств у потерпевших по указанным семи эпизодам состава административного правонарушения, а не уголовного деяния, что также должно было быть учтено судом при определении размера компенсации морального вреда.

Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и (или) нравственных страданий, не определяет ни минимальный, ни максимальный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду. В любом случае компенсация морального вреда должна отвечать цели, для достижения которой она установлена законом - компенсировать потерпевшему перенесенные им физические и (или) нравственные страдания При этом предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливости и разумности. Размер компенсации морального вреда является оценочной категорией, которая включает в себя оценку совокупности всех обстоятельств.

Принимая во внимание изложенное, с учетом требований разумности и справедливости, судебная коллегия полагает обоснованными доводы апелляционной жалобы о чрезмерности взысканной компенсации морального вреда, полагая необходимым снизить размер взысканной с Министерства финансов России за счет казны Российской Федерации в пользу истца компенсации морального вреда в порядке реабилитации с 70 000 руб. до 40 000 руб., оставив в остальной части решение суда первой инстанции без изменения.

В соответствии с требованиями ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судебной коллегией в пределах доводов апелляционной жалобы.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328 – 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Макушинского районного суда Курганской области от 30 сентября 2025 г. изменить, уменьшив размер взысканной с Министерства финансов Российской Федерации (ИНН <***>) за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 (паспорт №) компенсации морального вреда в порядке реабилитации с 70000 руб. до 40000 руб.

В остальной части решение Макушинского районного суда Курганской области от 30 сентября 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу Министерства финансов Российской Федерации – без удовлетворения.

Судья-председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 12 декабря 2025 г.