Решение № 2-501/2019 от 11 сентября 2019 г. по делу № 2-501/2019

№

Гражданское дело №


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

город ФИО5 Томской области 12 сентября 2019 года

Стрежевской городской суд Томской области в составе:

председательствующего - судьи Кураш Е.Н.,

при секретаре Артюховой К.В.,

с участием

помощника прокурора г. Стрежевого Томской области Туголукова О.А.,

представителя истца ФИО1 – адвоката Бурмейстерс Г.Г., действующей на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, сроком действия один год, ордера № от ДД.ММ.ГГГГ,

представителя ответчика Акционерного общества «Томскнефть» Восточной нефтяной компании – ФИО2, действующей на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ, сроком действия по ДД.ММ.ГГГГ,

представителя ответчика Общества с ограниченной ответственностью «РН-Транспорт» - ФИО3, действующей на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Акционерному обществу «Томскнефть» Восточной нефтяной компании, Обществу с ограниченной ответственностью «РН-Транспорт», Обществу с ограниченной ответственностью «Стрежевское Дорожное ремонтно-строительное управление» о взыскании компенсации морального вреда, причинённого профессиональным заболеванием,

установил:

Истец ФИО1 обратился в Стрежевской городской суд Томской области с исковым заявлением к Акционерному обществу «Томскнефть» Восточной нефтяной компании (далее – АО «Томскнефть» ВНК), Обществу с ограниченной ответственностью «РН-Транспорт» (далее – ООО «РН-Транспорт»), Обществу с ограниченной ответственностью «Стрежевское Дорожное ремонтно-строительное управление» (далее – ООО «СДРСУ»), в котором просит суд взыскать с АО «Томскнефть» ВНК компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, в размере 45 000 рублей, с ООО «РН-Транспорт» - 45 000 рублей, ООО «СДРСУ» - 200 000 рублей.

В обоснование заявленных исковых требований указал, что в период времени с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в течение 6 лет 1 месяца 24 дней истец работал в Управлении технологического транспорта Стрежевского управления буровых работ объединения «Томскнефть» . В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (3 года 9 месяцев 2 дня) работал в ПМК-218 треста «Спецстроймеханизация» . С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (2 года 9 месяцев 2 дня) истец работал в Управлении технологического транспорта Нефтегазодобывающего управления «Стрежевойнефть» АО «Томскнефть» . В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (2 года 9 месяцев 28 дней) в ООО «УТТ-2» . В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (5 лет 5 месяцев) истец работал в ООО «СДРСУ» , , с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (9 лет 22 дня) . Всего период работы истца в ООО «СДРСУ» составляет 14 лет 5 месяцев 22 дня. ДД.ММ.ГГГГ ООО «УТТ-2» прекратило свою деятельность в связи с реорганизацией в форме присоединения к ООО «РН-Транспорт». Из ООО «СДРСУ» истец уволен ДД.ММ.ГГГГ по п.8 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, то есть в связи с отсутствием у работодателя соответствующей работы, необходимой работнику в соответствии с медицинским заключением. Общий стаж работы ФИО1 составляет 32 года 23 дня. Стаж работы в структурных подразделениях АО «ТН» ВНК – 2 года 9 месяцев 2 дня; в ООО «УТТ-2» - 2 года 9 месяцев 29 дней; в ООО «СДРСУ» - 14 лет 5 месяцев 22 дня. Согласно Акту № о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденному начальником ТО Управления Роспотребнадзора по Томской области в г.Стрежевом, Главным государственным санитарным врачом в г.Стрежевом ЛСИ., истцу установлено профессиональное заболевание, заключительный диагноз: . Заболевание профессиональное, возникло вследствие воздействия неблагоприятных факторов: повышенных уровней общей вибрации. П. 18 Акта установлено, что причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм вредных производственных факторов: повышенных уровней общей и локальной вибрации, превышающих ПДУ на 12-22 дБ, воздействовавших в течение 32 лет 1 месяца. Согласно заключению СГХ № от ДД.ММ.ГГГГ, работа ФИО1 в течение 32 лет 1 месяца была связана с повышенными уровнями вибрации, превышающими ПДУ на 12-22 дБ и шума на 15 дБА, в том числе во время работы машинистом бульдозера Т-130, трактористом на -100 уровни вибрации превышали ПДУ на 14 дБ, уровни шума превышали ПДУ на 15 дБА. Во время работы машинистом экскаватора ЭО-10011 уровни вибрации превышали ПДУ на 22 дБ, уровни шума на 15 дБА. Во время работы водителем погрузчика К-702 уровни общей вибрации превышали ПДУ на 13,9 дБ, локальной на 12 дБ. Согласно заключению Государственной экспертизы условий труда Департамента труда и занятости населения Томской области № от ДД.ММ.ГГГГ условия труда на рабочем месте ФИО1, предшествовавшие профессиональному заболеванию, по гигиенической оценке не соответствуют государственным нормативным требованиям охраны труда. В соответствии со справкой Бюро №-филиала ФКУ «ГБ МСЭ по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре» Минтруда России серии МСЭ-2013 № от ДД.ММ.ГГГГ истцу установлено % утраты трудоспособности бессрочно. Согласно п. 19 Акта № наличие вины ФИО1 в возникновении профессионального заболевания нет. Утрата трудоспособности причиняет истцу физические и нравственные страдания, поскольку по вине ответчиков он получил тяжелое профессиональное заболевание, в результате которого им утрачено 30% профессиональной трудоспособности и установлена 3 группа инвалидности. У ФИО1 поражен опорно-двигательный аппарат, его постоянно беспокоят боли в спине, суставах рук и ног. Движения истца ограничены, ему тяжело наклоняться, поскольку возникают боли в пояснице. ФИО1 быстро утомляется, кроме того, вы связи с профессиональным заболеванием, он вынужден постоянно принимать лекарства, проходить лечение два раза в год, хотя оно особо не помогает. Глубину его страданий подтверждает то, что заболевание имеет необратимый процесс, излечиться полностью невозможно. При определении размера компенсации морального вреда необходимо принять во внимание период работы истца с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, поскольку реализация права истца на компенсацию морального вреда возможна только с ДД.ММ.ГГГГ.

Истец ФИО1, извещенный о времени и месте судебного заседания должным образом, в суд не явился, доверив представление своих интересов представителю по доверенности Бурмейстерс Г.Г.

Представитель ООО «СДРСУ» ФИО4, надлежащим образом извещенная о времени и месте судебного заседания, в суд не явилась, просила дело рассмотреть в её отсутствие, представила письменный отзыв, в котором просила в удовлетворении исковых требований отказать.

В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) суд рассмотрел дело в отсутствие истца, представителя ответчика ООО «СДРСУ».

Представитель истца ФИО1 – Бурмейстерс Г.Г. в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, просила их удовлетворить, доводы ответчиков об отказе в удовлетворении требований истца признать необоснованными и несостоятельными, не подтвержденными доказательствами.

Представитель ответчика АО «Томскнефть» ВНК ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала, поддержала письменные возражения на иск.

Представитель ответчика ООО «РН-Транспорт» ФИО3 в судебном заседании исковые требования не признала, поддержала письменные возражения на иск.

В заключении по делу помощник прокурора г. Стрежевого Туголуков О.А. находит требования истца о компенсации морального вреда подлежащими частичному удовлетворению, просит взыскать с ответчика АО «Томскнефть» ВНК – 20 000 рублей, ООО «РН-Транспорт» 20 000 рублей, с ООО «СДРСУ» - 114 000 рублей.

Заслушав участников судебного заседания, заключение помощника прокурор г. Стрежевого, изучив представленные доказательства, суд находит исковые требования ФИО1 подлежащими частичному удовлетворению, исходя из следующего.

Статья 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) относит к нематериальным благам жизнь и здоровье человека.

Конституцией Российской Федерации охраняются труд и здоровье граждан, устанавливаются гарантии социальной защиты (ч. 2 ст. 7); каждому гарантируется социальное обеспечение в предусмотренных законом случаях (ч. 1 ст. 39).

В силу ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) работодатель обязан возмещать вред, причинённый работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены трудовым законодательством, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ. Обязанность обеспечения безопасных условий и охраны труда работника согласно ст. 212 ТК РФ возлагается на работодателя.

Согласно ст. ст. 3, 8 Федерального закона от 24.07.1998 №125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» под профессиональным заболеванием понимается хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредных производственных факторов и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности. Возмещение застрахованному лицу морального вреда, причинённого в связи с профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Указанная норма направлена на установление дополнительных гарантий лицам, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 работал у ответчиков в следующие периоды времени: в структурных подразделениях АО «Томскнефть» ВНК с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 6 лет 1 месяц 24 дня, и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 2 года 9 месяцев 2 дня; в ООО «РН-Транспорт» - с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 2 года 9 месяцев 29 дней; в ООО «СДРСУ» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 5 лет 4 месяца и с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ – 9 лет 23 дня, а всего 14 лет 4 месяца 23 дня.

ДД.ММ.ГГГГ истец уволен из ООО «СДРСУ» по .

Профессиональное заболевание впервые выявлено у ФИО1 в период его работы в ООО «СДРСУ», санитарно-гигиеническая характеристика подписана работодателем.

Общий стаж работы ФИО1 составляет 32 года 7 месяцев.

Стаж работы истца в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов составляет 32 года 1 месяц в профессиях машиниста бульдозера, тракториста, машиниста экскаватора, водителя погрузчика.

Указанные обстоятельства не оспариваются ответчиками и подтверждены в судебном заседании сведениями, отражёнными в трудовой книжке истца от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д. ), отражены в санитарно-гигиенической характеристике условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ (том 1 л.д).

Истцом заявлено требование о компенсации морального вреда, причиненного в результате возникновения у него профессионального заболевания к АО «Томскнефть» ВНК, ООО «РН-Транспорт», ООО «СДРСУ» являвшихся в разные периоды времени его работодателями.

В соответствии с п.30, 32 Постановления Правительства РФ от 15 декабря 2000г. № 967 «Об утверждении Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний» надлежащим документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве, является Акт о случае профессионального заболевания.

В соответствии с п. 19 Положения обязанность организации расследования обстоятельств и причин возникновения у работника профессионального заболевания возлагается на работодателя.

Работодатель в течение 10 дней с даты получения извещения об установлении заключительного диагноза профессионального заболевания образует комиссию по расследованию профессионального заболевания, возглавляемую главным врачом центра государственного санитарно - эпидемиологического надзора. В состав комиссии входят представитель работодателя, специалист по охране труда (или лицо, назначенное работодателем ответственным за организацию работы по охране труда), представитель учреждения здравоохранения, профсоюзного или иного уполномоченного работниками представительного органа. В расследовании могут принимать участие другие специалисты.

Как следует из представленных документов, в том числе из Акта о случае профессионального заболевания № от ДД.ММ.ГГГГ, утвержденного начальником ТО Управления Роспотребнадзора по Томской области в городе ФИО5 ЛСИ подписанного членами комиссии, по результатам проведенного расследования случая профессионального заболевания, истцу установлен основной диагноз: . Заболевание профессиональное». (л.д.).

Расследование случая профессионального заболевания ФИО1 было проведено в предусмотренные законом сроки, комиссией в составе: председателя – ЛСИ заместителя управляющего ООО «СДРСУ» БАВ заместителя управляющего по ПБ, ОТ и ОС ПВА главного специалиста по мотивации персонала, председателя профсоюзного комитета ООО «СДРСУ», ОАС – заместителя главного врача ОГАУЗ «Стрежевская ГБ» по экспертизе временной нетрудоспособности.

Названным Актом о случае профессионального заболевания установлено, что профессиональное заболевание у ФИО1 возникло вследствие длительного воздействия в течение 32 лет 1 месяца повышенных уровней общей вибрации, превышающих ПДУ на 12-22 дБ. (п. 20 Акта).

Непосредственной причиной профессионального заболевания в Акте указано: повышенные уровни общей и локальной вибрации (п.20).

Вина ФИО1 в наступлении у него профессионального заболевания не установлена (п.19).

Таким образом, в судебном заседании установлено наличие у истца в настоящее время профессионального заболевания, обратного суду не представлено.

Санитарно-гигиеническая характеристика условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) № составлена ДД.ММ.ГГГГ начальником ТО Роспотребнадзора по Томской области в г.Стрежевом ЛСИ на основании извещения об установлении предварительного диагноза острого или хронического профессионального заболевания: № от ДД.ММ.ГГГГ, выданное ОГАУЗ «Стрежевская ГБ», и утверждена Руководителем Управления Роспотребнадзора по Томской области Главным государственным санитарным врачом по Томской области ВГП (том 1 л.д. ).

В соответствии с СГХ стаж работы ФИО1 в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профзаболевание (отравление): трудовой стаж, связанный с воздействием повышенных уровней вибрации, шума, статико-динамических перегрузок составляет 32 года 1 месяц в профессиях машиниста бульдозера, тракториста, машиниста экскаватора, водителя погрузчика (п. 3.3 СГХ).

Работая машинистом бульдозера и трактористом на С-100, машинистом бульдозера Т-130, подвергался воздействию повышенных уровней вибрации и шума. Совершая множество движений по переключению рычагов с приложением усилий и, находясь в вынужденной рабочей позе сидя, испытывал статико-динамические нагрузки на мышцы спины, рук и ног, а также неблагоприятное воздействие метеофакторов охлаждающего микроклимота в холодный и переходный периоды года. Учитывая время воздействия вибрации 5 часов за 8 часовую рабочую смену, эквивалентный корректированный уровень виброускорения по оси Z составляет 129 дБ, при ПДУ=115 дБ превышение на 14 дБ. Эквивалентный уровень шума составляет 95 дБА, при ПДУ=80 дБА превышение на 15 дБА (Измерения на бульдозере Т-130 (аналог ) от ДД.ММ.ГГГГ в ООО «Стрежевское ДРСУ»).

Работая машинистом экскаватора ЭО-10011, выполнял работы по вскрытию грунтов и его погрузку на автотранспорт. Управление экскаватором осуществлялось 4-мя рычагами: 2 рычага ручного управления и 2 рычага ножного управления. На машиниста экскаватора в процессе труда воздействуют повышенные уровни общей и локальной вибрации, повышенных уровней шума, холодовой фактор. На экскаваторах типа прямая лопата и драглайн ЭО-10011 эквивалентный корректированный уровень виброскорости по оси Z составляет 129 дБ, при ПДУ=107 дБ, превышение на 22 дБ. Эквивалентный уровень шума в кабине и снаружи экскаватора составляет 95 дБА, при ПДУ=80 дБА превышение на 15 дБА (измерения на экскаваторе № от ДД.ММ.ГГГГ в ОАО «СТМ»).

Работая машинистом экскаватора ЭО-4125, подвергался воздействию повышенных уровней вибрации и шума. Находясь в вынужденной рабочей позе сидя, испытывал статико-динамические нагрузки на мышцы спины, рук и ног. На машиниста экскаватора в процессе труда воздействуют повышенные уровни общей и локальной вибрации, повышенных уровней шума, холодовой фактор. Данных по измерению вибрации шума нет. Работая водителем погрузчика на К-702, подвергался воздействию повышенных уровней вибрации и шума. Находясь в вынужденной рабочей позе сидя, испытывал статико-динамические нагрузки на мышцы спины, рук и ног. Эквивалентный корректированный уровень виброскорости (общая вибрация) по оси Х составляет 130,1 дБ, при ПДУ=116 дБ, превышение на 13,9 дБ. Эквивалентный корректированный уровень виброскорости (локальная вибрация) по оси Х составляет 124 дБ, при ПДУ=112 дБ, превышение на 12 дБ. Эквивалентный уровень шума составляет 79,5 дБА, при ПДУ=80 дБА превышения нет-класс вредности т2.0. (Карта аттестации рабочего места по условиям труда № от 2013 года Водитель погрузчика (№, 2006 г.в.) проведенное НОУ «Стрежевской УМЦ» в ООО «СДРСУ»).

В соответствии с заключением Государственной экспертизы условий труда Департамента труда и занятости населения Томской области № от ДД.ММ.ГГГГ условия труда на рабочих местах ФИО1, предшествовавшие профессиональному заболеванию, по гигиенической оценке не соответствуют государственным нормативным требованиям охраны труда. (том 1 л.д.).

Учитывая изложенное, суд считает установленным, что ФИО1 в результате работы у ответчиков получил профессиональное заболевание, которое возникло неодномоментно, а в результате длительного, многократного воздействия на организм указанных вредных производственных факторов, которые имелись в период работы истца в структурных подразделениях АО «ТН» ВНК, ООО «УТТ-2», ООО «СДРСУ».

Согласно справке серии МСЭ-2013 № Бюро № – филиал ФКУ «ГБ МСЭ по Ханты-Мансийскому автономному округу – Югре» Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ истцу на основании Акта о профессиональном заболевании № от ДД.ММ.ГГГГ, в связи с профессиональным заболеванием установлена утрата профессиональной трудоспособности % на период с ДД.ММ.ГГГГ бессрочно (том ).

Согласно заключению ОГБУЗ «Томская областная клиническая больница» № ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился в отделении Центр профпатологии, с диагнозом . Заболевание профессиональное. Истцу противопоказан труд с вибрацией, физическим, статико-динамическаим перенапряжением (том ).

В соответствии с заключением ОГБУЗ «Томская областная клиническая больница» № ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился в отделении Центр профпатологии, с диагнозом . Заболевание профессиональное. Истцу противопоказан труд с вибрацией, физическим, статико-динамическаим перенапряжением (том ).

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

При этом работодатель обязан компенсировать работнику моральный вред, причиненный ему любыми неправомерными действиями (бездействием) во всех случаях его причинения, независимо от наличия материального ущерба.

Общими основаниями ответственности работодателя за причинение работнику морального вреда являются: наличие морального вреда; неправомерное поведение (действие или бездействие) работодателя, нарушающее права работника; причинная связь между неправомерным поведением работодателя и страданиями работника; вина работодателя.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности гражданина, подлежит возмещению причинителем вреда.

Установленная ст. 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

Право на компенсацию морального вреда впервые было предусмотрено Основами гражданского законодательства Союза ССР и республик, принятыми 31.05.1991, действие которых распространено на территории Российской Федерации с 03.08.1992.

Согласно разъяснениям в п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», в случаях, когда моральный вред причинён до введения в действие законодательного акта, предусматривающего право потерпевшего на его компенсацию, требования истца не подлежат удовлетворению, в том числе и в случаях, когда истец после вступления акта в законную силу испытывает нравственные или физические страдания, поскольку на время причинения вреда такой вид ответственности не был установлен и по общему правилу действия закона во времени закон, усиливающий ответственность по сравнению с действовавшим на время совершения противоправных действий (бездействия), не может иметь обратной силы.

Учитывая изложенное, суд рассматривает требования истца о компенсации морального вреда в период, начиная с 03.08.1992.

Оценивая представленные доказательства (санитарно-гигиеническую характеристику № от ДД.ММ.ГГГГ, акт № от ДД.ММ.ГГГГ о случае профессионального заболевания), суд исходит из положений ст. ст. 67, 71 ГПК РФ, а также из того, что изложенные в характеристике сведения, объективно ответчиками не опровергнуты в судебном заседании.

Исходя из оценки всех исследованных доказательств по делу, суд приходит к выводу о наличии вины в причинении морального вреда истцу каждого из ответчиков.

В судебном заседании установлено и подтверждено материалами дела, что вред здоровью истца причинён в связи с работой у каждого из ответчиков в своё время во вредных условиях, в условиях статико-динамического перенапряжения и вынужденной рабочей позе.

Доказательств наличия предусмотренных действующим законодательством оснований для освобождения ответчиков от ответственности - грубой неосторожности или умысла истца, которые бы содействовали возникновению или увеличению вреда, а также, подтверждающих, что истец продолжал выполнение работы во вредных условиях, нарушая какие-либо запреты врачей или работодателя, ответчиками суду не предоставлено. При этом данное обстоятельство, само по себе, не может рассматриваться в качестве основания для освобождения ответчиков от возмещения компенсации морального вреда.

Возникновение профессионального заболевания возможно лишь при условиях труда, которые характеризуются наличием на рабочем месте вредных производственных факторов, превышающих гигиенические нормативы и способных оказывать неблагоприятное воздействие на здоровье работника.

В соответствии с п. 3.1. Санитарных норм СН 2.2.4/2.1.8.566-96, утверждённых постановлением Госкомсанэпиднадзора РФ от 31.10.1996 № 40, предельно допустимый уровень (ПДУ) вибрации - это уровень фактора, который при ежедневной (кроме выходных дней) работе, но не более 40 часов в неделю в течение всего рабочего стажа, не должен вызывать заболеваний или отклонений в состоянии здоровья, обнаруживаемых современными методами исследований в процессе работы или в отдаленные сроки жизни настоящего и последующих поколений.

Доказательств, подтверждающих тот факт, что в период работы истца у каждого из ответчиков на него не оказывалось воздействие вредных производственных факторов, суду не представлено.

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечивать безопасность труда и условия, отвечающие требованиям охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника.

Работодатели использовали заведомо наносящую вред здоровью работника автомобильную технику, имеющую повышенный уровень вибрации и шума. Доказательств невозможности обеспечить работу наемных лиц на технике, не оказывающей неблагоприятное воздействие на организм работника, ответчиком суду не представлено.

В целях предупреждения возникновения и развития у работников профессионального заболевания ответчиками не было организовано проведение углубленных профилактических осмотров, не осуществлялся контроль за стажем работы работника во вредных условиях труда в целях недопущения превышения безопасного уровня стажевой дозы, своевременного решения вопроса о возможности продолжения работы во вредных условиях труда, переводе работника на работу, исключающую эти условия.

Разрешая заявленные истцом требования, суд исходит из того, что работодатели располагали возможностью отслеживать стаж работы во вредных условиях работника, а, следовательно, учитывать полученные истцом статико-динамические перегрузки и своевременно решать вопрос о возможности продолжения выполнения работником трудовой функции без вреда для здоровья.

Профзаболевание развивается по причине длительного воздействия вредных факторов, оно может проявиться в любое время, в том числе и после окончания работы на предприятии, в котором имело место воздействие таких факторов.

Профессиональное заболевание у ФИО1 впервые выявлено в период его работы в ООО «Стрежевское ДРСУ», однако причинно-следственная связь между возникновением у истца профессионального заболевания и исполнением им трудовых обязанностей в АО «Томскнефть» ВНК», ООО «РН-Транспорт» установлена Актом о случае профессионального заболевания и подтверждается представленной суду санитарно-гигиенической характеристикой.

Таким образом, профессиональное заболевание истца возникло не одномоментно, а в результате длительного, многократного воздействия на организм указанных вредных производственных факторов, которые имелись в период работы истца у всех ответчиков.

В связи с чем, доводы ответчиков об отсутствие вины в причинении истцу морального вреда не состоятельны, опровергаются представленными в материалы дела доказательствами.

Кроме того, ответчиками не представлены доказательства работы ФИО1 на технике, которая не оказывала бы на истца воздействие вредных производственных факторов, однако согласно п.20 Акта о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ № имело место длительное воздействие в течение 32 лет 1 месяца повышенных уровней общей вибрации, превышающих ПДУ на 12-22 дБ, что также не оспорено ответчиками.

На основании изложенного суд приходит к выводу об обоснованности исковых требований ФИО1 о взыскании денежной компенсации морального вреда, предъявленных к каждому из ответчиков.

В соответствии с пунктом 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ в этом случае размер компенсации морального вреда определяется судом.

Наличие у истца заболевания, его характер подтверждают то обстоятельство, что он испытывает нравственные страдания от потери здоровья, испытывает физическую боль, установление степени утраты профессиональной трудоспособности 30 % бессрочно, ограничивает его право на труд и, как следствие, причиняет истцу моральный вред.

В силу ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Степень нравственных и физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу ФИО1, суд находит его подлежащим взысканию в меньшем размере, чем требует истец.

Суд принимает во внимание, что истцу был причинен вред здоровью при исполнении им трудовых обязанностей у каждого из ответчиков, он утратил профессиональную трудоспособность, выявлено профессиональное заболевание, степень утраты трудоспособности установлена бессрочно, нуждается в лечении, что также следует из представленной представителем истца медицинской документацией.

Суд учитывает стаж работы истца во вредных условиях у каждого из ответчиков, поскольку профзаболевание обусловлено длительностью воздействия вредных производственных факторов и находится в прямой зависимости от этого показателя.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции Российской Федерации и ст. 12 ГК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Доказательств отсутствия вины в возникновении у истца профессионального заболевания и причинении ему морального вреда, ответчиками АО «Томскнефть» ВНК, ООО «РН-Транспорт», ООО «СДРСУ» не представлено.

Кроме того, судом учитывается отсутствие умысла у работодателей причинить вред здоровью ФИО1 выполнением ответчиками обязательных требований действующего законодательства в области охраны труда и техники безопасности.

Исходя из совокупности представленных в материалы дела доказательств, суд считает разумным размером компенсации морального вреда, с учетом отработанного истцом на каждом предприятии времени, подлежащего взысканию в пользу истца с АО «Томскнефть» ВНК в сумме 28 000 рублей, с ООО «РН-Транспорт» 28 000 рублей, с ООО «Стрежевское ДРСУ» 144 000 рублей.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой при обращении в суд истец был освобожден, взыскивается судом с ответчиков АО «Томскнефть» ВНК, ООО «РН-Транспорт», ООО «Стржевское ДРСУ» в размере 300 рублей, по 100 рублей с каждого в доход бюджета муниципального образования городской округ ФИО5.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к Акционерному обществу «Томскнефть» Восточной нефтяной компании, Обществу с ограниченной ответственностью «РН-Транспорт», Обществу с ограниченной ответственностью «Стрежевское Дорожное ремонтно-строительное управление» о взыскании компенсации морального вреда, причинённого профессиональным заболеванием удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерного общества «Томскнефть» Восточной нефтяной компании в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием в размере 28 000 (двадцать восемь тысяч) рублей.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «РН-Транспорт» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием в размере 28 000 (двадцать восемь тысяч) рублей.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Стрежевское Дорожное ромонтно-строительное управление» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием в размере 144 000 (сто сорок четыре тысячи) рублей.

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Взыскать с Акционерного общества «Томскнефть» Восточной нефтяной компании, Общества с ограниченной ответственностью «РН-Транспорт», ООО «Стрежевское ДРСУ» в доход бюджета муниципального образования городской округ ФИО5 государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей, то есть в размере 100 (сто) рублей с каждого ответчика.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Томский областной суд через Стрежевской городской суд Томской области в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Кураш Е.Н.