Апелляционное определение № 33-1058/2026 от 25 марта 2026 г.

Дело № 2-4334/2023 Председательствующий Батхиеы М.К.


Апелляционное определение

№ 33-1058/2026
26 марта 2026 г.
г. Магас
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Ингушетия в составе:

председательствующего Кориговой М.М.,

судей Арчакова А.М. и Оздоева А.И.,

при секретаре судебного заседания Дзаитове Н.Х.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Ингушетия и Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Волгоградской области о восстановлении пенсионных прав по апелляционным жалобам ответчиков на решение Магасского районного суда от 19 декабря 2023 г.

Заслушав доклад судьи Кориговой М.М., судебная коллегия

установила:

ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 обратились в суд с исковым заявлением о признании решения Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Ингушетия о снижении размера страховой пенсии незаконным, возложении обязанности на ответчиков восстановить размер страховой пенсии в прежнем размере со ее уменьшения согласно справкам о заработной плате и произвести перерасчет пенсии с учетом индексации.

В обоснование иска указывают, что длительное время являются получателями страховой пенсии по старости, однако 1 декабря 2022 г. пенсионным органом произведен перерасчет размера их пенсии в сторону уменьшения, ссылаясь на недостоверность представленных ими сведений о заработной плате. Полагают, что действия пенсионного органа, выразившиеся в снижении размера пенсии являются незаконными и необоснованными, поскольку при назначении пенсии ими представлены все необходимые документы, в том числе о размере заработной платы, при этом ответчиком обстоятельства и документы, опровергающие достоверность представленных ими сведений, не установлены.

Решением Магасского районного суда от 19 декабря 2023 г. исковые требования удовлетворены.

В апелляционной жалобе представитель Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Ингушетия просит отменить решение суда, ссылаясь на его незаконность и необоснованность, неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела.

В апелляционной жалобе представитель Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Волгоградской области, также ссылаясь на то, что выводы суда первой инстанции являются необоснованными, противоречат фактическим обстоятельствам и доказательствам по делу, которым не дана надлежащая оценка, просит отменить решение суда.

Истцы, представители Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Ингушетия и Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Волгоградской области, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, о причинах неявки не уведомили, в связи с чем судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

В соответствии с ч. 1 ст. 330 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела, недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела, нарушение или неправильное применение норм материального права или процессуального права.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалоб, судебная коллегия считает, что судом первой инстанции при рассмотрении настоящего гражданского дела не допущено нарушений такого характера.

Конституцией Российской Федерации каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39 Конституции Российской Федерации).

Основания возникновения и порядок реализации права граждан Российской Федерации на страховые пенсии определены Федеральным законом от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" (ч. 1 ст. 1 указанного федерального закона, далее - Федеральный закон "О страховых пенсиях").

Согласно ч. 2 ст. 1 Федерального закона "О страховых пенсиях" целью данного федерального закона является защита прав граждан Российской Федерации на страховую пенсию, предоставляемую на основе обязательного пенсионного страхования с учётом социальной значимости трудовой и (или) иной общественно-полезной деятельности граждан в правовом государстве с социально ориентированной рыночной экономикой, в результате которой создаётся материальная основа для пенсионного обеспечения, особого значения страховой пенсии для поддержания материальной обеспеченности и удовлетворения основных жизненных потребностей пенсионеров, субсидиарной ответственности государства за пенсионное обеспечение, а также иных конституционно значимых принципов пенсионного обеспечения.

В п. 5 ст. 3 Федерального закона "О страховых пенсиях" для целей этого федерального закона дано понятие установления страховой пенсии, как назначения страховой пенсии, перерасчёта и корректировки её размера, перевода с одного вида пенсии на другой.

Статьёй 6 Федерального закона "О страховых пенсиях" предусмотрено, что в соответствии с этим федеральным законом устанавливаются следующие виды страховых пенсий: страховая пенсия по старости, страховая пенсия по инвалидности и страховая пенсия по случаю потери кормильца.

Размер страховой пенсии по старости определяется по формуле, приведённой в части 1 статьи 15 Федерального закона "О страховых пенсиях".

В случае обнаружения органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, ошибки, допущенной при установлении и (или) выплате страховой пенсии, установлении, перерасчёте размера, индексации и (или) выплате фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учётом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), производится устранение данной ошибки в соответствии с законодательством Российской Федерации. Установление указанной пенсии или выплаты в размере, предусмотренном законодательством Российской Федерации, или прекращение выплаты указанной пенсии или выплаты в связи с отсутствием права на них производится с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором была обнаружена соответствующая ошибка (ч. 4 ст. 28 Федерального закона "О страховых пенсиях").

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации, совершение органами, осуществляющими пенсионное обеспечение, при установлении пенсий тех или иных ошибок, в том числе носящих технический характер, - учитывая необходимость оценки значительного числа обстоятельств, с наличием которых закон связывает возникновение права на пенсию, включая проверку представленных документов и проведение математических подсчётов, - полностью исключить невозможно. Определение правовых способов исправления таких ошибок независимо от срока, прошедшего после их совершения, - право и обязанность государства (абз. 1 п. 5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 2016 г. N 1-П "По делу о проверке конституционности ч. 1 ст. 13 Закона Российской Федерации "О пенсионном обеспечении лиц, проходивших военную службу, службу в органах внутренних дел, Государственной противопожарной службе, органах по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ, учреждениях и органах уголовно-исполнительной системы, и их семей" в связи с жалобой гражданина ФИО5", далее - постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 2016 г. N 1-П).

Предусмотренная законом возможность исправления ошибки, допущенной пенсионным органом при назначении пенсии, в том числе пенсии за выслугу лет, призвана, таким образом, обеспечить соблюдение требований социальной справедливости и формального равенства, способствовать предотвращению необоснованного расходования бюджетных средств и злоупотребления правом как со стороны пенсионных органов, так и со стороны граждан, а потому не может подвергаться сомнению. Вместе с тем соответствующий правовой механизм - исходя из конституционных принципов правового государства и верховенства права, а также принципов справедливости и юридического равенства - должен обеспечивать баланс конституционно защищаемых ценностей, публичных и частных интересов на основе вытекающих из указанных принципов критериев разумности и соразмерности (пропорциональности), что, в свою очередь, предполагает наряду с учетом публичных интересов, выражающихся в назначении пенсии исключительно при наличии предусмотренных законом оснований и в целевом расходовании финансовых ресурсов, предназначенных на выплату пенсий, учёт интересов пенсионера, которому пенсия по вине уполномоченного государством органа была назначена ошибочно, с тем чтобы пенсионер не подвергался чрезмерному обременению, притом, однако, что с его стороны отсутствуют какие-либо нарушения (абзац третий пункта 5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 2016 г. N 1-П).

Такое правовое регулирование отвечало бы сути социального правового государства и, будучи основано, в том числе на конституционных принципах правовой определённости и поддержания доверия граждан к закону и действиям государства, обеспечивало бы как соблюдение законодательно установленных условий назначения и выплаты пенсий за выслугу лет, так и защиту интересов граждан, которые, полагаясь на правильность принятого уполномоченными государством органами решения, рассчитывают на стабильность своего официально признанного статуса получателя данной пенсии и неизменность вытекающего из него материального положения. В рамках этих правоотношений в случае выявления ошибки, допущенной пенсионным органом при назначении пенсии гражданину, - при отсутствии с его стороны каких-либо виновных действий, приведших к неправомерному назначению пенсии, - бремя неблагоприятных последствий, связанных с устранением выявленной ошибки, должно распределяться на основе общеправового принципа справедливости, исключающего формальный подход, и с учётом особенностей жизненной ситуации, в которой находится гражданин, продолжительности периода, в течение которого он получал назначенную по ошибке пенсию, и других значимых обстоятельств (абз. 4 п. 5 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14 января 2016 г. N 1-П).

Приведённая правовая позиция Конституционного Суда Российской Федерации в отношении правовых последствий ошибочного назначения пенсии за выслугу лет гражданину, уволенному со службы в органах внутренних дел, вследствие неправильного подсчёта кадровым подразделением уполномоченного органа стажа службы (выслуги лет) может быть применена к сходным отношениям по пенсионному обеспечению граждан в соответствии с Федеральным законом "О страховых пенсиях".

Конституционный Суд Российской Федерации также указывал, что принципы правовой справедливости и равенства, на которых основано осуществление прав и свобод человека и гражданина в Российской Федерации как правовом и социальном государстве, в том числе права на социальное обеспечение (в частности, пенсионное обеспечение), по смыслу статей 1, 2, 6 (часть 2), 15 (часть 4), 17 (часть 1), 18, 19 и 55 (часть 1) Конституции Российской Федерации, предполагают правовую определённость и связанную с ней предсказуемость законодательной политики в сфере пенсионного обеспечения. Это необходимо для того, чтобы участники соответствующих правоотношений могли в разумных пределах предвидеть последствия своего поведения и быть уверенными в неизменности своего официально признанного статуса, приобретённых прав, действенности их государственной защиты (абзац второй пункта 2 постановления от 29 января 2004 г. N 2-П "По делу о проверке конституционности отдельных положений статьи 30 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" в связи с запросами групп депутатов Государственной Думы, а также Государственного Собрания (Ил Тумэн) Республики Саха (Якутия), Думы Чукотского автономного округа и жалобами ряда граждан").

Из приведённых норм материального права, подлежащих применению к спорным отношениям, и изложенных правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации следует, что законом предусмотрена возможность исправления ошибки, допущенной пенсионным органом при установлении или перерасчёте размера пенсии. При этом необходимо соблюдение баланса публичных и частных интересов, вследствие чего бремя неблагоприятных последствий, связанных с устранением выявленной ошибки, должно распределяться на основе общеправового принципа справедливости, исключающего формальный подход. В связи с этим при разрешении вопроса об исправлении такой ошибки в случае отсутствия со стороны пенсионера каких-либо виновных действий, приведших к неправомерному назначению или перерасчёту пенсии, должны учитываться интересы пенсионера, особенности жизненной ситуации, в которой он находится, его возраст, продолжительность периода получения им пенсии в размере, ошибочно установленном ему пенсионным органом и другие значимые обстоятельства.

Из материалов дела следует, что истцы являются получателями страховой пенсии по старости.

С 01 декабря 2022 г. пенсионным органом произведен перерасчет размера их пенсии в сторону уменьшения без учета сведений о заработной плате.

Разрешая спор, руководствуясь положениями Федерального закона "О страховых пенсиях", правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации, выраженными в определениях от 14 января 2016 г. № 1-П, 29 января 2004 г. № 2-П, оценив представленные сторонами доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о неправомерности действий пенсионного органа по перерасчету размера пенсий истцов, исходя из того, что доказательств обоснованности принятых решений ответчиками не представлено и судом по настоящему делу не установлено.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции и их правовым обоснованием.

Так, из трудовой книжки ФИО1 с датой заполнения 14 мая 1974 г. усматривается, что в период с 11.12.1973 по 03.05.1974 он работал в качестве рабочего, с 14.11.1974 по 11.12.1976 - служба в рядах Советской Армии, 14.01.1977 принят грузчиком на Стекольный завод, 14.01.1977 - переведен в МВЦ-3 на должность ученика машиниста, 15.03.1977 уволен по собственному желанию, с 18.11.1978 по 05.04.1978 - рабочим в фабричном цехе на Черменском консервном заводе, с 12.04.1978 по 01.05.1979 - завальщиком шихты в МВЦ № 1, 05.09.1979 - принят учеником машиниста на Орджоникидзевский стекольный завод, 01.06.1980 - переведен в составной цех № 2 составщиком шихты 3 разряда, 01.06.1989 - уволен по собственному желанию, с 05.11.1989 по 12.05.1981 - составщиком шихты 3 разряда в составном цехе, 16.02.1982 - принят учеником баночника, 28.03.1982 - переведен засыпщиком шихты по 3 разряду, 27.10.1982 уволен по собственному желанию, с 01.02.1989 по 15.04.1989 - слесарем 3 разряда в Ростовский ПМК-2, с 18.04.1989 по 26.06.1989 - монтажником 5 разряда на участок № 5.

В деле имеется справка о заработной плате № 93 «Б», выданная «Главюжтрубоводстрой» Трест «Грозтрубоводстрой» Строительно-монтажным управлением, за период работы с 1990 года по 1995 год.

В материалах пенсионного дела имеются данные об отношении заработной платы за период с 1990 года по 1994 год, а также данные о страховом стаже за периоды с 11.12.1973 по 03.05.1974, с 14.11.1974 по 03.12.1976, с 14.01.1977 по 15.03.1977, с 18.11.1977 по 05.04.1978, с 12.04.1978 по 01.05.1979, с 05.09.1979 по 01.06.1980, с 05.11.1980 по 12.05.1981, с 16.02.1982 по 27.10.1982, с 05.12.1982 по 05.03.1983, с 28.05.1983 по 03.04.1984, с 26.11.1984 по 17.11.1986, с 01.02.1989 по 15.04.1989, с 18.04.1989 по 26.06.1989.

Из трудовой книжки истца ФИО2 с датой заполнения 09 декабря 1977 г. усматривается, что в период с 09.12.1977 по 06.04.1978 она работала в швейном цехе ученицей швеи на Назрановской трикотажной фабрике, с 10.07.1978 по 10.07.1979 - рабочей в Экажевском совхозе, с 06.12.1979 по 30.12.1979 и с 24.04.1980 по 21.08.1980 - в бракеражном цехе контролером стеклоизделий на Орджоникидзевском стекольном заводе, с 11.12.1980 по 30.09.1982 - в составном цехе составщиком шихты на Орджоникидзевском стекольном заводе, с 18.01.1983 по 30.12.1984 - ученицей калибровщика-съемщика стеклоизделий на Заводе «ТОПАЗ», 06.02.1985 принята техничкой в Назрановской средней школе № 3, 28.02.1987 переведена лаборантом. Сведений об увольнении не имеется.

В деле также представлена справка о заработной плате № 30 от 15 апреля 2009 г., выданная ГУП «Кантышево» Министерства сельского хозяйства и продовольствия Республики Ингушетия, за период с 1988 года по 1994 год.

Период работы истца с 16 марта 1987 г. по 30 ноября 1999 г. подтверждается справкой № 29 от 15 апреля 2009 г. о том, что она работала в Совхозе «40 лет Октября» (ныне - ГУП «Кантышево») в качестве доярки-телятницы. Справка дана взамен трудовой книжки.

В материалах пенсионного дела имеются данные об отношении заработной платы за периоды с 1988 года по 1992 год, а также данные о страховом стаже 09.12.1977 по 06.04.1978, с 10.07.1978 по 10.07.1979, с 06.12.1979 по 30.12.1979, с 24.04.1980 по 21.08.1980, с 11.12.1980 по 30.09.1982, с 18.01.1983 по 30.12.1984, с 16.03.1987 по 30.11.1999, с 01.01.2005 по 31.12.2006, 01.01.2008 по 02.01.2008.

Из трудовой книжки ФИО3 AT-II № 8559259 (дата заполнения 06 сентября 1982 г.) следует, что в период с 06.09.1982 по 11.10.1982 она работала в качестве разнорабочей, с 12.10.1982 по 24.11.1997 - в качестве рабочей занятой на выгрузке и сливе этиловой жидкости, с 25.11.1997 по 27.12.2001 - в качестве штукатура-маляра в бригаду штукатурщиц.

В деле имеется справка, уточняющая особый характер работы, выданная Новогрозненским нефтеперерабатывающим заводом им. Н.А. Анисимова, № 47 от 25 марта 1998 г., согласно которой в период с 12.10.1992 по 24.11.1997 истец работала в качестве рабочей занятой на выгрузке и сливе этиловой жидкости. Стаж работы, дающий право на льготное пенсионное обеспечение, составляет 15 лет 1 месяц 12 дней.

Данная профессия указана в Списке № 1 производств, работ, профессий, должностей и показателей на подземных работах, на работах с особо вредными и особо тяжелыми условиями труда, занятость в которых дает право на пенсию по возрасту (по старости) на льготных условиях, утвержденном постановлением Кабинета Министров СССР от 26 января 1991 г. N 10 и применяющимся с 1 января 1992 г. (далее - Список № 1, утвержденный постановлением Кабинета Министров СССР от 26 января 1991 г. N 10), в разделе X. Переработка нефти, газа, газового конденсата, угля и сланца, позиция 11000000-17531 - рабочие, занятые на выгрузке и сливе этиловой жидкости.

Согласно заключению пенсионного органа № 138 от 11 сентября 2013 г. льготный стаж истца составляет 15 лет 1 месяца 13 дней.

В деле имеется справка о заработной плате № 21 от 25 марта 1998 г. за период с 1988 года 1992 год.

В пенсионном деле также имеются данные об отношении заработной платы за период с 1988 года по 1992 год и данные о стаже за периоды работ с 12.10.1982 по 24.11.1997, с 26.11.1997 по 27.12.2001.

Согласно трудовой книжке ФИО4 AT-VIII № 6306461 (дата заполнения 27 апреля 1975 г.) в период с 27.04.1975 по 20.12.1985 она работала в Редакции газеты «Путь Ленина» на должности корректора, с 14.01.1986 по 12.04.1993 - в НОДХ-5 в качестве приемосдатчика, с 18.05.1993 по 15.07.1996 - в РС «Фирма «СНиП» штукатуром-маляром 4 разряда.

В деле представлена справка о заработной плате от 16 августа 2000 г., выданная РС «Фирма «СНиП», за период с мая 1993 г. по июль 1996 год.

Согласно справке № 230 от 31 декабря 2001 г. ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, действительно работала в Грозненской опытно-мелиоративной станции в качестве разнорабочей в периоды с 03.02.1970 по 21.04.1975, с 22.07.1996 по 31.12.2001. Основание выдачи справки: книги приказов за 1970, 1975, 1996, 2000 гг.

В пенсионном деле также имеются данные об отношении заработной платы за период с 01 июля 1994 г. по 30 июня 1995 г. и данные о страховом стаже за периоды работы с 27.04.1975 по 20.12.1985, с 14.01.1986 по 12.04.1993, с 18.05.1993 по 15.07.1996.

Таким образом, при подаче истцами заявлений в территориальный орган Пенсионного фонда Российской Федерации о назначении страховой пенсии по старости ими представлены необходимые документы, в том числе отражающие периоды их трудовой деятельности и сведения о заработной плате за различные периоды, при приеме которых ответчик в силу возложенных на него обязанностей проверял правильность оформления заявлений, приложенных к ним документов и соответствие изложенных в них сведений.

Между тем в нарушение вышеизложенных норм права доказательств выявления обстоятельств, свидетельствующих о неправомерности назначения пенсии в ранее установленном размере, ответчиками не представлено.

При этом из письменных уведомлений пенсионного органа в адрес истцов и возражений на исковое заявление усматривается, что фактическим основанием перерасчета размера пенсии послужило наличие сомнений в достоверности представленных истцами сведений о размере заработной платы, так как размеры их заработной платы значительно выше среднемесячной заработной платы по стране за аналогичные периоды, однако судебная коллегия находит данные доводы ответчиков несостоятельными, поскольку они носят предположительный характер и соответствующими доказательствами не подтверждены.

С учетом позиции ответчиков по делу судебная коллегия отмечает, что добросовестность действий истцов и работодателей, заполнивших трудовые книжки и справки о заработной плате, исходя из которых исчислены размеры пенсии, презюмируется в силу закона (ст. 10 ГК РФ) и именно на ответчике лежит обязанность представить бесспорные доказательства, свидетельствующие о том, что истцы предоставили недостоверные сведения при назначении пенсии, между тем в материалах дела отсутствуют и ответчиками не представлены доказательства, подтверждающие факт предоставления ими недостоверных документов.

Согласно п. 8 Порядка осуществления корректировки сведений индивидуального (персонифицированного) учета и внесения уточнений (дополнений) в индивидуальный лицевой счет, утвержденного постановлением Правления Пенсионного фонда Российской Федерации от 15 октября 2019 г. № 519п, в случае отсутствия (неполноты) сведений, необходимых для установления (уточнения) сведений индивидуального (персонифицированного) учета и внесения уточнений (дополнений) в индивидуальный лицевой счет, либо несоответствия сведений, указанных в документах, представленных застрахованным лицом, сведениям индивидуального (персонифицированного) учета, находящимся в распоряжении территориального органа ПФР, уполномоченное лицо территориального органа ПФР не позднее рабочего дня, следующего за днем приема заявления, направляет в государственные органы, органы местного самоуправления и подведомственные государственным органам или органам местного самоуправления организации, располагающие документами (сведениями), указанными в пункте 4 настоящего Порядка, запрос об их предоставлении.

Между тем из материалов дела усматривается и ответчиками обратное не доказано, что соответствующие запросы должностными лицами территориального органа Пенсионного Фонда Российской Федерации при снижении размера страховых пенсий истцов в соответствующие органы не направлялись.

С учетом вышеприведенных требований действующего законодательства и правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации судебная коллегия также учитывает возраст истцов, длительность получения ими пенсии, срок, прошедший с момента назначения пенсий до даты их перерасчета в сторону уменьшения, повлиявших на их материальное положение и существенно нарушивших право на пенсионное обеспечение, которое должно было быть реализовано в соответствии с принципами поддержания доверия граждан к закону и действиям государства.

Таким образом, учитывая, что доказательств, опровергающих достоверность сведений, представленных в подтверждение права истцов на пенсию в ранее установленном размере, ответчиками не представлено, судебная коллегия полагает, что суд первой инстанции обоснованно удовлетворил заявленные исковые требования в полном объеме.

Доводы апелляционной жалобы о том, что суд, применяя ст. 212 ГПК РФ о немедленном исполнении решения суда, нарушил нормы гражданско-процессуального законодательства, поскольку истцами не представлены документы, подтверждающие их тяжелое материальное положение, являются несостоятельными, поскольку необоснованное снижение выплаты пенсии истцам с учетом их возраста фактически лишило их надлежащих средств к существованию, учитывая, что данная пенсия является для них единственным источником средств существования, доказательств обратного материалы дела не содержат.

При таких обстоятельствах, решение суда является законным и обоснованным, правоотношения сторон и закон, подлежащий применению, определены судом правильно, обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены на основании представленных доказательств, оценка которым дана судом первой инстанции с соблюдением требований ст. 67 ГПК РФ, при этом апелляционные жалобы не содержат обстоятельств, нуждающихся в дополнительной проверке, направлены на переоценку установленных судом обстоятельств, а также не опровергают правильности выводов суда и не свидетельствуют о наличии оснований, влекущих отмену или изменение состоявшегося судебного решения.

На основании изложенного, руководствуясь п. 1 ст. 328, ст. 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Магасского районного суда от 19 декабря 2023 г. по гражданскому делу по иску ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 к Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Республике Ингушетия и Отделению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Волгоградской области о восстановлении пенсионных прав оставить без изменения, апелляционные жалобы ответчиков – без удовлетворения.

Мотивированное определение изготовлено 09 апреля 2026 г.

Председательствующий

Судьи

С подлинного за надлежащими подписями

Копия верна

Судья Коригова М.М.