Апелляционное постановление № 1-102/2023 22-2057/2023 от 16 июля 2023 г. по делу № 1-102/2023

Судья первой инстанции: Верескун В.Г. уголовное дело № 1-102/2023

Судья апелляционной инстанции: Данилова Е.В. № 22-2057/2023


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

17 июля 2023 года г. Симферополь

Верховный Суд Республики Крым в составе:

председательствующего судьи Даниловой Е.В.,

при секретаре – Меметовой Л.С.,

с участием прокурора – Хижняк Н.А.,

защитника – адвоката Тютюнник Л.П.,

лица, в отношении которого прекращено уголовное дело – Мусаева Ш.С.

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя – помощника прокурора Ленинского района Безуновой К.О. на постановление Ленинского районного суда Республики Крым от 17 мая 2023 года, которым в отношении

Мусаева ФИО14, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес> АР Крым, гражданина РФ, не судимого,

прекращено уголовное дело (уголовное преследование) по обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, в соответствии со ст. 25 УПК РФ в связи с примирением сторон.

Мера пресечения в отношении Мусаева Ш.С. в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменена.

Разрешен вопрос о судьбе вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи, изложившей содержание постановления, существо апелляционного представления, выслушав выступление прокурора, поддержавшего доводы апелляционного представления, мнение лица, в отношении которого прекращено уголовное дело (уголовное преследование) и адвоката, возражавших против удовлетворения апелляционного представления, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

постановлением Ленинского районного суда Республики Крым от 17 мая 2023 года в отношении Мусаева Ш.С., родившегося ДД.ММ.ГГГГ года, не судимого, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, в соответствии со ст. 76 УК РФ, ст. 25 УПК РФ, прекращено уголовное дело (уголовное преследование), в связи с примирением сторон.

По делу решен вопрос о мере пресечения и определена судьба вещественных доказательств.

В апелляционном представлении государственный обвинитель - помощника прокурора Ленинского района Безунова К.О., не оспаривая обоснованности обвинения Мусаева Ш.С. в правильности квалификации его действий, а также иных фактических обстоятельств дела, ставит вопрос об отмене обжалуемого постановления и направлении уголовного дела на новое судебное рассмотрение в связи с его несправедливостью и существенным нарушением уголовно-процессуального закона.

Указывает, что суд, придя к выводу о возможности прекращения уголовного дела в отношении Мусаева Ш.С. в связи с примирением с потерпевшим, не учел то, что в результате его совершения нарушаются охраняемые законом общественные отношения, регулирующие безопасность дорожного движения, а также направленные на защиту жизни человека. Суд учел лишь принятие Мусаевым Ш.С. мер по принесению извинений, возмещению причиненного вреда в размере, определенном потерпевшим, оплате расходов, связанных с погребением, и восстановление, таким образом, частных интересов сына погибшей – потерпевшего Потерпевший №1, в связи с чем оставил без исследования и оценки вопрос о том, каким образом подсудимым восстановлены нарушенные в результате преступления отношения в сфере безопасности дорожного движения и эксплуатации транспорта. Также дополнительными объектами преступного посягательства выступают жизнь и здоровье человека, которые являются высшей социальной ценностью, в силу чего имеют особое значение.

Полагает, что при указанных обстоятельствах прекращение уголовного дела лишь в силу простой констатации наличия указанных в законе оснований является немотивированным, не соответствующим целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, общества и государства, в связи с чем указанные выше действия Мусаева Ш.С. объективно не свидетельствуют о снижении и уменьшении общественной опасности совершенного деяния, а выводы суда о том, что такие меры достаточны для утверждения о заглаживании причиненного преступлением вреда, являются необоснованными, и как следствие, принятое судом решение об освобождении Мусаева Ш.С. от уголовной ответственности является препятствием достижению целей, указанных в ст.ст. 2, 43 УК РФ.

В дополнении к апелляционному представлению государственный обвинитель помимо приведенных ранее доводов указывает, что принятие судом решения о прекращении уголовного дела исключает возможность рассмотрения вопроса о назначении Мусаеву Ш.С. не только основного наказания, но и дополнительного – в виде лишения права управления транспортными средствами, в связи с чем он не лишен возможности управлять автомобилем, подвергая опасности других участников дорожного движения.

В возражениях защитник Мусаева Ш.С. – адвокат Падалка В.В. просит признать постановление суда первой инстанции законным и обоснованным, а доводы апелляционного представления необоснованными, несоответствующими требованиям действующего законодательства, в связи с чем не подлежащими удовлетворению.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления и выслушав стороны, суд апелляционной инстанции не находит предусмотренных законом оснований для отмены состоявшегося судебного решения.

Так, исходя из положений ч. 1 ст. 389.17 УПК РФ, основанием для отмены судебного решения является не любое нарушение УПК РФ, а лишь существенное, которое путем лишения или ограничения прав участников процесса, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияло или могло повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Такие нарушения при рассмотрении уголовного дела в отношении Мусаева Ш.С. не установлены и в апелляционном представлении не указаны.

В соответствии со ст. 25 УПК РФ и ст. 76 УК РФ лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный потерпевшему вред.

Из разъяснений, содержащихся в п.п. 9, 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 года N 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», следует, что в силу положений ст. 76 УК РФ освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим возможно при наличии указанных в ней условий: примирение лица, совершившего преступление, с потерпевшим и заглаживание причиненного ему вреда. При разрешении вопроса об освобождении от уголовной ответственности судам следует также учитывать конкретные обстоятельства уголовного дела, включая особенности и число объектов преступного посягательства, их приоритет, наличие свободно выраженного волеизъявления потерпевшего, изменение степени общественной опасности лица, совершившего преступление, после содеянного, данные о его личности, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание.

Под заглаживанием вреда для целей ст. 76 УК РФ следует понимать возмещение ущерба, а также иные меры, направленные на восстановление нарушенных в результате преступления прав и законных интересов потерпевшего. Способы заглаживания вреда, а также размер его возмещения определяются потерпевшим.

Кроме того, согласно п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 июня 2010 года N 17 «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве», принимая решение о прекращении уголовного дела по указанному основанию, суду необходимо оценить, соответствует ли это целям и задачам защиты прав и законных интересов личности, отвечает ли требованиям справедливости и целям правосудия.

Указанные требования закона и разъяснения Пленума Верховного Суда Российской Федерации судом соблюдены.

Как следует из материалов дела, в ходе судебного заседания потерпевшим Потерпевший №1 подано ходатайство о прекращении уголовного дела и уголовного преследования в отношении Мусаева Ш.С. в связи с их примирением (т.2 л.д.68), который подтвердил, что причиненный преступлением вред в размере определенном им возмещен ему в полном объеме, принес свои извинения, оплатил расходы, связанные с погребением, претензий к нему он не имеет, правовые последствия прекращения дела ему разъяснены и понятны. Аналогичное по содержанию ходатайство заявлено в судебном заседании и подсудимым (т.2 л.д.75). Подсудимый Мусаев Ш.С. после разъяснения последствий прекращения уголовного дела по не реабилитирующему основанию поддержал ходатайство и просил прекратить уголовное дело.

Принимая решение по заявленным ходатайствам, суд принял во внимание то, что Мусаев Ш.С. впервые обвиняется в совершении преступления по неосторожности, относящееся к категории средней тяжести, к административной и уголовной ответственности не привлекался (т.2 л.д.5), на диспансерном учете у врачей психиатра и нарколога не состоит (т.2 л.д.8), по месту жительства и работы характеризуется положительно (т.2 л.д.6), полностью признал вину, в содеянном раскаялся, примирился с потерпевшим, загладил причиненный им вред и принес свои искренние извинения, является родственником потерпевшего.

Вопреки доводам апелляционного представления, принимая обжалуемое решение, суд первой инстанции не просто констатировал наличие указанных в законе оснований для освобождения Мусаева Ш.С. от уголовной ответственности по ст. 76 УК РФ, а учел всю совокупность данных, характеризующих особенности объекта преступного посягательства, обстоятельства совершения уголовно наказуемого деяния, конкретные действия, предпринятые обвиняемым для возмещения ущерба и заглаживания причиненного преступлением вреда, изменение степени общественной опасности деяния и устранение вредных последствий этого деяния вследствие таких действий.

Несмотря на число объектов преступного посягательства, уголовный закон не содержит запрета на применение положений ст. 25 УПК РФ и ст. 76 УК РФ в отношении лиц, обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ.

Отсутствуют такие запреты и в п. 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 9 декабря 2008 года N 25 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения», согласно которому прекращение уголовного дела о преступлении, предусмотренном ст. 264 УК РФ, за примирением сторон является правом суда. При принятии решения о прекращении уголовного дела в связи с примирением лица, совершившего преступление, с потерпевшим, суду надлежит всесторонне исследовать характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности подсудимого, иные обстоятельства.

Судом были учтены указанные обстоятельства, какие-либо препятствия для принятия обжалованного решения с учетом позиции потерпевшего у суда отсутствовали. Запрет для прекращения уголовного дела по мотивам и основаниям, указанным в апелляционном представлении, уголовно-процессуальный закон не содержит.

Доводы представления об отсутствии оснований для освобождения Мусаева Ш.С., мотивированные ссылкой на повышенную общественную опасность совершенного им преступления против безопасности дорожного движения, не основаны на положениях уголовного закона, в том числе ст. 76 УК РФ и удовлетворению не подлежат.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены состоявшегося по делу судебного решения по доводам апелляционного представления.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.23, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Ленинского районного суда Республики Крым от 17 мая 2023 года о прекращении уголовного дела в отношении Мусаева Ш.С. – оставить без изменения, апелляционное представление – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий: