Решение № 2-3535/2025 2-748/2026 2-748/2026(2-3535/2025;)~М-3075/2025 М-3075/2025 от 11 мая 2026 г. по делу № 2-3535/2025

Гр. Дело № 2-748/2026

УИД 21RS0023-01-2025-007345-35


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

23 апреля 2026 года г. Чебоксары

Ленинский районный суд города Чебоксары в составе председательствующего судьи Сидоровой И. Н., при помощнике судьи Павлинове Л. Н.,

с участием прокурора Албутовой Ю. И., истцов ФИО1, ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 о компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1, ФИО2 обратились в суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО3 о компенсации морального вреда, указав в обоснование требований, что 18 мая 2025 года с ФИО6 произошел несчастный случай со смертельным исходом при осуществлении трудовой деятельности у индивидуального предпринимателя ФИО3 (далее ИП ФИО3). Согласно срочному трудовому договору от 13 января 2025 года ----- ФИО6 был принят на должность водителя к ИП ФИО3, за ним закреплен автомобиль марки ------, гос. рег. знак -----, а также прицеп к нему для перевозки песка. На основании договора на предоставление места на открытой огороженной площадке с контрольно-пропускным режимом, расположенной по адресу: адрес, заключенного с АО «Почта России» 01 июля 2023 года ------Ф21, автомобили ИП ФИО3 базировались по указанному адресу.

18 мая 2025 года ФИО6 при выполнении работ по ремонту автомобиля ------, гос. рег. знак ----- РУС, подлез под автомобиль с левой стороны, после чего левый пневмобаллон не выдержал давления и лопнул, тем самым придавив находящегося под автомобилем ФИО6, который скончался на месте.

В период с 19 мая по 30 июня 2025 года комиссией в составе представителей Приволжской межрегиональной территориальной государственной инспекции труда, регионального отделения Фонда социального страхования Российской Федерации, ЧРООП «Чувашрессовпроф», администрации г. Чебоксары, ИП ФИО3 проведено расследование несчастного случая со смертельным исходом, по результатам составлен акт, из которого следует, что несчастный случай произошел с ФИО6 при выполнении работ по ремонту автомобиля на автобазе, расположенной по адресу: адрес.

18 мая 2025 года ФИО6 подменял своего коллегу ФИО7, которому было необходимо на автомобиле ------, гос. рег. знак -----, с прицепом около 6 час. направиться в адрес для загрузки песком, который следовало 19 мая 2025 года в утреннее время довезти до адрес. После загрузки ФИО6 около 14 час. прибыл на автобазу для ночной стоянки автомобиля с грузом. Далее он обнаружил неисправность в автомобиле в виде течи антифриза, после чего позвонил работодателю ФИО3, сообщив о проблеме. Последний поручил ему долить антифриз до необходимого уровня, а уже утром следующего дня перед поездкой будет необходимо проверить уровень антифриза. Затем ФИО6, обнаружив факт утечки антифриза, самостоятельно решил залезть под автомобиль для установления источника утечки. Тогда последний поднял заднюю подвеску, подав давление в задние пневмобаллоны автомобиля для увеличения клиренса автомашины, чтобы беспрепятственно подлезть под него и обнаружить причину утечки. При этом прицеп с грузом от автомобиля не был отцеплен, а также опорные лапы прицепа опущены не были, поэтому давление на заднюю ось автомобиля было большим. Далее около 16 час. 10 мин. ФИО6 подлез под автомобиль с левой стороны, после чего задний левый пневмобаллон не выдержал давления и лопнул, тем самым придавив ФИО6, который через непродолжительное время скончался на месте до прибытия скорой медицинской помощи. Извлечение его из-под машины происходило силами сотрудников МЧС России.

Из заключения эксперта судебно-медицинской экспертизы БУ РБСМЭ Минздрава Чувашии от 03 июня 2025 года ----- следует, что ФИО6 причинен тяжкий вред здоровью.

Комиссионным расследованием выявлены нарушения статей 76, 214, 220, 221 Трудового кодекса РФ, пункта 6 части 3 Правил по охране труда на автомобильном транспорте, утв. Приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от 09 декабря 2020 года № 871н.

По результатам расследования несчастного случая основной причиной произошедшего 18 мая 2025 года несчастного случая явилась неудовлетворительная организация производства работ, в частности не обеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины в нарушение требований статей 22, 214 Трудового кодекса РФ, пункта 6 части 3 приказа Минтруда РФ от 09 декабря 2020 года № 871н.

Кроме того, председатель комиссии по расследованию смертельного несчастного случая главный государственный инспектор ФИО8 представила особое мнение к Акту о расследовании смертельного несчастного случая. По особому мнению главного государственного инспектора ФИО8 основной причиной произошедшего с ФИО6 несчастного случая явилось не удовлетворительное содержание и недостатки в организации рабочих мест, стоянка, расположенная по адресу: адрес, не оснащена козелками для проверки технического состояния транспортного средства.

Истцы являются отцом и матерью ФИО6, испытывают физические и нравственные страдания, связанные с утратой сына, лишились возможности общения с близким родственником, его заботы, поддержки, любви на всю дальнейшую жизнь. Гибелью ФИО6 нарушено личное неимущественное право на семейные отношения, поскольку утрата родственника и близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, в том числе и в будущем.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, положения статей 2, 17, 18 Конституции РФ, статей 1064, 151, 1099 – 1101 Гражданского кодекса РФ, статей 22, 237, часть 8 статьи 216.1 Трудового кодекса РФ, разъяснения, содержащиеся в постановлениях Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1, от 15 ноября 2022 года № 33, указывая, что в результате неудовлетворительной организации производства работ, в том числе неудовлетворительного содержания и недостатков в организации рабочих мест ИП ФИО3 причинен моральный вред, выразившийся в причинении нравственных страданий, просят взыскать с ответчика денежную компенсацию морального вреда в пользу ФИО1 – 1 750 000 руб., в пользу ФИО2 – 1 750 000 руб.

В судебном заседании истцы ФИО1, ФИО2 поддержали исковые требования в полном объеме по изложенным доводам.

ФИО1 пояснил, что его сын поставил машину, но ФИО3 ему через 30 минут позвонил и отправил ремонтировать машину. Ему об этом известно со слов товарищей сына. Похороны организовывал он и ------ руб., которые перечислил ФИО3, ушли на похороны. В связи со смертью сына пошатнулось его психическое состояние, в связи с чем не знает сможет он дальше работать или нет, с сыном находились в теплых отношениях, общались, вместе проводили досуг и помогали друг другу выполнять работы по хозяйству. В связи с произошедшим с сыном и связанным с этим эмоциональным потрясением по настоящее время испытывает глубокие нравственные страдания, душевные переживания, обусловленные случившимся.

ФИО2 пояснила, что сын был для нее опорой, потеря сына для нее большое горе, из-за переживания были перепады давления; 2,5 года сын жил отдельно – со своей семьей, но постоянно звонил, интересовался ею; ответчик же допустил множество нарушений. В результате произошедшей с сыном трагедии и связанного с этим эмоционального потрясения по настоящее время испытывает глубокие нравственные страдания, душевные переживания, обусловленные случившимся.

Ответчик, извещенный о месте и времени надлежащим образом, в судебное заседание не явился, о причинах неявки не сообщил, явку представителей не обеспечил. Реализуя свое процессуальное право, представил письменные возражения относительно заявленных требований, которыми просил отказать в их удовлетворении, указав, что ФИО6 не получал от работодателя каких-либо поручений об установлении причин течи антифриза, не получал поручений о проведении ремонта автомобиля, ФИО6 самостоятельно решил залезть под автомобиль (предварительно для установления источника утечки антифриза, точная цель не установлена) и, несмотря на имеющийся опыт, не учел загруженность автомобиля и не поставил опорные лапы прицепа, в результате самостоятельно создал ту самую ситуацию, угрожающую жизни и здоровью, условия срочного трудового договора не предусматривали его обязанности по ремонту автомобилей, то есть несчастный случай произошел в результате предпринятых ФИО6 самостоятельных действий (проверка и попытка ремонта вопреки запрету работодателя) и халатности ФИО6 (поднятие груженой фуры без опорных лап); в случае, если суд придет к выводу о наличии оснований для компенсации морального вреда, просит учесть также прекращение близкого общения истцов с погибшим сыном и снизить размер компенсации морального вреда до ------ руб. в пользу каждого.

Третьи лица ФИО4, Приволжская межрегиональная территориальная государственная инспекция труда, извещенные о месте и времени надлежащим образом, в судебное заседание не явились, явку представителей не обеспечили.

Выслушав истцов, заключение прокурора Албутовой Ю. И., согласно которому требования истцов подлежат удовлетворению с учетом требований разумности и справедливости, исследовав представленные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства. Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

В связи с этим законом охраняются как имущественные права человека и гражданина, так и его неимущественные права и принадлежащие ему нематериальные блага.

Семейная жизнь в понимании судебной практики охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции РФ и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса РФ предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса РФ).

В гражданском законодательстве жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага рассматриваются как неотчуждаемые и непередаваемые иным способом нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения (пункт 1 статьи 150 Гражданского кодекса РФ).

Согласно статье 12 Гражданского кодекса РФ к способам защиты гражданских прав относится, в частности, компенсация морального вреда.

Общие положения об ответственности за причинение морального вреда установлены статьей 151 Гражданского кодекса РФ.

Так, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Из разъяснений, изложенных в абзаце 3 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» следует, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под нравственными страданиями следует понимать страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда (пункт 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33).

Закрепляя в пункте первом статьи 151 Гражданского кодекса РФ общий принцип компенсации морального вреда, причиненного действиями, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага, законодатель не установил каких-либо ограничений в отношении действий, которые могут рассматриваться как основание для такой компенсации.

Исходя из этого, Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что компенсация морального вреда как самостоятельный способ защиты гражданских прав, будучи одновременно и мерой гражданско-правовой ответственности, правовая природа которой является единой независимо от того, в какой сфере отношений - публично- или частноправовой - причиняется такой вред, не исключает возможности возложения судом на правонарушителя обязанности денежной компенсации морального вреда, причиненного действиями (бездействием), ущемляющими в том числе имущественные права гражданина, в тех случаях и в тех пределах, в каких использование такого способа защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (постановление от 26 октября 2021 г. № 45-П, постановление от 8 июня 2015 г. № 14-П, определение от 27 октября 2015 г. № 2506-О и др.).

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 года № 33 даны разъяснения о том, что отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на компенсацию морального вреда, причиненного действиями (бездействием), нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага.

Из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что моральный вред - это нравственные и (или) физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права, перечень которых законом не ограничен.

Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ) (пункт 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред (пункт 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 Гражданского кодекса РФ).

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ).

В силу пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда), причиненного смертью работника вследствие несчастного случая на производстве.

Как установлено судом, с 13 января 2025 года ФИО6 работал у ИП ФИО3 в должности водителя на основании срочного трудового договора от 13 января 2025 года -----.

Согласно данным ЕГРИП на официальном сайте egrul.nalog.ru ответчик ФИО3 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя ------ года; основным видом деятельности является деятельность ------

Из материалов дела следует, что 18 мая 2025 года ФИО6 подменял своего коллегу на автомобиле марки ------, гос. рег. знак -----, с прицепом, около 6 час. ему необходимо было направиться в адрес для загрузки песком, который следовало 19 мая 2025 года в утреннее время довезти до адрес. После загрузки ФИО6 около 14 час. прибыл на автостоянку по адресу: адрес для ночной стоянки автомобиля с грузом. По прибытии он обнаружил неисправность в автомобиле в виде течи антифриза, после чего позвонил работодателю ИП ФИО3, сообщив о неисправности. Последний поручил ему долить антифриз до необходимого уровня, а утром следующего дня перед поездкой проверить уровень антифриза. ФИО6, обнаружив факт утечки антифриза, решил залезть под автомобиль для установления источника утечки. Для этого он поднял заднюю подвеску, подав давление в задние пневмобаллоны автомобиля для увеличения клиренса автомашины, чтобы беспрепятственно подлезть под автомобиль и обнаружить причину утечки. При этом прицеп с грузом от автомобиля не был отцеплен, опорные лапы прицепа не опущены, поэтому давление на заднюю ось автомобиля было большим. Около 16 час. 10 мин. ФИО6 подлез под автомобиль с левой стороны, после чего задний левый пневмобаллон не выдержал давления и лопнул, тем самым придавив ФИО6, который через непродолжительное время скончался на месте до прибытия скорой медицинской помощи.

Из акта о расследовании несчастного случая со смертельным исходом формы -----, акта о несчастном случае на производстве формы Н-1, утвержденного ------ года, следует, что основной причиной несчастного случая являлась неудовлетворительная организация производства работ в части необеспечения контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением водителем ФИО6 трудовой дисциплины, правил и инструкций по охране труда и технике безопасности; в нарушение статей 76, 214, 220 Трудового кодекса РФ ФИО6 допущен работодателем к выполнению работ в качестве водителя автомобиля без прохождения в установленном порядке обязательного психиатрического освидетельствования; в нарушение Правил обеспечения работников средствами индивидуальной защиты и смывающими средствами, утвержденных приказом Минтруда России от 29 октября 2021 года №766н, водителю ФИО6 не выданы жилет сигнальный, костюм для защиты от механических воздействий (истирания), пальто, полупальто, плащ для защиты от воды, обувь специальная для защита от механических воздействий (истирания), головной убор для защиты от общих производственных загрязнений, очки защитные от ультрафиолетового излучения, слепящей яркости.

Лицом, допустившим нарушение требований охраны труда, указан ИП ФИО3, который в нарушение статей 22, 214 Трудового кодекса РФ, пункта 6 части 3 Правил по охране труда на автомобильном транспорте, утвержденных приказом Минтруда России от 9 декабря 2020 года №871н, не обеспечил контроль со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работ и соблюдением трудовой дисциплины.

Данные о нахождении пострадавшего в состоянии опьянения отсутствуют.

Вины ФИО6 в произошедшем несчастном случае, а также грубой неосторожности с его стороны не установлено.

В своем особом мнении главный государственный инспектор труда ФИО8 основной причиной несчастного случая со смертельным исходом посчитала неудовлетворительное содержание и недостатки в организации рабочих мест: стоянка, расположенная по адресу: адресД, не оснащена козелками для проверки технического состояния транспортного средства; лицом, ответственным за нарушения, явившимися причинами несчастного случая, назван ИП ФИО3, который не оснастил козелками для проверки технического состояния транспортного средства на стоянке по указанному адресу.

В соответствии с заключением эксперта БУ «Республиканское бюро судебно-медицинской экспертизы» Минздрава Чувашии от 3 июня 2025 года ----- у ФИО6 обнаружены признаки механической асфиксии от сдавления органов груди и живота тупым твердым предметом, вызвавшее расстройство жизненно важных функций организма человека, причинившие тяжкий вред здоровью, которые повлекли смерть потерпевшего.

Истцы ФИО13. и ФИО2 являются родителями потерпевшего ФИО6 (свидетельство рождении, л. д. 14).

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации определено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе РФ введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В соответствии с положениями абзацев четвертого и четырнадцатого части первой статьи 21 Трудового кодекса РФ работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном данным кодексом, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров; обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда; возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы второй, четвертый и шестнадцатый части второй статьи 22 Трудового кодекса РФ).

Согласно положениям статьи 209 Трудового кодекса РФ охрана труда - это система сохранения жизни и здоровья работников в процессе трудовой деятельности, включающая в себя правовые, социально-экономические, организационно-технические, санитарно-гигиенические, лечебно-профилактические, реабилитационные и иные мероприятия.

Условия труда - совокупность факторов производственной среды и трудового процесса, оказывающих влияние на работоспособность и здоровье работника.

Безопасные условия труда - условия труда, при которых воздействие на работающих вредных и (или) опасных производственных факторов исключено либо уровни воздействия таких факторов не превышают установленных нормативов.

Рабочее место - место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя. Общие требования к организации безопасного рабочего места устанавливаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере труда, с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из основных направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части первой статьи 210 Трудового кодекса РФ).

В силу статьи 214 Трудового кодекса РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить, в том числе: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также эксплуатации применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; соответствие каждого рабочего места государственным нормативным требованиям охраны труда; систематическое выявление опасностей и профессиональных рисков, их регулярный анализ и оценку; разработку мер, направленных на обеспечение безопасных условий и охраны труда, оценку уровня профессиональных рисков перед вводом в эксплуатацию производственных объектов, вновь организованных рабочих мест; обучение по охране труда, в том числе обучение безопасным методам и приемам выполнения работ, обучение по оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, обучение по использованию (применению) средств индивидуальной защиты, инструктаж по охране труда, стажировку на рабочем месте (для определенных категорий работников) и проверку знания требований охраны труда; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, соблюдением работниками требований охраны труда, а также за правильностью применения ими средств индивидуальной и коллективной защиты.

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда (абзац второй части первой статьи 216 Трудового кодекса РФ).

Статьей 216.1 Трудового кодекса РФ предусмотрены гарантии права работников на труд в условиях, соответствующих требованиям охраны труда. Так, в случае причинения вреда жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей возмещение указанного вреда осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний. В целях предупреждения и устранения нарушений государственных нормативных требований охраны труда государство обеспечивает организацию и осуществление федерального государственного контроля (надзора) за их соблюдением и устанавливает ответственность работодателя и должностных лиц за нарушение указанных требований (части восьмая и девятая статьи 216.1 Трудового кодекса Российской Федерации).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть первая статьи 237 Трудового кодекса РФ).

В Трудовом кодексе РФ не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

В случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ. При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве, суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (абзацы третий и пятый пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

В силу пункта 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ возмещение застрахованному морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Из изложенного следует, что в случае смерти работника или повреждения его здоровья в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ (права на родственные и семейные связи, душевное и физическое благополучие). Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя, в том числе в пользу члена семьи работника в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве, должен быть обоснован в том числе с учетом степени вины работодателя в произошедшем несчастном случае.

Совокупность исследованных доказательств по делу позволяет прийти к выводу, что несчастный случай со смертельным исходом 18 мая 2025 года произошел с сыном истцов ФИО1 и ФИО2 – ФИО6 при исполнении им должностных обязанностей по вине работодателя – ответчика ИП ФИО3, не обеспечившего безопасные условия труда, соблюдение трудовой дисциплины, выполнение работником требований охраны труда и безопасности работ; гибелью сына ФИО6, смерть которого наступила в результате несчастного случая на производстве, родителям – истцам ФИО1 и ФИО2 причинен моральный вред, то есть нравственные страдания (сильные душевные волнения, переживания в связи с утратой сына), который подлежит возмещению работодателем.

В силу статьи 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае (абзац второй пункта 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33).

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (пункт 2 статьи 151 Гражданского кодекса РФ).

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда (пункт 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (абзац 2 пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

Тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда (пункт 29 (постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года -----).

Понятия разумности и справедливости размера компенсации морального вреда являются оценочными, не имеют четких критериев в законе и, как категория оценочная, определяются судом индивидуально, с учетом особенностей конкретного дела, приведенных в законе условий, влияющих на размер такого вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего возмещению в пользу каждого из истцов, суд учитывает конкретные обстоятельства причинения по вине ответчика нравственных страданий и обстоятельства, при которых они причинены (неудовлетворительная организация производства работ работодателем, не обеспечены безопасные условия труда ответчиком, как работодателем), индивидуальные особенности каждого истца (их возраст на момент смерти сына (60 лет отцу – истцу ФИО1 и 56 лет матери – истцу ФИО2), степень физических и нравственных страданий, оцениваемая судом с учетом приведенных выше фактических обстоятельств причинения морального вреда и обусловленных близкими связями между сыном и родителями, эмоциональным родством, характером взаимоотношений между погибшим и истцами, принимая во внимание, что совместно одной семьей не жили, общее хозяйство не вели, но на помощь и заботу которого они всегда могли рассчитывать в жизни, тяжесть наступивших последствий для каждого истца исходя из характера родственных связей между потерпевшим и истцами, объясняющаяся утратой родного и близкого человека - сына, проявлявшего заботу об их здоровье, физическом, психическом и нравственном состоянии и материальном благополучии, которая привела к необратимому разрыву их семейных связей, невосполнимой потере, подобная утрата является тяжелым событием в жизни, неоспоримо причинившим душевные и нравственные страдания им как родителям, навсегда изменила их жизнь, находятся после такой утраты в тяжелом психологическом состоянии и испытывают страдания по настоящее время, и, принимая во внимание степень вины работодателя в необеспечении требований охраны труда, наличие у него ребенка, считает, что критериям разумности и справедливости будет отвечать компенсация морального вреда в размере по 1 000 000 руб. в пользу каждого истца, что соответствует конкретным обстоятельствам дела, согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья, права на семью, родственные связи, с одной стороны, с другой, позволяет не допустить неосновательное обогащение истцов. Заявленная к взысканию сумма денежной компенсации морального вреда таким критериям не отвечает.

Доказательств неправомерности заявленных требований, неразумности и несправедливости указанной суммы вопреки положениям статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ стороной ответчика суду не представлено.

Доводы, приведенные ответчиком в письменном отзыве на иск, о наличии грубой неосторожности, способствовавшей возникновению вреда, в действиях потерпевшего ФИО6, признаются судом несостоятельными.

Согласно положениями пунктов 1 и 2 статьи 1083 Гражданского кодекса РФ вред, возникший вследствие умысла потерпевшего, возмещению не подлежит. Если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Таким образом, виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда, являются основанием для уменьшения размера возмещения вреда. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом, но полностью отказ в возмещении вреда в этом случае не допускается (пункт 2 статьи 1083 Гражданского кодекса РФ).

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.) (абзацы второй и третий пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина»).

Между тем, ответчик не учел, что основанием для уменьшения размера возмещения вреда может являться грубая неосторожность потерпевшего, которая может быть установлена в случае надлежащей организации содержания рабочего места, безопасных условий труда работника, обеспечения контроля за соблюдением работником трудовой дисциплины, требований в области охраны труда и техники безопасности, что в рассматриваемом случае не имеет место. Доказательств того, что работодателем выполнены все требования трудового законодательства, особенно в части обеспечения безопасных условий труда, а работником ФИО6 вопреки требованиям они нарушены, ответчиком не представлено, не пришла к такому выводу и комиссия, проводившая расследование несчастного случая: ни в материалах расследования несчастного случая со смертельным исходом, связанного с производством, ни в иных письменных материалах дела не содержатся сведения о допущенной ФИО6 грубой неосторожности. В акте о несчастном случае на производстве (формы ------), акте о расследовании несчастного случая со смертельным исходов (формы -----) лицом, допустившим нарушение требований охраны труда, указан работодатель, то есть ответчик ИП ФИО3, и не содержат сведения о допущенной ФИО6 грубой неосторожности.

Таким образом, действия ФИО6 по устранению неисправности автотранспортного средства не могут быть расценены как грубая неосторожность потерпевшего ФИО6, в связи с чем оснований для освобождения ответчика от возмещения вреда истцам, снижения размера компенсации морального вреда в связи с грубой неосторожностью самого потерпевшего суд не находит.

Доводы о том, что ФИО6 не получал от работодателя поручений о проведении ремонта автотранспортного средства, он самостоятельно решил залезть под автомобиль, обслуживание и ремонт автомобилей осуществляется в ООО «Дорисс – Скан» признаются несостоятельными, поскольку несчастный случай на производстве со смертельным исходом имел место в связи с необеспечением работодателем – ответчиком безопасных условий труда водителя ФИО6, надлежащего контроля работодателем соблюдения работником требований в области охраны труда.

В силу положений статьи 103 Гражданского процессуального кодекса РФ и подпункта 3 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса РФ, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета г. Чебоксары в размере 6 000 руб.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1, ФИО2 к индивидуальному предпринимателю ФИО3 о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН -----) в пользу ФИО1 (паспорт серии -----) компенсацию морального вреда в размере 1000000 (один миллион) рублей 00 копеек, отказав в остальной части.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН -----) в пользу ФИО2 (паспорт серии -----) компенсацию морального вреда в размере 1000000 (один миллион) рублей 00 копеек, отказав в остальной части.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3 (ИНН -----) госпошлину в доход бюджета г. Чебоксары в размере 6000 (шесть тысяч) рублей 00 копеек.

На решение суда могут быть поданы апелляционные жалобы и представление в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Чувашской Республики в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Ленинский районный суд адрес.

Судья И. Н. Сидорова

Мотивированное решение составлено 12 мая 2026 года.