Апелляционное постановление № 10-1/2019 10-44/2018 от 13 января 2019 г. по делу № 10-1/2019

Мировой судья Ташкина В.А. Дело №10-1/19(№10-44/18)


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

«14» января 2019 года г.Новосибирск

Федеральный суд общей юрисдикции Советского района

г.Новосибирска в с о с т а в е:

председательствующего судьи Гущина Г.М.,

при секретаре Кисловой Е.А.,

с участием государственного обвинителя:

старшего помощника прокурора

Советского района г.Новосибирска Шеин М.И.,

осужденного ФИО1,

защитника – адвоката Гробивкина Е.Л.,

рассмотрел в апелляционном порядке в судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе осужденного ФИО1 на приговор мирового судьи четвертого судебного участка Советского судебного района <адрес> от 15 ноября 2018 года, которым ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, <данные изъяты> признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст.264.1 УК РФ, на основании которой ему назначено наказание в виде обязательных работ на срок 250 часов с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года 6 месяцев,

у с т а н о в и л:

Приговором мирового судьи четвертого судебного участка Советского судебного района г.Новосибирска от 15 ноября 2018 года ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст.264.1 УК РФ, на основании которой ему назначено наказание в виде обязательных работ на срок 250 часов с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами на срок 2 года 6 месяцев.

Мировым судом установлено, что ФИО1 29 июля 2017 года около 02 часов 55 минут управлял автомобилем, находясь в состоянии опьянения, будучи подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения.

Преступление совершено им в г.Новосибирске при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Виновным в совершении преступления, предусмотренного ст.264.1 УК РФ ФИО1 себя не признал и, воспользовавшись положением ст.51 Конституции РФ, от дачи показаний отказался как в ходе дознания, так и при рассмотрении уголовного дела в мировом суде.

Осужденным ФИО1 на приговор мирового судьи от 15 ноября 2018 года подана апелляционная жалоба, в которой заявитель считает данный приговор незаконным, необоснованным и подлежащим отмене, поскольку показаний сотрудников полиции - В.В. и М.П. не достаточно для вывода о его виновности, так как будучи сотрудниками правоохранительных органов, они заинтересованы в результатах расследования по уголовному делу.

При этом, по мнению заявителя, свидетель М.П. дает непоследовательные и неправдивые показания, в том числе касающиеся сделанной им видеозаписи на мобильный телефон, на которую ссылается сторона обвинения. На ней отчетливо видно, что сделана она не в лесу, как указывал свидетель, а в непосредственной близости от автодороги, как указывал в ходе допроса М.П.. На видеозаписи из-за тени абсолютно невозможно идентифицировать лицо собеседника инспектора ДПС. Судом не выяснено, где и когда была сделана эта видеозапись, а также, кто на ней зафиксирован. О месте и времени осуществления видеозаписи свидетель М.П. дает ложные показания, опровергающиеся самой видеозаписью. М.П., первоначально давая объяснения 07 августа 2017 года, вообще не упоминал о какой-либо видеосъемке, которая им велась. Упоминание о ней появилось в уголовном деле только спустя почти полгода.

При указанных обстоятельствах, представленная видеозапись, по мнению заявителя, является неотносимым доказательством, так как не устанавливает и не опровергает имеющие значение для уголовного дела фактические обстоятельства.

В связи с этим неотносимым доказательством является и заключение эксперта №, выполненное на ее основании.

Показания М.П. имеют существенное противоречие, поскольку в своих показаниях 12 февраля 2018 года свидетель В.В. пояснял, что задержание подсудимого осуществлял его напарник М.П., в то время как сам В.В. находился возле автомобилей. В судебном заседании В.В. уже пояснил, что первоначально задержание осуществляли они с М.П. совместно. Таким образом, заявитель считает, что показания свидетелей В.В. и М.П. недостоверны и непоследовательны.

По мнению заявителя, мировой суд незаконно и необоснованно не принял во внимание показания свидетелей М.А. и К.В., из которых однозначно следует, что во время рассматриваемых событий осужденный не управлял транспортным средством, а управлял им М.А..

Давая оценку показаниям свидетелей В.В. и М.П., суд исходил из презумпции их добросовестности и ссылался на тот факт, что они предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Однако суд первой инстанции, сославшись на приятельские отношения осужденного с М.А. и К.В., не учел, что добросовестность указанных свидетелей также презюмируется, и они тоже предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний.

Факт знакомства со свидетелями М.А. и К.В. сам по себе не является основанием их заинтересованности в исходе дела. Суду не было представлено никаких доказательств наличия у М.А. и К.В. желания помочь осужденному, дав недостоверные показания.

При этом суд первой инстанции посчитал возможным положить в обоснование приговора показания свидетелей М.А. и К.В. в части, не касающейся вопроса о том, кто управлял транспортным средством, то есть суд признал достоверными практически все показания этих свидетелей, кроме тех, которые прямо доказывают невиновность осужденного, что противоречит п.2 ст.307 УПК РФ, согласно которому описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательства.

Заявитель указывает, что свидетели М.А. и К.В. сообщили суду об оказанном на них психологическом давлении со стороны дознавателя.

Показания свидетелей М.А. и К.В. в той части, согласно которой автомобилем управлял не осужденный, а М.А., не опровергаются показаниями свидетелей Д.Г. и К.А., так как последние не присутствовали на месте задержания и не могли видеть, кто управлял транспортным средством.

Также суд первой инстанции не принял во внимание имеющиеся в материалах дела объяснения Е.О. и А.А., которые, хотя и не были допрошены в качестве свидетелей, однако дали объяснения, из которых также следует, что автомобилем управлял не осужденный, а М.А.. Полагает, что этим объяснениям суд должен был дать правовую оценку наряду с другими доказательствами.

Свидетель К.А. в судебном заседании пояснила, что в ее присутствии инспекторы ДПС не предлагали осужденному пройти медицинское освидетельствование, протоколы, которые она подписывала, читала не полностью, так как доверяла сотрудникам правоохранительных органов. Данные пояснения, по мнению заявителя, свидетельствуют о процессуальных нарушениях, допущенных инспекторами при оформлении соответствующих документов.

О непричастности осужденного к совершению преступления, по мнению заявителя, также свидетельствует факт пропажи видеозаписи с видеорегистратора из автомобиля ДПС.

Что касается судебной биологической экспертизы (листы дела 187-189), которая потенциально также могла бы стать весомым доказательством по настоящему делу, то она не смогла ответить на поставленные перед ней вопросы. При этом свидетель М.А. сообщил суду, что в ходе его разговоров с дознавателями, они сообщали ему о том, что в ходе исследования были идентифицированы его потожировые следы.

Ст.264.1 УК РФ предусматривает уголовную ответственность за управление автомобилем лицом, находящимся в состоянии опьянения, подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения.

Так как заявитель не управлял транспортным средством в момент описываемых событий, требование инспектора о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения законным не являлось, следовательно, и отказ от прохождения освидетельствования не образует состава преступления.

Заявитель считает, что показания свидетелей В.В. и М.П. о том, что якобы именно осужденный управлял автомобилем, противоречат показаниям свидетелей М.А., К.В., объяснениям Е.О. и А.А., и не подтверждаются иными доказательствами.

При таких обстоятельствах в силу ч.3 ст.14 УПК РФ, согласно которому все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном настоящим Кодексом, толкуются в пользу обвиняемого, заявитель полагает, что суд первой инстанции должен был оправдать ФИО1, поскольку материалы уголовного дела не содержат необходимой и достаточной совокупности доказательств его вины в инкриминируемом деянии и ни одно из представленных обвинением доказательств его причастности к этому преступлению не может быть положено в основу обвинительного приговора, в связи с чем просит приговор от 15 ноября 2018 года отменить и по предъявленному обвинению ФИО1 оправдать.

В суде апелляционной инстанции осужденный ФИО1 и его защитник – адвокат Гробивкин Е.Л. доводы апелляционной жалобы поддержали и просили ее удовлетворить.

Участвующая при рассмотрении апелляционной жалобы государственный обвинитель – старший помощник прокурора Советского района г.Новосибирска Шеин М.И. просила суд апелляционной инстанции приговор в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу заявителя признать необоснованной и в ее удовлетворении отказать.

Проверив представленные материалы, а также заслушав участников судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ст.264.1 УК РФ, а именно в управлении автомобилем в состоянии опьянения, будучи подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения.

Из приговора мирового суда от 15 ноября 2018 года следует, что ФИО1 на основании постановления мирового судьи 2 судебного участка Дзержинского района г.Новосибирска от 21.09.2015 г., вступившего в законную силу 21.10.2015 г., признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.8 КоАП РФ и подвергнут административному наказанию в виде административного штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 6 месяцев.

Водительское удостоверение на право управления транспортными средствами ФИО1 сдал 23.01.2016 г. В соответствии со ст.4.6 КоАП РФ ФИО1 до 22.07.2018 года считался лицом, подвергнутым административному наказанию.

29.07.2017 года ФИО1 находился на садовом участке № по <адрес>, где распивал спиртные напитки. В это время у ФИО1 возник преступный умысел на незаконное управление автомобилем марки «Хонда Аккорд», государственный регистрационный знак № регион, в состоянии опьянения, реализуя который он, действуя умышленно, сел на водительское сидение автомобиля, имеющимися ключами завел двигатель и, управляя автомобилем, находясь в состоянии опьянения, поехал по дороге в сторону <адрес>.

29.07.2017 г. около 02 часов 55 минут в пути следования на дороге в 100 метрах от <адрес> автомобиль под незаконным управлением ФИО1 был остановлен сотрудниками ДПС ПДПС ГИБДД ГУ МВД России по НСО. Так как имелись достаточные основания полагать, что ФИО1 управлял транспортным средством в состоянии опьянения(запах алкоголя изо рта, неустойчивость позы, нарушение речи), то в присутствии двух понятых сотрудниками ДПС он был отстранен от управления автомобилем.

После этого инспектором полка ДПС В.В., действовавшим в рамках своей компетенции, ФИО1 в присутствии двух понятых было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения на месте, а именно произвести выдох в прибор алкотектор «Юпитер», на что последний отказался.

После чего инспектором полка ДПС В.В., действовавшим в рамках своей компетенции, в порядке и на основаниях, предусмотренных Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях и Постановлением Правительства Российской Федерации от 26.06.2008 г. №475, в присутствии двух понятых ФИО1 было предложено пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения, на что тот отказался.

Законное требование уполномоченного должностного лица - инспектора ДПС В.В. о прохождении освидетельствования на состояние алкогольного опьянения на месте, а также о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, ФИО3 не выполнил, тем самым нарушил п.2.3.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Правительством РФ от 23.10.1993 г. №1090 о том, что «водитель транспортного средства обязан по требованию должностных лиц, уполномоченных на осуществление федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения, проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянении и медицинского освидетельствования на состояние опьянения».

Признавая ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ст.264.1 УК РФ, мировым судьей в основу приговора положены показания свидетеля В.В., из которых следует, что он состоит в должности инспектора ДПС и ФИО1 знает в связи с исполнением своих служебных обязанностей. 29 июля 2017 года находился на службе с напарником М.П., с которым они патрулировали автодорогу в лесном массиве от <адрес>, где увидели, что к ним навстречу движется автомобиль с выключенными фарами. Они включили проблесковые маяки и стали подъезжать ближе к движущемуся им навстречу автомобилю. После того как они включили проблесковые маячки, то встречный автомобиль прекратил движение и остановился. Данный автомобиль был марки «Хонда Аккорд», государственный регистрационный знак №. Они подъехали и встали вплотную к этому автомобилю. При этом весь вышеуказанный автомобиль освещался светом их фар. Когда они стали выходить из автомобиля, то увидели, что с водительской стороны автомобиля «Хонда Аккорд», а именно с правой стороны выбежал молодой человек с голым торсом и побежал в лесной массив, и более из автомобиля никто не выходил. М.П. побежал за этим молодым человеком, а он остался около автомобиля. Он подошел к автомобилю и увидел, что в машине находятся еще люди, которые не могли покинуть автомобиль, так как двери были заблокированы, на водительском сиденье никого не было. Он стал открывать двери «Хонда Аккорд» и с заднего сиденья вышли два молодых человека, две девушки. С переднего пассажирского сиденья вышел еще один молодой человек. Все указанные люди находились в состоянии алкогольного опьянения. В этот же момент М.П. привел убежавшего молодого человека, который так же находился в состоянии алкогольного опьянения, так как у него изо рта исходил резкий запах алкоголя, поза была неустойчивая, поведение не соответствовало обстановке. Это был подсудимый ФИО3, который стал плакать, просить, чтобы они его отпустили, так как он ранее уже был лишен права управления транспортными средствами. Они начали выяснить, для чего в таком состоянии тот сел за руль, на что ФИО1 пояснил, что они поехали за знакомой, говорил, что выпил пива, просил его не оформлять. ФИО3 факт управления автомобилем «Хонда Аккорд» не отрицал, назвал свои данные и год рождения. При проверке по базе данных было установлено, что ФИО1 подвергался административному наказанию за управление автомобилем в состоянии опьянения и на момент задержания в соответствии со ст.4.6 КоАП РФ считался подвергнутым административному наказанию, в связи с чем в его действиях усматривались признаки состава преступления, предусмотренные ст.264.1 УК РФ. После того как они ФИО1 сказали об этом, то подсудимый стал просить молодого человека по имени М., который находился рядом с ними и являлся пассажиром данного автомобиля, взять вину на себя, чтобы они именно его оформили за управление транспортным средством в состоянии опьянения, на что тот отказался. Поскольку ФИО1 был задержан в лесном массиве, где не было понятых, было принято решение доехать до автодороги <адрес>. С согласия ФИО4 сел за руль автомобиля «Хонда Аккорд», а подсудимый сел рядом с ним на пассажирское сиденье. Он поехал впереди данного автомобиля. Пассажиры автомобиля «Хонда Аккорд» остались на месте задержания. Будучи на автодороге <адрес> были приглашены понятые, в присутствии которых ФИО1 был отстранен от управления транспортным средством. Затем ФИО3 был доставлен в ОП №9 «Первомайский», где при помощи системы «Папилон» была установлена его личность. В присутствии понятых ФИО1 было предложено пройти освидетельствование на состояние опьянения на месте, тот отказался, тогда ему было предложено пройти медицинское освидетельствование в медицинском учреждении, на что тот так же отказался, о чем в протоколе собственноручно написал «отказываюсь» и поставил свою подпись. От дачи объяснений ФИО1 также отказался.

Мировой судья обоснованно признал достоверными и правильными эти показания свидетеля В.В., поскольку они подробные, последовательные и изложенные в них сведения об обстоятельствах совершенного ФИО1 преступления объективно подтверждаются протоколом очной ставки(л.д.146-150), в ходе которой свидетель В.В. полностью подтвердил свои показания, а также согласующимися с ними показаниями свидетеля М.П., который дал аналогичные пояснения и уточнил, что когда они с В.В. подъехали и стали выходить из служебного автомобиля, то увидели, что с водительской стороны автомобиля «Хонда Аккорд» с правой стороны выбежал молодой человек, который был без майки с голым торсом и который побежал в лесной массив. Больше из автомобиля никто не выходил. Он побежал за данным молодым человеком, а В.В. остался на месте. Когда бежал за водителем, то видел, как тот выкинул в кусты ключи от автомобиля. Он задержал водителя, которым был подсудимый, и привел его к автомобилю, где увидел, что в машине находятся еще человека 4-5, которые не могли покинуть автомобиль, так как двери были заблокированы, на водительском сиденье никого не было. Все находящиеся в автомобиле люди были в состоянии алкогольного опьянения, от всех исходил запах алкоголя. Затем в кустах они нашли ключи от автомобиля. Когда проверили водителя по базе, то выяснили, что тот совсем недавно получил права после лишения, и что ему грозит уголовная ответственность. Узнав об этом, подсудимый стал упрашивать своего друга М., чтобы тот сказал, что был за рулем автомобиля, что ему ничего за это не будет, но тот отказался. От ФИО1 исходил запах алкоголя изо рта в резкой форме, была нарушена речь, наблюдалась неустойчивость позы. ФИО1 со своими друзьями стали тихо что-то обсуждать, тогда он достал мобильный телефон и предупредил их, что будет производить видеозапись, на что они согласились, он начал снимать. На видеозаписи, которую он передал дознавателю, записано, как ФИО3 признается, что именно он управлял автомобилем и что он находится в состоянии алкогольного опьянения. В связи с тем, что на автодороге в лесном массиве, где был задержан ФИО1, не было понятых, ими было принято решение доехать до <адрес>. С согласия ФИО1 он сел за управление его автомобилем, а тот сел рядом с ним на переднее пассажирское сидение, и они поехали в сторону автодороги <адрес>. В.В. на служебном автомобиле ехал впереди. Когда они выехали на <адрес>, то он остановил движущиеся автомобили, были приглашены двое понятых, в присутствии которых ФИО1 был отстранен от управления транспортным средством - автомобилем. Для дальнейшего разбирательства ФИО1 был доставлен в отдел полиции №9 «Первомайский», где по системе «Папилон» достоверно была установлена его личность. Затем в присутствии двух понятых ФИО1 было предложено пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения на месте на приборе алкотектор, на что Смирнов отказался. Далее в присутствии двух понятых ФИО1 было предложено пройти освидетельствование на состояние опьянения в медицинском учреждении, на что тот также отказался, о чем в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения собственноручно написал «отказываюсь» и поставил свою подпись. Во время составления соответствующих документов ФИО1 в присутствии понятых не отрицал факт управления автомобилем в состоянии опьянения.

Признавая достоверными и правильными эти показания свидетелей В.В. и М.П., мировой судья обоснованно пришел к выводу, что изложенные ими сведения об обстоятельствах совершенного подсудимым преступления подтверждаются совокупностью и других объективных доказательств по делу, признанных судом достоверными и положенными им в основу приговора, в том числе согласующимися с ними показаниями об этом свидетеля Д.Г., согласно которым 29 июля 2017 года ночью он ехал на своем автомобиле по <адрес>, где был остановлен сотрудником ДПС, который пригласил принять участие в составлении административных протоколов в качестве понятого. Он согласился. Ему и второму понятому были разъяснены права и обязанности понятых. Задержанный молодой человек представился ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. Ему и второму понятому сотрудники ГИБДД пояснили, что ФИО1 задержан за управление транспортным средством - автомобилем «Хонда Аккорд» в состоянии алкогольного опьянения. От ФИО1 действительно пахло алкоголем изо рта, наблюдалось поведение, не соответствующее обстановке, неустойчивость позы. ФИО1 было предложено пройти освидетельствование на месте(выдох в алкотектор), на что тот отказался. Так же ему было предложено пройти освидетельствование в медицинском учреждении, на что Смирнов отказался. Сотрудниками ГИБДД были заполнены соответствующие протоколы, с которыми все присутствующие были ознакомлены, протоколы подписаны всеми участвующими лицами, в том числе ФИО1, который не отрицал, что находился за рулем транспортного средства в состоянии алкогольного опьянения. Так же ФИО1 собственноручно сделал запись «отказываюсь» в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование и поставил свою подпись, а также показаниями свидетеля К.А., из которых следует, что она ехала по <адрес> домой и ее остановили сотрудники ДПС. Она плохо помнит ФИО1, так как это было прошлым летом часа в два ночи. Сотрудники ДПС попросили ее побыть понятой. Возле автомобиля была компания молодых людей, помнит, что говорили, что один из компании только недавно забрал права и опять сел пьяный за руль. Она согласилась быть понятой, вышла из автомобиля и подошла к патрульному автомобилю. По компании людей было видно, что они пьяны, они все шатались, и глаза были у всех пьяные, ей разъяснили всю ситуацию, что ФИО1 был за рулем, она подписала бумаги и уехала, сотрудниками ей были разъяснены права, особо она не вчитывалась в протокол, мельком пробежалась глазами и подписала, никаких возражений к составленному протоколу у нее не было, недоверия к сотрудникам у нее также не было.

Объективно достоверность показаний свидетелей В.В., М.П., Д.Г. и К.А. об обстоятельствах совершенного подсудимым преступления подтверждается совокупностью и других объективных доказательств по делу, исследованных в судебном заседании и обоснованно признанных в качестве допустимых доказательств, полученных в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, в том числе рапортом об обнаружении в действиях ФИО1 признаков преступления, предусмотренного ст.264.1 УК РФ(л.д.4); рапортом инспектора ДПС В.В., согласно которому им и капитаном полиции М.П. был остановлен автомобиль «Хонда Аккорд», государственный регистрационный знак №, под управлением ФИО1, которому было предложено пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения, от прохождения которого тот отказался. Кроме этого, при проверке данного водителя по информационным базам ГИБДД установлено, что тот был лишен права управления транспортными средствами на срок 18 месяцев и совершил повторное нарушение в течение года(л.д.9); постановлением мирового судьи 2 судебного участка Дзержинского судебного района г.Новосибирска от 21.09.2015 г., вступившего в законную силу 21.10.2015 г., согласно которого ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.8 КоАП РФ, а именно за управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения(л.д.18-19); протоколом об отстранении от управления транспортным средством, согласно которого ФИО1 в присутствии понятых 29.07.2017 г. в 02 часа 55 минут был отстранен от управления транспортным средством до устранения причины отстранения, так как имелись основания полагать, что последний, управляя транспортным средством, находится в состоянии опьянения(л.д.162); протоколом о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения от 29.07.2017 г., согласно которого ФИО1 от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения отказался(л.д.162), информацией ГИБДД ГУ МВД России по НСО, согласно которой ФИО1 был лишен права управления транспортными средствами общим сроком на 18 месяцев за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.8 КоАП РФ. 23.01.2016 г. ФИО1 сдал принадлежащее ему водительское удостоверение, которое 24.07.2017 г. ему было возвращено в установленном законом РФ порядке после окончания срока лишения управления транспортными средствами(л.д.20); протоколом выемки, согласно которого у свидетеля М.П. был изъят сотовый телефон с видеозаписью от 29.07.2017 г.(л.д.88-91); протоколом осмотра, согласно которого был осмотрен сотовый телефон, принадлежащий свидетелю М.П., с которого была скопирована видеозапись на CD-R диск(л.д.92-95); заключением эксперта №, согласно которому шумоочистка фонограммы, зафиксированной в видеофайле на предоставленном оптическом диске, произведена. Дословное содержание разговора, зафиксированного на указанной фонограмме, установлено. На указанной фонограмме не ситуационных изменений звуковой информации не имеется(л.д.174-181); протоколом осмотра, согласно которого осмотрен CD-R диск, содержащий видеозапись от 29.07.2017 г. с сотового телефона, принадлежащего свидетелю М.П., на которой осужденный ФИО1 признает, что управлял автомобилем в состоянии алкогольного опьянения(л.д.153-156).

Также мировым судом в основу обвинительного приговора положены показания свидетеля М.А., в той их части, из которой следует, что ФИО1 является его знакомым. В тот день они находились на даче у ФИО3, где распивали спиртные напитки. Была достаточно большая компания, ФИО1 также употреблял спиртное. Затем они поехали встречать знакомую на автомобиле ФИО3. Они ехали по дорогам дачного общества, на трассу не выезжали. К ним подъехал автомобиль сотрудников ДПС, из которого вышел один из сотрудников ДПС и побежал в лесной массив. Второй сотрудник подошел к их автомобилю, и через окно стал освещать фонариком салон автомобиля. Затем они увидели, как два сотрудника ДПС разговаривают со ФИО3. Далее, один из сотрудников ДПС сел за руль автомобиля ФИО1, последний сел на пассажирское переднее сидение в салон своего автомобиля, а второй сотрудник ДПС сел в свой служебный автомобиль, и они поехали в сторону трассы, а также показания свидетеля К.В., в той их части, из которой следует, что ФИО1 знает давно, так как учились в одной школе, отношения между ними приятельские. 28.07.2017 г. ее пригласили на день рождение на дачу ФИО1. На даче были ФИО3, Е.О., С.А., М.А., А.А. и девушка по имени К.. Они выпивали, все были в состоянии сильной степени опьянения. ФИО3 так же как и она пил пиво, но его степень опьянения она не может оценить, так как сама была пьяная. Позже она, ФИО3, Е.О., А.А., М.А., на автомобиле ФИО3 на белой Хонде ночью поехали в сторону трассы встречать девушку, но не доехали туда, так как им не дали это сделать сотрудники ДПС ГИБДД. После того как сотрудник ДПС поймал ФИО1, они вышли из автомобиля, постояли, один сотрудник ДПС сел за руль автомобиля ФИО3, тот сел к нему на переднее пассажирское сиденье, второй сотрудник сел в служебный автомобиль и они уехали в сторону трассы, а они пошли за ними.

Мировой судья при вынесении приговора обоснованно признала выше указанные доказательства по делу в качестве допустимых и достоверных, и в своей совокупности достаточными для признания ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ст.264.1 УК РФ.

Таким образом, виновность ФИО1 в совершении выше указанных противоправных действий, изложенных в приговоре мирового суда, установлена совокупностью достоверных доказательств, всесторонне, полно и объективно исследованных в судебном заседании, приведенных в приговоре от 15 ноября 2018 года и получивших оценку мирового судьи в соответствии с требованиями ст.88 УПК РФ.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию, установлены мировым судьей правильно, а выводы мирового судьи о доказанности описанных в приговоре преступных действий ФИО1 соответствуют фактическим обстоятельствам дела, в связи с чем ссылки апелляционной жалобы ФИО1 об обратном, являются необоснованными.

Нарушений требований закона при рассмотрении данного дела мировым судом не допущено. Мировой судья создал необходимые условия для выполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Обвинительный приговор в отношении ФИО1 основан на совокупности допустимых и достоверных доказательств.

Всем доказательствам по делу, вопреки доводам, содержащимся в апелляционной жалобе ФИО1, мировой суд дал правильную оценку в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Описательно-мотивировочная часть приговора содержит оценку рассмотренных доказательств, при этом мировой судья указал, по каким основаниям принял одни доказательства и отверг другие, в связи с чем доводы апелляционной жалобы заявителя в этой части являются необоснованными.

В этой связи утверждения осужденного ФИО3 о том, что свидетели М.П. и В.В. дают по делу непоследовательные и неправдивые показания, в том числе касающиеся сделанной М.П. видеозаписи на мобильный телефон, мировой суд обоснованно признал несостоятельными, поскольку достоверность изложенных названными свидетелями сведений об обстоятельствах совершенного ФИО3 преступления объективно подтверждается совокупностью и других доказательств по делу, которым мировым судьей в приговоре дана надлежащая и правильная оценка.

Доводы осужденного ФИО3 о том, что представленная свидетелем М.П. видеозапись является неотносимым доказательством по делу, так как не установлено, где и когда она была сделана, и невозможно идентифицировать записанное на ней лицо, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными, так как указанная видеозапись получена в соответствии с нормами уголовно-процессуального закона и, вопреки утверждениям заявителя, судом первой инстанции достоверно установлено кем, где и когда она была сделана, а также, что на ней зафиксирован именно осужденный ФИО3, как лицо, совершившее выше указанное преступление, что суд апелляционной инстанции находит правильным и обоснованным.

При указанных обстоятельствах заключение эксперта №, вопреки утверждениям заявителя, является допустимым, относимым и достоверным доказательством по делу.

Суд апелляционной инстанции считает правильными выводы мирового суда о том, что свидетели М.А. и К.В. дают недостоверные показания, утверждая, что осужденный ФИО3 не управлял транспортным средством, а управлял им М.А., поскольку находятся в приятельских отношениях с осужденным, и их показания в этой части опровергаются совокупностью выше изложенных доказательств по делу, признанных судом достоверными и положенными им в основу приговора, в том числе показаниями об этом сотрудников полиции В.В. и М.П., сомневаться в правдивости которых у суда нет оснований, так как ранее они с осужденным знакомы не были и никаких оснований для его оговора с их стороны не установлено.

Тот факт, что суд первой инстанции посчитал возможным положить в обоснование приговора показания свидетелей М.А. и К.В. в той части, которая не противоречит показаниям свидетелей В.В. и М.П., не свидетельствует о нарушени требований п.2 ст.307 УПК РФ, поскольку правильность показаний свидетелей М.А. и К.В. в этой части подтверждается совокупностью и других доказательств по делу, которым мировым судом в приговоре дана надлежащая и правильная оценка.

Тот факт, что свидетели М.А. и К.В. сообщили суду об оказанном на них психологическом давлении со стороны дознавателя, не свидетельствует о невиновности ФИО3, так как никаких данных о том, что данное обстоятельство как-то повлияло на правдивость данных ими показаний, судом не установлено.

Утверждения заявителя в своей жалобе о том, что свидетели Д.Г. и К.А. не присутствовали на месте задержания и не могли видеть, кто управлял транспортным средством, в связи с чем не могут свидетельствовать о виновности ФИО3, суд находит несостоятельными, так как в своих показаниях указанные свидетели подтвердили достоверность показаний сотрудников полиции В.В. и М.П. о состоянии осужденного в момент его отстранения от управления транспортным средством, а также обстоятельства отказа от прохождения им освидетельствования на состояние опьянения и его объяснений по поводу управления им автомобилем в состоянии опьянения.

Тот факт, что суд первой инстанции не сослался в приговоре на имеющиеся в материалах дела объяснения Е.О. и А.А., на которые в своей апелляционной жалобе указывает заявитель, не свидетельствует о недоказанности вины ФИО3 в совершении выше указанного преступления, поскольку объяснения указанных лиц не опровергают виновность ФИО3 в управлении автомобилем в состоянии опьянения и не свидетельствуют о недостоверности показаний свидетелей В.В. и М.П., так как вина ФИО3 в совершении выше указанного преступления установлена совокупностью достоверных и объективных доказательств по делу, исследованных в ходе судебного разбирательства и обоснованно положенными мировым судьей в основу приговора, в том числе видеозаписью, на которой ФИО3 признает факт управления им автомобилем в состоянии опьянения, а также показаниями об этом сотрудников полиции В.В. и М.П., сомневаться в правдивости которых у суда нет оснований.

Указание в жалобе заявителя о том, что в присутствии свидетеля К.А. инспекторы ДПС не предлагали осужденному пройти медицинское освидетельствование и протоколы, которые подписывала свидетель, она читала не полностью, так как доверяла сотрудникам правоохранительных органов, не свидетельствует о допущенных процессуальных нарушениях при оформлении соответствующих документов, поскольку отстранение Смирнова от управления транспортным средством и процедура направления его на медицинское освидетельствование проведены сотрудниками ДПС в соответствии с требованиями процессуального закона и нарушений при их проведении в ходе судебного разбирательства не установлено.

Факт утраты видеозаписи с видеорегистратора из автомобиля ДПС, а также результаты судебной биологической экспертизы и утверждения свидетеля М.А. о том, что в ходе его разговоров с дознавателями, они сообщали ему, что в ходе исследования были идентифицированы его потожировые следы, не свидетельствуют о невиновности осужденного, так как его вина установлена совокупностью объективных и достоверных доказательств по делу, которым судом первой инстанции дана надлежащая оценка, из которых следует, что именно ФИО1, и никто другой, управлял автомобилем в состоянии опьянения, будучи подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения.

В этой связи утверждения заявителя жалобы о том, что показания сотрудников полиции - свидетелей В.В. и М.П. не подтверждаются никакими иными доказательствами, суд находит несостоятельными и направленными со стороны ФИО3 на уклонение от уголовной ответственности за совершенное им преступление, поскольку изложенные в них сведения о совершенном ФИО3 преступлении подтверждается согласующимися с ними показаниями об этом свидетелей Д.Г. и К.А., а также совокупностью других объективных и достоверных доказательств по делу.

Оценивая показания указанных свидетелей, мировой судья пришел к правильному выводу, что оснований для оговора ими ФИО3 в ходе судебного следствия не установлено, оснований сомневаться в показаниях данных лиц не имеется, поскольку названные свидетели в судебном заседании пояснили по обстоятельствам преступления все, что им было известно, при этом свидетели В.В. и М.П., как на стадии предварительного расследования, так и в ходе судебного разбирательства категорично утверждали, что именно ФИО1, и никто другой, управлял автомобилем, что суд апелляционной инстанции считает правильным и нашедшим свое подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Показания свидетелей В.В., Д.Г., К.А. и М.П., в той их части, в которой они мировым судом признаны достоверными и положены в основу приговора, являются последовательными и непротиворечивыми, согласующимися между собой и с другими доказательствами, исследованными в судебном заседании и приведенными в приговоре, которые были надлежащим образом оценены мировым судом в совокупности с другими объективными доказательствами по делу. Существенных противоречий, влияющих на выводы суда о виновности подсудимого, они не имеют.

Признавая достоверность сведений, сообщенных указанными свидетелями, мировой судья правильно исходил из того, что их допрос проводился с соблюдением требований уголовно-процессуального закона. Вопреки доводам осужденного и его защитника, оснований для оговора ФИО3 со стороны В.В. и М.П. судом не установлено, поскольку отсутствуют какие-либо данные, свидетельствующие о том, что они заинтересованы в исходе дела либо имеют личную или иную заинтересованность в привлечении подсудимого к уголовной ответственности.

В этой связи суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что тот факт, что должностные лица - сотрудники ДПС В.В. и М.П. выполняли свои служебные обязанности, сам по себе не является основанием, свидетельствующим об их заинтересованности в исходе дела.

Мировым судом правильно установлено, что сотрудники полиции В.В. и М.П. при задержании ФИО1 действовали правомерно, в соответствии с положениями Федерального закона «О полиции».

Доказательств, которые бы свидетельствовали о наличии у В.В. и М.П. повода для оговора ФИО1, а также возможных мотивов заинтересованности, повлиявших на объективное выполнение ими служебных обязанностей, не установлено, в связи с чем оснований ставить под сомнение факты, указанные данными должностными лицами, не имеется.

Не находит таких оснований и суд апелляционной инстанции.

Суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что процедура направления ФИО1 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения была соблюдена сотрудниками полиции, поскольку с их стороны имелись достаточные оснований полагать, что тот управляет транспортным средством в состоянии опьянения, при наличии у ФИО1 признаков опьянения: запаха алкоголя изо рта, неустойчивости позы, нарушения речи, поведения, не соответствующего обстановке. В этой связи ФИО1 в присутствии понятых было предложено пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения при помощи прибора технического измерения - алкотектора, на что ФИО1 ответил отказом, после чего ему было предложено пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения в медицинском учреждении, на что он также ответил отказом, о чем собственноручно указал в протоколе.

Давая оценку показаниям свидетелей М.А. и К.В., в той их части, согласно которой автомобилем управлял М.А., а не ФИО3, который был трезвым, так как пил антибиотики, суд первой инстанции с учетом близких и дружеских отношений между свидетелями М.А. и К.В. с подсудимым, правильно расценил их в этой части как желание помочь ФИО1 избежать ответственности за содеянное, в связи с чем обоснованно признал их недостоверными, поскольку изложенные в них сведения опровергаются совокупностью выше изложенных доказательств по делу, в том числе показаниями об обстоятельствах совершенного подсудимым преступления свидетелей В.В., М.П., Д.Г. и К.А., а также другими объективными доказательствами по делу, в том числе представленной суду видеозаписью осужденного, в которой он подтверждает обстоятельства совершенного им преступления.

Доводы заявителя жалобы о том, что представленная видеозапись является неотносимым доказательством, так как не устанавливает и не опровергает имеющие значение для уголовного дела фактические обстоятельства, являются несостоятельными, так как указанная видеозапись получена в установленном законом порядке и подтверждает вину ФИО1 в совершении выше указанного преступления.

Таким образом, оценив полученные доказательства с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности, мировой суд пришел к правильному и обоснованному выводу о доказанности вины ФИО1 в управлении автомобилем в состоянии опьянения, будучи ранее подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения.

При указанных обстоятельствах, утверждения заявителя о том, что выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, а также существенным нарушением уголовно-процессуальный закон при вынесении приговора, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными.

Тщательно исследовав обстоятельства дела и правильно оценив все доказательства в их совокупности, мировой судья пришел к обоснованному выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении выше указанного преступления и верно квалифицировал его действия ст.264.1 УК РФ.

Суд апелляционной инстанции считает, что квалификация действий осужденного соответствует фактическим обстоятельствам дела, оснований для сомнений в виновности ФИО1 не имеется.

Действия ФИО1 мировым судом правильно квалифицированы ст.264.1 УК РФ, как нарушение правил дорожного движения лицом, подвергнутым административному наказанию, то есть управление автомобилем лицом, находящимся в состоянии опьянения, подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения.

Наказание ФИО1 назначено мировым судьей в соответствии с требованиями закона, предусмотренными ст.ст.60 и 61 УК РФ, соразмерно содеянному, с учетом данных о личности осужденного, характера и степени общественной опасности совершенного им преступления, которое законодателем отнесено к категории небольшой тяжести, данных о его личности и обстоятельств, смягчающих его наказание, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Обстоятельствами, смягчающими наказание подсудимого ФИО1, мировой суд правильно признал наличие постоянного официального места работы, а также положительную характеристику личности осужденного.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, не установлено.

Принимая во внимание конкретные обстоятельства совершенного ФИО1 преступления, согласно которым им совершено умышленное преступление, относящееся в соответствии со ст.15 УК РФ к категории небольшой тяжести, а также учитывая характеристику личности осужденного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о возможности его исправления с назначением наказания в виде обязательных работ.

Мировой суд пришел к правильному выводу, что такая мера наказания может обеспечить исправление ФИО1, а также восстановление социальной справедливости и предупреждение совершения им новых преступлений.

При назначении наказания мировой суд не нашел оснований для применения в отношении осужденного положений ст.64 УК РФ, а также оснований для прекращения уголовного дела и освобождения ФИО1 от наказания на основании ст.ст.25.1, 28 УПК РФ, ст.ст.75, 76.2 УК РФ.

Не находит таких оснований и суд апелляционной инстанции.

Нарушений уголовного и уголовно-процессуальных законов, влекущих отмену или изменение приговора от 15 ноября 2018 года в отношении ФИО1 судом апелляционной инстанции не установлено.

При указанных обстоятельствах апелляционная жалоба осужденного ФИО1, в которой тот просит приговор мирового судьи четвертого судебного участка Советского судебного района г.Новосибирска от 15 ноября 2018 года отменить и вынести в отношении заявителя оправдательный приговор, является необоснованной и не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь ст.389.20, 389.28 УПК РФ, суд

п о с т а н о в и л:

Приговор мирового судьи четвертого судебного участка Советского судебного района г.Новосибирска от 15 ноября 2018 года в отношении ФИО1 - оставить без изменения, апелляционную жалобу осужденного ФИО1 – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационную инстанцию Новосибирского областного суда в порядке, установленной главой 47.1 УПК РФ.

Судья Гущин Г.М.