Решение № 2-112/2020 2-112/2020~М-45/2020 М-45/2020 от 12 июля 2020 г. по делу № 2-112/2020

Дело № 2-112/2020


Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

город Остров Псковской области *** 2020 года

Островский городской суд Псковской области в составе:

председательствующего судьи Родаковой И.Р.,

при секретаре Ефимовой О.А., помощнике ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФКУ ИК-2 УФСИН России по Псковской области к ФИО2 и ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного работником при исполнении трудовых обязанностей, в порядке регресса,

УСТАНОВИЛ:

ФКУ ИК-2 УФСИН России по Псковской области обратилось в Островский городской суд с иском к ФИО2 и ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного работником при исполнении трудовых обязанностей, в порядке регресса.

В обоснование заявленных требований указано, что ответчик ФИО3 состояла в трудовых отношениях с ФКУ ИК-2 УФСИН России по Псковской области на основании трудового договора в должности мастера сельскохозяйственного участка Центра трудовой адаптации осужденных ФКУ ИК-2 УФСИН России по Псковской области. Ответчик ФИО2 с *** года проходит службу в учреждении в должности заместителя начальника-начальника Центра в непосредственном подчинении которого находится сельскохозяйственный участок. В период исполнения ответчиками своих должностных обязанностей, а именно *** года на сельскохозяйственном участке ФКУ ИК-2 УФСИН России по Псковской области произошёл несчастный случай с причинением тяжкого вреда здоровью осужденному К.., который по распоряжению руководства осуществлял перегон племенного быка с остальным скотом на пастбище. По данному факту был составлен акт о несчастном случае на производстве по форме 1-Н от *** года, из выводов которого следует, что лицом, допустившим вышеуказанные нарушения требований охраны труда, является ФКУ ИК-2 УФСИН России по Псковской области. По результатам проведенной служебной проверки лицами, допустившими нарушения требований охраны труда, были признаны заместитель начальника - начальник ЦТАО ФИО2 ввиду слабого контроля за действиями подчиненных лиц и мастер учебно-производственного сельскохозяйственного участка ФИО3, в связи с ненадлежащим исполнением своих должностных обязанностей, выразившиеся в нарушении приказа Минтруда России от 25.02.2016 года № 76н «Об утверждении Правил по охране труда в сельском хозяйстве». Кроме того, в отношении ФИО3 было возбуждено уголовное дело, которое *** года постановлением мирового судьи прекращено в связи с примирением с потерпевшим. *** года ФКУ ИК-2 УФСИН России по Псковской области выплатило К.. компенсацию морального вреда в размере № рублей, установленную вступившим в законную силу решением Дедовичского районного суда Псковской области от *** года. Причиненный ущерб ответчики ФИО2 и ФИО3 возместить в добровольном порядке отказались, в связи с чем, ссылаясь на положения ст.ст. 238, 243 ТК РФ, ст.ст. 1068, 1081 ГК РФ, а также на заключение служебной проверки, в ходе которой по мнению истца, установлены лица чьи действия повлекли причинение вреда, истец просит суд взыскать с ответчиков в солидарном порядке в пользу истца сумму, выплаченную в пользу потерпевшего на основании решения Дедовичского районного суда Псковской области в размере № рублей, а также взысканные расходы по уплате государственной пошлины в размере № рублей.

Представитель истца ФКУ ИК-2 УФСИН России по Псковской области ФИО4 в судебном заседании на удовлетворении заявленных исковых требований настаивала по основаниям, указанным в иске.

Ответчик ФИО3, надлежащим образом извещенная о времени и месте рассмотрении дела в судебное заседание не явилась, реализовала свое право на участие в процессе через представителя Ведерникова Г.П. Ранее, участвуя в судебных заседаниях, исковые требования не признала.

Представитель ответчика ФИО3 – адвокат Ведерников Г.П. в судебном заседании исковые требования о взыскании ущерба с ФИО3 не признал в полном объеме. В обоснование своей позиции указал, что приговор в отношении ФИО3 не выносился, уголовное дело по факту причинения тяжкого вреда здоровью К.. в отношении ФИО3 прекращено в связи с примирением с потерпевшим. В связи с чем, учитывая, что работник может быть привлечен к материальной ответственности в полном размере на основании п. 5 ч. 1 ст. 243 ТК РФ, в случае если ущерб причинен в результате преступных действий, установленных вступившим в законную силу приговором суда, просил в удовлетворении требований отказать в полном объеме.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал, просил отказать в их удовлетворении в полном объеме. Пояснил, что ***, то есть, в день, когда произошел несчастный случай, у него был выходной день, в связи с чем на рабочем месте он отсутствовал. Вопрос о выгуле была в поле с ФИО3 он не согласовывал.

Представитель ответчика ФИО2 – адвокат Шелест Р.Ф. в судебном заседании исковые требования о взыскании ущерба в порядке регресса с ФИО2 не признала в полном объеме, указав, что работодателем не представлено доказательств виновных действий непосредственно ФИО2 и причинно-следственной связи между его действиями и причинением ущерба. Обратила внимание суда, что *** ФИО2 находился на выходном дне перед убытием в командировку, в связи с чем согласовывать с ФИО3 вопрос выгула быка не мог. Кроме того, по факту нечастного случая на производстве проводились проверки, в ходе которых виновных действий ФИО2 не установлено. Обвинительный приговор в отношении последнего не выносился, уголовное дело не возбуждалось и не прекращалось. Полагала, что договор о полной материальной ответственности, заключенный с ФИО2 не имеет правового значения, поскольку занимаемая ФИО2 должность не включена в Перечень должностей, с которыми работодатель может заключать такой договор.

Прокурор Чугрина Е.Е. в судебном заседании полагала, что, исходя из требований действующего законодательства, в частности, учитывая положения ст. ст. ст. 241, 242, 243 ТК РФ и разъяснения, содержащиеся в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 N "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" регрессные требования, направленные к ФИО3 подлежат удовлетворению частично в размере её среднего месячного заработка. При этом, учитывая, что в ходе рассмотрения спора работодателем не представлено доказательств виновных действий (бездействий) ФИО2, в результате которых был причинен ущерб, не установлены причинно-следственная связь и вина указанного ответчика в причинении ущерба, основания для удовлетворения требования истца к ФИО2 отсутствуют.

Выслушав лиц, участвующих в деле, заключение прокурора Чугриной Е.Е. допросив свидетеля, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, *** при осуществлении трудовой деятельности, а именно, во время перегона скота на пастбище, осуществляемого по указанию работодателя, на осужденного К. набросился племенной бык, неоднократно ударил его рогами, повалил, придавливая головой к земле, пытаясь проткнуть рогами, причинив, тем самым, тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

По факту причинения вреда здоровью К. проведено расследование с участием начальника отдел надзора и контроля (по охране труда) Государственной инспекции труда в Псковской области П.О.В. и составлен акт № от *** о несчастном случае на производстве (форма Н-1), в соответствии с которыми причинами несчастного случая явилась неудовлетворительная организация безопасного выполнения сельскохозяйственных работ. Кроме того, установлено, что в нарушение требований ст.ст. 22, 212 ТК РФ работодателем не были обеспечены безопасные условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, не обеспечена безопасность работников при проведении сельскохозяйственных работ. Нарушены требования ряда пунктов Приказа Минтруда России от 25.02.2016 года № 76Н «Об утверждении Правил по охране труда в сельском хозяйстве», в частности, п. 761, выразившееся в отсутствии у быка-производителя кольца в носовой перегородке, использующееся только для управления быком-производителем посредством палки-водила. Также нарушены требования пп.п 772-774, 777 указанных Правил, регламентирующих порядок вывода и выгула быков-производителем, содержание и состояние площадок для прогулок.

Как следует из показаний начальника отдел надзора и контроля Федеральной службы по труду и занятости Государственной инспекции труда в Псковской области ФИО5, допрошенной в качестве свидетеля, ввиду ненадлежащего ведения работодателем документации установить ответственность конкретных должностных лиц не представилось возможным, в с вязи с чем на основании представленных ФКУ ИК-2 УФСИН России по Псковской области в ходе проверки документов лицом, допустившим указанные нарушения требований охраны труда, признан работодатель ФКУ ИК-2 УФСИН России по Псковской области, который не обеспечил безопасность работников при ведении сельскохозяйственных работ, что привело к несчастному случаю с работником (т. 1 л.д. 22-27).

В связи с изложенным юридическое лицо - ФКУ ИК-2 УФСИН России по Псковской области постановлением начальника отдела надзора и контроля (по охране труда) Государственной инспекции труда в Псковской области от *** признано виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 5.27.1 КоАП РФ с назначением наказания в виде административного штрафа в размере № рублей (т. 2 л.д. 41-46).

Кроме того, из материалов дела следует, что в рассматриваемый период на сельскохозяйственном участке Центра трудовой адаптации осужденных ФКУ ИК-2 УФСИН России по Псковской области, где осуществлял свою трудовую деятельность осужденный К.., должность мастера занимала ФИО3 (т. 1 л.д. 73-77).

На основании приказа №-лс от *** ФИО3 уволена с занимаемой должности по собственному желанию (т. 1 л.д.189).

По факту причинения тяжкого вреда здоровью К. в отношении ФИО3 было возбуждено уголовное дело по части 1 статьи 143 Уголовного кодекса Российской Федерации.

*** постановлением мирового судьи судебного участка № 22 в границах административно-территориального образования «город Остров и Островский район» уголовное дело в отношении ФИО3 прекращено на основании статьи 25 УПК РФ, в связи с примирением с потерпевшим (т.1 л.д. 120-123).

Как установлено судом, непосредственным начальником ФИО3 является заместитель начальника колонии-начальника центра трудовой адаптации осужденных ФКУ ИК-2 УФСИН России по Псковской области ФИО2, что следует из должностных инструкций указанных лиц (т. 1 л.д. 66-71,78-80).

С ответчиком ФИО2 *** заключен бессрочный контракт о службе в уголовно-исполнительной системе. Приказом УФСИН России по Псковской области №-лс от *** последний назначен на должность заместителя начальника колонии-начальника центра (т. 1 л.д. 63-65).

Постановлением заместителя руководителя Островский МСО СУ СК РФ по Псковской области от *** года в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО2 по факту причинения тяжкого вреда здоровью К. отказано по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 143 УК РФ (т. 2 л.д.55-60).

Решением Дедовичского районного суда Псковской области от *** года, оставленным без изменения апелляционным определением Псковского областного суда от *** года, частично удовлетворены исковые требования ФИО6 и в пользу последнего с ФКУ ИК-2 УФСИН России по Псковской области взыскана компенсация морального вреда в размере № рублей, а также в доход бюджета муниципального образования «Дедовичского района» взысканы судебные расходы в виде государственной пошлины в размере № рублей. В удовлетворении остальной части иска отказано (т. 1 л.д. 32-38).

Как следует из представленных стороной истца платежных поручений указанное выше решение суда в части компенсации К. морального вреда в размере № рублей исполнено в полном объеме. Выплата произведена за счет средств дополнительного источника финансирования (т. 1 л.д. 45-49, 190).

В силу п.1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ч.1 ст. 1081 ГК РФ лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

В соответствии со статьей 232 ТК РФ сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с данным Кодексом и иными федеральными законами.

Расторжение трудового договора после причинения ущерба не влечет за собой освобождения стороны этого договора от материальной ответственности, предусмотренной данным Кодексом или иными федеральными законами.

В силу ст. 233 ТК РФ материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

Согласно ст. 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.

Обращаясь в суд с иском о взыскании с ответчиков ущерба в порядке регресса, истец обосновывает свои требования результатами служебной проверки от ***, выводы которой, по мнению представителя истца, свидетельствует о виновных действиях ответчиков и влечет наступление обязанности по возмещению ущерба в порядке регресса.

Так, согласно служебной проверке установлено, что несчастный случай на производстве произошел в результате ненадлежащего исполнения своих должностных обязанностей мастером учебно-производственного сельскохозяйственного участка ФИО3 и нарушения последней требований ст.ст. 22, 212 ТК РФ, пунктов 761, 772, 773, 774,777 Приказа Минтруда России от 25.02.2016 года № 76Н «Об утверждении Правил по охране труда в сельском хозяйстве», а также ввиду слабого контроля за действиями подчиненных лиц со стороны заместителя начальника - начальника ЦТАО ФИО2 (т. 1 л.д. 18-21).

Вместе с тем, как разъяснено в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 N "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, относятся: противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности. При недоказанности работодателем хотя бы одного из перечисленных обстоятельств материальная ответственность ответчика исключается.

Таким образом, обязанность по регрессному требованию может быть возложена на лицо только при наличии противоправности его деяния и вины этого лица в причинении вреда. Доказать вину работника, как и наличие других условий материальной ответственности, должен работодатель, которому причинен ущерб и который ставит вопрос о его возмещении.

Следовательно, для удовлетворения заявленных требований истцу (работодателю) необходимо представить суду доказательства, подтверждающие нарушение работником трудовых обязанностей, которое послужило причиной прямого действительного ущерба, а прямой действительный ущерб явился следствием нарушения работником трудовых обязанностей.

Как установлено в ходе рассмотрения дела, ответчик ФИО2 ***, то есть в день, когда на производстве произошел несчастный случай, на рабочем месте не находился, поскольку указанный день был для него выходным, что подтверждается табелем учёта рабочего времени (т. 1 л.д. 201).

Таким образом, ФИО2 фактически не мог в это время осуществлять контроль за соблюдением правил техники безопасности и охраны труда на сельскохозяйственном участке исправительного учреждения и давать распоряжения о необходимости выгула быка-производителя в поле.

Между тем, причиной нападения животного на осужденного К. явился факт выгула быка-производителя в поле при действующем запрете главного ветеринарного врача ФКУ ИК-2 УФСИН России по Псковской области, ввиду агрессивного поведения быка. При этом, именно поведение работника, выразившееся в даче указания на выгул быка, находится в прямой причинно-следственной связи с наступившими последствиями, поскольку в случае нахождения быка в контролируемом содержании в соответствии с действующим запретом, наступление последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью при рассматриваемых обстоятельствах было бы невозможно.

Проверкой проведенной Островским МСО СУ СК РФ по Псковской области по факту причинения тяжкого вреда здоровью ФИО7 также причинно-следственная связь между действиями ФИО2 и наступившими последствиями не установлена, в связи с чем в возбуждении уголовного дела было отказано.

Доводы ответчика ФИО3 о том, что решение о выгуле *** быка-производителя было согласовано с заместителем начальника ЦТАО ФИО2, какими-либо доказательствами не подтверждены, ответчик ФИО8 данные обстоятельства отрицает.

Между тем, в ходе предварительного расследования по факту причинения тяжкого вреда здоровью К., ответчик ФИО3 свою вину в совершении инкриминируемого ей преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 143 УК РФ, признала полностью, с предъявленным обвинением согласилась, выразила своё согласие на рассмотрение дела в особом порядке судебного разбирательства, приняла меры к заглаживанию причиненного ею вреда, что и послужило основанием для решения суда о прекращении дела (т. 1 л.д. 120-123).

С учетом изложенного, оснований полагать, что действия (бездействия) ФИО2 повлеки наступление последствий в виде причинения вреда К., у суда не имеется. В ходе служебной проверки, проведенной истцом, на основании которой предъявлен настоящий регрессный иск, не установлено и из представленных в суд письменных доказательств не следует, в чем именно выразился слабый контроль со стороны заместителя начальника ЦТАО ФИО2, в чем заключается противоправность действий (бездействий) последнего, в результате которых был причинен ущерб, не установлены причинно-следственная связь и вина указанного ответчика в причинении ущерба.

При таких обстоятельствах, заключения служебных проверок от *** и *** в отношении ФИО2, не отвечающие критериям полноты, объективности и всесторонности, не содержащие доказательств неисполнения либо ненадлежащего исполнения ФИО2 должностных обязанностей, не могут являться достаточным доказательством в рассматриваемом споре.

Таким образом, истцом, вопреки положениям ст. 56 ГПК РФ не представлено доказательств виновных действий непосредственно ФИО2 и причинно-следственной связи между виновными действиями (бездействием) данного работника и причинением ущерба. Сам факт того, что заместитель начальника колонии-начальника центра трудовой адаптации осужденных ФКУ ИК-2 УФСИН России по Псковской области в силу должностных обязанностей осуществляет общее руководство хозяйственной длительностью Центра трудовой адаптации, контролирует деятельность подчиненных сотрудников, а также несет ответственность за соблюдение правил охраны труда и техники безопасности, не является достаточным основанием для признания его вины.

Кроме того, суд находит заслуживающими внимание доводы стороны ответчика ФИО2 о том, что представленный в материалы дела договор о полной материальной ответственности (т. 1 л.д. 188) заключен с работником безосновательно, поскольку должность занимаемая ФИО2 не включена в Перечень должностей, с которыми работодатель может заключать такой договор.

Действительно, трудовое законодательство предусматривает конкретные требования, при выполнении которых работодатель может заключить с отдельным работником письменный договор о полной материальной ответственности, перечень должностей и работ, при выполнении которых могут заключаться такие договоры, взаимные права и обязанности работника и работодателя по обеспечению сохранности материальных ценностей, переданных ему под отчет.

В рассматриваемом случае договор о полной материальной ответственности не мог быть заключен с указанным ответчиком, поскольку должность, занимаемая ФИО2 (заместитель начальника - начальник ЦТАО ФКУ ИК-2 УФСИН России по Псковской области), равно как и работа им выполняемая в Перечень должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества, утвержденной Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 31 декабря 2002 года N 85, не включены, следовательно, заключенный с ответчиком договор о полной материальной ответственности не может служить основанием для привлечения его, как работника, к полной материальной ответственности.

Кроме того, подписанный сторонами договор о полной материальной ответственности без доказанности всех вышеперечисленных элементов состава, при наличии которых наступает материальная ответственность, не имеет правового значения.

Таким образом, с учетом установленных обстоятельств, учитывая, что виновное противоправное поведение работника не может характеризоваться как понятие неопределенное, основанное лишь на внутреннем убеждении работодателя, суд полагает, что основания для возложения на ФИО2 обязанности по регрессному требованию отсутствуют.

Вместе с тем, в ходе рассмотрения спора установлено, что ответственным за обеспечение безопасных условий и охраны труда на сельскохозяйственном участке на основании приказа начальника ФКУ ИК-2 УФСИН России по Псковской области № № от *** года, является ответчик ФИО3 (т. 2 л.д.61-63).

В материалы дела представлена должностная инструкция мастера учебно-производственного сельскохозяйственного участка Центра трудовой адаптации осуждённых, утверждённая врио начальника ФКУ ИК-2 УФСИН России по Псковской области *** года, в соответствии с пунктом 15 которой ФИО3 обязана соблюдать требования безопасности труда (т. 1 л.д. 78-80).

Являясь лицом, непосредственно ответственным за обеспечение безопасных условий и охраны труда на сельскохозяйственном участке, ФИО3 обязана при осуществлении своих служебных обязанностей руководствоваться, в том числе, приказом Минтруда России от 25.02.2016 года № 76н «Об утверждении Правил по охране труда в сельском хозяйстве».

Между тем, как следует из материалов служебной проверки, ФИО3 в нарушение п.п. 61, 772, 773, 774,777 Приказа Минтруда России от 25.02.2016 года № 76Н «Об утверждении Правил по охране труда в сельском хозяйстве», будучи осведомленной о запрете главного ветеринарного врача ФКУ ИК-2 УФСИН России по Псковской области на выгул быка-производителя, ввиду нахождения его в агрессивном состоянии, устно указала К. о выгуле быка на поле, что непосредственно находится в прямой причинно-следственной связи с причинением тяжкого вреда здоровью К.

Как уже указывалось выше, постановлением мирового судьи судебного участка № 22 в границах административно-территориального образования «город Остров и Островский район» от *** уголовное дело в отношении ФИО3 прекращено на основании статьи 25 УПК РФ, в связи с примирением с потерпевшим, что является нереабилитирующим основанием для прекращения дела.

Исходя из совокупности исследованных судом доказательств, в том числе, с учетом указанного постановления суда о прекращении уголовного дела в отношении ФИО3, суд находит доказанным наличие причинно-следственной связи между действами ФИО3, давшей указание о выгуле в поле быка, находящегося ввиду его агрессивного поведения в безвыгульном содержании, и наступившими последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью, осужденному К.

Определяя размер материальной ответственности ФИО3 за ущерб, причиненный работодателю, суд исходит из следующего.

Согласно разделу 8 трудового договора № от ***, заключенного между истцом и ответчиком, работодатель имеет право привлекать работника (ответчика) к материальной ответственности в случаях и в порядке, предусмотренных трудовым законодательством и иными федеральными законами (т. 1 л.д.73-77).

В соответствии со ст. 241 ТК РФ за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено данным кодексом или иными федеральными законами.

Основным видом материальной ответственности работника за ущерб, причиненный работодателю, является ограниченная материальная ответственность. Она заключается в обязанности работника возместить причиненный работодателю прямой действительный ущерб, но не свыше установленного законом максимального предела, определяемого в соотношении с размером получаемой им заработной платы. Таким максимальным пределом является средний месячный заработок работника. Правило об ограниченной материальной ответственности работника в пределах его среднего месячного заработка применяется во всех случаях, кроме тех, в отношении которых Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом прямо установлена более высокая материальная ответственность работника, в частности полная материальная ответственность.

Полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возместить причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере (ч. 1 ст. 242 ТК РФ).

Частью 2 ст. 242 ТК РФ установлено, что материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных этим кодексом или иными федеральными законами.

Перечень случаев полной материальной ответственности установлен ст. 243 ТК РФ, а именно: 1) когда в соответствии с настоящим Кодексом или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей; 2) недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу; 3) умышленного причинения ущерба; 4) причинения ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения; 5) причинения ущерба в результате преступных действий работника, установленных приговором суда; 6) причинения ущерба в результате административного правонарушения, если таковое установлено соответствующим государственным органом; 7) разглашения сведений, составляющих охраняемую законом тайну (государственную, служебную, коммерческую или иную), в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом, другими федеральными законами; 8) причинения ущерба не при исполнении работником трудовых обязанностей.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 16.11.2006 N "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю" работник может быть привлечен к материальной ответственности в полном размере на основании п. 5 ч. 1 ст. 243 Трудового кодекса Российской Федерации, если ущерб причинен в результате преступных действий, установленных вступившим в законную силу приговором суда.

Учитывая, что наличие обвинительного приговора суда является обязательным условием для возможного привлечения работника к полной материальной ответственности по п. 5 ч. 1 ст. 243 ТК РФ, прекращение уголовного дела на стадии предварительного расследования или в суде, в том числе и по нереабилитирующим основаниям (в частности, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, вследствие акта об амнистии), либо вынесение судом оправдательного приговора не может служить основанием для привлечения лица к полной материальной ответственности.

Поскольку в отношении ФИО3 в установленном законом порядке не был вынесен приговор суда за совершение виновных действий, находящихся в прямой причинно-следственной связи с произошедшим на производстве несчастным случаем, суд приходит к выводу, что в указанной ситуации работник не может быть привлечен к полной материальной ответственности по п. 5 ч.1 ст. 243 ТК РФ.

Иных оснований, для требования от ответчика полного возмещения причинённого ущерба истцом в ходе рассмотрения дела не приведено и в рамках настоящего дела не установлено.

Таким образом, исходя из содержания статьи 241 ТК РФ, с ФИО3 в пользу ФКУ ИК-2 УФСИН России по Псковской области подлежит взысканию сумма ущерба в размере ее среднего месячного заработка, который составляет 15 475,03 рублей (т. 1 л.д.172).

Вместе с тем, судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 рублей, которые истцом обоснованы как ущерб не подлежат взысканию в порядке регресса, так как с учетом их правовой природы они не могут быть признаны убытками по смыслу действительного прямого ущерба, который заложен в нормах трудового законодательства. Указанные расходы в рамках гражданского процесса, не относятся к прямому действительному ущербу для работодателя и не связаны напрямую с действиями ФИО3

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в соответствующий бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

В связи с тем, что истец освобожден от уплаты государственной пошлины, с ФИО3 пропорционально удовлетворенной части исковых требований подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в размере 619 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199, 321 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФКУ ИК-2 УФСИН России по Псковской области к ФИО2 и ФИО3 о возмещении ущерба, причиненного работником при исполнении трудовых обязанностей, в порядке регресса удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 в пользу ФКУ ИК-2 УФСИН России по Псковской области в счет возмещения ущерба, причиненного работником при исполнении трудовых обязанностей, в порядке регресса № рублей № копейки.

Взыскать с ФИО3 в доход бюджета муниципального образования «Островский район» Псковской области государственную пошлину в размере № рублей.

В остальной части исковых требований ФКУ ИК-2 УФСИН России по Псковской области к ФИО2 и ФИО3 отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Псковский областной суд через Островский городской суд Псковской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья И.Р.Родакова

Мотивированное решение составлено *** 2020 года.

Судья И.Р.Родакова