Апелляционное определение № 33-1712/2025 от 10 декабря 2025 г.

Судья Тузовская Т.В.Дело № 2-5796/2025УИД 41RS0001-01-2025-007514-97

Дело № 33-1712/2025


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Петропавловск-Камчатский 11 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Камчатского краевого суда в составе:

председательствующего

ФИО1

судей

Байрамаловой А.Н., ФИО2

при секретаре

ФИО3

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к акционерному обществу «СОГАЗ» о возмещении вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия,

по апелляционной жалобе ответчика акционерного общества «СОГАЗ» на решение Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 08 сентября 2025 года, которым постановлено:

исковые требования удовлетворить.

Взыскать с акционерного общества «СОГАЗ» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО4 страховую выплату в размере 158 200 руб., неустойку за период с 29 августа по 29 сентября 2024 года в размере 50 624 руб., убытки в размере 228 200 руб., расходы по досудебному разрешению спора в размере 15 000 руб., расходы по оценке в размере 30 000 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 35 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 13 426 руб.

Заслушав доклад судьи Байрамаловой А.Н., объяснения представителя истца Палеха Р.Р., судебная коллегия

установила:

ФИО4 обратился в суд с иском к АО «СОГАЗ» о возмещении вреда, причиненного в результате дорожно-транспортного происшествия.

В обоснование заявленных требований указал, что 31 июля 2024 года в результате виновных действий ФИО5, управлявшего транспортным средством марки «УАЗ Патриот», государственный регистрационный знак №, произошло дорожно-транспортное происшествие (далее ДТП), в ходе которого транспортному средству марки «Тойота Королла Филдер», государственный регистрационный знак № принадлежащему ФИО6, причинены механические повреждения. На момент ДТП обязательная гражданская ответственность виновника ДТП застрахована по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств в страховой компании АО «СОГАЗ», гражданская ответственность потерпевшего – в АО «Альфастрахование». 1 августа 2024 года между ФИО4 и ФИО6 заключен договор уступки права требования, по которому последний уступает истцу в полном объеме право требования надлежащего исполнения обязательств в размере полной стоимости восстановительных и сопутствующих расходов в рамках договора ОСАГО. 7 августа 2024 года истец обратился в АО «СОГАЗ» с заявлением о прямом возмещении убытков по договору ОСАГО путем организации и оплаты восстановительного ремонта транспортного средства, но страховщиком ремонт транспортного средства не произведен, выплачено страховое возмещения в размере 241 800 руб. Однако указанная выплата не покрывает размер причиненного имущественного вреда. Истец обратился с претензией к финансовой организации, в последующем и к финансовому уполномоченному, решением которого производство по обращению истца прекращено. Согласно заключению ИП ФИО7 от 10 июля 2025 года, на дату ДТП стоимость восстановительного ремонта транспортного средства марки «Тойота Королла Филдер», без учета износа комплектующих деталей, рассчитанная по Единой методике, составляет 528 900 руб., по рыночным ценам Камчатского края – 628 200 руб.

Просил взыскать страховую выплату в размере 158 200 руб., убытки 228 200 руб., неустойку за период с 29 августа 2024 года по 29 сентября 2024 года 50 624 руб., расходы по обращению к финансовому уполномоченному 15 000 руб., судебные расходы на оплату услуг оценщика 30 000 руб., услуг представителя 45 000 руб., по уплате государственной пошлины 13 426 руб.

Рассмотрев дело, суд постановил указанное решение.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней АО «СОГАЗ» с решением суда не соглашается, просит его отменить и принять новый судебный акт об отказе в иске. Отмечает, что истец собственником, пострадавшего в ДТП от 31 июля 2024 года транспортного средства, не является, не несет бремя ответственности за его техническое состояние. Соответственно, требование ФИО4 о получении убытков за неосуществленный восстановительный ремонт транспортного средства нельзя признать обоснованным. По своей сути данное требование ведет к получению коммерческой прибыли, нежели получения возмещения убытков. К тому же ФИО6 не представлено доказательств исполнения цессионарием своих обязательств по договору цессии от 01 августа 2024 года. Обращает внимание на то, что суд пришел к выводу, что по договору цессии от 27 апреля 2024 года истцу ФИО4 от ФИО8 переданы все права по страховому случаю. Однако последняя транспортное средство истцу не передавала, что позволяет прийти к выводу об отсутствии у истца заинтересованности в получении страхового возмещения в виде ремонта поврежденного транспортного средства. Указывает, что взыскание страхового возмещения без учета износа заменяемых деталей направлено на реальное восстановление прав потерпевшего на полное возмещение вреда. Также отмечает, что потерпевший к страховщику с заявлением о страховом возмещении в связи с причинением ущерба не обращался, впервые с таким заявлением обратился цессионарий ФИО4, который, не являясь владельцем и собственником транспортного средства, не имеет интереса в ремонте автомобиля. Считает, что судом необоснованно взыскано с ответчика возмещение убытков по среднерыночным ценам, без применения Единой методики определения расходов на восстановительный ремонт. Страховое возмещение вреда, причиненного повреждением транспортных средств потерпевших, ограничено законом об ОСАГО как лимитом страхового возмещения, определенным ст. 7 Закона об ОСАГО, так и предусмотренным п. 19 ст. 12 Закона об ОСАГО специальным порядком расчета, с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов) подлежащих замене, и в порядке, установленном Единой методикой. Разница между размером страхового возмещения, определенного в соответствии с Единой методикой, и стоимостью ремонта, определенной по рыночным ценам, подлежит взысканию с виновника ДТП. Полагает, что при удовлетворении требований о взыскании расходов на оплату услуг оценщика судом нарушены нормы материального права. Считает, что истец понес расходы за проведение независимой оценки по своему усмотрению, без необходимости в этом, и не подлежат удовлетворению с ответчика, поскольку не могут быть признаны необходимыми и разумными. Не соглашается с размером взысканных судебных расходов на оплату услуг представителя. Ответчик полагает, что консультирование, составление претензии, искового заявления не требуют углубленных юридических знаний и длительного времени для их подготовки, также необходимо учитывать отсутствие правовой неопределенности и сформировавшуюся практику, серийность дел, в связи с чем взысканная судом сумма на возмещение расходов на оплату услуг представителя является завышенной.

Представитель истца Палеха Р.С. просил решение суда оставить без изменения.

Истец ФИО4, ответчик АО «СОГАЗ», третьи лица ФИО6, ФИО5 в заседание суда апелляционной инстанции не явились.

С учетом положений ч. 1 ст. 327, ч. ч. 3, 4 ст. 167 ГПК РФ, принимая во внимание, что лица, участвующие в деле, знали о рассмотрении дела в суде, извещены о времени и месте судебного заседания по имеющимся в материалах дела адресам за срок достаточный для обеспечения явки и подготовки к судебному заседанию, не сообщили суду о причинах неявки, уважительных причин неявки в судебном заседании не установлено, для проверки доводов апелляционной жалобы личного участия и дачи объяснений не требуется, их отсутствие не препятствует рассмотрению дела, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о возможности рассмотрения апелляционной жалобы при установленной явке.

Выслушав представителя истца Палеха Р.Р., исследовав материалы дела, по факту ДТП, проверив законность и обоснованность решения суда в порядке ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с п. 15.1 ст. 12 Федерального закона от 25 апреля 2002 года № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее Закон об ОСАГО) страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных п. 16.1 настоящей статьи) в соответствии с п. 15.2 данной статьи или в соответствии с п. 15.3 данной статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).

Страховщик после осмотра поврежденного транспортного средства потерпевшего и (или) проведения его независимой технической экспертизы выдает потерпевшему направление на ремонт на станцию технического обслуживания и осуществляет оплату стоимости проводимого такой станцией восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего в размере, определенном в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, с учетом положений абзаца второго пункта 19 настоящей статьи.

При проведении восстановительного ремонта в соответствии с пунктами 15.2 и 15.3 настоящей статьи не допускается использование бывших в употреблении или восстановленных комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов), если в соответствии с единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства требуется замена комплектующих изделий (деталей, узлов, агрегатов). Иное может быть определено соглашением страховщика и потерпевшего.

Страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется путем почтового перевода суммы страховой выплаты потерпевшему (выгодоприобретателю) или ее перечисления на банковский счет потерпевшего (выгодоприобретателя) в случаях, установленных п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО.

Исходя из приведенной нормы права, законодателем установлен приоритет восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства над выплатой страхового возмещения.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 31 июля 2024 года по вине водителя автомобиля «УАЗ Патриот», государственный регистрационный знак №, ФИО5 произошло ДТП, в результате которого причинены механические повреждения транспортному средству «Тойота Королла Филдер», государственный регистрационный знак №, принадлежащему ФИО6

Гражданская ответственность виновника ДТП ФИО5 на момент ДТП застрахована в АО «СОГАЗ», ФИО6 – в АО «Альфастрахование».

1 августа 2024 года ФИО6 (цедент) и ФИО4 (цессионарий) заключен договор уступки права требования, согласно которому цедент, являясь первоначальным кредитором в обязательстве по получению страховой выплаты в рамках договора ОСАГО или в обязательстве по возмещению ущерба с иных лиц по возмещению вреда, возникшего в результате ДТП 31 июля 2024 года, уступает новому кредитору – цессионарию право требования на получение надлежащего исполнения договорного и/или деликтного обязательства в размере полной стоимости восстановительных и сопутствующих расходов, которые включают в себя расходы по оплате услуг эксперта, оценщиков, представителей и т.д.

7 августа 2024 года в АО «СОГАЗ» поступило заявление истца о страховом возмещении по договору ОСАГО путем организации и оплаты восстановительного ремонта транспортного средства на станции технического обслуживания автомобилей в связи с ДТП от 31 июля 2024 года.

21 августа 2024 года страховая компания в уведомлении истцу указала, что произведена выплата страхового возмещения в денежной форме с учетом износа комплектующих деталей в связи с отсутствием согласия заявителя на доплату за ремонт транспортного средства на СТО, который согласно заключению ООО «РАВТ-ЭКСПЕРТ» без учета износа, составляет 454 835 руб., с учетом износа – 241 800 руб.

22 августа 2024 года финансовой организацией истцу перечислено страховое возмещение в денежной форме в размере 241 800 руб.

Не согласившись с изменением формы страхового возмещения и размером полученных денежных средств, истец направил в адрес АО «СОГАЗ» претензию с требованием организовать ремонт автомобиля на СТО ИП ФИО9, ИП «Магистраль Paint Service», в которой также указал о согласии произвести доплату такого ремонта и возврате ранее полученных им в счет страхового возмещения денежных средств. Вместе с тем, каких-либо ответов со стороны страховой компании на претензию истца не последовало.

Решением финансового уполномоченного от 24 июня 2025 года № производство по заявлению ФИО4 о взыскании доплаты страхового возмещения, убытков, неустойки за нарушение срока выплаты страхового возмещения в полном размере прекращено в связи с использованием автомобиля в предпринимательских целях в качестве такси, о чем свидетельствует соответствующая информация на кузове автомашины.

Истец с решением финансового уполномоченного не согласился, обратился в суд с иском о взыскании с АО «СОГАЗ» страхового возмещения и убытков.

В обоснование размера ущерба ФИО4 представлено заключение специалиста ИП ФИО9 от 10 июля 2025 года №, подготовленному по поручению истца, согласно которому, стоимость ремонта автомобиля истца на дату ДТП без учета износа составляет в соответствии с Единой методикой 528 900 руб., а по ценам Камчатского края – 628 200 руб.

При разрешении спора суд пришел к выводу об обоснованности требований ФИО4, исходя из того, что обязанность по организации восстановительного ремонта транспортного средства истца на СТОА ответчиком не исполнена, при этом указанных в п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО обстоятельств, дающих страховщику право на замену формы страхового возмещения, по делу не установлено. В этой связи суд взыскал с ответчика в пользу истца доплату страхового возмещения в размере 158 200 руб., исходя из разницы между предельной страховой суммой, предусмотренной ст. 7 Закона Об ОСАГО и фактически выплаченным страховым возмещением (400 000 руб. – 121 432 руб.).

Установив факт нарушения страховщиком обязательства по организации и оплате восстановительного ремонта в натуре, суд возложил на АО «СОГАЗ» обязанность по возмещению ФИО4 ущерба, взыскав с ответчика в пользу истца убытки в виде разницы между размером страхового возмещения и стоимостью восстановительного ремонта без учета износа автомобиля по ценам Камчатского края в размере 228 200 руб. (628 200 руб. – 400 000 руб.), приняв за основу представленное истцом заключение специалиста – ИП ФИО9, не оспоренное ответчиком. Заключение специалистов ООО «РАВТ-ЭКСПЕРТ», выполненное по заданию страховой компании, правильно судом не принято во внимание, поскольку оно выполнено на основании Единой методике, что в данном случае не применимо.

Разрешая требование о взыскании с ответчика неустойки в соответствии с абз. 2 п. 21 ст. 12 Закона об ОСАГО, с учетом даты обращения истца с заявлением об осуществлении страхового возмещения (07 августа 2024 года), произведя самостоятельный расчет, суд взыскал с ответчика в пользу истца неустойку 50 624 руб. за период с 29 августа 2024 года по 29 сентября 2024 года.

Также судом на основании ст. 15 ГК РФ с ответчика взысканы расходы, связанные с обращением к финансовому уполномоченному, в размере 15 000 руб.

В части взысканной неустойки, расходов, связанных с обращением к финансовому уполномоченному, жалоба ответчика возражений не содержит, в связи с чем предметом проверки суда апелляционной инстанции не являются.

Приведенные в жалобе доводы ответчика об отсутствии оснований для взыскания со страховщика страхового возмещения без учета износа и убытков, являются несостоятельными.

Как разъяснено в п. п. 37, 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» страховое возмещение осуществляется в пределах установленной Законом об ОСАГО страховой суммы путем организации и оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства на станции технического обслуживания либо в форме страховой выплаты (пункты 1 и 15 ст. 12 Закона об ОСАГО).

Право выбора способа страхового возмещения принадлежит потерпевшему (п. 15 ст. 12 Закона об ОСАГО), за исключением возмещения убытков, причиненных повреждением легковых автомобилей, находящихся в собственности граждан (в том числе индивидуальных предпринимателей) и зарегистрированных в Российской Федерации.

Перечень случаев, когда вместо организации и оплаты восстановительного ремонта легкового автомобиля страховое возмещение по выбору потерпевшего, по соглашению потерпевшего и страховщика либо в силу объективных обстоятельств осуществляется в форме страховой выплаты, установлен п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО с учетом абзаца шестого п. 15.2 этой же статьи.

В отсутствие оснований, предусмотренных п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО, с учетом абзаца шестого п. 15.2 этой же статьи, страховщик не вправе отказать потерпевшему в организации и оплате восстановительного ремонта легкового автомобиля с применением новых заменяемых деталей и комплектующих изделий и в одностороннем порядке изменить условие исполнения обязательства на выплату страхового возмещения в денежной форме.

О достижении между страховщиком и потерпевшим в соответствии с пп. «ж» п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО соглашения о страховой выплате в денежной форме может свидетельствовать, в том числе, выбор потерпевшим в заявлении о страховом возмещении выплаты в наличной или безналичной форме по реквизитам потерпевшего, одобренный страховщиком путем перечисления страхового возмещения указанным в заявлении способом.

Пунктом 15.2 ст. 12 Закона об ОСАГО определены требованиями к организации восстановительного ремонта, в том числе: критерии доступности для потерпевшего места проведения восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства (при этом по выбору потерпевшего максимальная длина маршрута, проложенного по дорогам общего пользования, от места дорожно-транспортного происшествия или места жительства потерпевшего до станции технического обслуживания не может превышать 50 километров, за исключением случая, если страховщик организовал и (или) оплатил транспортировку поврежденного транспортного средства до места проведения восстановительного ремонта и обратно).

Если ни одна из станций, с которыми у страховщика заключены договоры на организацию восстановительного ремонта, не соответствует установленным правилами обязательного страхования требованиям к организации восстановительного ремонта в отношении конкретного потерпевшего, страховщик с согласия потерпевшего в письменной форме может выдать потерпевшему направление на ремонт на одну из таких станций. В случае отсутствия указанного согласия возмещение вреда, причиненного транспортному средству, осуществляется в форме страховой выплаты.

Между тем из установленных судом обстоятельств не следует, что страховщик, действуя разумно и добросовестно при исполнении обязательства, предлагал потерпевшему организовать ремонт его автомобиля на СТОА, указанной в абзаце шестом п. 15.2 ст. 12 Закона об ОСАГО, или обсуждал с потерпевшим вопрос об организации ремонта в соответствии с п. 15.3 этой же статьи.

Подпунктом «д» п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО предусмотрено, что восстановительный ремонт поврежденного легкового автомобиля не производится, если стоимость такого ремонта превышает установленную подпунктом «б» статьи 7 данного закона страховую сумму (400 000 руб.) и потерпевший не согласен произвести доплату за ремонт станции технического обслуживания.

В силу абз. 7 п. 17 ст. 12 Закона об ОСАГО в случае, если стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства, подлежащего оплате страховщиком в соответствии с пунктом 15.2 или 15.3 настоящей статьи, превышает установленную подпунктом «б» статьи 7 настоящего Федерального закона страховую сумму или максимальный размер страхового возмещения, установленный для случаев оформления документов о дорожно-транспортном происшествии без участия уполномоченных на то сотрудников полиции, либо если в соответствии с пунктом 22 настоящей статьи все участники дорожно-транспортного происшествия признаны ответственными за причиненный вред и потерпевший в письменной форме выражает согласие на внесение доплаты за проведение восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства, страховщик определяет размер доплаты, которую потерпевший должен будет произвести станции технического обслуживания, и указывает его в выдаваемом потерпевшему направлении на ремонт.

Как разъяснено в п. 51 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» направление на ремонт должно содержать сведения: о потерпевшем, которому выдано такое направление; о договоре обязательного страхования, в целях исполнения обязательств по которому выдано направление на ремонт; о транспортном средстве, подлежащем ремонту; о наименовании и месте нахождения станции технического обслуживания, на которой будет производиться ремонт транспортного средства потерпевшего и которой страховщик оплатит стоимость восстановительного ремонта; о сроке проведения ремонта; о размере возможной доплаты потерпевшего за восстановительный ремонт, обусловленной износом заменяемых в процессе ремонта деталей и агрегатов и их заменой на новые детали и агрегаты, или размере износа на заменяемые детали и агрегаты без указания размера доплаты (в этом случае размер доплаты определяется станцией технического обслуживания и указывается в документах, выдаваемых потерпевшему при приеме транспортного средства).

Размер доплаты рассчитывается как разница между стоимостью восстановительного ремонта, определенной станцией технического обслуживания, и размером страхового возмещения, предусмотренного подпунктом «б» статьи 7 Закона об ОСАГО (п. 57 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 8 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств»).

По смыслу приведенных норм права и акта их толкования, если подлежащая определению страховщиком стоимость восстановительного ремонта поврежденного легкового автомобиля, находящегося в собственности гражданина и зарегистрированного в Российской Федерации, превышает 400 000 руб., направление на восстановительный ремонт на станцию технического обслуживания такого автомобиля может быть выдано страховщиком только при согласии потерпевшего доплатить разницу между страховой выплатой и стоимостью восстановительного ремонта, о чем должно быть указано в направлении на ремонт.

Решение о доплате за проведение восстановительного ремонта может быть принято потерпевшим только при условии его осведомленности о размере такой доплаты, однако из материалов дела не следует, что истец был проинформирован страховщиком о размере требуемой доплаты, также страховщиком у истца испрашивалось согласие на доплату за ремонт на СТОА, и в результате был получен его отказ от такой доплаты для наступления последствия в виде осуществления денежной страховой выплаты.

Кроме того, между сторонами не было достигнуто соглашение об осуществлении страховой выплаты в денежной форме.

Из разъяснений, приведенных в п. 56 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», следует, что при нарушении страховщиком обязательства по организации и оплате восстановительного ремонта потерпевший вправе предъявить требование о понуждении страховщика к организации и оплате восстановительного ремонта или потребовать страхового возмещения в форме страховой выплаты либо произвести ремонт самостоятельно и потребовать со страховщика возмещения убытков вследствие ненадлежащего исполнения им своих обязательств по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельца транспортного средства в размере действительной стоимости восстановительного ремонта, который страховщик должен был организовать и оплатить. Возмещение таких убытков означает, что потерпевший должен быть постановлен в то положение, в котором он находился бы, если бы страховщик по договору обязательного страхования исполнил обязательства надлежащим образом (пункт 2 статьи 393 ГК РФ).

В данном случае страховая компания не выполнила обязанность по организации ремонта автомобиля, о чем было заявлено истцом изначально при обращении в страховую компанию и позднее в претензии. При этом обстоятельств, в силу которых страховщик имел право заменить страховое возмещение на страховую выплату, и оснований, предусмотренных пп.«а»-«ж» п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО для изменения формы страхового возмещения, не установлено.

Указанное дает истцу право на получение доплаты страхового возмещения, рассчитанного по Единой методике без учета износа и взыскания убытков, рассчитанных по среднему рынку без учета износа.

При этом, вопреки доводу жалобы, размер данных убытков к моменту рассмотрения дела судом может превышать как стоимость восстановительного ремонта, определенную на момент обращения за страховым возмещением по Единой методике определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной положением Банка России от 4 марта 2021 года № 755-П, без учета износа транспортного средства, так и предельный размер такого возмещения, установленный в ст. 7 Закона об ОСАГО, в том числе ввиду разницы цен и их динамики.

Такие убытки, причиненные по вине страховщика, подлежат возмещению по общим правилам возмещения убытков, причиненных неисполнением обязательств, предусмотренным ст. ст. 15, 393 и 397 ГК РФ, ввиду отсутствия специальной нормы в Законе об ОСАГО.

В противном случае эти убытки, несмотря на вину и недобросовестность страховщика, не были бы возмещены.

Не могут быть переложены эти убытки и на причинителя вреда, который возмещает ущерб потерпевшему при недостаточности страхового возмещения, поскольку они возникли не по его вине, а вследствие неисполнения обязательств страховщиком.

Иное означало бы, что при незаконном и необоснованном отказе страховщика в страховом возмещении причинитель вреда отвечал бы в полном объеме, как если бы его ответственность не была застрахована вообще.

Само по себе перечисление в жалобе правовых позиций Верховного Суда Российской Федерации не может быть положено в основу отмены решения суда, поскольку суд, принимая решение по делу, исходил из обстоятельств настоящего дела, всесторонне и полно их исследовал и оценил все представленные сторонами и добытые доказательства в соответствии с нормами ГПК РФ.

Более того, позиция суда подтверждается судебной практикой, изложенной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 17 октября 2023 года № 77-КГ23-10-К1, 25 апреля 2023 года № 1-КГ23-3-К3.

Кроме того, вопреки доводу жалобы, следует отметить, что в соответствии с п. п. 67, 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», право потерпевшего, выгодоприобретателя, а также лиц, перечисленных в пункте 2.1 статьи 18 Закона об ОСАГО, на получение страхового возмещения или компенсационной выплаты в счет возмещения вреда, причиненного имуществу потерпевшего, может быть передано в том числе и по договору уступки требования. Отсутствие в договоре точного размера уступаемого права не является основанием для признания договора незаключенным (пункт 1 статьи 307, пункт 1 статьи 432, пункт 1 статьи 384 ГК РФ). Передача прав потерпевшего (выгодоприобретателя) по договору обязательного страхования допускается только с момента наступления страхового случая. Право на получение страхового возмещения или компенсационной выплаты может быть передано как после предъявления первоначальным кредитором (потерпевшим, выгодоприобретателем) требования о выплате страхового возмещения, так и после получения им части страхового возмещения или компенсационной выплаты.

Если иное не предусмотрено договором уступки требования, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, включая права, связанные с основным требованием, в том числе требованием уплаты неустойки и суммы финансовой санкции к страховщику, обязанному осуществить страховую выплату в соответствии с Законом об ОСАГО (пункт 1 статьи 384 ГК РФ, абзацы второй и третий пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО).

При указанных обстоятельствах, поскольку предмет договора уступки прав требования от 01 августа 2024 года является определимым, права, предусмотренные Законом об ОСАГО, перешли от ФИО6 (цедент) к ФИО4 (цессионарий). Кроме того, к истцу перешло, в том числе, право требования страхового возмещения в форме организации ремонта на СТОА (надлежащего исполнения договорного обязательства в размере полной стоимости восстановительных расходов). К тому же следует отметить, что в п. 6 договора об уступке прав требования от 01 августа 2024 года сторонами установлено, что в случае, если страховая компания выдает направление на ремонт поврежденного транспортного средства (натуральная форма страхового возмещения) цессионарий обязуется организовать транспортировку транспортного средства на СТОА по направлению страховщика, представлять интересы цедента при приемке транспортного средства на ремонт СТОА (фиксация дефектов эксплуатации, фиксация скрытых повреждений и т.п.): представлять интересы цедента после ремонта (проверка качества ремонта, проверка соответствия заменяемых деталей требованиям безопасности). Стороны определили, что при наличии недостатков произведенного по направлению страховщика ремонта, право требования вреда, причиненного в результате некачественного ремонта, принадлежит цессионарию.

Кроме того, согласно п. 9 договора от 01 августа 2024 года, в момент подписания настоящего договора стороны обязаны устно согласовать дату, время и место осмотра поврежденного имущества экспертом-техником (оценщиком) и фиксации повреждений, состоящих в причинно-следственной связи с ДТП указанным в п. 1 настоящего договора. При этом цессионарий обязан организовать проведение осмотра, составление акта осмотра специалистом), а цедент обязан предоставить поврежденное имущество по согласованному адресу и в согласованное время и указать на дефекты эксплуатации специалисту.

Ссылка ответчика об отсутствии у истца заинтересованности в ремонте транспортного средства опровергается обращением ФИО4 к страховщику с заявлением о выплате страхового возмещения в форме восстановительного ремонта транспортного средства, с претензией, в которой он требовал произвести ремонт транспортного средства на предложенном им СТОА, при этом выразил согласие на доплату стоимости восстановительного ремонта, более того, в договоре об уступки прав требования от 01 августа 2024 года сторонами предусмотрено, в том числе, каким образом будет предоставлено транспортное средство на ремонт на СТОА в случае натуральной формы страхового возмещения.

В связи с отсутствием условий для осуществления истцу страхового возмещения в денежной форме, предусмотренных п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО, страховщик обязан был выдать цессионарию направление на ремонт транспортного средства с указанием станции технического обслуживания, на которой будет отремонтировано транспортное средство и которой страховщик оплатит восстановительный ремонт поврежденного автомобиля.

Поскольку проведение восстановительного ремонта страховщиком не организовано, заявленные исковые требования о взыскании доплаты страхового возмещения и убытков подлежали удовлетворению.

Довод жалобы о том, что между ФИО6 и ФИО4 не заключен договор уступки прав требования, поскольку в нем не указана цена договора, не представлено доказательств, что данный договор цессионарием исполнен, судебная коллегия отклоняет в силу следующего.

Статьей 382 ГК РФ установлено, что право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона (п. 1).

Для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором (п. 2).

Из положений ст. 384 названного кодекса следует, что, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты (пункт 1).

В соответствии со ст. 388 указанного выше кодекса уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору (п. 1).

Не допускается без согласия должника уступка требования по обязательству, в котором личность кредитора имеет существенное значение для должника (п. 2).

В п. 67 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств»» разъяснено, что отсутствие в договоре точного размера уступаемого права не является основанием для признания договора незаключенным (пункт 1 статьи 307, пункт 1 статьи 432, пункт 1 статьи 384 ГК РФ).

При заключении указанного выше договора цессии сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора, договор содержит описание уступаемого права. Более того, самим ответчиком за истцом признано право на выплату страхового возмещения.

Кроме того, в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2016 года № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении» разъяснено, что по общему правилу, предусмотренному пунктом 3 статьи 308 Гражданского кодекса Российской Федерации, обязательство не создает прав и обязанностей для лиц, не участвующих в нем в качестве сторон (для третьих лиц). Соответственно, стороны обязательства не могут выдвигать в отношении третьих лиц возражения, основанные на обязательстве между собой, равно как и третьи лица не могут выдвигать возражения, вытекающие из обязательства, в котором они не участвуют. Например, при переходе прав кредитора к другому лицу по договору об уступке требования должник в качестве возражения против требований нового кредитора не вправе ссылаться на неисполнение цессионарием обязательств по оплате права требования перед цедентом.

Таким образом, не указание в договоре уступки цены договора, недоказанность либо отсутствие уплаты цессионарием цеденту цены за уступку требования не влечет признание договора цессии незаключенным либо недействительным и не лишает цессионария права требовать от должника надлежащего исполнения обязательства. Более того, в договоре уступки прав требования отмечено, что юридический факт исполнения договора цессионарием удостоверяется подписью цедента в настоящем договоре, в спорном договоре подпись цедента имеется, что свидетельствует о возмездности сделки.

Также, вопреки позиции ответчика, передача прав потерпевшего (выгодоприобретателя) по договору обязательного страхования допускается с момента наступления страхового случая (п. 67 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08 ноября 2022 года № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств).

То обстоятельство, что потерпевший не обращался в страховую компанию с заявлением о страховом возмещении в форме восстановительного ремонта транспортного средства, не освобождает ответчика от исполнения им своих обязанностей по договору обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств.

Указание ответчика на иной договор цессии, заключенный 27 апреля 2024 года между ФИО4 и ФИО8, несостоятелен, поскольку данный договор к предмету спора не относится, в связи с чем у суда не имелось оснований для его оценки.

Не согласие ответчика с размером взысканных судебных расходов по оплате услуг оценщика, услуг представителя, судебная коллегия во внимание не принимает на основании следующего.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

К издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: расходы на оплату услуг представителей; другие признанные судом необходимыми расходы (ст. 94 ГПК РФ).

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 статьи 96 указанного Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в данной статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах (ч. 1 ст. 100 ГПК РФ).

В п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что, разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов (часть 3 статьи 111 АПК РФ, часть 4 статьи 1 ГПК РФ, часть 4 статьи 2 КАС РФ). Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон (статьи 2, 35 ГПК РФ, статьи 3, 45 КАС РФ, статьи 2, 41 АПК РФ) суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства (п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела»).

Как следует из материалов дела, 01 августа 2025 года между ФИО4 и ИП Палеха Р.С. заключен договор об оказании правовой помощи.

Стоимость услуг по договору определена в сумме 45 000 руб., оплата которой истцом произведена.

Из материалов дела видно, что представителем по делу подготовлены досудебная претензия, исковое заявление, приложение к нему, кроме того, произведен расчет цены иска, неустойки.

Суд, принимая во внимание обстоятельства данного дела, объем выполненной работы представителем, требования разумности, баланс прав и обязанностей сторон, стоимость аналогичных услуг на территории Камчатского края, пришел к выводу о том, что такие расходы истца являются завышенными и по основаниям, предусмотренным ч. 1 ст. 100 ГПК РФ, снизил их размер до 35 000 руб.

Каких-либо доказательств тому, что понесенные истцом расходы по оплате услуг представителя являются чрезмерными, ответчик суду не представил, как и не представил таких доказательств страховщик с апелляционной жалобой.

Учитывая характер спора, цену иска, объем работы, выполненной представителем истца по данному делу, требования разумности, баланс интересов сторон, стоимость аналогичной услуг в Камчатском крае, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что понесенные истцом расходы по оплате услуг представителя подлежат возмещению в сумме 35 000 руб.

Кроме того, поскольку расходы ФИО4 по оценке стоимости восстановительного ремонта спорного транспортного средства по среднерыночным ценам Камчатского края имеют прямую связь с делом, рассматриваемым в суде с участием истца, при этом заключение специалиста принято в качестве надлежащего и допустимого доказательства, и на основании выводов данного специалиста определен размер убытков, вопреки доводу жалобы, суд пришел к правильному выводу о необходимости взыскания с ответчика в пользу истца расходов на данное заключение в размере 30 000 руб. Данная сумма не является завышенной, она соответствует стоимости аналогичных услуг в Камчатского края.

Доводы жалобы ответчика о несогласии с решением суда в данной части по существу направлены на переоценку исследованных судом первой инстанции доказательств, оснований для которой у суда апелляционной инстанции не имеется, поскольку требования ст. 67 ГПК РФ судом первой инстанции выполнены.

По существу жалоба не содержит каких-либо новых данных, которые не были учтены судом при рассмотрении дела и могли повлиять на законность принятого судом решения.

Разрешая спор, суд правильно применил нормы материального и процессуального права, установил имеющие значение для дела обстоятельства на основании представленных сторонами доказательств, которым дана оценка в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ.

Предусмотренных ч. 1 ст. 330 ГПК РФ оснований для отмены решения суда по доводам жалобы, не имеется.

Каких-либо нарушений норм процессуального права, влекущих за собой отмену решения суда в силу ч. 4 ст. 330 ГПК РФ, судом не допущено.

Руководствуясь ст. ст. 327.1 - 329 ГПК РФ, судебная коллегия

определила:

решение Петропавловск-Камчатского городского суда Камчатского края от 08 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу акционерного общества «СОГАЗ» – без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 15 декабря 2025 года.