Решение № 2-200/2026 2-200/2026(2-2136/2025;)~М-1504/2025 2-2136/2025 М-1504/2025 от 19 марта 2026 г. по делу № 2-200/2026

44RS0002-01-2025-002258-23

Дело № 2-200/2026


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 марта 2026 года

Ленинский районный суд г. Костромы в составе:

председательствующего судьи Александровой О.В.

при секретаре Костюченко О.Е.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Прокурора г.Костромы в интересах Д. к ООО «Л. о взыскании компенсации морального вреда в связи с травмой, полученной на производстве,

установил:

Прокурор г. Костромы в интересах Д. обратился в суд с иском к ООО «Л. о взыскании компенсации морального вреда в связи с травмой, полученной на производстве, в размере <данные изъяты> руб.

Требования мотивированы тем, что прокуратурой г. Костромы на основании обращения П. проведена проверка исполнения требований трудового законодательства в сфере охраны труда в отношении ООО «Л. в ходе которой установлено следующее. dd/mm/yy Д. принят на работу к ответчику на основании трудового договора № на должность монтажника связи. В соответствии с п. 4.1 трудового договора ему установлен режим рабочего времени - с 09.00 часов до 18.00 часов, обеденный перерыв - с 13.00 часов до 14.00 часов, выходные дни - суббота, воскресенье. Согласно должностной инструкции монтажника связи, утвержденной dd/mm/yy директором ООО «Л. П-1 в должностные обязанности Д. входит: крепление установочных телекоммуникационных изделий, крепление телекоммуникационного оборудования в несущую конструкцию, подключение телекоммуникационного оборудования к электропитанию, обслуживание волокно-оптических линий связи, монтаж и ремонт оптических кроссов и т.д. Также должностной инструкцией определено, что монтажник связи находится в непосредственном подчинении директора организации. Также в ходе проверки установлено, что dd/mm/yy в 09 часов 00 минут Д. прибыл на работу в офис, расположенный по адресу: ..., получив маршрутный лист, в котором среди прочих был указан адрес: ..., где требовалось устранить неполадки с интернетом в производственном здании (ювелирное производство). На место выполнения указанной заявки Д. прибыл примерно в 12 часов 30 минут. Обошел территорию, выявил обрыв оптоволоконного кабеля сети интернет, приступил к ремонту. В ходе ремонтных работ ему поступил звонок из офиса, в ходе которого менеджер уточнил его место нахождения, велел выполнить работы по данной заявке и дал заявку на следующего абонента. После телефонного разговора Д. с помощью трехступенчатой раздвижной лестницы полез на столб, чтобы закрепить на нем кросс. Поднявшись по лестнице, найдя подходящее место для крепления кросса, не успел достать до стяжки, увидел перед собой искры, вспышки красного и синего цвета, после чего упал на землю. Бригадой Скорой медицинской помощи был доставлен в медицинское учреждение и госпитализирован в реанимационное отделение ОГБУЗ г. Костромы «Городская больница». В медицинском учреждении ему был установлен следующий диагноз: <данные изъяты>. <данные изъяты>. Тем самым, Д. получил телесные повреждения, которые относятся к тяжелой травме. По факту несчастного случая на производстве с ФИО1 межрегиональной территориальной инспекцией труда проведено расследование, по результатам которого были установлены причины несчастного случая, в том числе: неудовлетворительная организация производства работ (нарушение допуска к работам с повышенной опасностью, выразившееся в допуске Д. к работам при отсутствии сведений, подтверждающих наличие у него III группы по электробезопасности, в допуске к самостоятельному выполнению работы повышенной опасности по ремонту волоконно-оптической линии связи; отсутствие контроля со стороны руководителей и специалистов подразделений за ходом выполнения данных работ, не обеспечение создания и функционирования системы управления охраной труда); недостатки в организации и проведении подготовки работника по охране труда (не проведение инструктажей по охране труда, отсутствие обучения и проверки знаний работников в указанной области, отсутствие обучения безопасным методам и приемам выполнения работ на высоте); отсутствие у сотрудника средств индивидуальной защиты от падения с высоты. При этом факт грубой неосторожности в действиях самого истца в ходе расследования не установлен. Со ссылками на положения ст. ст. 150, 151, 1064-1101 ГК РФ, Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» Прокурор г.Костромы просит взыскать с ООО «Л. в пользу Д. компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> руб.

К участию в деле в качестве третьих лиц привлечены Верхневолжская межрегиональная территориальная инспекция труда и П.

В судебном заседании представитель Прокуратуры г. Костромы Ш. заявленные требования поддержала по изложенным в иске основаниям. Суду показала, что с учетом позиции представителя истца по доверенности П. не возражает учесть произведенные ответчиком выплаты в счет компенсации морального вреда в связи с травмой на производстве при разрешении настоящего спора.

Истец Д. в суд не явился, о дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, в том числе посредством телефонограммы, направил представителя по доверенности П.

Третье лицо и представитель Д. по доверенности П. в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, суду показала, что Д. приходящийся ей супругом, несет физические и нравственные страдания в связи с травмой, полученной на производстве. Физические страдания выражаются в сильной боли как непосредственно в момент несчастного случая, так и в ходе продолжающегося лечения, операций и реабилитации. В настоящее время Д. присвоена 1 группа инвалидности, у него установлено 100% ограничение к трудовой деятельности. <данные изъяты> Пояснила, что данная травма на производстве кардинально изменила образ жизни его супруга и их семьи, он утратил трудоспособность, при этом ранее его заработная плата являлась основным источником средств к существованию семьи. Кроме того, до травмы он принимал активное участие в жизни, лечении и воспитании их несовершеннолетнего ребенка <данные изъяты> имеющего статус «инвалид с детства» <данные изъяты> и нуждающегося в постоянном постороннем уходе. В частности, именно супруг отвозил ребенка в образовательное учреждение, забирал его из него, поскольку самостоятельно он добраться туда в силу состояния здоровья не может, водил ребенка в медицинские организации на программы реабилитации. В настоящее время данные обязанности полностью возложены на неё. Указанные обстоятельства не позволяют ей осуществлять трудовую деятельность, она вынуждена перевелась работать на ночные смены, чтобы днем заниматься ребенком и супругом. Нравственные страдания Д. выражаются в психологической нервозности, стрессе, он испытывает чувство постоянного унижения, поскольку, являясь молодым мужчиной в возрасте <данные изъяты> года, не может самостоятельно себя обслуживать, вынужден пользоваться помощью супруги, в том числе при смене катетеров, у него постоянная плаксивость, он переживает за свое будущее и будущее своей семьи и ребенка, переживает из-за невозможности ведения прежнего образа жизни. На фоне стресса у него отсутствует аппетит, пропал сон. Суду также показала, что ответчик как работодатель не принимает участия в процессе лечения и восстановления своего сотрудника. Однако не оспаривала, что денежные средства в счет компенсации морального вреда от ООО «Л. Д. действительно поступали, однако указать их точную сумму она затрудняется. Не возражала, чтобы данные суммы были учтены судом при вынесении решения по настоящему делу.

Представитель ответчика ООО «Л. П-1 в судебном заседании исковые требования признал частично. Суду показал, что факт трудовых отношений с Д. факт получения им травмы на производстве он не оспаривает, свою вину во вмененном ему преступлении, предусмотренном ч. 1 ст. 143 УК РФ, он признал, раскаялся, просил о прекращении уголовного дела в связи с деятельным раскаянием. Полагал, что при определении судом размера компенсации морального вреда суду необходимо учесть принципы разумности и справедливости. Размер подлежащей взысканию компенсации морального вреда, по его мнению, должен соответствовать степени физических и нравственных страданий, который понес Д. в результате травмы на производстве. С учетом указанного, а также сложившейся судебной практике по аналогичным спорам, полагал достаточной ко взысканию сумму в размере <данные изъяты> руб. Отметил также, что при определении размера компенсации морального вреда суду надлежит учесть, что ООО «Л. относится к субъектам малого и среднего предпринимательства, размер прибыли организации за dd/mm/yy. составил ок. <данные изъяты> руб. При этом у организации имеются ежемесячные кредитные обязательства, обязательства по договорам лизинга и перед иными сотрудниками. Более того, ответчик предпринимает меры материальной помощи своему сотруднику, в том числе произведены выплаты в счет компенсации морального вреда в размере <данные изъяты> руб., а общий размер выплат составил более <данные изъяты> руб.

Представитель ответчика ООО «Л. по ордеру адвокат В. в судебном заседании исковые требования признал частично, поддержал позицию директора предприятия П-1 Пояснил, что при определении размера компенсации морального вреда суду необходимо учесть баланс интересов работника и организации, в заявленном виде компенсация морального вреда чрезмерно завышена и такой баланс не соблюдает. Также полагал необходимым учесть все суммы, выплаченные Д. ООО «Л. в счет компенсации морального вреда, размер таких сумм подтверждается справкой работодателя и не опровергнут иной стороной. Также указал, что суду надлежит учесть имущественное положение ответчика. Взысканная судом сумма, которая превысит размер доходов организации, может привести к банкротству предприятия, что неизбежно повлечет нарушение прав и законных интересов иных лиц, в том числе сотрудников организации. Также полагал, что размер компенсации должен быть снижен судом до <данные изъяты> руб.

Представитель Верхневолжской межрегиональной территориальной инспекции труда в суд не явился, о дате, времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщил, ранее направил материалы по факту расследования несчастного случая на производстве в отношении Д.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы гражданского дела, медицинские карты, суд приходит к следующим выводам.

Ч. 3 ст. 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

Согласно ст. 21 ТК РФ работник имеет право, в том числе на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В силу ст. 22 ТК РФ работодатель обязан, в том числе возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В силу п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Согласно ст. 150 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с п. 3 ст. 1083 ГК РФ суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Как следует из разъяснений, приведенных в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», учитывая, что причинение вреда здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда. Независимо от вины причинителя вреда осуществляется компенсация морального вреда, если вред жизни или здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст. 1100 ГК РФ). При этом следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, право на уважение родственных и семейных связей) (абзац третий пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

В абзаце первом пункта 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вред» разъяснено, что под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

Согласно абзацу первому пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые помимо прочего видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Из разъяснений, указанных в п. 47 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» следует, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае.

В ходе судебного разбирательства установлено, что dd/mm/yy ФИО2 принят на работу в ООО «Л. на основании трудового договора № на должность монтажника связи.

В соответствии с п. 4.1 трудового договора работнику установлен следующий режим рабочего времени: с 09.00 часов до 18.00 часов, обеденный перерыв с 13.00 часов до 14.00 часов, с выходными днями в субботу и воскресенье.

Согласно должностной инструкции монтажника связи, утвержденной dd/mm/yy директором ООО «Л. П-1 в должностные обязанности истца входит: крепление установочных телекоммуникационных изделий, крепление телекоммуникационного оборудования в несущую конструкцию, подключение телекоммуникационного оборудования к электропитанию, обслуживание волокно-оптических линий связи, монтаж и ремонт оптических кроссов и т.д.

Вступившим в законную силу приговором мирового судьи судебного участка № ... № от dd/mm/yy, а также проведенным расследованием Верхневолжской межрегиональной территориальной инспекцией труда по факту несчастного случая на производстве с достоверностью установлено, что dd/mm/yy в период времени с 09 часов 00 минут до 17 часов 35 минут Д. находясь по адресу: ..., выполняя трудовые обязанности монтажника связи ООО «Л. на опоре № воздушной линии электропередач, с помощью раздвижной трехступенчатой лестницы поднялся на опору № для закрепления металлического кросса под металлический хомут, получил удар током, в результате чего упал на землю с вышеуказанной опоры.

Указанный несчастный случай имел место в связи с нарушением ООО «Л. требований охраны труда, в частности, в связи с неудовлетворительной организацией производства работ (нарушение допуска к работам с повышенной опасностью; отсутствие контроля со стороны руководителей и специалистов за ходом выполнения работ; отсутствие системы управления охраной труда); в связи с наличием недостатков в организации и проведении подготовки Д.. в области охраны труда (отсутствие инструктажей; отсутствие обучения и проверки знаний в области охраны труда; отсутствие обучения безопасным методам и приемам работ на высоте); в связи с неприменением работником средств индивидуальной защиты от падения с высоты вследствие необеспеченности ими работодателем.

Наличие грубой неосторожности со стороны Д. ни в ходе расследования несчастного случая трудовой инспекцией, ни в ходе судебного разбирательства судом не установлено.

В результате удара током и падения с высоты Д. полудил следующие телесные повреждения: <данные изъяты> которые являются опасными для жизни и согласно заключению эксперта № от dd/mm/yy квалифицируются как тяжкий вред здоровью.

Согласно справке МСЭ-2025 № от dd/mm/yy Д. установлена первая группа инвалидности в связи с трудовым увечьем, дата очередного освидетельствования dd/mm/yy.

Согласно справке СМЭ-2006 № от dd/mm/yy Д. установлена 100% степень утраты профессиональной трудоспособности, также на срок до dd/mm/yy.

Тем самым, в результате виновных действия работодателя ООО «Л. допущено нарушение прав работника Д. выразившееся в необеспечении работодателем безопасных условий труда, в результате чего последнему причинен тяжкий вред здоровью.

Указанные обстоятельства установлены судом и сторонами по делу не оспариваются.

Тем самым, требования прокурора о взыскании с ответчика ООО «Л. как работодателя в пользу истца Д. как работника компенсации морального вреда в связи с полученной травмой на производстве являются законными и подлежат удовлетворению.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд исходит из вышеприведенных положений ГК РФ и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, согласно которым при определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела; значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя.

Так, суд учитывает все изложенные выше фактические обстоятельства дела, обстоятельства несчастного случая, степень вины работодателя (несчастный случай имел место в связи с неудовлетворительной организацией охраны труда в Обществе), что истцу был причинен тяжкий вред здоровью, характер причиненных ему физических страданий, выразившихся и выражающихся до настоящего времени в сильной не проходящей физической боли непосредственно в момент несчастного случая, а также после него, в том числе в связи с двумя оперативными вмешательствами с целью восстановления здоровья, в процессе реабилитации. Также суд учитывает и характер причиненных травм, их множественность, длительность лечения, которое до настоящего времени не закончено, необходимость в дополнительных оперативных вмешательствах и прохождении многочисленных программ реабилитации, сомнительный реабилитационный прогноз врачей, отраженный в реабилитационном эпикризе от dd/mm/yy. Также суд учитывает степень болевых ощущений, связанных с травмой, в том числе от оперативных вмешательств, ожогов, образовавшихся пролежней, установленного корсета, спастики мышц, которые не прошли спустя продолжительное лечение.

Из материалов дела усматривается, что Д. в настоящее время самостоятельно не передвигается, спустя год лечения может с посторонней помощью присаживаться на незначительный период времени (5-10 минут), нуждается в постоянной посторонней помощи, испытывает значительные сложности с самообслуживанием.

Также суд учитывает степень тяжести полученных повреждений, которая определена судебно-медицинскими экспертами как тяжкий вред здоровью, истцу установлена утрата профессиональной трудоспособности (в настоящее время в размере 100%), после получения травмы он не может выполнять прежние трудовые обязанности.

Тем самым, истец до настоящего времени переносит последствия полученной травмы.

Также суд учитывает и нравственные страдания истца в результате полученной травмы с учетом его индивидуальных особенностей.

Так будучи молодым мужчиной в возрасте <данные изъяты> года, он не может вести прежний активный образ жизни, осуществлять трудовую деятельность, т.е. обеспечивать свою семью, принимать активное участие в жизни и воспитании своего ребенка и ребенка от первого брака супруги П. что порождает у него сильные психологические переживания.

Кроме того, нравственные страдания истца выражаются в переживаниях за свое будущее, в том числе с учетом неблагоприятных прогнозов на физическое восстановление, в переживаниях за будущее своей семьи, в психологической нервозности, стрессе, постоянно испытываемом чувстве унижения, поскольку не может самостоятельно себя обслуживать, вынужден пользоваться помощью супруги, в том числе при смене катетеров, в постоянной плаксивости, нарушении аппетита и сна.

Также при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает и доводы представителей ответчика относительно имущественного положения ООО «Л.

Принимая во внимание вышеизложенное, суд считает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> руб. Данный размер компенсации морального вреда, по мнению суда, отвечает требованиям разумности и справедливости, будет способствовать цели компенсировать потерпевшему перенесенные им физические и нравственные страдания вследствие травмы, полученной на производстве, позволяет сохранить баланс между восстановлением прав работника и мерой ответственности, применяемой к работодателю.

Тем самым, исковые требования истца подлежат частичному удовлетворению.

Ссылки представителей ООО «Л. на судебную практику подлежат отклонению судом, поскольку по различным делам размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных фактических обстоятельство дела, а они различны; кроме того, судебный прецедент в российской правовой системе источником права не признан.

Учитывая, что в ходе судебного разбирательства установлено и не оспаривалось представителем истца, что ООО «Л. добровольно осуществило ряд переводов денежных средств Д. в счет компенсации морального вреда в связи с травмой, полученной им на производстве, общая сумма добровольно выплаченной компенсации составила <данные изъяты> руб., а уточнение исковых требований является правом, а не обязанностью истца, суд полагает, что решение суда в указанной части принудительному исполнению не подлежит.

Согласно ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Учитывая, что в соответствии с пп. 3 п. 1 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ истец освобожден от уплаты государственной пошлины по иску о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья, в силу положений ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход бюджета муниципального образования городской округ город Кострома подлежит взысканию государственная пошлина в сумме <данные изъяты> руб.

Руководствуясь ст.ст. 194 – 198 ГПК РФ,

решил:

Исковые требования Прокурора г.Костромы в интересах Д. к ООО «Л. о взыскании компенсации морального вреда в связи с травмой, полученной на производстве, удовлетворить.

Взыскать с ООО «Л. (<данные изъяты>) в пользу Д. (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> рублей.

В удовлетворении исковых требований в остальной части Прокурору г. Костромы в интересах Д. отказать.

Решение суда в части добровольно перечисленных ответчиком ООО «Л. в счет компенсации морального вреда денежных средств в размере <данные изъяты> руб. принудительному исполнению не подлежит.

Взыскать с ООО «Л. (<данные изъяты>) в доход бюджета муниципального образования городской округ город Кострома государственную пошлину в размере <данные изъяты> рублей.

Решение может быть обжаловано в Костромской областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Ленинский районный суд г. Костромы в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Александрова О.В.

Мотивированное решение изготовлено «20» марта 2026 года

Судья Александрова О.В.